ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-44156/2020

Дело № А40-287918/18

г. Москва

21 октября 2020 года

Резолютивная часть постановления объявлена 14 октября 2020 года 

Постановление изготовлено в полном объеме 21 октября 2020 года 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи А.А. Комарова,

судей С.А. Назаровой, Ж.Ц. Бальжинимаевой,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании  апелляционную жалобу ООО «Геликон» на определение Арбитражного суда г. Москвы от 29.07.2020 по делу № А40-287918/18 об отказе во включении требования ООО «Геликон» в реестр требований кредиторов по делу о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Лариста»

при участии в судебном заседании:

от к/у ООО «Геликон»: ФИО2, по дов. от 01.09.2020,

от ООО «Торговый дом «Агропроект»: ФИО3, по дов. от 16.12.2019,

от к/у ООО «Лариста»: ФИО4, по дов. от 02.07.2020,

Иные лица не явились, извещены.

У С Т А Н О В И Л:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 22.05.2019 г. должник ООО «Лариста» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) признан несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре ликвидируемого должника, открыто конкурсное производство. 

Конкурсным управляющим утверждена ФИО5 (ИНН 

<

***>, адрес: 309508, Белгородская обл., г. Старый Оскол, а/я 1416). 

Сообщение опубликовано в газете «Коммерсантъ» № 94 от 01.06.2019 г. 

19.07.2019 г. в Арбитражный суд города Москвы поступило заявление-требование ООО «Геликон» о включении в реестр требований кредиторов должника ООО «Лариста» задолженности в размере 23 931 402,26 руб. 

Представитель кредитора АО «СИА ИНТЕРНЕЙШНЛ ЛТД» возражал против удовлетворения заявленных требований. 

Определением Арбитражного суда города Москвы от 29.07.2020 г. в удовлетворении заявления ООО «Геликон».

Не согласившись с принятым судебным актом, ООО «Геликон» обратилось с апелляционной жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда города Москвы от 27.12.2019 г. отменить, принять новый судебный акт. 

Рассмотрев апелляционную жалобу в порядке статей 266, 268, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, изучив представленные доказательства, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены или изменения определения Арбитражного суда города Москвы на основании следующего.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве). 

В соответствии с пунктом 6 статьи 16 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее Закон о банкротстве) требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов и исключаются из него арбитражным управляющим или реестродержателем исключительно на основании вступивших в силу судебных актов, устанавливающих их состав и размер, если иное не определено настоящим пунктом. 

Обоснованность требований доказывается на основе принципа состязательности. 

Кредитор, заявивший требования к должнику, как и лица, возражающие против этих требований, обязаны доказать обстоятельства, на которые они ссылаются как на основание своих требований или возражений. 

В условиях банкротства должника, а значит очевидной недостаточности у последнего денежных средств и иного имущества для расчета по всем долгам, судебным спором об установлении требования конкурсного кредитора затрагивается материальный интерес прочих кредиторов должника, конкурирующих за распределение конкурсной массы в свою пользу. 

Кроме того, в сохранении имущества банкрота за собой заинтересованы его бенефициары, что повышает вероятность различных злоупотреблений, направленных на создание видимости не существовавших реально правоотношений. 

Как следствие, во избежание необоснованных требований к должнику и нарушений прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника-банкрота, предъявляются повышенные требования. 

Судебное исследование этих обстоятельств должно отличаться большей глубиной и широтой, по сравнению с обычным спором, тем более, если на такие обстоятельства указывают лица, участвующие в деле. 

Для этого требуется исследование не только прямых, но и косвенных доказательств и их оценка на предмет согласованности между собой и позициями, занимаемыми сторонами спора. Исследованию подлежит сама возможность по исполнению сделки. 

Разъяснения о повышенном стандарте доказывания в делах о банкротстве даны в пункте 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 35 от 22.06.2012 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», согласно которому при установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. 

При установлении требований в деле о банкротстве не подлежит применению часть 3.1 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которой обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований; также при установлении требований в деле о банкротстве признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (часть 3 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств. 

Рассматривая обособленный спор об установлении требования кредитора при наличии возражений, мотивированных тем, что лежащая в основе этого требования сделка направлена на создание искусственной задолженности, суд в силу положений статей 71, 100 Закона о банкротстве должен осуществить проверку обоснованности такого требования, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений по сделке. 

Требование заявителя основано на том, что 05» марта 2018 года между ООО «Геликон» (далее Кредитор) и ООО «Визит» (далее Покупатель) заключен Договор поставки № 287 (далее-Договор). 

В соответствие с п. 1.1. Договора, продавец обязуется передавать товар согласно товарным накладным на каждую поставку, а покупатель обязуется принять этот товар и оплатить. 

Во исполнение Договора продавцом был поставлен товар на общую сумму 29 964 000 рублей 00 копеек. 

Согласно п. 6.2. договора Покупатель оплачивает товар не позднее 20 банковских дней со дня получения товара от Продавца (30.03.2018 года -19.04.2018 года). 

Покупателем была произведена частичная оплата в размере 6 032 597,74 рублей. 

Однако дальнейшая оплата товара Покупателем произведена не была. 

В обеспечение обязательств Покупателя по Договору поставки № 287 от 05.03.2018 года был заключен Договор поручительств № 287-Гел1-2018 от 05.03.2018 г. между ООО «Геликон» и ООО "Лариста". 

Согласно п.1.1. Договоров поручительства Поручитель обязуется отвечать перед Продавцом за исполнение Основным должником по договору поставки № 287 от 05.03.2018г. всех его обязательств, возникающих из договора поставки № 287 от 05.03.2018 года, приложений, дополнительных соглашений к нему и других неотъемлемых частей, заключенных между Продавцом и Основным должником. 

В соответствие п. 1.2. Поручительства, договор поручительства заключается в обеспечение как уже возникших обязательств Основного должника, так и тех, которые возникнут в будущем в рамках Договора поставки. 

Поручитель, подписывая договор поручительства, дает свое согласие на его заключение, и обязуется отвечать перед Истцом, и в случае увеличения обязательства Основного должника, обеспеченного настоящим договором, влекущего изменение ответственности и иные неблагоприятные последствия для Поручителя. 

Поручитель обязуется нести солидарную ответственность с Должником перед продавцом за исполнение обязательств Должника по Договору поставки, включая, в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения Должником своих обязательств по Договору поставки, возврат суммы основного долга, как существующих в настоящее время, так и тех, которые могут возникнуть в будущем. 

Поручитель отвечает перед Продавцом в том же объеме, как и Должник, включая сумму основного долга, уплату процентов, возмещение судебных издержек по взысканию долга и других убытков Продавца, вызванных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства Должника. 

Кредитор АО «СИА Интернейшнл ЛТД», возражая против включения требований ООО «Геликон» в реестр требований кредиторов должника, указал, что заявитель не подтвердил реальность поставки товара ООО «Визит» на общую сумму 29 964 000 рублей 00 копеек. 

Как следует из материалов дела, кредитором ООО «Геликон» в обоснование своих требований представлены следующие документы: 

- товарные накладные: № 457 от 05.03.2018г. на сумму 8 481 000 рублей, № 458 от 15.03.2018г. на сумму 10 164 000,00 рублей, № 459 от 29.03.2018г. на сумму 11 319 000 рублей, 

- товарно-транспортные накладные №457 от 05.03.2018, №458 от 15.03.2018, №459 от 29.03.2018, 

- путевые листы 03 №05032018 от 05.03.2018, 03 №15032018 от 15.03.2018, 03 №29032018 от 29.03.2018. 

Между тем, кредитор АО «СИА Интернейшнл ЛТД» указал, что в указанных товарно-транспортных накладных в строке «Грузоотправитель» указан расчетный счет ООО «Геликон» № 40702810100070697002 в КБ «ЛОКО-БАНК», что подтверждается Сведениями о банковских счетах налогоплательщика, предоставленных ИНФС №24 по г. Москве, а также Письмом из КБ «ЛОКО-БАНК» (АО) № 56-01-00-05/36965 от 15.10.2019г. 

В транспортных и путевых листах, на которые ссылается заявитель, указана автомашина Форд транзит госномер 

<

***> на которой перевозился товар медицинского и фармацевтического назначения. 

Однако, при проведении проверки в отношении данной автомашины кредитором АО «СИА Интернейшнл ЛТД» установлено, что данная автомашина является грузо - пассажирской, не имеет холодильной установки и явно не может перевести такое количество товара, которое указано в товарно-транспортных накладных. 

Также, данная автомашина не имеет терморегулируемой установки (термологера). 

Между тем, для перевозки лекарственных препаратов используются транспортные средства и оборудование, обеспечивающие соблюдение их качества, эффективности и безопасности.

Кроме того, вышеуказанные товарные накладные подписаны генеральными директорами ООО «Визит», ООО «Геликон». 

При осуществлении фармацевтической деятельности по оптовой торговле лекарственными средствами и изделиями медицинского назначения, которая характеризуется большим объемом поставок, генеральные директора по сложившейся практике никогда не подписывают лично товарные накладные. 

Отгрузку и прием товара осуществляют складские работники по доверенности. 

Каждая фармацевтическая компания обязана иметь склад хранения фармацевтической продукции, а также наличие в штате заведующего фармацевтическим складом (без склада и наличия работника с фармацевтическим образованием невозможно получить фарм. лицензию). 

Именно в обязанности заведующего фармацевтическим складом входит, в том числе, непосредственно приемка товара. 

Кроме того, в материалах дела нет доказательства того, что ООО «Визит» и ООО «Геликон» обладали на период совершения сделки специально оборудованными складами и необходимыми лицензиями для осуществления хранения препаратов медицинского и фармацевтического назначения. 

Согласно выпискам по расчетным счетам в ПАО Банк ВТБ, КБ «ЛОКО-Банк» (АО) и АО «АЛЬФА-БАНК» частичная оплата поставки на сумму 6 032 597,74 рублей от ООО «ВИЗИТ» не производилась. 

По мнению конкурсного кредитора АО «СИА Интернейшнл ЛТД» товарно-транспортные накладные, равно как товарные накладные, вместе с путевыми листами, представленные ООО «Геликон» в материалы дела, изготавливались позднее с целью создания видимости поставки и видимости перевозки товара. 

Реальной поставки товара не было, перевозка не осуществлялась. 

Суд первой инстанции указал, что в случае наличия возражений конкурирующего кредитора либо конкурсного управляющего, выступающего в интересах справедливого и обоснованного распределения конкурсной массы, на требования о включении в реестр и представлении в суд прямых или косвенных доказательств, подтверждающих существенность сомнений в наличии долга, на заявившее требование лицо возлагается бремя опровержения этих сомнений, при этом заявителю требований не должно составлять затруднений опровергнуть указанные сомнения, поскольку именно он должен обладать всеми доказательствами своих правоотношений с несостоятельным должником. 

По смыслу правовой позиции, приведенной в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 28.03.2019 № 305-ЭС18- 17629(2), в ситуации, когда независимые кредиторы представили серьезные доказательства и привели убедительные аргументы недобросовестности контрагентов по сделкам, аффилированное лицо не может ограничиться представлением минимального набора документов в подтверждение реальности рассматриваемых отношений. 

Нежелание аффилированного лица представить дополнительные доказательства, находящие в сфере его контроля, в силу статей 9 и 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации должно рассматриваться исключительно как отказ от опровержения того факта, на наличие которого со ссылкой на конкретные документы указывают его процессуальные оппоненты. 

В соответствии с правовой позицией Верховного Суда РФ доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической (Определение Верховного Суда РФ от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475 по делу № А53-885/2014, Определение Верховного Суда РФ от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6) по делу № А12-45751/2015). 

Как разъяснено в Определении Верховного Суда РФ от 26.05.2017 № 306-ЭС16- 20056(6) по делу № А12-45751/2015, «о наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка. При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства». 

Согласно общему сложившемуся подходу в судебной практике если стороны дела действительно являются аффилированными, к требованию должен быть применен еще более строгий стандарт доказывания, чем к обычному кредитору в деле о банкротстве. 

Необходимо исключить любые разумные сомнения в реальности долга, поскольку общность экономических интересов, в том числе повышает вероятность представления кредитором внешне безупречных доказательств исполнения по существу фиктивной сделки с противоправной целью последующего распределения конкурсной массы в пользу «дружественного» кредитора и уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю кредиторов независимых (Определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 04.06.2018 №305- ЭС18-413, от 13.07.2018 №308-ЭС 18-2197, от 08.05.2019 №305-ЭС18-25788(2), от 30.09.2019 №305-ЭС16-18600(5-8) и др.). 

Как указано в «Обзоре судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц» (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 29.01.2020), совершая мнимые сделки, аффилированные по отношению друг к другу стороны, заинтересованные в сокрытии от третьих лиц истинных мотивов своего поведения, как правило, верно оформляют все деловые бумаги, но создавать реальные правовые последствия, соответствующие тем, что указаны в составленных ими документах, не стремятся. 

Поэтому при наличии в рамках дела о банкротстве возражений о мнимости договора суд не должен ограничиваться проверкой документов, представленных кредитором, на соответствие формальным требованиям, установленным законом. 

Суду необходимо выяснить, представлены ли достаточные доказательства существования фактических отношений по договору. 

Вследствие аффилированности кредитора и должника стало возможным составление договоров поставки, не отражающих реальное положение дел. 

Фактически товар «поставлялся» внутри группы, расчетные счета компаний использовались как транзитные для перечисления денежных средств внутри группы. 

Реальной предпринимательской цели при такой «поставке» не преследовалось.

К тому же, Определением Арбитражного суда г. Москвы по делу А40-279979/2018 о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Визит» установлена аффилированность и одна группа лиц ФИО6 с ООО «Эридан», ООО «Вилена», ООО «Геликон», ООО «Астон», ООО «Инкор», ООО «Визит», ООО «Диона», ООО «Цитрин», ФИО7, ФИО8, ООО «ИГ Авангард Менеджмент», ООО «ЮК Реп ИН», ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14.» 

Согласно выписке из ЕГРЮЛ в отношении ООО «Замок» (ИНН 

<

***>), учредителем и генеральным директором является ФИО15, который, в свою очередь, являлся учредителем и генеральным директором ООО «Авангард - Менеджмент» ИНН 

<

***>. 

Также участником и учредителем ООО «Авангард - Менеджмент» являлся ФИО16. 

Этим же определением установлена аффилированность ФИО7 и ООО «ИГ Авангард Менеджмент», генеральным директором которого является ФИО16 (он же являлся участником 100% до 22.04.2020г). 

В период октябрь-декабрь 2018 года участниками следующих Обществ принимаются решения о добровольной ликвидации и назначении подконтрольных ликвидаторов: 

ООО «Эридан» - ликвидация 19.10.2018, ликвидатор ФИО17, 

ООО «Вилена» - ликвидация 19.10.2018, ликвидатор ФИО17, 

ООО «Геликон» - ликвидация 19.10.2018, ликвидатор ФИО18,

ООО «Астон» - ликвидация 19.10.2018, ликвидатор ФИО18,

ООО «Инкор» - ликвидация 23.10.2018, ликвидатор ФИО19, 

ООО «Визит» - ликвидация 23.10.2018, ликвидатор ФИО19, 

ООО «Диона» - ликвидация 10.12.2018, ликвидатор ФИО20, 

ООО «Цитрин» - ликвидация 20.11.2018, ликвидатор ФИО20, 

ООО «Лариста» - ликвидация 02.11.2018, ликвидатор ФИО21. 

Заявления о признании должников банкротами подаются в один и тот же период времени: 

ООО «Эридан» - 23.11.2018, 

ООО «Вилена» - 23.11.2018, 

ООО «Геликон» - 23.11.2018, 

ООО «Астон» - 23.11.2018, 

ООО «Инкор» - 23.11.2018, 

ООО «Визит» - 23.11.2018, 

ООО «Диона» - 10.12.2018, 

ООО «Цитрин» - 10.12.2018, 

ООО «Лариста» - 03.12.2018, 

ФИО7- 26.11.2018, 

ФИО8 - 26.11.2018. 

В этот же период времени указанными лицами осуществлялось взыскание долгов в отношении компаний, которые входят в одну группу лиц с ООО «Эридан», ООО «Вилена», ООО «Геликон», ООО «Астон», ООО «Инкор», ООО «Визит», ООО «Диона», ООО «Цитрин», ООО «Лариста» через ФИО13, ФИО22, ФИО11, ФИО14, ФИО7 и ФИО8, в том числе взыскание долга по иску ООО «Фортис». 

Данные действия осуществляются с целью включения в реестр требований кредиторов и контроля за распределением конкурсной массы в интересах реальных бенефициаров ФИО7 и ФИО8 

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 86 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 25 от 23.06.2015 мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 ГК РФ). 

Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. 

Так, например, в определении Верховного Суда РФ от 25.07.2016 по делу № А41- 48518/2014 Верховный Суд РФ разъяснил, что «реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника... Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся... 

При рассмотрении вопроса о мнимости договора поставки и документов, подтверждающих передачу товара, суд не должен ограничиваться проверкой соответствия копий документов установленным законом формальным требованиям. 

Необходимо принимать во внимание и иные документы первичного учета, а также иные доказательства. 

Проверяя действительность сделки, послужившей основанием для включения требований ответчика в реестр требований кредиторов, исходя из доводов о наличии признаков мнимости сделки и ее направленности на создание искусственной задолженности кредитора, суд должен осуществлять проверку, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений по поставке». 

Как следует из правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.05.2014 по делу № А41-36402/2012, "возможность конкурсных кредиторов в деле о банкротстве доказать необоснованность требования другого кредитора обычно объективным образом ограничена, поэтому предъявление к ним высокого стандарта доказывания привело бы к неравенству таких кредиторов. При рассмотрении подобных споров конкурсному кредитору достаточно представить суду доказательства prima facie, подтвердив существенность сомнений в наличии долга. При этом другой стороне, настаивающей на наличии долга, не должно составлять затруднений опровергнуть указанные сомнения, поскольку именно она должна обладать всеми доказательствами своих правоотношений с несостоятельным должником. При рассмотрении вопроса о мнимости договора поставки и документов, подтверждающих передачу товара, суд не должен ограничиваться проверкой соответствия копий документов установленным законом формальным требованиям. При оспаривании товарных накладных необходимо принимать во внимание и иные документы первичного учета, а также иные доказательства" (постановление Президиума ВАС РФ от 18.10.2012 по делу N А70-5326/2011). 

Из материалов дела следует, что ООО «Геликон» не предпринимало никаких действий по взысканию задолженности ни с покупателей, ни с поручателя в судебном порядке, в том числе взыскании пени (неустойки) за неисполнение обязательств по договору.

Длительное непринятие мер по взысканию задолженности в рамках искового производства указывает на отсутствие у заявителя интереса в возврате суммы "долга" и отсутствие экономической целесообразности в заключении Договора поставки, а также о том, что указанный договор заключен исключительно с намерением создать задолженность перед кредитором, что является злоупотреблением правом и нарушает имущественные права остальных кредиторов должника. 

Данная правовая позиция содержится в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 26 мая 2017 года N 306- ЭС16-20056 (6) по делу N А12-45751/2015. 

Кроме того, суд пришел к выводу, что заявителем не раскрыта экономическая целесообразность выдачи поручительства для ООО «Лариста».

Так, должник, обязуясь отвечать за ООО «Визит» солидарно по Договору поручительства, не получил какой-либо выгоды и (или) преимущества от заключенной сделки, иное не доказано.

Следовательно, Договор поручительства является экономически невыгодным для Должника, целесообразность и разумные причины для его заключения в материалах дела отсутствуют. 

Кроме того, ООО «Геликон» не представлены документы, подтверждающие наличие каких-либо гражданско-правовых отношений между ООО «Визит» и ООО «Лариста». 

В бухгалтерской отчетности должника отсутствуют сведения о каких-либо выданных поручительствах, в том числе о выдаче поручительства № 287-Гел1-2018 от 05.03.2018. 

Приказом Министерства финансов РФ от 02.07.2010 № 66н «О формах бухгалтерской отчетности организаций» - далее «Приказ 66н», утверждены формы бухгалтерской отчетности, по которым все организации, за исключением кредитных организаций и организаций государственного сектора должны отчитываться перед налоговыми органами. 

Согласно вышеуказанному Приказу 66н в случае выдачи организацией поручительств, такие поручительства должны быть отражены в Пояснениях к бухгалтерскому балансу и отчету о финансовых результатах в разделе 8 «Обеспечения обязательств». 

Однако в представленной бухгалтерской отчетности ФИО5, и сдаваемой в налоговые органы такой информации о выданных поручительствах не содержится. 

Данное обстоятельство доказывает факт отсутствия выданных поручительств ООО «Лариста». 

Кроме того, установлено, что должником было выдано поручительств в 2016 г. на общую сумму 121 327 642,48 руб., 2017 г. - 676 730 574,20 руб., 2018 г. - 940 265 311,62 руб. 

Вместе с тем, согласно бухгалтерской отчетности, представленной конкурсным управляющим ФИО5, у должника отсутствовали активы для выдачи поручительств в таком объеме, поскольку на 31 декабря 2016 г. - оборотные активы должника составляли 178 513 000 руб., на 31 декабря 2017 г. - 209 680 000 руб., на 31 декабря 2018 г.- 319 147 000 руб. 

Таким образом, общий объем выданных должником поручительств многократно превышал стоимость чистых активов должника, что свидетельствует о наличии в действиях должника признаков злоупотребления правом, что не допустимо. 

Кроме того, вторая сторона договора поручительства (кредитор), как субъект финансово-экономической деятельности, многолетний участник делового оборота, всегда должна проверять при равных условиях информацию о контрагенте, заведомо предполагая наличие возможности исполнить договор поручительства, (постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010г. № 63). 

Между тем, неоднократное заключение договоров поручительства, не обеспеченными какими-либо активами должника, свидетельствует о злоупотреблении своим правом со стороны должника. 

Заключенные договоры поручительства носили мнимый характер, так как у сторон договора не было намерений достижения заявленной цели (получение дополнительного обеспечения исполнения обязательств основного должника). 

Единственной целью заключенных договоров было создание искусственной задолженности перед недобросовестным кредитором. 

Должник ООО «Лариста», обязуясь отвечать за ООО «Визит», не получало какой-либо выгоды и (или) преимущества от заключенной сделки, заключение договоров поручительства не имело какого-либо экономического смысла и целесообразности, носило массовый характер (ООО «Лариста» в короткий промежуток времени заключило множество договоров поручительства).

Обратное в материалы дела не представлено. 

Доказательства наличия между должником и кредиторами иных хозяйственных отношений, позволяющих сделать вывод о возможной выгоде должника отсутствуют, иное не доказано. 

Таким образом, заключая договоры поручительства за покупателей ООО «Визит», ООО «Цитрин», ООО «Диона» в отсутствие экономической целесообразности, в отсутствии активов для обеспечения исполнения объема обязательств ООО «Лариста» явно злоупотребило правом, действуя в нарушении интересов других кредиторов. 

В случае несоблюдения требований, предусмотренных п. 1 ст. 10 ГК РФ, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом. 

Если злоупотребление правом выражается в совершении действий в обход закона с противоправной целью, последствия, предусмотренные пунктом 2 настоящей статьи, применяются, поскольку иные последствия таких действий не установлены настоящим Кодексом. 

С учетом вышеизложенных обстоятельств, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что выбор подобной структуры внутригрупповых юридических связей между должником и аффилированным с ним кредитором позволяет создать подконтрольную кредиторскую задолженность для последующего уменьшения процента требований независимых кредиторов при банкротстве, что может свидетельствовать о подаче обществом заявления о включении требований в реестр исключительно с противоправной целью уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов. 

Суд пришел к выводу, что ООО "Геликон" не представило доказательств реальности поставок, следовательно договор поставки, а также договор поручительства являются мнимыми (ст. 170 ГК РФ) и направлены на искусственное создание кредиторской задолженности (ст. 10 ГК РФ), а поэтому оснований для удовлетворения требований заявителя о включении задолженности в реестр требований кредиторов должника не имеется. 

Исходя из изложенного, суд первой инстанции отказал в удовлетворении заявления ООО «Геликон» о включении задолженности в реестр требований кредиторов должника ООО «Лариста». 

Рассмотрев доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В соответствии с п. 1 ст. 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. 

Арбитражным процессуальным законодательством установлены критерии оценки доказательств в качестве подтверждающих факт наличия тех или иных обстоятельств. 

Доказательства, на основании которых лицо, участвующее в деле, обосновывает свои требования и возражения, должны быть допустимыми, относимыми и достаточными. 

В частности, как указано в п. 2 ст. 71 АПК РФ доказательство признается арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности. 

Признак допустимости доказательств предусмотрен положениями ст. 68 АПК РФ. 

Так, в соответствии с указанной нормой обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами. 

Достаточность доказательств можно определить как наличие необходимого количества сведений, достоверно подтверждающих те или иные обстоятельства спора. 

Отсутствие хотя бы одного из указанных признаков является основанием не признавать требования лица, участвующего в деле, обоснованными (доказанными). 

Согласно п. 26 Постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 № 35 в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. 

При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. 

В связи с изложенным при установлении требований в деле о банкротстве не подлежит применению часть 3.1 статьи 70 АПК РФ, согласно которой обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований; также при установлении требований в деле о банкротстве признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (часть 3 статьи 70 АПК РФ), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств. 

Обоснованность требований доказывается на основе принципа состязательности. Кредитор, заявивший требования к должнику, как и лица, возражающие против этих требований, обязаны доказать обстоятельства, на которые они ссылаются как на основание своих требований или возражений. 

Законодательство гарантирует им право на предоставление доказательств (статьи 9, 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, далее - АПК РФ). 

В условиях банкротства должника, а значит очевидной недостаточности у последнего денежных средств и иного имущества для расчета по всем долгам, судебным спором об установлении требования конкурсного кредитора затрагивается материальный интерес прочих кредиторов должника, конкурирующих за распределение конкурсной массы в свою пользу. 

Кроме того, в сохранении имущества банкрота за собой заинтересованы его бенефициары, что повышает вероятность различных злоупотреблений, направленных на создание видимости не существовавших реально правоотношений. 

Как следствие, во избежание необоснованных требований к должнику и нарушений прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника-банкрота, предъявляются повышенные требования. 

Судебное исследование этих обстоятельств должно отличаться большей глубиной и широтой, по сравнению с обычным спором, тем более, если на такие обстоятельства указывают лица, участвующие в деле. Для этого требуется исследование не только прямых, но и косвенных доказательств и их оценка на предмет согласованности между собой и позициями, занимаемыми сторонами спора. 

Исследованию подлежит сама возможность по исполнению сделки. 

Разъяснения о повышенном стандарте доказывания в делах о банкротстве даны в пункте 26 постановления N 35, из которого следует, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. 

Примеры судебных дел, в которых раскрывается понятие повышенного стандарта доказывания применительно к различным правоотношениям, из которых возник долг, имеются в периодических и тематических обзорах судебной практики Верховного Суда Российской Федерации, утвержденных Президиумом Верховного Суда Российской Федерации (пункт 15 Обзора N 1 (2017) от 16.02.2017; пункт 20 Обзора N 5 (2017) от 27.12.2017, пункт 17 Обзора N 2 (2018) от 04.07.2018, пункт 13 Обзора от 20.12.2016), а также в судебных актах Верховного Суда Российской Федерации по конкретным делам (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации А40-311157/18 N 305-ЭС16-20992(3), N 305-ЭС16-10852, N 305-ЭС16-10308, N 305-ЭС16- 2411, N 309- ЭС17-344, N 305-ЭС17-14948, N 308-ЭС18-2197). 

Судебная коллегия последовательно отмечает, что в условиях конкуренции кредиторов должника-банкрота возможны ситуации, когда спор по задолженности между отдельным кредитором (как правило, связанным с должником), носит формальный характер и направлен на сохранение имущества должника за его бенефициарами: за собственниками бизнеса (через аффилированных лиц - если должник юридическое лицо) или за самим должником (через родственные связи - если должник физическое лицо). 

Подобные споры характеризуются предоставлением минимально необходимого и в то же время внешне безупречного набора доказательств о наличии задолженности у должника, обычно достаточного для разрешения подобного спора; пассивностью сторон при опровержении позиций друг друга; признанием обстоятельств дела или признанием ответчиком иска и т.п. 

В связи с совпадением интересов должника и такого кредитора их процессуальная активность не направлена на установление истины. 

Конкурирующий кредитор и арбитражный управляющий как лица, не участвовавшие в сделке, положенной в основу требований о включении в реестр, объективно лишены возможности представить в суд исчерпывающий объем доказательств, порочащих эту сделку. 

В то же время они могут заявить убедительные доводы и (или) указать на такие прямые или косвенные доказательства, которые с разумной степенью достоверности позволили бы суду усомниться в действительности или заключенности сделки. 

При оценке доводов о пороках сделки суд не должен ограничиваться проверкой соответствия документов установленным законом формальным требованиям. 

Необходимо принимать во внимание и иные доказательства, в том числе об экономических, физических, организационных возможностях кредитора или должника осуществить спорную сделку. 

Формальное составление документов об исполнении сделки не исключает ее мнимость (пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации"). 

Бремя опровержения доводов о фиктивности сделки лежит на лицах, ее заключивших, поскольку в рамках спорного правоотношения они объективно обладают большим объемом информации и доказательств, чем другие кредиторы. 

Предоставление дополнительного обоснования не составляет для них какой-либо сложности. Предъявление к конкурирующим кредиторам повышенного стандарта доказывания привело бы к неравенству кредиторов. 

Для уравнивания кредиторов в правах арбитражный суд должен оказывать содействие в реализации их прав, создавать условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законов и иных нормативных правовых актов при рассмотрении дела. 

Процессуальная активность конкурирующих кредиторов при содействии арбитражных судов (пункт 3 статьи 9, пункты 2, 4 статьи 66 АПК РФ) позволяет эффективно пресекать злоупотребления (формирование фиктивной задолженности) и не допускать недобросовестных лиц к распределению конкурсной массы. 

Изложенная правовая позиция закреплена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 23.07.2018г. №305-ЭС18-3009. 

Материалами дела также установлено, что Определением Арбитражного суда г. Москвы по делу А40-279979/2018 о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Визит» установлена аффилированность и одна группа лиц ФИО6 с ООО «Эридан», ООО «Вилена», ООО «Геликон», ООО «Астон», ООО «Инкор», ООО «Визит», ООО «Диона», ООО «Цитрин», ФИО7, ФИО8, ООО «ИГ Авангард Менеджмент», ООО «ЮК Реп ИН», ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14.»

Согласно выписке из ЕГРЮЛ в отношении ООО «Замок» (ИНН 

<

***>), учредителем и генеральным директором является ФИО15, который, в свою очередь, являлся учредителем и генеральным директором ООО «Авангард - Менеджмент» ИНН 

<

***>. 

Также участником и учредителем ООО «Авангард - Менеджмент» являлся ФИО16. 

Этим же определением установлена аффилированность ФИО7 и ООО «ИГ Авангард Менеджмент», генеральным директором которого является ФИО16 (он же являлся участником 100% до 22.04.2020г). 

В период октябрь-декабрь 2018 года участниками следующих Обществ принимаются решения о добровольной ликвидации и назначении подконтрольных ликвидаторов: 

ООО «Эридан» - ликвидация 19.10.2018, ликвидатор ФИО17, 

ООО «Вилена» - ликвидация 19.10.2018, ликвидатор ФИО17, 

ООО «Геликон» - ликвидация 19.10.2018, ликвидатор ФИО18,

ООО «Астон» - ликвидация 19.10.2018, ликвидатор ФИО18,

ООО «Инкор» - ликвидация 23.10.2018, ликвидатор ФИО19, 

ООО «Визит» - ликвидация 23.10.2018, ликвидатор ФИО19, 

ООО «Диона» - ликвидация 10.12.2018, ликвидатор ФИО20, 

ООО «Цитрин» - ликвидация 20.11.2018, ликвидатор ФИО20, 

ООО «Лариста» - ликвидация 02.11.2018, ликвидатор ФИО21. 

Заявления о признании должников банкротами подаются в один и тот же период времени: 

ООО «Эридан» - 23.11.2018, 

ООО «Вилена» - 23.11.2018, 

ООО «Геликон» - 23.11.2018, 

ООО «Астон» - 23.11.2018, 

ООО «Инкор» - 23.11.2018, 

ООО «Визит» - 23.11.2018, 

ООО «Диона» - 10.12.2018, 

ООО «Цитрин» - 10.12.2018, 

ООО «Лариста» - 03.12.2018, 

ФИО7- 26.11.2018, 

ФИО8 - 26.11.2018. 

В этот же период времени указанными лицами осуществлялось взыскание долгов в отношении компаний, которые входят в одну группу лиц с ООО «Эридан», ООО «Вилена», ООО «Геликон», ООО «Астон», ООО «Инкор», ООО «Визит», ООО «Диона», ООО «Цитрин», ООО «Лариста» через ФИО13, ФИО22, ФИО11, ФИО14, ФИО7 и ФИО8, в том числе взыскание долга по иску ООО «Фортис». 

Данные действия осуществляются с целью включения в реестр требований кредиторов и контроля за распределением конкурсной массы в интересах реальных бенефициаров ФИО7 и ФИО8 

Кроме того, коллегия также принимает во внимание правовую позицию, изложенную в постановлении Арбитражного суда Московского округа от 29.06.2020 по делу № А40-281232/18.

Очевидно, что в данном случае имеет место особое поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключены и якобы исполнены между собой сделки на недоступных обычным (независимым) участникам рынка условиям. 

В соответствии со ст.65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается, как на основание своих требований и возражений.

В соответствии со ст.71 АПК РФ Арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами. 

На основании изложенного, коллегия приходит к выводу, что судом первой инстанции в полном объеме выяснены обстоятельства, имеющие значение для дела; выводы суда, изложенные в определении, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, им дана надлежащая правовая оценка; судом правильно применены нормы материального и процессуального права. 

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены или изменения определения суда первой инстанции по доводам, изложенным в апелляционной жалобе. 

Иных доводов, основанных на доказательственной базе, которые бы влияли или опровергали выводы суда первой инстанции, апелляционная жалоба не содержит. 

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу ч.4 ст.270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено. 

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 102, 110, 269-271, 272 Арбитражного процессуального кодекса РФ, Девятый Арбитражный апелляционный суд 

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы 29.07.2020 по делу № А40-287918/18     оставить без изменения, а апелляционную жалобу ООО «Геликон» - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа. 

Председательствующий судья:        А.А. Комаров

Судьи:        С.А. Назарова

 

                                                                                                                  Ж.Ц. Бальжинимаева