ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-76847/2021

26 октября 2023 года

г. Санкт-Петербург

/суб.2

Резолютивная часть постановления объявлена     19 октября 2023 года

Постановление изготовлено в полном объеме  26 октября 2023 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Будариной Е.В.

судей  Морозовой Н.А., Серебровой А.Ю.

при ведении протокола судебного заседания:  секретарем ФИО1

при участии:  

от конкурсного управляющего ООО «Биг-Сервис»: представитель ФИО2 по доверенности от 20.03.2023,

от ФИО3:  представитель ФИО4 по доверенности от 10.09.2023, 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер  13АП-28754/2023)  ФИО3 на определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 15.07.2023 по делу № А56-76847/20211/суб.2, принятое по заявлению конкурсного управляющего ФИО5  о привлечении к субсидиарной ответственности в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Биг-Сервис» 

ответчик: Буторин Марат Викторович

установил:

24.08.2021 общество с ограниченной ответственностью «ТехноСервис» обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «Биг-Сервис» (далее – Должник, ООО «Биг-Сервис») несостоятельным (банкротом). 

Определением арбитражного суда от 31.08.2021 указанное заявление принято к производству.

Определением арбитражного суда от 02.11.2021 (резолютивная часть которого объявлена 29.10.2021) в отношении Должника введена процедура наблюдения, временным управляющим должника утверждена ФИО5, член Ассоциации «Сибирская гильдия антикризисных управляющих». 

Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» №206(7168) от 13.11.2021.

Решением арбитражного суда от 08.04.2022 (резолютивная часть объявлена 08.04.2022) Должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО5.

Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» №67(7268) от 16.04.2022.

27.06.2022 в арбитражный суд (направлено через систему «Мой Арбитр» 24.06.2022) от конкурсного управляющего ФИО5 поступило заявление о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО3 (далее – ответчик, ФИО3).

Определением арбитражного суда  от 13.03.2023 требование о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Биг-Сервис» выделено в отдельное производство с присвоением №А56-76847/2021/суб.2.

Определением от 15.07.2023 арбитражный суд привлек ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Биг-Сервис», приостановил производство по заявлению в части определения размера субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами ООО «Биг-Сервис».

ФИО3, не согласившись с определением суда первой инстанции, обратился с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда от 15.07.2023 отменить, ссылаясь на несоответствие выводов суда первой инстанции обстоятельствам дела и неполное выяснение судом первой инстанции обстоятельств дела. 

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены в апелляционном порядке.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, согласно учредительным документам в период с 03.11.2016 по 27.12.2019 ФИО3 являлся генеральным директором и единственным участником ООО «Биг-Сервис» вплоть до смены руководителя 13.01.2020 на ФИО6

Конкурсный управляющий ООО «Биг-Сервис», ссылаясь на то, что ответчик подлежит привлечению к субсидиарной ответственности на основании положений статей 61.11, 61.12 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением. 

Суд первой инстанции, привлек ФИО3  к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Биг-Сервис», производство по делу в части определения размера субсидиарной ответственности по делу приостановил.

Суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы и считает, что суд первой инстанции при вынесении определения правомерно исходил из следующего.

Согласно части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) и статье 32 Закона о банкротстве  дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с подпунктом 1 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо, в том числе являлось руководителем должника или управляющей организацией должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии.

Пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве предусмотрено, что, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В силу пункта 2 этой статьи, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:

1) причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

2) документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

3) требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов;

4) документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены.

Согласно пункту 4 статьи 61.11 Закона о банкротстве, положения подпункта 2 пункта 2 настоящей статьи применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности:

1) организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника;

2) ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

Основание для освобождения от ответственности контролирующего должника лица в этом случае предусмотрено лишь пунктом 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве, в силу которого контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого невозможно полностью погасить требования кредиторов, не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в невозможности полного погашения требований кредиторов отсутствует.

В частности такое лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, если оно действовало согласно обычным условиям гражданского оборота, добросовестно и разумно в интересах должника, его учредителей (участников), не нарушая при этом имущественные права кредиторов, и если докажет, что его действия совершены для предотвращения еще большего ущерба интересам кредиторов.

Как разъяснено в пункте 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - Постановление N 53), при доказанности обстоятельств, составляющих основания опровержимых презумпций доведения до банкротства, закрепленные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства.

В пункте 24 Постановления N 53 разъяснено, что в силу пункта 3.2 статьи 64, абзаца четвертого пункта 1 статьи 94, абзаца второго пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве на руководителе должника лежит обязанность по представлению арбитражному управляющему документации должника для ознакомления или по ее передаче управляющему.

Арбитражный управляющий вправе требовать от руководителя (а также от других лиц, у которых фактически находятся соответствующие документы) по суду исполнения данной обязанности в натуре применительно к правилам статьи 308.3 Гражданского кодекса Российской Федерации. По результатам рассмотрения соответствующего обособленного спора выносится судебный акт, который может быть обжалован в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также:

- невозможность определения основных активов должника и их идентификации;

- невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы;

- невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

К руководителю должника не могут быть применены презумпции, установленные подпунктами 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если необходимая документация (информация) передана им арбитражному управляющему в ходе рассмотрения судом заявления о привлечении к субсидиарной ответственности. Такая передача документации (информации) не исключает возможность привлечения руководителя к ответственности в виде возмещения убытков, вызванных просрочкой исполнения обязанности, или к субсидиарной ответственности по иным основаниям.

Сама по себе непередача предыдущим руководителем новому необходимых документов не освобождает последнего от ответственности и не свидетельствует об отсутствии вины. Добросовестный и разумный руководитель обязан совершить действия по истребованию документации у предыдущего руководителя (применительно к статье 308.3 ГК РФ) либо по восстановлению документации иным образом (в частности, путем направления запросов о получении дубликатов документов в компетентные органы, взаимодействия с контрагентами для восстановления первичной документации и т.д.).

Относительно  основания для привлечения к субсидиарной ответственности, связанного с непередачей бухгалтерской документации, суд первой инстанции обоснованно пришел к следующим выводам. 

В рамках обособленного спора об истребовании документов у ответчика судами ранее было отказано в удовлетворении заявления управляющего, суды пришли к выводу о том, что документальные доказательства, достоверно и безусловно свидетельствующие о том, что какие-либо документы должника в настоящее время находятся непосредственно у ФИО3, и что последний отказывается их передавать конкурсному управляющему или намеренно уклоняется от их передачи управляющим не представлено, равно как и не доказано наличие у ответчика иных документов, переданных ему бывшим руководителем должника либо полученных им самостоятельно. 

Вместе с тем при рассмотрении обособленного спора по оспариванию сделки, совершенной в июле 2020 года между должником и ООО Билус, позднее суды апелляционной и кассационной инстанции пришли к выводу о том, что даже после прекращения соответствующего статуса генерального директора должника связь ФИО3 с должником не была утрачена, в частности несмотря на составление акта приема-передачи от 27.12.2019 документов от ФИО3 новому директору ФИО7, ФИО3 сохранил доступ к бухгалтерским документам ООО «БигСервис», что подтверждается представлением в суд в рамках спора об оспаривании сделки по отчуждению транспортного средства на основании договора от 02.07.2020 о передаче имущества ООО «Билус» в счет погашения задолженности.

Изложенное подтверждается также и тем, что в рамках данного обособленного спора ответчиком представлялись кассовые чеки в подтверждение расходования средств должника на нужды последнего, а равно обоснования собственной позиции по делу и прочие документы должника, что не может не вызывать обоснованные сомнения относительно отсутствия у ответчика доступа к документации и невозможности ее передачи управляющему.

В силу пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд. 

Согласно пункту 2 названной статьи размер ответственности в соответствии с настоящим пунктом равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 настоящего Федерального закона, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признания должника банкротом). 

Как указал конкурсный управляющий (с учетом пояснений, данных в судебном заседании при рассмотрении обособленного спора в суде первой инстанции), по данным бухгалтерской отчетности Должника уже по состоянию на 31.12.2017 года имелся убыток в размере 354 тыс.руб., то есть уже отвечал признакам неплатежеспособности, следовательно, ФИО3 по состоянию на 31.03.2018 (на дату представления бухгалтерской отчетности в налоговый орган) не мог об этом не знать.

Также конкурсный управляющий, основываясь на данных бухгалтерской отчетности указал, что  кредиторская задолженность с конца 2017 года к концу 2018 году существенно выросла с 31 855 000 руб. до 69 896 000 руб., чистая прибыль несущественно возросла - с 354 000 руб. до 254 000 руб., дебиторская задолженность также увеличилась с 31 979 000 руб. до 49 580 000 руб. Таким образом, показатели отрицательной деятельности должника имелись уже в 2018 году. Доказательства обратного ответчиком не представлены, обстоятельства отражения указанных показателей в отчетности ФИО3 не раскрыты.

Таким образом, из отчетности следует, что в 2017 году кредиторская задолженность была примерно равна дебиторской, а деятельность общества была убыточной и не приносила прибыли, к концу 2018 года кредиторская задолженность значительно превысила дебиторскую, однако руководитель должника ФИО3 не обратился с заявлением о банкротстве организации. 

Как указывает управляющий, в период с 2019 по 2021 год продолжала нарастать кредиторская задолженность, практически все сотрудники ООО «Биг-Сервис» были уволены в январе 2020 года – указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что признаки неплатежеспособности должника возникли задолго до введения ограничительных мер, связанных с коронавирусной инфекцией, вопреки доводам, представленным ответчиком.

Из расчета самого управляющего следует, что задолженность, которая на данный момент включена в реестр требований кредиторов должника ввиду неисполнения последним своих обязательств возникла с 2019 года, что буквально свидетельствует о том, что должник к началу 2019 года прекратил исполнение обязательств перед рядом контрагентов, чему закономерно предшествовали неудовлетворительные экономические показатели должника в 2018 году, доказательств обратного ответчиком не представлено. 

Так, договоры с ФИО8 (переуступлено ООО Техносервис) были заключены в марте 2019 года, однако до сентября 2019 года должник не исполнял принятые на себя по ним обязательства, к оказанию услуг не приступил, в результате чего в сентябре 2019 года ФИО8 направил должнику претензию, а впоследствии обратился в суд. В свою очередь, задолженность перед ООО Негабаритика, чьи требования также включены в реестр, возникли из договора от августа 2019 года, обязательства по которому должником были исполнены не в полном объеме, что также повлекло направление в августе 2020 года претензии в адрес должника и последующее обращение в суд с заявлением о взыскании долга. 

В материалах дела сведения о причинах длительного неисполнения обязательств перед кредиторами отсутствуют, следовательно, просрочка исполнения вызвана обстоятельствами, связанными с недостаточностью у Общества денежных средств.

Следовательно, несмотря на отрицательные показатели бухгалтерской отчетности еще в 2018 году должник, руководство которым в спорный период времени осуществлял ответчик, принял на себя обязательства перед ФИО8 и ООО «Негабаритика».

Данные бухгалтерского баланса на конец 2018 года буквально свидетельствуют о том, что предприятие должника утратило возможность отвечать по всем своим обязательствам, что подтверждается тем, что с начала 2019 года должник перестал исполнять принятые на себя в том же году обязательства. 

Кроме того, из обстоятельств рассмотрения спора, в рамках которого ФИО3 был привлечен к ответственности в виде убытков, следует, что с 2018 года им осуществлялось систематическое снятие значительных по своему размеру сумм денежных средств со счетов должника, а также выдача средств под отчет, которые впоследствии не возвращались в кассу должника и не зачислялись на его расчетный счет, что также свидетельствует об ухудшении финансового состояния организации в 2018 году.

Бремя доказывания отсутствия причинной связи между невозможностью удовлетворения требований кредитора и нарушением обязанности, предусмотренной пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, лежит на привлекаемом к ответственности лице (лицах). 

Согласно пункту 1 статьи 9 Закона о банкротстве, руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если: удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества. 

Невыполнение руководителем требований статьи 9 Закона о банкротстве об обращении в арбитражный суд с заявлением должника о его собственном банкротстве свидетельствует, по сути, о недобросовестном сокрытии от кредиторов информации о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица. 

Подобное поведение руководителя влечет за собой принятие несостоятельным должником дополнительных долговых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения. Хотя предпринимательская деятельность и не гарантирует получение результата от ее осуществления в виде прибыли, тем не менее она предполагает защиту от рисков, связанных с неправомерными действиями (бездействием), нарушающими установленный законом режим осуществления хозяйственной деятельности.

Доводы конкурсного управляющего ответчиком не опровергнуты, доказательств возникновения признаков неплатежеспособности в иной период или обстоятельств, исключающих возможность привлечения к ответственности за неподачу заявления о банкротстве ответчиком не представлено.

Кроме того, как указывает конкурсный управляющий, в соответствии с выпиской со счета № 40702810403500002719 Филиал Точка Публичного акционерного общества Банка «Финансовая Корпорация Открытие» с расчетного счета посредством банковской карты производились многочисленные снятия денежных средств через банкомат. 

Так с расчетного счета ООО «Биг-Сервис» № 40702810403500002719 Филиал Точка Публичного акционерного общества Банка «Финансовая Корпорация Открытие» в период с 07.01.2018г. по 01.05.2020г. (в период наличия признаков неплатежеспособности Общества и неисполненных обязательств перед кредиторами) ФИО3 систематически снимались денежные средства в совокупном размере 16 117 489,6 руб. 

Кроме того, в период с 19.04.2018г. по 25.03.2020г. согласно выписке по расчетному счету Должника, открытому в Филиале Точка ПАО Банка «Финансовая Корпорация Открытие» с расчетного счета систематически перечислялись денежные средства в пользу ФИО3 с наименованием платежа «Выдача денежных средств в подотчет» в совокупном размере 3 783 388,08 руб. 

Согласно выписке по расчетному счету 

<

***>, открытому в публичном акционерном обществе «Сбербанк», с расчетного счета систематически перечислялись денежные средства в пользу ФИО3 с наименованием платежа «Выдача денежных средств в подотчет» в общей сумме 1 978 628 руб. 95 коп.

Обстоятельства, подтверждающие обоснованность снятия данных средств, ответчиком не доказаны.

При изложенных обстоятельствах, учитывая, что доводы конкурсного управляющего ответчиком не опровергнуты, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по основаниям статей 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве за неподачу заявления о признании должника банкротом, совершение действий, ухудшивших финансовое положение должника, а равно за непередачу бухгалтерской документации. 

Доводы апелляционной жалобы, направленные на переоценку правильно установленных и оцененных судом первой инстанции обстоятельств и доказательств по делу, не свидетельствуют о нарушении судом первой инстанции норм материального и процессуального права. Оспариваемый судебный акт соответствует нормам материального права, а содержащиеся в нем выводы - установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, в связи с чем апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьями 269-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  от 15.07.2023 по делу №  А56-76847/2021/суб.2 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.     

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

 

Председательствующий

 

Е.В. Бударина

 

Судьи

 

Н.А. Морозова

 

 А.Ю. Сереброва