АРБИТРАЖНЫЙ СУД ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Тюмень Дело № А70-12626/2018  

Резолютивная часть постановления объявлена 11 декабря 2024 года. Постановление изготовлено в полном объёме 12 декабря 2024 года.  

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе: председательствующего Шаровой Н.А., судей Глотова Н.Б., ФИО1 - 

при ведении судебного заседания с использованием средств аудиозаписи рассмотрел кассационные жалобы общества с ограниченной ответственностью «Тюменьмолоко» (ОГРН 

<

***>; далее – ООО «Тюменьмолоко»), конкурсного управляющего ФИО2 на определение Арбитражного суда Тюменской области от 23.04.2024 (судья Климшина Н. В.) и постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 11.10.2024 (судьи Аристова Е.В., Дубок О.В., Сафронов М.М.) по делу № А70-12626/2018 о несостоятельности (банкротстве) открытого акционерного общества «Тюменьмолоко» (ОГРН 

<

***>; далее – ОАО «Тюменьмолоко», должник), принятые по заявлениям конкурсного управляющего:  

по определению размера ответственности ФИО3; 

о привлечении ответчиков: ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, акционерного общества «Тюменьоблснабсбыт» (ОГРН 

<

***>; далее – АО «Тюменьоблснабсбыт»), общества с ограниченной ответственностью «Универсальный» (ОГРН 

<

***>; далее – ООО «Универсальный»), ФИО8, общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Арсиб» холдинг групп» (ОГРН 

<

***>; далее – ООО «УК «Арсиб» холдинг групп»), ФИО9, ООО «Тюменьмолоко» к субсидиарной ответственности по обязательствам должника;  

о взыскании солидарно с ФИО10, ООО «УК «Арсиб» холдинг групп» в лице руководителя ФИО7, ФИО7, ФИО9 вследствие отсутствия организации сохранности документов и имущества (транспортных средств) убытков в сумме 1 770 000 руб.;  

о взыскании с ФИО10 убытков в размере 56 008 858,19 руб. 

В судебном заседании (до перерыва 04.12.2024 и после возобновления 11.12.2024)  

приняли участие: ФИО11 – представитель ФИО5 по доверенности от 30.05.2024, ФИО7 по доверенности от 13.05.2024, ФИО7 по доверенности от 30.05.2024; ФИО12 – представитель АО «Тюменьоблснабсбыт» по доверенности от 16.01.2024, ООО «УК «Арсиб» холдинг групп» по доверенности от 16.11.2023; ФИО13 – представитель АО «Тюменьоблснабсбыт» по доверенности от 09.11.2023, ООО «УК «Арсиб» холдинг групп» по доверенности от 09.11.2023; ФИО14 – представитель ООО «Тюменьмолоко» по доверенности от 28.06.2024.  

Суд установил: 

в деле о банкротстве должника конкурсный управляющий обратился в суд с заявлениями, уточнёнными в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ),  

 о привлечении ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО7, ФИО7, ФИО9, ФИО8, АО «Тюменьоблснабсбыт», ООО «Универсальный», ООО «УК «Арсиб» холдинг групп», ООО «Тюменьмолоко» к субсидиарной ответственности по обязательствам должника;  

 о взыскании солидарно с ФИО3, ООО «УК «Арсиб» холдинг групп» в лице руководителя ФИО7, ФИО7, ФИО9 в пользу ОАО «Тюменьмолоко» 1 770 000 руб. в возмещение причинённых убытков вследствие отсутствия организации сохранности документов и имущества (транспортных средств: стоимость легкового автомобиля Тойота Land Cruiser – 1 600 000 руб., среднерыночная стоимость грузового фургона УАЗ 3303 – 170 000 руб.);  

 о взыскании с ФИО3 в пользу ОАО «Тюменьмолоко» 56 008 858,19 руб. в возмещение убытков вследствие пропуска срока исковой давности по исковым требованиям о взыскании дебиторской задолженности и не представление первичной документации для обоснования исковых требований к дебиторам должника.  

 Определением суда от 30.12.2021, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 22.02.2022, признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника; производство по обособленному спору (по определению размера ответственности ФИО3) приостановлено до формирования конкурсной массы и расчётов с кредиторами; в удовлетворении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО4, ФИО5, ФИО7, ФИО7, АО «Тюменьоблснабсбыт», ООО «Универсальный», ФИО8, ООО «УК «Арсиб» холдинг групп», ФИО9, ООО «Тюменьмолоко» отказано.  

 Постановлением суда округа от 11.05.2022 определение суда от 30.12.2021 и постановление апелляционного суда от 22.02.2022 оставлены без изменения в части признания доказанным наличия оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника и приостановления производства по определению размера его ответственности до формирования конкурсной массы и расчётов с кредиторами; в остальной части судебные акты первой  

и апелляционной инстанций отменены, обособленный спор направлен на новое рассмотрение в суд первой инстанции.  

 При новом рассмотрении в отменённой части обособленный спор объединён в одно производство с заявлением от 21.11.2022 конкурсного управляющего о взыскании солидарно с ФИО10, ООО «УК «Арсиб» холдинг групп» в лице руководителя ФИО7, ФИО7, ФИО9 в связи с отсутствием организации сохранности документов и имущества, убытков в сумме 1 770 000 руб., о взыскании с ФИО10 убытков в размере 56 008 858,19 руб.  

 Определением суда от 23.04.2024 (с учётом определения суда от 29.10.2024 об исправлении опечатки), оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 11.10.2024, с ФИО10 солидарно с ООО «Тюменьмолоко» в порядке субсидиарной ответственности в конкурсную массу должника взыскано 33 335 532,53 руб., в удовлетворении заявления к ФИО10 и ООО «Тюменьмолоко» в остальной части отказано; в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности иных лиц и взыскании убытков в остальной части отказано.  

 В кассационной жалобе ООО «Тюменьмолоко» просит отменить определение суда от 23.04.2024 и постановление апелляционного суда от 11.10.2024 в части привлечения его к субсидиарной ответственности, в обоснование ссылается на отсутствие связи сделки по отчуждению (01.12.2014) недвижимого имущества и возникновением у должника (в июле 2017 года) признаков объективного банкротства, недоказанность возможности совершения сделки на более выгодных для должника условиях и цели причинения вреда кредиторам; возмездный характер отношений должника и ООО «Тюменьмолоко», различный характер их хозяйственной деятельности; на момент создания ООО «Тюменьмолоко» имело отличные от должника юридический адрес, состав участников и органов управления, не включающий акционеров должника, штат сотрудников, оборудование, транспортные средства, контрагентов, торговые сети, технологии, деловые связи и самостоятельно вело бизнес; увеличение активов ООО «Тюменьмолоко» и получение прибыли происходило вне сделок с должником; после совершения в 2014-2015 годах сделок, вменяемых как вывод активов должника, должник получал значительную прибыль (в 2017-2018 годах осуществлял реализацию товаров третьим лицам); ООО «Тюменьмолоко» произвело реконструкцию приобретённых у должника объектов, установило новое оборудование и открыло новое производство, поэтому увеличение финансовых показателей ООО «Тюменьмолоко» связано ни с «перемещением» бизнеса и ни с «передачей активов», а с качественной организацией своей деятельности; отсутствие доказательств транзита денежных средств должника в пользу ООО «Тюменьмолоко» или «входящих в группу лиц»; отсутствие у должника признаков объективного банкротства как на дату отчуждения имущества по договору от 01.12.2014 № 3/14-М, так и в период с 2015 по 2017 годов с учётом ведения им обычной хозяйственной деятельности, извлечения прибыли и отсутствия неисполненных судебных актов и исполнительных производств; ООО «Тюменьмолоко» спустя два года после  

совершения сделок не могло знать о начислении должнику налоговых платежей; недоказанность того, что объективное банкротство должника наступило вследствие «схемы перевода бизнеса» с ОАО «Тюменьмолоко» на ООО «Тюменьмолоко»; бывшим руководителем должника ФИО3 истребованные в порядке статьи 126 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) документы переданы конкурсному управляющему, что подтверждается окончанием 06.07.2020 исполнительного производства; отсутствие вины ООО «Тюменьмолоко» в реализации должником активов в период 2017-2018 годов, повлёкшее в последующем возникновение задолженности перед Федеральной налоговой службой (далее – ФНС России); пропуск конкурсным управляющим субъективного (годичного) срока исковой давности по уточнённому 14.09.2021 заявлению о привлечении ООО «Тюменьмолоко» к субсидиарной ответственности, исходя из его осведомлённости по состоянию на 07.03.2020 (в силу принципа преемственности арбитражных управляющих) об обстоятельствах совершения должником сделки по отчуждению 01.12.2014 недвижимого имущества.  

 В кассационной жалобе конкурсный управляющий ФИО2 просит отменить определение суда от 23.04.2024 и постановление апелляционного суда от 11.10.2024 в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности ФИО4, ФИО5, ФИО7, ФИО7, АО «Тюменьоблснабсбыт», ООО «Универсальный», ФИО8, ООО «УК «Арсиб» холдинг групп», ФИО9, в указанной части принять новый судебный акт об удовлетворении требований в полном объёме, в обоснование ссылается на наличие у указанных ответчиков статуса контролирующих должника лиц как выгодоприобретателей от вывода бизнеса должника с целью уклонения от погашения налогов; сформированную судебной практикой позицию о консолидации активов и пассивов членов группы (организаций и их учредителей) по вопросу взаимоотношений с независимыми контрагентами, при этом наличие фактов создания в рамках данной группы организаций, дублирующих функции несостоятельного лица, запутанность внутригрупповых отношений, выражающаяся в свободном перемещении активов между аффилированными участниками корпоративной группы и транзитном движении денежных средств по их счетам, свидетельствуют о невозможности восприятия членов группы как самостоятельных, имущественно обособленных субъектов гражданского оборота.  

 В приобщённых к материалам дела в порядке статьи 279 АПК РФ отзывах на кассационную жалобу конкурного управляющего ФИО2 ФИО4 и ФИО8, ФИО5, ФИО7 и ФИО7, ООО «УК «Арсиб» холдинг групп», АО «Тюменьоблснабсбыт» просят обжалуемые судебные акты в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности оставить в силе.  

 Представитель ООО «Тюменьмолоко» в судебном заседании поддержал доводы, изложенные в кассационной жалобе, пояснил, что имеющееся у ООО «Тюменьмолоко» недвижимое имущество (ранее принадлежавшее должнику) используется по назначению, в обеспечение рассматриваемого заявления о субсидиарной ответственности  

не арестовано, но обременено ответчиком залогом в пользу банков.  

 Представители остальных ответчиков поддерживали доводы кассационной жалобы ООО «Тюменьмолоко» и возражали против удовлетворения кассационной жалобы конкурсного управляющего по основаниям, изложенным в отзывах на неё и.  

 Изучив материалы обособленного спора, заслушав представителей, обеспечивших явку в судебное заседание, проверив в соответствии со статьями 286, 288 АПК РФ по доводам, изложенным в кассационных жалобах, законность обжалуемых определения и постановления, суд округа пришёл к выводу о наличии оснований для их изменения.  

 Как следует из материалов дела и установлено судами, ОАО «Тюменьмолоко» зарегистрировано 31.12.1992 в результате приватизации государственного предприятия, образованного в 1934 году.  

 ООО «Тюменьмолоко» и ООО «УК «Арсиб» холдинг групп» созданы в 2008 году. 

 В 2008 году ОАО «Тюменьмолоко» введено в структуру Arsib holding group (далее также - холдинг АрСиб).  

 На сайте www.arsib.ru. в сети Интернет имеется информация о группе компаний АрСиб (Arsib holding group), указаны руководители холдинга: председатель совета директоров - ФИО7, директор дивизиона переработки УК «Arsib AGRO» – ФИО7 Указаны шесть самостоятельно развивающихся дивизионов холдинга: сельское хозяйство, переработка, строительство (ЖК «Горизонт» и другие), управление коммерческой недвижимостью (торговые центры «Магеллан», «Колумб», «Континент»), торговля («Тюменьмолоко», «Сельский дворик», ENKI и другие).  

 В состав группы компании АрСиб входят ОАО «Тюменьмолоко»; ООО «Тюменьмолоко»; АО «Тюменьобснабсбыт»; ООО «УК АрСиб холдинг групп», ООО «Универсальный» и иные лица.  

 ООО «Тюменьмолоко», ОАО «Тюменьмолоко», ООО «УК АрСиб холдинг групп», ООО «Универсальный» и АО «Тюменьобснабсбыт» подконтрольны руководящему составу группы компаний АрСиб, влияющему на финансово - экономические результаты деятельности всех членов группы.  

Ответчики входят в указанный руководящий состав и имеют значительное каждый в отдельности и решающее вместе с аффилированными лицами влияние на должника (ОАО «Тюменьмолоко») и хозяйственные общества, являющиеся ответчиками.  

 Так, ФИО7 - руководитель должника в период с 01.02.2013 по 28.02.2014; ФИО7 - руководитель должника в период с 28.02.2014 по 01.03.2014; ООО «УК «АрСиб» холдинг групп» осуществляло управление должником (с полномочиями единоличного исполнительного органа) в период с 01.03.2014 по ноябрь 2014 года; ФИО3 исполнял обязанности руководителя должника в период с ноября 2014 года по 28.02.2019.  

Следовательно, указанные лица обладают статусом контролирующих лиц в силу положений статей 53 - 53.2 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) и, соответственно, статьи 10 Закона о банкротстве) в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ (в настоящее время - подпункт 1 пункта 4 статьи 61.10 Закона  

о банкротстве).  

 ФИО4 владеет 25,23 % акций ОАО «Тюменьмолоко» с июля 2010 года по март 2018 года; является единственным участником ООО «УК «Арсиб» холдинг групп» с декабря 2010 года по настоящее время; входил в состав совета директоров АО «Тюменьоблснабсбыт» с апреля 2012 года по декабрь 2015 года.  

 ФИО5 владеет 20,65 % акций ОАО «Тюменьмолоко»; председательствовал на общем собрании при назначении ФИО3 руководителем должника (протокол от 29.08.2014).  

 АО «Тюменьоблснабсбыт» владеет 34,13 % акций ОАО «Тюменьмолоко» с июля 2010 года по настоящее время, а также владеет 30000/30001 долей (99,9 %) в уставном капитале ООО «Тюменьмолоко».  

 ФИО8 владеет 8,1 % акций ОАО «Тюменьмолоко»; при этом является единственным участником ООО «Универсальный» и с 2010 года контролирует 23,74 % акций АО «Тюменьоблснабсбыт» через ООО «Универсальный»; владеет (через АО «Тюменьоблснабсбыт») 99,9 % долей в уставном капителе ООО «Тюменьмолоко».  

 С апреля 2014 года по 2020 год ООО «УК «Арсиб» холдинг групп» осуществляло руководство ОАО «Тюменьоблснабсбыт» (с полномочиями единоличного исполнительного органа).  

 ФИО9 с марта 2014 года по март 2016 года владел 20,39 %, а с июня 2019 года 3,08 % акций АО «Тюменьоблснабсбыт» через ООО «УК «Арсиб» холдинг групп», а также является руководителем ООО «УК «Арсиб» холдинг групп».  

 ФИО9 - сын ФИО7 

 Постановлением апелляционного суда от 31.05.2023 по делу № А70-21944/2022 на основе информации, полученной от регистрирующих органов Республики Армения, установлены родственные связи участников (учредителей), акционеров, руководителей организаций – членов группы компаний АрСиб:  

 Нерсисян (ранее Степанян) В.Т. - родная сестра братьев ФИО7 и Сам.Т., родная тётка ФИО4 (сына ФИО15).  

 ФИО5 - сын ФИО16, который в свою очередь является племянником ФИО17 (отец ФИО7 и Сам.Т., ФИО8).  

Таким образом, учитывая родство, размеры пакетов акций (долей в уставных капиталах юридических лиц) и занимаемые должности, названные выше ответчики отвечают критериям аффилированных лиц (физические и юридические лица, способные оказывать влияние на деятельность юридических и (или) физических лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность - статья 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках»).  

 В период с 2013 по 2014 годов ОАО «Тюменьмолоко» отчуждены объекты недвижимого имущества - основные средства, в совокупности образовывавшие  

производственный комплекс должника:  

 по договору купли-продажи от 15.05.2013 № 1/14-13, заключённому между ОАО «Тюменьмолоко» (продавец) и АО «Тюменьоблснабсбыт» (покупатель), отчуждены 3 объекта недвижимого имущества, стоимостью 3 976 680 руб.;  

 по договору купли-продажи от 01.12.2014 № 3/14-14, заключённому между ОАО «Тюменьмолоко» (продавец) и ООО «Тюменьмолоко» (покупатель), отчуждены 14 объектов недвижимого имущества, стоимостью 394 323 000 руб. (сделка одобрена решением единственного участника ООО «Тюменьмолоко» от 01.12.2014, решением внеочередного собрания акционеров ОАО «Тюменьмолоко» (протокол от 20.03.2014));  

 ОАО «Тюменьмолоко» (продавец) в пользу АО «Тюменьоблснабсбыт» (покупатель) отчуждён газопровод за 119 000 руб. (протокол внеочередного общего собрания акционеров ОАО «Тюменьмолоко» от 28.01.2014, протокол внеочередного общего собрания акционеров АО «Тюменьоблснабсбыт» от 28.01.2014);  

 Кроме производственных и иных зданий по указанным договорам должником реализованы земельные участки стоимостью ниже заявленной в декларации по земельному налогу за 2015 год.  

Указанное имущество образует производственный комплекс по переработке молочной продукции, расположенный рядом с центральной частью города Тюмени и железнодорожными путями общего пользования.  

Возражая против удовлетворения заявления управляющего, ответчики ссылались на то, что после направления настоящего обособленного спора на новое рассмотрение (постановлением суда округа от 11.05.2022) инициированы другие споры и судом первой инстанции (в 2023 году) в признании указанных договоров недействительными отказано (в апелляционном порядке проверен один акт суда первой инстанции, а предметом проверки в кассационном порядке судебные акты по сделкам не являлись).  

Отказывая в удовлетворении заявления о субсидиарной ответственности иных ответчиков (кроме ФИО3 и ООО «Тюменьмолоко»), суды исходили из результатов оспаривания сделок и возникновения у должника признаков неплатёжеспособности не ранее 2017 года.  

Учитывали при этом следующее. 

Решением Арбитражного суда Тюменской области от 14.07.2017 по делу № А70-6297/2017 с должника в пользу АО «Тюменьоблснабсбыт» взыскано 527 184,88 руб., но средств на погашение указанной задолженности у должника уже не было и она включена в реестр требований кредиторов (постановление апелляционного суда от 19.09.2019).  

 ФНС России принято решение от 05.09.2017 № 12-1-20/129032 о привлечении ОАО «Тюменьмолоко» к ответственности за неуплату налогов за 2016 год, впоследствии в адрес должника налоговым органом выставлено требование об уплате налога, сбора, пени, штрафа, процентов от 06.07.2017 № 147057 в размере 4 007 702,15 руб., сроком исполнения до 19.07.2017; а также приняты решения от 18.09.2017 № 79034, от 22.11.2017 № 106831 о взыскании задолженности за счёт денежных средств на счетах  

налогоплательщика и его имущества.  

Суды указали на то, что недоимка по налогам за период с июля 2017 года по дату возбуждения дела о банкротстве составила 15 298 392 руб. и включена в реестр требований кредиторов.  

 В собственности должника в указанный период имелось одно транспортное средство, следовательно, объективная возможность осуществления хозяйственной деятельности у должника отсутствовала.  

Суд округа не может согласиться с выводами судов первой и апелляционной инстанций в части отказа в удовлетворении требования о субсидиарной ответственности к остальным ответчикам с учётом следующего.  

 Определением суда от 13.11.2018 по заявлению ФНС России в отношении ОАО «Тюменьмолоко» введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена ФИО18.  

 Решением суда от 07.03.2019 ОАО «Тюменьмолоко» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО18  

После её освобождения 05.08.2020 обязанности конкурсного управляющего должником исполнял ФИО19, затем ФИО20, а с августа 2024 года – ФИО2  

 Определением суда 19.06.2019 на последнего перед открытием конкурсного производства руководителя должника ФИО3 возложена обязанность передать конкурсному управляющему ФИО18 оригиналы документов, относящиеся к должнику за период с 31.12.1992 (дата создания) по 28.02.2019.  

В качестве оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий указывал на совершение ими сделок, приведших к утрате должником всех принадлежащих ему активов и переводе бизнеса в подконтрольное ответчикам ООО «Тюменьмолоко».  

 Определением суда от 08.06.2020 у ООО «Тюменьмолоко» истребованы копии документов, подтверждающих оплату по договору купли-продажи недвижимого имущества от 01.12.2014 № 3/14-14.  

Удовлетворяя ходатайство об истребовании, суд исходил из того, что, запрашивая копии документов, подтверждающих оплату по договору от 01.12.2014 № 3/14-14, конкурсный управляющий действует в целях конкурсного производства, оспаривания сделок должника, привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.  

При таких обстоятельствах суды правильно отклонили заявление ответчиков о пропуске управляющим исковой давности, поскольку для оспаривания необходима осведомлённость не только о факте сделок, но и основаниях их недействительности, о чём управляющий и на 08.06.2020 не был осведомлён в силу отсутствия документации должника, а факт расчётов по сделкам приобретатели производственного комплекса должника - ООО «Тюменьмолоко» и АО «Тюменьоблснабсбыт» - подтверждали в ходе  

рассмотрения обособленных споров по сделкам в 2023 году.  

 Из сданной ФИО3 отчётности должника за период за 2015 – 2018 годы усматриваются факты реализации должником имущества (движимого, недвижимого, товарно-материальных ценностей), однако от покупателей оплата не истребована; налог на добавленную стоимость (далее – НДС) по приобретённым ценностям не отражался, что повлекло для должника возникновение задолженности по обязательным платежам и убытков в сумме 31 475 813 руб.  

 В реестр требований кредиторов должника включены требования кредиторов в сумме 34 087 666,93 руб., непогашенная задолженность по текущим платежам составляет перед арбитражными управляющими ФИО18 - 334 487,75 руб., ФИО19 – 891 155,40 руб., ФИО20 – 229 753,68 руб., уполномоченным органом – 812 475 руб. (государственной пошлины по искам, разрешённым не в пользу должника), обществом с ограниченной ответственностью «Право и Финансы» – 10 000 руб.  

Удовлетворяя заявление управляющего в части привлечения к субсидиарной ответственности ФИО3 и ООО «Тюменьмолоко», суды исходили из того, что ФИО3 как последний руководитель должника не обеспечил передачу имущества и значимой для целей процедуры банкротства документации должника; а отчуждение производственного комплекса должника, в том числе товарного знака «Тюменьмолоко» привело к переводу его хозяйственной деятельности на аффилированное лицо, росту его кредиторской задолженности (в связи с отражением в налоговой отчётности сделок по реализации с НДС после утраты права собственности на недвижимое имущество, а также перевода всей реализации и доходов на зеркальную организацию – ООО «Тюменьмолоко».  

 Со ссылкой на отсутствие доказательств осведомлённости конкурсного управляющего о наличии оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности суды сделали вывод об обращении 19.06.2020 с соответствующим заявлением, его уточнением 09.06.2021 и уточнением 14.09.2021 в отношении ООО «Тюменьмолоко» в пределах срока исковой давности, поскольку об основаниях недействительности основных сделок управляющий в силу сокрытия документации должника на 08.06.2020 не был осведомлён, а факт расчётов по сделкам ООО «Тюменьмолоко» и АО «Тюменьоблснабсбыт» (приобретатели производственного комплекса должника) подтверждали в ходе рассмотрения обособленных споров по сделкам в 2023 году.  

Субсидиарная ответственность ООО «Тюменьмолоко» и ФИО3 определена судами в размере 33 335 532,53 руб. из расчёта: 34 087 666,93 руб. (реестровые и текущие требования) - 752 134,70 руб. (штрафы за налоговые правонарушения).  

 Вместе с тем, правильно установив обстоятельства перевода бизнеса должника на ООО «Тюменьмолоко», суды отказали в привлечении к субсидиарной ответственности ФИО4, ФИО5, ФИО7, ФИО7, ФИО9, ФИО8, АО «Тюменьоблснабсбыт», ООО «Универсальный», ООО «УК «Арсиб»  

холдинг групп», указав на недоказанность управляющим роли каждого ответчика в принятии решений, результатом которых является вывод бизнеса, и непредставление управляющим доказательств, указывающих на совершение этими ответчиками конкретных действий, направленных на извлечение какой-либо имущественной выгоды от деятельности должника; указав на то, что факты согласования, заключения, одобрения сделок на заведомо невыгодных условиях или заведомо неспособным исполнить обязательства лицом (статья 61.11 Закона о банкротстве), дачи указаний по совершению явно убыточных операций не установлены.  

 Между тем судами в этой части не учтено следующее. 

 В соответствии с правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 02.07.2024 № 303-ЭС24-372, правовая форма юридического лица (корпорации) не должна использоваться его учредителями и иными контролирующими лицами для причинения вреда независимым участникам оборота (пункт 1 статьи 10, статья 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, далее – ГК РФ; пункт 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», далее – Постановление № 53).  

 В исключительных случаях участники корпорации и иные контролирующие лица (пункты 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ) могут быть привлечены к имущественной (субсидиарной по отношению к обязательствам юридического лица) ответственности за причинённый кредиторам вред - если имело место неправомерное вмешательство в деятельность должника со стороны его контролирующих лиц, вследствие которого должник утратил способность исполнять свои обязательства.  

 Основанием субсидиарной ответственности может выступать избрание участниками юридического лица таких моделей ведения хозяйственной деятельности в рамках группы лиц, которые заведомо не учитывают собственные интересы юридического лица, связанные с сохранением способности исправно исполнять обязательства перед независимыми участниками оборота, например, ведение единой по сути экономической деятельности через несколько юридических лиц, не наделённых достаточным имуществом; перевод деятельности на вновь созданные юридические лица в целях исключения ответственности перед контрагентами и т.п.  

 В подобной ситуации правопорядок относится к корпорации так же, как и она относится к себе, игнорируя принципы ограниченной ответственности и защиты делового решения (пункт 28 Обзора судебной практики разрешения споров о несостоятельности (банкротстве) за 2022 год, утверждённого Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26.04.2023).  

 При этом, рассматривая иски о привлечении к субсидиарной ответственности, суд должен распределять бремя доказывания (часть 3 статьи 9, часть 2 статьи 65 АПК РФ, пункт 56 Постановления № 53) с учётом необходимости выравнивания возможностей по доказыванию юридически значимых обстоятельств дела между сторонами спора.  

 Конкурсный управляющий, как правило, не имеет доступа к доказательствам,  

связанным с финансово-хозяйственной деятельностью должника, а контролирующие должника лица, напротив, обладают таким доступом и фактически могут его ограничить по своему усмотрению.  

 Поэтому, предъявляя иск к контролирующему лицу, управляющий должен представить доказательства, обосновывающие с разумной степенью достоверности наличие у должника и его кредиторов убытков, а также то, что вероятной причиной невозможности погашения требований кредиторов являлось поведение контролирующих должника лиц.  

 В случае предоставления таких доказательств, в том числе убедительной совокупности косвенных доказательств, бремя опровержения утверждений истца переходит на контролирующих должника лиц.  

 В данном случае указанные правовые подходы, выработанные высшей судебной инстанции, означают обязанность ответчиков, в полной мере осведомлённых о всех тонкостях их общего бизнеса, раскрыть и доказать критерии распределения в контролируемой ими группе лиц основных, оборотных и прочих приносящих доходы активов, распределения среди них доходов и оформления имущества, полученных от присвоения и эксплуатации активов должника.  

Суды установили основания субсидиарной ответственности ООО «Тюменьмолоко», однако лица, организовавшие перевод бизнеса должника на данную «зеркальную» организацию, и являющиеся бенефициарами этого, освобождены от субсидиарной ответственности по мотиву недоказанности конкурсным управляющим роли каждого из них в доведении должника до банкротства.  

Вместе с тем такой вывод сделан при неправильном распределении бремени и рисков доказывания.  

Понятие группы лиц дано в статьи 9 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции», аффилированных лиц – в указанной выше статье 4 Закона РСФСР «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках».  

Все ответчики в полной мере отвечают критериям аффилированных лиц, группы лиц, контролирующих должника, бенефициаров вывода его бизнеса.  

ФИО7, ФИО7, ООО «УК «АрСиб» холдинг групп» - руководители должника, ФИО4 – акционер должника (25,23 %) и единственный участник ООО «УК «АрСиб» холдинг групп», ФИО9 – акционер должника и АО «Тюменьоблснабсбыт» руководитель ООО «УК «АрСиб» холдинг групп», Нерсисян (ранее Степанян) В.Т. – полностью контролирует ООО «Универсальный», а также через это лицо контролирует 23,74% акций АО «Тюменьоблснабсбыт», ФИО5 – акционер должника.  

ООО «Тюменьмолоко» и АО «Тюменьоблснабсбыт» - лица, получившие основные производственные активы должника.  

Выше более подробно приведено описание установленных судами их корпоративных и управленческих статусов.  

Все названные физические лица – родственники, что предполагает личный доверительный характер отношений.  

ООО «Универсальный» полностью контролируется ФИО8, несущей бремя опровержения презумпции участия в присвоении ею или оформления на подконтрольные ей структуры доходов от вывода активов должника, но не раскрывшая ни своего имущественного положения, ни положения подконтрольных структур, поэтому не исключившая презумпцию своего участия, а равно участия ООО «Универсальный» в бенефициарном влиянии на должника во вред кредиторам последнего.  

Такой же подход относится к АО «Тюменьоблснабсбыт», в отношении которого управляющие им ответчики не исключили фактов не только получения основных средств должника, но и дальнейшего присвоения доходов от их эксплуатации.  

В числе акционеров АО «Тюменьоблснабсбыт» было множество лиц, в итоге контролирующий пакет акций сконцентрирован в родственной группе ответчиков (материалы электронного дела, Картотека арбитражных дел, 09.06.2021 10:27).  

Каких-либо оснований для освобождения ответчиков, в пользу которых судами истолкована недоказанность (возникшая вследствие действий группы ответчиков) характера их участия в управлении должником и распределения среди группы лиц результатов вывода активов должника, от бремени доказывания неучастия в этом, не имеется, соответственно риски уклонения от раскрытия доказательств (более того, на втором круге рассмотрения обособленного спора) толкуются в пользу участия ответчиков в этих вредоносных для кредиторов должника процессах.  

Российская Федерация по требованию об уплате налогов в лице уполномоченного органа - единственный независимый реестровый кредитор ОАО «Тюменьмолоко».  

Предметом кассационного обжалования не являются только выводы о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО3, не являющегося родственником остальных ответчиков, назначенного ими на должность руководителя должника.  

Суд округа не усматривает материально-правовых оснований для переоценки указанных выводов с учётом следующего.  

 Доходы ФИО3 от должника как его руководителя не превышают 30 тыс. руб. в месяц, документы он конкурсному управляющему не передал; определением от 10.10.2019 за неисполнение судебного акта об обязании передать документацию в отношении ФИО3 применён астрент.  

ФИО3 в связи с указанными обстоятельствами привлечён к административной и субсидиарной ответственности.  

Ко всем указанным мерам он относится равнодушно, поскольку содействия конкурсным управляющим не оказывает.  

В числе собственников бизнеса в составе холдинга АрСиб ФИО3 не значится, соответственно заинтересован иным образом скрывать значимую для целей конкурсного производства информацию и документацию должника, что имеет место только к выгоде других ответчиков, поскольку его собственным законным интересам такое поведение не отвечает.  

Относительно сделок по отчуждению основных средств должника (производственного комплекса) суд округа полагает, что судами установлены фактические обстоятельства, однако сделаны неправильные выводы.  

Суды исходили из того, что эти сделки оспаривались в специальных спорах, признаков ничтожности по статье 10 ГК РФ не установлено, а оценка по правилам статьи 61.2 Закона о банкротстве оказалась невозможна как выходящих за пределы подозрительности.  

 Так, определением суда от 24.07.2023 отказано в признании недействительным договора купли-продажи от 01.12.2014 № 3/14-14, на основании которого осуществлена государственная регистрация 15.02.2015 перехода от должника к ООО «Тюменьмолоко» права собственности на недвижимое имущество (4 земельных участка общей площадью около 48 000 кв. м., 9 нежилых помещений, в том числе молокозавод 12 480,8 кв. м, административное здание 2555 кв. м, строительный цех 506,8 кв. м, железнодорожный путь 2139 кв. м, физкультурно-оздоровительный комплекс 1992,3 кв. м, насосная, конденсаторная, склады) за 394 млн. руб.  

В качестве доказательств встречного предоставления приняты копии акта зачёта от 26.12.2014, а также указанных в нём документов: договора займа от 11.02.2011 (о задолженности ОАО «Тюменьмолоко» 63 млн. руб.), договора уступки от 15.12.2014 (о задолженности ОАО «Тюменьмолоко» 170 млн. руб.), соглашения от 18.11.2014 о расторжении договора аренды от 01.01.2009 (о задолженности ОАО «Тюменьмолоко» 70 млн. руб.), договора поставки от 28.11.2014 (о задолженности ОАО «Тюменьмолоко» 99 млн. руб.), зачтённой в совокупности в счёт оплаты ООО «Тюменьмолоко» указанного производственного комплекса, расположенного рядом с центром 

<

...> Победы, 35) и железнодорожными путями общего пользования.  

В ходе рассмотрения спора ООО «Тюменьмолоко» сослалось на уничтожение оригиналов, а факт их подписания подтверждал свидетель ФИО21  

Вторым определением суда от 21.12.2023 отказано в признании недействительным договора купли-продажи от 15.05.2013 № 1/14-13 с дополнительным соглашением от 28.01.2014, на основании которого осуществлена государственная регистрация 27.02.2015 перехода по цене 4,095 млн. руб. от должника к АО «Тюменьоблснабсбыт» права собственности на земельный участок 7554 кв. м (с кадастровым номером :0015) для размещения существующей газовой котельной, склад 120,1 кв. м, здание мазутонасосной 161.5 кв. м, газопровод подземный 108 кв. м, расположенные по адресу: 

<

...> Победы, 29а, рядом с объектами, оформленными в собственность ООО «Тюменьмолоко», и также приближенные к центру города и железнодорожным путям общего пользования.  

В оплату договора купли-продажи от 15.05.2013 № 1/14-13 представлена копия акта зачёта от 06.10.2015, оригинал которого АО «Тюменьоблснабсбыт» не представило, также сославшись на уничтожение.  

АО «Тюменьоблснабсбыт» в подтверждение оплаты представило агентский договор от 01.04.2012 с дополнительными приложениями и соглашение от 10.02.2015 о его  

расторжении; однако оригиналы счетов-фактуры, договора цессии, акта сверки не представило, сославшись на уничтожение.  

Суд при отказе в признании недействительным договора купли-продажи от 15.05.2013 № 1/14-13 исходил из допустимости уничтожения АО «Тюменьоблснабсбыт» документов бухгалтерского учёта, учёл доводы о перечислении 25.12.2014 обществом с ограниченной ответственностью «Инвестиции» на счёт должника 2 млн. руб. (предмет цессии), а также наличие у должника в 2016 и 2017 году активов, превышающих кредиторскую задолженность.  

Для целей настоящего обособленного спора о субсидиарной ответственности судами принято во внимание, что договор купли-продажи от 15.05.2013 № 1/14-13 подписан ФИО7 и Сам. Т., а отклонение согласованной ими цены продажи от декларированной для целей уплаты земельного налога стоимости земельного участка (с кадастровым номером :0015) составляет более 15,9 млн. руб. (том 25 лист 113).  

ФИО3 получил 23.11.2018 запрос о предоставлении документов и уведомление о возможности отчуждать имущество должника исключительно с согласия временного управляющего (отчёт об отслеживании отправления с почтовым идентификатором 80087229825054).  

Однако, вопреки этому ФИО3 как руководитель должника подал заявление от 09.01.2019 о досрочном прекращении правовой охраны товарного знака № 262778, зарегистрированного за ОАО «Тюменьмолоко» 30.11.2004 со сроком действия до 14.10.2022.  

Вместе с тем возражения ООО «Тюменьмолоко» и АО «Тюменьоблснабсбыт», которые в итоге свелись к тому, что договоры от 01.12.2014 № 3/14-14 и от 15.05.2013 № 1/14-13 (отчуждение производственного комплекса должника) недействительными не признаны, судами приняты с неправильной оценкой иных установленных ими и подтверждённых материалами дела обстоятельств.  

Так, ООО «Тюменьмолоко» (ОГРН 

<

***>) создано в 2008 году, участниками являются АО «Тюменьоблснабсбыт» (99,99 %) и ФИО22.  

ООО «Тюменьмолоко» имеет общие черты с должником: 1. один юридический адрес: 625016, 

<

...> Победы, д. 35; 2. одинаковое название для обыденного покупателя – «Тюменьмолоко»; 3. одни и те же родственные связи с контролирующими должника лицами в управлении и получении доходов; работники.  

Одним из основных факторов ухудшения финансового состояния должника, является рост задолженности в связи с отражением в налоговой отчётности сделок по реализации с НДС (отражение расходов) после утраты права собственности на недвижимое имущество, в том числе на производственные помещения, а также перевод всей реализации (получение доходов) на зеркальную фирму – ООО «Тюменьмолоко».  

Очевидно, что несвоевременное отражение в отчётности должника сделок по отчуждению имущества, повлёкшее начисление должнику налогов, связанных с уже отчуждённым имуществом, очевидно освободило от соответствующего налогового  

бремени приобретателей имущества.  

 В результате перехода права собственности на недвижимое имущество, перевода оборотных активов ОАО «Тюменьмолоко» в «зеркальную» организацию, выручка от переработки молочной продукции также переведена в ООО «Тюменьмолоко».  

Так, ООО «Тюменьмолоко» в 1 квартале 2015 года получило выручку 245 млн. руб., в 3 квартале 2015 года - более 319 млн. руб. (декларации по НДС, том 78 лист 69).  

Соответствующей выручки лишилось ОАО «Тюменьмолоко», что подтверждается следующими фактами.  

Объем реализации ОАО «Тюменьмолоко» составлял с 2005 по 2008 годы в среднем по 159 млн. руб. в год.  

После создания ООО «Тюменьмолоко» в 2008 году объем реализации ОАО «Тюменьмолоко» с 2009 по 2014 годы составлял уже в среднем 69,96 млн. руб. в год (снижался на 35,4 % в год), в 2015 и в 2017 годах - 5,35 млн. руб. и 108,98 млн. руб.  

В отношении выручки должника 2015-2017 года (на которую ссылаются ответчики как актив, подтверждающий платёжеспособность должника) необходимо принять во внимание указанную ниже дебиторскую задолженность, а также то, что управляющий настаивает на фактическом отсутствии у должника с 2013 года выручки, несмотря на отражение её в бухгалтерском учёте.  

Конкурсным управляющим получены копии налоговых деклараций по земельному и транспортному налогам, а также по налогу на добавленную стоимость (далее – НДС) за период с 2015 по 2018 годы, подписанные ФИО3 и подтверждающие то, что должником реализованы товары (работы, услуги) за 1 квартал 2017 года, 4 квартал 2017 года, 1 квартал 2018 года, 3 квартал 2018 года.  

Добросовестные причины, по которым на имя должника (лишённого с февраля 2015 года активов) приобреталась продукция, переданная аффилированным дебиторам, не названы.  

В частности, ООО «Тюменьмолоко» с должником за продукцию в сумме не менее 45 млн. руб. не рассчиталось.  

В случае действительного поступления в имущественную сферу должника (а не только отражения в бухгалтерском учёте) 5,352 млн. руб. и 108,981 млн. руб. у него не имелось препятствий исполнить налоговые требования (основная задолженность с 2015 по 2017 годы около 15 млн. руб.).  

В отношении ООО «Тюменьмолоко» судами установлено и подтверждается материалами дела следующее.  

Объем реализации ООО «Тюменьмолоко» составил в 2008 году – 0 руб.; с 2009 по 2014 годы в среднем 358,433 млн. руб. в год; с 2015 по 2020 годы в среднем 1,878 млрд. руб. в год.  

В этой связи отклоняются как не обоснованные относимыми и допустимыми доказательствами доводы ООО «Тюменьмолоко» о наличии у него и без должника достаточных собственных производственных активов как источника получения выручки в таких размерах.  

Динамика выручки данных обществ в полной мере подтверждает уменьшение её у должника и соответствующее возникновение и увеличение у ООО «Тюменьмолоко» после создания последнего.  

Исключительное право на торговую марку «Тюменьмолоко» действует до 14.10.2022. Правообладателем являлось ОАО «Тюменьмолоко». Торговая марка в ходе рассмотрения дела предыдущего дела о банкротстве ОАО «Тюменьмолоко» реализована посредством торгов единственному участнику ООО «Агрохолдинг Уральский» (ИНН 

<

***>; единственный учредитель ФИО23 – брат Степанян (Срабян) ФИО24 - супруги ФИО7).  

Какое-либо обоснование того, по какой причине производственный комплекс, нематериальные активы, деловая репутация должника (как правопреемника созданного в 1934 году государственного предприятия) не могли использоваться им и далее для явно высокодоходной хозяйственной деятельности, по крайней мере до надлежащего исполнения обязанностей по уплате налогов, отсутствует.  

Должнику с 2008 года отведена роль центра убытков, которые причинены исключительно Российской Федерации в лице уполномоченного органа.  

 Этот факт подтверждён установленными по делу обстоятельствами, продемонстрирован объективными финансовыми показателями ОАО «Тюменьмолоко» и ООО «Тюменьмолоко», размещёнными в открытом доступе в сети Интернет, на которые сослался управляющий ФИО19 (материалы электронного дела, 18.11.2022 - 15:47, Картотека арбитражных дел, «Динамика финансовых результатов», а также материалы дела- том 77 лист 16).  

Конкурсным управляющим из всего затребованного от ФИО3 получен лишь ограниченный перечень копий документов (договоров, значение которых для формирования конкурсной массы не установлено).  

ФИО3 на уведомление-запрос временного управляющего от 12.11.2018 № 12 ответил, что в связи с отсутствием хозяйственной деятельности в период с 15.08.2015 не могут быть представлены оборотно-сальдовые ведомости по всем счетам бухгалтерского учёта; об исполнении или неисполнении обязательств в связи с истечением сроков хранения; авансы не перечислялись, расшифровки вложений отсутствуют; не имеется в собственности имущества и имущественных прав, в отношении которых осуществлена государственная регистрация прав собственности.  

Утверждения ФИО3 о том, что работы по ведению бухгалтерского учёта выполнялись сторонней организацией никаким договором не подкреплены, не представлены подтверждающие документы о приёмке-передаче регистров бухгалтерского учёта и первичной документации между ОАО «Тюменьмолоко» и сторонней организацией.  

Обязанность по передаче документов и имущества предусмотрена и для предыдущего руководителя должника – ООО «УК «Арсиб» холдинг групп» в лице руководителей ФИО7, ФИО7, ФИО9  

Конкурсный управляющий ФИО19 в обоснование требования о субсидиарной  

ответственности заявил, что между ООО «УК «Арсиб» холдинг групп» в лице руководителя ФИО7 и ФИО3 документы бухгалтерского учёта и бухгалтерской отчётности не передавались, а также не передано имущество, принадлежащее на праве собственности должнику, не проведена инвентаризация активов и обязательств.  

В ходе рассмотрения настоящего спора лицами, исполнявшими функции руководителя должника, иное не доказано.  

На вопросы суда округа, какие именно активы остались у должника после отчуждения производственного комплекса в пользу ООО «Тюменьмолоко» и АО «Тюменьоблснабсбыт», их представители пояснили, что это запасы продукции; на вопрос о местонахождения двух оставшихся у должника транспортных средств (УАЗ и Лексус) сослались на отсутствие сведений.  

Относительно доводов ответчиков о наличии у должника в 2016 и 2017 году активов судами установлено и подтверждается материалами дела следующее.  

У должника имеется значительная дебиторская задолженность, все меры взыскания которой не принесли результатов, кроме обременения должника текущими обязательствами по оплате государственной пошлины.  

В томе 86 на листе 66 имеется письмо ФНС России от 04.10.2021 о наличии у должника контрагентов, не оплативших продукцию, в том числе ООО «Тюменьмолоко» (38 млн. руб.), общество с ограниченной ответственностью «ДК» (58 млн. руб., аффилировано со ФИО5), общество с ограниченной ответственностью «Дружба» (35 млн. руб., контролируется ФИО25, а само общество «Дружба» контролирует должника, что следует из ответа реестродержателя – том 32 лист 108), общество с ограниченной ответственностью «Вершина» (47 млн. руб., учредитель ФИО26), общество с ограниченной ответственностью «Капиталстройгрупп» (37 млн. руб., руководитель ФИО26), общество с ограниченной ответственностью «Мир развлечений» (1,36 млн. руб., ФИО27), общество с ограниченной ответственностью «Мясной мир» (11,7 млн. руб., руководитель ФИО28).  

Определением суда от 24.07.2023 отказано в признании недействительными сделок должника по поставке в пользу ООО «Тюменьмолоко» продукции на 45 млн. руб. (приняты во внимание зачёт 20.12.2017 - в уже никем неоспариваемый период неплатёжеспособности должника и показания аффилированных свидетелей о наличии встречного предоставления, совершение сделок ранее 3 лет до возбуждения дела о банкротстве).  

Документы должника о поставках истребовались судом от самих дебиторов (определение суда от 17.11.2021).  

ФИО19 отстранён 29.03.2023 от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должником; поданные им от имени должника иски к обществам «Капиталстройгрупп» (на 44 млн. руб.), «Сельстрой» (12,9 млн. руб.) оставлены  

без рассмотрения из-за неисполнения требований суда и неявки в заседания (А70-24088/2021, А70-24085/2021), иск к обществу «Мир развлечений» отклонён за исковой давностью, к обществу «Мясной двор» (13,8 млн. руб.) отклонён за отсутствием первичных учётных документов (А70-24083/2021), иски к ООО «Тюменьмолоко» (45,6 млн. руб.) и АО «Тюменьоблснабсбыт» (3,7 млн. руб.), обществу «ДК» (58,4 млн. руб.) отклонены за пропуском исковой давности (А70-24079/2021, А70-24081/2021).  

 В ходе рассмотрения настоящего обособленного спора АО «Тюменьоблснабсбыт», несмотря на неисполнение ФИО3 обязанности по передаче документации должника (по правилам статьи 126 Закона о банкротстве), свободно оперирует данными бухгалтерского учёта должника и делает контррассчёты его налоговых обязательств, что подтверждает участие в сокрытии документации должника от использования в целях конкурсного производства.  

 Исполнительные производства в отношении должника возбуждаются с августа 2017 года и не имеют результатов.  

При выводе о признаках несостоятельности должника со второй половины 2017 года суды не учли, что включённые в реестр требований кредиторов должника требования ФНС России обоснованы требованиями об уплате налогов с января 2015 года (на 11.02.2015 задолженность по налогам в сумме 2,466 млн. руб.), в связи с чем, лишение должника производственного комплекса как источника исполнения обязательств является причиной возникшей в феврале 2015 года несостоятельности должника, невозможности погашения указанной налоговой задолженности, размер которой принимался во внимание для целей возбуждения дела о банкротстве и должен был приниматься контролирующими должника лицами, имевшими не план вывода должника из кризиса, а противоположный план (отведение должнику роли «центра убытков»).  

Неплатёжеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное (статья 2 Закона о банкротстве).  

Таким образом, должник перестал исполнять налоговые обязательства именно после отчуждения в феврале 2015 года права собственности на производственный комплекс в пользу ООО «Тюменьмолоко» и АО «Тюменьоблснабсбыт».  

 Управляющий в обоснование требования указывал, что последняя выручка за молочную продукцию за 2011-2013 года у должника была 28.10.2013 (платёжное поручение № 448), соответственно якобы предоставленные должнику аффилированными лицами в конце 2014 года займы и иные предоставления (противопоставленные в порядке зачётов в оплату производственного комплекса) очевидно использованы не на нужды должника, поскольку налоговые обязательства не погашались, но возникла дебиторская задолженность указанных выше лиц (аффилированность которых подтверждается неистребованием задолженности, сокрытием первичных учётных документов и «задавнивание» для исключения взыскания).  

За создание неплатёжеспособности действиями контролирующих должника лиц, а не в результате объективных отрицательных для должника экономических процессов, законом предусмотрена субсидиарная ответственность.  

Отнесение судами к рискам независимых кредиторов и вменение в вину конкурсному управляющему недоказанности роли каждого ответчика в принятии решений, результатом которых является вывод бизнеса, противоречит выработанным практикой Верховного Суда Российской Федерации правовым подходам.  

Более того, такая ситуация создана исключительно ответчиками, находящимися в согласии и консолидированно возражающими против любых внешних претензий к каждому из них, защищая их общие интересы.  

Сокрытие информации о порядке принятия решений о ведении бизнеса и распределении в группе активов и дальнейшем направлении доходов не может создавать доказательственных преференций ответчикам в настоящем обособленном споре, поэтому справедливым является отнесение на них рисков неопровержения подтверждённых в полной мере материалами дела презумпций их солидарной субсидиарной ответственности за невозможность для должника расчётов с независимыми кредиторами.  

Корпоративный статус каждого их ответчиков является высоким в отдельности, а в совокупности с иными родственниками и подконтрольными юридическими лицами, по законодательству Российской Федерации, все ответчики определяются как группа аффилированных лиц, владеющих совместно более 50 % акций должника, а также использовавших в своих интересах в полной мере статусы единоличного исполнительного органа должника, председателя и членов его совета директоров, что в совокупности создало им неограниченную возможность влияния на принятие всех решений от имени должника.  

Суд вправе исходить из предположения о том, что виновные действия (бездействие) контролирующих лиц привели к невозможности исполнения обязательств перед кредитором, если установит недобросовестность поведения контролирующих лиц в процессе, например, при отказе или уклонении контролирующих лиц от представления суду характеризующих хозяйственную деятельность должника доказательств, от дачи пояснений либо их явной неполноте, и если иное не будет следовать из обстоятельств дела (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 07.02.2023 № 6-П).  

После направления обособленного спора на новое рассмотрение каждый из ответчиков имел возможность и на свой риск не исключил своё участие (не обосновал его незначительность) в распределении результатов недобросовестного перевода производственного комплекса и доходного бизнеса на его базе в другие подконтрольные родственникам юридические оболочки с оставлением в ОАО «Тюменьмолоко» только долгов перед государством.  

Уполномоченный орган, несмотря на статус участвующего в деле лица как единственного независимого кредитора, участие в защиту бюджета и публично-правовых интересов не принял, не оказал необходимое содействие конкурсным управляющим ФИО19 и ФИО20, отстранение которых от исполнения обязанностей  

произошло по формальным причинам дисквалификации по административным нарушениям; вместе с тем своей деятельностью в настоящем деле о банкротстве они не причинили убытков и не создали соответствующих рисков, а напротив, провели глубокий анализ связей аффилированной группы ответчиков, созданной по родственному и национальному признаку, её деятельности по приобретению контроля над множеством заметных перерабатывающих и иных предприятий Тюмени и Тюменской области, назначению руководителей из лиц, не входящих в группу по указанным признакам, с целью переложения на них потенциальной ответственности; указали на обстоятельства неоднократного воспроизведения группой ответчиков схемы «центры прибыли и убытков» с причинением значительного вреда интересам бюджета и другим кредиторам (не менее 1,5 млрд. руб.); в обоснование аффилированности ответчиков указали дополнительно на обслуживание их интересов рядом общих представителей, выступающих также и арбитражными управляющими в делах о банкротстве подконтрольных хозяйственных обществ, а также на затягивание со стороны уполномоченного органа обращений с заявлениями о банкротстве таких обществ, что создаёт риски вывода вредоносных сделок за пределы диспозиции статьи 61.2 Закона о банкротстве (том 77 листы 49-62, материалы электронного дела, Картотека арбитражных дел, 18.12.2023 - 10:03, 08.02.2023 -18:04).  

Достаточность активов ООО «Тюменьмолоко» (более того, как пояснили представители ответчиков, заложенных в пользу банков) для погашения требования о субсидиарной ответственности не обоснована, более того, налоговый орган или управляющий с заявлением об аресте имущества ООО «Тюменьмолоко» не обращались.  

В заседание суда кассационной инстанции по основному для данного дела о банкротстве вопросу (об ответственности за причинение вреда бюджету Российской Федерации) представители вновь утверждённого в августе 2024 года конкурсного управляющего ФИО2, а равно и уполномоченного органа не явились.  

При установленных судами обстоятельствах отказ в признании недействительными отдельно взятых договоров купли-продажи производственного комплекса должника не исключает в настоящем обособленном споре вывод о наличии оснований для солидарного привлечения всех ответчиков к субсидиарной ответственности, поскольку общий результат для должника (перевод приносящего выручку бизнеса, создание в интересах ответчиков невозможности взыскания в пользу должника дебиторской задолженности с аффилированных покупателей, что лишило должника достаточного для погашения обязательств перед бюджетом дохода, а также несвоевременное отражение в налоговой отчётности должника сделок с имуществом, что очевидно перераспределило налоговое бремя в пользу приобретателей имущества) в спорах по сделкам предметом оценки не был.  

Бизнес должника продолжен в другой подконтрольной всем аффилированным ответчикам юридической структуре с присвоением экономических результатов, в том числе деловой репутации ОАО «Тюменьмолоко» как функционирующего с 1934 года предприятия (приватизированного в 1992 году, со временем переведённого к 2008 году  

под исключительный акционерный контроль группы лиц, объединённой по родственному и национальному признаку, включённого в 2008 году в холдинг АрСиб с назначением ему роли центра убытков), передачи аффилированным юридическим лицам продукции должника и создании условий для невзыскания в его имущественную сферу задолженности аффилированных дебиторов, включая ООО «Тюменьмолоко» и АО «Тюменьоблснабсбыт» (сумму не менее 56 млн. руб.) путём сокрытия подтверждающих первичных учётных документов и создании иных причин для истечения исковой давности.  

Таким образом, даже если допустить оплату должнику производственного комплекса со стороны ООО «Тюменьмолоко» и АО «Тюменьоблснабсбыт», то полученное в имущественную сферу должника со всей очевидностью использовано не на оплату налогов, а на приобретение продукции, переданной аффилированным дебиторам, оплата от которых в пользу должника не поступила, не востребована, а равно не переданы своевременно первичные учётные документы, что исключено действиями и в интересах аффилированной группы ответчиков.  

Вывод судов о привлечении к субсидиарной ответственности только ООО «Тюменьмолоко» противоречит правовой природе юридического лица, чьи действия определяются участниками, руководителями, управляющими компаниями, а также к числу контролирующих относятся лица, извлёкшие существенную выгоду от неправомерных действий лиц, на которых формально возложено управление должником и его имуществом.  

Из материалов дела следует и судами установлено, что указанное положение всех ответчиков, свободно перемещающих активы внутри группы лиц, перекрёстно, прямо или опосредованно владеющих акциями и долями в уставных капиталах подконтрольных юридических лиц, занимающих должности руководителей, руководителей управляющих организаций, председателей и членов советов директоров, использовавших ЭЦП для расходования денежных средств должника, использовалось ответчиками исключительно в интересах своей группы, но в ущерб не входящим в неё кредиторам.  

 При выводе бизнеса должника ответчики действовали сообща и согласованно как единый субъект, являются бенефициарами этого процесса, конфликт имеет место только с независимыми кредиторами, а убытки причинены только Российской Федерации.  

 Вне зависимости от возмездности отчуждения основных активов должника (путём проведения зачёта) экономическая целесообразность совершения такой сделки не подтверждена.  

 Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 22 Постановления № 53, несколько контролирующих должника лиц несут субсидиарную ответственность за доведение до банкротства солидарно, если они действовали совместно. В целях квалификации действий как совместных могут быть учтены согласованность, скоординированность и направленность этих действий на реализацию общего для всех намерения.  

 Установленная «бизнес-модель» перевод бизнеса в целях распределения центра убытков на ОАО «Тюменьмолоко» и центров прибыли на ООО «Тюменьмолоко» выходит  

за пределы правовых выводов суда первой инстанции по отдельно взятым сделкам, поскольку установлены дополнительные деяния ответчиков и их бенефициарное отрицательное влияние, не относящееся к добросовестной хозяйственной деятельности и нормальному предпринимательскому риску, и с учётом разъяснений, приведённых в пункте 17 Постановления № 53, пункте 28 Обзора судебной практики разрешения споров о несостоятельности (банкротстве) за 2022 год, утверждённого Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26.04.2023, является основанием для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника солидарно.  

 Законодательством о банкротстве предусмотрена возможность привлечения к ответственности как фактических (теневых), так и номинальных контролирующих лиц (пункт 9 статьи 61.11 Закона о банкротстве).  

 Смысл и предназначение номинального контролирующего лица (в частности, руководителя) состоят в том, чтобы обезопасить действительных бенефициаров от негативных последствий принимаемых по их воле недобросовестных управленческих решений, влекущих несостоятельность организации. В результате назначения номинальных руководителей создаётся ситуация, при которой имеются основания для привлечения к ответственности лиц, формально совершивших недобросовестное волеизъявление. При этом внешне условия для возложения ответственности на теневых руководителей (иного контролирующего лица) не формируются по причине отсутствия как информации об их личности, так и письменных доказательств их вредоносного поведения.  

 Тем самым происходит перекладывание ответственности с реально виновных лиц на номинальных, что в конечном итоге нарушает права кредиторов на получение возмещения, поскольку номинальные руководители не являются инициаторами действий, повлёкших банкротство, и, как правило, не имеют имущества, достаточного для погашения причинённого ими вреда. При этом бенефициары, избежавшие ответственности, подобным способом извлекают выгоду из своего недобросовестного поведения.  

 Очевидно, что такое положение дел не может являться допустимым. Именно поэтому к субсидиарной ответственности подлежат привлечению как теневые, так и номинальные контролирующие лица солидарно (абзац второй пункта 6 Постановления № 53). Первые - поскольку в результате именно их виновных действий стало невозможным погасить требования кредиторов, вторые - поскольку они своим поведением содействовали сокрытию личности действительных правонарушителей (определение Верховного Суда Российской Федерации от 23.01.2023 № 305-ЭС21-18249(2,3)).  

Все ответчики являются членами группы компаний АрСиб, бенефициарами отведения должнику роли «центра убытков» и перевода его производственного комплекса, иных активов и эффективной хозяйственной деятельности на ООО «Тюменьмолоко», следствием чего является причинение вреда Российской Федерации и кредиторам по текущим требованиям, поэтому у судов отсутствовали основания для освобождения первых от субсидиарной ответственности.  

 Довод ООО «Тюменьмолоко» о пропуске конкурсным управляющим субъективного (годичного) срока исковой давности по уточнённому 14.09.2021 заявлению подлежит отклонению как несостоятельный исходя из следующего.  

 Течение субъективного срока исковой давности, по правилам статьи 200 ГК РФ, начинается со дня, когда лицо, право которого нарушено, узнало или должно было узнать о совокупности следующих обстоятельств: о нарушении права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о его защите.  

 В абзаце первом пункта 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» разъяснено, что согласно пункту 2 статьи 199 ГК РФ исковая давность применяется только по заявлению стороны в споре, которая в силу положений, в том числе, статьи 65 АПК РФ, несёт бремя доказывания обстоятельств, свидетельствующих об истечении срока исковой давности.  

 Таким образом, на лиц, заявивших о пропуске срока исковой давности, возлагается обязанность подтвердить момент осведомлённости конкурсного управляющего об основаниях для привлечения их к субсидиарной ответственности.  

 В данном случае определением суда от 08.06.2020 у ООО «Тюменьмолоко» истребованы копии документов, подтверждающих оплату по договорам купли-продажи производственного комплекса, а соответствующие доказательства представлялись ООО «Тюменьмолоко» и АО «Тюменьоблснабсбыт» только в ходе оспаривания договоров в 2023 году.  

Мероприятия по взысканию в судебном порядке дебиторской задолженности фактически аффилированных лиц проводились в условиях отсутствия в распоряжении конкурсных управляющих в 2021 году документации должника, что предопределено руководителями должника и иными ответчикам, извлёкшими выгоду из этого.  

 Извлечение ответчиками выгоды (в виде скрытого перераспределения активов внутри группы) предполагается, поскольку в противном случае (независимости ответчиков от дебиторов и отсутствия выгод от «освобождения» от оплаты долгов) никаких разумных причин не истребовать задолженность не имеется.  

 Ввиду сокрытия первичных учётных документов относительно дебиторской задолженности, от чего неправомерные выгоды получили аффилированные лица, ответчиками не доказана возможность для управляющего установить соответствующие обстоятельства как основания субсидиарной ответственности не только ФИО3 (как последнего руководителя), но и бенефициаров этого процесса, ранее выводов судов по названным выше искам к дебиторам.  

 В соответствии с пунктом 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции» суд кассационной инстанции вправе отменить или изменить решение суда первой инстанции и (или) постановление суда апелляционной инстанции полностью  

или в части и, не передавая дело на новое рассмотрение, принять новый судебный акт на основании пункта 2 части 1 статьи 287 АПК РФ, если установленные судами фактические обстоятельства соответствуют имеющимся в деле доказательствам и позволяют правильно применить нормы права, подлежащие применению.  

 Исходя из изложенного обжалуемые судебные акты подлежат изменению в связи с удовлетворением кассационной жалобы конкурсного управляющего.  

В размер субсидиарной ответственности не входят требования аффилированных кредиторов (АО «Тюменьоблснабсбыт» - 527 184,88 руб.) – пункт 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.  

Взысканию подлежит сумма 32 808 347,65 руб. из расчёта: 34 087 666,93 руб. (реестровые и текущие требования) - 752 134,70 руб. (штрафы за налоговые правонарушения) - 527 184,88 руб. требование аффилированного кредитора).  

Оснований для пересмотра выводов судов об отказе во взыскании убытков (сверх размера реестровых и текущих требований кредиторов) суд округа не установил за отсутствием лиц, законные интересы которых подлежат защите таким способом.  

В силу части 1 статьи 110 АПК РФ судебные расходы, понесённые лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.  

Если лица, не в пользу которых принят судебный акт, являются солидарными должниками или кредиторами, судебные издержки возмещаются указанными лицами в солидарном порядке (абзац 2 пункта 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела»).  

Согласно части 3 статьи 289 АПК РФ в постановлении арбитражного суда кассационной инстанции указывается на распределение между сторонами судебных расходов, понесённых в связи с подачей кассационной жалобы, которые распределяются также по правилам, установленным статьёй 110 данного Кодекса.  

Определением суда округа от 27.11.2024 удовлетворено ходатайство конкурсного управляющего ФИО2 об отсрочке уплаты должником государственной пошлины в размере 50 000 руб. до рассмотрения кассационной жалобы.  

Поскольку кассационная жалоба конкурсного управляющего удовлетворена, ответчики являются лицами, не в пользу которых принят судебный акт, в связи с чем на них возлагается обязанность в солидарном порядке уплатить в доход федерального бюджета государственную пошлину в сумме 50 000 руб. за рассмотрение кассационной жалобы конкурсного управляющего.  

На основании части 4 статьи 283 АПК РФ меры по приостановлению исполнения обжалуемых судебных актов подлежат отмене.  

Руководствуясь пунктом 2 части 1 статьи 287, статьями 289, 290 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа  

постановил:

определение Арбитражного суда Тюменской области от 23.04.2024 и постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 11.10.2024 по делу № А70-12626/2018 изменить, резолютивную часть итогового судебного акта изложить следующим образом.  

Взыскать солидарно с ФИО3, общества с ограниченной ответственностью «Тюменьмолоко», ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, акционерного общества «Тюменьоблснабсбыт», общества с ограниченной ответственностью «Универсальный», ФИО8, общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Арсиб» холдинг групп», ФИО9 32 808 347,65 руб. в пользу открытого акционерного общества «Тюменьмолоко» в порядке субсидиарной ответственности по обязательствам должника, а также солидарно 50 000 руб. в доход федерального бюджета государственной пошлины за рассмотрение кассационной жалобы конкурсного управляющего открытым акционерным обществом «Тюменьмолоко».  

В удовлетворении остальной части требований отказать. 

Меры по приостановлению исполнения обжалуемых судебных актов, принятые определением Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 02.11.2024, отменить.  

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьёй 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Председательствующий Н.А. Шарова  

Судьи Н.Б. Глотов  

 ФИО1