АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-1916/24 

Екатеринбург

27 мая 2024 г.

 

Дело № А60-42871/2023

Резолютивная часть постановления объявлена 23 мая 2024 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 27 мая 2024 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Поротниковой Е. А.,

судей Лукьянова В.А., Ивановой С.О.

рассмотрел в судебном заседании кассационные жалобы общества с ограниченной ответственностью «АнгиоСистемы» и Государственного автономного учреждения здравоохранения Свердловской области «Свердловский областной онкологический диспансер» на решение Арбитражного суда Свердловской области от 06.10.2023 по делу № А60-42871/2023 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.01.2024 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании приняли участие представители:

- общества с ограниченной ответственностью «АнгиоСистемы» (ФИО1, доверенность от 29.12.2021 № 142, паспорт, диплом);

- Государственного автономного учреждения здравоохранения Свердловской области «Свердловский областной онкологический диспансер» - ФИО2 (доверенность от 10.08.2022 № 81, паспорт, диплом).

Общество с ограниченной ответственностью «АнгиоСистемы» (далее также – истец, общество «АнгиоСистемы») обратилось в Арбитражный суд Свердловской области с исковым заявлением к Государственному автономному учреждению здравоохранения Свердловской области «Свердловский областной онкологический диспансер» (далее также - ответчик, учреждение, диспансер) о взыскании неустойки за просрочку оплаты поставленного товара в сумме        286 799 руб. 69 коп., о взыскании убытков в сумме 2 400 980 руб. 81 коп. (с учетом уточнения исковых требований).

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 06.10.2023 исковые требования удовлетворены частично. С ответчика в пользу истца взыскана неустойка за период с 25.03.2023 по 19.04.2023 в сумме 286 799 руб. 69 коп., а также расходы по оплате государственной пошлины в размере 3 888 руб. 00 коп. В остальной части в удовлетворении исковых требований отказано.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.01.2024 решение суда оставлено без изменения.

Не согласившись с принятыми судебными актами, общество «АнгиоСистемы» и учреждение обратились в Арбитражный суд Уральского округа с кассационными жалобами.

В кассационной жалобе общество «АнгиоСистемы» просит указанные судебные акты изменить, удовлетворить исковые требования в полном объеме, ссылаясь на несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела и имеющимся доказательствам. 

Заявитель жалобы считает, что выводы судов об отсутствии противоправности в действиях ответчика, необходимой для взыскания убытков в сумме 2 400 980,81 руб., не соответствуют обстоятельствам дела, поскольку ответчиком был нарушен срок оплаты поставленного товара, в результате чего общество позднее (на период просрочки учреждения) внесло второй платеж субпоставщику в рублях по курсу доллара США, установленного ЦБ РФ, на день оплаты.  Из-за повышения курса доллара общество «АнгиоСистемы» понесло убытки в сумме 2 400 980 руб. 81 коп., которые представляют собой разницу между суммой, которую истец оплатил бы субпоставщику в рублях при условии своевременной оплаты товара ответчиком (по ранее действующему курсу доллара), и суммой, фактически оплаченной субпоставщику, за вычетом неустойки. 

Кассатор полагает, что выводы судов о том, что оплата за товар только 20.04.2023, а не в течение 45 календарных дней с даты поставки товара, является решением истца и не может быть поставлена в зависимость от действий ответчика, являются ошибочными, так как противоречат доводам истца о порядке финансирования контрактов на поставку оборудования, экономическом механизме деятельности истца по извлечению прибыли, финансовой возможности произвести оплату субпоставщику до получения денежных средств от заказчика и толкованию условия об оплате товара в течение 45 дней, установленному в договоре с субпоставщиком. 

Податель жалобы указывает, что оплата оборудования по договору с субпоставщиком включала в себя срок, необходимый для получения денежных средств от конечного пользователя (учреждения). 

Заявитель обращает внимание, что противоправное поведение учреждения выразилось в нарушении срока оплаты на 26 дней и привело к возникновению убытков у общества «АнгиоСистемы», состоящих из суммы, подлежащей доплате субпоставщику за счет увеличения курса доллара США по отношению к рублю за период просрочки заказчика по контракту (издержки по оплате курсовой разницы).

В кассационной жалобе учреждение просит судебные акты отменить,  в части взыскания неустойки в сумме 286 799 руб. 69 коп., принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении требований истца в сумме, определенной с учетом применения механизма снижения размера неустойки. 

Диспансер считает, что судами неправильно применены нормы материального права, подлежащие применению к спорным правоотношениям, не дана должная оценка всем обстоятельствам дела и доводам ответчика.

Податель жалобы указывает, что медицинское оборудование доставлено истцом в адрес диспансера, разгружено и перемещено до места ввода в эксплуатацию 13.01.2023, но работы по его сборке, инсталляции, настройке и вводу в эксплуатацию начаты обществом «АнгиоСистемы» только 31.01.2023, таким образом, в течение нескольких недель оборудование стояло в подготовленном помещении без проведения монтажа, что свидетельствует об умышленных действиях истца по затягиванию процесса поставки и монтажа медицинского оборудования (оборудование введено в эксплуатацию с просрочкой исполнения на 92 календарных дня). 

Кассатор полагает, что судами не оценены доводы ответчика о том, что просрочка оплаты составляла небольшой срок, деятельность учреждения является социально значимой, взыскание денежных средств в пользу истца может привести к снижению качества оказания медицинской помощи ответчиком, так как исполнение решения суда может осуществляться только за счет приносящей доход деятельности, средства от которой учреждение направляет на закупку препаратов, не входящих в систему ОМС.

Как следует из материалов дела и установлено судами, 05.09.2022 в соответствии с процедурой, предусмотренной Федеральным законом № 44-ФЗ от 05.04.2013 «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» между Государственным автономным учреждением здравоохранения Свердловской области «Свердловский областной онкологический диспансер» и обществом с ограниченной ответственностью «АнгиоСистемы» заключен контракт № 0162200011822002428 на поставку комбинированной совмещенной системы однофотонного эмиссионного компьютерного томографа и компьютерного томографа (Система ОФЭКТ, с ротационным детектором) (далее – контракт). 

Цена контракта – 44 123 029 руб. 17 коп. 

В соответствии с условиями указанного контракта общество «АнгиоСистемы» приняло на себя обязательство в порядке и сроки, предусмотренные контрактом, осуществить поставку комбинированной совмещенной системы однофотонного эмиссионного компьютерного томографа и компьютерного томографа (наименование по КТРУ: система ОФЭКТ, с ротационным детектором) (код ОКПД2 - 26.60.11.129) в соответствии со спецификацией (приложение № 1 к контракту) и надлежащим образом оказать услуги по доставке, разгрузке, перемещению до места ввода в эксплуатацию, сборке, установке (инсталляции), монтажу, вводу в эксплуатацию оборудования, обучению правилам эксплуатации и инструктажу специалистов заказчика, эксплуатирующих оборудование, в соответствии с требованиями технической и (или) эксплуатационной документации производителя (изготовителя) оборудования (далее – услуги), а заказчик – в порядке и сроки, предусмотренные контрактом, принять и оплатить поставленное оборудование и надлежащим образом оказанные услуги (пункт 1.1 контракта). 

14.03.2023 общество «АнгиоСистемы» обязательства по поставке оборудования, выполнению работ и оказанию услуг выполнило в полном объеме, что подтверждают подписанные сторонами УПД № ЦБ-40 от 16.01.2023, акт приема-передачи товара по государственному контракту от 14.03.2023, акт ввода оборудования в эксплуатацию, оказания услуг по обучению правилам эксплуатации и инструктажу специалистов от 14.03.2023. 

15.03.2023 заказчиком в единой информационной системе (далее – ЕИС) подписан структурированный документ о приемке оборудования. 

В силу пункта 9.5 контракта оплата по контракту осуществляется по факту поставки всего оборудования, предусмотренного спецификацией (приложение № 1 к контракту), и оказания услуг в течение не позднее 7 (семи) рабочих дней с даты подписания заказчиком структурированного документа о приемке в порядке, предусмотренном разделом 6 контракта. 

Датой приемки поставленного оборудования считается дата размещения в ЕИС документа о приемке, подписанного заказчиком (абзац 9 пункта 6.5 контракта). 

Согласно пункту 9.2 контракта датой оплаты считается дата списания денежных средств со счета Заказчика. 

Поскольку документ о приемке подписан учреждением 15.03.2023, то оборудование подлежало оплате до 24.03.2023 включительно. 

Однако заказчик произвел оплату только 17.04.2023 (платежное поручение № 3503), то есть с нарушением срока. 

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения истца в арбитражный суд с настоящим иском.

Суд первой инстанции, удовлетворяя иск частично, исходил из доказанности факта ненадлежащего исполнения ответчиком своих обязательств по договору и наличия оснований для взыскания с ответчика неустойки за период с 25.03.2023 по 19.04.2023 в сумме 286 799 руб. 69 коп., а также расходов по оплате госпошлины в размере 3888 руб. 00 коп. 

Суд не установил оснований для применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) в целях снижения размера неустойки, подлежащей взысканию с учреждения и, в то же время, пришел к выводу о недоказанности истцом противоправности действий ответчика, которая привела к заявленным истцом убыткам в виде увеличения курса доллара США за период допущенной ответчиком просрочки оплаты оборудования.

Суд апелляционной инстанции, не усмотрев оснований для отмены обжалуемого судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы, поддержал выводы суда первой инстанции. 

Проверив законность обжалуемых судебных актов в пределах доводов кассационных жалоб в порядке, предусмотренном статьями 274, 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд кассационной инстанции не находит оснований для их отмены либо изменения.

В силу статей 309 и 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом, односторонний отказ от исполнения обязательств не допускается. 

Согласно статье 506 ГК РФ по договору поставки одна сторона (поставщик) обязуется передать в обусловленные сроки, произведенные или закупаемые им товары другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять их и уплатить определенную денежную сумму (цену).

Поставка товаров осуществляется поставщиком путем отгрузки (передачи) товаров покупателю, являющемуся стороной договора поставки, или лицу, указанному в договоре в качестве получателя (пункт 1 статьи 509 ГК РФ).

В силу пункта 1 статьи 516 ГК РФ покупатель оплачивает поставляемые товары с соблюдением порядка и формы расчетов, предусмотренных договором поставки. Если соглашением сторон порядок и форма расчетов не определены, то расчеты осуществляются платежными поручениями. 

Как предусмотрено в пункте 9.5 контракта, оплата по контракту осуществляется по факту поставки всего оборудования, предусмотренного спецификацией (приложение № 1 к контракту), и оказания услуг в течение не позднее 7 рабочих дней с даты подписания заказчиком структурированного документа о приемке в порядке, предусмотренном разделом 6 контракта. 

Датой приемки поставленного оборудования считается дата размещения в ЕИС документа о приемке, подписанного заказчиком (абзац 9 пункта 6.4. контракта). В силу пункта 9.2 контракта датой оплаты считается дата списания денежных средств со счета заказчика. 

Поскольку документ о приемке подписан диспансером 15.03.2023, то суды пришли к верному выводу о том, что заказчик должен быть перечислить денежные средства за поставленное оборудование до 24.03.2023 включительно. 

Между тем, судами установлено, что обязательство по оплате поставленного товара исполнено заказчиком с нарушением установленных контрактом сроков, денежные средства по платежному поручению от 17.04.2023 № 3503 списаны 19.04.2023. Ненадлежащее исполнение обязательств по оплате послужило основанием для начисления истцом неустойки в сумме 286 799 руб. 69 коп. за период с 25.03.2023 по 19.04.2023. 

В соответствии с пунктом 11.2 контракта в случае просрочки исполнения заказчиком обязательств, предусмотренных контрактом, а также в иных случаях неисполнения или ненадлежащего исполнения заказчиком обязательств, предусмотренных контрактом, поставщик вправе потребовать уплаты неустоек (штрафов, пеней). 

В соответствии пунктом 1.4 контракта пени начисляется за каждый день просрочки исполнения заказчиком обязательства, предусмотренного контрактом, начиная со дня, следующего после дня истечения установленного контрактом срока исполнения обязательства. Такая пеня устанавливается в размере одной трехсотой действующей на дату уплаты пеней ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от неуплаченной в срок суммы. 

Исходя из акцессорного характера неустойки как способа обеспечения исполнения обязательств (статья 330 ГК РФ), учитывая установление судами факта поставки товара ответчику и факт нарушения им обязанности по оплате в установленный договором срок, суды пришли к обоснованному выводу о правомерности требования истца о взыскании неустойки в заявленном размере. 

Расчет неустойки судами проверен и признан обоснованным, подтвержден материалами дела, соответствует условиям контракта. 

Суды первой и апелляционной инстанций верно указали, что ответчиком не представлено надлежащих доказательств отсутствия его вины в несвоевременной оплате поставленного оборудования. При этом факт ненадлежащего исполнения обязательств по иному контракту не может зависеть от исполнения ответчиком принятых на себя обязательств.

В суде первой инстанции ответчик просил снизить размер неустойки со ссылкой на статью 333 ГК РФ. 

Согласно статье 333 ГК РФ суд вправе уменьшить неустойку, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства. 

Предоставленная суду возможность снижать размер неустойки в случае ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательств является, по существу, реализацией требования статьи 17 (часть 3) Конституции РФ, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Именно поэтому в части 1 статьи 333 ГК РФ речь идет не о праве суда, а, по существу, о его обязанности установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба (Определение Конституционного Суда РФ от 21.12.2000 № 263-О).

В соответствии с разъяснениями пунктов 73, 74 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее – Постановление № 7) бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (часть 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). 

При оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (пункты 3, 4 статьи 1 ГК РФ) (пункт 75 Постановления № 7). 

В пункте 71 Постановления № 7 разъяснено, что, если должником является коммерческая организация, индивидуальный предприниматель, а равно некоммерческая организация при осуществлении ею приносящей доход деятельности, снижение неустойки судом допускается только по обоснованному заявлению такого должника, которое может быть сделано в любой форме (пункт 1 статьи 2, пункт 1 статьи 6, пункт 1 статьи 333 ГК РФ). 

Снижение размера договорной неустойки, подлежащей уплате коммерческой организацией, индивидуальным предпринимателем, а равно некоммерческой организацией, нарушившей обязательство при осуществлении ею приносящей доход деятельности, допускается в исключительных случаях, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства и может повлечь получение кредитором необоснованной выгоды (пункты 1, 2 статьи 333 ГК РФ) (пункт 77 Постановления № 7). 

Таким образом, гражданское законодательство предусматривает неустойку в качестве способа обеспечения исполнения обязательств и меры имущественной ответственности за их неисполнение или ненадлежащее исполнение, а право снижения неустойки предоставлено суду в целях устранения явной ее несоразмерности последствиям нарушения обязательств.

Судами сделан верный вывод о том, что в силу принципа осуществления гражданских прав своей волей и в своем интересе (пункт 2 статьи 1 ГК РФ) и принципа свободы договора (статья 421 ГК РФ) размер неустойки согласован сторонами в договоре, ответчик при заключении договора был осведомлен о размере ответственности за ненадлежащее исполнение обязательства, возражений касательно размера ответственности при подписании договора не заявлял, доказательств обратного судам не представлено. 

Более того, зная, что договором предусмотрена ответственность за несвоевременное исполнение денежного обязательства, ответчик в установленный договором срок оплату не произвел, доказательств наличия объективных препятствий исполнения обязательств, освобождающих от ответственности, не представил. Установление сторонами в договоре более высокого размера неустойки по отношению к размеру неустойки, установленному законом, само по себе не является основанием для ее уменьшения в соответствии со статьей 333 ГК РФ (пункт 5 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.07.1997 № 17). 

Кроме того, как разъяснено в пункте 2 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.12.2011 № 81 «О некоторых вопросах применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации», при рассмотрении вопроса о необходимости снижения неустойки по заявлению ответчика на основании статьи 333 ГК РФ судам следует исходить из того, что неисполнение или ненадлежащее исполнение должником денежного обязательства позволяет ему неправомерно пользоваться чужими денежными средствами. Поскольку никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, условия такого пользования не могут быть более выгодными для должника, чем условия пользования денежными средствами, получаемыми участниками оборота правомерно (например, по кредитным договорам). 

Заявление о применении статьи 333 ГК РФ без представления доказательств несоразмерности не может являться безусловным доказательством для снижения неустойки. 

Ответчик не представил судам доказательств того, что взыскиваемая неустойка может привести к получению истцом необоснованной выгоды. Размер неустойки, предусмотренный договором, составляет одну трехсотую действующей на дату уплаты пеней ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от не уплаченной в срок суммы, тогда как в соответствии с обычаем делового оборота указанный размер составляет 0,1% от суммы задолженности, что больше размера, установленного договором. 

При таких обстоятельствах суды, отказывая в удовлетворении ходатайства ответчика о применении статьи 333 ГК РФ, обоснованно заключили, что установленный сторонами контракта размер неустойки не является завышенным; размер неустойки согласован сторонами в контракте и не является чрезмерным; руководствуясь принципом соразмерности, не усмотрели оснований для снижения размера взыскиваемой неустойки, что соответствует принципам необходимости соблюдения баланса между применяемой к должнику мерой ответственности и оценкой отрицательных последствий, наступивших в результате нарушения обязательств, предупредительной функции неустойки, направленной на недопущение нарушений обязательств, а также исходя из недопущения извлечения какой-либо финансовой выгоды одной из сторон за счет другой в связи с начислением штрафных санкций. Кроме того, суды не установили, что ответчиком предпринимались попытки согласовать иной размер неустойки при заключении контракта (отсутствует протокол разногласий, переписка и т.д.).

Судами правомерно отклонены также доводы истца о взыскании с ответчика убытков в сумме 2 400 980 руб. 81 коп. 

В обоснование требований истец указывал, что в целях исполнения контракта с учреждением общество «АнгиоСистемы» 08.09.2022 заключило договор на покупку оборудования № 62/08-22 (далее – договор) с обществом с ограниченной ответственностью «Сфера М» (далее – общество «Сфера М», субпоставщик) по цене 573 570 долларов США (пункт 2.1 договора).

Согласно пункту 2.2 договора оплата разделена на 2 части: первый платеж в размере 10% от стоимости настоящего договора, что составляет 57 354 доллара США покупатель производит в течение 5 банковских дней со дня подписания настоящего договора и выставления счета поставщиком; второй платеж в размере 90% от суммы настоящего договора, что составляет 516 186 долларов США покупатель производит в течение 45 календарных дней с даты поставки товара. 

Расчеты по договору производятся в рублях по курсу Центрального банка Российской Федерации на день оплаты путем перечисления безналичных денежных средств на расчетный счет поставщика (пункт 2.6 договора). После получения 19.04.2023 от заказчика оплаты по контракту, общество «АнгиоСистемы» 20.04.2023 произвело второй платеж обществу «Сфера М» в размере 42 149 116 руб. 21 коп. (платежное поручение № 653). 

Между тем, как указывает истец, за период просрочки заказчика (с 25.03.2023 по 20.04.2023) курс доллара США по отношению к российскому рублю вырос по данным Центрального Банка России на 6,81% (с 76,4479 руб. до 81,6549 руб.), в связи с чем цена, подлежащая доплате субпоставщику в рамках второго платежа, выросла на 2 687 780 руб. 50 коп.: с 39 461 335 руб. 71 коп. до 42 149 116 руб. 21 коп. 

Ссылаясь на то, что истец понес убытки в виде курсовой разницы в связи с нарушением ответчиком сроков оплаты товара, истец обратился с данным требованием. Расчет суммы убытков определен как разница между суммой оплаты за полученный товар в рублях, которую истец оплатил бы в случае исполнения обязательства в установленный договором срок, и суммой оплаты в рублях, которую истец оплатил фактически в связи с просрочкой исполнения обязательства ответчиком, с учетом размера начисленной неустойки. 

Также истец ссылается на отсутствие у него денежных средств для оплаты по договору с обществом «Сфера М», поскольку оплата должна была производиться денежными средствами, полученными от ответчика. 

Суды верно отклонили данные доводы истца на основании следующего. 

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 317 ГК РФ денежные обязательства должны быть выражены в рублях (статья 140 ГК РФ). В денежном обязательстве может быть предусмотрено, что оно подлежит оплате в рублях в сумме, эквивалентной определенной сумме в иностранной валюте или в условных денежных единицах (экю, "специальных правах заимствования" и др.). В этом случае подлежащая уплате в рублях сумма определяется по официальному курсу соответствующей валюты или условных денежных единиц на день платежа, если иной курс или иная дата его определения не установлены законом или соглашением сторон. 

В силу статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода). 

По смыслу пункта 1 статьи 15 ГК РФ в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению. 

Возмещение убытков является мерой ответственности компенсационного характера, которая направлена на восстановление правового и имущественного положения потерпевшего (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 21.05.2013 № 16674/12).

Предъявляя требование о возмещении убытков, кредитор должен доказать их наличие, произвести расчет убытков, в том числе упущенной выгоды, доказать факт неисполнения или ненадлежащего исполнения должником принятого на себя обязательства (противоправность) и наличие причинной связи между поведением должника и наступившими убытками (статья 393 ГК РФ). 

Согласно пункту 5 Постановления № 7 по смыслу статей 15 и 393 ГК РФ кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков, и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья 404 ГК РФ).

Как разъяснено в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков. При этом размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности.

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 393 ГК РФ должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства. 

Для взыскания понесенных убытков истец должен представить доказательства, подтверждающие наличие и размер понесенных убытков, вину и неправомерность действий ответчика, причинно-следственную связь между поведением (действием, бездействием) ответчика и возникшими убытками. Недоказанность любого из перечисленных элементов влечет отказ в иске.

Риск убытков от предпринимательской деятельности из-за нарушения своих обязательств контрагентами общества или изменения условий этой деятельности по не зависящим от него обстоятельствам, в том числе риск неполучения ожидаемых доходов относится к предпринимательским рискам (пункт 1 статьи 2 ГК РФ). 

В соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 06.04.2018 № 305-ЭС18-2328, курсовая разница валют является одним из рисков осуществляемой сторонами предпринимательской деятельности и должна учитываться при формировании стоимости поставляемого товара, а также не может рассматриваться как основание для вывода о причинении убытков.

В этой связи изменение курса доллара к рублю является одним из рисков осуществляемой сторонами предпринимательской деятельности. При этом риск увеличения курса иностранной валюты лежит на покупателе как на плательщике, а риск падения курса - на продавце (поставщике) как на получателе платежа.

Следовательно, совершение оплаты обществом «АнгиоСистемы» за товар по договору с обществом «Сфера М» только 20.04.2023 зависело от действий самого истца и являлось его решением, которое не могло быть обусловлено действиями ответчика. Заключая договор с субпоставщиком, истец взял на себя обязательство по надлежащему исполнению договора, при этом сторонами ни в договоре, ни в контракте не был зафиксирован курс доллара США к рублю, а возможность колебания курсов валют не зависела от воли учреждения и является одним из рисков осуществляемой сторонами предпринимательской деятельности. Кроме того, истец не представил судам доказательств отсутствия необходимых денежных средств для расчета с субпоставщиком до заключения договора с ним и получения денежных средств от диспансера. 

Суды первой и апелляционной инстанции при толковании условий контракта и договора (статья 431 ГК РФ) исходили из того, что оплата по контракту между истцом и ответчиком будет производиться в рублях, а оплата по договору между истцом и субпоставщиком (резидентом Российской Федерации) – в рублях, сумма которых соотнесена с долларом США, стороны действовали свободно по своему усмотрению, в связи с чем общество должно было осознавать связанные с этим риски, в том числе возможность колебания курсов валют.

Таким образом, в данном случае отсутствует безусловная причинно-следственная связь между просрочкой исполнения обязательства ответчиком и возникновением убытков у истца в виде курсовой разницы, так как изменение курса валюты не зависело от воли ответчика.

При этом за нарушение срока оплаты поставленного товара по договору установлена неустойка, призванная компенсировать стороне негативные последствия ненадлежащего исполнения обязательств ее контрагентом, которая взыскана с ответчика в судебном порядке.

Исходя из обстоятельств данного спора, суд округа соглашается с выводами судов об отсутствии противоправности и причинно-следственной связи в возникновении у истца убытков в виде курсовой разницы в результате действий ответчика. Истцом не представлено доказательств наличия всей совокупности условий, необходимых для взыскания убытков.

Доводы ответчика о том, что судами не оценены его доводы о небольшом периоде просрочки оплаты, о социально значимом характере деятельности учреждения, осуществляющего оказание медицинской помощи населению, о том, что взыскание денежных средств в пользу ответчика может привести к снижению качества оказания медицинской помощи, отклоняются по указанным в мотивировочной части настоящего постановления основаниям как необоснованные, поскольку указанные доводы получили всестороннюю оценку судов и отклонены судами с мотивировкой о том, данные обстоятельства не являются в настоящем деле основаниями для применения статьи 333 ГК РФ и снижения размера неустойки. 

Оснований для переоценки выводов судов у суда кассационной инстанции в силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса не имеется.

Доводы кассационной жалобы общества «АнгиоСистемы» по приведенным в мотивировочной части основаниям также подлежат отклонению судом округа, так как они были предметом исследования и оценки судов первой и апелляционной инстанций и фактически направлены на переоценку установленных судами фактических обстоятельств дела и принятых доказательств, что недопустимо в силу требований, предусмотренных статьей 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

 Само по себе несогласие заявителей кассационных жалоб с позицией судов не является основанием для отмены законных судебных актов. 

Суд кассационной инстанции полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, нормы материального и процессуального права судами применены правильно. 

Нарушений при рассмотрении дела судами первой и апелляционной инстанций норм процессуального права, которые в соответствии со статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации являются основанием к отмене или изменению судебных актов, не установлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

 

П О С Т А Н О В И Л:

решение Арбитражного суда Свердловской области от 06.10.2023 по делу         № А60-42871/2023 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.01.2024 по тому же делу оставить без изменения, кассационные жалобы общества с ограниченной ответственностью «АнгиоСистемы» и Государственного автономного учреждения здравоохранения Свердловской области «Свердловский областной онкологический диспансер»  – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                              Е.А. Поротникова 

 

Судьи                                                                            В.А. Лукьянов

 

С.О. Иванова