ПЕРВЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Березина ул., 4, г. Владимир, 600017,

http://1aas.arbitr.ru, тел/факс (4922) 44-76-65, 44-73-10

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А43-19900/2021

г. Владимир

03 мая 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 25.04.2023.

В полном объеме постановление изготовлено  03.05.2023.

Первый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Белякова Е.Н.,

судей Кузьминой С.Г.,  Сарри Д.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО2 ФИО3 на  определение Арбитражного суда Нижегородской области 30.01.2023 по делу № А43-19900/2021, принятое по заявлению  финансового управляющего ФИО2 ФИО3, к ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7 о признании сделку недействительной и применении последствий ее недействительности,

при участии в судебном заседании:

-от финансового управляющего ФИО2 ФИО3 – лично ФИО3, по паспорту гражданина РФ;

-от ФИО2 – ФИО8, действующий на основании доверенности от 14.12.2021 №52АА5150864 сроком на 10 лет.

Изучив материалы дела, Первый арбитражный апелляционный суд установил следующее.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2 (далее – ФИО2, должник) финансовый  управляющий ФИО2 ФИО3  (далее – финансовый управляющий, ФИО3) обратился в Арбитражный суд Нижегородской области с заявлением о признании сделки должника недействительной и применении последствий недействительности сделки.

Определением от 30.01.2023 Арбитражный суд Нижегородской области в удовлетворении заявления финансовому управляющему должника отказал.

При принятии судебного акта арбитражный суд первой инстанции руководствовался статьями 32, 61.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» от 26.10.2002 № 127-ФЗ (далее – Закон о банкротстве); статьями 10, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 184, 185, 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации; разъяснениями Верховного Суда Российской Федерации, приведенными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой  Гражданского кодекса Российской Федерации», Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №3 (2019), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.11.2019, постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 №32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)».

Не согласившись с принятым судебным актом, финансовый управляющий обратился в Первый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение от 30.01.2023 отменить и принять новый судебный акт об удовлетворении его заявления.

Как указывает заявитель апелляционной жалобы, ФИО4 и ФИО2 заключили брачный договор, согласно которому 1/2 доли в земельном участке и жилом доме, принадлежащая ФИО2, перешла его супруге. В тот же день супруга должника заключила договор дарения со своими несовершеннолетними детьми. Предметом дарения стала 1/2 доли в земельном участке и жилом доме, полученные ею по брачному договору. 

Обращает внимание, что изложенные факты свидетельствуют о том, что у супруги должника не было намерения владеть данным имуществом. Брачный договор заключался для дальнейшего дарения имущества должника аффилированным лицам - детям, с целью освобождения данного имущества от притязаний кредиторов. Использованная схема по разделу имущества и последующему дарению реализована с целью защитить передачу имущества детям от оспаривания.

Подробно доводы изложены в апелляционной жалобе.

В судебном заседании представитель финансового управляющего поддержал доводы апелляционной жалобы, заявил ходатайство о приобщении к материалам дела дополнительных документов: сопроводительного письма от 13.04.2023 в адрес ФИО2, письма в ПАО «Сбербанк» о разрешении на выдачу денежных средств должнику от 13.04.04.2023, кассовых чеков, отчета об отслеживании с почтовым идентификатором №60305979005776, резолютивной части решения судьи судебного участка №7 Нижегородского судебного района г.Н.Новгород по делу №2-1436/19 от 19.08.2019, сведений об объекте с кадастровым номером: 52:18:0060318:17, сведений об объекте с кадастровым номером: 52:18:0060318:39.

Представитель ФИО2 в судебном заседании поддерживает доводы отзыва на апелляционную жалобу, возражает против доводов, изложенных в апелляционной жалобе, а также против удовлетворения ходатайства о приобщении дополнительных документов к материалам дела.

Судом апелляционной инстанции ходатайство о приобщении рассмотрено и удовлетворено.

В отзыве на апелляционную жалобу ФИО4 против доводов апелляционной жалобы возражает, просит оставить определение без изменения, жалобу без удовлетворения.

Общество с ограниченной ответственностью «Лэндлорд» в отзыве на апелляционную жалобу поддерживает позицию заявителя.

Апелляционная жалоба рассмотрена в соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных о месте и времени судебного заседания в порядке части 6 статьи 121 и статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о дате, времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Первого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.1aas.arbitr.ru, в соответствии с порядком, установленным в статье 121 АПК РФ.

Законность и обоснованность судебного акта, правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в соответствии со статьями 257 – 262, 265, 266, 270, 272 АПК РФ в пределах доводов апелляционной жалобы.

Как установлено в ходе судебного разбирательства, 09.06.2017 между ФИО2 и ФИО4 был заключен брачный договор, целью которого являлось определение имущественных прав и обязанностей супругов в браке и в случае его прекращения, способов участия в доходах друг друга, а также порядке несения каждым из них семейных расходов. 

Пунктом 2.1 брачного договора установлен переход права собственности в полном объеме на земельный участок, расположенный по адресу г. Нижний Новгород, сл. Александровская, земельный участок №35 с кадастровым номером 52:18:0060318:17 и жилой дом, с кадастровым номером 52:18:0060318:39.

Договор подписан собственноручно, удостоверен нотариусом

Решением Арбитражного суда Нижегородской области от 14.01.2022 ФИО2 признан несостоятельным (банкротом) по признакам отсутствующего должника, в отношении его имущества введена процедура реализации имущества, конкурсным управляющим утвержден ФИО3 

В арбитражный суд обратился финансовый управляющий должника с заявлением о признании сделку должника недействительной и применении последствий ее недействительности.

В качестве правовых оснований заявитель сослался на положения пункта 1 статьи 166 и пунктов 1,2 статьи 167, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), и указал, что должник посредством цепочки взаимосвязанных ничтожных сделок совершил единую мнимую сделку по отчуждению принадлежащего ему имущества с целью сокрытия такового. 

По мнению финансового управляющего, исполнительский иммунитет на данные объекты недвижимости не распространяется по причине превышения его размера для обеспечения жизнедеятельности должника и его семьи

Суд первой инстанции пришел к выводу о том, что требования финансового управляющего являются необоснованными, в связи с чем, отказал в удовлетворении его заявления.

Суд первой инстанции не усмотрел оснований для удовлетворения заявления о недействительности сделок по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку не представлены доказательства того, что, совершая сделку, стороны намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес, кроме того, в материалах дела отсутствуют доказательства нарушения прав кредиторов должника на дату совершения сделок.

Рассмотрев имеющиеся в материалах дела доказательства, оценив доводы апелляционной жалобы, арбитражный апелляционный суд пришел к следующим выводам.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве, частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве установлено, что сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Согласно разъяснениям, приведенным в абзаце 2 пункта 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан» (далее - Постановление №48), финансовый управляющий в рамках дела о банкротстве вправе оспаривать внесудебное соглашение супругов о разделе их общего имущества (пункт 2 статьи 38 СК РФ), но только по основаниям, связанным с нарушением этим соглашением прав и законных интересов кредиторов (статьи 61.2, 61.3 Закона о банкротстве, статьи 10 и 168, 170, пункт 1 статьи 174.1 ГК РФ).

Поскольку заявленное требование основано на положениях гражданского законодательства о признании сделки недействительной по критерию ее ничтожности, финансовому управляющему принадлежит право оспаривать указанный брачный договор в рамках дела о банкротстве. 

В силу пункта 3 статьи 1 ГК РФ, при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. 

В соответствии с пунктом 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения. 

По общему правилу, добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (пункт 5 статьи 10 ГК РФ).

Исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов (пункт 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)").

В соответствии с пунктом 10 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам или создающее условия для наступления вреда. При этом с учетом разъяснений, содержащихся в названном Постановлении Пленума, обязательным признаком сделки для целей квалификации ее как ничтожной в соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ является направленность такой сделки на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (пункт 9 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 "Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации").

Как разъяснил Верховный Суд Российской Федерации в пункте Постановления Пленума от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела 1 части 1 Гражданского кодекса Российской Федерации", добросовестным поведением является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

Следовательно, по делам о признании сделки недействительной по причине злоупотребления правом одной из сторон при ее совершении обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются наличие или отсутствие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок, наличие или отсутствие действий сторон по сделке, превышающих пределы дозволенного гражданским правом осуществления правомочий, наличие или отсутствие негативных правовых последствий для участников сделки, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц, наличие или отсутствие у сторон по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия.

В соответствии с пунктом 2 статьи 170 Гражданского кодекса притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Это означает, что правопорядок признает совершенной лишь прикрываемую сделку - ту сделку, которая действительно имелась в виду. Именно она подлежит оценке в соответствии с применимыми к ней правилами (определение Верховного Суда Российской Федерации от 19.06.2020 № 301-ЭС17-19678).

В пункте 87 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

Для признания сделки недействительной по мотиву ее притворности необходимо установить, что воля обеих сторон была направлена на совершение сделки, отличной от заключенной.

В силу части 1 статьи 64 и статей 71, 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств, при оценке которых он руководствуется правилами статей 67 и 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации об относимости и допустимости доказательств.

Как установлено в ходе судебного разбирательства, 09.06.2017 между ФИО2 и ФИО4 был заключен брачный договор, целью которого являлось определение имущественных прав и обязанностей супругов в браке и в случае его прекращения, способов участия в доходах друг друга, а также порядке несения каждым из них семейных расходов.

Пунктом 2.1 брачного договора установлен переход права собственности в полном объеме на земельный участок, расположенный по адресу г. Нижний Новгород, сл. Александровская, земельный участок №35 с кадастровым номером 52:18:0060318:17 и жилой дом, с кадастровым номером 52:18:0060318:39, то есть предусматривает отчуждение должником  доли в праве на указанное имущество.

Договор подписан сторонами собственноручно, удостоверен нотариусом в установленном законом порядке.

В день заключения брачного договора между ФИО4 и ФИО5, ФИО6 и ФИО7, от имени которых действовал ФИО2, как законный представитель, был заключен договор дарения  доли в праве собственности на вышеуказанные объекты недвижимости.

Как следует из доводов финансового управляющего, на момент совершения этих сделок у должника имелись неисполненные обязательства, в связи с чем, брачный договор и последующее отчуждение имущества является противоправным, поскольку  был заключен в целях причинения вреда кредиторам.

Определением Арбитражного суда Нижегородской области от 28.02.2022 в реестр требований кредиторов ФИО2 включены требования ПАО «Банк ВТБ» в размере 1 207 714, 38 руб.

Согласно материалам данного обособленного спора между ПАО «Банк ВТБ» и должником заключен кредитный договор № 

<

***> от 17.03.2017, согласно которому последнему выданы денежные средства в размере 982 385,08 руб. под 18 %годовых сроком до 17.03.2027 и кредитный договор № 

<

***> от 27.03.2017, согласно которому выданы денежные средства в размере 343 174,79 руб. под 18 % годовых сроком до 27.03.2027.

В случае определения срока исполнения обязательства, либо периода, в течение которого оно должно быть исполнено (в том числе в случае, если этот период исчисляется с момента исполнения обязанностей другой стороной или наступления иных обстоятельств, предусмотренных законом или договором), обязательство подлежит исполнению в этот день или соответственно в любой момент в пределах такого периода (п. 1 ст. 314 ГК РФ).

Кредитные обязательства, принятые должником, предусматривают десятилетний срок его возврата, при этом индивидуальными условиями договоров устанавливался ежемесячный платеж, дата и размер которых определялись этими договорами.

Представленный в материалы настоящего спора расчет задолженности свидетельствует об исполнении должником обязательств перед банком вплоть до 2021 года, и на момент заключения оспариваемого брачного договора у должника не имелось просроченной задолженности перед банком.

Довод финансового управляющего о выводе имущества из конкурсной массы должника вследствие привлечения его к субсидиарной ответственности по делу о банкротстве ООО «Автомобильные технологии» обоснованно признан судом первой инстанции несостоятельным.

Определением Арбитражного суда Нижегородской области от 12.12.2016 по делу № А43-34360/2016 было принято к производству заявление ООО «Торговый дом «Элпроком» о признании ООО «Автомобильные технологии» несостоятельным (банкротом).

В Арбитражный суд Нижегородской области 29.12.2017 в рамках дела А43-34360/2016 обратился конкурсный управляющий ООО «Автомобильные технологии» с заявлением о привлечении ФИО2, бывшего директора должника, к субсидиарной ответственности.

Определением суда от 24.09.2018 по делу А43-34360/2016 ФИО2 привлечен к субсидиарной ответственности на основании пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве за непередачу бухгалтерской и иной документации общества.

Вместе с тем, наличие установленной судом вины и последующего привлечения бывшего руководителя предприятия к ответственности не свидетельствует о злоупотреблении правом при заключении брачного договора, который был совершен более чем за полгода до момента направления в суд соответствующего заявления.

Привлечение лица к субсидиарной ответственности по указанному основанию не является безусловным, а потому даже при рассмотрении спора его итог не мог быть предрешен.

Законом установлена взаимосвязь между причинением вреда имущественным правам кредиторов и противоправным характером совершения сделки. При этом, противоправный характер выражается в самой цели причинения вреда кредиторов, например, вследствие вывода ликвидного актива должника из конкурсной массы и сохранением контроля над ним.

Из пояснений ответчиков судом установлено, что супруги перестали проживать вместе и вести совместное хозяйство с апреля 2017 года, впоследствии намеревались официально прекратить брачные отношения, что подтверждено копией искового заявления о расторжении брака от 16.07.2019.

В материалах дела также имеется также решение мирового судьи судебного участка №6 Нижегородского судебного района г. Нижнего Новгорода от 19.08.2019, согласно которому брак между сторонами расторгнут. Кроме того, решением того же суда с должника взысканы алименты на содержание несовершеннолетних детей, выдан исполнительный лист на принудительное исполнение.

Из представленного нотариально засвидетельствованного заявления от 20.01.2023 о предоставлении временного жилья, следует, что в июне 2017 должнику было предоставлено временное жилье по адресу: г. Н.Новгород, ул. Исполкома, д. 8, кв. 98, по причине отсутствия на момент расторжения брака места проживания. Условиями временного проживания предусматривалось проживание в указанной квартире до конца 2022 года, а также освобождение квартиры по первому требованию собственника. Собственником данной квартиры является сестра должника ФИО9

Исходя из правовой позиции Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 13.05.2014 № 1446/14, лицо, указывающее на мнимость сделок, должно представлять соответствующие доказательства, противоположная сторона, настаивающая на наличии долга или обязательства, должна представить доказательства наличия реального экономического содержания сделки, а также доказательства, опровергающие доводы о заключении сделки исключительно с целью злоупотребления правом.

Другой стороне, настаивающей на наличие реальности обязательства, не должно составлять затруднений опровергнуть указанные сомнения, поскольку именно она должна обладать всеми доказательствами своих правоотношений с несостоятельным должником.

Реальность исполнения брачного договора, в рассматриваемом случае, может заключается в пользовании квартирой (владении, проживании) лишь супругой должника и их несовершеннолетними детьми и несении расходов на содержание жилого дома (оплата коммунальных услуг) только его собственниками.

В ходе рассмотрения спора ФИО4 представлены платежные документы и квитанции об оплате коммунальных платежей, подтверждающих бремя несения расходов на содержание спорного имущества, а также договор технического обслуживания, в котором супруга единолично выступает заказчиком работ по техническому обслуживанию и ремонту внутридомового газового оборудования.

Оценив заключенный договор дарения, заключенный ФИО4, с одной стороны, и ФИО5, ФИО6 и ФИО7, с другой стороны,  суд  первой инстанции исходил из общих положений гражданского законодательства, согласно которому граждане и юридические лица свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора (п. 2 ст. 1 и ст. 421 ГК РФ).

Каких-либо признаков порочности заключенного договора дарения суд первой инстанции обоснованно не усмотрел. в том числе злоупотребление правом при его заключении.

В соответствии со статьей 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Исследовав представленные доказательства в их совокупности, оценив изложенные обстоятельства, установленные в настоящем обособленном деле, и сопоставив их, приняв во внимание отсутствие притворности в заключении сделок между заинтересованными лицами, отсутствие противоправной направленности заключения брачного договора и договора дарения, а равно цели причинения вреда имущественным правам и законным интересам кредиторов, а также отсутствие доказательств, явно свидетельствующих о мнимости заключения упомянутых сделок, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отказе в удовлетворении заявления финансового управляющего.

Согласно разъяснениям пункта 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан» исполнительский иммунитет в отношении единственного пригодного для постоянного проживания жилого помещения, не обремененного ипотекой, действует и в ситуации банкротства должника (пункт 3 статьи 213.25 Закона о банкротстве, абзац второй части 1 статьи 446 Гражданского процессуального Кодекса Российской Федерации).

Однако, из разъяснений, содержащихся в пункте 4 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 48, следует, что целью оспаривания сделок в рамках дела о банкротстве является возврат в конкурсную массу того имущества, которое может быть реализовано для удовлетворения требований кредиторов. Поэтому не подлежит признанию недействительной сделка, направленная на отчуждение должником жилого помещения, если на момент рассмотрения спора в данном помещении продолжают совместно проживать должник и члены его семьи и при возврате помещения в конкурсную массу оно будет защищено исполнительским иммунитетом (статья 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). Следовательно, исполнительский иммунитет будет действовать в ситуации, если на момент рассмотрения спора в данном помещении продолжают совместно проживать должник и члены его семьи.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к обсонованному выводу о том, что поскольку должником в пользу его супруги отчуждено единственное пригодное для проживания помещение, в котором в настоящий момент проживает бывшая супруга и несовершеннолетние дети должника, исходя из специфики правового регулирования, возврат в конкурсную массу оспариваемого имущества не может быть осуществлен и данное имущество не может подлежать реализации для целей процедуры банкротства.

Заявляя требование о неприменении к вышеуказанным объектам недвижимости имущественного иммунитета, финансовый управляющий ссылался на постановление Конституционного Суда РФ от 26.04.2021 №15-П «По делу о проверке конституционности положений абзаца второго части первой статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и пункта 3 статьи 213.25 Федерального закона «О несостоятельности(банкротстве)» в связи с жалобой гражданина ФИО10», касающиеся применения института исполнительского иммунитета, определение Верховного Суда Российской Федерации от 26.07.2021 № 303-ЭС20-18761, согласно которым возможно приобретение должнику замещающего жилого помещения путем продажи принадлежащего должнику жилого помещения.

Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении указал на возможность обращения взыскание на единственное жилье гражданина-должника, со ссылкой на то, что исполнительский иммунитет должен распространяться только на то жилье, которое по своим параметрам является разумно достаточным для удовлетворения потребности должника в жилище, в ином случае отказ в обращении взыскания на жилье только потому основанию, что оно единственным, недопустим.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 26.07.2021 № 303-ЭС20-18761, если должник в преддверии банкротства или в ходе рассмотрения дела о несостоятельности в ущерб интересам взыскателя совершает односторонние действия, направленные на изменение регистрации по месту жительства, с исключительной целью создания объекта, защищенного исполнительским иммунитетом, такие действия могут быть квалифицированы как злоупотреблением правом. В этом случае суд вправе применить к должнику предусмотренные законом последствия злоупотребления -отказать в применении исполнительского иммунитета к упомянутому объекту (пункты 1 и 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно сложившейся правоприменительной практике жилое помещение может быть лишено статуса единственного жилья, если должник осуществлял недобросовестные действия, например: пытался реализовать единственное жилье в период процедуры банкротства; приобрел единственное жилье в период наличия задолженности; совершил односторонние действия, направленные на изменение регистрации по месту жительства, с исключительной целью создания объекта, защищенного исполнительским иммунитетом; иными действиями подтверждал, что субъективно не воспринимает спорное помещение как свое единственное жилье, которые в настоящем случае судом не установлены.

Таким образом, ссылка финансового управляющего на изложенную правовую позицию судом первой инстанции обоснованно отклонена, так как она основана на иных фактических обстоятельствах, не тождественных обстоятельствам настоящего спора, поскольку в рассматриваемом случае не представлено доказательств в пользу допущенного должником злоупотребления правом.

Кроме того, согласно приведенному определению Верховного Суда, отказ от исполнительского иммунитета должен иметь реальный экономический смысл как способ удовлетворения требований кредиторов, а не быть карательной санкцией за неисполненные долги или средством устрашения должника.

С учетом рыночной и реальной стоимости единственного жилья, предполагаемой ценой замещающего жилья, исходя из его параметров, а также затрат на реализацию спорного помещения, сальдо (то есть сумма, на которую пополнится конкурсная масса в результате замены жилого помещения) должно быть таким, чтобы продажа единственного жилья помогла эффективно погасить требования кредиторов.

Соответствующих доказательств материалы дела не содержат данных о наличии у земельного участка и жилого дома, расположенных по адресу: 

<

...>, признаков роскошного и излишнего жилья.

Повторно рассмотрев материалы дела, коллегией судей установлено, что суд первой инстанции правомерно не усмотрел оснований для удовлетворения заявления о недействительности сделки по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 170 ГК РФ, поскольку для квалификации сделки как совершенной с целью прикрыть другую сделку, которую стороны действительно имели в виду, и к которой с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила, в дело должны быть представлены доказательства того, что совершая сделку, стороны намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес, однако таких доказательств финансовый управляющий должника в материалы дела не представил. 

Поскольку в удовлетворении требования о признании сделки должника недействительной судом отказано, требование о применении последствий недействительности сделки также не подлежит удовлетворению.

Повторно оценив представленные в материалы дела доказательства, суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции 

Доводы апелляционной жалобы не содержат фактов, которые не были бы проверены и учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела, а в апелляционной инстанции могли бы повлиять на законность и обоснованность принятого судебного акта. В связи с этим признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены определения суда.

Так, заявитель апелляционной жалобы указал, что судом первой инстанции необоснованно отклонен довод о том, что на момент совершения оспариваемой сделки у должника имелись неисполненные обязательства перед кредиторами ООО «Автомобильные технологии» вследствие привлечения должника  к субсидиарной ответственности по долгам общества на основании подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве в рамках дела о банкротстве №А43-34360/2016.

В соответствии с правовой позицией Верховного Суда российской Федерации, выраженной в Определении  от 30.01.2020 по делу №305-ЭС18-14622 (4,5,6) по делу №А40-208525/2015, отсутствие документов бухгалтерского учета и отчетности и прочих обязательных документов должника составляют презумпцию ответственности контролирующего должника лица за доведение общества до несостоятельности, в связи с чем, обстоятельства, составляющие презумпцию, не могут  подменять обстоятельства самого правонарушения и момент наступления обстоятельств презумпции может не совпадать с моментом правонарушения.

Из определения арбитражного суда от 24.09.2018 по делу о банкротстве общества следует, что должник, ФИО2, привлечен к субсидиарной ответственности в связи с тем, что не представил доказательств принятия всех необходимых мер для исполнения обязанности по ведению,  хранению и передачи документации при той степени заботливости и осмотрительности, которая от него требовалась в гражданском обороте.

При таких обстоятельствах, ответственности должника по обязательствам общества обусловлена не установлением факта причинения вреда, повлекшего несостоятельность общества, а установленной Законом о банкротстве презумпции причинно-следственной связи между отсутствием  в полном объеме документации общества и невозможностью удовлетворения требований кредиторов.

В соответствии со статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации злоупотребление правом заключается в превышении пределов дозволенного гражданским правом осуществления своих правомочий путем осуществления их с незаконной целью или незаконными средствами, с нарушением при этом прав и законных интересов других лиц.

Доказательств, свидетельствующих о том, что на момент совершения оспариваемых сделок должник имел неисполненные  денежные обязательства или прекратил исполнение обязательств перед кредиторами после совершения сделок, в материалы дела не представлено.

Доводы арбитражного управляющего о мнимости брачного договора отклонены судом первой инстанции правомерно, поскольку  в материалы дела не представлены доказательства, свидетельствующие о противоправности заключенного договора и сохранении должником контроля  над жилым помещением.

Оспариваемый судебный акт принят при правильном применении норм права, содержащиеся в нем выводы не противоречат имеющимся в деле доказательствам. 

Судебный акт первой инстанции принят при полном выяснении обстоятельств, имеющих значение для дела, нормы процессуального и материального права применены судом верно, с учетом конкретных обстоятельств дела, содержащиеся в нем выводы не противоречат установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся доказательствам, судом первой инстанции не нарушено единообразие в толковании и применении норм права.

Нарушений норм процессуального права, являющихся, согласно пункту 4 статьи 270 АПК РФ, безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

При таких обстоятельствах оснований для отмены судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Расходы за рассмотрение апелляционной жалобы относятся на её заявителя.

Руководствуясь статьями 268, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Первый арбитражный апелляционный суд

постановил:

определение Арбитражного суда Нижегородской области 30.01.2023 по делу № А43-19900/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО2 ФИО3 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд ВолгоВятского округа в месячный срок со дня его принятия через Арбитражный суд Нижегородской области.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1 – 291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд ВолгоВятского округа.

 

Председательствующий судья

Е.Н. Беляков

Судьи

С.Г.Кузьмина

 

Д.В. Сарри