ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-58581/2019

15 марта 2023 года

г. Санкт-Петербург

/убыт.1

Резолютивная часть постановления объявлена     06 марта 2023 года

Постановление изготовлено в полном объеме  15 марта 2023 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Серебровой А.Ю.

судей  Будариной Е.В., Морозовой Н.А.

при ведении протокола судебного заседания:  секретарем ФИО1 

при участии:  

от ФИО2 – представитель ФИО3 (по доверенности от 16.09.2021)

 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер  13АП-1935/2023)  ФИО2

на определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 26.12.2022 по делу № А56-58581/2019/убыт.1 (судья Мороз А.В.), принятое по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Иннолайн» ФИО4 о взыскании убытков в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Иннолайн»

ответчик: ФИО2

 

об удовлетворении заявления,  

установил:

определением  Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской  области (далее – арбитражный суд, суд первой инстанции) от 06.11.2019 в отношении общества с ограниченной ответственностью «Иннолайн» (далее – ООО «Иннолайн», должник) введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО5

В рамках дела о несостоятельности ООО «Иннолайн» временный управляющий должника ФИО5 обратился в арбитражный суд с заявлением о взыскании убытков в размере 24 500 000,00 руб. с ФИО2, занимавшего должность генерального директора ООО «Иннолайн» в период с 25.03.2015 по 14.07.2018.

Указанное заявление мотивировано тем, что в результате недобросовестных действий ФИО2, выразившихся в заключении от имени должника договора купли-продажи от 16.10.2017, по условиям которого в пользу ФИО6 по цене 15 200 000,00 руб. отчуждена принадлежащая ООО «Иннолайн» квартира общей площадью 149 кв.м по адресу: 

<

...>, лит. Б, кв. 5, кадастровый номер 78:36:0005439:37 (далее – Квартира), должнику причинены убытки в размере 24 500 000,00 руб., составляющие стоимость Квартиры, по которой она приобретена ООО «Иннолайн» у ООО «Интромэйт» по договору купли-продажи от 16.05.2017.

Решением арбитражного суда от 10.09.2020 в отношении ООО «Иннолайн» введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО4.

Определением арбитражного суда от 29.09.2021 по обособленному спору № А56-58581/2019/сд.1 заключенный между ООО «Иннолайн» и ФИО6 договор от 16.10.2017 купли-продажи Квартиры признан недействительным, в порядке применения последствий недействительности сделки с ФИО6 в конкурсную массу должника взыскано 24 500 000,00 руб.

Определением арбитражного суда от 08.02.2022 производство по заявлению арбитражного управляющего ФИО5 о взыскании убытков приостановлено до вступления в законную силу судебного акта по обособленному спору № А56-58581/2019/сд.1.

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.03.2022 определение от 29.09.2021 отменено, в удовлетворении заявления арбитражного управляющего ФИО5 отказано.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 23.06.2022 постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.03.2022 по обособленному спору №А56-58581/2019/сд.1 отменено, определение суда первой инстанции от 29.09.2021 оставлено без изменения.

Определением арбитражного суда от 06.09.2022 производство по заявлению арбитражного управляющего должника ФИО5 о взыскании убытков возобновлено.

Определением от 26.12.2022 арбитражный суд отказал в удовлетворении ходатайства ФИО2 о назначении экспертизы, взыскал с  ФИО2 в пользу ООО «Иннолайн» убытки в размере 24 500 000,00 руб.

Суд первой инстанции пришел к выводу о том, что принятое              ФИО2 решение об отчуждении должником Квартиры в пользу аффилированного лица по цене, которая на 9 300 000,00 руб. ниже цены ее покупки, состоявшейся за пять месяцев до отчуждения, при отсутствии доказательств реального поступления денежных средств от продажи Квартиры, причинило вред должнику и, как следствие, его кредиторам при том, что цена договора купли-продажи Квартиры от 16.10.2017 и его условия были согласованы именно ФИО2, который, кроме того, совершил действия по передаче Квартиры в собственность покупателя путем подачи заявления о регистрации перехода права собственности до момента фактической оплаты предусмотренной договором стоимости Квартиры.

Суд первой инстанции сослался также на отсутствие в материалах дела доказательств, обосновывающих цену, предусмотренную договором купли-продажи Квартиры от 16.10.2017, равно как и доказательств получения должником какой-либо экономической выгоды от действий ФИО2 по продаже Квартиры.

Отказывая в удовлетворении ходатайства ФИО2 о назначении экспертизы суд первой инстанции исходил из того, что стоимость Квартиры, подлежавшая взысканию с ФИО6, установлена вступившим в законную силу судебным актом по обособленному спору №А56-58581/2019/сд.1, отклонив в этой связи ссылку ответчика на представленное им заключение специалиста от 02.11.2020 № 483 об установлении рыночной стоимости Квартиры.

Не согласившись с определением суда первой инстанции от 22.12.2022, ФИО2 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит отменить обжалуемое определение, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления арбитражного управляющего о взыскании убытков, назначить судебную экспертизу по установлению рыночной стоимости Квартиры по состоянию на 16.10.2017.

В обоснование доводов апелляционной жалобы ее податель указывает, что приобретение Квартиры обусловлено наличием крупной задолженности у ООО «Интромейт» перед ООО «Иннолайн», возникшей из договора от 27.08.2013 № 018/13, при этом расчеты между ООО «Интромейт» и ООО «Иннолайн» произведены путем зачета взаимных требований на основании соглашения о зачете взаимных требований от 18.05.2017. По мнению ФИО2, при заключении указанной сделки он действовал исключительно в интересах ООО «Иннолайн», поскольку последнее получило на баланс имущество и снизило дебиторскую задолженность. Поскольку Квартира не требовалась для ведения хозяйственной деятельности должника, она была реализована по договору купли-продажи от 16.10.2017 в пользу  ФИО6 

ФИО2 также ссылается на то, что неоднократно обращался к покупателю ФИО6 с требованием оплатить задолженность, однако не подписывал каких-либо документов, прекращающих обязательства покупателя, в связи с чем его действиями убытки ООО «Иннолайн» не причинялись.

По мнению подателя жалобы, арбитражный суд не оценил надлежащим образом имеющееся в материалах обособленного спора заключение специалиста о проведенном оценочном исследовании, согласно которому рыночная стоимость Квартиры составляет 14 328 000,00 руб. В этой связи апеллянт полагает, что факт заключения договора купли-продажи Квартиры по цене в 15 200 000,00 руб. свидетельствует о намерении заключить сделку исключительно в интересах    ООО «Иннолайн» с целью продать Квартиру по цене, превышающей ее рыночную стоимость.

ФИО2 обращает внимание, что сделка купли-продажи Квартиры признана недействительной, так как фактически является безденежной. Однако документы о прекращении обязательств покупателя ФИО6 по оплате Квартиры подписывались со стороны ООО «Иннолайн» ФИО7, назначенным на должность и.о. генерального директора должника после увольнения 02.07.2018 ФИО2 

Податель жалобы выражает также несогласие с определением суда первой инстанции в части отказа в назначении экспертизы, о проведении которой ходатайствовал ФИО2, а также с выводом суда первой инстанции о признании преюдициального значения судебного акта по обособленному спору    № А56-58581/2019/сд.1, поскольку субъектный состав и предмет доказывания по обособленным спорам о признании сделки недействительной и взыскании убытков являются различными.

От конкурсного управляющего ООО «Иннолайн» ФИО4 в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд представлен отзыв на апелляционную жалобу с возражениями против ее удовлетворения.

В судебном заседании арбитражного суда апелляционной инстанции представитель ФИО2 поддержал доводы апелляционной жалобы и заявил ходатайство о назначении судебной экспертизы для определения рыночной стоимости Квартиры.

Как разъяснено в абзаце 2 пункта 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе» ходатайство о проведении экспертизы в суде апелляционной инстанции рассматривается судом с учетом положений частей 2 и 3 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской федерации (далее – АПК РФ), согласно которым дополнительные доказательства принимаются судом апелляционной инстанции, если лицо, участвующее в деле, обосновало невозможность их представления в суд первой инстанции по причинам, не зависящим от него (в том числе в случае, если судом первой инстанции было отклонено ходатайство о назначении экспертизы), и суд признает эти причины уважительными.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, от 09.03.2011  № 13765/10, судебная экспертиза назначается судом в случаях, когда вопросы права нельзя разрешить без оценки фактов, для установления которых требуются специальные познания. Если необходимость проведения экспертизы отсутствует, суд отказывает в ходатайстве о назначении судебной экспертизы.

Исходя из части 1 статьи 82 АПК РФ назначение экспертизы является правом суда, а не его обязанностью.

Принимая во внимание обстоятельства, установленные при рассмотрении обособленного спора № А56-58581/2019/сд.1, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о достаточности имеющихся в деле доказательств для разрешения настоящего обособленного спора о взыскании убытков и правомерно отказал в удовлетворении ходатайства о назначении экспертизы, что исключает наличие оснований для удовлетворения соответствующего ходатайства судом апелляционной инстанции.

Иные лица, участвующие в настоящем обособленном споре, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного заседания в соответствии со статьей 123 АПК РФ, явку своих представителей в заседание суда апелляционной инстанции не обеспечили, в связи с чем на основании части 1 статьи 266, части 3 статьи 156 АПК РФ жалоба рассмотрена в отсутствие неявившихся участников процесса.

Проверив в порядке статей 266 – 272 АПК РФ АПК РФ законность и обоснованность обжалуемого определения суда первой инстанции в апелляционном порядке, исследовав и оценив материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы и возражений на нее, проверив правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, апелляционная инстанция не усматривает оснований для отмены определения суда первой инстанции от 26.12.2022 в связи со следующим.

В соответствии с пунктом 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002    № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и частью 1 статьи 223 АПК РФ, дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Согласно абзацу 5 пункта 3 статьи 129 Закона о банкротстве, конкурсный управляющий вправе от имени должника предъявить иски о взыскании убытков, причиненных действиями (бездействием) руководителя должника.

В силу пункта 1 статьи 61.20 Закона о банкротстве в случае введения в отношении должника процедуры, применяемой в деле о банкротстве, требование о возмещении должнику убытков, причиненных ему лицами, уполномоченными выступать от имени юридического лица, членами коллегиальных органов юридического лица или лицами, определяющими действия юридического лица, в том числе учредителями (участниками) юридического лица или лицами, имеющими фактическую возможность определять действия юридического лица, подлежит рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника по правилам, предусмотренным главой III.2 Закона о банкротстве.

Пунктом 1 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» установлено, что члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий при осуществлении ими прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества добросовестно и разумно. 

Данная позиция также отражена в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее - Постановление № 62).

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 1 Постановления  № 62, истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства.

Как разъяснено в подпункте 5 пункта 2 Постановления № 62 недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку на заведомо невыгодных для юридического лица условиях.

Согласно абзацу 7 пункта 2 Постановления № 62 под сделкой на невыгодных условиях понимается сделка, цена и (или) иные условия которой существенно в худшую для юридического лица сторону отличаются от цены и (или) иных условий, на которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (например, если предоставление, полученное по сделке юридическим лицом, в два или более раза ниже стоимости предоставления, совершенного юридическим лицом в пользу контрагента). Невыгодность сделки определяется на момент ее совершения; если же невыгодность сделки обнаружилась впоследствии по причине нарушения возникших из нее обязательств, то директор отвечает за соответствующие убытки, если будет доказано, что сделка изначально заключалась с целью ее неисполнения либо ненадлежащего исполнения.

Директор освобождается от ответственности, если докажет, что заключенная им сделка хотя и была сама по себе невыгодной, но являлась частью взаимосвязанных сделок, объединенных общей хозяйственной целью, в результате которых предполагалось получение выгоды юридическим лицом. Он также освобождается от ответственности, если докажет, что невыгодная сделка заключена для предотвращения еще большего ущерба интересам юридического лица.

При определении интересов юридического лица следует, в частности, учитывать, что основной целью деятельности коммерческой организации является извлечение прибыли (пункт 1 статьи 50 Гражданского кодекса Российской Федерации, далее - ГК РФ).

Добросовестность и разумность при исполнении возложенных на единоличный исполнительный орган общества с ограниченной ответственностью обязанностей заключаются, в частности, в принятии им всех необходимых и достаточных мер для достижения максимального положительного результата от предпринимательской и иной экономической деятельности общества (пункт 4 Постановления № 62).

Сам по себе факт отсутствия у директора выгоды от сделок, повлекших для юридического лица негативные последствия, не является основанием для отказа в удовлетворении требования о взыскании с директора убытков, поскольку на директоре лежит самостоятельная обязанность действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53 ГК РФ и пункт 7 Постановления Пленума № 62).

Ответственность контролирующих должника лиц за причинение ими убытков носит гражданско-правовой характер и ее применение возможно лишь при наличии определенных условий, предусмотренных статьей 15 ГК РФ.

В соответствии с пунктом 2 статьи 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать противоправность поведения ответчика, наличие и размер понесенных убытков, а также причинно-следственную связь между противоправностью поведения ответчика и наступившими убытками.

Возможность привлечения руководителя должника к ответственности и при применении последствий недействительности сделок, в результате совершения которых причинен вред имущественным правам кредиторов должника не исключается, что следует из пункта 8 Постановления № 62, согласно которому удовлетворение требования о взыскании с директора убытков не зависит от того, имелась ли возможность возмещения имущественных потерь юридического лица с помощью иных способов защиты гражданских прав, например, путем применения последствий недействительности сделки, истребования имущества юридического лица из чужого незаконного владения, взыскания неосновательного обогащения, а также от того, была ли признана недействительной сделка, повлекшая причинение убытков юридическому лицу. Однако в случае, если юридическое лицо уже получило возмещение своих имущественных потерь посредством иных мер защиты, в том числе путем взыскания убытков с непосредственного причинителя вреда (например, работника или контрагента), в удовлетворении требования к директору о возмещении убытков должно быть отказано.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, ФИО2 занимал должность генерального директора ООО «Иннолайн» в период с 25.03.2015 по 14.07.2018.

В период с 16.05.2017 по 26.10.2017 в собственности должника находилась Квартира, приобретенная им у ООО «Интромэйт» по договору купли-продажи от 16.05.2017 по цене 24 500 000,00 руб.

На основании договора купли-продажи от 16.10.2017 должник передал Квартиру в собственность ФИО6 по цене 15 200 000,00 руб. 

В пункте 3.2 договора купли-продажи от 16.10.2017 между должником и ФИО6 установлено, что сумму по договору покупатель обязуется перечислить в пользу продавца в течение 6 месяцев с момента подписания сторонами договора, то есть до 16.04.2018.

Дополнительным соглашением от 02.04.2018 срок оплаты продлен до 31.12.2018, дополнительным соглашением от 31.12.2018 – до 31.03.2019.

Как указано выше, вступившим в законную силу определением арбитражного суда от 29.09.2021 по обособленному спору № А56-58581/2019/сд.1 договор купли-продажи от 16.10.2017 между ООО «Иннолайн» и ФИО6 на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве признан недействительной сделкой, применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО6 в конкурсную массу должника 24 500 000,00 руб.

При разрешении спора арбитражным судом установлено, что сделка по продаже должником Квартиры была совершена в период неплатежеспособности должника в пользу аффилированного лица по цене, существенно отличающейся в меньшую сторону (на 9 300 000 руб.) от цены приобретения данной Квартиры.

Сведений об исполнении ФИО6 определения   от  29.09.2021 и уплате последним в конкурсную массу должника 24 500 000,00 руб. в материалах дела не имеется.

Как разъяснено в абзаце 3 пункта 93 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», о наличии явного ущерба свидетельствует совершение сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях, например, если предоставление, полученное по сделке, в несколько раз ниже стоимости предоставления, совершенного в пользу контрагента. 

Поскольку сделка по отчуждению Квартиры заключена ФИО2 на  заведомо невыгодных для должника условиях, суд первой пришел к обоснованному выводу о том, что заключение договора купли-продажи Квартиры не отвечало интересам должника, являлось экономически нецелесообразным, совершено по причине недобросовестности руководителя должника при осуществлении организационно-распорядительных функций контролирующего должника лица, отвечающего за рациональное и разумное использование имущества должника.

При этом суд первой инстанции учтено, что Квартира была приобретена и отчуждена в период, когда должность генерального директора должника занимал ФИО2, который также подписал дополнительное соглашение о продлении срока внесения платы за Квартиру по договору купли-продажи от 16.10.2017 до 31.12.2018.

Данные обстоятельства в их совокупности в достаточной степени подтверждают недобросовестность действий ФИО2 и свидетельствуют о наличии прямой причинной связи между его действиями и убытками должника в виде реального ущерба, возникновение которого обусловлено неполучением должником встречного предоставления за отчужденное ликвидное имущество, за счет которого могли были быть произведены расчеты с кредиторами должника.

Ответственность контролирующих лиц в виде взыскания убытков является разновидностью гражданско-правовой ответственности и наступает в связи с причинением вреда имущественным правам кредиторов подконтрольного лица.

Оснований для освобождения ФИО2 от ответственности не имеется, доказательства обратного в материалы дела не представлены.

Обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица (часть 2 статьи 69 АПК РФ).

Вступившие в законную силу судебные акты арбитражного суда являются обязательными для органов государственной власти, органов местного самоуправления, иных органов, организаций, должностных лиц и граждан и подлежат исполнению на всей территории Российской Федерации (часть 1 статьи 16 АПК РФ).

Вопреки доводам апелляционной жалобы, арбитражный управляющий доказал как сам факт причинения должнику убытков, так и их размер, определенный в виде суммы, взысканной в пользу должника  в результате признания недействительной сделки купли-продажи Квартиры.

Доводы подателя жалобы о том, что при заключении сделки по приобретению квартиры у ООО «Интромейт» он действовал исключительно в интересах ООО «Иннолайн» не имеют правового значения для разрешения спора о взыскании с него убытков, причиненных совершением другой сделки - между ООО «Иннолайн» и ФИО6

Ссылки апеллянта на неоднократные обращения к ФИО6 с требованием оплатить задолженность по договору купли-продажи Квартиры от 16.10.2017, равно как и факт прекращения обязательств покупателя ФИО6 по оплате Квартиры, обусловленное действиями и.о. генерального директора должника после увольнения 02.07.2018 ФИО2, также не являются основанием для освобождения ФИО2 от гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков, причиненных совершением сделки по отчуждению имущества должника на невыгодных для должника условиях.

С учетом изложенного, апелляционная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции о наличии совокупности условий для взыскания с ФИО2 в пользу должника убытков в размере 24 500 000,00 руб.

Необходимо отметить, что риск двойного взыскания убытков регулируется в рамках исполнительного производства.

Если будет исполнен один судебный акт, то исполнительное производство по второму судебному акту оканчивается судебным приставом-исполнителем в порядке статьи 47 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве»; если будут исполнены оба судебных акта, то по позднее исполненному осуществляется поворот исполнения в порядке статьи 325 АПК РФ.

При рассмотрении настоящего обособленного спора фактические обстоятельства судом первой инстанций установлены правильно, проверены доводы и возражения сторон, полно и всесторонне исследованы представленные доказательства. Оснований для переоценки фактических обстоятельств дела и иного применения норм материального права у суда апелляционной инстанции не имеется.

Доводы подателя жалобы, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые бы влияли на обоснованность и законность обжалуемого судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

Нарушений при рассмотрении дела судом первой инстанции норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 270 АПК РФ являются основанием к отмене или изменению судебного акта, не установлено.

Соответственно суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что основания для отмены обжалуемого определения отсутствуют, в связи с чем апелляционная жалоба ФИО2 удовлетворению не подлежит

Руководствуясь статьями 269 - 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

постановил:

Определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 26.12.2022 по делу №А56-58581/2019/убыт.1 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО2 - без удовлетворения. 

Постановление  может быть  обжаловано  в  Арбитражный  суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

 

Председательствующий

А.Ю. Сереброва

Судьи

Е.В. Бударина

 

 Н.А. Морозова