﻿АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А53-37396/2017

г. Краснодар

27 мая 2020 года

Резолютивная часть постановления объявлена 26 мая 2020 г.

       Постановление изготовлено в полном объеме 27 мая 2020 г.

 

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Денека И.М., судей Андреевой Е.В. и Илюшникова С.М., при участии в судебном заседании от конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «МерАл» (ИНН 6128008251, ОГРН 104612800019) Приходько А.В. –  Казакова Р.В. в режиме онлайн  (доверенность от 10.01.2020), в отсутствие общества с ограниченной ответственностью «Рис-Агро» (ИНН 6128009343, ОГРН 1136186000752), иных лиц, участвующих в деле, извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения соответствующей информации на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационную жалобу ООО «Рис-Агро» на определение Арбитражного суда Ростовской области от 28.10.2019 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.01.2020 по делу № А53-37396/2017, установил следующее. 

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «МерАл» (далее – должник) конкурсный управляющий должника Приходько А.В. (далее – управляющий) обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным соглашения о взаимозачете долговых обязательств от 15.11.2017, заключенного должником с ООО «Рис-Агро» (далее – общество), и применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с общества в пользу должника 1 524 тыс. рублей.

Определением суда от 28.10.2019, оставленным без изменения постановлением апелляционной инстанции от 27.01.2020, заявленные требования удовлетворены в полном объёме. 

В кассационной жалобе общество просит определение суда первой инстанции и постановление апелляционного суда отменить, принять новый судебный акт, которым отказать в удовлетворении заявленных требований. Общество указывает, что выполнило в полном объёме работы по дискованию почвы на земельных участках площадью 1 016 га, находящихся в пользовании должника, и предоставил счет на оплату 1 524 000 рублей, с учетом чего у судов отсутствовали основания для взыскания данной суммы в качестве последствий признания сделки недействительной. Кроме того, общество указывает, что не извещено о производстве по делу в суде первой инстанции и не могло защитить свои интересы.

В отзыве на кассационную жалобу конкурсный управляющий Приходько А.В. просит определение суда первой инстанции и постановление апелляционного суда оставить без изменения, а кассационную жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании  представитель конкурсного управляющего доводы отзыва поддержал.

Изучив материалы дела и доводы, изложенные в кассационной жалобе, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что судебные акты подлежат изменению в части  по следующим основаниям.

Как видно из материалов дела, решением суда от 28.08.2018 должник признан несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре ликвидируемого должника, открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден Приходько А.В. 

Сообщение об открытии процедуры конкурсного производства опубликовано в газете «Коммерсантъ» от 15.09.2018 № 168. 

В ходе анализа сделок должника управляющий установил, что 15.11.2017 должник и общество заключили соглашение о взаимозачете долговых обязательств на общую сумму 1 524 тыс. рублей, в результате которого задолженность общество по договорам аренды земельного участка от 01.11.2017 № 1, № 2 и № 3 зачтена в счет задолженности должника перед обществом по договору от 20.03.2017 № 6.

Полагая, что совершение данной сделки повлекло за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами должника, управляющий обратился в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением о признании сделки недействительной на основании  статьи 61.3 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Удовлетворяя заявление управляющего, суды руководствовались статьями 61.3, 61.6 и 134 Закона о банкротстве, статьей 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)"».

Суды установили, что заявление о признании должника банкротом принято к производству 14.12.2017, оспариваемая сделка совершена 15.11.2017, то есть в пределах срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве. Таким образом, для признания сделки недействительной достаточно установить оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами, добросовестность кредитора в данном случае не имеет значения.

Установив, что на дату совершения оспариваемой сделки у должника имелись неисполненные обязательства перед иными кредиторами, требования которых включены в реестр, суды пришли к верному выводу об оказании предпочтения требованиям общества, так как они подлежали бы удовлетворению в порядке, установленном статьей 134 Закона о банкротстве, то есть в составе требований кредиторов третьей очереди. 

С учетом изложенного суды пришли к верному выводу, что оспариваемая сделка является недействительной в силу пункта 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве.

Применяя последствия признания сделки недействительной, суды исходили из норм пункта 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве, согласно которым каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке. Кроме того, суды сослались на разъяснения, изложенные в пункте 25 постановления № 63, согласно которым в случае признания недействительным зачета встречного однородного требования, обязательство должника перед кредитором считается восстановленным с момента совершения недействительной сделки, а право требования кредитора считается существовавшим независимо от совершения сделки.

Суды применили последствия недействительности сделки в виде взыскания с ответчика стоимости зачтенного требования в размере 1 524 тыс. рублей. Суды при этом исходили из того, что правовых оснований для восстановления задолженности перед обществом в размере 1 524 тыс. рублей не имеется, так как в документации должника отсутствует договор от 20.03.2017 № 6, подтверждающий наличие задолженности. Суды отметили, что задолженность перед ответчиком отсутствует в регистрах бухгалтерского учета, что свидетельствует о безвозмездном прощении долга. Суд апелляционной инстанции при этом критически оценил доводы общества о реальном выполнении работ по дискованию почвы на земельных участках площадью 1 016 га, так как общество не представило доказательства, подтверждающие выполнение названных работ. 

Суд кассационной инстанции отклоняет доводы жалобы о нарушении норм процессуального права, выраженного в отсутствии надлежащего извещения общества. Как видно из материалов дела, общество было надлежащим образом извещено о принятии заявления к производству по адресу его регистрации (Ростовская область, район Пролетарский, поселок Кирсалово, улица Кирсаловская, 4), что подтверждается почтовым конвертом, возвращенным в суд с отметкой органа связи "истек срок хранения" (л. д. 10). Кроме того, суд первой инстанции по указанному адресу направил определение об отложении заявления, которое получено 20.08.2019 директором Магомадовым А.И. согласно уведомлению о вручении и телеграмме (л. д. 44–45).

Между тем, суды не учли следующее.

В соответствии с частью 1 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – Кодекс) при принятии решения арбитражный суд оценивает доказательства и доводы, приведенные лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений; определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, какие законы и иные нормативные правовые акты следует применить по данному делу; устанавливает права и обязанности лиц, участвующих в деле; решает, подлежит ли иск удовлетворению. Как следует из содержания этой нормы, сама по себе она не предоставляет суду право выйти за пределы заявленного требования и вынести решение по требованиям, не заявленным истцом (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 17.11.2009 № 1432-О-О).

В пункте 11 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2019), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 17.07.2019, также содержатся разъяснения, согласно которым суд принимает решение только по заявленным истцом требованиям. Суд может выйти за пределы заявленных требований в случаях, предусмотренных федеральным законом.

Один из таких случаев предусмотрен в пункте 29 постановления № 63. Так, если сделка, признанная в порядке главы III.1 Закона о банкротстве недействительной, была исполнена должником и (или) другой стороной сделки, суд в резолютивной части определения о признании сделки недействительной также указывает на применение последствий недействительности сделки (пункт 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 1 статьи 61.6 и абзац второй пункта 6 статьи 61.8 Закона о банкротстве) независимо от того, было ли указано на это в заявлении об оспаривании сделки. 

Таким образом, суд не связан требованиями заявителя при решении вопроса о применении последствий признания сделки недействительной, что позволяет выйти за пределы заявленных требований как в случае, если требование о реституции не заявлено, так и в случае, если такое требование заявлено неверно. Вместе с тем действующие законодательство не содержит норм, позволяющих суду выйти за пределы заявленных требований в части предметного состава и исследовать существо сделки, об оспаривании которой не заявлено.

В рассматриваемом случае предметом заявленных требований о признании сделки недействительной являлось соглашение о взаимозачете от 15.11.2017, которым стороны признали погашенным взаимные обязательства на сумму 1 524 тыс. рублей. Управляющий при этом не оспаривал договоры, указанные в качестве оснований для возникновения зачтенной перед обществом задолженности; отношения сторон по данному договору не подлежали проверки в рамках настоящего обособленного спора.

Установив отсутствие реальных отношений по договору от 20.03.2017 № 6, и делая вывод о безвозмездном прощении обществу долга по договорам аренды земельного участка от 01.11.2017 № 1, № 2 и № 3, суды тем самым вышли за пределы заявленных требований и фактически предрешили вопросы о взыскании встречных задолженностей в нарушение требований о претензионном порядке, о подсудности, о распределении бремени доказывания.

Так, суды в нарушении части 2 статьи 9, части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации возложили на общество чрезмерное бремя доказывания равноценного встречного предоставления по соглашению о зачете – в отсутствие каких-либо доказательств со стороны управляющего (как заявителя по спору), позволяющих усомниться в реальности зачтенной задолженности или указывающих на наличие заинтересованности общества по отношению к должнику. Кроме того, придя к выводу об отсутствии встречного требования, суды фактически установили отсутствие зачёта как такового, поскольку зачет не может быть совершен без наличия встречных требований, что противоречит  установленным ими выводам о заключении соглашения о зачете как сделке, направленной на оказание предпочтения требованиям отдельного кредитора (пункт 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве).

С учетом изложенного, выводы об отсутствии встречных требований кредитора не могут быть признаны обоснованными, поскольку сделаны по существу тех отношений, которые не являются предметом заявленных требований.

Согласно пункту 2 статьи статье 167 Гражданского кодекса Российской Федерации по недействительной сделке каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке или возместить его стоимость. 

Как следует из пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой III.1 Закона о банкротстве, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества.

Из смысла указанной нормы следует, что последствием недействительности сделки является возврат каждой из сторон в первоначальное положение, существовавшее до совершения сделки. При этом стоит учитывать, что зачет представляет собой способ прекращения встречных однородных требований, при котором реальные расчеты между сторонами не осуществляются (статья 410 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

При признании недействительной сделкой зачета встречных однородных требований обязательства между сторонами не прекращаются, а продолжают существовать (в отличие, например, от признания недействительной сделкой договор купли-продажи). Реальное же наличие таких обязательств не входит в предмет рассматриваемого спора, о чем изложено выше. 

В пункте 80 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» также разъяснено, что по смыслу пункта 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации взаимные предоставления по недействительной сделке, которая была исполнена обеими сторонами, считаются равными, пока не доказано иное. Поскольку зачет встречных однородных требований предполагает именно равноценное представление, а конкурсный управляющий должника, как указано выше, не поставил под сомнение данное обстоятельство на основании относимых и допустимых доказательств, то подлежит применению двусторонняя реституция в виде восстановления размера взаимных требований сторон, существовавших до проведения зачета, и признания задолженности сторон друг перед другом.

С учетом изложенного подлежит применению двусторонняя реституция в виде восстановления размера взаимных требований сторон, существовавших до проведения зачета, и признания задолженности сторон друг перед другом.

Требование же конкурсного управляющего о взыскании задолженности не является последствием недействительности сделки, по которой реальные расчеты не проводились; такое требование является самостоятельным способом защиты прав, а поэтому подлежит предъявлению в суд в общем порядке, предусмотренном действующим процессуальным законодательством, а именно, путем предъявления иска к обязанному лицу с соблюдением правил о подсудности, а не в деле о банкротстве должника. Кроме того, стоит учитывать, что требования имущественного характера облагаются государственной пошлиной, а также требуют обязательного претензионного порядка по некоторым категориям споров (часть 5 статьи 4 Кодекса), что необоснованно преодолевается заявителем в случае объединения такого требования с реституционным требованием по недействительному зачёту.

В отношении же восстановленного требования общества следует также учитывать, что в случае его возникновения до возбуждения производства по делу о банкротстве, оно подлежит установлению в реестре требований кредиторов должника в порядке пункта 1 статьи 142 Закона о банкротстве.

При этом суд кассационной инстанции отмечает, что по смыслу пункта 4 статьи 61.6 Закона о банкротстве, а также разъяснений, изложенных в пункте 25 постановления № 63, восстановление задолженности в качестве реституции недействительной сделки, не влечет автоматического признания восстановленного требования обоснованным. Обоснованность восстановленных требований подлежит установлению в рамках названных выше процессов, в ходе каждого из которых бремя доказывания реального наличия требования возлагается на истца (заявителя). 

В соответствии с пунктом 2 части 1 статьи 287 Кодекса по результатам рассмотрения кассационной жалобы арбитражный суд кассационной инстанции вправе отменить или изменить судебный акт первой инстанции и (или) апелляционной инстанции полностью или в части и, не передавая дело на новое рассмотрение, принять новый судебный акт, если в дополнительном исследовании имеющихся в деле доказательств необходимости не имеется, но этим судом неправильно применена норма права. 

В связи с тем, что судами первой и апелляционной инстанций установлены все фактические обстоятельства, имеющие значение для разрешения вопроса о признании сделки недействительной, сделка правомерно признана недействительной, однако  неверно применены последствия признания сделки недействительной (пункт 3 части 2 статьи 288 Кодекса), суд кассационной инстанции, руководствуясь положениями действующего законодательства, считает возможным обжалуемые судебные акты изменить в части применения последствий недействительности сделки, восстановив взаимные права требования должника и ответчика на сумму 1 524 тыс. рублей.

Руководствуясь статьями 274, 286 – 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ростовской области от 28.10.2019 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.01.2020 по делу № А53-37396/2017 изменить в части применения последствий недействительности сделки.

Восстановить право требования общества с ограниченной ответственностью «МерАл» (ИНН 6128008251, ОГРН 104612800019) к обществу с ограниченной ответственностью «Рис-Агро» (ИНН 6128009343, ОГРН 1136186000752) по договору аренды земельного участка от 01.11.2017 № 1, по договору субаренды земельного участка от 01.11.2017 № 2 и по договору аренды земельного участка от 01.11.2017 № 3 на общую сумму 1 524 000 рублей.

Восстановить право требования общества с ограниченной ответственностью «Рис-Агро» (ИНН 6128009343, ОГРН 1136186000752) к обществу с ограниченной ответственностью «МерАл» (ИНН 6128008251, ОГРН 104612800019) по договору 20.03.2017 № 6 на общую сумму 1 524 000 рублей.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

 

Председательствующий                                                                               И.М. Денека 

Судьи                                                                                                             Е.В. Андреева                                                                                                                       С.М. Илюшников