537/2020-11985(1) 

ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 10АП-20918/2019

Дело № А41-104841/18

13 февраля 2020 года

г. Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена 10 февраля 2020 года  Постановление изготовлено в полном объеме 13 февраля 2020 года  

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:  

председательствующего судьи Муриной В.А., судей Терешина А.В., Шальневой Н.В., при ведении протокола судебного заседания: ФИО1, при участии в заседании: 

от АО «ТД «Перекресток» - ФИО2, доверенность от 29.04.2019; ФИО3,  доверенность от 29.04.2019, диплом;  

от ООО «Авто - Синтетик» - ФИО4, доверенность от 22.01.2019, диплом; от остальных лиц – не явились, извещены. 

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу АО «ТД «Перекресток» на  определение Арбитражного суда Московской области от 25 сентября 2019 года по делу   № А41-104841/18, по заявлению ООО «Авто-Синтетик» о включении в реестр  требований кредиторов ООО «УТП 2010» задолженности в размере 45 878 387,65 руб.,  

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о признании ООО «УТП 2010» несостоятельным (банкротом) ООО  «Авто-Синтетик» обратилось в Арбитражный суд Московской области с требованием о  включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в сумме  45 878 387,65 рублей (т.1, л.д. 2-5).  

 Заявление подано в соответствии со статьей 71 Федерального закона от 26  октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».  

 Определением Арбитражного суда Московской области от 25 сентября 2019 года  требования ООО «Авто-Синтетик» в размере 45 878 387,65 рублей были включены в  третью очередь реестра требований кредиторов должника ООО «УТП 2010» (т.5, л.д. 62- 63).  

 Не согласившись с принятым судебным актом, АО «ТД «Перекресток» обратилось  в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой  просит определение суда первой инстанции отменить, указывая на неполное выяснение  судом обстоятельств, имеющих значение для дела (т.5, л.д. 65-74).  

 В судебном заседании представители АО «ТД «Перекресток» настаивали на  доводах апелляционной жалобы по основаниям, изложенным в ней.  

Представитель ООО «Авто-Синтетик» против доводов апелляционной жалобы  возражал.  

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции, правильность  применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и  процессуального права проверены арбитражным апелляционным судом в соответствии  со статьями 223, 266, 268, 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации.  

 В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о  несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам,  предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с  особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о  несостоятельности (банкротстве).  

 Как следует из материалов дела, 20 декабря 2018 года ООО «УТП 2010»  обратилось в Арбитражный суд Московской области с заявлением о признании его  несостоятельным (банкротом).  

 Определением суда от 04 февраля 2019 года заявление ООО «УТП 2010» о  признании несостоятельным (банкротом) принято к производству суда, возбуждено дело  о несостоятельности (банкротстве) ООО «УТП 2010».  

 Определением Арбитражного суда Московской области от 26 марта 2019 года в  отношении ООО «УТП 2010» (ИНН 5024111703) введена процедура банкротства  наблюдение. Временным управляющим суд утвердил члена Некоммерческого  партнерства СРО «СЕМТЭК» Колмакова Виталия Николаевича.  

 Сообщение о введении в отношении должника процедуры банкротства  опубликовано в газете «Коммерсантъ» от 13 апреля 2019 года.  

 ООО «Авто-Синтетик» обратилось в суд с требованием о включении в реестр  требований кредиторов должника задолженности в сумме 45 878 387,65 рублей.  

В обоснование заявленных требований Кредитор указал, что 14.06.2012 ООО  «Авто-Синтетик», арендодатель, и ООО «УТП 2010», арендатор, заключили договор  аренды № 59, по условиям которого арендодатель обязывался предоставить арендатору  нежилые помещения, а арендатор оплачивать аренду таких помещений.  

29.12.2012 – 01.01.2014 стороны заключили два дополнительных соглашения,  увеличив базовую часть арендной платы с 4 000 000 руб. до 8 200 000 руб.  

01.10.2014 – 01.10.2015 стороны заключили два дополнительных соглашения,  снизив базовую часть арендной платы с 8 200 000 руб. до 5 900 000 руб.  

06.06.2018 стороны расторгли договор аренды. 

Общий размер задолженности по указанному договору составляет 22 991 276,95  руб. за период ноябрь 2017 года – июнь 2018 года.  

26.04.2013 ООО «Авто-Синтетик», исполнитель, и ООО «УТП 2010», заказчик,  заключили договор № 71/1, по условиям которого исполнитель обязывался  предоставить заказчику место для установки и эксплуатации вывески на фасаде здания,  находящегося в собственности у исполнителя, а заказчик оплачивать аренду такого  места.  

Общий размер задолженности по договору составляет 120 000,00 руб. за период с  27.08.2017 по 26.04.2018.  

26.04.2013 ООО «Авто-Синтетик», исполнитель, и ООО «УТП 2010», заказчик,  заключили договор № 71/2, по условиям которого исполнитель обязывался  предоставить заказчику место для установки и эксплуатации вывески на фасаде здания,  находящегося в собственности у исполнителя, а заказчик оплачивать аренду такого  места.  

 Общий размер задолженности по договору составляет 120 000,00 руб. за период с  27.08.2017 по 26.04.2018.  

10.08.2016 ООО «Авто-Синтетик» в обеспечение исполнения обязательства ООО  «УТП 2010» договора банковского счета № 

<

***> от 17.06.2016,  заключенного между ПАО «ВТБ 24» как кредитором и ООО «УТП 2010» как  заемщиком, заключил с банком договор поручительства № 

<

***>-п01.  

Задолженность по данному договору составляет 4 321 988,45 руб. за период с  23.08.2018 по 27.08.2018.  

28.12.2016 ООО «Авто-Синтетик» в обеспечение исполнения обязательства ООО  «УТП 2010» кредитного соглашения № 721/2500-0000337 от 28.12.2016, заключенного  между ПАО «ВТБ 24» как кредитором и ООО «УТП 2010» как заемщиком, заключил с  банком договоры поручительства № 721/2500-0000337-п01 и № 721/2500-0000337-п02.  

Задолженность по данному договору составляет 6 774 335,56 руб. за период с  29.08.2018 по 03.09.2018.  

01.09.2017 ООО «Авто-Синтетик», займодавец, и ООО «УТП 2010», заемщик,  заключили договор займа б/н, по условиям которого займодавец предоставляет  заемщику 10 000 000 руб. под 15% годовых сроком возврата до 31.12.2018.  

Задолженность по данному договору составляет 11 550 786,69 руб., в том числе,  проценты в размере 1 286 813,61 руб. за период с 04.09.2017 по 31.12.2018.  

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции исходил из того, что  представленные документы в совокупности являются достаточными доказательствами  для установления наличия и размера задолженности, поскольку доказательства,  свидетельствующие о том, что сделки направлены на искусственное увеличение  задолженности, либо не имеют разумного хозяйственного объяснения и не были  направлены на достижение экономически обоснованных целей, суду не представлены.  При этом, заключение сделки между заинтересованными лицами не может служить  самостоятельным признаком злоупотребления правом в их поведении. Равным образом  отсутствуют основания полагать, что указанные выше факты безусловно указывают на  необходимость отказа во включении в реестр заявленного требования. Размер и  основания возникновения задолженности судом проверены и признаны обоснованными  ввиду предоставления кредитором в материалы дела соответствующих доказательств.  

 Обжалуя принятое по делу определение, АО «ТД «Перекресток» в своей  апелляционной жалобе указывает на наличие в материалах дела доказательств,  подтверждающих аффилированность кредитора и должника, транзитное перечисление  денежных средств в рамках договоров, создание искусственной задолженности перед  аффилированным кредитором.  

 В связи с чем, заявитель жалобы указывает на необходимость применения в  отношении предъявленного к должнику требования повышенного стандарта  доказывания. Вместе с тем, суд первой инстанции необоснованно не принял во  внимание обстоятельства того, что задолженность, заявленная ко включению в реестр  требований кредиторов должника является мнимой, соответственно, основания для ее  включения в реестр у суда первой инстанции отсутствовали.  

 Заслушав мнение представителей лиц, участвующих в судебном заседании,  исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства,  изучив доводы апелляционной жалобы, арбитражный апелляционный суд пришел к  выводу о наличии оснований для отмены обжалуемого определения.  

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О  несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о  несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам,  предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными  федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).  

Из статей 71 и 100 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О  несостоятельности (банкротстве)" следует, что кредиторы вправе предъявить свои  требования к должнику, подтвердив их обоснованность судебным актом или иными  документами. При наличии возражений относительно требований кредиторов  арбитражный суд в судебном заседании проверяет обоснованность требований и  наличие оснований для включения указанных требований в реестр и выносит  определение о включении или об отказе во включении указанных требований в реестр  требований кредиторов.  

Процессуальный закон обязывает лиц, участвующих в деле, доказывать  обстоятельства, на которые они ссылаются как на основание своих требований и  

возражений, а арбитражный суд - оценивать эти доказательства (в том числе их  взаимную связь в совокупности) по своему внутреннему убеждению, основанному на  всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в  деле доказательств, и отражать результаты оценки доказательств в судебном акте  (статьи 8, 9, 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).  

В условиях банкротства должника и конкуренции его кредиторов для  предотвращения необоснованных требований к должнику и нарушений тем самым прав  его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением  задолженности должника-банкрота, предъявляются повышенные требования (пункт 26  постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от  22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением  дел о банкротстве", пункт 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с  участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах  процедурах банкротства (утвержден Президиумом Верховного Суда Российской  Федерации 20.12.2016)).  

При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве суд должен  исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в  отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера  задолженности. При этом необходимо иметь в виду, что целью проверки  обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных  требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных  интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его  учредителей (участников).  

В этой связи судом может быть возложена обязанность раскрыть разумные  экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессу ее  исполнения, подтвердить реальность правоотношений с целью недопущения включения  в реестр необоснованных требований созданных формально для искусственного  формирования задолженности, поскольку такое включение приводит к нарушению прав  и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования.  

Как правило, для подтверждения обстоятельств, подтверждающих позицию  заявителя, достаточно совокупности доказательств (документов), обычной для  

хозяйственных операций, лежащих в основе спора. Однако в условиях банкротства  должника и конкуренции его кредиторов для предотвращения необоснованных  требований к должнику и нарушений тем самым прав его кредиторов к доказыванию  обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника - банкрота,  предъявляются повышенные требования (пункт 26 постановления Пленума Высшего  Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых  процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", пункт 13  Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных  органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства  (утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016)).  

Аналогичный подход должен применяться и при проверке судами размера  задолженности лица, чья связь с должником (юридическая либо фактическая  аффилированность) появилась не в момент возникновения, а в момент исполнения  спорного обязательства - при наличии обоснованных возражений внешних кредиторов о  факте частичного либо полного погашения задолженности и доводов о сокрытии  обстоятельств погашения задолженности (ином размере неисполненного обязательства)  подающим требование лицом с помощью схемы транзитных перечислений денежных  средств внутри группы экономически взаимосвязанных лиц.  

Высокий стандарт доказывания к аффилированным кредиторам при включении  указанных лиц в реестр требований кредиторов должника (не только для проверки факта  наличия обязательства, но и для проверки размера непогашенной задолженности)  подлежит применению вне зависимости от основания включения (материальное  обязательство, погашение долга, заключение договора уступки прав требований).  Данный подход обусловлен тем, что группа лиц по общему правилу предполагает  интеграцию входящих в нее звеньев не только через общую управленческую, ценовую,  техническую, кадровую политику, наличие общей стратегии, но также через  объединение финансовых ресурсов и капиталов. В такой ситуации стороннее лицо  ограничено в сборе доказательств по вопросу за счет средств какого конкретно лица,  входящего в группу лиц, сделан тот или иной платеж (либо погашение задолженности в  иной форме), в то время как аффилированным кредиторам не составит труда раскрыть  порядок экономического и финансового взаимодействия внутри группы, доказать  

размер имеющейся задолженности и опровергнуть доводы внешних кредиторов о  наличии транзитного перечисления денежных средств в целях сокрытия факта  частичного погашения спорных обязательств.  

В сложившейся судебной практикой, основанной на правовых позициях  Верховного Суда Российской Федерации (определения Верховного Суда Российской  Федерации от 15.09.2016 N 308-ЭС16-7060; от 30.03.2017 N 306-ЭС16-17647(1); от  30.03.2017 N 306-ЭС16-17647(7); от 26.05.2017 N 306-ЭС16-20056(6)) также выработаны  критерии распределения бремени доказывания: при представлении доказательств  общности экономических интересов (аффилированности) должника с участником  процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с  ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) и заявлении  возражений относительно наличия и размера задолженности должника перед  аффилированным кредитором, - на последнего переходит бремя по опровержению  соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть  возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки  либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения (правовая  позиция, изложенная в определении Верховного Суда Российской Федерации от  26.05.2017 N 306-ЭС16-20056(6)).  

Согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской  Федерации от 15.06.2016 N 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта  общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение  аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе  компаний через корпоративное участие), но и фактической. Второй из названных  механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 N 948-1 "О  конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках" не  исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура  корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального  критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие  

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц  в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее  их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.  

Как следует из материалов дела, ООО «Авто-Синтетик» и ООО «УТП 2010»  являются аффилированными лицами.  

Так, руководителем Должника являлся ФИО6, который, в то же время  являлся единственным учредителем и руководителем Кредитора, другим учредителем  Должника с долей участия являлся ФИО7, который до 2018 года являлся  генеральным директором Кредитора. Как следует из материалов дела, ФИО6  занимал должность генерального директора ООО «Авто-Синтетик» с 04.08.2003 по  09.11.2011, ФИО7 – 09.11.2011 – 30.10.2014, ФИО6 – 30.10.2014 –  04.10.2018.  

Судом установлено, что Договор займа, на котором кредитор основывает свои  требования, акты оказанных услуг по договорам аренды были подписаны со стороны  Должника и Кредитора - ФИО6, осуществляющим полномочия генерального  директора (т. 1 лд. 55-56, 101-150, т. 2 л.д. 24-111).  

 Кроме того, исходя из разъяснений, изложенных в п. 9 Постановления Пленума  ВАС РФ от 12.07.2012 № 42 «О некоторых вопросах разрешения споров, связанных с  поручительством», из которого следует, что заключение договора поручительства  (залога) может быть вызвано наличием у заемщика и поручителя (залогодателя) на  момент заключения оспариваемого договора общих экономических интересов  (например, основное и дочернее общества, преобладающее и зависимое общества,  общества, взаимно участвующие в капиталах друг друга, лица, совместно действующие  на основе договора простого товарищества), либо отношений (корпоративных,  обязательственных, родственных и прочих отношений), объясняющих экономическую  цель заключения договора поручительства (залога).  

 Таким образом, на момент заключения договоров и их исполнения Кредитор и  Должник являлись аффилированными лицми.  

В настоящее время единственным участником Должника является кипрская  компания РЕТИКСКО ЛИМИТЕД.  

 Сведений о том, кто является действительным владельцем кипрской компании в  материалы настоящего дела о банкротстве представлено не было, между тем, судебной  практикой выработан подход о том, что такое доказывание осуществляется, прежде  всего, путем раскрытия информации о том, кто в действительности стоит за компанией,  то есть раскрытия информации о ее конечном выгодоприобретателе (Постановления  Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 26.03.2013 N  14828/12, от 10.06.2014 N № 8095/12, Определения Верховного Суда Российской  Федерации от 31.03.2016 N № 305-ЭС15-14197, от 27.05.2016 N № 305-ЭС15-16796).  

С учетом указанных обстоятельств, Должник и аффилированные с ним лица  могли свободно перемещать денежные средства из одного лица в другое.  

Таким образом, в данном случае при предъявлении иными незаинтересованными  участниками процесса обоснованных возражений бремя опровержения таких  возражений лежит на аффилированном кредиторе, заявившем требование о включении  в реестр кредиторов должника.  

Если "дружественный" кредитор не подтверждает целесообразность заключения  сделки, его действия по подаче заявления о включении требований в реестр могут быть  квалифицированы как совершенные исключительно с противоправной целью  уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов,  приходящихся на долю независимых кредиторов (ст. 10 Гражданского кодекса  Российской Федерации). При этом наличие в действиях сторон злоупотребления правом  уже само по себе достаточно для отказа во включении требований заявителя в реестр  (абз. 4 п. 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской  Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы  III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)").  

Как отмечалось выше, требования Кредитора основаны на договорах аренды,  займа, поручительства, задолженность по которым образовалась у Должника за период с  августа 2017 года по август 2018 года.  

Как следует из п. 1 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с  установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и  аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской  Федерации от 29.01.2020 (далее Обзор от 29.01.2020) на аффилированном с должником  

кредиторе лежит бремя опровержения разумных сомнений относительно мнимости  договора, на котором основано его требование, заявленное в деле о банкротстве.  

В рассматриваемом случае договор займа со стороны заемщика и займодавца  подписан ФИО6, являвшемся директором и Кредитора, и Должника. При  этом в представленных Кредитором платежных поручениях, в подтверждение  фактического перечисления денежных средств (т. 2 л.д. 15-20) на сумму 4 880 ООО  рублей в назначении платежа указано «по договору займа № 1 от 01.09.2017», однако  такой договор в материалах дела не представлен.  

В то же время, в материалах дела представлены две редакции договора займа от  01.09.2017, в одной процентная ставка по договору составляет 15% (т.1 л.д. 55), во  второй 20% (т.2 л.д.2).  

Таким образом, суд относится критически к доводам о наличии реальных между  сторонами отношений, вытекающих из договора займа.  

В то же время сам по себе факт передачи денежных средств не свидетельствует о  реальности заемных правоотношений.  

Как следует из материалов дела, задолженность по договорам аренды возникла у  Должника перед Кредитором за период с августа 2017 года по август 2018 года.  

В качестве доказательств фактического оказания услуг, вытекающих из  упомянутых договоров, Кредитором представлены акты оказанных услуг, также  подписанные ФИО6 Соглашение о расторжении Договора аренды № 59 и Акт  возврата помещений подписаны со стороны арендодателя и со стороны арендатора  ФИО6  

С учетом изложенного выше, апелляционная коллегия относится критически к  представленным доказательствам, представленным в подтверждение факта реальности  правоотношений, вытекающих из договора займа и договоров аренды за спорный  период.  

Иных первичных документов в подтверждение факта реального существования  отношений, вытекающих из упомянутых договоров, как то, бухгалтерская  документация, в которой отражалась задолженность, требования Кредитора о  необходимости ее уплаты, с учетом цели договора аренды и т.д., Кредитором не  представлено.  

Кроме того, апелляционная коллегия принимает во внимание обстоятельство того,  при наличии у Должника задолженности по арендной плате, Кредитор предоставляет  ему займ.  

Вместе с тем, разумные экономические мотивы выбора конструкции займа,  привлечение займа именно от данного кредитора, а равно как и экономическая  целесообразность заключения договора, кредитором не раскрыты.   

Кроме того, апелляционная коллегия принимает во внимание, что как следует из  выписок по счетам Должника за период 2018 года со счетов Должника на счета  аффилированных с должником лиц переведено 85 727 840,25 рублей, а со счетов  указанных лиц на счета Должника 50 400 000 рублей.  

Из банковских выписок Должника также следует, что за 2018 год он выдал займов  аффилированной группе юридических лиц на сумму 49 380 411 рублей.  

Таким образом, действия по привлечению займа и неоплате арендных платежей  при наличии собственных денежных средств не могут свидетельствовать о  добросовестности действий Должника и аффилированного с ним Кредитора.  Соответственно, апелляционная коллегия приходит к выводу о создании искусственной  кредиторской задолженности перед ним.  

Кроме того, в обоснование своих требований, АО «Авто-Синтетик» указало на  факт погашения требования ПАО «Банк ВТБ 24» к Должнику по кредитным  обязательствам, в связи с чем, у него возникло право требовать указанные денежные  средства у Должника.  

Согласно п. 1 ст 365 ГК РФ к поручителю, исполнившему обязательство, переходят  права кредитора по этому обязательству и права, принадлежавшие кредитору как  залогодержателю, в том объеме, в котором поручитель удовлетворил требование  кредитора. Поручитель также вправе требовать от должника уплаты процентов на  сумму, выплаченную кредитору, и возмещения иных убытков, понесенных в связи с  ответственностью за должника.  

Межу тем, как следует из выписки по счету Должника за 2018 год денежные  средства, полученные Должником от банка использовались не на хозяйственную  деятельность Должника, а перечислялись группе компаний. Так, из выписки банка  ПАО «Банк ВТБ 24» следует, что 18.01.2018 имела место выдача денежных средств  

Должнику по овердрафтному кредиту на сумму 2 574 370,39 руб., при этом 400 000 руб.  из них в этот день перечислены в качестве займа в ООО «Перекресток Дедовск», а 1 300  000 в ООО «Пятерочка-Нахабино»; 24.01.2018 получен овердрафтный кредит на сумму  3 944 252,22 руб., из которых в этот день 900 000 руб. перечислены в ООО «УК  АРБУЗ», 1 350 000 в ООО «Перекресток Дедовск» и 1 700 000 в ООО «УТП 2013»;  30.01.2018 получен овердрафтный кредит на сумму 592 935,72 руб. из которых в этот  день 300 000 руб. перечислены в ООО «УК АРБУЗ».  

 Таким образом, полученное от банка финансирование было перераспределено -  выведено из числа активов должника со ссылкой на выдачу им займа другим членам  группы. В свою очередь, члены группы не были лишены возможности в ответ на  претензию банка (при наличии таковой) произвести обратное перераспределение  ресурсов в пользу должника, из оборота которого кредит был изъят изначально, с тем  чтобы должник погасил внешний долг лично.  

 Кроме того, как следует из выписок по счету Должника, в период 2018 года  Должник также получал займы от иных лиц, входящих в одну группу лиц с Должником.  Так, 29.03.2018 на счет Должника в ПАО «Альфа-Банк» поступило 5 000 000 рублей от  Elkhronos Ltd. (Элкхронос Лтд.). 30.03.2018 ООО «УТП 2010» в качестве  предоставления денежных средств по договорам займа перечисляет ООО «Пятерочка- Нахабино» 3 300 000 руб., ООО «Перекресток Дедовск» 300 000 руб., ООО «УТП 2013»  400 000 руб., а также ФИО6 подотчет 100 000 рублей, что в общей сумме  составляет 4 100 000 руб.   

За период 2018 года на счета указанной группы в качестве займов переведено 49  380 411 рублей, то есть сумма, превышающая всю задолженность перед Кредитором, по  рассматриваемым договорам. При этом, задолженность Должник не погашал.  

Указанные обстоятельства свидетельствуют о транзитном движении денежных  средств внутри группы аффилированных юридических лиц.  

Как отмечалось выше, обоснованность требований доказывается на основе  принципа состязательности. Кредитор, заявивший требования к должнику, как и лица,  возражающие против этих требований, обязаны доказать обстоятельства, на которые  они ссылаются как на основание своих требований или возражений. Законодательство  

гарантирует им право на предоставление доказательств (статьи 9, 65 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации).  

В условиях банкротства должника, а, значит, очевидной недостаточности у  последнего денежных средств и иного имущества для расчета по всем долгам, судебным  спором об установлении требования конкурсного кредитора затрагивается  материальный интерес прочих кредиторов должника, конкурирующих за распределение  конкурсной массы в свою пользу. Кроме того, в сохранении имущества банкрота за  собой заинтересованы его бенефициары, что повышает вероятность различных  злоупотреблений, направленных на создание видимости не существовавших реально  правоотношений.  

Как следствие, во избежание необоснованных требований к должнику и нарушений  прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением  задолженности должника-банкрота, предъявляются повышенные требования. Судебное  исследование этих обстоятельств должно отличаться большей глубиной и широтой, по  сравнению с обычным спором, тем более, если на такие обстоятельства указывают лица,  участвующие в деле. Для этого требуется исследование не только прямых, но и  косвенных доказательств и их оценка на предмет согласованности между собой и  позициями, занимаемыми сторонами спора. Исследованию подлежит сама возможность  по исполнению сделки.  

Как указывалось выше, из представленных в материалы дела доказательств  следует, что у Должника имелось достаточно собственных денежных средств на  погашение задолженности по договорам аренды и по кредитным договорам перед  Банком в рассматриваемый период, которая им не погашалась в обусловленные  договорами сроки,  

В свою очередь, Должником привлекались заемные денежные средства от  аффилированных лиц с последующим их перечислением лицам, также фактически  аффилированным с Должником.  

Экономическая целесообразность и разумность таких действий сторонами не  обоснована.  

Кроме того, Кредитором также не представлены доказательства в обоснование  необходимости погашения задолженности по договорам поручительства. В материалах  

дела отсутствуют письма Должника о необходимости погашения задолженности перед  Банком, равно как и требования Банка о необходимости такого погашения.  

 Таким образом, можно сделать вывод, что требование кредитора сформировано  вследствие искусственного оборота имущества внутри одной группы лиц, не имеющего  разумной экономической цели и направленного исключительно на формирование  кредиторской задолженности перед аффилированным кредитором.  

Согласно пункту 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не  допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить  вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное  заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотреблением  правом).  

В свою очередь, включение в реестр должника требований по возврату денежных  средств от должника аффилированному кредитору, в отсутствие допустимых  доказательств реальности сложившихся правоотношений, свидетельствует о  злоупотреблении правом заявителя, действия которого в данном случае направлены на  создание искусственной задолженности с целью нанесения вреда в виде уменьшения  требований независимых кредиторов. В целом, создание внутри группы связанных и  аффилированных лиц фиктивной задолженности без какого-либо экономически  оправданного обоснования, с последующим предъявлением таких требований в деле о  банкротстве, не может расцениваться как добросовестное и разумное поведение  участников гражданско-экономического оборота.  

В настоящем случае кредитором не представлены ни суду первой инстанции, ни  апелляционному суду дополнительные доказательства, подтверждающие, что стороны  сделок стремились создать те реальные правовые последствия, которые указаны в  составленных ими документах.  

Таким образом, исследовав в совокупности представленные в материалы дела  доказательства, апелляционная коллегия приходит к выводу, что требование кредитора  сформировано вследствие искусственного оборота имущества внутри одной группы  лиц, не имеющего разумной экономической цели и направлено исключительно на  формирование кредиторской задолженности перед аффилированным кредитором, в  связи с чем, не подлежало удовлетворению..  

Учитывая установленные обстоятельства, у суда первой инстанции отсутствовали  основания для удовлетворения требований, в связи с чем, определение Арбитражного  суда Московской области от 25 сентября 2019 года подлежит отмене.  

Руководствуясь статьями 223, 266, 268, п.3 ч.4 ст. 272, п. 1 ч. 1 ст. 270, ст. 271  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 25 сентября 2019 года по  делу № А41-104841/18 отменить. В удовлетворении заявления отказать.  

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Московского округа  через Арбитражный суд Московской области в месячный срок со дня его принятия.  

Председательствующий В.А. Мурина Судьи А.В. Терешин 

 Н.В. Шальнева