﻿

 

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

№ 17АП-9418/2019-ГК

г. Пермь

19 августа 2019 года

Дело № А50-37589/2018

Резолютивная часть постановления объявлена 13 августа 2019 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 19 августа 2019 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Гребенкиной Н.А.,

судей Кощеевой М.Н., Сусловой О.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Киндергарт А.В.,

при участии:

от истца, открытого акционерного общества «Межрегиональная распределительная сетевая компания Урала»: Журавель П.С. по доверенности;

от ответчика, общества с ограниченной ответственностью «ПИрС-ЭнергоСервис»: Свежинцев Д.Ю. по доверенности, 

в отсутствие представителей третьего лица, 

извещенного о месте и времени рассмотрения дела надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу ответчика, общества с ограниченной ответственностью «ПИрС-ЭнергоСервис»,

на решение Арбитражного суда Пермского края 

от 13 мая 2019 года,

принятое судьей Лавровым Ю.А., 

по делу № А50-37589/2018

по иску открытого акционерного общества «Межрегиональная распределительная сетевая компания Урала» (ОГРН 1056604000970, ИНН 6671163413) 

к обществу с ограниченной ответственностью «ПИрС-ЭнергоСервис» (ОГРН 1125902009738, ИНН 5902230717)

третье лицо: индивидуальный предприниматель Репин Александр Анатольевич (ОГРНИП 304590221800097, ИНН 590200032096)

о взыскании неустойки по договору подряда,

установил:

Открытое акционерное общество «Межрегиональная распределительная сетевая компания Урала» (ОГРН 10566040000970, ИНН 6671163413) (далее – ОАО «МРСК Урала») обратилось в Арбитражный суд Пермского края с исковым заявлением о взыскании с общества с ограниченной ответственностью «ПИрС-ЭнергоСервис» (далее – ООО «ПИрС-ЭнергоСервис») пени за период с 15.01.2018 по 25.06.2018 в размере 801 330 руб. 05 коп. (с учетом уточнения иска, принятого судом первой инстанции к рассмотрению на основании статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Определением суда от 23.01.2019 в порядке статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен индивидуальный предприниматель Репин Александр Анатольевич (далее – ИП Репин А.А.).

Решением Арбитражного суда Пермского края от 13.05.2019 исковые требования удовлетворены частично: с ответчика в пользу истца взысканы пени в размере 593 582 руб. 77 коп., а также расходы по оплате государственной пошлины в размере 19 027 руб., истцу из федерального бюджета возвращена излишне уплаченная государственная пошлина в размере 99 руб. 

Ответчик, не согласившись с принятым по делу решением, обжаловал его в апелляционном порядке, просил решение суда отменить, принять по делу новый судебный акт, снизить размер неустойки в порядке статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Заявитель жалобы полагает, что при принятии решения судом не были приняты во внимание доводы о том, что срок выполнения работ был сокращен истцом до 45 дней. При этом в материалы дела был представлен акт от 24.07.2018 об осуществлении технологического присоединения в дополнение к доводам о том, что просрочка подключения зависела, в том числе, от действий третьего лица ввиду неготовности принимающих устройств. При представлении контррасчета санкции ответчиком было указано, что начисление неустойки на общую сумму договора без учета надлежащего исполнения части работ противоречит принципу юридического равенства, предусмотренному пунктом 1 статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации. Тем самым контррасчет был представлен в рамках недопущения преимущества кредитора на получение компенсации за работы, которые были уже сданы, в рамках соблюдения юридического равенства сторон. Считает, что неустойка подлежит снижению в порядке статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации от суммы, исчисленной ответчиком в представленном им расчете санкции. Полагает, что фактически судом не рассмотрено ходатайство ответчика о снижении размера неустойки.

Кроме того, ответчик отметил, что в качестве оснований, заслуживающих внимания для снижения неустойки им указывалось следующее: 

- сметная прибыль по заключенному договору составила 44 597 руб. 61 коп., основные затраты по договору составили приобретение реклоузера на ВЛ35кВ (согласно сводному сметному расчету данные затраты составили порядка 80 %, процентное соотношение сметной прибыли (44 597 руб. 61 коп.) по договору от итоговой стоимости (4 972 312 руб. 89 коп) составляет 0,9 %);

- завод ЖБК не был готов к осуществлению подключения, о чем сообщалось истцу с просьбой продления срока работ по заключенному договору;

- технологическое присоединение третьего лица по представленному акту, датировано 24.07.2018 (при этом договор на подключение датирован 01.06.2016). Каких-либо претензий за задержку подключения (убытки, неустойка и пр.) со стороны третьего лица в адрес истца не заявлялось.

С учетом вышеуказанных обстоятельств, по мнению ответчика, каких-либо явных убытков истец не понес, получил бесплатную работу ответчика для целей строительства ВЛ35кВ для завода ЖБК, при этом получил обогащение за счет высокого размера неустойки. Ответчик же понесет существенные убытки по данному договору, при этом соответствующую санкцию в виде неполучения прибыли (незначительной) ответчик уже понес. Ссылаясь на арбитражную практику, ответчик указал, что судом должен учитываться размер согласованной сторонами сметной прибыли по договору в качестве одного из оснований для снижения взыскиваемой неустойки. 

Вместе с тем ответчик отметил, что, несмотря на добровольность согласия сторон с заявленными условиями договора (статья 421 Гражданского кодекса Российской Федерации), одна сторона договора оказалась в заведомо более выгодном положении, чем другая, злоупотребление правом проявилось уже на стадии заключения договора. Полагает, что добровольность исполнителя при подписании договора не означает, что свобода договора и свобода принимать на себя обязанности по договору перечеркивают обязанность действовать добросовестно для заказчика.

Ответчик, возражая на доводы апелляционной жалобы, направил в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации письменный отзыв, считает решение суда законным и обоснованным, просил оставить его без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Привлеченное к участию в деле третье лицо, ИП Репин А.А., также на основании статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации направил письменный отзыв, в котором поддержал доводы апелляционной жалобы ответчика, считает их обоснованными и подтвержденными материалами дела.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель заявителя жалобы доводы апелляционной жалобы поддержал, просил решение суда отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить.

Представитель истца с доводами апелляционной жалобы не согласился по основаниям, изложенным в отзыве, считает решение суд законным и обоснованным, просил оставить его без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Протокольным определением апелляционного суда от 13.08.2019 в приобщении к материалам дела документа, приложенного третьим лицом к отзыву на апелляционной жалобу (копия наряда-допуска для работы в электроустановках № 061 от 26.12.2018), отказано на основании части 2 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в отсутствие доказательств уважительности причин непредставления данного доказательства в материалы дела в суде первой инстанции.

Привлеченное к участию в деле третье лицо, извещенное надлежащим образом о месте и времени рассмотрения апелляционной жалобы, в судебное заседание не явилось, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечило, что в соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не препятствует рассмотрению дела в его отсутствие.

Законность и обоснованность судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, 30.11.2017 между открытым акционерным общество «Межрегиональная распределительная сетевая компания Урала» (заказчик) и обществом с ограниченной ответственностью «ПИрС-ЭнергоСервис» (подрядчик) заключен договор подряда № 07-393-ЦЭС/2017 (далее – договор), в соответствии с пунктом 2.1 которого подрядчик принял на себя обязательство по заданию заказчика и в соответствии с утвержденной проектной документацией 33-2016 осуществить работы по строительству объекта: «ВЛ 35 кВ с установкой реклоузера для электроснабжения завода ЖБК по адресу: Пермский край, г. Пермь, ул. 3-я Набережная, 80 (кад. № 59:01:1715066:2)» для нужд производственного отделения «Центральные электрические сети» филиала «ОАО «МРСК Урала» - «Пермэнерго», и сдать результат заказчику, а заказчик обязался принять и оплатить его в порядке, предусмотренном договором. 

Договор заключен на основании закупочной процедуры, что подтверждается протоколом заседания закупочной комиссии по подведению итогов № ЗЦ/4333/3 от 16.11.2017, в общих сведениях которой указана начальная цена договора 4 977 205 руб. 25 коп, срок выполнения работ – 45 дней с момента заключения договора. По результатам голосования ответчик признан победителем закупки. 

В пункте 2.2 договора указано, что этапы и сроки выполнения работ установлены в Графике производства работ (Приложение № 2) – 45 календарных дней с момента подписания договора. Аналогичный срок указан в пункте 3.2 договора. 

В соответствии с пунктом 23.11 договора, договор заключен сторонами 30.11.2017. Таким образом, дата завершения работ по договору – 14.01.2018. 

Согласно пункту 6.1 договора цена выполняемых работ по договору составляет 4 977 205 руб. 25 коп., в том числе НДС. 

В силу пункта 4.1 договора подрядчик обязуется перед началом выполнения строительно-монтажных работ обеспечить получение в уполномоченных органах государственной власти всех необходимых допусков и согласований на строительство согласно законодательству Российской Федерации (за исключением обязательств, возложенных на заказчика в соответствии с пунктом 5.4 договора). 

В пункте 4.3 договора предусмотрена обязанность подрядчика перед приемкой объекта заказчиком получить в уполномоченных органах власти разрешение на строительство и разрешение на ввод в случаях, если в соответствии с Градостроительным кодексом Российской Федерации предусмотрено осуществление строительного надзора. 

На основании пункта 4.4 в обязанности подрядчика входила поставка на объект материалов и оборудования. 

В пункте 4.15 договора предусмотрена обязанность подрядчика незамедлительно известить заказчика и до получения от него указаний приостановить работы при обнаружении: возможных неблагоприятных для заказчика последствий выполнения его указаний о способе исполнения работы; иных не зависящих от подрядчика обстоятельств, которые грозят годности или прочности результатов выполняемой работы; иных обстоятельств, способных повлечь за собой изменение сроков или стоимости выполненных работ. 

Согласно пункту 4.29 договора стороны подрядчик подтверждает, что он заключил настоящий договор на основании должного изучения данных об объекте, в том числе на основании представленной заказчиком информации и закупочной документации. Подрядчик подтверждает, что если он не ознакомился со всеми данными и информацией, представленной заказчиком, то это не освобождает его от ответственности за должную оценку сложности и стоимости успешного выполнения работ на объекте. 

В пунктах 5.1 и 5.2 договора предусмотрена обязанность заказчика в течение 5 рабочих жней после официального запроса по акту, подписанному заказчиком и подрядчиком, передать подрядчику документацию и строительную площадку. 

Заказчик обязан перед началом работ обеспечить получение в уполномоченных органах государственной власти разрешение на строительство объекта (пункт 5.4 договора). 

В соответствии с пунктом 15.1 договора подрядчик за нарушение сроков завершения работ (конечного срока) уплачивает заказчику пени в размере 0,1 % от цены работ по договору, указанной в пункте 6.1 договора за каждый день просрочки до момента надлежащего исполнения обязательств и подписания соответствующих актов с заказчиком. 

В пункте 23.5.8 договора подрядчик подтвердил, что прочитал и ознакомился со всем текстом настоящего договора и приложений к нему, все условия договора и приложений к нему подрядчику понятны и подрядчик согласен со всеми этими условиями. 

Фактически работы были выполнены и переданы заказчику по актам о приемке выполненных работ № 1 от 07.05.2018 на сумму 1 182 руб. 78 коп., № 2 от 07.05.2018 на сумму 773 руб. 79 коп, № 3 от 07.05.2018 на сумму 4 339 359 руб. 28 коп., № 1 от 25.06.2018 на сумму 376 328 руб. 31 коп., № 2 от 25.06.2018 на сумму 181 113 руб. 96 коп., № 3 от 25.06.2018 на сумму 73 554 руб. 77 коп. 

Заказчик указывает, что документация передана подрядчику своевременно – 07.12.2017 (пятый рабочий день). Разрешение на строительство объекта не требуется в соответствии с пунктом 2 части 4 статьи 20 Закона Пермского края от 14.09.2011 № 805-ПК «О градостроительной деятельности в Пермском крае», в результате объект построен и введен в эксплуатацию без разрешения на строительство.

Отсутствие объекта в сводном плане на производство земляных работ по г. Перми не повлияло на сроки выполнения работ, так как объект расположен в зонах с особыми условиями использования территории: охранные зоны объектов электросетевого хозяйства. Согласно паспорту на реклоузер отгрузка осуществлена 18.12.2017. 

В письме от 08.12.2017 № ПЭ/ЦЭС/05/1271 в ответ на письмо от 07.12.2017 № 235 истец сообщил ответчику, что внесение изменений в проектную документацию в части фундамента опор не требуется, на чертежах указаны фундаменты с 4 анкерными болтами, требуется внести изменения только в спецификацию материалов, в данном письме истец уведомил ответчика о необходимости завершения строительно-монтажных работ не позднее 29.12.2017. 

В ответ на письмо № 66 от 27.03.2018 ответчика о замене антикоррозийного покрытия металлических конструкций истец направил в адрес ответчика письмо № ПЭ/ЦЭС/01-05/1257 в котором отказал в замене антикоррозийного покрытия. Указанная в проектно-сметной документации продолжительность строительства носит справочный рекомендательный характер, основным критерием выбора срока является поставка реклоузера, срок поставки которого согласован с поставщиком АО ГК «Таврида Электрик» – 15.12.2017, подрядчик при заключении договора ознакомился с документацией, сроками выполнения работ и согласился с ними. 

09.10.2018 в адрес ответчика направлена претензия № ПЭ/ЦЭС/01-05/4047 от 27.09.2018, в которой истец требует уплатить пени в размере 806 307 руб. 25 коп. 

В ответ на претензию ответчик направил истцу письмо № 143 от 05.10.2018 в котором указал, что перенесение срока выполнения работ вызвано объективными причинами, требование о взыскании неустойки является необоснованным. 

Неисполнение требования об уплате неустойки по договору, начисленной на основании пункта 15.1 договора за допущенное ответчиком нарушение срока завершения работ, послужило основанием для обращения истца с настоящим иском в арбитражный суд.

Установив нарушение ответчиком сроков завершения работ по договору, суд первой инстанции признал размер заявленной истцом неустойки несоразмерным и подлежащим уменьшению до суммы 593 582 руб. 77 коп. в соответствии с контррасчетом ответчика с учетом компенсационной функции неустойки. В связи с чем суд признал требование истца о взыскании с ответчика неустойки за нарушение сроков завершения работ подлежащим частичному удовлетворению на основании статей 330, 333 Гражданского кодекса Российской Федерации в размере 593 582 руб. 77 коп. за период с 15.01.2018 по 25.06.2018.

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы апелляционной жалобы ответчика, отзывов истца и третьего лица, выслушав пояснения явившихся в судебное заседание суда апелляционной инстанции представителей сторон, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства, арбитражный апелляционный суд не находит оснований отмены или изменения обжалуемого судебного акта. 

Проанализировав заключенный сторонами договор № 07-393-ЦЭС/2017 от 30.11.2017, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о том, что сторонами заключен договор строительного подряда. Соответственно, правоотношения сторон по данному договору регулируются нормами § 3 главы 37, а также § 1 главы 37 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено Гражданским кодексом Российской Федерации.

Согласно пункту 1 статьи 702 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

По договору строительного подряда подрядчик обязуется в установленный договором срок построить по заданию заказчика определенный объект либо выполнить иные строительные работы, а заказчик обязуется создать подрядчику необходимые условия для выполнения работ, принять их результат и уплатить обусловленную цену (пункт 1 статьи 740 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

Договор строительного подряда заключается на строительство или реконструкцию предприятия, здания (в том числе жилого дома), сооружения или иного объекта, а также на выполнение монтажных, пусконаладочных и иных неразрывно связанных со строящимся объектом работ (пункт 2 статьи 740 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

Завершающим этапом выполнения работ считается их приемка, что является удостоверением факта надлежащего исполнения подрядчиком своих обязательств.

В силу пункта 1 статьи 753 Гражданского кодекса Российской Федерации заказчик, получивший сообщение подрядчика о готовности к сдаче результата выполненных по договору строительного подряда работ либо, если это предусмотрено договором, выполненного этапа работ, обязан немедленно приступить к его приемке. 

В соответствии с пунктом 5 статьи 753 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, когда это предусмотрено законом или договором строительного подряда либо вытекает из характера работ, выполняемых по договору, приемке результата работ должны предшествовать предварительные испытания. В этих случаях приемка может осуществляться только при положительном результате предварительных испытаний. 

Согласно пункту 2 статьи 702 Гражданского кодекса Российской Федерации к договору строительного подряда положения, предусмотренные настоящим параграфом, применяются, если иное не установлено правилами настоящего Кодекса об этих видах договоров. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 716 Гражданского кодекса Российской Федерации подрядчик обязан немедленно предупредить заказчика и до получения от него указаний приостановить работу при обнаружении: непригодности или недоброкачественности предоставленных заказчиком материала, оборудования, технической документации или переданной для переработки (обработки) вещи; возможных неблагоприятных для заказчика последствий выполнения его указаний о способе исполнения работы; иных не зависящих от подрядчика обстоятельств, которые грозят годности или прочности результатов выполняемой работы либо создают невозможность ее завершения в срок. 

В пункте 1 статьи 720 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрена обязанность заказчика в сроки и в порядке, которые предусмотрены договором подряда, с участием подрядчика осмотреть и принять выполненную работу (ее результат), а при обнаружении отступлений от договора, ухудшающих результат работы, или иных недостатков в работе немедленно заявить об этом подрядчику. 

Согласно пункту 1 статьи 307 Гражданского кодекса Российской Федерации в силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное действие, как-то: передать имущество, выполнить работу, уплатить деньги и т.п., либо воздержаться от определенного действия, а кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности. 

В силу статей 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований – в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом. 

Как установлено судом первой инстанции, между истцом и ответчиком заключен договор строительного подряда, на основании которого подрядчик обязался по заданию заказчика и в соответствии с утвержденной проектной документацией 33-2016 осуществить работы по строительству объекта: «ВЛ 35 кВ с установкой реклоузера для электроснабжения завода ЖБК по адресу: Пермский край, г. Пермь, ул. 3-я Набережная, 80 (кад. № 59:01:1715066:2)» для нужд производственного отделения «Центральные электрические сети» филиала «ОАО «МРСК Урала» - «Пермэнерго».

Срок завершения работ по договору – 14.01.2018. Таким образом, срок нарушения выполнения работ составил с 161 день (с 15.01.2018 по 25.06.2018). 

При этом довод ответчика о том, что в проектно-сметной документации предусмотрен срок выполнения работ 4 месяца, соответственно, срок выполнения работ 45 дней, указанный в договоре, является неисполнимым, являлся предметом рассмотрения суда первой инстанции и обоснованно им отклонен.

В соответствии с пунктом 2 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора. 

При установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно (пункт 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

В силу пункта 1 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора. 

Согласно пункту 4 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

По смыслу приведенных выше законоположений свобода договора означает свободу волеизъявления стороны договора на его заключение на определенных сторонами условиях. Стороны договора по собственному усмотрению решают вопросы о заключении договора и его содержании, обязаны исполнять договор надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства. Данный правовой подход соответствует позиции высшей судебной инстанции, изложенной в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2018), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 14.11.2018. 

В соответствии с разъяснениями пункта 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 16 «О свободе договора и ее пределах» при рассмотрении споров о защите от несправедливых договорных условий суд должен оценивать спорные условия в совокупности со всеми условиями договора и с учетом всех обстоятельств дела.

Так, в частности, суд определяет фактическое соотношение переговорных возможностей сторон и выясняет, было ли присоединение к предложенным условиям вынужденным, а также учитывает уровень профессионализма сторон в соответствующей сфере, конкуренцию на соответствующем рынке, наличие у присоединившейся стороны реальной возможности вести переговоры или заключить аналогичный договор с третьими лицами на иных условиях и т.д. 

Обязательство по уплате неустойки в случае нарушения подрядчиком сроков выполнения работ предусмотрено в пункте 15.1 договора. При этом сторонами согласовано условие о том, что неустойка начисляется за нарушение срока завершения работ (конечного срока выполнения всех работ по договору) в размере 0,1 % от цены работ по договору за каждый день просрочки до момента надлежащего исполнения обязательства и подписания соответствующих актов с заказчиком (пункт 6.1 договора). 

Следовательно, вопреки доводам апелляционной жалобы, начисление неустойки от всей цены договора основано на согласованных сторонами положениях договора (статья 421 Гражданского кодекса Российской Федерации), не свидетельствует о том, что одна сторона договора оказалась в заведомо более выгодном положении, чем другая.

Вместе с тем при оценке условий договора судом первой инстанции учтено, что ответчик добровольно принял решение участвовать в закупочной процедуре, предложил свои условия о сроке и стоимости работ, на которых согласен заключить договор. Данные условия соответствуют заключенному между истцом и ответчиком договору. При этом ответчиком при заключении спорного договора не были представлены на подписание заказчику протокол разногласий либо дополнительное соглашение об ином порядке применения либо размере ответственности по договору, который заключен ответчиком на согласованных сторонами условиях. Таким образом, злоупотребления со стороны истца при заключении договора суд апелляционной инстанции также не усматривает.

Довод ответчика о том, что выполнить работы в согласованный срок невозможно из-за поставки оборудования в течение 90 дней, судом первой инстанции рассмотрен и отклонен, так как в паспорте реклоузера указана дата отгрузки 18.12.2017, т.е. через 18 дней после заключения договора. Каким образом, указанная дата отгрузки повлияла на сроки выполнения работ, ответчиком пояснения не представлены. 

Доводы ответчика о том, что приостановление работ, указанное в письме № 235 от 07.12.2017, возникло в связи с необходимостью внесения изменений в проектно-сметную документацию, отклонены судом первой инстанции с учетом возражений истца, в соответствии с которыми внесение изменений не требовалось, так как на чертежах указаны фундаменты с 4 анкерными болтами, требуется внести изменение в спецификацию материалов, о чем в адрес ответчика направлено письмо № ПЭ/ЦЭС/05/1271 от 08.12.2017. 

На письмо ответчика № 253 от 19.12.2017 о приостановке работ до включения объекта в сводный план на производство земляных работ по г. Перми истец пояснил, что отсутствие объекта в сводном плане на производство земляных работ по г. Перми не повлияло на сроки выполнения работ, так как объект расположен в зонах с особыми условиями использования территории: охранные зоны объектов электросетевого хозяйства. Данный довод ответчиком не оспорен. Ответчик не представил пояснений, каким образом данное обстоятельство повлияло на сроки выполнения работ. 

Довод ответчика о том, что перенос сроков возник по причине отсутствия разрешения на строительство объекта судом первой инстанции отклонен, так как работы выполнены ответчиком и переданы истцу 25.06.2018 без оформления разрешения на строительство, которое, как пояснил истец, не требуется в силу пунктом 2 части 4 статьи 20 Закона Пермского края от 14.09.2011 № 805-ПК. Ответчик не представил доказательств уведомления истца о приостановке работ в связи с отсутствием разрешения на строительство. 

Довод ответчика об отсутствии оформленного акта передачи строительной площадки также отклонен судом первой инстанции с учетом того, что ответчиком не представлено доказательств недопуска на строительную площадку, в своих пояснениях ответчик сообщает, что истец допустил к месту выполнения работ. Ответчиком не представлено доказательств о приостановке выполнения работ в связи с отсутствием оформленного акта. Данное обстоятельство не помешало ответчику выполнить работы. Также ответчиком не представлено пояснений, каким образом отсутствие оформленного акта повлияло на сроки выполнения работ по договору. В доказательство своевременного исполнения обязательства по передаче проектной документации истцом представлено в материалы дела письмо № ПЭ/ЦЭС/05/1257 от 07.12.2017. 

Довод ответчика о том, что технологическое присоединение завода ЖБК произведено по акту 24.07.2018, в связи с чем, пуско-наладочные работы невозможно было осуществить до указанной даты, также являлся предметом рассмотрения суда первой инстанции и правомерно им отклонен с учетом того, что отсутствие технологического подключения не помешало приемке 25.06.2018 результата выполненных работ по договору. 

Кроме того, судом апелляционной инстанции принимаются во внимание доводы истца, изложенные им в отзыве на апелляционную жалобу о том, что технологическое присоединение данного объекта являлось предметом иного договора, заключенного между ОАО «МРСК Урала» и ИП Репиным А.А. 

Тем самым ссылка ответчика на то обстоятельство, что фактически присоединение было осуществлено в январе 2019 года юридических последствий для правоотношений, сложившихся между ООО «ПИрС-ЭС» и ОАО «МРСК Урала», не имеет. 

Вместе с тем судом первой инстанции учтено, что письмо № 66 от 27.03.2018 с предложением заменить проектное решение по применению антикоррозийного покрытия металлических конструкций траверс порталов ПЖС-110Ш горячим цинком на покрытие грунт-эмалью направлено ответчиком за пределами срока выполнения работ, предусмотренными в договоре. У подрядчика имелась возможность обратиться с указанным предложением в пределах согласованного срока выполнения работ. Кроме того, истец не согласился с данным предложением ответчика в письме № ПЭ/ЦЭС/01-05/1257 от 03.04.2018. 

Таким образом, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о том, что нарушение сроков выполнения работ произошло не по вине истца, оснований для применения статей 404, 406 Гражданского кодекса Российской Федерации к спорным правоотношениям сторон не имеется.

Как обоснованно указано судом первой инстанции, нарушение сроков выполнения работ возникло по вине ответчика, в том числе, по причине выявленных недостатков в выполненных работах, что подтверждается письмами истца. 

В соответствии с абзацем 1 пункта 1 статьи 708 Гражданского кодекса Российской Федерации в договоре подряда указываются начальный и конечный сроки выполнения работы. По согласованию между сторонами в договоре могут быть предусмотрены также сроки завершения отдельных этапов работы (промежуточные сроки). 

В силу абзаца 2 пункта 1 статьи 708 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не установлено законом, иными правовыми актами или не предусмотрено договором, подрядчик несет ответственность за нарушение как начального и конечного, так и промежуточных сроков выполнения работы. 

Истцом заявлено требование, уточненное на основании статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о взыскании с ответчика неустойки за период с 15.01.2018 по 25.06.2018 в размере 801 330 руб. 05 коп. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 329 Кодекса исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием имущества должника, поручительством, банковской гарантией, задатком и другими способами, предусмотренными законом или договором. 

В силу пункта 1 статьи 330 Кодекса неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. 

Неустойка как способ обеспечения обязательства должна компенсировать кредитору расходы или уменьшить неблагоприятные последствия, возникшие вследствие ненадлежащего исполнения должником своего обязательства перед кредитором. 

Соглашение о неустойке должно быть совершено в письменной форме независимо от формы основного обязательства. Несоблюдение письменной формы влечет недействительность соглашения о неустойке (статья 331 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

За нарушение срока завершения работ (конечного срока выполнения всех работ по договору) предусмотрена ответственность подрядчика в виде пени в размере 0,1 % от цены работ по договору, указанной в пункте 6.1 договора, за каждый день просрочки до момента надлежащего исполнения обязательства и подписания соответствующих актов с заказчиком (пункт 15.1 договора). 

Факт просрочки исполнения ответчиком договорного обязательства подтверждается материалами дела, иного суду в порядке статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не доказано. 

Уточненный истцом расчет пени проверен судом первой инстанции, признан арифметически верным и соответствующим положениям пунктов 6.1, 15.1 договора.

Ответчик заявил о применении статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, представил контррасчет неустойки за минусом работ, которые были выполнены надлежащим образом и в установленный срок.

Ходатайство ответчика об уменьшении размера неустойки на основании статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с ее явной несоразмерностью последствиям нарушения денежного обязательства вопреки доводам апелляционной жалобы рассмотрено судом первой инстанции и удовлетворено. 

Согласно статье 333 Гражданского кодекса Российской Федерации суду предоставлено право уменьшить неустойку, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства.

Согласно разъяснениям, изложенным в пунктах 69, 70, 71, 77 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» подлежащая уплате неустойка, установленная законом или договором, в случае ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства, может быть уменьшена в судебном порядке (пункт 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При таких обстоятельствах задача суда состоит в устранении явной несоразмерности штрафных санкций, следовательно, суд может лишь уменьшить размер неустойки до пределов, при которых она перестает быть явно несоразмерной, причем указанные пределы суд определяет в силу обстоятельств конкретного дела и по своему внутреннему убеждению.

Снижение неустойки судом возможно только в одном случае – в случае явной несоразмерности неустойки последствиям нарушения права.

В соответствии с пунктами 73, 74, 75 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (часть 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

При оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (пункты 3, 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Несомненно, стороны свободны в заключении договора, и подрядчик, подписывая контракт, знал, какая ответственность предусмотрена за неисполнение принятых обязательств (статья 421 Гражданского кодекса Российской Федерации). Между тем данное обстоятельство не может ограничивать право суда, снижать размер неустойки при наличии вышеуказанных обстоятельств.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 21.12.2000 № 263-О, предоставленная суду возможность снижать размер неустойки в случае ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательств направлена на установление баланса между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения.

По смыслу статей 332, 333 Гражданского кодекса Российской Федерации установление в договоре максимального или минимального размера (верхнего или нижнего предела) неустойки не являются препятствием для снижения ее судом.

Критериями для установления несоразмерности подлежащей уплате неустойки последствиям нарушения обязательства в каждом конкретном случае могут быть: чрезмерно высокий процент неустойки, значительное превышение суммы неустойки над суммой возможных убытков, вызванных нарушением обязательства, длительность неисполнения обязательства и другие обстоятельства (пункт 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.07.1997 № 17 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации»). При этом суд оценивает возможность снижения неустойки с учетом конкретных обстоятельств дела.

Доказательствами обоснованности размера неустойки могут служить, в частности, данные о среднем размере платы по краткосрочным кредитам на пополнение оборотных средств, выдаваемым кредитными организациями лицам, осуществляющим предпринимательскую деятельность, либо платы по краткосрочным кредитам, выдаваемым физическим лицам, в месте нахождения кредитора в период нарушения обязательства, а также о показателях инфляции за соответствующий период.

Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (часть 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). 

Возражая против заявления об уменьшении размера неустойки, кредитор не обязан доказывать возникновение у него убытков (пункт 1 статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации), но вправе представлять доказательства того, какие последствия имеют подобные нарушения обязательства для кредитора, действующего при сравнимых обстоятельствах разумно и осмотрительно, например, указать на изменение средних показателей по рынку (процентных ставок по кредитам или рыночных цен на определенные виды товаров в соответствующий период, валютных курсов и т.д.). 

При оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования 5 (пункты 3, 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации) (пункт 75 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7). 

Снижение размера договорной неустойки, подлежащей уплате коммерческой организацией, индивидуальным предпринимателем, а равно некоммерческой организацией, нарушившей обязательство при осуществлении ею приносящей доход деятельности, допускается в исключительных случаях, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства и может повлечь получение кредитором необоснованной выгоды (пункты 1 и 2 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 77 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7). 

Таким образом, гражданское законодательство предусматривает неустойку в качестве способа обеспечения исполнения обязательств и меры имущественной ответственности за их неисполнение или ненадлежащее исполнение, а право снижения неустойки предоставлено суду в целях устранения явной ее несоразмерности последствиям нарушения обязательств. 

При таких обстоятельствах задача суда состоит в устранении явной несоразмерности штрафных санкций, следовательно, суд может лишь уменьшить размер неустойки до пределов, при которых она перестает быть явно несоразмерной, причем указанные пределы суд определяет в силу обстоятельств конкретного дела и по своему внутреннему убеждению.

Степень соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства является оценочной категорией, в силу чего только суд вправе дать оценку указанному критерию, исходя из своего внутреннего убеждения и обстоятельств конкретного дела, как того требуют правила статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

В суде первой инстанции ответчиком было заявлено о применении статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с несоразмерностью предъявленной к взысканию неустойки последствиям нарушения денежного обязательства.

При этом ответчик должен представить доказательства явной несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства, в частности, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки. Данный правовой подход соответствует разъяснениям Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.12.2011 № 81 «О некоторых вопросах применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации».

Таким образом, основанием для снижения размера неустойки является соответствующее заявление ответчика, обеспеченное доказательствами явной несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства.

При рассмотрении вопроса о необходимости снижения неустойки по заявлению ответчика на основании статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации судам следует исходить из того, что неисполнение или ненадлежащее исполнение должником денежного обязательства позволяет ему неправомерно пользоваться чужими денежными средствами. Поскольку никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, условия такого пользования не могут быть более выгодными для должника, чем условия пользования денежными средствами, получаемыми участниками оборота правомерно (например, по кредитным договорам). Аналогичная правовая позиция содержится в пункте 2 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.12.2011 № 81.

Как обоснованно указано судом первой инстанции, неустойка устанавливалась с целью стимулирования ответчика к недопущению нарушения сроков исполнения обязательства, и ответчик, заключая договор, знал о возможных неблагоприятных последствиях для него в случае нарушения принятого на себя обязательства.

Неустойка является не только способом обеспечения исполнения обязательства, но и мерой ответственности должника в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, направленной также и на восстановление нарушенного права. При этом превращение института неустойки в способ обогащения кредитора недопустимо и противоречит ее компенсационной функции. Аналогичная правовая позиция приведена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 16.11.2018 № 307-ЭС18-7493 по делу № А56-1371/2017.

Неустойка должна носить компенсационный характер, а не являться карательной мерой. Выплата должна составлять такую сумму компенсации его потерь, которая будет адекватна и соизмерима с нарушенным интересом.

Принимая во внимание, что условиями договора предусмотрена ответственность за нарушение конечного срока выполнения работ от всей цены договора, указанной в пункте 6.1, то принимая во внимание контррасчет ответчика, в соответствии с которым неустойка начислена без учета надлежащим образом выполненных и принятых заказчиком работ, то есть не от всей цены договора, как это предусмотрено условиями договора (пункты 6.1, 15.1), а лишь от суммы неисполненных обязательств, апелляционный суд приходит к выводу о том, что расчет ответчика правомерно учтен судом первой инстанции в качестве основания для снижения неустойки в порядке статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации. При этом следует принимать во внимание, что согласованный сторонами в договоре процент неустойки 0,1 % за каждый день просрочки является обычно принятым в деловом обороте и не считается чрезмерно высоким.

При таких обстоятельствах оснований для дальнейшего снижения неустойки судом апелляционной инстанции, в том числе применительно к сметной стоимости работ, на что указано ответчиком в апелляционной жалобе, не имеется. 

Иных доводов, свидетельствующих о незаконности обжалуемого решения, апеллянтом не приведено. 

Выводы суда сделаны на основе верной оценки имеющихся в материалах дела доказательств, оснований для их иной оценки апелляционным судом, в зависимости от доводов апелляционной жалобы, не имеется. 

Вопреки доводам апелляционной жалобы, ходатайство ответчика о применении статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации рассмотрено судом первой инстанции и удовлетворено. 

Правовые основания для удовлетворения апелляционной жалобы с учетом рассмотрения дела арбитражным судом апелляционной инстанции в пределах доводов, содержащихся в апелляционной жалобе, отсутствуют.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации являются основаниями к отмене или изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено. 

Расходы по уплате государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы относятся на заявителя апелляционной жалобы в соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

На основании изложенного и руководствуясь статьями 258, 266, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Пермского края от 13 мая 2019 года по делу № А50-37589/2018 оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия через Арбитражный суд Пермского края.

 

Председательствующий

Н.А. Гребенкина

 

Судьи

М.Н. Кощеева

 

О.В. Суслова