АРБИТРАЖНЫЙ СУД ПРИМОРСКОГО КРАЯ

690091, 

<

...>

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Владивосток Дело № А51-366/2025 208578/2025

21 января 2026 года

Резолютивная часть определения изготовлена и объявлена 20.01.2026, в полном объеме определение изготовлено 21.01.2026.

Арбитражный суд Приморского края в составе судьи Киричевской Е.А., при ведении протокола судебного заседания секретарем Овчарук Б.И., рассматривает в судебном заседании заявление финансового управляющего к ФИО1 о признании недействительной сделки

в рамках дела по заявлению ФИО2 (ИНН 

<

***>, СНИЛС 

<

***>, дата рождения 13.05.1976, место рождения: г.НиколаевскнаАмуре Хабаровский край, адрес регистрации: 

<

...>) о признании себя как гражданина банкротом,

при участии:

от ФИО3 – адвокат Науменко Ю.В., доверенность от 04.12.2024, удостоверение,

установил:

ФИО2 обратился в Арбитражный суд Приморского края с заявлением о признании себя как гражданина банкротом.

Решением суда от 18.03.2025 ФИО2 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества должника сроком на шесть месяцев. Финансовым управляющим должника утвержден ФИО4. Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсант» №57(7989) от 29.03.2025.

В арбитражный суд поступило заявление финансового управляющего по отчуждению имущества, 1/5 доли в квартире по адресу: 

<

...>, (кадастровый номер: 27:20:0010152:651), по договору дарения, заключенному между ФИО2 и ФИО1, недействительной.

Определением от 04.12.2025 к участию в споре привлечены:

Привлечь к участию в споре:

- ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ г.р.

- ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ г.р.

- ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ г.р.,

- отдел опеки и попечительства по г. Комсомольску-на-Амуре (Хабаровский край, Комсомольск-на-Амуре, Октябрьский проспект, 26, корпус 2, 681000).

Обращаясь с настоящим заявлением, финансовый управляющий указал, что сделка по дарению спорной доли в квартире совершена в пользу заинтересованного лица – бывшей супруги должника в период неплатежеспособности последнего, чем причинен вред имущественным правам кредиторов.

В своем письменном отзыве должник возразил против требований финансового управляющего, приводя следующие доводы. Спорная квартира является единственным жилым помещением для его бывшей супруги и их троих детей. Сам должник снялся с регистрационного учета по данному адресу после развода в 2015 году и с того момента там не проживает. Учитывая эти обстоятельства, должник настаивает на отсутствии умысла, необходимого для применения пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, поскольку ни он, ни его бывшая супруга при заключении договора дарения не преследовали цели причинить вред имущественным правам кредиторов.

Исследовав материалы дела, суд установил следующее.

Должник ФИО2 состоял в браке со ФИО1 с 30.11.2011 по 06.11.2015. В этом браке у них родилось трое детей: ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, и ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

Спорная квартира была получена в собственность ФИО1, ФИО2, ФИО5, ФИО2 и ФИО2 в результате приватизации по договору № 890/7043 передачи жилого помещения в собственность граждан от 12.05.2010 в долевую собственность по 1/5 доли в праве каждому.

Пояснения должника свидетельствуют о том, что на момент развода между супругами была достигнута договоренность о передаче его доли в интересах общих несовершеннолетних детей, однако фактически договор дарения этой доли заключен лишь 6 ноября 2024 года.

В настоящее время в указанной квартире зарегистрированы все члены семьи, включая бывшую супругу, троих детей и еще одного собственника (ФИО5), что подтверждается условиями договора и адресной справкой от 10 декабря 2025 года.

Согласно выписке из ЕГРН данное жилое помещение является для бывшей супруги единственным, а также для и их совместных детей.

Полагая, что спорный договор дарения доли в квартире заключен должником во вред имущественным правам кредиторов, финансовый управляющий обратился в суд с настоящим заявлением.

В силу положений статьи 61.8 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника.

Сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Федеральном законе от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

Согласно абзацу второму пункта 7 статьи 213.9 Закона о банкротстве финансовый управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени гражданина заявления о признании недействительными сделок по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 и 61.3 названного Федерального закона, а также сделок, совершенных с нарушением Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

Исходя из разъяснений, данных в абзаце 6 пункта 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)», сделки, в предмет которых в принципе не входит встречное исполнение (например, договор дарения) или обычно его не предусматривающие (например, договор поручительства или залога), не могут оспариваться на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, но могут оспариваться на основании пункта 2 этой статьи.

В силу пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). При этом цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

Из разъяснений, данных в пунктах 5 - 7 постановления Пленума № 63, следует, что для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности следующих обстоятельств: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 35 статьи 2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

При оспаривании сделки должника по отчуждению жилого помещения суд до разрешения обстоятельств, касающихся недействительности сделки, должен проверить, не является ли данное помещение единственным пригодным для проживания должника и членов его семьи, не защищен ли данный объект исполнительским иммунитетом (статья 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации; далее - ГПК РФ).

В соответствии с пунктом 3 статьи 213.25 Закона о банкротстве, из конкурсной массы исключается имущество, на которое не может быть обращено взыскание в соответствии с гражданским процессуальным законодательством.

Согласно части 1 статьи 446 ГПК РФ взыскание по исполнительным документам не может быть обращено на жилое помещение (его части), если для гражданина-должника и членов его семьи, совместно проживающих в принадлежащем помещении, оно является единственным пригодным для постоянного проживания помещением.

Установленный положением абзаца второго части первой статьи 446 ГПК РФ имущественный (исполнительский) иммунитет в отношении принадлежащего гражданину-должнику на праве собственности жилого помещения (его частей) в целях реализации конституционного принципа соразмерности при обеспечении защиты прав и законных интересов кредитора (взыскателя) и гражданина-должника как участников исполнительного производства должен распространяться на жилое помещение, которое по своим объективным характеристикам (параметрам) является разумно достаточным для удовлетворения конституционно значимой потребности в жилище как необходимом средстве жизнеобеспечения (постановление Конституционного Суда РФ от 14.05.2012 № 11- П).

В приведенных разъяснениях, в соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда РФ от 30.08.2021 № 307-ЭС21-8025, речь идет о жилых помещениях, являющихся единственными пригодными для проживания, в первую очередь, должника, как центральной фигуры в деле о несостоятельности (банкротстве), а при наличии у него членов семьи, совместно с ним проживающих, - и для указанных лиц. Во вторую очередь, разъяснения применимы к ситуации, в которой отчуждающий единственное жилое помещение должник на момент рассмотрения спора проживал и продолжает проживать в нем совместно с членами своей семьи, действительно считая данное жилое помещение своим единственным жильем.

Судом установлено, что спорный договор дарения доли от 06.11.2024 совершен в трехлетний период до принятия заявления о банкротстве должника (15.01.2025), то есть в период подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Данная сделка совершена в пользу бывшей супруги, которая по смыслу статьи 19 Закона о банкротстве является заинтересованным лицом по отношению к должнику, при этом само по себе наличие аффилированности (заинтересованности) участников сделки не является безусловным основанием для признания сделки недействительной, а представляет собой лишь элемент опровержимой презумпции наличия у сделки цели причинения вреда.

Таким образом, целью оспаривания сделок в рамках дела о банкротстве согласно указанным разъяснениям высшей судебной инстанции является возврат в конкурсную массу того имущества, которое может быть реализовано для удовлетворения требований кредиторов.

В рассматриваемом споре, суд пришел к выводу, что правоотношения по распоряжению долей были согласованы бывшими супругами еще в 2015 году при разводе: должник выписался из спорной квартиры в Хабаровском крае и переехал в Приморский край, где создал новую семью. С этого момента спорная доля перестала быть реальным активом, способным обеспечивать его обязательства, и фактически использовалась для обеспечения жильем его детей.

Заключение договора дарения в 2024 году являлось лишь юридическим оформлением сложившихся за много лет жизненных обстоятельств, а не способом отчуждения имущества в преддверии банкротства. Сделка не привела к уменьшению конкурсной массы, доступной кредиторам в 2025 году, поскольку данная доля выбыла из имущественного оборота должника за десять лет до обращения за банкротством.

Непосредственное оформление дарения 1/5 доли квартиры бывшей супруге в интересах троих совместных детей, для которых это жилье является единственным, носит правомерный характер и соответствует принципу защиты законных интересов семьи и детства. Такие действия не свидетельствуют о сговоре или противоправном умысле, а укладываются в рамки обычных семейных отношений.

Доказательств, однозначно подтверждающих, что при заключении договора дарения в пользу бывшей супруги должник преследовал какую-либо иную цель, нежели обеспечение жилым помещением, или, что спорная сделка привела к невозможности погашения обязательств перед конкретными кредиторами, финансовый управляющий не представил.

Анализ имеющихся материалов говорит о том, что поведение должника последовательно и прозрачно: он не скрывал смену места жительства, не претендовал на долю, а в рамках иного спора по настоящему делу (определением от 30.09.2020 утверждено мировое соглашение) урегулировал вопрос с ипотечным жильем, которое является его единственным пригодным для проживания имуществом. Это свидетельствует об отсутствии намерения уклониться от удовлетворения требований кредиторов в целом.

Поскольку спорная доля фактически и юридически перестала принадлежать должнику еще до возникновения признаков несостоятельности, а ее отчуждение по договору дарения не нанесло ущерба кредиторам и было направлено на защиту интересов несовершеннолетних детей (на момент развода), в действиях должника отсутствует совокупность необходимых обстоятельств для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Таким образом, у суда отсутствуют основания для удовлетворения заявления финансового управляющего.

Поскольку суд пришел к выводу о необоснованности требования о признании сделки недействительной, требование о применении последствий ее недействительности также не подлежит удовлетворению.

В силу части 1 статьи 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Руководствуясь статьями 184, 185 и 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

о п р е д е л и л:

отказать в удовлетворении заявленных финансовым управляющим требований .

Определение может быть обжаловано в течение месяца со дня его вынесения через Арбитражный суд Приморского края в Пятый арбитражный апелляционной суд.

Судья Е.А. Киричевская