СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

улица Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, http://7aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

город Томск                                                                               Дело № А67-7157/2021

 

Резолютивная часть постановления объявлена 05 июня 2024 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 11 июня 2024 года.

 

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи                              Кудряшевой Е.В., 

судей                                                                         Фаст Е.В., 

ФИО1,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Сперанской Н.В., рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Промрегионбанк» (№ 07АП-10378/22 (2)) на определение от 23.04.2024 Арбитражного суда Томской области (судья – Миклашевич А.С.) по делу № А67-7157/2021 о несостоятельности (банкротстве)  ФИО2 (ИНН 

<

***>) по заявлению конкурсного управляющего ООО «Промрегионбанк» о признании сделки недействительной.

В судебном заседании приняли участие:

от ФИО2: ФИО3 по доверенности от 16.08.2023;

от финансового управляющего ФИО4: ФИО4 (лично).

Суд

УСТАНОВИЛ:

26.08.2021 Арбитражным судом Томской области возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве)  ФИО2 (далее – ФИО2, должник).

Решением Арбитражного суда Томской области от 20.09.2021 ФИО2 признан несостоятельным (банкротом) в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина. Финансовым управляющим должника утвержден ФИО4

Определением Арбитражного суда Томской области от 11.10.2022 процедура реализации имущества гражданина ФИО2 завершена с применением последствий, установленных пунктом 3 статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 22.02.2023 (дата объявления резолютивной части 15.02.2023) определение от 11.10.2022 отменено. Принят новый судебный акт. В удовлетворении ходатайства финансового управляющего ФИО4 о завершении процедуры реализации имущества ФИО2 отказано.

Определением Арбитражного суда Томской области от 04.07.2023 принято к производству заявление конкурсного управляющего ООО «Промрегионбанк» об оспаривании сделки должника, в котором просил:

1) признать недействительной сделку ФИО2, совершенную 09.06.2016 в виде отказа от причитавшейся ему наследственной массы ФИО5, а именно:

- жилой дом общей площадью 38,5 кв. м. по адресу: 

<

...>;

- земельный участок под жилым домом площадью 940 кв. м. по адресу: 

<

...>;

- 100 % доли в уставном капитале ООО «Озерный рай».

2) применить последствия недействительности сделки, вернуть в конкурсную массу ФИО2 следующее имущество:

- жилой дом общей площадью 38,5 кв. м. по адресу: 

<

...>;

- земельный участок под жилым домом площадью 940 кв. м. по адресу: 

<

...>;

- 100 % доли в уставном капитале ООО «Озерный рай».

Определением от 23.04.2024 (резолютивная часть от 11.04.2024) Арбитражный суд Томской области отказал в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО «Промрегионбанк» о признании недействительной сделкой отказа ФИО2 от наследственной массы ФИО5

Не согласившись с принятым судебным актом, ООО «Промрегионбанк»  в лице конкурсного управляющего обратилось с апелляционной жалобой, в которой просит отменить судебный акт и признать сделку недействительной, ссылаясь на неполное выяснение обстоятельств по делу, несоответствие выводов суда обстоятельствам дела, нарушение норм материального права.

В обоснование апелляционной жалобы указывает на то, что совершенная сделка имеет признаки мнимости, поскольку совершена с целью исключения возможности взыскания на недвижимое имущество, где ФИО2 проживает. Поскольку ФИО2 отказался от наследства, то оснований полагать, что имущество подпадает под исполнительский иммунитет,  у суда первой инстанции не имелось. Поскольку в состав наследственной массы ФИО5 не вошли обязательства по кредитному договору, единственным заемщиком по кредитным обязательствам является ФИО2, оснований для обращения с иском к наследнику ФИО6 не имеется. 

Лица, участвующие в деле и в процессе о банкротстве, не обеспечившие личное участие и явку своих представителей в судебное заседание, извещены надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в связи с чем, суд апелляционной инстанции на основании статей 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) рассмотрел апелляционную жалобу в их отсутствие.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, проверив законность и обоснованность определения суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для его отмены.

Как установил суд первой инстанции, ФИО2 состоял в браке ФИО5 в период с 11.03.1977 по 15.12.2015.

Согласно свидетельству о смерти I-OM №773383 от 17.12.2015 ФИО5 умерла 15.12.2015.

09.06.2016 ФИО2 заявлен отказ от причитавшейся ему наследственной массы ФИО5 в пользу сына – ФИО6

В состав наследственной массы ФИО5 было включено следующее имущество:

- жилой дом общей площадью 38,5 кв.м. по адресу: 

<

...> (дата государственной регистрации 04.09.2008);

- земельный участок под жилым домом площадью 940 кв.м. по адресу: 

<

...> (дата государственной регистрации 20.08.2008);

– 100 % доли в уставном капитале ООО «Озерный рай» (дата государственной регистрации юридического лица 19.12.2006, ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>).

При обращении в суд с заявлением, ООО «Промрегионбанк» указано, что оспариваемая сделка совершена должником при наличии неисполненных обязательств перед ООО «Промрегионбанк» с целью исключения возможности обращения взыскания на долю в уставном капитале ООО «Озерный рай», а также на недвижимое имущество по адресу: 

<

...>. Банком указано, что должник продолжал фактически использовать данное имущество, что позволяет сделать вывод о мнимости данной сделки в соответствии со статьей 170 ГК РФ.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявления Банка, исходил из отсутствия оснований для признания сделки недействительной.

Суд апелляционной инстанции, повторно рассмотрев обособленный спор и оценив представленные в дело доказательства по правилам главы 7 АПК РФ, пришел  к следующим выводам.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 АПК РФ, дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом  по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы  о несостоятельности (банкротстве).

По смыслу правовой позиции, приведенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 31.08.2017 № 305-ЭС17-4886, правонарушение, заключающееся в совершении сделки, направленной на уменьшение имущества должника или увеличение его обязательств, совершенное в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника в преддверии его банкротства в ситуации, когда другая сторона сделки (кредитор) знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки, является основанием для признания соответствующих действий недействительными по специальным правилам, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Давая оценку доводам апелляционной жалобы о необходимости признания сделки мнимой, судебная коллегия исходит из следующего.

Законодательством о банкротстве установлены специальные основания для оспаривания сделки, совершенной должником-банкротом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов. 

Такая сделка оспорима и может быть признана арбитражным судом недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в котором указаны признаки, подлежащие установлению (противоправная цель, причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны об указанной цели должника к моменту совершения сделки), а также презумпции, выравнивающие процессуальные возможности сторон обособленного спора.

Баланс интересов должника, его контрагента по сделке и кредиторов должника, а также стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев подозрительности сделки и установлением ретроспективного периода глубины ее проверки, составляющего в данном случае три года, предшествовавших дате принятия заявления о признании должника банкротом. Тем же целям служит годичный срок исковой давности, исчисляемый со дня реальной или потенциальной осведомленности заявителя об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Таким образом, законодательство пресекает возможность извлечения сторонами сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ), однако, наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10 и 168 ГК РФ. 

Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 ГК РФ возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки. 

Иной подход приводит к тому, что содержание пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве потеряет смысл ввиду его полного поглощения содержанием норм ГК РФ о злоупотреблении правом и позволяет лицу, оспорившему подозрительную сделку, обходить правила об исковой давности по оспоримым сделкам, что недопустимо (определение Верховного Суда Российской Федерации от 31.08.2017 № 305-ЭС17-4886 по делу № А41-20524/2016).

Между тем,  те обстоятельства, на которые ссылался ООО «Промрегионбанк»,  как на основания оспаривания сделки, соответствуют признакам недействительности сделки по части 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи, с чем обстоятельств для признания оспариваемой сделки недействительной на основании общих статей 10, 168 ГК РФ не установлено.

Гражданское законодательство направлено на защиту прав добросовестных участников гражданско-правовых отношений, на законность, стабильность и предсказуемость развития этих отношений, в связи, с чем доводы банка пороках сделки, заявленные в рамках настоящего процесса, не могут быть приняты во внимание.

В настоящем споре правовая позиция Банка по существу сводилась к тому, что целью отчуждения недвижимого имущества являлся вывод активов должника посредством заключения невыгодной для должника сделки в ущерб его кредитора.

Квалифицируя сделку как совершенную со злоупотреблением правом, ООО «Промрегионбанк» не указал, чем в условиях конкуренции норм о недействительности сделки, выявленные нарушения выходят за пределы диспозиции статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Для признания сделки недействительной на основании статьи 170 ГК РФ необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать правовые последствия, характерные для сделок данного вида, либо совершали ее с целью прикрыть другую сделку.

При этом, обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон.

Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Вопреки статье 65 АПК РФ, Банком в материалы дела не представлены доказательства, подтверждающие обстоятельства того, что при совершении спорной сделки стороны договора не намеревались ее исполнять, желая лишь создать видимость возникновения, изменения или прекращения гражданских прав и обязанностей.

Таким образом, волеизъявление ФИО2 на отказ от причитающейся ему доли в наследстве, оставшемся после смерти жены ФИО5 в пользу сына ФИО6 на основании заявления от 09.06.2016, является действием, направленным на достижение правовых последствий совершенной сделки.

Следовательно, приводимые ООО «Промрегионбанк» доводы в полной мере охватываются диспозицией пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, поскольку сводятся к обоснованию причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве установлено, что сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

ФИО2 и ФИО6 являются заинтересованными лицами по смыслу статьи 19 Закона о банкротстве, поскольку являются близкими родственниками (отец и сын). 

Из разъяснений, данных в пунктах 5 - 7 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», следует, что в силу указанной выше нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности следующих обстоятельств: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

Для квалификации по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве отсутствует один из обязательных признаков - трехлетний период подозрительности, поскольку дело о несостоятельности должника было возбуждено определением Арбитражного суда Томской области от 26.08.2021, а оспоренная сделка совершена 09.06.2016.

В данном случае отсутствует факт причинения вреда имущественным правам кредиторов, как на дату совершения сделки, так и на дату рассмотрения настоящего спора, спорное имущество защищено исполнительским иммунитетом.

На дату совершения оспариваемой сделки должнику на праве общей совместной собственности принадлежал жилой дом общей площадью 38,5 кв.м., расположенный на земельном участке площадью 940 кв.м. по адресу: 

<

...>.

Документов, подтверждающих наличие иного недвижимого имущества, принадлежащего должнику, в материалах дела не имеется. При этом спорным имуществом кредит не обеспечивался. 

Довод ООО «Промрегионбанк» о нераспространении исполнительского иммунитета в отношении спорного имущества правомерно отклонен судом первой инстанции, поскольку в рассматриваемом случае не выявлено признаков злоупотребления правом сторон при совершении указанной сделки.

Исполнительский иммунитет в отношении единственного пригодного для постоянного проживания жилого помещения, не обремененного ипотекой, действует и в ситуации банкротства должника (пункт 3 статьи 213.25 Закона о банкротстве, абзац второй части 1 статьи 446 ГК РФ).

Согласно части 1 статьи 446 ГК РФ взыскание по исполнительным документам не может быть обращено на принадлежащее гражданину-должнику на праве собственности жилое помещение (его часть), если для гражданина-должника и членов его семьи, совместно проживающих в принадлежащем помещении, оно является единственным пригодным для постоянного проживания помещением, и на земельные участки, на которых расположены данные объекты, за исключением указанного имущества, если оно является предметом ипотеки и на него в соответствии с законодательством об ипотеке может быть обращено взыскание.

В пункте 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан» разъяснено, что целью оспаривания сделок в рамках дела о банкротстве является возврат в конкурсную массу того имущества, которое может быть реализовано для удовлетворения требований кредиторов. 

Поэтому не подлежит признанию недействительной сделка, направленная на отчуждение должником жилого помещения, если на момент рассмотрения спора в данном помещении продолжают совместно проживать должник и члены его семьи и при возврате помещения в конкурсную массу оно будет защищено исполнительским иммунитетом (статья 446 ГК РФ).

Указанное ограничение обусловлено необходимостью защиты конституционного права на жилище не только самого должника, но и членов его семьи, в том числе, находящихся на его иждивении несовершеннолетних, престарелых, инвалидов, а также на обеспечение охраны государством достоинства личности, как того требует статья 21 (часть 1) Конституции Российской Федерации, условий нормального существования и гарантий социально-экономических прав в соответствии со статьей 25 Всеобщей декларации прав человека (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 04.12.2003 № 456-О).

Таким образом, арбитражный суд полагает, что исследование вопросов исполнительского иммунитета в отношении жилого помещения, являющегося предметом сделки, должно быть включено в предмет доказывания по обособленному спору об оспаривании сделки.

В то же время согласно пункту 39 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» при рассмотрении дел о банкротстве граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, суды должны учитывать необходимость обеспечения справедливого баланса между имущественными интересами кредиторов и личными правами должника (в том числе, его правами на достойную жизнь и достоинство личности).

Соблюдение названного баланса при рассмотрении вопроса об исполнительском иммунитете в отношении предмета оспариваемой сделки достигается, в том числе, за счет исследования фактических обстоятельств дела по существу, в данном случае недопустимо установление только формальных условий применения нормы права. Иной подход не может быть признан соответствующим целям судопроизводства и направленным на защиту прав и законных интересов граждан и юридических лиц.

Следовательно, при наличии обоснованных сомнений по поводу того, что спорное имущество является единственным жильем, пригодным для проживания должника и членов его семьи, суд при рассмотрении настоящего спора устанавливает фактическую нуждаемость должника в жилье.

Таким образом, для решения вопроса о возможности возврата имущества в конкурсную массу и последующей его реализации в целях удовлетворения требований кредиторов арбитражный суд исследует юридически значимые обстоятельства для установления фактической, а не юридической нуждаемости должника в жилом помещении.

На момент заключения оспариваемой сделки жилой дом общей площадью 38,5 кв.м., расположенный на земельном участке площадью 940 кв.м. по адресу: 

<

...>, являлся единственным жильем должника, и указанное жилое помещение было защищено исполнительским иммунитетом. 

Как пояснял должник в суд первой инстанции и не опровергнуто Банком, доля в уставном капитале ООО «Озерный рай» передана в залог в пользу ООО «Промрегионбанк» на основании договора об ипотеке № 12И–14 от 10.04.2014. Впоследствии указанное имущество передано Банку на основании акта от 02.12.2020.

Статья 1112 ГК РФ устанавливает, что в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.

Частью 1 статьи 1175 ГК РФ предусмотрено, что каждый из наследников отвечает по долгам наследодателя в пределах стоимости перешедшего к нему наследственного имущества.

После смерти ФИО5 и отказа должника от причитающейся ему наследственной массы, единственным наследником ФИО5 остался сын должника – ФИО6

Банк не представил доказательств, что предпринимались меры по взысканию долга с наследника ФИО6

При этом, ООО «Промрегионбанк», несмотря на совершение отказа должником, имело предусмотренные законом основания получить удовлетворение своих требований за счет обращения взыскания на наследственную массу ФИО5 

Тогда как личность гражданина, принявшего наследство, не имеет правового значения для возможности реализации права кредитора обратить взыскание на имущество, входящее в наследственную массу. В то же время ООО «Промрегионбанк» не раскрыты причины неосуществления обращения взыскания на наследственную массу ФИО5

В части отказа от наследства 100 % доли в уставном капитале ООО «Озерный рай», суд апелляционной инстанции отмечает следующее.

Решением Шегарского районного суда Томской области от 13.11.2018 по делу № 2-214/2018 (материалы электронного дела 08.12.2021) с ФИО2, и ООО «Промснаб» в пользу ООО «Промрегионбанк» взыскана задолженность за период с 06.09.2015 по 06.09.2018, одновременно обращено взыскание на принадлежащее ООО «Озерный рай» имущество, являющееся предметом залога по договору об ипотеке № 12И–14 от 10.04.2014, установлена начальная продажная цена и способ реализации.

По акту о передаче нереализованного имущества нежилое трехэтажное строение и земельный участок переданы взыскателю ООО «Промрегионбанк» 02.12.2020. 

Вопреки доводам апелляционной жалобы отказ от наследства в данном случае не препятствовал реализации прав ООО «Промрегионбанк» по обращению взыскания на заложенное имущество и взысканию долга с ФИО2

Более того,  ФИО2 с 02.12.2020 по 23.08.2021 частично погашал денежные обязательства во исполнение названного выше решения Шегарского районного суда Томской области от 13.11.2018.

ООО «Промрегионбанк» не предоставил убедительных доводов и аргументов того, что в отсутствие оспариваемой односторонней сделки, обязательства могли быть погашены в большем размере. 

Таким образом, ООО «Промрегионбанк» совокупность обстоятельств для признания оспариваемой сделки недействительной по специальному основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве не доказана.

Оснований для признания сделки недействительной на основании статей 10, 168, 170 ГК РФ, также не было установлено, поскольку совершенная сделка не имеет пороков, выходящих за пределы диспозиции пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При таких обстоятельствах у суда первой инстанции отсутствовали основания для признания сделки недействительной. 

Нарушений процессуальных норм, влекущих безусловную отмену оспариваемого акта (часть 4 статьи 270 АПК РФ), судом апелляционной инстанции не установлено.

На основании статьи 110 АПК РФ, судебные расходы по уплате государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы относятся на ООО «Промрегионбанк».

Руководствуясь статьями 110, 258, 268, 271, пунктом 1 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение от 23.04.2024 Арбитражного суда Томской области по делу № А67-7157/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Промрегионбанк» – без удовлетворения. 

Взыскать с жалобу общества с ограниченной ответственностью «Промрегионбанк» в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 3 000 рублей за рассмотрение апелляционной жалобы.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления его в законную силу путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Томской области. 

Постановление, выполненное в форме электронного документа, подписанное усиленными квалифицированными электронными подписями судей, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет». 

 

Председательствующий                                                                 Е.В. Кудряшева

 

Судьи                                                                                                           Е.В. Фаст

 

                                                                                                          ФИО1