228/2023-27439(3) 

 

ТРЕТИЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД  

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А33-4308/2018к10

г. Красноярск

18 июля 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена «11» июля 2023 года. Полный текст постановления изготовлен «18» июля 2023 года. 

Третий арбитражный апелляционный суд в составе:  

председательствующего Инхиреевой М.Н., судей: Хабибулиной Ю.В., Яковенко И.В., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,  при участии:  

финансового управляющего ФИО2, 

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО3  

на определение Арбитражного суда Красноярского края  от «30» января 2023 года по делу № А33-4308/2018к10,  

установил:

публичное акционерное общество «Сбербанк России» в лице Красноярского  отделения № 8646 обратилось в Арбитражный суд Красноярского края с заявлением о  признании гражданина ФИО4 банкротом.  

Решением Арбитражного суда Красноярского края от 12.10.2018 должник ФИО4 признан банкротом, в отношении него открыта процедура  реализации имущества гражданина. Финансовым управляющим имуществом должника  утверждена ФИО5.  

11.05.2022 в Арбитражный суд Красноярского края поступило заявление о  признании сделки недействительной, согласно которому (с учетом уточнения) просит:  

- признать недействительной сделкой договор купли-продажи автомобиля № 534 от  04.02.2019, заключенный между ФИО2 и ООО «Мэйджор Автомобили»;  

- применить последствия недействительности сделки в виде взыскания с ООО  «Мэйджор Автомобили» в пользу конкурсной массы ФИО4 денежные средства в  сумме 1 340 000 руб.  

Определением Арбитражного суда Красноярского края от «30» января 2023 года  по делу № А33-4308/2018к10 заявленные требования удовлетворены частично.  Признаны недействительной сделкой действия бывшей супруги должника по  отчуждению совместно нажитого в браке имущества, оформленные договором от  04.02.2019, заключенным между ООО «Мейджор автомобили» и ФИО2. Применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с  ФИО3 в конкурсную массу должника ФИО4 1 217 500 руб. В остальной части заявленных требований в удовлетворении  отказано.  

Не согласившись с данным судебным актом, ФИО6  обратилась с апелляционной жалобой.  

В качестве доводов апелляционной жалобы апеллянт указывает на пропуск  финансовым управляющим срока исковой давности. Также апеллянт указывает, что  ФИО6 не является должником в рамках дела о банкротстве, поэтому  предполагала, что имеет право распоряжаться собственным имуществом.  

Определением Третьего арбитражного апелляционного суда от 11.04.2023  апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание назначено на  11.05.2023.  

В силу части 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения  или несовершения ими процессуальных действий.  

В соответствии со статьями 158, 184, 185, 266 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, протокольным определением судебное разбирательство  откладывалось.  

В соответствии со статьей 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации в составе суда производилась замена в составе судей. Окончательно состав  суда сформирован в следующем виде: председательствующий судья – Инхиреева М.Н.,  судьи: Хабибулина Ю.В., Яковенко И.В.  

В судебном заседании финансовый управляющий по доводам жалобы возражал.  

Апелляционная жалоба рассматривается в порядке, установленном главой 34  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Повторно проверив в пределах, установленных статьей 268 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, соответствие выводов, содержащихся  в обжалуемом судебном акте, имеющимся в материалах дела доказательствам,  правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального  права и соблюдения норм процессуального права, оценив доводы заявителя жалобы, суд  апелляционной инстанции не установил оснований для отмены судебного акта в силу  следующего.  

В соответствии со статьей 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации, статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О  несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о  несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам,  предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации с  особенностями, установленными Законом о банкротстве.  

В соответствии со статьей 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные  должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны  недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а  также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.  

В силу пункта 4 статьи 213.32 Закона о банкротстве оспариванию в рамках дела о  банкротстве гражданина подлежат также сделки, совершенные супругом должника-гражданина в отношении имущества супругов, по основаниям, предусмотренным  семейным законодательством.  

При проверке законности и обоснованности определения судом апелляционной  инстанции установлено следующее.  

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, 04.02.2019  между ФИО3 (продавец) и ООО «Мэйджор Автомобили»  (покупатель) заключен договор купли-продажи легкового автомобиля Мерседес-Бенц  GL 400 4MATIC, идентификационный номер VIN 

<

***>, 2015 года  выпуска по цене 2 435 000 руб.  

В соответствии с письменным распоряжением продавца, денежные средства в  сумме 1 179 000 руб. были зачтены в счет оплаты за автомобиль Хендай Соната,  приобретаемый ФИО2 по договору № 443 от 30.01.2019. В соответствии с  другим письменным распоряжением продавца, денежные средства в сумме 1 256 000  руб. были выплачены продавцу на его расчетный счет в банке.  

Обращаясь в суд первой инстанции с настоящим заявлением, финансовый  управляющий указывал на недействительность вышеуказанного договора в силу его  ничтожности по причине отчуждения супругой должника совместного имущества после  признания должника банкротом, то есть, с нарушением установленного запрета. В  качестве правового основания ссылается на статьи 10 и 174.1 Гражданского кодекса  Российской Федерации.  

Судом первой инстанции при исследовании материалов дела № А33-4308/2018  установлено, что в рамках обособленного спора № А33-4308-6/2018 было рассмотрено  заявление финансового управляющего о признании недействительным брачного  договора, заключенного между ФИО4 и ФИО2 от 16.02.2016.  

Вступившим в законную силу определением суда от 08.07.2019 по делу № А334308-6/2018, установлено, что 11.10.2008 между ФИО4 и  ФИО7 зарегистрирован брак. 16.02.2016 года  между ФИО4 и ФИО2 заключен  брачный договор. Брак между супругами расторгнут 03.10.2017. Период нахождения  супругов в браке с 11.10.2008 по 02.10.2017.  

По результатам рассмотрения дела № А33-4308-6/2018 признан недействительной  сделкой брачный договор, заключенный между ФИО4 и ФИО2 от  16.02.2016. Применены последствия недействительности сделки в виде восстановления  общего режима совместной собственности на имущество, приобретенное супругами:  ФИО4, ФИО2 в период брака, в том  числе обязали возвратить ФИО2 в конкурсную массу должника  ФИО4 транспортные средства, перечисленные в пункте 2.1  брачного договора: автомобиль марки AUDI Q5, 2011 года выпуска, автомобиль марки  SUZUKI.  

В мотивировочной части судебного акта (определения от 08.07.2019 по делу №  А33-4308-6/2018) отражено, что примененная реституция в данном случае направлена  на восстановление общего режима в отношении имущества, совместно нажитого в  период брака супругами. При этом указание двух конкретных единиц к истребованию  не исключает обязанности по возврату всего имущества совместно нажитого в период  брака в конкурсную массу должника (стр. 15 определения от 08.07.2019 по делу № А334308-6/2018). Также в определении суда указано, что по данным МО ГИБДД ТНРЭР № 3  ГУ МВД России по г. Москве, по состоянию на 05.10.2018 за ФИО2 зарегистрированы транспортные средства (указаны только те единицы  техники, которые приобретены в период брака): 1. 14.06.2016 автомобиль Мерседес -  Бенц, 2015 года выпуска, 2. 26.07.2016 автомобиль Тойота Лэнд Крузер Прадо, 2013  года выпуска.  

Кроме того, указанным определением установлено, что ФИО2 приобрела  спорный автомобиль Мерседес-Бенц GL 400 4MATIC, 2015 года выпуска на основании  договора купли-продажи от 14.06.2016.  

Суд апелляционной инстанции учитывает положения части 3 статьи 69  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, согласной которой  вступившее в законную силу решение суда общей юрисдикции по ранее  рассмотренному гражданскому делу обязательно для арбитражного суда,  рассматривающего дело, по вопросам об обстоятельствах, установленных решением  суда общей юрисдикции и имеющих отношение к лицам, участвующим в деле.  

При этом исполнимость судебных актов, принимаемых судами общей юрисдикции  и арбитражными судами, обеспечивается их обязательностью на всей территории  Российской Федерации для органов государственной власти, органов местного  самоуправления, иных органов, организаций, должностных лиц и граждан, что прямо  предусмотрено соответствующими положениями Гражданского процессуального  кодекса Российской Федерации (статья 13) и Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации (статья 16).  

На основании изложенного, спорное имущество приобретено в период нахождения  ФИО2 в зарегистрированном браке с должником (ФИО4).  

В соответствии с частью 1 статьи 256 ГК РФ и статьей 34 СК РФ имущество,  нажитое супругами во время брака, в том числе доли в уставном капитале  коммерческих организаций, независимо от того, на имя кого из супругов оно  приобретено либо кем из супругов внесены денежные средства, является их совместной  собственностью.  

При этом не имеет значения, на чье имя оформлено право собственности на  совместное имущество супругов.  

Следовательно, обоснованным является вывод суда первой инстанции о том, что  спорное имущество (транспортное средство) является совместно нажитым имуществом  ФИО4 и ФИО2  

В силу части 1 статьи 35 СК РФ владение, пользование и распоряжение общим  имуществом супругов осуществляются по обоюдному согласию супругов.  

При совершении одним из супругов сделки по распоряжению общим имуществом  супругов предполагается, что он действует с согласия другого супруга (пункт 2 статьи  35 СК РФ).  

Положениями абзаца второго части 3 статьи 35 СК РФ предусмотрено, что для  заключения одним из супругов сделки, для которой законом установлена обязательная  нотариальная форма, необходимо получить нотариально удостоверенное согласие  другого супруга. Супруг, чье нотариально удостоверенное согласие на совершение  указанной сделки не было получено, вправе требовать признания сделки  недействительной в судебном порядке в течение года со дня, когда он узнал или должен  был узнать о совершении данной сделки.  

Кроме этого, частью 1 статьи 253 ГК РФ определено, что участники совместной  собственности, если иное не предусмотрено соглашением между ними, сообща владеют  и пользуются общим имуществом.  

В части 2 статьи 253 ГК РФ указано, что распоряжение имуществом, находящимся  в совместной собственности, осуществляется по согласию всех участников, которое  предполагается независимо от того, кем из участников совершается сделка по  распоряжению имуществом.  

В силу пункта 7 статьи 213.26 Закона о банкротстве имущество гражданина,  принадлежащее ему на праве общей собственности с супругом (бывшим супругом),  подлежит реализации в деле о банкротстве гражданина по общим правилам,  предусмотренным настоящей статьей. В таких случаях супруг (бывший супруг) вправе  участвовать в деле о банкротстве гражданина при решении вопросов, связанных с  реализацией общего имущества. В конкурсную массу включается часть средств от  реализации общего имущества супругов (бывших супругов), соответствующая доле  гражданина в таком имуществе, остальная часть этих средств выплачивается супругу  (бывшему супругу). Если при этом у супругов имеются общие обязательства (в том  числе при наличии солидарных обязательств либо предоставлении одним супругом за  другого поручительства или залога), причитающаяся супругу (бывшему супругу) часть  выручки выплачивается после выплаты за счет денег супруга (бывшего супруга) по  этим общим обязательствам.  

В данном случае судебный акт или соглашение о разделе имущества супругов либо  об определении долей суду не представлены. Брачный договор от 16.02.2016,  заключенный между должником и ответчиком признан судом недействительной  сделкой (определение суда от 08.07.2019 по делу № А33-4308-6/2018), на имущество  распространен режим совместной собственности супругов.  

Следовательно, учитывая положения пункта 7 статьи 213.26 Закона о банкротстве,  ФИО3 имела право на часть денежных средств (равную ее доле в  праве) от продажи транспортного средства только после реализации имущества в деле о  банкротстве должника.  

Таким образом, у ФИО3 отсутствовали основания для  самостоятельного распоряжения конкурсной массой.  

С даты признания гражданина банкротом, все права в отношении имущества,  составляющего конкурсную массу, в том числе на распоряжение им, осуществляются  только финансовым управляющим от имени гражданина и не могут осуществляться  гражданином лично; сделки, совершенные гражданином лично (без участия  финансового управляющего) в отношении имущества, составляющего конкурсную  массу, ничтожны (пункт 5 статьи 213.25 Закона о банкротстве).  

Как следует из материалов дела, договор купли-продажи от 04.02.2019 заключен  супругой должника после вынесения судом решения о признании должника банкротом  (после 11.10.2018 - резолютивная часть решения о признании должника банкротом).  

В соответствии с пунктом 1 статьи 174.1 Гражданского кодекса Российской  Федерации сделка, совершенная с нарушением запрета или ограничения распоряжения  имуществом, вытекающих из закона, в частности из законодательства о  несостоятельности (банкротстве), ничтожна в той части, в какой она предусматривает  распоряжение таким имуществом.  

Именно арбитражный управляющий как эффективный менеджер определяет  стратегию проведения процедур банкротства в отношении должника с учетом  возможности восстановления имущественного положения должника или скорейшей  реализации его активов.  

Сделки, совершенные без распоряжения финансового управляющего после  введения процедуры реализации имущества должника, являются недействительными.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление  гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу,  действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо  недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).  

Злоупотребление правом при совершении сделки является нарушением запрета,  установленного в статье 10 ГК РФ, в связи с чем, такая сделка должна быть признана  недействительной в соответствии со статьями 10 и 168 ГК РФ как нарушающая  требования закона.  

Как ранее указано судом, на момент совершения оспариваемой сделки в отношении  должника была введена процедура реализации имущества.  

В силу разъяснений, содержащихся в пункте 7 постановления Пленума Высшего  Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах,  связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности  (банкротстве)», с даты публикации в установленном порядке сообщения о введении в  отношении должника процедуры банкротства предполагается, что любое лицо должно  знать о факте введения процедуры банкротства и о наличии у должника признаков  неплатежеспособности.  

Более того, в рамках дела о банкротстве № А33-4308-6/2018 ФИО2  привлечена к участию в деле в качестве ответчика, по результату которого - брачный  договор от 16.02.2016 признан недействительной сделкой, применены последствия  

недействительности сделки в виде восстановления режима совместной собственности.  С указанным заявлением о признании сделки недействительной финансовый  управляющий обратился в Арбитражный суд Красноярского края 20.12.2018,  определением от 29.01.2019 заявление принято к производству арбитражного суда. В  судебных заседаниях от ФИО3 участвовала представитель ФИО8, на основании доверенности от 26.12.2018.  

При таких обстоятельствах, спорное имущество реализовано ответчиком после  открытия в отношении должника процедуры реализации имущества (11.10.2018), а  также после возбуждения производства (29.01.2019) по рассмотрению заявления  финансового управляющего об оспаривании брачного договора, заключенного  16.02.2016 между вышеуказанными лицами, при рассмотрении которого ФИО2  принимала участие.  

С учетом вышеизложенных обстоятельств, судом первой инстанции справедливо  отклонены доводы ответчика о том, что ФИО2 на момент совершения спорной  сделки было не известно о банкротстве ФИО4 (бывшего супруга), как  противоречащие материалам дела.  

Таким образом, учитывая, что сделка совершена супругой должника, т.е.  заинтересованным лицом по отношению к должнику (статья 19 Закона о банкротстве), а  также после вынесения судом решения о признании должника банкротом, возбуждения  производства по делу № А33-4308-6/2018 в рамках которого ФИО2 являлась  ответчиком по делу, суд приходит к выводу, что ФИО2 знала о том, что в  отношении ФИО4 возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) и он  признан банкротом.  

Суд апелляционной инстанции поддерживает вывод суда первой инстанции о том,  что оспариваемая сделка по отчуждению спорного транспортного средства совершена  супругой должника в обход положений абзаца третьего пункта 5 статьи 213.25 Закона о  банкротстве, после открытия в отношении ФИО4 (после 11.10.2018) процедуры  реализации имущества, то есть с нарушением законодательно установленного запрета  распоряжения имуществом, подлежащим включению в конкурсную массу, в связи с  чем, данная сделка имеет признаки ничтожности в силу закона и подлежит признанию  недействительной.  

Таким образом, правомерен вывод суда первой инстанции о признании  недействительной сделкой договора купли-продажи транспортного средства от  04.02.2019, заключенного между ООО «Мейджор Автомобили» и ФИО3  

Пунктом 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено,  что при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все  полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том  числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной  работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные  последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.  

В соответствии со сведениями ГИБДД от 28.06.2020, спорное транспортное  средство принадлежит ФИО9 на основании договора от 16.03.2019,  заключенного между ООО «Мэйджор Автомобили» (продавец) и ФИО9  (покупатель) в отношении спорного автомобиля Мерседес-Бенц GL 400 4MATIC, 2015  года выпуска по цене 2 760 000 руб. По акту приема-передачи от 16.03.2019 спорный  автомобиль передан новому собственнику, переход права зарегистрирован 26.03.2019.  

Судом признан недействительной сделкой договор купли-продажи транспортного  средства от 04.02.2019, заключенный между ООО «Мейджор Автомобили» и ФИО3, по условиям которого стоимость спорного транспортного средства  составляет 2 435 000 руб., а денежные средства продавец получил в соответствии с  

условиями договора. Так, в соответствии с письменным распоряжением продавца,  денежные средства в сумме 1 179 000 руб. были зачтены в счет оплаты за автомобиль  Хендай Соната, приобретаемый ФИО2 по договору № 443 от 30.01.2019. В  соответствии с другим письменным распоряжением продавца, денежные средства в  сумме 1 256 000 руб. были выплачены продавцу на его расчетный счет в банке.  

Указанные обстоятельства ответчиком не оспорены, доказательства,  опровергающие данные обстоятельства не представлены, о фальсификации  представленных документов в установленном законом порядке не заявлено.  

Финансовый управляющий не оспаривает факт оплаты ООО «Мейджор  Автомобили» спорного автомобиля в размере 2 435 000 руб.  

Финансовым управляющим в подтверждение стоимости спорного имущества в  материалы дела представлен отчет об оценке рыночной стоимости объекта движимого  имущества № 171/10-22 от 17.10.2022, согласно которому стоимость автомобиля  Мерседес-Бенц GL 400 4MATIC, 2015 года выпуска по состоянию на дату совершения  сделки (04.02.2019) составляет 2 680 000 руб.  

Суд первой инстанции пришел к выводу, что отчет об оценке № 171/10-22 от  17.10.2022, выполнен оценщиком в соответствии с требованиями законодательства,  предъявляемыми к отчету об оценке объекта.  

Процессуальные ходатайства о проведении судебной экспертизы лицами,  участвующими в деле, не заявлены. Также лица, участвующие в деле, документально не  подтвердили, что выводы оценщика не соответствуют установленным обстоятельствам.  В судебном заседании суда первой инстанции представители лиц, присутствующих в  судебном заседании не заявили возражений относительно поступившего в материалы  дела отчета об оценке. Кроме того, иной отчет об оценке спорного автомобиля  содержащий сведения об иной стоимости в материалы дела не представлен.  

Следовательно, не усматривается обстоятельств, вызывающих сомнения в  обоснованности отчета об оценке № 171/10-22 от 17.10.2022 или наличия противоречий  в нём, таким образом сведения, указанные в отчете об оценке № 171/10-22 от 17.10.2022  в качестве действительной стоимости спорного транспортного средства на дату  заключения оспариваемого договора купли-продажи являются достоверными.  

При таких обстоятельствах, рыночная стоимость в соответствии с представленным  отчетом об оценки имущества на дату совершения спорной сделки составляет 2 680 000  руб.  

При этом суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для  вывода о неравноценности встречного предоставления по оспариваемому договору, в  том числе в связи с тем, что стоимость спорного транспортного средства ниже его  рыночной стоимости, поскольку в соответствии с условиями оспариваемого договора  стоимость транспортного средства составляет 2 435 000 руб. Таким образом,  определенная стоимость по договору (оплаченная обществом) отличается от стоимости,  указанной в представленном отчете. Вместе с тем, указанная разница, не превышающая  10 %, не может быть признана существенной, указывающая на недействительность  сделки. Аналогичный вывод относительно отсутствия оснований для признания сделки  недействительной, где разница между договорной ценой и рыночной стоимостью  является несущественной содержится в Определении Судебной коллегии по  экономическим спорам Верховного Суда РФ от 21.11.2019 № 306-ЭС19-12580 по делу   № А65-10085/2016  

Представленные в материалы дела доказательства свидетельствуют об отсутствии  занижения цены продажи имущества. Рыночная стоимость спорного имущества на  момент продажи составляла 2 435 000 руб., что в пределах установленной отчетом об  оценке от 17.10.2022 стоимости спорного имущества.  

Как было установлено ранее, спорное имущество являлось совместно нажитым  имуществом ФИО4 и ФИО3, в связи с чем денежные средства  от продажи такого имущества также имеют режим совместной собственности.  

Согласно пункту 1 статьи 322 Гражданского кодекса Российской Федерации  солидарная обязанность (ответственность) или солидарное требование возникает, если  солидарность обязанности или требования предусмотрена договором или установлена  законом, в частности при неделимости предмета обязательства.  

При реализации общего имущества супругов (бывших супругов) в конкурсную  массу включается часть средств, соответствующая доле гражданина в таком имуществе,  остальная часть этих средств выплачивается супругу (п. 7 ст. 213.26 Закона о  банкротстве). Спорное имущество является неделимым, доли супругов не выделены и  не разграничены и поскольку супруга должника распорядилась неделимым  имуществом, в котором 1/2 доли принадлежит должнику, то суд приходит к выводу, что  по настоящему делу в данной части следует применить следующие последствия  недействительности сделки: в виде взыскания с ФИО3  в конкурсную массу должника ФИО4 1 217 500 руб.  

Размер взыскания с ответчика в данном случае определен судом, исходя из размера  имущественных потерь, которые претерпела конкурсная масса должника, т.к. 1 217 500  руб. (=2 435 000/2) должны были поступить в конкурсную массу для распределения  финансовым управляющим по правилам статьи 213.27 Закона о банкротстве. Остальная  часть денежных средств не подлежала бы распределению по правилам статьи 213.27  Закона о банкротстве, в связи с чем не имеется правовой цели для её взыскания в  конкурсную массу.  

 В ходе рассмотрения дела ответчиком заявлено о пропуске срока исковой  давности.  

По результатам рассмотрения заявления о пропуске срока исковой давности суд  первой инстанции определил, что годичный срок исковой давности не пропущен,  поскольку начало его течения определено с 24.03.2022 – даты письма МРЭО ГИБДД  МУ МВД России «Красноярское» исх. № 112/4949.  

В апелляционной жалобе ответчик выражает несогласие с выводом суда первой  инстанции о соблюдении срока исковой давности, ссылаясь, что финансовому  управляющему было известно о наличии у ответчика спорного транспортного средства  по состоянию на 05.10.2018.  

Судебная коллегия не поддерживает выводы суда первой инстанции о дате начала  течения срока исковой давности, однако приходит к выводу, что срок исковой давности  не пропущен в связи со следующим.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 174.1 Гражданского кодекса Российской  Федерации сделка, совершенная с нарушением запрета или ограничения распоряжения  имуществом, вытекающих из закона, в частности из законодательства о  несостоятельности (банкротстве), ничтожна в той части, в какой она предусматривает  распоряжение таким имуществом (статья 180 Гражданского кодекса Российской  Федерации).  

С учетом принципа буквального толкования положений абзаца третьего пункта 5  статьи 213.25 Закона о банкротстве, сделка, совершенная гражданином лично (без  участия финансового управляющего) в отношении имущества, составляющего  конкурсную массу, ничтожна.  

В отсутствие доказательств совершения спорной сделки с согласия финансового  управляющего суд правомерно признал ее ничтожной в связи с нарушением абзаца 5  статьи 213.25 Закона о банкротстве.  

В силу пункта 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок  исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности  

ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166)  составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям  начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае  предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо  узнало или должно было узнать о начале ее исполнения.  

Таким образом, в рамках рассматриваемых правоотношений с учетом признания  спорного договора ничтожным как совершенным с нарушений положений абзаца  третьего пункта 5 статьи 213.25 Закона о банкротстве, применению подлежит  трехлетний срок исковой давности.  

Как указано выше, при рассмотрении спора о признании недействительным  брачного договора (А33-4308-6/2018) в материалы дела были представлены сведения о  том, что за ФИО2 зарегистрировано в том числе имущество: Мерседес-Бенц GL  400 4MATIC, 2015 года выпуска (письмо ГИБДД от 08.10.2018). Таким образом, в  период рассмотрения спора по делу № А33-4308-6/2018 финансовый управляющий был  осведомлен о наличии у бывшей супруги должника в собственности транспортного  средства. При этом, представитель ответчика участвовала в судебных заседаниях по  делу № А33-4308-6/2018, где исследовался в том числе состав совместно нажитого  имущества супругов, однако не сообщила ни суду, ни управляющему об отчуждении  транспортного средства - Мерседес-Бенц GL 400 4MATIC , в отношении которого в  деле имелись сведения о его принадлежности ФИО2  

Судебная коллегия полагает, что до момента вынесения судебного акта по делу №  А33-4308-6/2018 срок исковой давности не мог начать течь, поскольку материалами  дела № А33-4308-6/2018 подтверждалась принадлежность имущества ответчику и сам  ответчик об отчуждении имущества не сообщил.  

По результатам рассмотрения дела № А33-4308-6/2018 признан недействительной  сделкой брачный договор, заключенный между ФИО4 и ФИО2 от  16.02.2016. Применены последствия недействительности сделки в виде восстановления  общего режима совместной собственности на имущество, приобретенное супругами:  ФИО4, ФИО2 в период брака, в том  числе обязали возвратить ФИО2 в конкурсную массу должника  ФИО4 транспортные средства, перечисленные в пункте 2.1  брачного договора: автомобиль марки AUDI Q5, 2011 года выпуска, автомобиль марки  SUZUKI. Определение от 08.07.2019 вступило в законную силу 23.07.2019.  

Судебная коллегия полагает, что с указанной даты (23.07.2019) начал течь срок  исковой давности, поскольку действуя добросовестно и разумно, принимая во внимание  отраженные в судебном акте от 08.07.2019 выводы о том, что все имеющееся  имущество обладает является совместно нажитым имуществом супругов, управляющий  с момента вступления судебного акта в законную силу должен был принять меры к  установлению судьбы транспортных средств ответчика.  

Поскольку с заявлением о признании сделки недействительной управляющий  обратился 06.05.2022, трехлетний срок исковой давности не пропущен.  

По результатам рассмотрения апелляционной жалобы, судом апелляционной  инстанции установлено, что доводов, основанных на доказательственной базе и  позволяющих отменить обжалуемый судебный акт, апелляционные жалобы не  содержат, суд первой инстанции полно и всесторонне исследовал материалы дела, дал  им правильную оценку (с учетом их достаточности и взаимной связи доказательств в их  совокупности, в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации) и не допустил нарушения норм материального и  процессуального права.  

Материалы дела исследованы судом полно, всесторонне и объективно,  представленным сторонами доказательствам дана надлежащая правовая оценка,  

изложенные в обжалуемом судебном акте выводы соответствуют фактическим  обстоятельствам дела.  

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно части 4 статьи 270  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным  основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не  установлено.  

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации, статьей 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации расходы по  оплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы относятся на  подателя жалобы.  

Руководствуясь статьями 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, Третий арбитражный апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Красноярского края от «30» января 2023 года по  делу № А33-4308/2018к10 оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без  удовлетворения.  

Настоящее постановление вступает в законную силу с момента его принятия и  может быть обжаловано в течение одного месяца в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа через арбитражный суд, принявший определение.  

Председательствующий М.Н. Инхиреева Судьи: Ю.В. Хабибулина 

И.В. Яковенко