Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

Дело № А40-34648/18-57-161

г. Москва

29 сентября 2020 года

Резолютивная часть решения объявлена 11 сентября 2020 года

Полный текст решения изготовлен 29 сентября 2020 года

Арбитражный суд города Москвы в составе:

Председательствующего Ждановой Ю.А. 

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1 

рассматривает в судебном заседании дело 

истец ФИО2  

ответчики: 1. ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "ВЕРТИКАЛЬНЫЕ ТЕХНОЛОГИИ" 2. ФИО3

о передачи доли обществу

в заседании приняли участие:

от истца: ФИО4 по доверенности от  04.09.2020 года, ФИО2  (лично)

от ответчика 1: ФИО5 по доверенности от 07.10.2019 года

от ответчика 2: не явился, извещен

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратился в Арбитражный суд города Москвы с иском к Обществу с ограниченной ответственностью "ВЕРТИКАЛЬНЫЕ ТЕХНОЛОГИИ", ФИО3 о передаче доли обществу.

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 25.12.2018 г. в удовлетворении исковых требований отказано.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 13.09.2019 г. решение Арбитражного суда г. Москвы от 25.12.2018 г. оставлено без изменения.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 18.12.2019 г. решение Арбитражного суда города Москвы от 25.12.2018 года и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 13.09.2019 г. отменены. Дело направлено на новое рассмотрение.

Истец поддержал заявленные исковые требования.

Ответчик 1 возражал против удовлетворения заявленных исковых требований.

Ответчик 2, извещенный надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в заседание не явился. Дело рассмотрено в отсутствие представителя ответчика 2, в порядке ст.ст. 123, 156 АПК РФ.

Суд, рассмотрев исковые требования, выслушав доводы сторон, исследовав и оценив имеющиеся в материалах дела доказательства, считает, что заявленные исковые требования не подлежат удовлетворению по следующим основаниям. 

При этом суд исходит из того, что в соответствии со ст. 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном АПК РФ.

Согласно ст. 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Из материалов дела следует, что ООО «Лобненский лифтостроительный завод» являлся участником ООО «Вертикальные технологии» с долей участия в размере 51 % уставного капитала общества. Вторым участником с долей участия в размере 49 % являлся ООО «ОСП МиТОЛ».

ООО «ОСП МиТОЛ» в 2016 году, вышло из общества, а доля в соответствии со ст. 23 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» перешла к ООО «Вертикальные технологии».

Далее, как следует из материалов дела, обществом в лице ООО «Лобненский лифтостроительный завод» было принято решение  № 8 от 09.02.17 года о продаже доли в размере 49 % номинальной стоимостью 4 900 руб. ФИО3 

В обоснование иска первоначальный истец (ООО «Лобненский лифтостроительный завод») ссылался на то, что он решений о продаже спорной доли не принимал.

Истец (ООО «Лобненский лифтостроительный завод»), заявляя исковые требования,  ссылался на ст. 21 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» согласно которой, в случае отчуждения либо перехода доли или части доли в уставном капитале общества по иным основаниям к третьим лицам с нарушением порядка получения согласия участников общества или общества, предусмотренного настоящей статьей, а также в случае нарушения запрета на продажу или отчуждение иным образом доли или части доли участник или участники общества либо общество вправе потребовать в судебном порядке передачи доли или части доли обществу в течение трех месяцев со дня, когда они узнали или должны были узнать о таком нарушении.

Именно нарушение положений конкретно указанной нормы закона (преимущественного права) и послужило для истца (ООО «Лобненский лифтостроительный завод») основанием для обращения в суд с требованием передать ООО «Вертикальные технологии» долю в размере 49 % уставного капитала, незаконно отчужденную в пользу ФИО3

При первом рассмотрении дела, судом в удовлетворении исковых требований было отказано.

При новом рассмотрении дела, исполняя указания суда кассационной инстанции, судом рассмотрено ходатайство истца об уточнении исковых требований в следующей редакции: признать недействительной сделкой договор купли-продажи 49 % доли в обществе ФИО3, признать государственную регистрацию 49 % доли в обществе за ФИО3 незаконной; применить последствия недействительности сделки и передать незаконно отчужденную ФИО3 долю в размере 49 % обратно обществу.

Судом данное ходатайство рассмотрено и в его удовлетворении отказано, поскольку нормами ст. 49 АПК РФ не предусмотрено одновременное изменение и предмета и оснований иска. При этом суд полагает, что изменяя предмет иска заявленным образом, истец, по сути, заявляет дополнительные самостоятельные требования по новым фактическим обстоятельствам (новым основаниям), что не предусмотрено нормами АПК РФ.

Иного ходатайства об уточнении исковых требований истцом заявлено не было.

Исполняя указания суда кассационной инстанции, судом было предложено ответчику представить подлинный экземпляр решения № 8 от 09.02.17 года.

На вопрос суда ответчик и истец пояснили суду, что не имеют подлинного экземпляра спорного решения № 8.

Исполняя указания суда кассационной инстанции, судом по заявлению истца, было рассмотрено заявление о фальсификации указанного решения № 8 от 09.02.17 года, в удовлетворении которого было отказано, поскольку, по мнению суда, удовлетворение данного заявления  не приведет к подтверждению либо опровержению обстоятельств, входящих в предмет доказывания по данному делу с учетом заявленных предмета и оснований иска. При этом суд учитывает, что заявителем не указано лицо, которое, по мнению истца, совершило фальсификацию и должно нести за это уголовную ответственность в соответствии со ст. 303 УК РФ. При этом судом дополнительно принято во внимание, что истец просит суд проверить на предмет фальсификации доказательств, представленное самим истцом в рамках рассмотрения дела в суде апелляционной инстанции спорное решение с отметкой налогового органа, что противоречит нормам действующего законодательства.  При этом, судом указано, что несоответствие информации, изложенной в документе, имеющимся в действительности обстоятельствам, само по себе не свидетельствует о фальсификации документа как письменного доказательства.

Как указывалось ранее, обществом в лице ООО «Лобненский лифтостроительный завод» было принято решение  № 8 от 09.02.17 года о продаже доли в размере 49 % номинальной стоимостью 4 900 руб. ФИО3 

В обоснование иска первоначальный истец (ООО «Лобненский лифтостроительный завод») ссылался на то, что он решений о продаже спорной доли не принимал.

Вместе с тем, истец, оспаривая подпись генерального директора ООО «Лобненский лифтостроительный завод» ФИО6, не оспорил печать общества, проставленную в данном решении.

Заявляя ходатайство о проведении экспертизы, в удовлетворении которого судом было отказано, истец просил проверить подлинность подписи только генерального директора ФИО7

Отказывая в удовлетворении ходатайства, суд в том числе исходил из того, что оспариваемый истцом документ содержит печать общества, подлинность которой не оспорена, процессуальных ходатайств по проверке подлинности печати не заявлено.

При этом, из материалов дела следует, что в материалы дела представлена оферта от 28.11.2017 года, согласно которой ООО «Лобненский лифтостроительный завод» в лице генерального директора ФИО6, направляет второму участнику общества ФИО3 извещение о намерении продать долю в размере 51 % за 5 100 руб. третьему лицу. 

Следует отметить, что подпись ФИО6 заверена нотариусом г. Москвы ФИО8, а также ему разъяснено содержание ст. 21 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью».

Далее, из представленной оферты от 12.03.18 года следует, что снова ООО «Лобненский лифтостроительный завод» в лице генерального директора ФИО6, направляет второму участнику общества ФИО3 извещение о намерении продать долю в размере 51 % за 5 100 руб. третьему лицу. 

В данной оферте также подпись ФИО6 заверена нотариусом г. Москвы ФИО8, а также ему разъяснено содержание ст. 21 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью».

Таким образом, суд полагает, что ФИО6 все это время считал ФИО3 вторым участником общества, и совершал конклюдентные действия по признанию факта участия в обществе ФИО3 с долей участия в размере 49 %, что также подтверждает наличие согласия ООО «Лобненский лифтостроительный завод» на отчуждение указанной доли.

Данные оферты были направлены ФИО3 уже после принятия спорного решения № 8 от 09.02.17 года, что подтверждает наличие воли ФИО6 на признание факта правомерности участия ФИО3 в обществе. 

Из материалов дела следует, что ФИО3 дважды, получив оферты, не возражал против заключения указанной сделки и вхождения ФИО2 в состав участников общества. Данные обстоятельства подтверждают добросовестное поведение ФИО3 в сложившихся корпоративных отношениях. Доказательств обратного суду не представлено.

Довод истца о том, что указанные оферты направлялись ошибочно судом отклоняется как документально не подтверждённый. 

Принимая во внимание наличие в обществе корпоративного конфликта, суд также критически относится к объяснениям ФИО6 (бывшего генерального директора ООО «Лобненский лифтостроительный завод»), данные им 22.08.2019 года оперуполномоченному 4 ОРЧ ОЭБ и ПК УВД по СЗАО ГУ МВД России по г. Москве, согласно которым он не подписывал решение № 8 и нотариально удостоверенному заявлению ФИО6 от 01.04.2019 года о том, что он не подписывал решение № 8.

Таким образом, 09 февраля 2017 года было принято решение продать принадлежащую Обществу долю в уставном капитале в размере 49%  ФИО3.

Указанные корпоративные решения послужили основанием для принятия Межрайонной инспекцией Федеральной налоговой службы России № 46 по г. Москве решения о государственной регистрации от 01 марта 2017 года № 7177746001525. После реализации указанных решений в Обществе стало два участника: ООО «Лобненский лифтостроительный завод» с долей в уставном капитале в размере 51% и ФИО3 с долей в размере 49% уставного капитала.

С учетом изложенного, суд полагает, что в материалы дела не представлено доказательств нарушения порядка отчуждения спорной доли в уставном капитале общества.

Только год спустя после приобретения ФИО3 доли общества ООО «Лобненский лифтостроительный завод» обратилось с настоящим иском.

 Обратившись с иском в суд, ООО «Лобненский лифтостроительный завод» полагал, что переход права собственности на долю в уставном капитале Общества к ФИО3 произошёл с нарушением преимущественного права Общества на приобретение долей, предусмотренного п. 18 ст.21 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью».

Анализ данной процессуальной нормы позволяет сделать вывод о том, что именно истец – ООО «Лобненский лифтостроительный завод» должен обосновать наличие у него материально-правовой заинтересованности в деле и указать, на защиту каких именно его субъективных прав и законных интересов направлены исковые требования, какие права истца могли бы быть защищены (восстановлены) в случае удовлетворения иска, и обосновать чем обусловлен конкретно выбранный им способ защиты.

Вместе с тем, как следует из материалов дела, 09.04.18 года, спустя 1,5 месяца после обращения в суд с настоящим иском, ООО «Лобненский лифтостроительный завод» заключил с ФИО2 договор купли-продажи доли в размере 51% уставного капитала ООО «Вертикальные технологии».

Указанная сделка была осуществлена с согласия второго участника общества – ФИО3, полученного путем направления соответствующих оферт. 

Таким образом, ООО «Лобненский лифтостроительный завод» счел возможным для себя полностью отказаться от долевого участия в обществе.

В судебном заседании ФИО2 подтвердил суду, что на момент приобретения спорной доли знал о существующем положении вещей, о наличии искового производства по спорной доле, однако счел возможным войти в состав участников общества. При этом на вопрос суда ФИО2 и его представитель пояснили, что уже на момент приобретения доли ФИО2 имелся корпоративный конфликт в обществе. 

Таким образом, ООО «Лобненский лифтостроительный завод», продав долю, перестало быть заинтересованным лицом, а ФИО2 не приобрел статус заинтересованного  лица, поскольку его права на момент оспариваемых событий не могли быть нарушены, поскольку он не являлся участником общества.

В соответствии с абзацем 2 пункта 12 ст. 21 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» к приобретателю доли или части доли в уставном капитале общества переходят все права и обязанности участника общества, возникшие до совершения сделки, направленной на отчуждение указанной доли или части доли в уставном капитале общества, или до возникновения иного основания ее перехода, за исключением прав и обязанностей, предусмотренных соответственно абзацем вторым пункта 2 статьи 8 и абзацем вторым пункта 2 статьи 9 настоящего Федерального закона». 

Согласно абз.2 п.2 ст. 8 дополнительные права, предоставленные определенному участнику общества, в случае отчуждения его доли или части доли к приобретателю доли или части доли не переходят. 

Согласно абз.2 п. 2 ст. 9 дополнительные обязанности, возложенные на определенного участника общества, в случае отчуждения его доли или части доли к приобретателю доли или части доли не переходят. 

Соответственно, в силу вышеуказанных норм корпоративного права и с учетом положений устава Общества, исключительно  ООО «Лобненский лифтостроительный завод» было предоставлено право требовать перевода прав на него или общество в силу п. 18. ст. 21 Федерального закона «Об ООО» и данное дополнительное право с учетом императивного указания закона к ФИО2 перейти не может, поскольку на момент оспариваемых действий ФИО2 не являлся участником общества.

Таким образом, из вышеуказанного следует, что ФИО2, приобретая 09.04.2018г. (в период наличия данного судебного спора) должен был осознавать последствия приобретения спорной доли в ООО «Вертикальные технологии» у ООО «Лобненский лифтостроительный завод» и должен был осознавать последствия как своих действий, так и учитывать вышеуказанные нормы корпоративного права.

При этом, ответчик не мог нарушить преимущественное право истца, поскольку на момент совершения оспариваемых действий, ФИО2 не обладал указанным преимущественным правом, поскольку участником общества не являлся. Данное право в силу указания закона не может перейти от одного участника к другому при отчуждении доли.

Суд полагает, что несогласие нового участника с положением вещей в обществе после приобретения им доли участия, не дает возможности новому участнику оспаривать корпоративные действия в рамках ст. 21 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью». 

Довод истца, заявленный суду в судебном заседании, о том, что настоящий судебный процесс, имевший место в момент приобретения ФИО2 доли, являлся некой гарантией для истца незаконности отчуждения доли ФИО3 не может быть принят судом во внимание, поскольку не основан на нормах действующего законодательства и не выдерживает критики.

Ссылка истца на судебную практику также не принимается судом, поскольку в данной практике изложены иные фактические обстоятельства дела, не соответствующие данному спору.

Доказательств наличия материально-правового интереса у ФИО2 при избранном способе защиты нарушенного права, суду не представлено.

Следуя логике истца, любое лицо, приобретя долю спустя значительное время, может начать оспаривать все корпоративные действия, совершенные в обществе, имевшие место до момента приобретения им доли, что не соответствует нормам действующего законодательства.

Доводы истца об утрате «корпоративного контроля» судом отклоняется, как документально не подтвержденный и не основанный на законе. Истец добровольно вошёл в состав участников Общества, при этом, при заключении сделки купли-продажи доли в уставном капитале истец знал о предмете сделки, о наличии других участников в обществе, о принятых корпоративных решениях и наличии судебного спора.

Суд полагает, что истец не лишен возможности защищать свои нарушенные права и законные интересы в ином самостоятельном споре, не в рамках положений ст. 21 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью».

Ответчиками заявлено о пропуске истцом срока исковой давности.

Суд, рассмотрев данное заявление, считает, что истцом пропущен срок исковой давности в виду следующего.

В соответствии с п. 18 ст. 21 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», в случае отчуждения либо перехода доли или части доли в уставном капитале общества по иным основаниям к третьим лицам с нарушением порядка получения согласия участников общества или общества, предусмотренного настоящей статьей, а также в случае нарушения запрета на продажу или отчуждение иным образом доли или части доли участник или участники общества либо общество вправе потребовать в судебном порядке передачи доли или части доли обществу в течение трех месяцев со дня, когда они узнали или должны были узнать о таком нарушении.

Решение № 8 о продаже 49% долей в уставном капитале ООО «Вертикальные технологии», принадлежащих самому Обществу, ФИО3, было принято 09 февраля 2017 года. Сведения о новом участнике Общества были внесены в ЕГРЮЛ 01.03.2017 года.

Таким образом, срок для его оспаривания истёк 10 мая 2017 года, если принимать во внимание дату регистрации изменений – 01.03.17 года, то срок исковой давности истек 01.06.17 года.

С учетом изложенных выше обстоятельств, принимая во внимание направленные оферты,  истец (ООО «ЛЛЗ») не мог не знать о принятых корпоративных решениях. При нормальном функционирование юридического лица сведения об изменениях в ЕГРЮЛ не могли оставаться для истца неизвестными.

Истец обратился с иском в суд 22 февраля 2018 года. 

Довод истца о том, что трёхмесячный срок на подачу иска не пропущен, поскольку он узнал о спорном решении 28 ноября 2017 года, после обращении к нотариусу г. Москвы ФИО8 для целей нотариального удостоверения оферты, судом отклоняется как документально не подтвержденный.

Доказательств наличия уважительных причин для пропуска срока исковой давности, суду не представлено.

Приобретение ФИО2 доли по договору от 09.04.18 года не может влиять на положения о пропуске срока исковой давности, поскольку как уже отмечалось ранее, на момент совершения оспариваемых действий, ФИО2 не обладал указанным преимущественным правом, поскольку участником общества не являлся. Данное право в силу указания закона не может перейти от одного участника к другому при отчуждении доли.

В соответствии со ст. 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Согласно ч. 4 ст. 170 АПК РФ в случае отказа в иске в связи с признанием неуважительными причин пропуска срока исковой давности или срока обращения в суд в мотивировочной части решения суда указывается только на установление судом данных обстоятельств.

Из пункта 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 N 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» следует, что истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 ГК РФ). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

Согласно ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Исследовав и оценив представленные доказательства, исходя из предмета и оснований заявленных исковых требований, с учетом положений ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу, что истцом не представлено доказательств, подтверждающих с достоверностью и достаточностью исковые требования, поэтому у суда отсутствуют правовые основания для удовлетворения иска.

Расходы по оплате госпошлины относятся на истца в соответствии со ст. 110 АПК РФ.

С учетом изложенного, на основании ст.ст. 65, 71, 102, 110, 167-171, 176, 180, 181 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в Девятый арбитражный апелляционный суд в месячный срок со дня его принятия. 

Судья                                                                                    Жданова Ю.А.