ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

Москва

15.08.2023                                                                                      Дело № А40-79138/21

 

Резолютивная часть постановления оглашена 10 августа 2023 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 15 августа 2023 года.

 

Арбитражный суд Московского округа в составе:

председательствующего – судьи Тарасова Н.Н.,

судей Дербенева А.А., Кручининой Н.А.,

при участии в судебном заседании:

от ФИО1 – ФИО2 по доверенности от 18.02.2022;

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу

общества с ограниченной ответственностью «Розарт импорт»

на определение Арбитражного суда города Москвы от 15.03.2023,

на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 13.06.2023

о признании недействительной сделки по перечислению в пользу общества с ограниченной ответственностью «Розарт импорт» денежных средств в общем размере 2 500 000 руб.

в рамках рассмотрения дела о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Медкомплект», 

 

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда города Москвы от 23.12.2021 общество с ограниченной ответственностью «Медкомплект» (далее – должник) было признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство по упрощенной процедуре отсутствующего должника, конкурсным управляющим должника утверждена ФИО3

В Арбитражный суд города Москвы поступило заявление конкурсного управляющего должника о признании недействительной сделки по перечислению должником в пользу общества с ограниченной ответственностью «Розарт импорт» (далее – ответчика) денежных средств в общем размере 2 500 000 руб., которое обжалуемым определением Арбитражного суда города Москвы от 15.03.2023, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 13.06.2023, было удовлетворено.

Не согласившись с вынесенными судебными актами, ответчик обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой, указывая на неправильное применение судами норм материального и процессуального права и неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения данного дела, просит удовлетворить кассационную жалобу, обжалуемые определение и постановление отменить, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований.

Заявитель кассационной жалобы своими процессуальными правами распорядился самостоятельно, явку своего представителя в судебное заседание не обеспечил, доводы кассационной жалобы не поддержал.

В судебном заседании представитель ФИО1 доводы кассационной жалобы ответчика поддержал.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что, в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не препятствует рассмотрению кассационной жалобы в их отсутствие.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ), информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Изучив материалы дела, выслушав объяснения представителей лиц, участвующих в деле, явившихся в судебное заседание, обсудив доводы кассационной жалобы и возражений относительно нее, проверив в порядке статей 286, 287 и 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, законность обжалованных судебных актов, судебная коллегия суда кассационной инстанции не находит оснований для отмены определения и постановления по доводам кассационной жалобы.

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закона о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

В соответствии со статьей 61.1 Закона о банкротстве, сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее - ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Обращаясь за судебной защитой, конкурсный управляющий должника указывал, что спорные платежи являются недействительными сделками на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, как причинившие вред имущественным правам кредиторов.

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции исходил из того, что в соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника.

Согласно правовой позиции высшей судебной инстанции, приведенной в пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановления от 23.12.2010 № 63), для признания сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходима совокупность следующих условий: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств, суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце 4 пункта 5 постановления от 23.12.2010 № 63, при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что, в силу абзацев 32 и 33 статьи 2 Закона о банкротстве, под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно абзацам 33 и 34 статьи 2 Закона о банкротстве, для целей данного закона под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

Обязательным условием возможности оспаривания подозрительной сделки по субъективному критерию является наличие достаточных доказательств того, что другая сторона по сделке знала о совершении должником данной сделки в целях причинения ущерба имущественным правам кредиторов.

В силу статьи 19 Закона о банкротстве, заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются: лицо, которое, в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции», входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника.

Группой лиц признается совокупность физических лиц и (или) юридических лиц отвечающее признаку - хозяйственные общества, в которых одно и то же физическое лицо или одно и то же юридическое лицо осуществляет функции единоличного исполнительного органа.

Согласно выработанной в судебной практике позиции, аффилированность может носить фактический характер без наличия формально-юридических связей между лицами (определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475).

Если стороны спора действительно являются аффилированными, при рассмотрении настоящего спора должен быть применен еще более строгий стандарт доказывания, чем к обычному кредитору в деле о банкротстве.

Такое лицо должно исключить любые разумные сомнения в реальности долга, поскольку общность экономических интересов, в том числе повышает вероятность представления кредитором внешне безупречных доказательств исполнения по существу фиктивной сделки (определения Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6), от 11.09.2017 № 301-ЭС17-4784), что не отвечает стандартам добросовестного осуществления прав.

В настоящем случае, судом первой инстанции установлено, что аффилированность должника и ответчика установлена через компании, их директоров и учредителей – ответчика, а также общества с ограниченной ответственностью «РИО РОЗА»; «ЭНИ ТОРГ», «ЛАЙМ», «РОНДО», ТД «АРЗАН», ТК «М-групп»; «ТФК Орто»; «Транснациональная фармацевтическая компания».

Так, ФИО4 с 04.06.2013 является единственным учредителем и директором ответчика и общества «РИО РОЗА», директором которого и участником общества «ЭНИ ТОРГ» является ФИО5, а в определенный период – ФИО6, в свою очередь, являвшийся директором общества «ЛАЙМ», учредителем которого, а также общества «Рондо», является ФИО7, участником которого также является ФИО8, в свою очередь, являвшийся участником и генеральным директором общества ТД «AP3AH».

ФИО9 и ФИО10 являлись директорами общества ТД «АРЗАН».

ФИО9 и ФИО10 являются директором и участником общества ТК «М-групп», а его участником –  ФИО11

Исходя из частично переданных бывшим директором должника документов, конкурсным управляющим усматриваются признаки подконтрольности должника и ответчика единому центру.

Согласно таможенным формам учета перемещения импортного товара представитель покупателя в графе электронная почта указан адрес z.n.pominova@tfk-pharma.ru, содержащий анкетные данные . 

Приведенный почтовый адрес z.n.pominovaatfk-pharma.ru содержит фамилию ФИО12 работника общества «ТФК-ФАРМА», а также вероятного родственника ФИО13 президента и Управляющего Фонда развития цифровой трансформации, где ФИО14 является учредителем.

Общество «ТФК», участником которого является ФИО11, имеет аффилированные связи с обществами «Транснациональная фармацевтическая компания» через общества с ограниченной ответственностью «Ай Ди Системс», «Торжок», «Велиссимо», ТД «Арзан», ТК «М-групп» , где ФИО11 также является участником.

Из выписки «Контур.Фокус.связи» следует, что учредителем и генеральным директором общества «ТФК-ФАРМА» является ФИО15

Участником общества «Транснациональная фармацевтическая компания» является ФИО11

При этом общества «ТФК-ФАРМА» и «Транснациональная фармацевтическая компания» имеют юридическую аффилированность, так как из выписки «Контур.фокус.связи» следует, что ФИО16 является учредителем и генеральным директором общества с ограниченной ответственностью  «Доступная среда», а последнее и общества «ТФК Орто», «Транснациональная фармацевтическая компания» имеют аффилированные связи, поскольку генеральным директором общества «ТФК Орто» является ФИО11, а его учредителем –  ФИО15

Конкурным управляющим установлено, что группа компаний «ТФК», созданная семьей Джавадян, состоит из более чем десятка связанных между собой организаций, которые вели разную деятельность в разное время, занимались поставками медицинских изделий, продуктов питания, цветов, обувью.

Доводы конкурсного управляющего о том, что должник и ответчик входят в одну группу компаний «ТФК» нашли свое объективное и полное подтверждение данными  открытых источников, которые указывают на то, что состав руководителей, участников и акционеров, в период совершения оспариваемых действий, был подконтролен членам семьи Джавадян.

При этом, постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 14.10.2022 по настоящему делу была установлена аффилированность группы компаний.

В частности, в судебном акте указано, что общество «ТФК» не могло не знать о том, что должник находится в ситуации имущественного кризиса.

Основным видом деятельности общества «ТФК» является торговля розничная изделиями, применяемыми в медицинских целях, ортопедическими изделиями в специализированных магазинах (позиция 47.74 Общероссийского классификатора видов экономической деятельности).

При этом, предоставление займов, получение прибыли от процентов за пользование займами, а также финансовые вложения - это обычная хозяйственная деятельность кредитных организаций, к которой не относится общество «ТФК».

Вместе с тем, согласно банковской выписке со счета должника, открытого в ПАО «Сбербанк России», с 2018 года и до вынесения решения о признании должника банкротом, между должником и группой компаний – обществами «Транснациональная фармацевтическая компания», «ТФК ЦФО», «ТФК ЦФО-РОЗНИЦА», «ТФК» на постоянной основе совершались операции по перечислению денежных средств со ссылками на договоры займа.

Указанные операции, с учетом установленных в системе «СПАРК» связей, также могут говорить о наличии между должником и группой компаний устойчивых взаимоотношений на протяжении всего срока деятельности компании должника свидетельствующих о фактической аффилированности с должником.

Согласно пунктам 1 и 7 статьи 9 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции», группой лиц признается совокупность физических лиц и (или) юридических лиц, соответствующих одному или нескольким признакам из следующих признаков: лица, каждое из которых о какому-либо из указанных в пунктах 1-7 названной части признаку входит в группу с одним и тем же лицом, а также другие лица, входящие с любым из таких лиц в группу по какому-либо из указанных в пунктах 1-7 названной части признаку.

Согласно правовой позиции высшей судебной инстанции, изложенной в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056 (6) и от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированное юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической.

Второй из вышеуказанных механизмов, по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках», не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказания влияния на принятие решений.

Указанные обстоятельства свидетельствуют об имеющейся аффилированности должника и ответчика.

Вопреки доводам ответчика об обратном, доказательств, подтверждающих коммерческий характер сделок и реальность отношений между должником и ответчиком последним не представлено.

Конкурный управляющий указывал на то, что оспариваемые платежи являются мнимыми сделками, совершенными лишь для вида, без намерения создать соответствующие им правовые последствия.

Как разъяснено в пункте 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение.

В настоящем случае, суд первой инстанции согласился с доводами конкурсного управляющего о мнимом характере сделки с учетом следующих обстоятельства.

Согласно пункту 1.1 договора поставки от 16.12.2019 № 16\12-19, покупатель (должник) поручил исполнителю (должнику) за вознаграждение поставить товары в ассортименте и количестве согласно заявке бывшим директором (заказу).

Согласно предоставленным бывшим генеральным директором должника счета на оплату от 16.12.2019 № 256 и товарной накладной от 19.12.2019 № 369, ответчик поставил в адрес должника 78 125 свежесрезанных роз.

Основным видом деятельности должника является позиция 46.46.2 74 Общероссийского классификатора видов экономической деятельности - торговля оптовая изделиями, применяемыми в медицинских целях, при этом, предметом договора являются свежесрезанные розы.

Обоснований экономической целесообразности закупки такого вида товара ответчиком не представлено.

Местом заключения договора поставки являлся г. Ростов-на-Дону.

Между тем, юридический адрес должника – Москва.

На момент заключения договора поставки, адресом место нахождения ответчика являлся: 

<

...>, оф. 4.

Впоследствии адрес был изменен на: Респ. Дагестан, г. Махачкала, ул. Ермошкина, д. 52, комн. 6.

Согласно открытым источникам информации «СПАРК», у ответчика отсутствует собственный капитал, сведения в ЕГРЮЛ признаны недостоверными, компания имела задолженности по уплате налогов, имелись действующие решения налогового органа о приостановлении операций по счетам, в отношении ответчика есть незавершенные исполнительные производства.

Из переданной документации от бывшего директора должника конкурсному управляющему, документы, подтверждающие транспортировку товаров по маршруту Ростов-на-Дону – Москва отсутствуют.

Судами также учтено, что вопреки доводам ответчика об обратном, на момент перечисления денежных средств, должник отвечал признакам неплатежеспособности, в том числе, и потому что прекратил исполнение денежных обязательств перед своими контрагентами, требования которых впоследствии были включены в реестр требований кредиторов должника.

Из показателей бухгалтерской отчетности за 2018 год также усматривается рост кредиторской задолженности.

Вместе с тем, в период с 01.01.2020 по 31.12.2020 должником были заключены договоры займов с ООО «ТФК» на общую сумму 32 047 850 руб. и ООО «СМУ-95» на общую сумму - 58 399 000 руб., в результате чего, активы должника были искусственно завышены краткосрочными финансовыми вложениями.

В то время как расходы должника за 2020 году составили более 56 615 000 руб., чистая прибыль на конец 2020 года составила 284 000 руб.

На основании изложенного, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о наличии оснований для признания спорных перечислений денежных средств недействительными сделками.

Последствия признания сделок недействительными применены судом правильно.

Судебная коллегия также полагает необходимым отметить следующее.

При рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного акта судом первой инстанции были установлены все существенные для спора обстоятельства и дана надлежащая правовая оценка.

Выводы основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу, нормы материального права применены правильно.

На основании изложенного, суд апелляционной инстанции правомерно оставил определение суда первой инстанции без изменения.

Судебная коллегия суда кассационной инстанции соглашается с выводами судов первой и апелляционной инстанций, не усматривая оснований для их переоценки, поскольку названные выводы в достаточной степени мотивированы, соответствуют нормам права.

Судебная коллегия полагает необходимым отметить, что кассационная жалоба не содержит указания на наличие в материалах дела каких-либо доказательств, опровергающих выводы судов, которым не была бы дана правовая оценка судом первой инстанции и судом апелляционной инстанции.

Судами правильно применены нормы материального права, выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам и основаны на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, приведенной, в том числе в определении от 17.02.2015 № 274-О, статьи 286-288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса, регламентирующими производство в суде кассационной инстанции, предоставляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела.

Иное позволяло бы суду кассационной инстанции подменять суды первой и второй инстанций, которые самостоятельно исследуют и оценивают доказательства, устанавливают фактические обстоятельства дела на основе принципов состязательности, равноправия сторон и непосредственности судебного разбирательства, что недопустимо.

Установление фактических обстоятельств дела и оценка доказательств отнесены к полномочиям судов первой и апелляционной инстанций.

Аналогичная правовая позиция содержится в определении Верховного Суда Российской Федерации от 05.07.2018 № 300-ЭС18-3308.

Таким образом, переоценка доказательств и выводов судов не входит в компетенцию суда кассационной инстанции в силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а несогласие заявителя жалобы с судебным актом не свидетельствует о неправильном применении судами норм материального и процессуального права и не может служить достаточным основанием для его отмены.

Суд кассационной инстанции не вправе отвергать обстоятельства, которые суды первой и апелляционной инстанций сочли доказанными, и принимать решение на основе иной оценки представленных доказательств, поскольку иное свидетельствует о выходе за пределы полномочий, предусмотренных статьей 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о существенном нарушении норм процессуального права и нарушении прав и законных интересов лиц, участвующих в деле.

Между тем, приведенные в кассационной жалобе доводы фактически свидетельствуют о несогласии с принятыми судами судебными актами и подлежат отклонению, как основанные на неверном истолковании самим заявителем кассационной жалобы положений Закона о банкротстве, а также как направленные на переоценку выводов судов по фактическим обстоятельствам дела, что, в силу статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, недопустимо при проверке судебных актов в кассационном порядке.

Судебная коллегия также отмечает, что в соответствии с положениями статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суду кассационной инстанции не предоставлены полномочия пересматривать фактические обстоятельства дела, установленные судами при их рассмотрений, давать иную оценку собранным по делу доказательствам, устанавливать или считать установленными обстоятельства, которые не были установлены в определении или постановлении, либо были отвергнуты судами первой или апелляционной инстанции.

Как разъяснено в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции», с учетом того, что наличие или отсутствие обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения дела, устанавливается судом на основании доказательств по делу (часть 1 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), переоценка судом кассационной инстанции доказательств по делу, т.е. иные по сравнению со сделанными судами первой и апелляционной инстанций выводы относительно того, какие обстоятельства по делу можно считать установленными исходя из иной оценки доказательств, в частности относимости, допустимости, достоверности каждого доказательства в отдельности, а также достаточности и взаимной связи доказательств в их совокупности (часть 2 статьи 71 названного Кодекса), не допускается.

Доводы, изложенные в кассационной жалобе, не свидетельствуют о нарушении судом первой инстанции и судом апелляционной инстанции норм материального права и норм процессуального права либо о наличии выводов, не соответствующих обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам.

Обжалуемые судебные акты отвечают требованиям законности, обоснованности и мотивированности, предусмотренным частью 4 статьи 15 и частью 4 статьи 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации; оснований для удовлетворения кассационной жалобы не имеется.

Иная оценка заявителем жалобы установленных судом фактических обстоятельств дела и толкование положений закона не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки.

Нормы материального и процессуального права, несоблюдение которых является безусловным основанием для отмены судебных актов, в соответствии со статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судами не нарушены, в связи с чем, кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Исходя из изложенного и руководствуясь статьями 284-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 15.03.2023 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 13.06.2023 по делу № А40-79138/21 – оставить без изменения, кассационную жалобу – оставить без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в судебную коллегию по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий-судья                                                  Н.Н. Тарасов

 

Судьи:                                                                                              А.А. Дербенев

 

                                                                                                          Н.А. Кручинина