Арбитражный суд Московской области

107053, проспект Академика Сахарова, д. 18, г. Москва

http://asmo.arbitr.ru/

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А41-65056/20

6 мая 2021 года

г. Москва

Резолютивная часть решения объявлена 9 марта 2021 года.

Полный текст решения изготовлен 6 мая 2021 года.

Арбитражный суд Московской области в составе судьи Чесноковой Е.Н.,при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

рассмотрел в судебном заседании дело по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «ГАЛАНТ» (ИНН 7724935925, ОГРН 5147746080708)

к федеральному казенному учреждению здравоохранения «САНАТОРИЙ «ПОДМОСКОВЬЕ» МВД РОССИИ» (ИНН 5015002585, ОГРН 1025001745482)

о признании недействительным решения об одностороннем отказе от исполнения государственного контракта,

при участии в судебном заседании представителей – согласно протоколу судебного заседания,

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «ГАЛАНТ» (далее – общество) обратилось в Арбитражный суд Московской области к федеральному казенному учреждению здравоохранения «САНАТОРИЙ «ПОДМОСКОВЬЕ» МВД РОССИИ» (далее – учреждение) о признании недействительным решения от 15.09.2020 № 745 об одностороннем отказе от исполнения государственного контракта от 27.01.2020 № 0348100047219000137, расходов по уплате государственной пошлины за подачу искового заявления в размере 6000 рублей.

В обоснование исковых требований общество указывает на то, что само по себе решение учреждения об одностороннем отказе от исполнения названного государственного контракта является ничтожным, поскольку до даты принятия оспариваемого решения учреждение своими конклюдентными действиями выразило согласие на заключение соглашения о расторжении этого государственного контракта.

Кроме того, общество отмечает, что оспариваемое решение учреждения об отказе от исполнения государственного контракта от 27.01.2020 № 0348100047219000137 не было своевременно опубликовано на официальном сайте Единой информационной системы в сфере закупок.

Истец полагает, что ответчиком нарушены положения части 14 статьи 95 Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее – Закон № 44), поскольку, как утверждает истец, ответчик не предоставил ему возможность устранить недостатки, допущенные при поставке товара, а также отказался от предложенной истцом компенсации.

Учреждение в порядке, предусмотренном статьей 131 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, представило отзыв на исковое заявление, в котором возражало против удовлетворения исковых требований, полагая, что у него имелись законные основания для одностороннего отказа от исполнения государственного контракта от 27.01.2020 № 0348100047219000137, поскольку материалами дела подтверждается факт неоднократного нарушения обществом условий поставки товара, требований к качеству товара.

При этом ответчик указывает на то, что в материалы дела не представлено надлежащих доказательств, свидетельствующих о наличии его волеизъявления на заключение с истцом соглашения о расторжении упомянутого государственного контракта.

Учреждение, вопреки соответствующим доводам общества, отмечает, что оспариваемое решение было своевременно опубликовано в открытом доступе в сети Интернет на официальном сайте Единой информационной системы в сфере закупок.

В возражениях на отзыв на исковое заявление и в письменных пояснениях общество указывает на наличие объективных, не зависящих от него причин, связанных с приостановлением деятельности общества в виду возбуждения уголовного дела, что привело к нарушениям условий поставки товара обществом.

Учреждение в письменных пояснениях дополнительно указывает на недоказанность наличия его прямого волеизъявления или совершения им каких-либо действий направленных на заключение соглашения о расторжении государственного контракта от 27.01.2020 № 0348100047219000137.

При этом учреждение отмечает, что обществом вся стоимость поставленного товара, не соответствующего качества, не компенсирована, а лишь перечислены денежные средства в размере выставленных учреждением штрафных санкций.

В судебном заседании представитель общества поддержал заявленные исковые требования.

Представитель учреждения против удовлетворения исковых требований возражал.

Исследовав и оценив в порядке, предусмотренном статьями 71 и 162 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, доказательства, представленные в материалы дела, заслушав пояснения представителей истца и ответчика, суд пришел к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, 27.01.2020 между обществом (поставщиком) и учреждение (заказчиком) заключен государственный контракт № 0348100047219000137, по условиям которого поставщик обязуется на условиях, в порядке и сроки, предусмотренные контрактом, осуществить поставку продуктов питания в рамках государственного оборонного заказа, а заказчик принять и оплатить товар согласно спецификацией (пункт 1.1).

В соответствии с пунктом 8.2 данного государственного контракта, заказчик вправе принять решение об одностороннем отказе от исполнения контракта по основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации для одностороннего отказа от исполнения отдельных видов деятельности.

Решением от 15.09.2020 № 745 учреждение отказалось от исполнения государственного контракта от 27.01.2020 № 0348100047219000137, в связи с систематическим нарушением обществом условий контракта, в том числе предъявляемых к качеству поставляемого товара.

Общество, полагая, что данное решение является незаконным, поскольку принято с существенным нарушением действующего законодательства после подписания сторонами соглашения о расторжении государственного контракта, не было опубликовано в установленный срок, учреждение лишило общество возможности устранить нарушения, послужившие основанием для принятия названного решения, обратилось в суд с настоящим исковым заявлением.

Согласно части 8 статьи 95 Закона № 44 расторжение контракта допускается по соглашению сторон, по решению суда, в случае одностороннего отказа стороны контракта от исполнения контракта в соответствии с гражданским законодательством.

Заказчик вправе принять решение об одностороннем отказе от исполнения контракта по основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации для одностороннего отказа от исполнения отдельных видов обязательств, при условии, если это было предусмотрено контрактом (часть 9 статьи 95 Закона о контрактной системе).

В силу пункта 2 статьи 450 ГК РФ по требованию одной из сторон договор может быть изменен или расторгнут по решению суда только: 1) при существенном нарушении договора другой стороной; 2) в иных случаях, предусмотренных ГК РФ, другими законами или договором.

Согласно пункту 1 статьи 523 ГК РФ односторонний отказ от исполнения договора поставки (полностью или частично) или одностороннее его изменение допускаются в случае существенного нарушения договора одной из сторон (абзац четвертый пункта 2 статьи 450).

В соответствии с пунктом 2 статьи 523 ГК РФ нарушение договора поставки поставщиком предполагается существенным в случаях: поставки товаров ненадлежащего качества с недостатками, которые не могут быть устранены в приемлемый для покупателя срок; неоднократного нарушения сроков поставки товаров.

Решение № 745 об одностороннем отказе от исполнения государственного контракта от 27.01.2020 № 0348100047219000137 принято ответчиком 15.09.2020 и мотивировано тем, что истцом была поставлена продукция ненадлежащего качества.

Оспаривая действительность решения от 15.09.2020 № 745 об одностороннем отказе от исполнения государственного контракта от 27.01.2020 № 0348100047219000137, общество указывает на то, что до даты подписания названного решения между ним и учреждением было заключено соглашение о расторжении указанного контракта в редакции, подготовленной учреждением.

Однако суд не может согласиться с данным утверждением по следующим основаниям.

Пунктом 1 статьи 452 ГК РФ предусмотрено, что соглашение об изменении или о расторжении договора совершается в той же форме, что и договор, если из закона, иных правовых актов, договора или обычаев не вытекает иное.

В соответствии с пунктом 1 статьи 434 ГК РФ договор может быть заключен в любой форме, предусмотренной для совершения сделок, если законом для договоров данного вида не установлена определенная форма. Если стороны договорились заключить договор в определенной форме, он считается заключенным после придания ему условленной формы, хотя бы законом для договоров данного вида такая форма не требовалась.

Согласно пункту 2 статьи 434 ГК РФ договор в письменной форме может быть заключен путем составления одного документа (в том числе электронного), подписанного сторонами, или обмена письмами, телеграммами, электронными документами либо иными данными в соответствии с правилами абзаца второго пункта 1 статьи 160 ГК РФ.

Письменная форма договора считается соблюденной, если письменное предложение заключить договор принято в порядке, предусмотренном пунктом 3 статьи 438 ГК РФ (пункт 3 статьи 434 ГК РФ).

В пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 49 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора" разъяснено, что в случае направления конкретному лицу предложения заключить договор, в котором содержатся условия, достаточные для заключения такого договора, наличие намерения отправителя заключить договор с адресатом предполагается, если иное не указано в самом предложении или не вытекает из обстоятельств, в которых такое предложение было сделано.

Как усматривается из материалов дела, общество 12.08.2020 направило посредством электронной почты предложение учреждению о заключении соглашения о расторжении государственного контракта от 27.01.2020 № 0348100047219000137.

Упомянутое соглашение подписано со стороны общества, что лицами, участвующими в деле, не оспаривается.

Из содержания соглашения следует, что данное соглашение является неотъемлемой частью государственного контракта от 27.01.2020 № 0348100047219000137 (пункт 5 соглашения) 

В соответствии с пунктом 12.6 государственного контракта от 27.01.2020 № 0348100047219000137, все приложения к контракту должны быть оформлены в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации и подписаны надлежащим образом уполномоченными представителя сторон. Все приложения, составленные в надлежащей форме и в соответствии с условиями контракта, являются его неотъемлемой частью.

Таким образом, стороны согласовали особое положение в государственном контракте, устанавливающее обязательное подписание любого из приложений к государственному контракту уполномоченными представителями сторон.

Согласно пункту 5 соглашения о расторжении государственного контракта, оно вступает в силу с момента его подписания обеими сторонами.

Вместе с тем в материалы дела не представлено доказательств, свидетельствующих о том, что названное соглашение было подписано уполномоченным представителем ответчика.

Следовательно, специальное условие соглашения, изложенное в пункте 5, корреспондирующее к положениям пункта 12.6 государственного контракта от 27.01.2020 № 0348100047219000137 и касающиеся порядка вступления в силу приложений к контракту, в отношении соглашения о расторжении не исполнено.

При этом истец ссылается на то, что ответчик своими конклюдентными действиями выразил волю на заключение названного соглашения путем внесения стилистических правок в содержание этого соглашение, которые, по сути, не меняли существенные условия этого соглашения.

Однако в данном случае само по себе внесение каких-либо правок и изменений в содержание соглашения о расторжении государственного контракта от 27.01.2020 № 0348100047219000137, не касающихся содержания его существенных условий, не влечет возможность признания наличия прямого волеизъявления учреждения на заключение подобного соглашения с учетом указанной выше оговорки, имеющейся в пункте 5 соглашения, и невозможностью установить наличие у лица, которое вело электронную переписку, полномочий на подписание соглашения о расторжении государственного контракта от имени ответчика. Представленные в материалы дела копии соглашений, в редакции с учетом изменений, внесенных ответчиком, также не подписаны с его стороны уполномоченным лицом.

При этом иных доказательств применительно к пункту 3 статьи 438 ГК РФ, свидетельствующих о том, что после внесения соответствующих изменений в содержание этого соглашения о расторжении контракта, последовали какие-либо действия со стороны учреждения, явно направленные на его исполнение, в материалы дела также не представлено.

Подписание истцом и ответчиком акта сверки взаимных расчетов, на которое ссылается истец в обоснование совершения ответчиком конклюдентных действий, направленных на заключение спорного соглашения о расторжении государственного контракта от 27.01.2020 № 0348100047219000137, не может свидетельствовать о наличии действительной воли ответчика на расторжение этого контракта на условиях спорного соглашения, поскольку подобные акты подписывались истцом и ответчиком регулярно, что истцом не оспаривается.

Таким образом, поскольку в материалах дела отсутствуют достаточные доказательства, подтверждающие наличие действительной воли и волеизъявления ответчика на заключение с истцом соглашения о расторжении государственного контракта от 27.01.2020 № 0348100047219000137, учитывая несоблюдение специальных условий в части вступления соглашения в силу после подписания этого соглашения уполномоченными представителями обеих сторон, суд приходит к выводу о том, что названное соглашение о расторжении государственного контракта от 27.01.2020 № 0348100047219000137 не заключено, а следовательно, государственный контракт не был расторгнут по соглашению сторон до принятия ответчиком оспариваемого решения.

Суд также не может признать обоснованным утверждение общества о том, что оспариваемое им решение от 15.09.2020 № 745 об одностороннем отказе от исполнения государственного контракта от 27.01.2020 № 0348100047219000137 нарушает положения части 14 статьи 95 Закона № 44, поскольку учреждение не предоставило обществу возможность устранить недостатки, допущенные при поставке товара, а также отказалось от предложенной истцом компенсации.

Согласно части 14 статьи 95 названного Закона, заказчик обязан отменить не вступившее в силу решение об одностороннем отказе от исполнения контракта, если в течение десятидневного срока с даты надлежащего уведомления поставщика (подрядчика, исполнителя) о принятом решении об одностороннем отказе от исполнения контракта устранено нарушение условий контракта, послужившее основанием для принятия указанного решения, а также заказчику компенсированы затраты на проведение экспертизы в соответствии с частью 10 этой статьи. 

Данное правило не применяется в случае повторного нарушения поставщиком (подрядчиком, исполнителем) условий контракта, которые в соответствии с гражданским законодательством являются основанием для одностороннего отказа заказчика от исполнения контракта.

Как следует из материалов дела, вопреки соответствующим доводам общества, учреждение отказалось от приема товара по заявкам от 03.08.2020, 04.08.2020, 06.08.2020, поставленного 11.08.2020 и повторно 07.09.2020 на основании пункта 4.1.6 государственного контракта от 27.01.2020 № 0348100047219000137 ввиду отсутствия надлежащих документов. 

Общество данное обстоятельство не оспорило, доказательств обратного в материалы дела не представило.

Судом отклоняется довод общества о том, что учреждение не приняло во внимание его намерение устранить допущенные при поставке товара недостатки уже после принятия оспариваемого решения, поскольку из материалов дела не следует, что у общества реально имелись подобные намерения и возможность устранить эти недостатки.

При этом, исходя из прямого толкования положений части 14 статьи 95 Закона № 44, существенным для отмены решения об одностороннем отказе от исполнения государственного контракта является не намерение лица устранить допущенные нарушения в течение установленного этим положением срока, а фактическое устранение нарушений.

Содержание названного нормативного положения не предусматривает получения разрешения заказчика на устранение допущенных нарушений условий контракта, следовательно, истец мог осуществить надлежащую поставку ответчику товара тем самым, устранив нарушения.

Вместе с тем в материалах дела отсутствуют достаточные доказательства, свидетельствующие о том, что истец в установленный срок фактически устранил допущенные нарушения, что, однако, не было принято ответчиком.

Доказательств, явно свидетельствующих о том, что учреждение злоупотребило своим правом и намерено воспрепятствовало обществу устранить допущенные им при поставке товара недостатки в установленный законом срок с момента получения решения об отказе от исполнения государственного контракта от 27.01.2020 № 0348100047219000137, в материалы дела также не представлено.

Доводы истца о том, что нарушение им обязательств по этому государственному контракту произошло в связи с наступлением обстоятельств непреодолимой силы, включая приостановление деятельности истца в связи  с возбуждением уголовного дела в отношении его генерального директора и проведения соответствующих оперативных мероприятий, подлежат отклонению, поскольку данные обстоятельства таковыми не являются.

На наличие иных обстоятельств непреодолимой силы, повлиявших на возможность исполнения обществом взятых на себя обязательств в установленные государственным контрактом от 27.01.2020 № 0348100047219000137 сроки, общество не ссылается.

При таких обстоятельствах оснований для вывода о нарушении ответчиком положений части 14 статьи 95 Закон № 44 не имеется.

Также судом отклоняется довод общества о том, что оспариваемое решение учреждения об отказе от исполнения государственного контракта от 27.01.2020 № 0348100047219000137 не было своевременно опубликовано на официальном сайте Единой информационной системы в сфере закупок.

Согласно части 12 статьи 95 Закона № 44, решение заказчика об одностороннем отказе от исполнения контракта не позднее чем в течение трех рабочих дней с даты принятия указанного решения, размещается в единой информационной системе и направляется поставщику (подрядчику, исполнителю) по почте заказным письмом с уведомлением о вручении по адресу поставщика (подрядчика, исполнителя), указанному в контракте, а также телеграммой, либо посредством факсимильной связи, либо по адресу электронной почты, либо с использованием иных средств связи и доставки, обеспечивающих фиксирование такого уведомления и получение заказчиком подтверждения о его вручении поставщику (подрядчику, исполнителю). Выполнение заказчиком требований настоящей части считается надлежащим уведомлением поставщика (подрядчика, исполнителя) об одностороннем отказе от исполнения контракта. Датой такого надлежащего уведомления признается дата получения заказчиком подтверждения о вручении поставщику (подрядчику, исполнителю) указанного уведомления либо дата получения заказчиком информации об отсутствии поставщика (подрядчика, исполнителя) по его адресу, указанному в контракте. При невозможности получения указанных подтверждения либо информации датой такого надлежащего уведомления признается дата по истечении тридцати дней с даты размещения решения заказчика об одностороннем отказе от исполнения контракта в единой информационной системе.

В пункте 16 Обзора судебной практики применения законодательства Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 28.06.2017, отмечено, что несовершение заказчиком всех действий, предусмотренных частью 12 статьи 95 Закона о контрактной системе, не свидетельствует об отсутствии надлежащего уведомления, если доказано, что уведомление об одностороннем отказе заказчика от исполнения контракта доставлено исполнителю.

Из толкования положений части 12 статьи 95 Закона о контрактной системе следует, что уведомление об одностороннем отказе заказчика от исполнения контракта должно быть совершено как посредством извещения непосредственно исполнителя наиболее оперативным образом (почтой заказным письмом с уведомлением, а также с использованием иных средств связи и доставки, обеспечивающими оперативность уведомления), так и посредством размещения решения в единой информационной системе.

При этом по смыслу указанной статьи для возникновения гражданско-правовых последствий в виде расторжения договора достаточно доставки исполнителю сообщения заказчика об отказе от исполнения договора с использованием любого средства связи и доставки. Размещение соответствующих сведений на интернет-сайте необходимо для обеспечения открытости и прозрачности функционирования государственных закупок и установлено, прежде всего, в публичных целях для осуществления надлежащего контроля в сфере закупок.

Материалами дела подтверждается, что общество было надлежащим образом уведомлено о принятии учреждением оспариваемого решения об отказе от исполнения государственного контракта от 27.01.2020 № 0348100047219000137, что обществом не оспаривается.

Следовательно, довод истца о несвоевременно опубликовании оспариваемого решения, не может являться основанием для признания его недействительным.

При изложенных обстоятельствах, оснований для удовлетворения исковых требований не имеется.

Расходы по оплате государственной пошлины распределены судом в соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 110, 156, 167-170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

исковое заявление ООО "ГАЛАНТ" оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Десятый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Московской области в течение месяца со дня принятия решения.

Судья        Е.Н. Чеснокова