﻿АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А53-1759/2020

г. Краснодар

26 мая 2021 года

Резолютивная часть постановления объявлена 25 мая 2021 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 26  мая 2021 года.

 

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Бабаевой О.В., судей  Рыжкова Ю.В.  и   Трифоновой  Л.А., при участии в судебном заседании от истца – общества с ограниченной ответственностью «Спецстрой» (ИНН 6161076202, ОГРН 1166196053132) – Якубовской А.М. (доверенность от 10.03.2020), от ответчика – общества с ограниченной ответственностью «Ростовские тепловые сети» (ИНН 3445102073, ОГРН 1093460001095) – Андреевой С.М. (доверенность от 25.05.2020),  в отсутствие третьего лица – общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания ЖКХ "Пульс"» (ИНН  6161043415, ОГРН  1056161038548),  извещенного  о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения информации на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Ростовские тепловые сети» на решение Арбитражного суда Ростовской области от 03.12.2020 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.02.2021 по делу № А53-1759/2020, установил следующее.

ООО «Спецстрой» (далее – организация, истец) обратилось в арбитражный суд с иском к ООО «Ростовские тепловые сети» (далее – общество, ответчик) о взыскании 2 958 750 рублей 19 копеек неосновательного обогащения и 657 310 рублей 37 копеек процентов за пользование чужими денежными средствами, начисленных с 25.07.2017 по 08.09.2020, с последующим их начислением по день уплаты долга.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено ООО «Управляющая компания ЖКХ "Пульс"» (далее – компания).

Общество заявило встречный иск к организации и компании о признании соглашения об уступке прав требования (цессии) от 18.04.2018 № 1/СС-П незаключенным.

Решением от 03.12.2020, оставленным без изменения постановлением суда апелляционной инстанции от 15.02.2021, первоначальный иск удовлетворен, в удовлетворении встречного иска отказано, распределены судебные расходы на уплату государственной пошлины. Суды исходили из того, что на стороне общества имеется переплата в пользу компании по договору теплоснабжения от 11.11.2008 № 5003, право требования которой перешло к истцу по соглашению об уступке прав требования (цессии) от 18.04.2018 № 1/СС-П.

В кассационной жалобе общество просит отменить судебные акты и направить дело на новое рассмотрение. Заявитель со ссылкой на акт сверки взаимных расчетов за январь 2017 года указывает на то, что задолженность общества перед компанией по состоянию на 31.01.2017 составляла 2 958 750 рублей 19 копеек, однако общество продолжало поставлять в многоквартирные дома, находящиеся в управлении компании, тепловую энергию вплоть до расторжения договора; с февраля по июнь 2017 года обществом поставлена тепловая энергия на сумму 1 264 414 рублей 85 копеек, таким образом, задолженность общества не может превышать 1 694 335 рублей 34 копеек. Общество указывает на то, что заявляло в суде первой инстанции о фальсификации доказательств (акты сверки взаимных расчетов за январь 2017 года и первое полугодие 2017 года) и просило назначить судебную экспертизу на предмет подлинности данных документов. При этом общество ссылается на то, что указанные в актах сведения, несмотря на выраженное ответчиком сомнение в их подлинности, должны учитываться при рассмотрении спора. Общество также не согласно с той оценкой, которую дали суды доказательствам (соглашению о зачете встречных однородных требований от 11.01.2016 и письму компании от 04.10.2016 № 289). Заявитель указывает на то, что в пункте 2 соглашения от 24.07.2017 о расторжении договора теплоснабжения от 11.11.2008 № 5003 компания и общество указали, что все обязательства сторон друг перед другом выполнены, следовательно, компания до заключения соглашения об уступке прав требования (цессии) от 18.04.2018 № 1/СС-П заявила отказ от осуществления права (пункт 6 статьи 450.1 Гражданского кодекса Российской Федерации). Также общество считает, что договор цессии является незаключенным, поскольку в нем не конкретизированы обязательства, в отношении которых стороны намеревались осуществить уступку требования, и отсутствуют условия, позволяющие их индивидуализировать; договор цессии является ничтожным в силу пункта 2 статьи 388 Гражданского кодекса Российской Федерации (личность кредитора имеет существенное значение для должника; взысканные денежные средства составляют плату граждан за коммунальные услуги). Заявитель со ссылкой на пункт 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 12.11.2001 № 15, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.11.2001 № 18 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» (далее – Постановление № 15/18) и пункт 41 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27.06.2017 № 22 «О некоторых вопросах рассмотрения судами споров по оплате коммунальных услуг и жилого помещения, занимаемого гражданами в многоквартирном доме по договору социального найма или принадлежащего им на праве собственности» (далее – Постановление № 22) указывает на то, что срок исковой давности по заявленным истцом требованиям истек, поскольку из акта сверки взаимных расчетов за январь 2017 года следует, что переплата за тепловую энергию возникла до 01.01.2017, а иск подан в январе 2020 года. 

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы и возражения на нее, проверив в соответствии с частью 1 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами предыдущих инстанций норм материального и процессуального права, заслушав представителей организации и общества, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа приходит к следующим выводам.

Как установлено судами, ООО «Лукойл-ТТК» (правопредшественник общества) и компанией заключен договор теплоснабжения от 11.11.2008 № 5003.

Названный договор расторгнут по соглашению сторон 24.07.2017. 

18 апреля 2018 года компания (цедент) и организация (цессионарий) заключили соглашение об уступке прав требования (цессии) № 1/СС-П, по условиям которого цедент уступает, а цессионарий принимает право требования 2 958 750 рублей 19 копеек задолженности в связи с расторжением договора теплоснабжения от 11.11.2008 № 5003, а также процентов за пользование чужими денежными средствами по дату фактического исполнения обязательств. 

В подтверждение своего права требования уплаты обществом задолженности организация представила акт сверки взаимных расчетов за январь 2017 года, в соответствии с которым по состоянию 31.01.2017 за обществом числится долг в сумме 2 958 750 рублей 19 копеек (т. 1, л. д. 9; т. 2, л. д. 161).

Ответчик, указывая на недопустимость принятия в качестве надлежащего доказательства названного акта, ходатайствовал о назначении по делу судебной экспертизы в целях подтверждения его довода о том, что подпись со стороны представителя общества  выполнена не рукописным способом, а нанесена с помощью технических средств – печатной подписи – факсимиле (т. 3, л. д. 80 – 84). При этом ответчиком не заявлено о фальсификации названного доказательства в порядке статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Ввиду того, что организация не оспаривала, что данный акт подписан обществом  посредством факсимиле, суд первой инстанции отказал обществу в удовлетворении ходатайства о назначении судебной экспертизы и предложил лицам, участвующим в деле, представить первичные документы бухгалтерского учета, на основании которых возникла переплата за ресурс. 

Наряду с первичными документами бухгалтерского учета третьим лицом (компанией) в материалы дела представлена копия акта сверки взаимных расчетов за первое полугодие 2017 года, в соответствии с которым за обществом числилась задолженность в сумме 1 694 335 рублей 34 копеек (т. 2, л. д. 160).

Ответчик, указывая на недопустимость принятия в качестве надлежащего доказательства названного акта ввиду непредставления его подлинника, заявил о его фальсификации (т. 3, л. д. 85, 86). 

  В судебном заседании, назначенном на 30.09.2020, организация не возражала против исключения данной копии из числа доказательств, поэтому суд предложил третьему лицу (компании) исключить из числа доказательств по делу копию акта сверки расчетов за первое полугодие 2017 года (выписка из протокола судебного заседания от 07.10.2020 размещена судом на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет 08.10.2020). 

В связи с отсутствием согласия лица, представившего документ, на исключение его из числа доказательств и непредставлением в материалы дела его подлинника проверка заявления ответчика о фальсификации доказательства (копии акта сверки взаимных расчетов за первое полугодие 2017 года) проведена судом путем сопоставления спорного акта с иными имеющимися в материалах дела документами, учитывая то, что акт сверки взаимных расчетов за период с января по июнь 2017 года не является документом первичного бухгалтерского учета. 

Учитывая то, что ответчиком не оспаривались сведения, указанные в акте сверки взаимных расчетов по состоянию на 31.12.2015 (т. 3, л. д. 77), суд определил конечное сальдо обязательств сторон в пользу компании на указанную дату в сумме 9 392 502 рублей 48 копеек. 

С учетом представленного истцом расчета (т. 3, л. д. 57 – 61), величины имеющейся переплаты за ресурс по состоянию на 31.12.2015, последующих платежей, поставок ресурса и корректировок, суд пришел к выводу о наличии на стороне общества неосновательного обогащения в виде излишне уплаченных ему денежных средств в сумме 2 958 750 рублей 19 копеек.

Суды, рассматривая заявление общества о пропуске истцом срока исковой давности, правомерно исходили из того, что с расторжением договора теплоснабжения (24.07.2017) у общества отпали правовые основания для удержания перечисленных компанией денежных средств, поскольку право сохранить за собой излишне уплаченные платежи для отнесения на будущую задолженность с этого момента прекратилось и на основании пункта 1 статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации у общества возникло обязательство по их возврату компании; течение срока исковой давности началось с момента расторжения договора (24.07.2017), организация обратилась в арбитражный суд с рассматриваемым иском 27.01.2020, следовательно, срок исковой давности, установленный статьей 196 Гражданского кодекса Российской Федерации, не пропущен.

Ссылка общества на разъяснения, изложенные в пункте 10 Постановления № 15/18 (разъяснения утратили силу) и пункте 41 Постановления № 22, не принимается во внимание судебной коллегией, поскольку разъяснения направлены на регулирование иных правоотношений (иски о взыскании задолженности), не подпадающих под предмет рассматриваемого спора. 

Проанализировав условия соглашения об уступке прав требования (цессии) от 18.04.2018 № 1/СС-П применительно к статьям  382 – 384, 432 Гражданского кодекса Российской Федерации, суды пришли к выводу о том, что предмет договора, предусматривающий само обязательство, его размер, а также основания возникновения правоотношений, определен; уступка права требования носит характер денежного обязательства, обладающего самостоятельной имущественной ценностью, в котором личность кредитора не имеет существенного значения для должника.

Допустимость уступки права (требования) не ставится в зависимость от того, является ли оно бесспорным (пункт 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки»).

Ссылка заявителя о нарушении судом статьи 383 Гражданского кодекса Российской Федерации неосновательна, так как указанная норма запрещает уступку права требования, неразрывно связанного с личностью кредитора. Право требования переплаты с общества за оплаченную тепловую энергию не обусловлено встречным исполнением, и сложившиеся правоотношения не свидетельствуют о передаче на основании оспариваемого соглашения права, неразрывно связанного с личностью кредитора.

Отклоняя ссылку ответчика на недействительность соглашения об уступке прав требования (цессии) от 18.04.2018 № 1/СС-П, апелляционный суд правомерно отметил, что заявитель не указал, каким образом данное соглашение нарушает его права или охраняемые законом интересы.

Ссылка заявителя на судебную практику является несостоятельной, поскольку основана на иных фактических обстоятельствах дела, связанных с отчуждением денежных средств из владения управляющей компании, влекущим негативные последствия для собственников (законных владельцев) имущества в многоквартирном доме (А68-10683/2015).

Доказательств того, что компания, прекратив управление домами, имеет задолженность перед их жильцами, не представлено. Вместе с тем заключение соглашения об уступке прав требования (цессии) от 18.04.2018 № 1/СС-П не освобождает компанию от обязанности погасить заложенность перед собственниками (законными владельцами) имущества в домах при ее наличии.

Ссылка общества на пункт 2 соглашения от 24.07.2017 о расторжении договора теплоснабжения от 11.11.2008 № 5003 и пункт 6 статьи 450.1 Гражданского кодекса Российской Федерации обоснованно отклонена апелляционным судом как основанная на неправильном толковании условий названного соглашения и норм материального права.

Вместе с тем, оспаривая представленный истцом расчет, общество ссылалось на то, что он составлен без учета соглашения о зачете встречных однородных требований от 11.01.2016 (т. 3, л. д. 95), передачи компанией прав требований  ООО «УО Квадро-6», ООО «УО Квадро-7», ООО «УО Квадро-10» (т. 3, л. д. 96 – 103), корректировочных актов от 29.02.2016 № К-005760/0303 и от 08.02.2016 № К-005718/0303 (т. 3, л. д. 104, 105), поставки обществом ресурса после января 2017 года (акт сверки по состоянию на январь 2017 года; предмет договора цессии от 18.04.2018) вплоть до расторжения договора (24.07.2017) и отсутствием оплаты этого ресурса со стороны компании по причине переплаты.

Противоположная сторона вправе скомпрометировать доказательство путем представления нетождественной ему копии того же документа, доказывания наличия иных фактических обстоятельств, опровергающих содержащуюся в документе информацию. Подобных действий ответчиком не совершено (статьи 9, 65, 71, 75 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В обоснование заявления о фальсификации доказательства организация, не являясь стороной соглашения о зачете встречных однородных требований от 11.01.2016 (т. 3, л. д. 95), указала лишь на отсутствие в материалах дела его подлинника. 

  С учетом заявления о фальсификации представленного обществом соглашения о зачете встречных однородных требований от 11.01.2016 (т. 3, л. д. 95), обоснованного истцом непредставлением в материалы дела подлинника данного документа, суд первой инстанции признал факт зачета встречных однородных требований на сумму 2 313 815 рублей 24 копеек по названному соглашению недоказанным, не предприняв необходимых мер к проверке доказательства с учетом того обстоятельства, что бухгалтерские документы изымались органами следствия у общества  и согласно письму ГУ МВД России по Ростовской области от 31.08.2020 находятся в материалах уголовного дела, рассмотренного Ворошиловским районным судом г. Ростова-на-Дону (т. 3, л. д. 51). 

Несмотря на наличие сомнений, суд не предложил третьему лицу (компании) представить пояснения по вопросу о заключении им названного соглашения, не истребовал у компании его подлинник, не запросил копии соответствующих документов из материалов уголовного дела. Тем самым суд вопреки требованиям статей 66, 75, пункта 6 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в целях устранения имеющихся сомнений не предпринял меры по реализации задач судопроизводства, закрепленных подпунктами 2 и 4 статьи 2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Судом первой инстанции не дана оценка документам, касающимся передачи компанией прав требования задолженности по договору теплоснабжения № 5003 от 11.11.2008 обществам «УО Квадро-6», «УО Квадро-7» и «УО Квадро-10»  (т. 3, л. д. 96 – 103).

Суд апелляционной инстанции, рассматривая указанный довод ответчика, указал на то, что только три платежа, поименованные компанией в письме от 04.10.2016 № 289 (платежные поручения от 29.02.2016 № 4589 на 90 тыс. рублей, от 26.02.2016 № 4440 на 45 тыс. рублей, от 25.02.2016 № 4316 на 100 тыс. рублей), указаны в расчете истца, а остальные не указаны, поэтому не являются спорными.

В материалы дела ответчиком представлены соглашения об уступке прав требования от 01.09.2016, заключенные компанией с управляющими организациями, приступившими к управлению домами (общества «УО Квадро-6», «УО Квадро-7» и «УО Квадро-10»), которые ранее обслуживались компанией. В соответствии с данными соглашениями компания уступила ООО «УО Квадро-6» право требования с общества 5 774 079 рублей 97 копеек задолженности,  ООО «УО Квадро-7» – 1 715 210 рублей 30 копеек, ООО «УО Квадро-10» – 2 348 269 рублей 34 копейки. 

В своих письмах компания конкретизировала номера и даты платежных поручений, на основании которых возникла сумма переплаты, право требования которой передано обществу «УО Квадро-6», «УО Квадро-7» и «УО Квадро-10» по названным соглашениям (т. 3, л. д. 96, 97).

Так, в письме от 04.10.2016 № 289 имеется ссылка на платежные поручения от 29.02.2016 № 4589, от 26.02.2016 № 4440, от 25.02.2016 № 4316, указанные истцом в расчете в подтверждение обстоятельств перечисления ответчику 235 тыс. рублей. 

При этом, устанавливая обстоятельства уступки компанией права требования по названным платежным поручениям другим лицам, суд апелляционной инстанции не исправил допущенные судом первой инстанции нарушения.

То обстоятельство, что остальные платежные поручения (за 2015 год), поименованные  в  письме от 04.10.2016 № 289, не указаны истцом в расчете, не свидетельствует о том, что произведенные по ним платежи не входят в сумму, указанную истцом в расчете в качестве долга по состоянию на 31.12.2015, с учетом того, что основания возникновения задолженности до 31.12.2015 истцом в расчете не раскрывались (использованы сведения о сумме конечного сальдо, подтвержденные  компанией и обществом в  акте сверки взаимных расчетов по состоянию на 31.12.2015; т. 3, л. д. 77).  

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки», если одно и то же требование уступлено разным лицам одним первоначальным кредитором (цедентом), надлежащим новым кредитором (цессионарием) считается то лицо, в отношении которого момент перехода требования наступил ранее (пункт 2 статьи 388.1, пункт 2 статьи 389.1, абзац первый пункта 4 статьи 390 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, выводы суда апелляционной инстанции являются противоречивыми, не соответствуют установленным в мотивировочной части постановления фактическим обстоятельствам.

Кроме того, апелляционным судом ошибочно указано об исключении актов сверки судом первой инстанции из числа доказательств (из судебных актов данное обстоятельство не следует). 

Довод ответчика о том, что представленный истцом расчет составлен без учета корректировочных актов от 29.02.2016 № К-005760/0303 и от 08.02.2016 № К-005718/0303 (представлены подлинники актов, подписанные компанией и обществом и содержащие оттиски печатей организаций; т. 3, л. д. 104, 105) судами обеих инстанций не рассмотрен. 

Учитывая, что судами в нарушение процессуальных норм не дана надлежащая оценка всем доводам и представленным в их обоснование доказательствам, выводы судов о наличии на стороне общества неосновательного обогащения в виде излишне уплаченных ему денежных средств в сумме 2 958 750 рублей 19 копеек сделаны по неполно исследованным доказательствам, без исследования существенных обстоятельств, от которых зависит разрешение спора по иску организации, что нарушает принципы законности, равноправия и состязательности судебного процесса (статьи 6, 8, 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), обжалуемые судебные акты подлежат отмене, а дело – направлению на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении дела суду надлежит устранить отмеченные недостатки, полно установить фактические обстоятельства дела, предложить сторонам представить дополнительные доказательства, подробный расчет (контррасчет) задолженности со ссылкой на первичные документы бухгалтерского учета и листы дела, оказать содействие в собирании доказательств, которые не могут быть получены ими самостоятельно, дать оценку всем доводам, возражениям участников процесса и доказательствам по спору в порядке главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, указав мотивы их принятия или отклонения, верно распределить бремя доказывания между сторонами в возникших правоотношениях, и, правильно применив нормы материального и процессуального права, принять законный и обоснованный судебный акт, распределив судебные расходы (в том числе за рассмотрение кассационной жалобы).

Кроме того, суду следует оценить процессуальное поведение организации и компании с точки зрения добросовестности и последовательности.

С учетом срока приостановления исполнения судебного акта (часть 4 статьи 283 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) на отмену приостановления исполнения судебного акта указывается в постановлении суда кассационной инстанции, принимаемом по результатам рассмотрения кассационной жалобы, либо в отдельном определении (пункт 25 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции»).

Кассационная жалоба рассмотрена, поэтому приостановление исполнения судебных актов по рассматриваемому делу, произведенное на основании определения Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 24.02.2021, утратило силу (часть 4 статьи 283 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Платежным поручением от 15.02.2021 № 577 общество перечислило на депозитный счет Арбитражного суда Северо-Кавказского округа 3 656 647 рублей 56 копеек. 

Выплата денежных средств, зачисленных на депозитный счет арбитражного суда, производится в порядке, определенном пунктом 126 Регламента арбитражных судов, утвержденного постановлением Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 05.06.1996 № 7.

Перечисление указанных в судебном акте денежных средств осуществляется финансово-экономическим отделом суда на текущий лицевой (расчетный) счет получателя по его заявлению (абзац 3 пункта 2.7 приказа Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации от 05.11.2015 № 345 «Об утверждении Регламента организации деятельности кассационных судов общей юрисдикции, апелляционных судов общей юрисдикции, кассационного военного суда, апелляционного военного суда, верховных судов республик, краевых, областных судов, судов городов федерального значения, судов автономной области и автономных округов, окружных (флотских) военных судов, федеральных арбитражных судов, управлений Судебного департамента в субъектах Российской Федерации по работе с лицевыми (депозитными) счетами для учета операций со средствами, поступающими во временное распоряжение»). 

С учетом изложенного денежные средства в сумме 3 656 647 рублей 56 копеек, перечисленные заявителем по платежному поручению от 15.02.2021 № 577, подлежат возврату заявителю жалобы после поступления от него заявления с указанием лицевого (расчетного) счета.

Руководствуясь статьями 274, 286 – 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Ростовской области от 03.12.2020 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.02.2021 по делу № А53-1759/2020 отменить, дело направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Ростовской области.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

 

Председательствующий

                                        О.В. Бабаева

 

Судьи

                                          Ю.В. Рыжков

 

Л.А. Трифонова