ПЯТНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ  АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ  СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27 

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А53-37491/2019

город Ростов-на-Дону

23 июня 2022 года

15АП-8076/2022

Резолютивная часть постановления объявлена 16 июня 2022 года

Полный текст постановления изготовлен 23 июня 2022 года

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Долговой М.Ю.,

судей Сурмаляна Г.А., Шимбаревой Н.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при участии:

от публичного акционерного общества «Сбербанк России»: представитель по доверенности от 18.02.2020 ФИО2;

от ФИО3: ФИО3, лично,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу публичного акционерного общества «Сбербанк России» 

на определение Арбитражного суда Ростовской области от 11.04.2022 по делу № А53-37491/2019 

об отказе в удовлетворении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью Компания «Три Богатыря» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>),

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью Компания «Три Богатыря» (далее – должник) в Арбитражный суд Ростовской области поступило заявление конкурсного управляющего должника ФИО4 о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих лиц должника ФИО3 и ФИО5.

Определением от 11.04.2022 суд отказал в удовлетворении заявления.

Публичное акционерное общество «Сбербанк России» обжаловало определение суда первой инстанции в порядке, предусмотренном гл. 34 АПК РФ, и просило отменить судебный акт, принять новый. 

Публичное акционерное общество «Сбербанк России» в своей апелляционной жалобе приводит доводы со ссылкой на нарушение руководителем должника обязанности по подаче заявления о признании предприятия банкротом, нецелевом использовании кредитных средств, наличием просрочек исполнения кредитных обязательств в преддверии банкротства, отсутствием документального подтверждения отнесения товаров на недостачу и возврата подотчетных средств, что послужило основанием для отказа в утверждении плана реструктуризации, нарушении сроков проведения инвентаризации, отсутствия доказательств правомерности списания товаров, искажении и уничтожении бухгалтерской документации. 

В отзыве на апелляционную жалобу ФИО3 просит определение суда оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

В судебном заседании ФИО3 возражал против удовлетворения апелляционной жалобы по доводам, изложенным в отзыве на апелляционную жалобу.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения дела, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили.

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации признал возможным рассмотреть апелляционную жалобу без участия не явившихся представителей лиц, участвующих в деле, уведомленных надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы и отзыва на нее, выслушав представителей участвующих в деле лиц, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, решением Арбитражного суда Ростовской области от 25.03.2020 общество с ограниченной ответственностью Компания «Три Богатыря» признано несостоятельным (банкротом), открыта процедура конкурсного производства. Конкурсным управляющим утвержден ФИО4.

Сведения о введении в отношении должника процедуры конкурсного производства опубликованы в газете «Коммерсантъ» № 56(6777) от 28.03.2020.

Конкурсный управляющий должника ФИО4 обратился в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих лиц должника ФИО3 и ФИО5.

Заявления о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности поданы по основанию статьи 61.11 Закона о банкротстве и статьи 61.12.

Оценив представленные доказательства в совокупности, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что суд первой инстанции обоснованно отказал в удовлетворении заявления, исходя из следующего.

В силу пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд. При нарушении указанной обязанности несколькими лицами эти лица отвечают солидарно.

Согласно пункту 1 статьи 9 Закон о банкротстве, руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если: удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества; имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством; настоящим Федеральным законом предусмотрены иные случаи. Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

Как разъяснено в пункте 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве. Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

Институт субсидиарной ответственности контролирующего должника лица за неподачу заявления о собственном банкротстве основывается на следующем.

Юридическое лицо, являясь участником гражданского оборота, на протяжении всего периода своего существования вступает в те или иные правоотношения с иными участниками гражданского оборота. Для контрагентов такого юридического лица уровень осведомленности о финансовой состоятельности данного лица всегда ниже, нежели для контролирующих лиц, в полной мере осознающих степень финансового кризиса организации. В целях исключения возможности вступления участников гражданского оборота в правоотношения с финансово несостоятельным контрагентом, статья 9 Закона о банкротстве предусматривает необходимость обращения контролирующего лица с заявлением о банкротстве контролируемой им организации. В тех случаях, когда контролирующее должника лицо не исполняет обязанность, предусмотренную статьей 9 Закона о банкротстве, оно тем самым причиняет вред независимым участникам гражданского оборота, вступившим в правоотношения с финансово несостоятельной организацией, контроль над которой он осуществляет, и обязательства которой перед ними исполнены не будут в связи с фактической несостоятельностью такой организации.

Согласно пунктам 2 и 3 статьи 61.12 Закона о банкротстве, размер ответственности в соответствии с настоящим пунктом равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 настоящего Федерального закона, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признания должника банкротом). Бремя доказывания отсутствия причинной связи между невозможностью удовлетворения требований кредитора и нарушением обязанности, предусмотренной пунктом 1 настоящей статьи, лежит на привлекаемом к ответственности лице (лицах). В размер ответственности в соответствии с настоящей статьей не включаются обязательства, до возникновения которых конкурсный кредитор знал или должен был знать о том, что имели место основания для возникновения обязанности, предусмотренной статьей 9 настоящего Федерального закона, за исключением требований об уплате обязательных платежей и требований, возникших из договоров, заключение которых являлось обязательным для контрагента должника.

Указанные нормы ограничивают размер ответственности контролирующего лица за неподачу заявления о банкротстве контролируемого лица размером обязательств, возникших в период с даты истечения срока на подачу заявления о собственном банкротстве до даты возбуждения производства по делу о банкротстве (даты принятия заявления о признании должника банкротом к производству).

При этом, под возникновением обязательств понимаются юридические факты, обусловливающие возникновение соответствующих обязательственных правоотношений.

При рассмотрении заявленных требований суд первой инстанции исходил из того, что для установления оснований для привлечения ФИО3 и ФИО5 к субсидиарной ответственности по статье 61.12 Закона о банкротстве необходимо установить:

а) момент времени, который связывается с возникновением обязанности обратиться в суд с заявлением о банкротстве; 

б) обязательства, возникшие в период по истечении месяца с даты, определенной по пункту «а» до даты возбуждения производства по делу о банкротстве должника (21.10.2019).

Подавая заявление о привлечении к субсидиарной ответственности по статье 61.12 Закона о банкротстве, управляющий ссылается на обязанность контролирующих лиц, подать заявление о банкротстве должника.

Конкурсным управляющим указано на то, что ФИО3 с учётом задолженности, образовавшейся в период с 2017 по 2019 год, не мог не знать о наличии у должника признаков неплатежеспособности о соответственно должен был обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом.

При этом как верно отметил суд первой инстанции конкурсным управляющим не указан конкретный промежуток времени, когда именно ФИО3 должен был обратиться с заявлением в суд.

В заявлении обозначены три даты возникновения обязанности руководителя обратиться с заявлением о банкротстве: "с 2017 по 2019 год", "не позднее января 2019 г.", "ещё в 2018 году".

Банк в своей апелляционной жалобе также не указывает конкретный промежуток времени, когда именно ФИО3 достоверно узнал о наличии признаков банкротства должника. 

В апелляционной жалобе Банк указывает, что у ООО "Компания "Три Богатыря" имелась подтвержденная судебными актами задолженность, возникшая в период 2017-2019 г.г., а также неоднократные нарушения оплаты по кредитным договорам, что, по мнению Банка, свидетельствует о возникновении обязанности руководителя обратиться с заявление о несостоятельности (банкротстве).

Суд первой инстанции установил, что основным видом деятельности ООО "Компания "Три Богатыря" являлась торговля продовольственными и непродовольственными товарами. В целях осуществления указанной деятельности должником на территории города Таганрога открывались торговые точки (магазины), общее количество которых по состоянию на 2017 год (максимальное) составило 18.

Учитывая особенности осуществления указанной экономической деятельности (порча или утрата товарного вида продукции, резкое падение/повышение спроса на отдельные виды товаров, резкое изменение закупочной стоимости), между должником (покупатель) и такими кредиторами, как ООО "Фирма "Едиконт", АО "Торговая компания "Мегаполис", ООО "Лудинг - Ростов-на-Дону", ОАО "Торговый дом Русский Холод", ООО "ПепсиКо Холдингс", ООО "Дон Алко" (продавцы, поставщики) сложилась практика взаимоотношений, при которых оплата за поступивший товар производилась через некоторое время после его фактической поставки.

Данный порядок товарно-денежных взаимоотношений сторон фактически стал практикой обычной хозяйственной деятельности представителей рассматриваемого сегмента бизнеса, что подтверждается как текстами заключённых договоров поставки, содержащими условие об отсрочке оплаты за поставленный товар, так и отсутствием у указанных лиц каких либо претензий к ООО "Компания "Три Богатыря" до момента возбуждения дела о несостоятельности.

Судом первой инстанции отмечено, что последние оплаты по договорам поставки с обозначенными кредиторами производились должником ещё в июне-июле 2019 года, что подтверждается сведениями из базы данных 1С в виде актов сверки взаиморасчётов, что опровергает довод заявителя о том, что включённая в реестр требований ООО "Компания "Три Богатыря" задолженность возникла за период 2017-2019 годы.

Суд первой инстанции установил, что суммарная задолженность перед обозначенными выше организациями по состоянию на дату возбуждения дела о несостоятельности составляет всего 478 478,66 руб., что, с учётом ежемесячного оборота должника в период осуществления деятельности, также не могло явиться причиной банкротства.

ООО "Компания "Три Богатыря" в добровольном порядке осуществлялось погашение установленной решением Арбитражного суда Ростовской области от 14.02.2019 по делу А53-15190/2018 задолженности в пользу АО "Таганрогское автотранспортное предприятие" в размере 1 823 970 руб. Так, последний платёж в сумме 50 000 руб. был произведён 24.06.2019, а остаток задолженности на момент введения процедуры банкротства составил 376 384 руб.

В части получения кредита в ПАО "Сбербанк" судом первой инстанции установлено следующее.

30.06.2014 между ООО "Компания "Три Богатыря" (заёмщик) и ПАО "Сбербанк" был заключён договор №1548/452/10750 об открытии возобновляемой кредитной линии, по условиям которого кредитор обязуется открыть заёмщику для погашения текущей задолженности в ОАО Банке ВТБ по договору №КС-730000/2013/00024 от 22.04.2013, договору №КС-730000/2014/00009 от 13.02.2014, пополнения оборотных средств на срок по 29.06.2017 с лимитом 60 000 000 руб. по 29.04.2017, 40 000 000 руб. по 29.05.2017, 20 000 000 руб. по 29.06.2017. Обязательства заёмщика по указанному договору обеспечивались залогом недвижимого имущества и поручительством третьих лиц.

Во исполнение данного договора кредитором 03.07.2014 осуществлены платежи на сумму 30 000 000 руб. и 20 000 000 руб. в счёт погашения текущей задолженности заёмщика перед ПАО банк ВТБ.

Принятые на себя перед ПАО "Сбербанк" обязательства должником вплоть до подачи заявления о признании банкротом исполнялись надлежащим образом, что в том числе подтверждается заключением в 2018 году ещё двух договоров: - договор №5221/1548/2018/0344АСРМ от 07.06.2018 об открытии возобновляемой кредитной линии с дифференцированными процентными ставками с суммой лимита 10 000 000 рублей 00 коп. и периодом действия лимита с 07.06.2018 по 07.12.2019; - договор № 5221/1548/2018/0353ОД от 20.07.2018 с лимитом овердрафта 14 800 000 рублей.

Суд первой инстанции отметил, что заключение обозначенных выше договоров в 2018 году было обусловлено необходимостью пополнения оборотных средств, которая возникла на фоне экономических изменений, произошедших на территории России в целом и в Ростовской области в частности.

Суд первой инстанции указал, что с начала 2017 года наметилась общероссийская тенденция удорожания закупочной стоимости самых популярных продуктов народного потребления, связанная с введёнными Российской Федерацией в ответ на международные экономические санкции запретами на ввоз импортной продукции и неспособностью отечественных производителей восполнить потребность в интересующих население продуктах в рамках программы импортозамещения. Одновременно началось масштабное развитие и расширение крупных ритейлеров - владельцев сети магазинов "Пятёрочка" и "Магнит" в частности на территории г. Таганрога. Вид деятельности, которым занималось ООО "Компания "Три Богатыря", в силу объективных причин (одной из которых являлось размещение торговых точек в арендованных помещениях) не позволял в короткие сроки перераспределить производственные мощности, либо перепрофилировать деятельность фирмы в принципе. В целях сохранения возможности конкурировать с крупными торговыми сетями, руководителем должника было принято решение расширить ассортимент товаров в целях привлечения покупателей, что требовало пополнения оборотных средств.

Судом первой инстанции также установлено, что за счёт полученных в 2018 году от ПАО "Сбербанк" кредитных средств предприятию удалось сохранить своё конкурентное положение в городе Таганроге. В то же время, возникшая ситуация требовала уменьшения ежемесячных трат, в том числе на погашение кредиторской задолженности, в связи с чем в феврале 2019 года перед ПАО "Сбербанк" был досрочно погашен кредит в сумме 10 000 000 руб. 10.06.2019 ПАО "Сбербанк" отказало в продлении срока пользования лимитом овердрафтными средствами по договору № 5221/1548/2018/0353ОД от 20.07.2018.

Суд первой инстанции установил, что данный отказ лишил общество возможности пользоваться денежными средствами, необходимыми для закупки товаров. Более того, данный отказ подразумевал необходимость одномоментного возврата кредитных средств, что являлось невозможным для должника. В связи с указанными обстоятельствами была инициирована подготовка соглашения с Банком о реструктуризации имеющейся задолженности, которая позволила бы ООО "Компания "Три Богатыря" и дальше продолжать свою деятельность и не лишало ПАО "Сбербанк" возвратить свои средства в обозримом будущем.

Судом первой инстанции также установлено, что обсуждение плана реструктуризации с ПАО "Сбербанк" проводилось с середины мая по конец августа 2019 года и на протяжении всего этого времени должник продолжал осуществлять свою деятельность и производить текущие расчёты.

12.08.2019 ПАО "Сбербанк" было выставлено требование о погашении в срок до 22.08.2019 кредитной задолженности в полном объёме. 14.08.2019 Банком ООО "Компания "Три Богатыря" были предложены условия заключения мирового соглашения. Однако мировое соглашение заключено не было.

Таким образом, судом первой инстанции верно установлено, что банкротство ООО "Компания "Три Богатыря" было вызвано объективными причинами в виде сложной для данного сегмента бизнеса экономической ситуации и отсутствием одобрения ПАО "Сбербанк" реструктуризировать имеющуюся задолженность.

Суд первой инстанции верно признал необоснованным довод конкурсного управляющего о том, что обязанность по подаче заявления о признании должника возникла у контролирующих должника лиц в любом случае не позднее даты начала просрочки исполнения обязательств перед ПАО «Сбербанк России», которая, по мнению управляющего возникла не позднее января 2019 года.

Данный вывод сделан заявителем на основе того, что на счет должника 19.02.2019 от ООО «Красная Линия» поступили денежные средства в размере 10 000 000 руб. от продажи объектов недвижимости, при этом, полученные денежные средства были направлены на погашение просроченных обязательств перед ПАО «Сбербанк России», поскольку данное имущество являлось предметом залога.

Указанная позиция конкурсного управляющего опровергается материалами дела.

Так, 07.06.2018 между ООО "Компания "Три Богатыря" и ПАО "Сбербанк" был заключён договор № 5221/1548/2018/0344АСРМ об открытии возобновляемой кредитной линии с дифференцированными процентными ставками с суммой лимита 10 000 000 рублей и периодом действия лимита с 07.06.2018 по 07.12.2019.

В соответствии с условиями указанного договора, в счёт обеспечения обязательств заёмщика перед кредитором в залог было предоставлено следующее недвижимое имущество: земельный участок, кадастровый номер: 61:58:0003186:45, разрешенное использование: для эксплуатации магазина «Хозтовары 37», назначение: земли населенных пунктов, площадь: 504 кв.м., адрес: 

<

...>, вид права: общая долевая собственность 304/504; нежилое помещение, кадастровый номер: 61:58:0003186:447, площадь: 422,7 кв.м., адрес: Ростовская область, 

<

...>, кв.1,2,3,3а,4,5,6,7,8,9,10,11,12,13,14,15,16,17,18. залоговой стоимостью не менее 4 626 000 рублей. 

На протяжении всего срока пользования данной кредитной линией ООО "Компания "Три Богатыря" не допускалось нарушений условий договора, в том числе в виде просрочки внесения очередного платежа. Доказательств обратного со стороны заявителя в материалы дела не представлено.

В конце 2018 года, в целях снижения кредитной нагрузки предприятия, руководителем должника принято решение о необходимости полного досрочного погашения кредитной линии, открытой в соответствии с договором № 5221/1548/2018/0344АСРМ от 07.06.2018.

В связи с указанными обстоятельствами заёмщиком с ПАО "Сбербанк" были согласованы условия по выводу из-под залога и последующей реализации заложенного имущества, расположенного по адресу: 

<

...>.

По итогу заключения договора купли-продажи, все вырученные от реализации данного имущества денежные средства 19.02.2019 были направлены на досрочное погашение кредитной линии, что подтверждается соответствующими документами.

Таким образом, в данном случае речь идёт о полном и досрочном прекращении кредитных обязательств, не являющихся просроченными, осуществлённом ООО "Компания "Три Богатыря" в добровольном порядке, что полностью противоречит доводам конкурсного управляющего о неплатежеспособности и наличии просроченных обязательств у должника уже в январе 2019 года.

Таким образом, в рассматриваемый период времени, в том числе в 2019 году ООО "Компания "Три Богатыря" осуществляло нормальную хозяйственную деятельность, вело расчёты с поставщиками и кредиторами, вносило обязательные платежи и выплачивало заработную плату, что опровергает довод управляющего о необходимости подачи заявления о признании должника банкротом ещё в 2018 году.

Более того, судом первой инстанции обоснованно принято во внимание, что на протяжении всего рассматриваемого периода времени (2017-2019 гг.) контролирующими должника лицами предпринимались все возможные меры, направленные на преодоление временных финансовых трудностей. К таким мерам, помимо прочего, следует отнести действия по пополнению оборотных средств за счёт кредитования. При этом, в целях указанного кредитования контролирующие должника лица выступали как поручители и залогодатели своего личного имущества, тем самым полностью принимая на себя риски, связанные с возможным неисполнением ООО "Компания "Три Богатыря".

Суд первой инстанции сделал правильный вывод, что такие действия контролирующих должника лиц, свидетельствующие об их заинтересованности в дальнейшем развитии предприятия, являются разумными с точки зрения распределения коммерческих рисков в целях извлечения прибыли. Принимая во внимание непредставление заявителем в материалы дела доказательств допущенных контролирующими должника лицами действий/бездействий направленных на незаконный вывод денежных средств или имущества организации, а также повлекших за собой существенное ухудшение финансового положения ООО "Компания "Три Богатыря" в отсутствие иных объективных факторов, указанными выше обстоятельствами опровергается довод конкурсного управляющего о недобросовестном поведении как руководителя должника, так и его учредителя.

Судом первой инстанции установлено, что заемные средства привлекались должником в целях развития своей хозяйственной деятельности, средства привлекались за счет внешних источников (прежде всего банка), велась хозяйственная деятельность.

Ответчики в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, объективно оценили финансово-экономическую ситуацию, рассчитывали на преодоление временных трудностей, приняли обоснованное решение не подавать заявление о банкротстве должника. 

Конкурсным управляющим не доказана дата, на которую у ответчиков возникла бы обязанность по подаче заявления о банкротстве должника, не доказаны применительно к ответственности по статье 61.12 Закона о банкротстве факты объективного и субъективного банкротства, обусловливающие необходимость подачи соответствующего заявления руководителем или учредителем должника с учетом особенностей хозяйственной деятельности должника.

Материалами дела подтверждается, что контролирующими должника лицами были предприняты все возможные меры, направленные на сохранение деятельности организации и рабочих мест. В то же время конкурсным управляющим не представлено доказательств свидетельствующих о допущенных контролирующими должника лицами незаконных действиях/бездействиях, повлекших за собой ухудшение финансового положения  должника, либо причинение вреда его кредиторам. 

Рассмотрев доводы заявления о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по основанию статьи 61.11 Закона о банкротстве, суд первой инстанции пришел к следующим выводам.

Согласно пункту 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В силу подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если: причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;  документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

В соответствие с разъяснением пункта 23 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

По смыслу подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве для доказывания факта совершения сделки, причинившей существенный вред кредиторам, заявитель вправе ссылаться на основания недействительности, в том числе предусмотренные статьей 61.2 (подозрительные сделки) и статьей 61.3 (сделки с предпочтением) Закона о банкротстве. Однако и в этом случае на заявителе лежит обязанность доказывания как значимости данной сделки, так и ее существенной убыточности. Сами по себе факты совершения подозрительной сделки либо оказания предпочтения одному из кредиторов указанную совокупность обстоятельств не подтверждают.

Таким образом, на заявителе лежит обязанность по доказыванию совершения и одобрения контролирующими лицами сделок, в результате которых причинен существенный вред имущественным правам кредиторов.

Как разъяснено в пункте 16 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством. Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д. Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства. Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.

Применительно к указанному разъяснению, в рамках установления факта совершения соответствующих неправомерных действий, а также действий, которые внешне имея правомерную форму, тем не менее, несут в себе злой умысел, важно, чтобы соответствующие действия имели место в период осуществления контроля соответствующего лица над деятельностью должника.

Относительно выдачи должником в подотчет денежных средств и своевременности их возврата судом первой инстанции установлено, что в силу сложившейся практики осуществления текущей хозяйственной деятельности ООО "Компания "Три Богатыря" расчёт с поставщиками товара, в частности сахара, вёлся наличным путём по требованию поставщиков. Данная форма расчётов позволяла сокращать срок получения товара с момента подачи заявки, а также минимизировать закупочную цену, что в свою очередь способствовало увеличению получаемого от продажи данных видов товара доходов.

Суд первой инстанции установил, что в связи с указанными обстоятельствами, в течение 2018 года, руководитель должника, брал из кассы предприятия под отчёт наличные денежные средства, необходимые для произведения расчётов с поставщиками. Данные обстоятельства подтверждаются авансовыми отчётами, представленными в материалы дела. 

Таким образом, фактическими обстоятельствами и документами подтверждается цель выдачи ООО "Компания "Три Богатыря" крупных сумм под отчёт и результат использования указанных денежных средств, что свидетельствует об обоснованности совершения таких действий. 

Доказательств совершения ответчиками сделок, направленных на причинение вреда кредиторам, противоправное оказание преимущества отдельным лицам, создание модели бизнеса с выделением центров прибылей и генерации убытков, перевод в преддверии банкротства активов предприятия на иное контролируемое юридическое лицо, присвоение в свою пользу значительной части поступающей в адрес должника выручки и тому подобные противозаконные действия конкурсным управляющим не представлено.

Конкурсный управляющий, обращаясь с заявленными требованиями, в нарушение положений статьи 65 АПК РФ не представил доказательства существенной убыточности совершенных должником сделок, равно как и заключения или одобрения сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), что, исходя из диспозиции статьи 61.11 Закона о банкротстве, входит в предмет доказывания по данному спору. 

При изложенных обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что в настоящем случае конкурсным управляющим не представлено доказательств, очевидно свидетельствующих о том, что совершение соответствующих сделок повлекло объективное банкротство должника.

Конкурсным управляющим вменяется ответчикам непродуктивное управление должником, что само по себе не может явиться основанием для привлечения к субсидиарной ответственности. 

Установленная недостача товара в магазинах должника не является основанием для привлечения к субсидиарной ответственности.

В материалы дела представлена справка о пожаре от 21.01.2022 № 36-4-15-10, согласно которой 23.10.2013 в 01 час 56 минут в магазине «Три богатыря», расположенном по адресу: 

<

...> произошел пожар, повредивший товарно-материальные ценности. 

Кроме того, естественная убыль товаров предполагается при осуществлении торговли продовольственными товарами. 

Приказом руководителя ООО "Компания "Три Богатыря" от 20.12.2018 № 20 назначено проведение плановой инвентаризации товарно-материальных ценностей складов магазинов. Ранее, на протяжении всего периода работы торговых точек должника (с 01.01.2006) подобные инвентаризации не проводились, что объясняет большое количество фактически отсутствующего (по причине порчи, утраты и иных факторов), но числящегося по данным бухгалтерского учёта товара. 

По результатам проведённой инвентаризации было установлено фактическое отсутствие 1 122 629 штук товара на общую сумму 95 285 309,30 руб., в связи с чем руководителем должника 26.12.2018 был издан Приказ № 25 об утверждении итогов проведённой инвентаризации и применении норм списания естественной убыли продовольственных товаров при хранении. 

Решением единственного учредителя ООО "Компания "Три Богатыря" 28.12.2018 принято Решение № 2 о списании суммы недостачи за счёт уменьшения суммы нераспределённой прибыли по состоянию на 31.12.2017.

Таким образом, обоснованность отнесения товара на недостачу подтверждается документами и фактическими обстоятельствами дела. 

При изложенных обстоятельствах, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для применения положений статьи 61.20 Закона о банкротстве и привлечения ответчиков к ответственности в виде возмещения убытков.

Со стороны конкурсного управляющего не представлено доказательств искажения контролирующими должника лицами бухгалтерской и иной документации общества.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к верному выводу, что оснований для привлечения к субсидиарной ответственности не имеется, оснований для взыскания убытков также не имеется. Отсутствуют факты доведения со стороны ответчиков должника до банкротства. В материалы дела не представлено относимых и допустимых доказательств совершения ответчиками умышленных действий, направленных на вывод активов, совершения иных противоправных действий, послуживших основанием для последующего банкротства должника.

Оснований для переоценки данных выводов суда первой инстанции у судебной коллегии не имеется. 

Довод ПАО "Сбербанк" об отсутствии доказательств использования кредитных средств по целевому назначению для пополнения оборотных средств ООО "Компания "Три Богатыря"), подлежит отклонению судебной коллегией как документально неподтвержденный. 

Кредитный договор № 

<

***> от 29.03.2017 на сумму 60 000 000 руб. фактически являлся рефинансированием ранее заключенного договора № 1548/452/10750 об открытии возобновляемой кредитной линии, по условиям которого кредитор обязуется открыть заёмщику для погашения текущей задолженности в ОАО Банке ВТБ по договору №КС-730000/2013/00024 от 22.04.2013, договору №КС-730000/2014/00009 от 13.02.2014, пополнения оборотных средств на срок по 29.06.2017 с лимитом 60 000 000 руб. по 29.04.2017, 40 000 000 руб. по 29.05.2017, 20 000 000 руб. по 29.06.2017.

Во исполнение договора №1548/452/10750 кредитором 03.07.2014 осуществлены платежи на сумму 30 000 000 руб. и 20 000 000 руб. в счёт погашения текущей задолженности заёмщика перед ПАО Банк ВТБ.

Таким образом, полученные по договору №1548/2017/2077 от 29.03.2017 денежные средства были направлены на погашение договора №1548/452/10750, за счет средств которого была погашена задолженность перед ПАО Банк ВТБ.

Таким образом, изначальной целью заключения указанных договоров с ПАО "Сбербанк" являлось погашение имеющейся кредитной задолженности, а не пополнение оборотных средств.

При этом в рамках предоставленных Банком кредитных линий, платежи должником в пользу контрагентов и третьих лиц осуществлялись исключительно после согласования с кредитором, что делает невозможным использование кредитных средств не по целевому назначению

Доводы заявителя жалобы о недобросовестности ответчиков со ссылкой на утрату поручительства ООО "ТХЗ" в связи с непредставлением корпоративного одобрения, подлежат отклонению судом апелляционной инстанции, поскольку не имеют отношения для рассмотрения настоящего обособленного спора. 

Иные доводы Банка не были заявлены при рассмотрении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности и не являлись предметом оценки суда первой инстанции.

В целом доводы апелляционной жалобы направлены на переоценку выводов суда первой инстанции, поскольку, не опровергая выводов суда, они сводятся исключительно к несогласию с оценкой установленных обстоятельств по делу, что не может рассматриваться в качестве основания для отмены судебного акта.

При указанных обстоятельствах основания для отмены или изменения обжалуемого судебного акта отсутствуют.

Нарушений процессуальных норм, влекущих отмену оспариваемого акта (ч. 4 ст. 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом апелляционной инстанции не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 258, 269 – 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ростовской области от 11.04.2022 по делу № А53-37491/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в порядке, определенном главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления в законную силу настоящего постановления.

Председательствующий М.Ю. Долгова

СудьиГ.А. Сурмалян

Н.В. Шимбарева