ЧЕТВЕРТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

улица Ленина, дом 100б, Чита, 672000,  http://4aas.arbitr.ru  

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А58-6604/2016

г. Чита

25 июня 2021 года

Резолютивная часть постановления объявлена 23 июня 2021 года

Полный текст постановления изготовлен 25 июня 2021 года

Четвертый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего судьи Н. А. Корзовой, судей О. П. Антоновой, Д. В. Басаева, при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Республики Саха (Якутия) от 17 июля 2020 года по делу № А58-6604/2016, по результатам рассмотрения заявления конкурсного управляющего ФИО3 о привлечении бывшего руководителя должника ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника,

в рамках дела о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «ДВспецтехника» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, адрес регистрации юридического лица: 

<

...>).

В судебном заседании в порядке статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации объявлялся перерыв с 16.06.2021 по 23.06.2021. Информация о перерыве размещена на официальном сайте Четвертого арбитражного апелляционного суда  (http://4aas.arbitr.ru) и на официальном сайте федеральных арбитражных судов Российской Федерации (http://www.arbitr.ru).

В судебное заседание 16.06.2021 в Четвертый арбитражный апелляционный суд явился ФИО4 - представитель ФИО2   по доверенности от 27.06.2020.

В судебное заседание 23.06.2021 в Четвертый арбитражный апелляционный суд лица, участвующие в деле, не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом. Кроме того, они извещались о судебных заседаниях по данному делу судом первой инстанции, соответственно, были осведомлены о начавшемся процессе.

Руководствуясь частью 3 статьи 156, статьей 123, частью 6 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие надлежащим образом извещенных лиц, участвующих в деле. 

В состав апелляционного суда, рассматривающего дело № А58-6604/2016, входили судьи: Н. А. Корзова (председательствующий), О. П. Антонова, О. В. Монакова.

Определением заместителя председателя Четвертого арбитражного апелляционного суда от 15.06.2021 судья О. В. Монакова заменен на судью Н. В. Ломако.

В состав апелляционного суда, рассматривающего дело № А58-6604/2016, входили судьи: Н. А. Корзова (председательствующий), О.П. Антонова, Н.В. Ломако.

Определением заместителя председателя Четвертого арбитражного апелляционного суда от 16.06.2021 судья Н. В. Ломако заменена на судью Д. В. Басаева.

Судом установлены следующие обстоятельства.

Производство по делу о несостоятельности (банкротстве) возбуждено по заявлению заявления индивидуального предпринимателя ФИО5, определением арбитражного суда от 10 января 2017 года. 

Наблюдение в отношении должника было введено определением арбитражного суда от 27.06.2017. 

Решением арбитражного суда от 21 декабря 2017 года общество с ограниченной ответственностью «ДВспецтехника» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура конкурсного производства. Конкурсным управляющим должника утвержден ФИО3.

13.06.2019 конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении бывшего руководителя должника ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Определением Арбитражного суда Республики Саха (Якутия) от 17 июля 2020 года признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности, производство по вопросу определения размера ответственности по заявлению конкурсного управляющего ФИО3 о привлечении бывшего руководителя должника ФИО2 к субсидиарной ответственности приостановлено до расчетов с кредиторами.

ФИО2, не согласившись с определением суда, обратился в Четвертый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой. 

В апелляционной жалобе ФИО2, ссылаясь на нормы права, выражает несогласие с определением суда первой инстанции, просит  определение суда первой инстанции отменить и принять по делу новый судебный акт.

В мотивированной апелляционной жалобе ФИО2 указывает, что конкурсным управляющим не представлено доказательств существенной убыточности недействительных сделок, указанных им в заявлении. 15 января 2018 года вся финансовая и бухгалтерская документация ООО «ДВспецтехника» протоколом осмотра места происшествия изъята сотрудниками органов внутренних дел, документы находятся в материалах уголовного дела в настоящее время,  документация не уничтожена и не искажена ФИО2

Заявитель полагает, что конкурсный управляющий, действуя исключительно в интересах кредитора ИП ФИО5, не ставя цель восстановления платежеспособности должника, не дает какой-либо правовой оценки пояснениям бывшего руководителя должника ФИО2 о фактах неправомерных действий работников ООО «Торговый дом «Техновек», ООО «Технобаза», ФИО5, также уголовному делу № 11801980001001256, возбужденному по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ, на основании заявления ФИО2 по фактам, вытекающим из дел № А58-3020/2015, А58-5619/2015.

Кроме того заявитель считает, что ФИО6, который выступал свидетелем по делу № А58-3020/2015 и давал свидетельские показания, в которых указал на факт грузоперевозки в адрес ООО «ДВспецтехника» бульдозеров по договору поставки №138 заключенному между ООО ТД «Техновек» и ООО «ДВспецтехника», что послужило основанием для вынесения решения арбитражного суда о привлечении ООО «ДВспецтехника» к ответственности, в рамках возбужденного уголовного дела №11801980001001256, фактически подтвердил, что денежные средства по договору №138, №049 от ООО «ДВспецтехника» за поставку техники были перечислены на расчетный счет возглавляемого им предприятия ООО «Технобаза» (данное предприятие ликвидировано в конце 2014 года, о чем свидетельствует запись по выписке на портале egrul.nalog.ru). Однако,  по делу № А58-3020/2015 им были даны противоположные свидетельские показания, где он умалчивает о факте существования договора поставки №138 и перечислении по данному договору денежных средства в сумме 3  445 000 рублей, а также иных сумм, о чем еще в начале процесса ответчик ФИО2 неоднократно уведомлял конкурсного управляющего ФИО3

Более того, как указывает заявитель, ФИО2 на протяжении всего времени предпринимает действия по восстановлению платежеспособности должника, в том числе и в рамках уголовного судопроизводства. Однако, конкурсный управляющий в этом ему препятствует.

Заявитель обращает внимание на то, что в рамках дела № А58-4004/2018 по заявлению Прокуратуры г. Якутска, инициированного конкурсным управляющим ФИО3, о привлечении ФИО2 к административной ответственности, за непредставление бухгалтерской и финансовой документации должника, судом было установлено, что вся документация изъята сотрудниками полиции, а не в результате умышленного сокрытии ФИО2, по причине которой вменяемое нарушение было признано малозначительным.

Отзыв на апелляционную жалобу поступил от конкурсного управляющего ФИО3 ФИО3, возражая доводам апелляционной жалобы, просит определение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения. Во исполнение определения суда апелляционной инстанции ФИО3 представил дополнительный отзыв на апелляционную жалобу, в котором указал, что уголовное дело возбуждено не в отношении кредитора должника, либо в отношении контролирующих лиц должника, а в отношении неустановленных лиц. Доводы ФИО2 уже неоднократно становились предметом рассмотрения в судах и органах предварительного следствия и не нашли своего подтверждения. Доводы ФИО2 в части необходимости приостановления производства по делу, равно как и в части ущемления его прав неоднократно становились предметом рассмотрения соответствующих органов. Полагает, что имеются основания для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности и в соответствии с подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве. Управляющий полагает, что процедура банкротства стала неизбежной только ввиду действий руководителя по переводу бизнеса на другие общества, которые им были вновь созданы, что образует самостоятельное неправомерное действие, повлекшее за собой существенные последствия для кредиторов общества, в том числе ФНС России. Кроме того ФИО2 не совершал действий по подаче заявления о банкротстве должника, что в свою очередь также подтверждает недобросовестность руководителя и искусственно созданное банкротство.

Рассмотрев доводы апелляционной жалобы, исследовав материалы дела, проверив правильность применения норм материального и соблюдения норм процессуального права в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Заявление о привлечении руководителя должника к субсидиарной ответственности поступило в суд 13 июня 2019 года.

Суд апелляционной инстанции полагает, что судом первой инстанции правильно определена редакция  Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» № 127-ФЗ от 26.10.2002 (далее – Закона  банкротстве), подлежащая применению в настоящем деле. 

Согласно статье 4 Федерального закона "О порядке опубликования и вступления в силу федеральных конституционных законов, федеральных законов, актов палат Федерального Собрания" от 14 июня 1994 года № 5-ФЗ официальным опубликованием федерального конституционного закона, федерального закона, акта палаты Федерального Собрания считается первая публикация его полного текста в "Парламентской газете", "Российской газете", "Собрании законодательства Российской Федерации" или первое размещение (опубликование) на "Официальном интернет-портале правовой информации" (www.pravo.gov.ru).

Федеральным законом № 266-ФЗ от 29.07.2017 «О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон № 266-ФЗ) ст. 10 Закона о банкротстве, ранее регулирующая вопросы привлечения к субсидиарной ответственности, признана утратившей силу, а Закон о банкротстве дополнен главой III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве». В соответствии с вышеуказанным Законом рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной ст. 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции настоящего закона).

При этом, предусмотренные Законом о банкротстве в редакции закона № 266-ФЗ процессуальные нормы о порядке рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности подлежат применению судами после 01.07.2017 независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве. 

Учитывая вышеизложенное, правомерными являются выводы суда первой инстанции о том, что в настоящем деле подлежат применению положения Закона о банкротстве с учетом  изменений, внесенных Законом № 266-ФЗ, в части материально-правовых оснований для привлечения контролирующего лица к субсидиарной ответственности,  поскольку рассматриваются  действия (бездействие) ответчика, относящиеся к периодам после 01.07.2017.  

В заявлении конкурсного управляющего указано сразу несколько оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности,  том числе:

подпунктом 1 пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве: причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

подпунктом 2 пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве: документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы;

установленных абзацем 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве: должник стал отвечать признакам неплатежеспособности не вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, однако после этого оно совершило действия и (или) бездействие, существенно ухудшившие финансовое положение должника.

Удовлетворяя заявленные требования конкурсного управляющего, суд первой инстанции исходил из доказанности всей совокупности обстоятельств, позволяющих привлечь ответчика к субсидиарной ответственности по всем заявленным основаниям. 

При этом суд первой инстанции исходил из того, что неисполнение ФИО2 обязанности по передаче документов  в установленные сроки свидетельствует о воспрепятствовании им деятельности конкурсного управляющего. Материалами дела подтверждается факт несвоевременного предоставления ФИО2 арбитражному управляющему сведений и (или) документов, необходимых для исполнения возложенных на него обязанностей, и имущества, принадлежащего юридическому лицу. 

Ссылка ФИО2 на то, что 14.01.2018 документы должника были изъяты правоохранительными органами, отклонена судом первой инстанции как не свидетельствующая о том, что у данного должностного лица отсутствовала возможность исполнить указанную обязанность в установленные сроки. 

Доказательств, что неисполнение обязанности возложенной законом на должностное лицо должника в установленный срок обусловлено обстоятельствами, не зависящими от воли должностного лица, в материалы дела не представлено. 

Суд указал, что с  учетом вступившего в законную силу судебного акта по ранее рассмотренному делу, в котором суд  установил в действиях бывшего руководителя должника ФИО7 нарушения законодательства о несостоятельности (банкротстве), иная оценка вменяемых бывшему руководителю должника ФИО7 одних и тех же нарушений при рассмотрении настоящего обособленного спора о привлечении к субсидиарной ответственности не допустима. 

Между тем судом первой инстанции не учтено следующее. 

В соответствии с правовой позицией, изложенной в пункте 42 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда   Российской Федерации от 22 июня 2012 года № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве»,   если в судебном заседании была объявлена только резолютивная часть судебного акта о введении процедуры, применяемой в деле о банкротстве, то датой соответственно введения процедуры, возникновения либо прекращения полномочий арбитражного управляющего, продления процедуры или включения требования в реестр (возникновения права голоса на собрании кредиторов) будет дата объявления такой резолютивной части, при этом срок на обжалование этого судебного акта начнет течь с даты изготовления его в полном объеме.

Согласно пункту 2 статьи 126 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» № 127-ФЗ от 26 октября 2002 года (далее – Закона о банкротстве) с даты принятия арбитражным судом решения о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства прекращаются полномочия руководителя должника, иных органов управления должника и собственника имущества должника - унитарного предприятия (за исключением полномочий общего собрания участников должника, собственника имущества должника принимать решения о заключении соглашений об условиях предоставления денежных средств третьим лицом или третьими лицами для исполнения обязательств должника).

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: 

-документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы (подпункт 2);

-документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены (подпункт 4).

Заявитель указывает именно на то, что документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют (в полном объеме не переданы), в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Ответственность, предусмотренная подпунктом 2 пункта 2  статьи 61.11 Закона о банкротстве, соотносится с нормами об организации бухгалтерского учета (пункты 1-3 статьи 7, статья 29 Федерального закона «О бухгалтерском учете» от 06 декабря 2011 года № 402-ФЗ) и обязанностью руководителя должника в установленных случаях предоставить арбитражному управляющему бухгалтерскую документацию (пункт 3.2 статьи 64, пункт 2 статьи 126 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)". 

Данная ответственность направлена на обеспечение надлежащего исполнения руководителем должника указанных обязанностей, защиту прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, через реализацию возможности сформировать конкурсную массу должника, в том числе путем предъявления к третьим лицам исков о взыскании долга, исполнении обязательств, возврате имущества должника из чужого незаконного владения и оспаривания сделок должника.

Согласно пункту 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязан обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Решением Арбитражного суда Республики Саха (Якутия) от 21.12.2017 по делу № А58-6604/2016, на основании которого  общество с ограниченной ответственностью «ДВспецтехника» признано банкротом, в отношении него открыта процедура конкурсного производства, суд обязал руководителя ООО «ДВспецтехника» ФИО2 в течение трех дней обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему должника ФИО3 

Конкурсным управляющим в адрес бывшего руководителя должника направлен запрос от 22.12.2017 о предоставлении информации и документов, касающихся деятельности должника (получен адресатом 30.12.2017). 

Неисполнение обязанностей, предусмотренных  Законом о банкротстве и непредставление бывшим руководителем должника документов в полном объеме, послужило основанием для обращения конкурсного управляющего в прокуратуру города Якутска. 

В рамках дела № А58-4004/2018 Прокуратура г. Якутска обратилась в Арбитражный суд Республики Саха (Якутия) с заявлением о привлечении бывшего руководителя общества с ограниченной ответственностью «ДВспецтехника» ФИО2 к административной ответственности, предусмотренной частью 4 статьи 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях. 

Решением Арбитражного суда Республики Саха (Якутия) от 19 ноября 2018 года № А58-4004/2018  в удовлетворении заявленных требований отказано. 

Постановлением Четвертого арбитражного апелляционного суда от 08 февраля 2019 года решение суда от 19 ноября 2018 года отменено. По делу принят новый судебный акт. Заявленные требования удовлетворены. 

Все перечисленные обстоятельства, по мнению суда первой инстанции, являются основанием для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности, исходя из части 2 статьи 69 Арбитражного  процессуального кодекса РФ. 

Апелляционный суд исходит из того, что  материалами дела подтверждается, что непредставление документов, характеризующих состав и местонахождение активов должника, данных бухгалтерской отчетности, привело к невозможности арбитражному управляющему выявить и оценить активы должника в целях предполагаемого их включения в конкурсную массу. Кроме того, у арбитражного управляющего отсутствует возможность оценить законность сделок и действий руководителя общества, в результате которых балансовая стоимость активов общества уменьшилась, нет возможности определить круг контрагентов должника, равно как и обоснованность требований, имеющихся у должника и предъявленных к должнику. Отсутствие документов, подтверждающих дебиторскую задолженность перед должником, делает невозможным проведение мероприятий по ее взысканию и привлечению денежных средств в конкурсную массу. 

Однако, несмотря на это нельзя не учитывать, что 15.01.2018 сотрудниками ОЭБ и ПК МУ МВД России «Якутское» изъята финансовая документация, учредительные документы общества, а также системный блок, на котором установлена программа «1С Бухгалтерия».

В апелляционный суд представлен ответ следственной части по расследованию организованной преступной деятельности Следственного управления межмуниципального  управления Министерства внутренних дел РФ «Якутское» от 12.05.2021, в котором перечислены изъятые 15.01.2018 у должника документы (книги покупок и продаж 2013 – 2015 годы, авансовые отчеты 2014 года, учредительные документы, договоры в копиях в двух папках), находившиеся по адресу: 

<

...> км. Вилюйского тракта, строение 4/1. Выезд совершали и по адресу регистрации общества: 

<

...>, но общество там не располагалось. Изъятый в ходе предварительного следствия системный блок (на котором установлена программа «1С Бухгалтерия», - и это установлено судебными актами по делу №  А58-4004/2018)  находится в  следственной части по расследованию организованной преступной деятельности, поскольку не направлялся в экспертное учреждение для изучения и проведения экспертизы.

Апелляционный суд учитывает, что у конкурсного управляющего имелась информация о факте изъятия документации и системного блока, при этом он является руководителем должника, поэтому имел возможность ознакомиться с теми документами, которые изъяты, а также с информацией, хранящейся в системном блоке, однако, он предпочел этого не делать, а произвел целый ряд действий по попытке истребовать указанные документы у ответчика, у которого отсутствовала реальная возможность для этого. 

Ссылка суда первой инстанции на преюдициальность судебных актов по делу  № А58-4004/2018 является ошибочной, поскольку состав административного правонарушения, предусмотренного статьей 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, является формальным, то есть когда наличие правонарушения определяется  независимо от того, наступили вредные последствия или нет (что в рассматриваемом случае означает, что сам факт непередачи документов конкурсному управляющему  в течение трех дней с момента введения процедуры конкурсного производства уже является основанием для привлечения субъекта ответственности к административной ответственности). 

Вместе с тем для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности именно за непередачу документов одного этого факта недостаточно, так как  необходимо установить совокупность обстоятельств для этого, предусмотренных статьей 61.11 Закона о банкротстве. 

В определении Верховного Суда Российской Федерации от 22 июля 2019 г. N 306-ЭС19-2986 отражена правовая позиция о  том, что при изъятии документации должника правоохранительными органами возникает объективная невозможность исполнения руководителем обязанности по ее передаче арбитражному управляющему. Это, в свою очередь, исключает возможность удовлетворения судом требования об исполнении им в натуре обязанности, предусмотренной абзацем вторым пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве (абзац первый пункта 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств").

Конкурсный управляющий как лицо, осуществляющее полномочия руководителя должника и иных органов управления (пункт 1 статьи 129 Закона о банкротстве), для решения задач, возложенных на него Законом о банкротстве, не лишен возможности обратиться в правоохранительные органы с ходатайством о выдаче копий изъятых документов, а при невозможности их самостоятельного получения - за содействием в получении документации к суду, рассматривающему дело о банкротстве, применительно к правилам части 4 статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса. Совершение управляющим такого рода действий позволяет исключить из перечня истребуемых им документов те, доступ к которым невозможен по обстоятельствам, не зависящим от бывшего руководителя.

Апелляционный суд учитывает также и правовую позицию, приведённую в пункте 18 раздела «Практика применения законодательства о банкротстве» Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 4 (2019), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.12.2019.

Суть этой позиции заключается в том, что в настоящее время процесс доказывания обозначенных выше оснований привлечения к субсидиарной ответственности был упрощен законодателем для истцов посредством введения соответствующих опровержимых презумпций, при подтверждении условий которых предполагается наличие вины ответчика в доведении должника до банкротства, и на ответчика перекладывается бремя доказывания отсутствия оснований для удовлетворения иска. При этом как ранее, так и в настоящее время действовала презумпция, согласно которой отсутствие (непередача руководителем арбитражному управляющему) финансовой и иной документации должника, существенно затрудняющее проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, указывает на вину руководителя. Смысл этой презумпции состоит в том, что руководитель, уничтожая, искажая или производя иные манипуляции с названной документацией, скрывает данные о хозяйственной деятельности должника. Предполагается, что целью такого сокрытия, скорее всего, является лишение арбитражного управляющего и конкурсных кредиторов возможности установить факты недобросовестного осуществления руководителем или иными контролирующими лицами своих обязанностей по отношению к должнику. Кроме того, отсутствие определенного вида документации затрудняет наполнение конкурсной массы, например, посредством взыскания дебиторской задолженности, возврата незаконно отчужденного имущества. Именно поэтому предполагается, что непередача документации указывает на наличие причинно-следственной связи между действиями руководителя и невозможностью погашения требований кредиторов.

В подпункте 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве закреплена презумпция наличия причинно-следственной связи между несостоятельностью должника и действиями (бездействием) контролирующего лица при непередаче им документов бухгалтерского учета и (или) отчетности, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы. 

В соответствии с разъяснениями, приведенными в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть указанную презумпцию, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась. 

В рассматриваемом случае ответчик опроверг указанную выше  презумпцию, доказав отсутствие его вины в непередаче  документации, изъятой правоохранительными органами, поэтому в указанной части определение суда первой инстанции подлежит отмене. 

Ответчик полагает, что он был привлечен к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о банкротстве должника, однако, из заявления конкурсного управляющего и его пояснений, представленных в суд апелляционной инстанции, а также содержания обжалуемого судебного акта не следует, что он заявил именно об этом основании.

Действительно, ссылки конкурсного управляющего и  суда первой инстанции на положения статьи 9 и пункта 1 статьи 61.12  Закона о банкротстве создают иллюзию того, что ответчик привлечен по данному основанию тоже.

Вместе с тем ни заявление конкурсного управляющего, ни его дополнительные пояснения  не содержат анализа обязательных обстоятельств, подлежащих установлению по данному основанию, а именно когда конкретно у должника возникло одно из следующих обстоятельств:  

удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;

имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством.

Не определена дата прекращения должником исполнения всех или части обязательств, дата, когда ответчик должен был обратиться с заявлением о банкротстве, не определен объем обязательств, вошедших в состав субсидиарной ответственности по данному основанию, не определен и размер ответственности. 

Согласно пункту 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве   размер ответственности в соответствии с настоящим пунктом равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 настоящего Федерального закона, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признания должника банкротом).

Апелляционный суд учитывает, что данный вид субсидиарной ответственности является адресным, взысканные суммы зачисляются на отдельный банковский счет (пункт 4 статьи 61.18) и распределяются среди кредиторов, задолженность которых легла в основу привлечения к данному виду ответственности.

Производство по обособленному спору о привлечении к субсидиарной ответственности  по основаниям, предусмотренным статьей 61.12, не приостанавливается по правилам статьи 61.16, поскольку размер этой ответственности можно определить всегда и нет необходимости ждать реализации имущества.

Между тем в рассматриваемом случае суд первой инстанции не определял и не устанавливал указанные выше обстоятельства, а конкурсный управляющий не указывал на них, не представлял соответствующих расчётов и доказательств. 

Ссылка на положения статей  9 и 61.12 Закона о банкротстве приведена в следующих целях (что отражено в пояснениях конкурсного управляющего от 09.12.2020).

Управляющий полагает, что процедура банкротства стала неизбежной только ввиду действия руководителя по переводу бизнеса на другие общества, которые им были вновь созданы, что образует самостоятельное неправомерное действие, повлекшее за собой существенные последствия для кредиторов общества, в том числе ФНС России.

Подпунктом 1 пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве установлено наличие оснований для привлечения у субсидиарной ответственности  за причинение существенного вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

Абзацем 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве установлено, что  должник стал отвечать признакам неплатежеспособности не вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, однако после этого оно совершило действия и (или) бездействие, существенно ухудшившие финансовое положение должника.

Конкурсный управляющий указал, что  действия бывшего руководителя должника направлены на выведение реальных активов должника на подконтрольные организации. 

Материалами дела установлено, что бывший руководитель должника ФИО2, в нарушение требований Закона о банкротстве  своевременно (в течение четырех лет) не исполнил функции по подаче заявления в арбитражный суд о признании должника - общества с ограниченной ответственностью «ДВспецтехника» несостоятельным (банкротом), однако этот довод суд первой инстанции привел в совокупности с остальными в обоснование выводов о подтверждённости необоснованных действий (бездействия) руководителя должника.   

Вступившим в законную силу определением суда о признании сделки должника недействительной и применении последствий недействительности сделки от 02.04.2019 в рамках рассмотрения обособленного спора по заявлению конкурсного управляющего должника ФИО3 от 21 декабря 2018 года по настоящему делу  судом установлено , что было осуществлено перечисление денежных средств по  платежному поручению от 27 июня 2016 года №130 в сумме 300 000 рублей на расчётный счёт общества с ограниченной ответственностью «ДВ-Спецтехника» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>). 

Согласно выписки из Единого государственного реестра юридических лиц руководителем данных юридических лиц: должника (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) и ООО «ДВ-Спецтехника» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)   является ФИО2. 

Факт неплатежеспособности должника и недостаточности у общества имущества на момент совершения сделки подтверждается наличием неисполненных договорных обязательств, установленных решением Арбитражного суда Республики Саха (Якутия) от 02 октября 2015 года по делу А58-3020/2015, о взыскании с ООО «ДВспецтехника» в пользу в пользу общества с ограниченной ответственностью «Торговый Дом «Техновек» взыскано 7 325 000 рублей основного долга. 

Указанные обстоятельства свидетельствуют об осведомленности руководителя должника ФИО2 о признаках неплатежеспособности должника и намерении причинить вред имущественным правам кредиторов должника, на что обращено внимание в определении суда о признании сделки должника недействительной и применении последствий недействительности сделки от 02.04.2019. 

Таким образом, имеются основания для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности и в соответствии с подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, из чего правильно исходил суд первой инстанции, поскольку установлено, что вышеприведенной сделкой причинен вред должнику и его кредиторам.

 Действия ФИО2 привели к сокрытию дорогостоящего ликвидного имущества должника, поскольку из анализа по расчетному счету усматривается, что должником приобреталась дорогостоящая спецтехника, которая не ставилась на учет.

Так, по результатам анализа расчетного  счета конкурсный управляющий пришел к выводу том, что ООО «ДВспецтехника» приобрело на 112 738 576, 61 руб. спецтехники, которая не ставилась на учет в органах ГОСТЕХНАДЗОРА, поскольку подлежала продаже.

Вместе с тем, указанная техника не была передана управляющему и не включена в конкурсную массу. Идентифицировать данную технику невозможно,  так как из выписки по расчетному счету возможно увидеть только модель техники.

Конкурсный управляющий должника по результатам анализа финансового состояния общества пришел к выводу о том, что ФИО2 является руководителем и учредителем следующих организаций: 

ООО   «ДВспецтехника»   (ИНН   

<

***>, должник,   находится   в   процедуре банкротства по настоящему делу).

ООО «ДВ-спецтехника» (ИНН 

<

***>, дата создания 04.09.2015). В указанный период времени завершались рассмотрения дел о взыскании с ООО «ДВспецтехника» денежных средств, послуживших основанием для последующего признания должника банкротом, и на указанную организацию - ООО «ДВ-спецтехника»  должник осуществлял выведение имущества, прав требования.

ООО «СЕВЕРКОМПЛЕКТСТРОЙ» (ИНН 

<

***>, дата создания 25.11.2016), на указанную организацию должник осуществлял выведение имущества (прав требования).

Судом первой инстанции верно учтено, что ФИО2 не совершал действий по подаче заявления о банкротстве должника, что также подтверждает недобросовестность руководителя и факт искусственно созданных признаков  банкротства.

Апелляционный суд учитывает, что при наличии судебных актов о признании сделок недействительными, они являются безусловными доказательствами факта-основания данной презумпции, поэтому доводы ответчика о том, что он не совершал спорных сделок, о том, что возбуждено уголовное дело, где он признан потерпевшим, на данный момент не имеют правового значения, поскольку отсутствует приговор по уголовному делу, поэтому до вступления в законную силу приговора эти доводы являются предположительными. 

В подпункте 1 пункта 2 статьи 61.11 для целей оспаривания сделок введено оценочное понятие - существенный вред, при этом указанная статья  не содержит критериев, по которым возможно квалифицировать вред как существенный или несущественный.

В этой связи с учетом аналогии пункта 2 статьи 61.2, статьи 78 Федерального закона от 26.12.1995 N 208-ФЗ "Об акционерных обществах", статьи 46 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" рекомендуется считать существенным вредом вред, причиненный сделками с активами на сумму сделки, эквивалентную 20 - 25% общей балансовой стоимости имущества должника (письмо ФНС России от 16.08.2017 N СА-4-18/48@ «О применении налоговыми органами положений главы III.2 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ»).

Размер существенности может быть и меньше, если доказать, что выведено имущество, отсутствие которого осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника.

Вместе с тем, в рассматриваемом случае наличия каких-либо реальных активов у должника не установлено, поэтому вывод суда о том, что  по сделке, признанной недействительной, причинен ущерб в размере 300 000 руб., который   мог повлечь банкротство, не означает наличие оснований для отмены, поскольку в любом  случае есть основания для взыскания убытков (статья 61.20 Закона о банкротстве).

В силу прямого указания подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем (правовая позиция, приведённая в пункте 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»).

Размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника. 

Вместе с тем, согласно пункту 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве, если на момент рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 названного Закона, невозможно определить размер субсидиарной ответственности, арбитражный суд после установления всех иных имеющих значение для привлечения к субсидиарной ответственности фактов выносит определение, содержащее в резолютивной части выводы о доказанности наличия оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности и о приостановлении рассмотрения этого заявления до окончания расчетов с кредиторами либо до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами. 

Установив, что в настоящее время не все мероприятия процедуры конкурсного производства завершены, расчеты с кредиторами не произведены, размер ответственности ответчика определить невозможно, суд, руководствуясь пунктом 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве, пришел к верному  выводу о приостановлении производства по заявлению в части определения размера ответственности до окончания расчетов с кредиторами.

В силу пункта 3 части 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации несоответствие выводов, изложенных в решении, обстоятельствам дела, является основанием для изменения или отмены решения арбитражного суда первой инстанции, если это нарушение привело или могло привести к принятию неправильного решения. 

В этой связи  определение Арбитражного суда Республики Саха (Якутия) от 17 июля 2020 года по делу № А58-6604/2016 отменить в части признания доказанным наличия оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по  подпункту  2 пункта 2 статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)». В данной части в удовлетворении заявленных требований отказать. 

В остальной части определение Арбитражного суда Республики Саха (Якутия) от 17 июля 2020 года по делу № А58-6604/2016 оставить без изменения.

Руководствуясь ст. ст. 258, 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда Республики Саха (Якутия) от 17 июля 2020 года по делу № А58-6604/2016 отменить в части признания доказанным наличия оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по  подпункту . 2 пункта 2 статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)». В данной части в удовлетворении заявленных требований отказать. 

В остальной части определение Арбитражного суда Республики Саха (Якутия) от 17 июля 2020 года по делу № А58-6604/2016 оставить без изменения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение месяца в кассационном порядке в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа путем подачи кассационной жалобы через арбитражный суд первой инстанции. 

Председательствующий судьяН.А. Корзова

СудьиО.П. Антонова

Д.В. Басаев