ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

Москва

22.01.2020                                                                              Дело № А40-123836/15

 

Резолютивная часть постановления оглашена 16 января 2020 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 22 января 2020 года.

 

Арбитражный суд Московского округа в составе: 

председательствующего – судьи Тарасова Н.Н.,

судей Каменецкого Д.В., Холодковой Ю.Е.,

при участии в судебном заседании:

ФИО1 - лично, паспорт;

от ФИО1 – ФИО2 по доверенности от 27.11.2019;

от Управления Федеральной налоговой службы по г. Москве - ФИО3 по доверенности от 04.10.2018

от Попеты В.В., ФИО7 - ФИО4 по доверенностям от 13.02.2019 и от 24.01.2017;

рассмотрев в судебном заседании кассационные жалобы 

конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Отделение Дальних Передач», ФИО1 и ФИО7

на определение Арбитражного суда города Москвы от 08.07.2019,

на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 23.09.2019

о привлечении солидарно ФИО7, Попеты В.В., ФИО1 и ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Отделение Дальних Передач» в размере 175 066 664 руб.

в рамках дела о признании последнего несостоятельным (банкротом);

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда города Москвы от 29.07.2016 общество с ограниченной ответственностью «Отделение Дальних Передач» (далее – должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утверждена ФИО6

Определением Арбитражного суда города Москвы от 08.07.2019 удовлетворено заявление конкурсного управляющего должника о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника солидарно ФИО7, Попеты В.В., ФИО1, ФИО5, в конкурсную массу должника взыскано: с ФИО7 и Попеты В.В. 141 523 369 руб. в пределах неисполненных обязательств должника 175 066 664 руб., с ФИО1 44 391 390,77 руб. в пределах неисполненных обязательств должника 175 066 664 руб., с ФИО5 4 883 997 руб. в пределах неисполненных обязательств должника 175 066 664 руб.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 23.09.2019 определение Арбитражного суда города Москвы от 08.07.2019 отменено в части привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника Попеты В.В.

Не согласившись с определением суда первой инстанции и постановлением суда апелляционной инстанции, конкурсный управляющий должника, ФИО1 и ФИО7 обратились в Арбитражный суд Московского округа с кассационными жалобами, в которых, указывая на неправильное применение судами норм материального и процессуального права и неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения данного дела, просят удовлетворить кассационные жалобы, обжалуемые определение и постановление в соответствующих обжалуемых частях отменить.

В судебном заседании ФИО1 и его представитель поддержали доводы своей кассационной жалобы и кассационной жалобы ФИО7, возражали против удовлетворения кассационной жалобы конкурсного управляющего должника, представитель Попеты В.В. и ФИО7 поддержал доводы своей кассационной жалобы и кассационной жалобы ФИО1, возражал против удовлетворения кассационной жалобы конкурсного управляющего должника, представитель Управления Федеральной налоговой службы по г. Москве (далее – уполномоченный орган) возражал против удовлетворения всех кассационных жалоб, указывая на законность и обоснованность обжалуемых судебных актов.

Иные лица, участвующие в деле, в том числе конкурсный управляющий должника, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационных жалоб, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что, в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не препятствует рассмотрению кассационных жалоб в их отсутствие.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ), информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Изучив материалы дела, выслушав объяснения представителей лиц, участвующих в деле, явившихся в судебное заседание, обсудив доводы кассационных жалоб и возражений относительно них, проверив в порядке статей 286, 287, 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность обжалованных судебных актов, судебная коллегия суда кассационной инстанции не находит оснований для отмены обжалуемых определения и постановления по доводам кассационных жалоб.

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Как усматривается из материалов дела и было установлено судами первой и апелляционной инстанций, ФИО7 с 06.09.2010 по 03.04.2014 являлся учредителем должника с долей участия 100 %, а в период с 15.12.2010 по 13.02.2015 – также генеральным директором должника.

ФИО1 осуществлял полномочия руководителя должника с 14.02.2013 по 20.04.2015.

Попета В.В., брат ФИО7, не был ни учредителем, ни руководителем должника.

Наличие у него статуса контролирующего лица заявители по данному обособленному спору, уполномоченный орган обосновывал тем, что Попета В.В. и ФИО7 являлись членами совета директоров акционерного общества «Смартбанк», указывая, что на сайте Банка России размещен список лиц, под контролем либо значительным влиянием которых находится банк, согласно которому ФИО7 и Попета В.В. принадлежит по 10 % голосующих долей каждому, в связи с чем, оба являются лицами, под значительным влиянием которых находится банк.

В обоснование заявленного требования о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника контролирующих его лиц, уполномоченный орган ссылался на то, что по результатам выездной налоговой проверки в отношении должника о результатам проверки налоговым органом принято решение от 26.02.2015 № 155, которым установлено, что в проверяемом периоде (2011-2012 годы), являясь руководителем должника, ФИО7 вносил заведомо ложные сведения в декларации по налогу на добавленную стоимость и налогу на прибыль за 2011-2012 годы, уменьшил базу налогообложения, совершил действия по выводу активов в период 2011-2012 годы посредством перечисления денежных средств по бестоварным счетам-фактурам за фактически не выполненные работы фиктивным организациям, не осуществлявшим реальной хозяйственной деятельности.

Всего перечислены денежные средства в размере 301 282 659 руб., за счет которых подлежали уплате обязательные платежи в бюджет в размере 92 688 357 руб., об обязанности своевременной уплаты которых ФИО7 как руководителю организации, было известно.

Указанные противоправные действия руководителя должника ФИО7 по итогам финансово-хозяйственной деятельности за 2011-2012 годы, по мнению уполномоченного органа, повлекли в 2013 году устойчивую недостаточность имущества и денежных средств (дефицит денежных средств составил 301 282 659 руб.) для исполнения должником обязанностей по уплате обязательных платежей по причине превышения суммы обязательных платежей над балансовой стоимостью имущества (активов), повлекшие возникновение у должника признаков банкротства неплатежеспособности и недостаточности имущества.

Таким образом, ФИО7 вывел денежные средства из налогооблагаемого оборота из состава имущества должника, чем нанес имущественный вред должнику и кредиторам.

Кроме того, проведенной выездной налоговой проверкой в отношении должника установлено, что, в нарушение статьи 252 Налогового кодекса Российской Федерации (далее - НК РФ), общество включило в состав расходов, уменьшающих налогооблагаемую базу по налогу на прибыль организации за 2011-2012 годы, суммы затрат по аренде помещения, уплаченных обществом с ограниченной ответственностью «Возрождение М».

Установлено, что между должником (арендатор) и обществом с ограниченной ответственностью «Возрождение М» (арендодатель) был заключен договор от 24.01.2011 № 34-01, согласно которому, арендодатель обязался передать, а арендатор принять в субаренду за плату нежилые помещения, расположенные в здании по адресу: Москва, ул. Малая Семеновская, д. 3А, стр. 1 этаж 4 пом. XII комн. 33-37, 37а, 38-56 площадью 555,4 кв.м. и этаж 5 помещение XV комн. 2а, 3, 14-22 площадью 545,6 кв.м.

Общая площадь помещения 1 101 кв.м; за указанные помещения арендатор вносит арендную плату из расчета 21 800 руб. с НДС.

Ежемесячный платеж составляет 2 000 150 руб., в том числе, НДС 305 107 руб.

В ходе анализа движения денежных средств установлено, что на расчетный счет общества с ограниченной ответственностью «Возрождение М» поступали денежные средства от должника по назначению «за аренду нежилого помещения», всего за 2011-2012 годы перечислено 48 003 600 руб.

С расчетного счета общества с ограниченной ответственностью «Возрождение М» производились денежные перечисления в адрес ФИО7 и Попеты В.В. по назначению «за аренду нежилого помещения» в значительных размерах, которые затем использовались последними на личные нужды (оплата коммунальных услуг, обучение детей и т.п.) или аккумулировались на их расчетных счетах.

По данным федеральных информационных ресурсов собственниками указанных помещений являлся индивидуальный предприниматель ФИО7 (учредитель и генеральный директор должника в период 2011-2012 годы), индивидуальный предприниматель Попета В.В. – брат учредителя должника (свидетельство на право собственности от 09.02.2006).

Из изложенного следует, что должник заключил фиктивный договор аренды помещения с обществом с ограниченной ответственностью «Возрождение М».

При этом целью сделки между должником и обществом с ограниченной ответственностью «Возрождение М» являлось получение необоснованной налоговой выгоды в виде увеличения затратной части (применение налоговых вычетов) должника  и уменьшения доходов у ФИО7, Попеты В.В., применяющих упрощенную систему налогообложения с объектом налогообложения «доходы».

Общество с ограниченной ответственностью «Возрождение М» - «фирма-однодневка», не исполняющая налоговые обязательства, его единственное должностное лицо - генеральный директор ФИО8 к деятельности этого общества отношения не имеет и документы по сделке с должником не подписывала, финансовая деятельность этого общества подконтрольна должнику, в частности, учредителю ФИО7, который знал, заключая договор с названным обществом, что арендуемое у него помещение принадлежит ФИО9

В нарушение статьи 252 НК РФ, расходы по оплате указанных услуг должник неправомерно включил в состав расходов для целей налогообложения расходы по аренде помещения, предоставленного обществом с ограниченной ответственностью «Возрождение М», связанные с получением необоснованной налоговой выгоды, в сумме: 40 681 008 руб. за 2011-2012 годы, в том числе: 20 340 504 руб. за 2011 год; 20 340 504 руб. за 2012 год.

Данное нарушение привело к занижению налога на прибыль организации в сумме 8 136 202 руб.

Решением налогового органа от 26.02.2015 № 155 также установлено, что, в нарушение статьи 252 НК РФ, должник включил в состав расходов, уменьшающих налогооблагаемую базу по налогу на прибыль организации за 2011-2012 годы суммы затрат по работам, оплаченным общества с ограниченной ответственностью «Паритет».

По результатам проведенного анализа движения денежных средств по единственному расчетному счету названного общества установлено, что оно не производит налоговые отчисления, при этом на расчетный счет за период времени с 2011-2012 годы поступает более 200 млн. руб.

Установлено перечисление денежных средств с расчетного счета общества с ограниченной ответственностью «Паритет» на расчетный счет индивидуального предпринимателя ФИО7 в сумме 867 700 руб., индивидуального предпринимателя ФИО7, соответственно, 1 269 515 руб.

Далее денежные средства, полученные ФИО7 и Попета В.В. от общества с ограниченной ответственностью «Паритет», также расходуются на их личные нужды.

Таким образом, должник неправомерно включил в состав расходов при исчислении налога на прибыль, расходы по работам, якобы выполненным обществом с ограниченной ответственностью «Паритет», в сумме 6 692 873 руб. за 2011 год, что привело к занижению налога на прибыль организации в сумме 1 338 575 руб. за 2011 год.

Руководителем должника была создана незаконная схема минимизации налоговых платежей путем создания формального документооборота с организацией – обществом с ограниченной ответственностью «СК Марс», которое не имело возможности выполнить работы по разработке проектной документации, фактически выполнявшиеся силами штатного персонала должника – Попетой А.В., Попетой В.В., а с помощью подобной фирмы общество формировало первичные учетные документы, тем самым, увеличивая расходную часть, влияющую на налоговые платежи.

Перечисления денежных средств в счет оплаты работ якобы выполненных обществом с ограниченной ответственностью «СК Марс» для должника осуществляется для создания видимости финансово-хозяйственных взаимоотношений, а в реальности имеет цель легализации денежных средств (вывод из налогооблагаемого оборота) и дальнейшего возврата собственнику (ФИО7), путем перечисления денежных средств от общества с ограниченной ответственностью «СК Марс» в адрес акционерного общества «Смартбанк» по назначению «за векселя».

Должник, при исчислении налога на прибыль организации, неправомерно включил в состав расходов расходы по оплате работ, якобы выполненных обществом с ограниченной ответственностью «СК Марс» в общей сумме 210 487 948 руб., в том числе: за 2011 год - 160 248 720 руб. с НДС,за 2012 год - 50 242 637 руб. с НДС, что привело к занижению налога на прибыль организации в сумме 42 097 590 руб.

Таким образом, денежные средства, принадлежавшие должнику, перечислены на счета «фирм-однодневок», а затем переведены на счета ФИО7 и Попеты В.В., тем самым изъяты у должника, что привело к ухудшению финансового состояния последнего.

Материалами дела установлено, что приговором Преображенского районного суда города Москвы от 30.03.2018 по уголовному делу № 1-128/18, вступившему в законную силу, ФИО7 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного пунктом «б» части 2 статьи 199 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее - УК РФ), то есть уклонения от уплаты налогов путем включения в налоговую декларацию заведомо ложных сведений, совершенного в особо крупном размере.

С обвинением ФИО7 в судебном заседании согласился, вину признал в полном объеме.

Уголовное дело было возбуждено 22.02.2017 в отношении ФИО7 по факту уклонения организации от уплаты налогов путем включения в налоговую декларацию заведомо ложных сведений, совершенное в особо крупном размере по материалам указанной выездной налоговой проверки.

В тексте приговора приведены сведения о перечислении налогоплательщиком должника денежных средств в сумме 301 282 659 руб. фиктивным организациям контрагентам, за счет которых подлежали уплате обязательные платежи в бюджет в размере 92 688 357 руб.

Вступивший в законную силу приговор суда в отношении ФИО7 имеет преюдициальное значение по смыслу пункта 4 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении арбитражным судом заявления о привлечении указанного лица к субсидиарной ответственности по вопросам о том, имели ли место действия указанного лица по перечислению денежных средств с противоправной целью уменьшения имущества налогоплательщика – должника, за счет которых подлежали уплате обязательные платежи в бюджет и совершены ли они определенным лицом.

В ходе дела о банкротстве должника, конкурсный управляющий обратился с заявлением о признании недействительной сделкой договора возмездной уступки права требования (цессии) от 01.03.2015 № 05, заключенного между должником и обществом с ограниченной ответственностью «ПроБизнесЦентр», и применении последствий недействительности сделки.

Согласно условиям данного договора, должник обязался уступить, а общество с ограниченной ответственностью «ПроБизнесЦентр» принять за плату право требования к обществу с ограниченной ответственностью «ФНК Инжиниринг» по договору подряда от 30.09.2011 № 019/02/11-ФИ на выполнение изыскательских работ и разработку рабочей документации по титулу «Реконструкция ВЛ 220 (500) кв. Тарко-Сале-Уренгой».

Решением Арбитражного суда города Москвы от 19.09.2014 по делу № А40-98737/14 установлена задолженность общества с ограниченной ответственностью «ФНК Инжиниринг» в размере 44 391 390,77 руб.

На основании указанного договора Арбитражным судом города Москвы вынесено определение от 14.07.2015 по делу № А40-98737/14 о процессуальном правопреемстве, согласно которому, в порядке процессуального правопреемства произведена замена взыскателя, с должника на общество с ограниченной ответственностью «ПроБизнесЦентр».

В соответствии с главой 3 договора от 01.03.2015 № 05 возмездной уступки права требования (цессии), за передаваемое право требования общества с ограниченной ответственностью «Про Бизнес Центр» выплачивает должнику денежные средства в размере 10 % от оплаченных обществом с ограниченной ответственностью «ФНК Инжиниринг» денежных средств, т.е. практически задолженность была уступлена безвозмездно, что повлекло уменьшение имущества должника и нарушение интересов кредиторов на более полное удовлетворение их требований.

Определением от 07.11.2017 Арбитражный суд города Москвы признал недействительной сделкой данный договор от 01.03.2015 № 05, применил последствия недействительности сделки в виде восстановления положения сторон, существовавшего до заключения оспариваемой сделки, то есть восстановил право требования должника к обществу с ограниченной ответственностью «ФНК Инжиниринг» в сумме 44 391 390,77 руб., подлежащих включению в состав конкурсной массы.

Указанный судебный акт не оспаривался и вступил в законную силу.

До настоящего времени денежные средства в сумме 44 391 390,77 руб.в состав конкурсной массы должника не поступили.

Вместе с тем, отмечено судами, договор от 01.03.2015 № 05 заключен и подписан со стороны должника его руководителем ФИО1, которому обстоятельства неплатежеспособности и недостаточности имущества должника для погашения требований кредиторов на дату заключения этого договора были известны и не могли быть неизвестны.

Так, судами принято во внимание, что решение выездной налоговой проверки от 26.02.2015 № 155, которым установлены действительные налоговые обязанности должника по уплате недоимки по налогу на прибыль и калог на добавленную стоимость в сумме 92 688 357 руб., вручено под роспись лично ФИО1, как следствие, о проводившейся налоговой проверке, ее результатах  он знал и должен был как руководитель организации.

Как следствие, судами обоснованно отклонены доводы ФИО1 о том, что на момент заключения договора от 01.03.2015 № 05 обстоятельства неплатежеспособности и недостаточности имущества должника ему известны не были, а его действия не были направлены на нарушение законных прав и интересов кредиторов.

Равным образом была исследована и отклонена ссылка ФИО1 на пункт 16 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление от 21.12.2017 № 53) с указанием на то, что его действия не явились причиной объективного банкротства, несостоятельна.

Так, судами указано, что согласно указанной правовой позиции высшей судебной инстанции, поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства.

Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.

Между тем, как установлено судами, именно действия ФИО1 способствовали развитию кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства, невозможности удовлетворения требований кредиторов должника.

Возражая против заявленных в его отношении требований, ФИО1 также указывал, что контролирующее должника лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в случае, когда его действия (бездействие), повлекшие негативные последствия на стороне должника, не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов.

Между тем, суды пришли к выводу о том, что оснований для таких выводов материалы дела не дают, что именно действия ФИО1 привели к ущемлению имущества должника и, соответственно, к затруднению действий конкурсного управляющего по формированию конкурсной массы.

В своем определении суд первой инстанции указал, что представленная бухгалтерская отчетность содержит заведомо ложные (искаженные) сведения, чем в дальнейшем существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе, формирование и реализацию конкурсной массы, что образует основание для привлечения руководителя организации ФИО1 к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Между тем, определенный судом первой инстанции размер субсидиарной ответственности ФИО1 составляет 44 391 390,77 руб., что, по сути, означает, что его виновные действия связаны с заключением договора от 01.03.2015 № 05.

Решение по выездной налоговой проверке получено ФИО1 только 06.03.2015.

Учитывая, что недостоверные сведения в документы бухгалтерского и налогового учета вносились именно Попетой А.В., он, т.е. ФИО1  объективно не имел возможности по внесению соответствующих изменений, поскольку 20.04.2015 уволился.

Его действия по невнесению указанных исправлений причиной банкротства не явились.

Между невнесением данных исправлений и наступившим банкротством причинно-следственной связи не имеется.

Вместе с тем, руководитель должника ФИО5, действуя недобросовестно, уклонился от обязанности подачи заявления должника, не выполнил требование подпункта 5 пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, что повлекло дополнительную налоговую нагрузку должника в виде начисления пени на просроченную к уплате задолженность в сумме 4 883 997 руб., начисленных с 22.08.2015 по 29.01.2016 - даты введения в отношении должника процедуры наблюдения.

Доказательств обратного с указанием причин, не позволивших руководителю должника ФИО5 действовать добросовестно и осмотрительно, то есть своевременно обратиться в суд с заявлением должника, в материалы дела не представлено.

Согласно статье 2 Закона о банкротстве (в редакции, применимой спорным правоотношениям), контролирующее должника лицо - лицо, имеющее либо имевшее в течение менее чем два года до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом (в частности, контролирующим должника лицом могут быть признаны члены ликвидационной комиссии, лицо, которое в силу полномочия, основанного на доверенности, нормативном правовом акте, специального полномочия могло совершать сделки от имени должника, лицо, которое имело право распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, руководитель должника).

Вместе с тем, судом апелляционной инстанции отмечено, что в материалы дела не представлены достаточные доказательства, подтверждающие  обоснованность доводов заявителей по настоящему обособленному спору о том, что Попета В.В. имел право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника.

Сама по себе ссылка на то, что ФИО7 и Попета В.В. являлись членами совета директоров акционерного общества «Смартбанк», наличие статуса контролирующего лица не подтверждает.

Кроме того, как установил суд апелляционной инстанции, неправомерные действия, вменяемые ФИО7, имели место в 2011-2012 годы, а заявление о принятии должника банкротом судом принято 12.08.2015.

Следовательно, Попета В.В. в любом случае не мог менее чем два года до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом являться контролирующим должника лицом.

Как следствие, суд апелляционной инстанции исправил допущенную судом первой инстанции ошибку в отношении привлечения к ответственности по обязательствам должника Попеты В.В.

Судебная коллегия суда кассационной инстанции соглашается с выводами судов первой и апелляционной инстанций, не усматривая оснований для их переоценки, поскольку названные выводы в достаточной степени мотивированы, соответствуют нормам права.

Судами правильно применены нормы материального права, выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам и основаны на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Нормы материального и процессуального права, несоблюдение которых является безусловным основанием для отмены определения в соответствии со статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судами не нарушены, в связи с чем, кассационные жалобы не подлежат удовлетворению.

Исходя из изложенного и руководствуясь статьями 284-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 08.07.2019 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 23.09.2019по делу № А40-123836/15 в обжалуемой части – оставить без изменения, кассационные жалобы – оставить без удовлетворения.

 

Председательствующий-судья                                                   Н.Н. Тарасов

 

Судьи:                                                                                               Д.В. Каменецкий

 

                                                                                                            Ю.Е. Холодкова