АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-1735/23 

Екатеринбург

02 мая 2023 г.

 

Дело № А76-5582/2021

Резолютивная часть постановления объявлена 25 апреля 2023 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 02 мая 2023 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Артемьевой Н.А.,

судей Кудиновой Ю.В., Павловой Е.А.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 (далее – ФИО1, должник, заявитель) на определение Арбитражного суда Челябинской области от 28.11.2022 по делу № А76-5582/2021 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.01.2023 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте судебного разбирательства извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения данной информации на официальном сайте Арбитражного суда Уральского округа в сети «Интернет».

В судебном заседании приняли участие:

ФИО1 – лично (паспорт);

представитель ФИО1 – ФИО2 (доверенность от 19.11.2021   № 74 АА 5421766).

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 03.03.2021 возбуждено дело о признании несостоятельным (банкротом) должника ФИО3 

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 01.07.2021 в отношении ФИО3 введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО4.

Финансовый управляющий 05.07.2022 представил в материалы дела письменное ходатайство о завершении процедуры реализации имущества должника ФИО1 

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 28.11.2022 процедура реализации имущества, открытая в отношении должника, завершена. Суд определил не применять к ФИО1 положения   пункта 3 статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) об освобождении от исполнения обязательств. 

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.01.2023 определение от 28.11.2022 было оставлено без изменения.

Не согласившись с вынесенными судебными актами, ФИО1 обратилась в Арбитражный суд Уральского округа с кассационной жалобой, в которой просит указанные определение от 28.11.2022 и постановление      от 27.01.2023 отменить, направить дело на новое рассмотрение. 

По мнению заявителя, суд апелляционной инстанции принял судебный акт с нарушением пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве, так как если исходить из пункта 4 данной статьи и указанных там случаев, при которых освобождение гражданина от обязательства не допускается, то суд вышел за рамки данного положения, и ущемляет законные интересы должника.

Также должник не согласен с выводом финансового управляющего в отчёте о наличии признаков преднамеренного (фиктивного) банкротства должника, считает его несостоятельным и подлежащим обжалованию. 

В отзывах публичное акционерное общество «Сбербанк России» и акционерное общество «Российский сельскохозяйственный банк» просят судебные акты оставить без изменения, кассационную жалобу заявителя без удовлетворения. 

Рассмотрев доводы кассационной жалобы, проверив законность и обоснованность обжалуемых судебных актов с учетом положений статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд кассационной инстанции оснований для их отмены не усматривает. 

Как установлено судами и следует из материалов дела, по результатам проведения процедуры реализации имущества в реестр требований кредиторов должника в порядке третьей очереди включены требования следующих кредиторов:

- публичного акционерного общества «Россельхозбанк» в размере      896 978 руб. 97 коп. по кредитному договору № 

<

***> от 26.03.2020; 

- публичного акционерного общества Банк «ВТБ» в размере               707 419 руб. 12 коп. по кредитным договорам № 

<

***>                  от 24.03.2020 и № 633/002- 0615407 от 24.03.2020;

- публичного акционерного общества «Сбербанк» в размере                267 784 руб. 79 коп. по кредитному договору № 

<

***> от 01.02.2020;

- публичного акционерного общества Банк ФК «Открытие» в размере    2 868 317 руб. 87 коп. по кредитному договору № 

<

***>             от 25.03.2020

Реестр требований кредиторов должника сформирован в общем размере 4 740 500 руб. 75 коп.

Погашение кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не производилось в связи с отсутствием имущества у должника, требования кредиторов не удовлетворены.

Расходы на проведение процедуры реализации имущества составили    10 950 руб. 80 коп., в том числе публикация сведений о признании гражданина банкротом в газете «Коммерсантъ» – 7689 руб. 40 коп., публикации сведений, подлежащих обязательному включению в ЕФРСБ, – 2301 руб. 40 коп., почтовые расходы – 960 руб. Согласно отчету финансового управляющего расходы должником оплачены полностью.

Согласно отчету финансового управляющего имущество, которое могло быть реализовано в ходе процедуры реализации имущества гражданина, кроме имущества, которое в силу положений статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не подлежит реализации, выявлено не было.

Должник имеет в собственности квартиру, расположенную по адресу: 

<

...>, которая является единственным жильем должника. Согласно ответам регистрирующих органов в собственности должника какое-либо иное движимое и недвижимое имущество отсутствует.

По результатам проведения процедуры банкротства финансовый управляющий, ссылаясь на выполнение всех необходимых мероприятий процедуры банкротства, обратился в арбитражный суд с ходатайством о завершении процедуры реализации имущества должника.

Согласно представленному в материалы дела заключению о наличии (отсутствии) признаков фиктивного, преднамеренного банкротства подозрительных сделок финансовым управляющим не выявлено, однако выявлены признаки преднамеренного банкротства.

Кредиторы публичные акционерные общества «Россельхозбанк» и «Сбербанк России» заявили возражения относительно применения к должнику правил об освобождении от исполнения обязательств перед ними.

Суд первой инстанции, выводы которого поддержал суд апелляционной инстанции, завершил процедуру реализации имущества в отношении должника, пришел к выводу о наличии оснований для неосвобождения должника от дальнейшего исполнения обязательств перед своими кредиторами.

Завершая процедуру реализации имущества должника, суды исходили из того, что документально подтвержденных сведений об имуществе гражданина, подлежащем включению в конкурсную массу, не выявлено, соответствующих доказательств лицами, участвующими в деле о банкротстве, не представлено, управляющим осуществлены все мероприятия, направленные на формирование конкурсной массы, доказательств, подтверждающих реальную возможность пополнения конкурсной массы, в материалах дела не имеется, соответственно, продолжение процедуры реализации имущества при таких условиях не приведет к удовлетворению требований кредиторов за счет имущества должника, вероятность обнаружения которого отсутствует.

Однако, если говорить о предмете кассационного обжалования со стороны должника, а им является неприменение к нему общего правила об освобождении от исполнения обязательств по итогам процедуры банкротства, разрешая данный вопрос суды первой и апелляционной инстанций руководствовались следующим.

В силу пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении процедур банкротства.

По общему правилу, обычным способом прекращения гражданско-правовых обязательств является их надлежащее исполнение (пункт 1 статьи 408 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Институт банкротства граждан предусматривает иной - экстраординарный - механизм освобождения лиц, попавших в тяжелое финансовое положение, от погашения требований кредиторов, - списание долгов. При этом целью института потребительского банкротства является социальная реабилитация гражданина - предоставление ему возможности заново выстроить экономические отношения, законно избавившись от необходимости отвечать по старым обязательствам, чем в определенной степени ущемляются права кредиторов, рассчитывавших на получение причитающегося им. Вследствие этого к гражданину-должнику законодателем предъявляются повышенные требования в части добросовестности.

Предусмотренные Законом о банкротстве условия, препятствующие освобождению гражданина от дальнейшего исполнения обязательств (пункты 4, 5 статьи 213.28 Закона о банкротстве), связаны с наличием в поведении должника той или иной формы недобросовестности.

По смыслу пунктов 1 и 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, для признания действий какого-либо лица злоупотреблением правом суд должен установить, что умысел такого лица был направлен на заведомо недобросовестное осуществление прав, единственной его целью было причинение вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей).

Проверка добросовестности осуществляется как при наличии обоснованного заявления стороны спора, так и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если другие стороны на них не ссылались.

При установлении недобросовестности одной из сторон суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения применяет меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (абзацы 4 - 5 пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").

Задача суда при разрешении вопроса об освобождении должника от исполнения требований кредиторов состоит в установлении истинных намерений при вступлении в правоотношения с кредиторами, объективных мотивов возникновения обстоятельств, приведших к невозможности исполнения должником принятых на себя обязательств.

В соответствии с пунктом 28 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.06.2011 № 51 "О рассмотрении дел о банкротстве индивидуальных предпринимателей", при установлении признаков преднамеренного (фиктивного) банкротства, иных обстоятельств, свидетельствующих о злоупотреблении должником правами и ином заведомо недобросовестном поведении в ущерб кредиторам (принятие заведомо не исполнимых обязательств, вывод активов, неисполнение указаний суда о предоставлении информации сокрытие (умышленное уничтожение) имущества, и т.п.), суд вправе в определении о завершении реализации имущества должника указать на неприменение к данному должнику правила об освобождении от исполнения обязательств (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения обязательств перед кредиторами.

При распределении бремени доказывания по вопросу об установлении наличия либо отсутствия обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, необходимо исходить из презумпции добросовестности и добропорядочности гражданина до тех пор, пока не установлено обратное (пункт 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). Эта презумпция, исходя из своего содержания, влияет на распределение обязанности по доказыванию, вследствие чего финансовый управляющий, кредиторы должны доказать наличие оснований для неосвобождения должника-гражданина от обязательств. При этом, несмотря на действие указанной выше презумпции, должник вправе представлять свои доказательства, обосновывающие его добросовестное поведение при ведении процедуры банкротства. Кроме того, при определении добросовестности поведения должника суду следует принимать во внимание и причину, в результате которой возникла его неплатежеспособность. 

В данном случае, суд округа соглашается с выводом судов, которые усмотрели явные признаки недобросовестного поведения должника, выразившиеся в том, что  ФИО1 изначально приняла на себя заведомо неисполнимые обязательства, она должна была подразумевать, что при среднемесячном официальном доходе за 2020 год в размере 38 298 руб. покрыть ежемесячные платежи по кредитам было фактически невозможно, так как по одному только кредитному договору с публичным акционерным обществом Банк ФК «Открытие» ежемесячный платеж составлял 55 964 руб. (с дальнейшим увеличением платежа до 62 839 руб.).

Важно отметить, что хотя кредиторами в данном случае являются профессиональные участники рынка кредитования - банки, которые, исходя из принципа должной осмотрительности, обязаны проверять платежеспособность гражданина при заключении кредитных договоров, в данном случае кредитные договоры заключались в нескольких разных кредитных организациях, в короткий промежуток времени (в течение нескольких дней) и имеет место такая ситуация, при которой в момент заключения кредитных договоров сами банки не могли знать о том, что ФИО1 приняла на себя обязательства по возврату кредитов перед другими банками.

Судами установлено, что в период с 01.02.2020 (один кредитный договор) и с 24.03.2020 по 26.03.2020 (четыре кредитных договора) должником заключены в общей сложности пять кредитных договоров на общую сумму 4 580 673 руб. 64 коп., а именно со следующими кредиторами:

- публичное акционерное общество "Сбербанк России", кредитный договор № 

<

***> от 01.02.2020 на сумму 261 363 руб. 64 коп.;

- Банк ВТБ (публичное акционерное общество), кредитный договор     № 

<

***> от 24.03.2020 на сумму 582 944 руб.;

- публичное акционерное общество "Финансовая корпорация Открытие", кредитный договор № 

<

***> от 25.03.2020 на сумму 2 727 766 руб.;

- публичное акционерное общество "Почта-Банк", кредитный договор № 

<

***> от 25.03.2020 на сумму 308 600 руб.;

- акционерное общество "Россельхозбанк", кредитный договор              № 

<

***> от 26.03.2020 на сумму 700 000 руб.

При этом все вышеперечисленные кредиторы установлены в реестре, за исключением публичного акционерного общества "Почта-Банк", должник исправно производил погашение задолженности по кредитным обязательствам перед указанным кредиторами в соответствии с графиками погашения задолженности на протяжении 2-3 месяцев, в дальнейшем от погашения указанной задолженности уклонялся. 

Согласно письменным пояснениям должника указанные кредитные денежные средства были направлены на приобретение недвижимого имущества (квартиры) и ремонт в указанном жилом помещении, на курсы онлайн-обучения, хозяйственные нужды, приобретение продуктов питания, предметов первой необходимости.

Вместе с тем документов, подтверждающих указанные факты, должником не представлено, квартира приобретена должником                        за 1 420 000 руб., кроме того должником были заключены договора страхования на общую сумму 227 766 руб. От явки в арбитражный суд для пояснений должник уклонился, доказательств получения помимо официального дохода иного дохода не представил, как и доказательств заболевания коронавирусной инфекцией. Кроме того, суды учитывали нахождение на иждивении должника несовершеннолетнего ребенка, то есть наличие дополнительных расходов, которые необходимо было учитывать при вступлении в кредитные обязательства с банками. Также, как справедливо отметили суды нижестоящих инстанций, при наличии признаков преднамеренного банкротства, приобретение квартиры является злоупотреблением права, поскольку данная квартира приобретает статус единственного жилья, которое обладает исполнительским иммунитетом и не подлежит реализации.

Руководствуясь вышеназванными нормами права и соответствующими разъяснениями, исследовав и оценив представленные в материалы дела документы, доводы и возражения участвующих в деле лиц, проанализировав обстоятельства настоящего дела о банкротстве, поведение должника при вступлении в обязательства и в ходе рассмотрения дела, а именно получение кредитных денежных средств в короткий промежуток времени (с 01.02.2020 по 26.03.2020) без документального подтверждения разумного расходования большей половины этих средств (2 934 307 руб. 64 коп.), а также то, что пояснения о возникших у должника трудностях с уплатой кредитов носят сомнительный и противоречивый характер, принимая во внимание, что ФИО1 не было представлено каких-либо доказательств несения расходов на перечисленные ею нужды (ремонт квартиры, онлайн-обучение, задолженность перед ФИО5, покупка необходимых лекарственных препаратов), суды первой и апелляционной инстанций правомерно квалифицировали действия ФИО1 как недобросовестные и установили, что данные обстоятельства препятствуют в соответствии с пунктом 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве ее освобождению от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами.

Суд округа полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами первой и апелляционной инстанции установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда округа не имеется (статья 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Нарушений норм права, являющихся основанием для отмены обжалуемых судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба - без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Челябинской области от 28.11.2022 по делу № А76-5582/2021 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.01.2023 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Возвратить ФИО1 из федерального бюджета государственную пошлину в сумме 150 руб., ошибочно уплаченную при подаче кассационной жалобы на основании чека-ордера от 07.02.2023    № 4929.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                                       Н.А. Артемьева 

 

Судьи                                                                                    Ю.В. Кудинова 

 

                                                                                              Е.А. Павлова