АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

23 июня 2023 года

Дело №

А56-19542/2020

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Яковца А.В., судей Богаткиной Н.Ю., Бычковой Е.Н.,  

при участии ФИО1 (паспорт), 

рассмотрев 19.06.2023 в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 27.12.2022 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.03.2023 по делу № А56?19542/2020/суб.1,

у с т а н о в и л:

публичное акционерное общество «Сбербанк России» 04.03.2020 обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «Марко», адрес: 196066, Санкт-Петербург, Варшавская ул., д. 94, лит. А, оф. 6?Н/2, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – Общество, должник), несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 23.03.2017 заявление принято к производству, возбуждено производство по делу о банкротстве Общества.

Определением суда от 14.05.2020 в отношении Общества введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена ФИО2.

Решением суда от 22.10.2020 Общество признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО2 

Конкурсный управляющий ФИО2 обратилась в арбитражный суд с заявлением о привлечении ФИО1 и ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Определением суда от 28.04.2021 ФИО1 привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества, производство по обособленному спору приостановлено до окончания расчетов с кредиторами; в удовлетворении заявленных требований в остальной части отказано.

Определением суда первой инстанции от 27.12.2022 размер субсидиарной ответственности ФИО1  установлен в  60 160 316,29 руб.; в части требования о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности в размере 1 127 008,10 руб. произведена замена Общества на Межрайонную инспекцию Федеральной налоговой службы № 23 по Санкт-Петербургу; в части требований о привлечении Д.П. к субсидиарной ответственности в  размере 23 234 881,28 руб. – на общество с ограниченной ответственностью «Инвестрешения»; в части требований о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности в размере 34 843 764,71 руб. – на общество с ограниченной ответственностью «КБ «Агросоюз»; в порядке привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества с ФИО1 взыскано:

- в пользу Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 23 по Санкт-Петербургу – 1 127 008,10 руб.;

- в пользу общества с ограниченной ответственностью «Инвестрешения» –  23 234 881,28 руб.;

- в пользу общества с ограниченной ответственностью «КБ «Агросоюз» –  34 843 764,71 руб.;

- в пользу Общества – 960 662,20 руб.

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.03.2023 определение от 27.12.2022 оставлено без изменения.

В кассационной жалобе ФИО1  просит отменить определение от 27.12.2022 и постановление от 30.03.2023.

В обоснование кассационной жалобы ее податель ссылается на то, что при принятии обжалуемых судебных актов суды первой и апелляционной инстанций не учли разъяснения, содержащиеся в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53); указывает, что ФИО1 являлся номинальным руководителем Общества и при рассмотрении заявления о привлечении его к субсидиарной ответственности по обязательствам должника представил сведения о том, что фактическим руководителем и контролирующим Общество лицом являлся ФИО4, однако суд первой инстанции отказал в привлечении указанного лица к участию в обособленном споре в качестве соответчика.

ФИО1  приводит доказательства, которые, по его мнению подтверждают подконтрольность Общества ФИО4; полагает, что установленный обжалуемыми судебными актами размер субсидиарной ответственности превышает допустимый с точки зрения справедливости и адекватности предел, является  для ответчика непосильным и кабальным.

В судебном заседании ФИО1  поддержал  доводы, приведенные в кассационной жалобе, представил подлинный экземпляр чека-ордера на уплату государственной пошлины по кассационной жалобе.

Иные участвующие в деле лица надлежащим образом извещены о месте и времени рассмотрения кассационной жалобы, однако своих представителей для участия в судебном заседании не направили, что в соответствии со статьей 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее –    АПК РФ)  не является препятствием для рассмотрения  жалобы в их отсутствие.

Как следует из материалов дела, определяя размер субсидиарной ответственности ФИО1, суд первой инстанции руководствовался пунктом 11 статьи 61.11 Федерального закона от 26.20.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и  исходил из того, что размер требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов должника, составляет 24 150 939,38 руб.; размер требований, заявленных после закрытия реестра, составляет 34 843 764,71 руб.; размер текущих обязательств должника составляет 210 950 руб., при этом  согласно отчету конкурсного управляющего помимо текущих платежей в указанной сумме, отнесенных к пятой очереди текущих платежей, в состав текущих обязательств должника включаются 954 662,20 руб. вознаграждения конкурсного управляющего и расходов, понесенных при проведении процедур банкротства.

Таким образом, общий размер субсидиарной ответственности ФИО1  определен судом в 60 160 316,29 руб.

Так как кредиторами Общества выбран  способ распоряжения правом требования о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренный подпунктом 3 пункта 2 статьи 61.17 Закона о банкротстве, определением от 27.12.2022 суд первой инстанции произвел замену взыскателя в части соответствующей суммы на кредиторов.

При этом суд первой инстанции отклонил доводы ответчика о необходимости снижения размера субсидиарной ответственности ввиду того, что ФИО1 являлся номинальным руководителем Общества и при рассмотрении заявления о привлечении его к субсидиарной ответственности по обязательствам должника представил сведения о фактическом руководителе Общества.

Апелляционный суд согласился с выводами суда первой инстанции и постановлением от 30.03.2023 оставил  определение от 27.12.2022 без изменения.

Проверив законность обжалуемых судебных актов и обоснованность доводов, приведенных в кассационной жалобе, Арбитражный суд Северо-Западного округа приходит к следующим выводам.

В соответствии с пунктом 9 статьи 61.19 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами арбитражный управляющий одновременно с отчетом о результатах проведения процедуры, примененной в деле о банкротстве, направляет в арбитражный суд ходатайство о возобновлении производства по рассмотрению заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 названного Закона, указав размер требований каждого кредитора, которые остались непогашенными в связи с недостаточностью имущества должника, а также отчет о результатах выбора кредиторами способа распоряжения правом требования о привлечении к субсидиарной ответственности.

Согласно пункту 11 статьи 61.11.Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

В рассматриваемом случае суд первой инстанции установил, что непогашенная задолженность Общества перед кредиторами, требования которых включены в реестр требований кредиторов должника, составляет 24 150 939,38 руб.; непогашенная задолженность по требованиям кредиторов, заявленным после закрытия реестра требований кредиторов, составляет 34 843 764,71 руб.; размер текущих обязательств должника, относящихся  к пятой очереди текущих платежей,  составляет 210 950 руб., в состав текущих обязательств должника  также включаются 954 662,20 руб. вознаграждения и расходов конкурсного управляющего.

С учетом изложенного суд первой инстанции, с которым согласился и апелляционный суд, определил размер субсидиарной ответственности ФИО1 в 60 160 316,29 руб.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.17 Закона о банкротстве в течение пяти рабочих дней со дня принятия судебного акта о доказанности наличия оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, вынесенного в соответствии с пунктами 7 и 8 статьи 61.16 названного Закона, или судебного акта о привлечении к субсидиарной ответственности, вынесенного в соответствии с пунктом 13 статьи 61.16 названного Закона, арбитражный управляющий сообщает кредиторам о праве выбрать способ распоряжения правом требования о привлечении к субсидиарной ответственности. 

Указанное сообщение включается в Единый федеральный реестр сведений о банкротстве.

Согласно пункту 2 статьи 61.17 Закона о банкротстве в  течение десяти рабочих дней со дня направления сообщения, предусмотренного пунктом 1 названной  статьи, каждый кредитор, в интересах которого лицо привлекается к субсидиарной ответственности, вправе направить арбитражному управляющему заявление о выборе одного из следующих способов распоряжения правом требования о привлечении к субсидиарной ответственности:

1) взыскание задолженности по этому требованию в рамках процедуры, применяемой в деле о банкротстве;

2) продажа этого требования по правилам пункта 2 статьи 140 Закона о банкротстве;

3) уступка кредитору части этого требования в размере требования кредитора.

Пунктом 3 статьи 61.17 Закона о банкротстве установлено, что по истечении двадцати рабочих дней со дня направления сообщения, предусмотренного пунктом 1 данной статьи, арбитражный управляющий составляет и направляет в арбитражный суд отчет о результатах выбора кредиторами способа распоряжения правом требования о привлечении к ответственности, в котором указываются сведения о выборе, сделанном каждым кредитором, размере и об очередности погашения его требования.

Кредитор, от которого к указанному сроку не будет получено заявление, считается выбравшим способ, предусмотренный подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.17 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 4 статьи 61.17 Закона о банкротстве на основании отчета арбитражного управляющего, предусмотренного пунктом 3 названной статьи, арбитражный суд после истечения срока на подачу апелляционной жалобы или принятия судом апелляционной инстанции соответствующего судебного акта о привлечении к субсидиарной ответственности:

1) производит замену взыскателя в части соответствующей суммы на кредиторов, выбравших способ, предусмотренный подпунктом 3 пункта 2 данной  статьи, и выдает на имя каждого такого кредитора как взыскателя исполнительный лист с указанием размера и очередности погашения его требования в соответствии со статьей 134 Закона о банкротстве;

2) выдает исполнительный лист на имя должника по делу о банкротстве как взыскателя на оставшуюся сумму.

Так как кредиторами Общества выбран  способ распоряжения правом требования о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренный подпунктом 3 пункта 2 статьи 61.17 Закона о банкротстве, суд первой инстанции, с которым согласился  и апелляционный суд,  произвел замену взыскателя в части соответствующей суммы на кредиторов.

В соответствии с пунктом 9 статьи 61.11 Закона о банкротстве арбитражный суд вправе уменьшить размер или полностью освободить от субсидиарной ответственности лицо, привлекаемое к субсидиарной ответственности, если это лицо докажет, что оно при исполнении функций органов управления или учредителя (участника) юридического лица фактически не оказывало определяющего влияния на деятельность юридического лица (осуществляло функции органа управления номинально), и если благодаря предоставленным этим лицом сведениям установлено фактически контролировавшее должника лицо, в том числе отвечающее условиям, указанным в подпунктах 2 и 3 пункта 4 статьи 61.10 названного Закона, и (или) обнаружено скрывавшееся последним имущество должника и (или) контролирующего должника лица.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 6 Постановления № 53, руководитель, формально входящий в состав органов юридического лица, но не осуществлявший фактическое управление (далее - номинальный руководитель), например, полностью передоверивший управление другому лицу на основании доверенности либо принимавший ключевые решения по указанию или при наличии явно выраженного согласия третьего лица, не имевшего соответствующих формальных полномочий (фактического руководителя), не утрачивает статус контролирующего лица, поскольку подобное поведение не означает потерю возможности оказания влияния на должника и не освобождает номинального руководителя от осуществления обязанностей по выбору представителя и контролю за его действиями (бездействием), а также по обеспечению надлежащей работы системы управления юридическим лицом.

Вместе с тем в силу специального регулирования (пункт 9 статьи 61.11 Закона о банкротстве) размер субсидиарной ответственности номинального руководителя может быть уменьшен, если благодаря раскрытой им информации, недоступной независимым участникам оборота, были установлены фактический руководитель и (или) имущество должника либо фактического руководителя, скрывавшееся ими, за счет которого могут быть удовлетворены требования кредиторов.

Рассматривая вопрос об уменьшении размера субсидиарной ответственности номинального руководителя, суд учитывает, насколько его действия по раскрытию информации способствовали восстановлению нарушенных прав кредиторов и компенсации их имущественных потерь.

Отклоняя доводы ФИО1 о необходимости снижения размера субсидиарной ответственности ввиду того, что он являлся номинальным руководителем Общества и при рассмотрении заявления о привлечении его к субсидиарной ответственности по обязательствам должника представил сведения о фактическом руководителе Общества и контролирующем должника лице – ФИО4, суд первой инстанции исходил из того, что ответчик в нарушение положений статьи 65 АПК РФ не представил доказательств, с помощью которых можно было установить фактически контролировавшее должника лицо, либо доказательств, которые могли бы способствовать выявлению имущества должника, не доказал, что печать Общества и электронная подпись выбыли из владения ФИО1 помимо его воли.

Соглашаясь с указанным выводом суда первой инстанции, апелляционный суд в постановлении от 30.03.2023 указал, что размер ответственности контролирующего должника лица может быть уменьшен лишь в случае представления таким лицом достоверных доказательств наличия иных, имевших место помимо его действий (бездействия), обстоятельств, повлекших неплатежеспособность должника; поскольку таких доказательств ФИО1 не представил, презумпция о наличии причинно-следственной связи между непогашением требований кредиторов должника и действиями (бездействием) контролирующего должника лица, выразившимися в непередаче документации должника, не была опровергнута.

При этом суды первой и апелляционной инстанций исходили из того, что при рассмотрении заявления конкурсного управляющего о привлечении контролирующих Общество лиц  к субсидиарной ответственности по обязательствам должника определением суда первой инстанции от 28.04.2021 в удовлетворении заявленного ФИО1  ходатайства о привлечении ФИО4 к участию в обособленном споре в качестве соответчика отказано, поскольку конкурсный управляющий в рамках настоящего обособленного спора не предъявлял самостоятельных требований к ФИО4, согласия на привлечение указанного лица к участию в обособленном споре в качестве соответчика не изъявил.

По мнению суда кассационной инстанции, отклоняя доводы ФИО1 о необходимости снижения размера субсидиарной ответственности,  суды первой и апелляционной инстанций не учли следующее.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве если иное не предусмотрено названным Законом, в целях Закона о банкротстве под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

В силу подпункта 4 пункта 2 указанной статьи возможность определять действия должника может достигаться, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом.

В связи с этим положения пункта 9 статьи 61.11 Закона о банкротстве и разъяснения, содержащиеся в пункте 6 Постановления № 53, связывают возможность уменьшения размера субсидиарной ответственности номинального руководителя  не с  представлением номинальным руководителем достоверных доказательств, а с предоставленным этим лицом сведений, позволяющих  установить фактически контролировавшее должника лицо, и раскрытием им информации, недоступной независимым участникам оборота, благодаря которой может быть установлен фактический руководитель и (или) имущество должника.

При этом указанные положения и разъяснения не связывают возможность уменьшения размера субсидиарной ответственности номинального руководителя с наличием у конкурсного управляющего волеизъявления на предъявление требования о привлечении фактического руководителя к субсидиарной ответственности по обязательствам должника или с согласием конкурсного управляющего на привлечение фактического руководителя к участию в соответствующем обособленном споре в качестве соответчика.

В рассматриваемом случае суды первой и апелляционной инстанций не установили, были ли использованы конкурным управляющим ФИО2 представленные ФИО1 сведения о фактическом руководителе Общества и контролирующем должника лице для получения документации и имущества должника. Принимались ли конкурсным управляющим меры по привлечению ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества, суды первой и апелляционной инстанций не установили.

При таком положении вывод судов первой и апелляционной инстанции об отсутствии оснований для снижения размера субсидиарной ответственности ФИО1, как полагает суд кассационной инстанции, не может быть признан соответствующим фактическим обстоятельствам дела, что в силу части 1 статьи 288 АПК РФ является основанием для отмены обжалуемых судебных актов.

Так как обстоятельства, необходимые для определения размера субсидиарной ответственности ФИО1, установлены судами первой и апелляционной инстанций не полностью, дело следует направить в суд первой инстанции на новое рассмотрение.

Подпунктом 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации уплата государственной пошлины по кассационной жалобе на определение суда первой инстанции и постановление апелляционного суда,  принятые в деле о банкротстве по результатам рассмотрения  заявления о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности,   не предусмотрена, в связи с чем государственная пошлина, уплаченная ФИО1  при подаче кассационной жалобы, подлежит возврату ему из бюджета.

Руководствуясь статьями 286, 287, 288, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 27.12.2022 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.03.2023 по делу № А56?19542/2020/суб.1  отменить.

Дело направить в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области на новое рассмотрение.

Возвратить ФИО1 из федерального бюджета 3000 руб. государственной пошлины, уплаченной по чеку-ордеру от 02.05.2023.

 

Председательствующий

А.В. Яковец

Судьи

 

Н.Ю. Богаткина

 Е.Н. Бычкова