ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Москва

29.01.2020

Дело № А40-145500/2017

 

Резолютивная часть постановления объявлена 22.01.2020

Полный текст постановления изготовлен  20.01.2020

 

Арбитражный суд Московского округа

в составе:  председательствующего-судьи Зверевой Е.А.

судей Кручининой Н.А., Каменецкого Д.В.

при участии в заседании:

от ФИО1 - ФИО2 по дов. от 26.06.2019, ФИО3 по дов. от 27.09.2019,

от ФИО4 – ФИО5 по дов. от 28.08.2019,

от ГК АСВ ПАО Банк «ЮГРА» – ФИО6-дов от 31.10.2019 сроком до 31.12.2020

рассмотрев 22.01.2020 в судебном заседании кассационную жалобу

ФИО1 и представителя учредителей ПАО Банк «ЮГРА»

на определение от 30.07.2019

Арбитражного суда города Москвы,

на постановление от 21.10.2019 

Девятого арбитражного апелляционного суда

о признании недействительной сделки в виде заключенного между ПАО Банк «ЮГРА» и ФИО1 дополнительного соглашения от 25.05.2017 к договору поручительства № 070/ДП/ФЛ-15-2 от 10.03.2016; 

восстановлении права требования ПАО Банк «ЮГРА» к ФИО1 по договору поручительства № 070/ДП/ФЛ-15-2 от 10.03.2016 и обязательства ФИО1 по указанному договору поручительства, 

в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) ПАО Банк «ЮГРА» 

 

УСТАНОВИЛ:

определением от 14.08.2017 арбитражным судом принято к производству заявление Банка России в лице Главного управления по Центральному федеральному округу от 07.08.2017 г. № 18-2-06/135 о признании несостоятельным (банкротом) ПАО Банк «ЮГРА», решением Арбитражного суда г. Москвы от 25.09.2018.

ПАО Банк «ЮГРА» признано несостоятельным банкротом, исполнение обязанностей конкурсного управляющего должника возложено на Государственную корпорацию «Агентство по страхованию вкладов».

В судебном заседании, назначено к рассмотрению представленное в арбитражный суд в рамках дела о банкротстве ПАО Банк «ЮГРА» в порядке ст. 61.9 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» заявление представителя руководителя временной администрации ПАО Банк «ЮГРА» о признании недействительной сделки в виде заключенного между ПАО Банк «ЮГРА» и ФИО1 дополнительного соглашения от 25.05.2017 г. к договору поручительства № 070/ДП/ФЛ-15-2 от 10.03.2016 г. и о применении последствий недействительности спорной сделки.

В судебном заседании в виде отдельного судебного акта вынесено определение об отказе в удовлетворении ходатайств представителя учредителей ПАО «Банк «ЮГРА» об истребовании доказательств, назначении экспертизы, об отложении судебного разбирательства по настоящему обособленному спору и ходатайства представителя ФИО1 о привлечении к участию в рассмотрении настоящего обособленного спора бывшего Председателя Правления ПАО Банк «ЮГРА» ФИО7

Определением Арбитражного суда города Москвы от 30.07.2019 заявление представителя руководителя временной администрации ПАО Банк «ЮГРА» удовлетворено, суд признал недействительной сделку в виде заключенного между ПАО Банк «ЮГРА» и ФИО1 дополнительного соглашения от 25.05.17 г. к договору поручительства № 070/ДП/ФЛ-15-2 от 10.03.2016; восстановил право требования ПАО Банк «ЮГРА» к ФИО1 по договору поручительства № 070/ДП/ФЛ-15-2 от 10.03.2016 г. и обязательства ФИО1 по указанному договору поручительства.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 21.10.2019 указанное определение оставлено без изменения.

Не согласившись с принятыми судебными актами, ФИО1 и представитель учредителей ПАО Банк «ЮГРА» обратились в Арбитражный суд Московского округа с кассационными жалобами, в которых, ссылаясь на нарушение судами норм материального и процессуального права, несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам, просят обжалуемые судебные акты отменить и направить спор на новое рассмотрение.

В кассационных жалобах ФИО1 и представителя учредителей ПАО Банк «ЮГРА» ФИО4 указывается на неправильное толкование судами положений статей 174, 367, 421, 450 Гражданского кодекса Российской Федерации, которые не содержат запрет на расторжение договора поручительства по соглашению сторон. Кроме того, как полагают заявители, судом безосновательно были отвергнуты заявленные ходатайства.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

В судебном заседании представитель учредителей ПАО Банк «ЮГРА» ФИО4 и представитель ФИО1 поддержал изложенные в кассационных жалобах доводы, просили обжалуемые судебные акты отменить и направить спор на новое рассмотрение.

Представитель конкурсного управляющего Банка возражал против удовлетворения кассационных жалоб.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, что согласно части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

Выслушав явившихся в заседание суда представителей лиц, участвующих в споре, обсудив доводы кассационной жалобы и возражения, проверив в порядке статей 284, 286 - 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность обжалуемых судебных актов, судебная коллегия суда кассационной инстанции приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для их отмены ввиду следующего.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и с частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

На основании пункта 1 статьи 189.40 Закона о банкротстве сделка, совершенная кредитной организацией (или иными лицами за счет кредитной организации) до даты назначения временной администрации по управлению кредитной организацией либо после такой даты, может быть признана недействительной по заявлению руководителя такой администрации в порядке и по основаниям, которые предусмотрены настоящим Федеральным законом, а также Гражданским кодексом Российской Федерации и другими федеральными законами, с учетом особенностей, установленных настоящим параграфом.

Как установлено судами, в обеспечение обязательств ООО «Эбеко» по кредитному договору № 

<

***> от 09.06.14 г., в соответствии с которым заемщику был предоставлен кредит в размере 5.000.000 долларов США, между ПАО Банк «ЮГРА» и ФИО1 являвшейся участником ООО «Эбеко» с 50% доли в уставном капитале Общества, был заключен договор поручительства № 070/ДП/ФЛ-15-2 от 10.03.16 г., в соответствии с которым ФИО1 приняла на себя обязательства отвечать перед кредитором по обязательствам ООО «Эбеко» по упомянутому кредитному договору солидарно с основным заемщиком, заключенным между ПАО Банк «ЮГРА» и ФИО1 спорным дополнительным соглашением от 25.05.17 г. к договору поручительства № 070/ДП/ФЛ-15-2 от 10.03.16 г. упомянутый договор поручительства признан расторгнутым.

Срок возврата по всем кредитным договорам уже наступил, при этом заемщик свои обязательства перед Банком до настоящего времени не исполнил, обслуживание по кредиту не осуществляется, проценты за пользование кредитом не уплачиваются.

Полагая, что дополнительное соглашение от 25.05.17 г. к договору поручительства № 070/ДП/ФЛ-15-2 от 10.03.16 г., является недействительными сделками на основании статей 10, 174 Гражданского кодекса Российской Федерации, представитель руководителя временной администрации ПАО Банк «ЮГРА» обратился в суд с рассматриваемым заявлением, в котором указал на злоупотребление правом и недобросовестное поведение сторон сделки, учитывая отсутствие правовых и экономических оснований для расторжения договора поручительства. В обоснование доводов наличия у спорной сделки признаков недействительности заявителем указано, что ПАО Банк «ЮГРА» и ФИО1, заключая спорную сделку, злоупотребили своими правами и действовали недобросовестно, учитывая отсутствие как правовых, так и экономических оснований для расторжения договора поручительства, причем ООО «Эбеко», как основной заемщик, своих обязательств по кредитному договору № 

<

***> от 09.06.14 г. не исполняет.

Удовлетворяя заявление представителя руководителя временной администрации ПАО Банк «ЮГРА», суды первой и апелляционной инстанций исходили из доказанности заявителем условий для признания сделки недействительной по предусмотренным статьями 10, 174 Гражданского кодекса Российской Федерации основаниям.

Суды пришли к выводу о том, что оспариваемые дополнительные соглашение о расторжении договоров поручительства заключено Банком в условиях убыточной деятельности, когда Банком была полностью утрачена возможность возвращения заемных денежных средств посредством обеспечивающих исполнение обязательств путем требования исполнения от поручителя, обеспечивающего исполнение обязательства.

Согласно части 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном Законе.

В соответствии с пунктом 1 статьи 363 Гражданского кодекса Российской Федерации при неисполнении или ненадлежащем исполнении должником обеспеченного поручительством обязательства поручитель и должник отвечают перед кредитором солидарно, если законом или договором поручительства не предусмотрена субсидиарная ответственность поручителя.

Поручитель отвечает перед кредитором в том же объеме, как и должник, включая уплату процентов, возмещение судебных издержек по взысканию долга и других убытков кредитора, вызванных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником, если иное не предусмотрено договором поручительства (пункт 2 статьи 363 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При солидарной обязанности должников кредитор вправе требовать исполнения как от всех должников совместно, так и от любого из них в отдельности, притом как полностью, так и в части долга (пункт 1 статьи 323 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 1 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при принятии решения арбитражный суд оценивает доказательства и доводы, приведенные лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены, и какие обстоятельства не установлены, какие законы и иные нормативные правовые акты следует применить по данному делу.

В абзаце 4 пункта 4 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Неразумное и недобросовестное поведение также приравнивается к злоупотреблению правом.

Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам (кредиторам должника) или создающее условия для наступления вреда (требования кредиторов могут быть не удовлетворены, в частности вследствие совершения сделки по отчуждению имущества должника).

В пункте 9 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации» указано, что злоупотребление правом должно основываться на конкретных обстоятельствах дела.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, который учитывает права и законные интересы другой стороны, содействует ей, в том числе в получении необходимой информации.

Судами установлено, что каких-либо правовых или экономических оснований для расторжения договора поручительства у сторон не имелось.

Доказательств обратного в материалы дела не представлено.

В соответствии с пунктом 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Следовательно, для квалификации сделки по статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации как совершенной со злоупотреблением правом в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) необходимо установить, что такая сделка направлена на нарушение прав и законных интересов кредиторов, и совершая оспариваемую сделку, стороны или одна из них намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес. В подтверждение указанного лицо, которое ссылается на наличие признаков злоупотребления правом при совершении сделки, должно представить соответствующие доказательства.

Заявителем были представлены достаточные доказательства того, что при совершении оспариваемой сделки было допущено злоупотребление гражданскими правами по смыслу статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации как со стороны поручителя, действия которого были направлены избежать предъявления к нему требований в связи с неисполнением обязательств заемщиком, руководителем которого он являлся, и на момент расторжения не мог не знать об отсутствии возможности погашения кредита, так и со стороны банка, который также не мог не осознавать, что утрата обеспечительной сделки в период возникновения, как у банка, так и у заемщика финансовых трудностей приведет к нарушению прав иных кредиторов Банка, а также уменьшению конкурсной массы Банка.

При этом, арбитражный суд, оценивая доводы заявления, принял во внимание правовую позицию Арбитражного суда Московского округа, изложенную в постановлении от 03.03.2017 г. по делу № А40-7547/11, согласно которой арбитражный суд, давая оценку прекращению обеспечения по кредитному договору, указал на отсутствие предусмотренных законом оснований для прекращения упомянутого обеспечения, а действия по прекращению такого обеспечения были направлены на изменение степени защищенности и реальной обеспеченности активов Банка, снижение вероятности возврата ранее выданных кредитных средств, учитывая, что резервы по ссудам формируются кредитной организацией с учетом качества фактически имеющегося обеспечения при обесценении ссуд, т.е. при потере ими (как активом, обеспечивающим финансовую устойчивость самой кредитной организации) своей стоимости.

В связи с изложенным, выводы судов о наличии оснований для признания оспариваемых сделок недействительными являются законными и обоснованными.

Кроме того, судом было отклонено заявление о применении срока исковой давности.

Как установлено судом апелляционной инстанции, срок исковой давности отсчитывается не с момента совершения сделки, а со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права, о чем прямо написано в п. 1 ст. 200 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Касательно довода о том, что с заявлением обратилось ПАО Банк «Югра», а не сама по себе временная администрация, то в данном случае подлежат применению по аналогии разъяснения, содержащихся в абз. 2 п. 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица»: в случаях, когда соответствующее требование о возмещении убытков предъявлено самим юридическим лицом, срок исковой давности исчисляется не с момента нарушения, а с момента, когда юридическое лицо, например, в лице нового директора, получило реальную возможность узнать о нарушении, либо когда о нарушении узнал или должен был узнать контролирующий участник, имевший возможность прекратить полномочия директора, за исключением случая, когда он был аффилирован с указанным директором.

Приказом ЦБ РФ № ОД-1901 от 07.07.2017 с 10.07.2017 на ГК АСВ были возложены функции временной администрации по управлению банком ПАО Банк «Югра», полномочия органов управления банка ПАО Банк «Югра» были приостановлены. Настоящее заявление было подано временной администрацией 26.06.2018 в течение одного года с даты возложения функций временной администрации по управлению банком ПАО Банк «Югра» на ГК АСВ 10.07.2017.

Кроме того, сделка была признана недействительной не только по п. 2 ст. 174 Гражданского кодекса Российской Федерации, но и по ст. ст. 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Согласно п. 2 ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. Оспариваемая сделка нарушает ст. 10 ГК РФ и посягает на права и охраняемые законом интересы третьих лиц (кредиторов ПАО Банк «Югра»), поэтому является ничтожной. В соответствии с п. 1 ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года.

Доводы о ненадлежащем составе участников основаны исключительно на субъективном мнении и не свидетельствуют о вынесении неправильного судебного акта.

Исследовав и оценив доводы сторон и собранные по делу доказательства, в соответствии с требованиями статей 67, 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь положениями действующего законодательства, суды первой и апелляционной инстанций с достаточной полнотой выяснили имеющие значение для дела обстоятельства и пришли к обоснованным выводам об удовлетворении заявления.

При этом, суды признали расторжение поручительства недействительным на основании п. 2 ст. 174 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Пунктом 93 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что п. 2 ст. 174 Гражданского кодекса Российской Федерации  предусмотрены два основания недействительности сделки, совершенной представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица.

При заключении оспариваемого соглашения стороны не могли не знать о том, что расторжение договора поручительства, обеспечивающего обязательства по кредитным договорам, причинит явный ущерб банку. Ответчик должен был знать о причинении банку явного ущерба оспариваемой сделкой, поскольку являлся 50% участником заемщика. Следовательно, ответчику должно было быть известно финансовое положение заемщика и состав обеспечения по кредиту. 

Суд квалифицировал сделку также по ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с выходом обстоятельств совершения сделки за рамки признаков подозрительной сделки. Злоупотребление правом со стороны ответчика выразилось в том, что он расторг поручительство, являясь 50% участником заемщика, а, значит, будучи осведомленным о финансовом положении заемщика и составе обеспечения по кредиту. При этом, предоставленное третьим лицом Банку новое обеспечение являлось не замещающим поручительство ответчика, а дополнительным к уже имеющемуся обеспечению.

Доводы о том, что соглашение о расторжении договора поручительства между ПАО Банк «Югра» и ответчиком не повлекло неблагоприятных последствий для банка и его кредиторов, так как в тот же самый день была заключена замещающая обеспечительная сделка, которая является значительно более экономически выгодной для банка и его кредиторов суд также не принимает во внимание, поскольку оснований к иной оценке указанных обстоятельств, данных судом у коллегии не имеется.

Указанные в кассационных жалобах доводы были предметом рассмотрения и оценки судов при принятии обжалуемых актов. Каких-либо новых доводов кассационные жалобы не содержат, а приведенные в жалобах доводы не опровергают правильности принятых по делу судебных актов. 

Каких-либо доказательств, опровергающих выводы судов первой и апелляционной инстанций, в материалы дела не представлено.

Изложенные в кассационных жалобах доводы направлены на переоценку установленных судами обстоятельств и не свидетельствуют о неправильном применении судами норм права, в связи с чем, подлежат отклонению.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, отраженной в Определении от 17.02.2015 г. № 274-О, ст. ст. 286 - 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса, регламентирующими производство в суде кассационной инстанции, предоставляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела. Иное позволяло бы суду кассационной инстанции подменять суды первой и второй инстанций, которые самостоятельно исследуют и оценивают доказательства, устанавливают фактические обстоятельства дела на основе принципов состязательности, равноправия сторон и непосредственности судебного разбирательства, что недопустимо.

Руководствуясь ст.ст. 176, 284-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Московского округа 

 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда г. Москвы от 30.07.2019 и постановление от 21.10.2019 Девятого арбитражного апелляционного суда по делу № А40-145500/2017 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий судья                                                    Е.А. Зверева

Судьи:                                                                                               Д.В. Каменецкий

                                                                                                            Н.А. Кручинина