СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-14783/2023(9)-АК

Дело № А60-22746/2023

14 февраля 2025 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 05 февраля 2025 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 14 февраля 2025 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Нилоговой Т.С.,

судей  Зарифуллиной Л.М., Устюговой Т.Н.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Паршиной В.Г.,

при участии в режиме веб-конференции:

от ФИО1: ФИО2 (паспорт, доверенность от 14.12.2022),

представитель должника ФИО3 – ФИО4, подключение к судебному заседанию в режиме веб-конференции не обеспечил,

в отсутствие представителей иных лиц, участвующих в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещенных надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО5

на определение Арбитражного суда Свердловской области  

от 21 октября 2024 года       

об отказе в удовлетворении заявления финансового управляющего ФИО5 о признании недействительным договора купли-продажи квартиры, расположенной в 

<

...> кадастровый номер 66:41:0401032:* отделки и обстановки в ней, и применении последствий недействительности сделки,

вынесенное в рамках дела № А60-22746/2023 

о признании несостоятельным (банкротом) ФИО6 (ИНН 

<

***>), 

третьи лица: ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10,

установил:

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 12.05.2023

принято к производству совместное заявление ФИО11 (далее – ФИО11), общества с ограниченной ответственностью «Логистические технологии» в лице конкурсного управляющего ФИО12 (далее – общество «Логистические технологии») о признании ФИО3 (далее – ФИО3, должник) несостоятельной (банкротом), возбуждено производство по настоящему делу о банкротстве.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 13.07.2023 заявление кредиторов признано обоснованным, в отношении ФИО3 введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим должника утвержден ФИО13, член союза «Уральская саморегулируемая организация арбитражных управляющих».

Соответствующие сведения о введении в отношении должника процедуры реструктуризация долгов гражданина опубликованы в газете «КоммерсантЪ» от 22.07.2023 №132.

Определением арбитражного суда от 17.08.2023 ФИО13 освобожден от исполнения обязанностей финансового управляющего должника, таковым утвержден ФИО5, член союза «Уральская саморегулируемая организация арбитражных управляющих».

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 21.02.2024 ФИО3 признана несостоятельной (банкротом), в отношении ее введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО5

Публикация о признании гражданина банкротом и введении процедуры реализация имущества гражданина размещена в газете «КоммерсантЪ» от 02.03.2024 №38(7728).

В рамках названной процедуры банкротства 11.07.2024 финансовый управляющий должника ФИО5 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительной сделки купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: 

<

...> кв.***, кадастровый номер 66:41:0401032:813, отделки и обстановки в ней, оформленной: 

- предварительным договором купли-продажи от 15.10.2020 между ФИО6 и ФИО1 (далее – ФИО1),

- распиской от 15.10.2020 ФИО6,

- договором купли-продажи отделимых улучшений от 15.10.2020,

- договором купли-продажи от 23.10.2020, 

как мнимую и направленную на причинение вреда кредиторам. 

Управляющий просил применить последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО1 в конкурсную массу ФИО3 действительной стоимости квартиры, расположенной по адресу: 

<

...> кв.***, кадастровый номер 66:41:0401032:813, отделки и обстановки в ней (ввиду последующего отчуждения ФИО1 квартиры), а также признать недействительной запись в ЕГРН от 29.10.2020 № 66:41:0401032:813-66/001/2020-2.

На основании статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) к участию в настоящем обособленном споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО7 (далее – ФИО7), ФИО8 (далее – ФИО8), ФИО9 (далее – ФИО9), ФИО10 (далее – ФИО10).

Судом перед лицами, участвующими в деле, неоднократно ставился вопрос об объединении данного спора с иным обособленным спором о признании иной сделки об отчуждении жилого помещения с целью общего установления единственного для проживания жилья для должника. Между тем, все лица, участвующие в деле, возражали.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 21.10.2024 (резолютивная часть от 11.10.2024) в удовлетворении заявленных требований финансового управляющего о признании сделки недействительной отказано.

Не согласившись с вынесенным определением, финансовый управляющий ФИО5 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит указанный судебный акт отменить, ссылаясь на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела и нарушение судом норм материального права. 

В обоснование апелляционной жалобы ее заявитель указывает на несогласие с выводом суда об отсутствии признаков неплатежеспособности должника на момент совершения сделки, поскольку требования общества «Логистические технологии» представляют собой реституционные требования после оспаривания подозрительной сделки в виде необоснованного перечисления ФИО6 денежных средств в сумме 2 862 482 руб. 45 коп.; определением Арбитражного суда Республики Коми от 17.02.2023 в рамках дела № А29-8757/2020 установлено, что банковские операции общества «Логистические технологии» по перечислению денежных средств в адрес заинтересованного к должнику лица на общую сумму 2 862 482 руб. 45 коп., совершенные с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, в условиях наличия признаков неплатежеспособности должника, причинили вред имущественным интересам кредиторов должника, подлежат признанию недействительными также на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, ответчик как супруга контролирующего должника лица – ФИО14 (далее – ФИО14), безусловно относится к заинтересованным по отношению к должнику лицам. Настаивает на том, что выплата средств юридического лица ФИО6, фиктивно устроенной в обществе «Логистические технологии», под видом заработной платы в период с 16.09.2019 по 28.11.2019 не только является присвоением средств юридического лица, которое могло быть оспорено и без процедуры банкротства, но и свидетельствует о необходимости применения данной достаточно рискованной схемы вывода средств, что может быть вызвано только кризисом платежеспособности. Кроме того, обращает внимание, что у должника ФИО3 и ее бывшего супруга имелись иные обязательства, не включенные в реестр; к дате совершения сделки не имевшие дохода и безработные должник и его супруг прибегали к иным заимствованиям, о которых финансовому управляющему известно не было; средства предоставлялись через юридические лица под личное поручительство ФИО14 ИП ФИО15 и обществом с ограниченной ответственностью «Энергогрупп», в настоящее время управляющий знакомится с материалами дел об указанных заимствованиях №2-2106/2022 и №2-2107/2022 в Верх-Исетском районном суде г.Екатеринбурга; также ФИО14 по его собственному утверждению 08.02.2021 сделан заем у своего водителя ФИО16 в сумме 2 300 000 руб.; 13.02.2021 должник утверждал, что денежных поступлений в семье нет уже 2 года.

Помимо этого конкурсный управляющий полагает, что судом ошибочно критически оценен представленный управляющим отчет об оценке и принят за достоверный отчет общества с ограниченной ответственностью «НЭКО» (далее – общество «НЭКО»); суду следовало критично отнестись к отчету общества «НЭКО», поскольку имеется взаимосвязь между представителем должника ФИО4 и фактическим собственником общества «НЭКО» ФИО17

Согласно доводам апелляционной жалобы конкурсный управляющий настаивает на позиции об аффилированности ответчика ФИО1 и должника, поскольку ФИО1 работает совместно с родной сестрой ФИО14 (супруг должника) более 10 лет.

До начала судебного заседания от должника ФИО3 и ответчика ФИО1 поступили письменные отзывы на апелляционную жалобу, согласно которым просят обжалуемое определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

В судебном заседании представитель ответчика ФИО1 против позиции апеллянта возражал по мотивам, изложенным в письменном отзыве. 

В апелляционной жалобе финансовым управляющим ФИО5 изложено ходатайство об истребовании дополнительных доказательств (сведений из ФНС о выплатах заработной платы по форме 2-НДФЛ ФИО1 и ФИО18 с 2016 по 2020 годы). Также с апелляционной жалобой, управляющим представлены дополнительные документы (постановление Арбитражного суда Уральского округа от 25.05.2019 по делу №А60-26913/2016, определение Арбитражного суда Республики Коми от 17.02.2023 по делу №А29-8757/2020, скриншоты страниц сайта Союза «Торгово-промышленная палата г. Нижний Новгород» и документа о составе Комиссии независимых экспертов при Общественном совете при УФНС России по Свердловской области).

Представление финансовым управляющим ФИО5 с апелляционной жалобой дополнительных документов, судом апелляционной инстанции расценено как ходатайство о приобщении к материалам дела дополнительных доказательств. Ходатайство апелляционным судом рассмотрено и отклонено на основании положений пункта 2 статьи 268 АПК РФ. Поступившие с апелляционной жалобой дополнительные документы посредством информационной системы «Картотека арбитражных дел» (kad.arbitr.ru) следует считать возвращенными.

В удовлетворении ходатайства об истребовании доказательств отказано, ввиду его несоответствия положениям части 4 статьи 66 АПК РФ, части 3 статьи 268 АПК РФ.

Представитель должника ФИО3 – ФИО4, заявивший ходатайство об участии в судебном заседании в режиме веб-конференции, в назначенное время на связь в информационной системе «Картотека арбитражных дел» не вышел, подключение в онлайн-режиме не обеспечил, причин отсутствия подключения суду не сообщил.

Установив в судебном заседании, что средства связи суда воспроизводят видео- и аудиосигнал надлежащим образом, технические неполадки отсутствуют, лицам, участвующим в деле, обеспечена возможность дистанционного участия в процессе (представитель ФИО1 успешно подключился к заседанию), которая не в полной мере реализована по причинам, находящимся вне сферы контроля суда, апелляционный суд счел возможным продолжить рассмотрение дела без участия представителя должника, в силу положений части 3 статьи 156 АПК РФ.

Иные лица, участвующие в деле и не явившиеся в заседание суда апелляционной инстанции, уведомлены о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы надлежащим образом. В силу статей 156, 266 АПК РФ неявка лиц не является препятствием для рассмотрения апелляционной жалобы в их отсутствие.

Законность и обоснованность определения суда проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ.

Как установлено судом и следует из материалов дела, 23.10.2023 между ФИО3 и ФИО1 по договору купли-продажи произведено отчуждение квартиры по стоимости 4 700 000 руб. расположенной по адресу: 

<

...> кв.***, кадастровый номер 66:41:0401032:813, а также заключен договор купли-продажи улучшений квартиры стоимостью 950 000 руб. 

Полагая, что данная сделка совершена с целью вывода активов, безвозмездно, финансовый управляющий обратился в суд с заявлением о признании ее недействительной.

Данная сделка оспорена финансовым управляющим на основании пункта 2 статьи 61.2. Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве, Закон) с учетом разъяснений, приведенных в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63). Кроме того, финансовым управляющим приведены ссылки на статьи 10, 166, 168 и 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

При этом управляющий указывал на то, что сделка совершена должником в период неплатежеспособности, с аффилированным лицом, на безвозмездной основе, с целью вывода актива должника, поскольку ФИО3 приобрела спорную квартиру (площадь квартиры 39,9 кв.м, адрес: 

<

...>, кв.***) в 2016 году по цене 4 463 190 руб. с условием оплаты до 20.12.2016, в последующем (23.10.2020) квартира отчуждена ФИО3 ФИО1, который является аффилированным лицом, по цене 4 700 000 руб., с ФИО1 заключен договор купли-продажи улучшений (ремонт) по цене 950 000 руб. Финансовый управляющий также полагает, что данная сделка является мнимой, поскольку совершена безвозмездно, квартира снята с публикации спустя длительное время после сделки с аффилированным лицом, ключи от квартиры находились у ФИО7

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из недоказанности наличия условий, необходимых для признания оспариваемой сделки недействительной по приведенным конкурсным управляющим основаниям.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, отзывов на нее, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ в их совокупности, проверив правильность применения арбитражным судом норм материального права и соблюдения норм процессуального права, арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены определения суда.

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные указанной главой, регулируются главами I-III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2  главы XI Закона. 

Согласно статье 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с нормами ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Статья 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания сделки недействительной, отвечающей признакам подозрительности, то есть совершенной должником при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки (пункт 1) или в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (пункт 2).

Неравноценной является сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, которая может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки. 

В предмет доказывания по спору о признании неравноценной сделки должника недействительной входит: 

- факт совершения сделки; 

- подозрительный период совершения сделки; 

- неравноценность. 

Не приводя легальной общей дефиниции указанного понятия, законодатель раскрывает его смысл через описание двух распространенных ситуаций: 

- цена сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки; 

- любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств. 

Из диспозиции нормы пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве следует, что помимо цены для определения признака неравноценности во внимание должны приниматься и все обстоятельства совершения сделки, то есть суд должен исследовать контекст отношений должника с контрагентом для того, чтобы вывод о подозрительности являлся вполне убедительным и обоснованным. 

Пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной подозрительной сделки, совершенной в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом. 

Для признания сделки недействительной по указанному основанию конкурсный управляющий должен доказать совокупность следующих обстоятельств: 

- сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; 

- в результате совершения сделки вред имущественным правам кредиторов был причинен; 

- другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника в момент совершения сделки. 

При недоказанности приведенной совокупности обстоятельств требование о признании сделки недействительной не подлежит удовлетворению (пункт 5 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63). 

Согласно пункту 6 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63 цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица. 

Как следует из абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 Закона о банкротстве), либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми – они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки (пункт 7 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63).

В рассматриваемом случае спорная сделка купли-продажи недвижимости совершена 23.10.2020 (переход права зарегистрирован 29.10.2020), определением от 12.05.2023 принято заявление о банкротстве и возбуждено дело, то есть сделка совершена в 3-летний период подозрительности, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

Отказывая в признании сделки недействительной, арбитражный суд исходил из недоказанности тех обстоятельств, что сделка была направлена на причинение имущественного вреда кредиторам должника и причинила такой вред.

При этом суд первой инстанции верно исходил из того, что согласно сформированному правовому подходу, изложенному в определении ВС РФ от 27.11.2023 №306-ЭС23-14897, при оспаривании сделок по основаниям, предусмотренным пунктами 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, истец должен доказать факт нарушения сделкой имущественных интересов кредиторов должника. 

При этом конкурсное оспаривание может осуществляться в интересах только тех кредиторов, отношения с которыми существовали к моменту совершения предполагаемой противоправной сделки, и судам необходимо соотнести момент возникновения обязательств у должника перед кредиторами с моментом совершения оспариваемых сделок. Совершение сделок до возникновения у должника каких-либо отношений, положенных в основу требований кредиторов само по себе опровергает направленность сделок на нарушение прав кредиторов и возможность применения к ним статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

Судом установлено и материалами дела подтверждается, что в рамках настоящего дела о банкротстве в реестр требований кредиторов включены требования следующих лиц: 

ФИО11, требования которого основаны на взыскании судебных расходов с должника определениями от 18.07.2022, 22.11.2022, 28.11.2022; 

общество «Логистические технологии», требование которого основано на определении от 17.02.2023 по делу №А29-8757/2020 о признании сделки недействительной (а не ничтожной) по специальным основаниям Закона о банкротстве; 

акционерного общества «Альфа-Банк», требования которого возникли ввиду заключения договора о рефинансировании в мае 2020 года, просрочки по которому (взыскана неустойка) началась с июля 2022 года (определение в рамках настоящего дела от 11.09.2023); 

уполномоченного органа, требования которого основаны на неуплате налога за 2021 год (включены определением от 18.09.2023, произведена замена на правопреемника общество ограниченной ответственностью «Рус Групп «Илан»). 

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка совершена безвозмездно либо по существенно заниженной стоимости. 

Согласно пункту 6 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63 цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица. 

То обстоятельство, что определением Арбитражного суда Республики Коми от 17.02.2023 в рамках дела № А29-8757/2020 установлено, что банковские операции общества «Логистические технологии» по перечислению денежных средств в адрес ФИО3 в период с 16.09.2019 по 28.11.2019 на общую сумму 2 862 482 руб. 45 коп. были совершены с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов общества, в условиях наличия признаков неплатежеспособности общества, причинили вред имущественным интересам кредиторов общества, в связи с чем признаны недействительными на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, еще не свидетельствует о том, что о таком поведении должника и финансовом положении семьи Галезник было известно ФИО1

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда, в рассматриваемой ситуации отсутствуют основания для признания ФИО1 заинтересованным лицом по отношению к должнику ФИО3, в связи с чем, на ФИО1 не подлежат распространению презумпции, установленные в статье 61.2 Закона о банкротстве.

Действительно, родная сестра бывшего супруга должника являлась сотрудником ФИО1, занимая в его компаниях позиции топ-менеджера. При этом бизнес ФИО1 никоим образом не был связан с бизнесом Галезник. То обстоятельство, что ФИО1 знал о брате своего сотрудника и в какой-то момент времени узнал о продаже должником квартиры в г.Екатеринбурге не порождает признаков той заинтересованности в целях применения статьи 19 и 61.2 Закона о банкротстве, которая порождает информированность ответчика о целеполагания оспариваемой сделки.

В ходе исследования фактических обстоятельств дела арбитражным судом первой инстанции верно установлено, что сделка имела реальный характер, ФИО1 раскрыл обстоятельства и цель приобретения спорной квартиры, финансовая возможность ФИО1 произвести оплату по договору документально подтверждена. 

Квартира приобретена ответчиком в инвестиционных целях. 

Обсудив с ФИО6 предварительные договоренности относительно существенных условий предстоящей сделки купли-продажи жилого помещения и в связи с тем, что ФИО6 (продавец) постоянно проживала в г.Москве, 15.10.2020 ФИО1 вылетел рейсом SU-1411 по маршруту Екатеринбург-Москва в соответствии с электронным билетом №5552128963391, что подтверждается справкой ПАО «Аэрофлот» №67.5.135, выданной 03.03.2023. Поскольку между сторонами сделки согласован наличный расчет по договору и ФИО1, посчитав указанную сумму существенной к перевозке, счел необходимым заказать через менеджера (в дополнительном офисе ПАО Сбербанк №7003/0890) необходимую к снятию сумму денежных средств непосредственно в дополнительном офисе №9038/01833 Московского отделения ПАО Сбербанк по адресу: 

<

...>.

Встреча сторон по подписанию предварительного договора купли-продажи жилого помещения также была назначена в дополнительном офисе №9038/01833 Московского отделения ПАО Сбербанк в специально зарезервированном ФИО1 помещении для клиентов с особыми условиями обслуживания, где между сторонами были подписаны все необходимые документы, совершены действия по передаче денежных средств, после чего ФИО1 вернулся в г.Екатеринбург. 

В качестве подтверждения снятия со счета ФИО1 денежных средств ответчиком в материалы дела представлен расходный кассовый ордер №24-10 о снятии денежных средств 15.10.2020 и справка №29-0890/24 от 01.02.23 о снятии денежных средств в сумме 92 000 USD, что ориентировочно (по курсу на 15.10.2020) составляет 7 102 400 руб. 

Денежные средства в сумме 5 650 000 руб. переданы ФИО6 по расписке, которая имеется в материалах дела. 

Сопоставив цену, оплаченную по договору (5 650 000 руб. с учетом улучшений), с максимальной ценой (6 800 000 руб.), представленной финансовым управляющим в скриншоте страницы ЦИАН от 25.05.2021 (то есть документ отражает информацию спустя 7 месяцев с момента продажи), суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что разница между указанными суммами составляет не более 17%, что не является критичным для целей определения неравнозначности.

В качестве доказательств платежеспособности ФИО1 предоставлена справка ПАО Сбербанк от 14.02.2023, согласно которой данное лицо является vip-клиентом банка, согласно счетам, открытым в данном банке по состоянию на 15.10.2020 совокупный остаток денежных средств составлял более 30 млн руб. 

Подтверждая то обстоятельство, что сделка совершена на рыночных условиях ФИО1 в материалы дела представлен отчет оценщика №2024/110 об определении стоимости квартиры на дату совершения сделки (октябрь 2020 года), согласно которому рыночная стоимость спорной квартиры сравнительным методом составляет 4 257 370 руб. для сравнения представлены квартиры аналогичной площади в районах с примерно такой же ценовой политикой (например, для сравнения представлена квартира в р-не Автовокзал, где имеется станция метро, стоимость квартир в данном район также является достаточно высокой).

Выводы эксперта в суде апелляционной инстанции не опровергнуты.

В последующем в связи с нахождением сторон сделки в разных городах (Екатеринбург, Москва), а также в целях безопасности и прозрачности сделки купли-продажи непосредственно сам договор купли-продажи от 23.10.2020 подписан сторонами дистанционно с помощью сервиса общества с ограниченной ответственностью «ЦНС», что подтверждается офертой о заключении договора №2900009-2009984 от 23.10.2020 с обществом ограниченной ответственностью «Центр недвижимости Сбербанка», чеком-ордером от 23.10.2020 №4977. 

После регистрации права собственности на жилое помещение ФИО1 осуществлялся комплекс действий, направленных на владение, пользование и распоряжение имуществом (были заключены договоры с управляющей компанией, открыт лицевой счет, на основании расчетных документов ФИО1 производил оплату всех коммунальных платежей, нес расходы по некоторому улучшению состояния квартиры и т.д.).

Объясняя последующую перепродажу квартиры, ФИО1 указал, что поскольку квартира была приобретена в инвестиционных целях, по прошествии более чем 6ти месяцев с момента совершения спорной сделки, в Екатеринбурге был отмечен рост цен на недвижимость, вследствие чего ФИО1 принято решение о продаже жилого помещения, заключен договор от 07.04.2021 №07/04-21 с индивидуальным предпринимателем ФИО19 (риелтор) на совершение действий, направленных на поиск лица, готового приобрести объект недвижимости, расположенного по адресу: 

<

...>. 

По прошествии 2-х месяцев поисков и подбора покупателей риелтором подобран клиент в лице третьего лица по настоящему делу ФИО9, по просьбе которой обществом с ограниченной ответственностью «Центр недвижимости Сбербанка» осуществлена оценка жилого помещения, что подтверждается отчетом об оценке от 23.06.2021 №06014-21 ДомКлик ЦНС. и уже 28.06.2021 между ФИО1 и ФИО9 заключены соответствующие договора с помощью сервиса общества с ограниченной ответственностью «Центр недвижимости Сбербанка» за 6 600 000 руб., реальное исполнение которого подтверждается расписками ФИО9 о передаче денежных средств. 

При этом судом верно принято во внимание, что жилое помещение приобретено новым покупателем в ипотеку, в настоящее время находится в залоге банка. Срок кредита, в течение периода которого действует залог составляет 180 календарных месяцев (15 лет) (пункт 2.2.2 договора купли-продажи от 28.06.2021). Таким образом, на оспариваемый объект действует обременение в силу закона, что подтверждается выпиской из ЕГРН. Сопровождение всей цепочки сделки купли-продажи жилого помещения между ФИО1 и ФИО9 риелтором ИП ФИО19, подтверждается в том числе распиской от 28.06.2021 о получении от ФИО1 вознаграждения за оказанные по договору услуги в размере 198 000 руб.

Более того, ответчик обратил внимание суда на то, что все указанные документы и доказательства ранее были представлены Ленинский районный суд г.Екатеринбурга в связи с подачей заявления о признании спорной сделки недействительной от ФИО20, после предоставления в материалы дела всех вышеуказанных документов истец отказался от иска, о чем судом вынесено определение о прекращении от 24.03.2023 (дело №2-382/23).

Таким образом, оснований для иной оценки обстоятельств дела суд апелляционной инстанции не усматривает.

То обстоятельство, что должник не раскрыл (документально не подтвердил) обстоятельства расходования полученных денежных средств. само по себе не может порождать сомнения в реальности передачи денежных средств должнику от ФИО1 (общее финансовое состояние ответчика, получение денежных средств по предварительному запросу с резервированием офиса в отделении банка с подтверждающими от банка документами, прилет в Москву, пользование квартирой – оплата коммунальных услуг со счета ФИО1 и замена дверей и т.д.), данное обстоятельство не имеет решающего значения при рассмотрении данного спора. Между тем, данное обстоятельство может быть рассмотрено судом при завершении процедуры банкротства как основание для неосвобождения от дальнейшего исполнения обязательств, на что верно указал суд первой инстанции.

Проанализировав все обстоятельства и представленные в дело доказательства в совокупности арбитражный суд первой инстанции правомерно не установил оснований для признания сделки недействительной (всей совокупности обстоятельств) как по специальным основаниям Закона о банкротстве, так и по общегражданским.

Вопрос о допустимости оспаривания сделок, направленных на причинение ущерба конкурсной массе и, как следствие, наносящее вред имущественным правам кредиторов должника, на основании статей 10 и 168 ГК РФ неоднократно рассматривался Президиумом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации и Судебной коллегией по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 №10044/11, определения Верховного Суда Российской Федерации от 09.03.2021 №307-ЭС19-20020(8,10), от 09.03.2021 №307-ЭС19-20020(9), от 21.10.2021 №305- ЭС18-18386(3), от 26.01.2022 №304-ЭС17-18149(10-14), от 24.10.2022 №305-ЭС21- 24325(4) и др.).

Устойчиво сложившаяся судебная практика исходит из того, что положения статей 10 и 168 ГК РФ могут быть применены только к сделкам, совершенным с пороками, выходящими за пределы дефектов подозрительных сделок.

В данном случае обстоятельства, приведенные финансовым управляющим в настоящем споре в обоснование заявления о признании сделки недействительной, в полной мере укладываются в диспозицию пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве как специального средства противодействия недобросовестным действиям в преддверии банкротства, нарушающим права кредиторов. Какие-либо обстоятельства кроме указанных выше, которые бы выходили за пределы дефектов подозрительных сделок, сторонами не раскрыты, судом не установлены.

Оснований для признания сделки мнимой также не имеется в силу изложенных выше обстоятельств.

При отмеченных обстоятельствах суд апелляционной инстанции полагает, что, исходя из заявленных требований и возражений, судом правильно установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, им дана надлежащая правовая оценка.

С учетом изложенного, определение суда первой инстанции отмене не подлежит, апелляционную жалобу следует оставить без удовлетворения.

Иные доводы конкурсного управляющего подлежат отклонению как не влияющие на выводы суда относительно оценки фактических обстоятельств дела. 

Нарушений при рассмотрении дела судом первой инстанции норм процессуального права, которые в соответствии с частью 4 статьи 270 АПК РФ могли бы повлечь отмену обжалуемого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено. 

В связи с тем, что в удовлетворении апелляционной жалобы отказано, в соответствии со статьей 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе относятся на ее заявителя.

Поскольку определением апелляционного суда от 15.01.2025 заявителю апелляционной жалобы была предоставлена отсрочка уплаты государственной пошлины, судом апелляционной инстанции обжалуемый судебный акт оставлен в силе, в доход федерального бюджета подлежит взысканию государственная пошлина по апелляционной жалобе в размере, установленном в подпункте 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 110, 176, 258, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Свердловской области от 21 октября 2024 года по делу № А60-22746/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Взыскать за счет конкурсной массы ФИО6 (ИНН 

<

***>) в доход федерального бюджета 10 000 (Десять тысяч) рублей государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы.

 Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

Председательствующий

Т.С. Нилогова 

Судьи

Л.М. Зарифуллина

Т.Н. Устюгова