ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А26-3807/2021

04 сентября 2023 года

г. Санкт-Петербург

Резолютивная часть постановления объявлена     29 августа 2023 года

Постановление изготовлено в полном объеме  04 сентября 2023 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Сотова И.В.,

судей  Бурденкова Д.В., Юркова И.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии:  

от лиц, участвующих в деле: извещены, не явились

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер  13АП-20636/2023) конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Расчетный центр Водоканал» на определение Арбитражного суда  Республики Карелия от 31.05.2023 по делу № А26-3807/2021, принятое 

по заявлению конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «РЦ Водоканал» 

к Администрации главы Республики Карелия, Администрации муниципального образования «Беломорский муниципальный район» 

о признании сделки недействительной 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) обществом с ограниченной ответственностью «Расчетный центр Водоканал»

установил:

решением Арбитражного суда Республики Карелия (далее – арбитражный суд) от 14.09.2022 общество с ограниченной ответственностью «Расчетный центр водоканал» (далее – Общество) признано несостоятельным  (банкротом),  в отношении него введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО2.

Конкурсный управляющий Обществом 21.09.2022 обратился в суд с заявлением о признании недействительной сделки, а именно - концессионного соглашения в отношении систем коммунальной инфраструктуры и иных объектов коммунального хозяйства – объектов централизованных систем водоснабжения и водоотведения от 26.11.2018.

Определением суда от 31.05.2023 в удовлетворении заявления отказано.

Не согласившись с определением суда 31.05.2023, конкурсный управляющий обратился с апелляционной жалобой, в которой просит отменить обжалуемое определение, принять новый судебный акт, заявление удовлетворить, ссылаясь на то, что концессионное соглашение – это некий набор различных договоров, которые только в единой совокупности называются концессионным соглашением, если не будет какой-то части такого соглашения, то нет и концессионного договора, и настаивая на мнимости оспариваемого им договора концессии.

Карельский филиал публичного акционерного общества «Россети Северо-Запад» в отзыве поддержал доводы апелляционной жалобы.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, о времени и месте судебного заседания размещена в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет». 

Суд приобщил к материалам дела дополнения к апелляционной жалобе.

Лица, участвующие в обособленном споре, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явились, что в силу статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения дела в отсутствие представителей. 

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены в апелляционном порядке.

Как следует из материалов дела, между Главой Республики Карелия, Администрацией муниципального образования «Беломорский муниципальный район» (концедент) и Обществом (концессионер) 26.11.2018 заключено концессионное соглашение (далее – соглашение), согласно которому Администрация предоставила Обществу право владения и пользования объектами коммунальной инфраструктуры, предназначенной для водоснабжения и водоотведения муниципального образования «Беломорский муниципальный район».

Конкурсный управляющий, ссылаясь на то, что соглашение является прикрытием договора аренды объектами коммунальной инфраструктуры Беломорского района, и данное соглашение причиняет вред имущественным правам кредиторов, обратился в суд с настоящим заявлением.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а кроме того - по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В частности, согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

При этом, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий: стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок; должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы; после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Как разъяснено в пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)», пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При этом, при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества (абзац четвертый пункта 5 Постановления N 63).

Поскольку сделка оспаривается в рамках дела о банкротстве, то при установлении того, заключена ли сделка с намерением причинить вред другому лицу, следует выяснить, имелись ли у сторон сделки намерения причинить вред имущественным правам кредиторов, то есть – была ли сделка направлена на уменьшение конкурсной массы.

В данном случае, производство по делу о банкротстве Общества возбуждено 25.06.2021, тогда как спорное соглашение заключено 26.11.2018, связи с чем оно может быть признано недействительным на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

Оценив по правилам статьи 71 АПК РФ представленные сторонами настоящего обособленного спора в обоснование своих требований и возражений доказательства, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии достаточных доказательств, подтверждающих наличие предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве оснований для признания оспариваемого соглашения недействительным, в связи с чем отказал в удовлетворении заявления.

Отношения, возникающие в связи с подготовкой, заключением, исполнением, изменением и прекращением концессионных соглашений, гарантии прав и законных интересов сторон концессионного соглашения установлены Федерального закона от 21.07.2005 N 115-ФЗ «О концессионных соглашениях» (далее – Закон о концессионных соглашениях).

В силу части 1 статьи 3 Закона о концессионных соглашениях, по концессионному соглашению одна сторона (концессионер) обязуется за свой счет создать и (или) реконструировать определенное этим соглашением имущество (недвижимое имущество или недвижимое имущество и движимое имущество, технологически связанные между собой и предназначенные для осуществления деятельности, предусмотренной концессионным соглашением) (далее - объект концессионного соглашения), право собственности на которое принадлежит или будет принадлежать другой стороне (концеденту), осуществлять деятельность с использованием (эксплуатацией) объекта концессионного соглашения, а концедент обязуется предоставить концессионеру на срок, установленный этим соглашением, права владения и пользования объектом концессионного соглашения для осуществления указанной деятельности.

К числу объектов концессионного соглашения пункты 10, 11 части 1 статьи 4 Закона о концессионных соглашениях относят объекты по производству, передаче и распределению электрической и тепловой энергии; системы коммунальной инфраструктуры и иные объекты коммунального хозяйства, в частности, объекты тепло-, газо- и энергоснабжения, централизованные системы горячего водоснабжения, холодного водоснабжения и (или) водоотведения, отдельные объекты таких систем.

Согласно части 4 статьи 3 Закона о концессионных соглашениях, объект концессионного соглашения, подлежащий реконструкции, должен находиться в собственности концедента на момент заключения концессионного соглашения. Указанный объект на момент его передачи концедентом концессионеру должен быть свободным от прав третьих лиц.

В данном случае, материалами дела подтверждается фактическое использование должником объектов концессионного соглашение, предоставление услуг по водоснабжению и водоотведению.

На основании статьи 164 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) в случаях, если законом предусмотрена государственная регистрация сделок, правовые последствия сделки наступают после ее регистрации. Сделка, предусматривающая изменение условий зарегистрированной сделки, подлежит государственной регистрации.

В пункте 3 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.02.2014 N 165 «Обзор судебной практики по спорам, связанным с признанием договоров незаключенными» разъяснено, что сторона договора, не прошедшего необходимую государственную регистрацию, не вправе на этом основании ссылаться на его незаключенность. Как указано в названном пункте, по смыслу статей 164, 165, пункта 3 статьи 433, пункта 2 статьи 651 ГК РФ государственная регистрация договора осуществляется в целях создания возможности для заинтересованных третьих лиц знать о долгосрочной аренде.

Впоследствии указанная позиция Пленума и Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации нашла отражение в уточняющем дополнении законодателем пункте 3 статьи 433 ГК РФ, согласно действующей редакции которого, государственная регистрация договора имеет значение для момента его заключения исключительно для третьих лиц.

На основании части 15 статьи 3 Закона о концессионных соглашениях права владения и пользования концессионера недвижимым имуществом, входящим в состав объекта концессионного соглашения, недвижимым имуществом, предоставленным концессионеру в соответствии с частью 9 настоящей статьи, подлежат государственной регистрации в качестве обременения права собственности концедента.

При этом в силу части 4 статьи 36 Закона о концессионных соглашениях концессионное соглашение вступает в силу с момента его подписания.

Таким образом, с учетом положений Закона о концессионных соглашениях, а также условий концессионного соглашения, суд пришел к правильному выводу о том, что отсутствие государственной регистрации обременения спорного имущества правами должника по концессионному соглашению не свидетельствуют о недействительности такого соглашения.

Порядок осуществления контроля за исполнением концессионного соглашения установлен статьей 9 Закона о концессионных соглашениях и предусматривает контроль концедента за исполнением концессионного соглашения уполномоченными концедентом органами или юридическими лицами в лице их представителей, которые на основании концессионного соглашения имеют право беспрепятственного доступа на объект концессионного соглашения, а также к документации, относящейся к осуществлению деятельности, предусмотренной концессионным соглашением (часть 1 статьи 9 данного Закона), при этом концедент осуществляет контроль за соблюдением концессионером условий концессионного соглашения, в том числе за исполнением обязательств по соблюдению сроков создания и (или) реконструкции объекта концессионного соглашения, осуществлению инвестиций в его создание и (или) реконструкцию, обеспечению соответствия технико-экономических показателей объекта концессионного соглашения установленным концессионным соглашением технико-экономическим показателям (часть 2 статьи 9 данного Закона).

Порядок осуществления концедентом контроля за соблюдением концессионером условий концессионного соглашения устанавливается концессионным соглашением (часть 4 статьи 9 Закона N 115-ФЗ), а результаты осуществления контроля за соблюдением концессионером условий концессионного соглашения оформляются актом о результатах контроля (часть 5 статьи 9 Закона N 115-ФЗ).

Вопреки положениям статьи 65 АПК РФ, доказательств несоблюдения сторонами условий соглашения не представлено.

Кроме того, согласно пункту 1 статьи 154 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ), налоговая база при реализации налогоплательщиком товаров (работ, услуг), если иное не предусмотрено настоящей статьей, определяется как стоимость этих товаров (работ, услуг), исчисленная исходя из цен, определяемых в соответствии со статьей 105.3 настоящего Кодекса, с учетом акцизов (для подакцизных товаров) и без включения в них налога.

В силу пункта 13 статьи 40 НК РФ, при реализации товаров (работ, услуг) по государственным регулируемым ценам (тарифам), установленным в соответствии с законодательством Российской Федерации, для целей налогообложения принимаются указанные цены (тарифы).

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 168 НК РФ, при реализации товаров (работ, услуг), передаче имущественных прав налогоплательщик (налоговый агент, указанный в пунктах 4 и 5 статьи 161 настоящего Кодекса) дополнительно к цене (тарифу) реализуемых товаров (работ, услуг), передаваемых имущественных прав обязан предъявить к оплате покупателю этих товаров (работ, услуг), имущественных прав соответствующую сумму налога.

Сумма налога, предъявляемая налогоплательщиком покупателю товаров (работ, услуг), имущественных прав, исчисляется по каждому виду этих товаров (работ, услуг), имущественных прав как соответствующая налоговой ставке процентная доля указанных в пункте 1 настоящей статьи цен (тарифов).

Таким образом, из приведенных норм следует, что налогоплательщик обязан предъявить покупателю соответствующую сумму налога на добавленную стоимость дополнительно к тарифу реализуемых услуг на тепловую энергию, питьевую воду (питьевое водоснабжение) и водоотведение.

В пункте 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.11.2011 № 72 «О некоторых вопросах практики рассмотрения споров, связанных с расчетами за коммунальные ресурсы» разъяснено, что если при рассмотрении дела судом будет установлено, что при утверждении тарифа его размер определялся регулирующим органом без включения в него суммы налога на добавленную стоимость, то предъявление ресурсоснабжающей организацией к оплате покупателю (исполнителю коммунальных услуг) дополнительно к регулируемой цене (тарифу) соответствующей суммы налога на добавленную стоимость является правомерным. В таком случае требование о взыскании задолженности, рассчитанной исходя из тарифа, увеличенного на сумму налога на добавленную стоимость, подлежит удовлетворению.

Материалами настоящего спора подтверждается и участвующими в деле лицами не оспаривается, что тарифы, установленные для должника в спорный период, не включали в себя сумму налога на добавленную стоимость. 

С учетом изложенного должник, как организация, реализующая соответствующий вид услуг и обязанная исчислять и уплачивать налог на добавленную стоимость, при выставлении соответствующих счетов на оплату поставленного ресурса, помимо утвержденной стоимости коммунальных услуг (тарифа) дополнительно должен был включить в цену реализации ресурса налог на добавленную стоимость.

Конкурсный управляющий указывает на мнимость сделки.

Мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 ГК РФ). Следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение (пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Для признания сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий, и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнить либо требовать ее исполнения.

Из смысла положений указанной статьи 170 ГК РФ во взаимосвязи с пунктом 1 статьи 166 ГК РФ следует, что мнимость сделки связывается с пониманием сторонами того, что эта сделка не порождает для них каких-либо обязательств и они не имеют намерений исполнять ее либо требовать исполнения.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. В то же время для этой категории ничтожных сделок не требуется определение точной цели. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Факт расхождения волеизъявления сторон сделки с их волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон, а обстоятельства определяются на основе оценки совокупности всех доказательств по делу.

Бремя доказывания наличия правовых оснований полагать заключенные между сторонами спора сделки мнимыми в соответствии с частью 1 статьи 65 АПК РФ возложено на заявителя.

Вопреки утверждению конкурсного управляющего, по результатам оценки доказательств судом не установлено, что действия сторон при заключении спорного соглашения не были направлены на достижение оговоренного результата. Доводы об обратном документально не подтверждены.

Таким образом, в связи с отсутствием доказательств, свидетельствующих о мнимом характере оспариваемых платежей, у суда не имеется оснований для вывода о том, что действительная воля сторон при совершении сделок не направлена на возникновение соответствующих правовых последствий.

При изложенных обстоятельствах обжалуемый судебный акт является законным и обоснованным.

Апелляционная жалоба не подлежат удовлетворению по приведенным в ней доводам.

Расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение дела в суде апелляционной инстанции в соответствии со статьей 110 АПК РФ относятся на подателя апелляционной жалобы.

Руководствуясь статьями 110, 112, 266, 268, 271 и 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Республики Карелия от 31.05.2023 г. по делу № А26-3807/2021 оставить без изменения, а апелляционную жалобу конкурсного управляющего ООО «РЦ Водоканал» ФИО2 - без удовлетворения.

Взыскать с ООО «РЦ Водоканал» в доход федерального бюджета 3 000 руб. государственной пошлины по апелляционной жалобе.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий

И.В. Сотов

Судьи

Д.В. Бурденков

 И.В. Юрков