1363/2025-161803(2) # 

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А 

http://13aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А56-69997/2022

17 октября 2025 года

г. Санкт-Петербург

/ж.1 Резолютивная часть постановления объявлена 25 сентября 2025 года  

Постановление изготовлено в полном объеме 17 октября 2025 года Тринадцатый арбитражный апелляционный суд  

в составе: председательствующего Серебровой А.Ю. судей Слоневской А.Ю., Сотова И.В. 

при ведении протокола судебного заседания: секретарем Дмитриевой Т.А. при участии:  

от ИП ФИО1 – представитель ФИО2 (по доверенности от 21.04.2025),  

от ФИО3 – представитель ФИО4 (по доверенности от 02.03.2023),  

финансового управляющего ФИО5 (по паспорту, посредством онлайн-связи),  

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-18695/2025) ФИО3  

на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 11.06.2025 по делу № А56-69997/2022/ж.1 (судья Ильенко Ю.В.), принятое по жалобе ФИО3 на незаконные действия (бездействие) конкурсного управляющего ФИО5 в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «РТЛ АВТО»  

об отказе в удовлетворении заявленных требований,  

установил:

в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области (далее – арбитражный суд, суд перо инстанции) 06.07.2022 через электронную систему подачи документов «Мой арбитр» поступило заявление общества с ограниченной ответственностью «Партнер Сервис» (далее – ООО «Партнер Сервис») о признании общества с ограниченной ответственностью «РТЛ АВТО» (далее – ООО «РТЛ АВТО», должник) несостоятельным (банкротом).  

Определением суда первой инстанции от 13.07.2022 заявление ООО «Партнер Сервис» принято к производству, в отношении должника возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве).  

Решением арбитражного суда от 07.12.2022 ООО «РТЛ АВТО» признано (несостоятельным) банкротом по упрощенной процедуре ликвидируемого должника, в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должником утвержден ФИО5.  

В арбитражный суд 28.01.2025 поступила жалоба ФИО3 (далее – заявитель) на незаконные действия конкурсного управляющего ФИО5, в котором заявитель просит:  

- признать незаконными действия (бездействие) конкурсного управляющего ФИО5, выразившиеся в невключении (отказе во включении) в пятую очередь текущих платежей требования ФИО3 к должнику ООО «РТЛ Авто» по судебным расходам в размере 500 000,00 руб., понесенных по делу № А56-52692/2020, взысканных по вступившему в законную силу определению суда от 08.08.2022;  

- обязать конкурсного управляющего ФИО5 включить в пятую очередь текущих платежей требование ФИО3 к должнику ООО «РТЛ Авто» по судебным расходам в размере 500 000,00 руб.  

Определением суда первой инстанции от 11.06.2025 в удовлетворении заявленных требований ФИО3 отказано.  

Не согласившись с определением арбитражного суда от 11.06.2025, заявитель обратился в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит обжалуемое определение отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных ФИО3 требований.  

В обоснование апелляционной жалобы ее податель указал, что определением арбитражного суда от 08.08.2022 по делу № А56-52692/2020, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.11.2022, с ООО «РТЛ Авто» в пользу заявителя взысканы судебные расходы в размере 500 000,00 руб.  

Как полагает податель апелляционной жалобы, поскольку определение суда первой инстанции о взыскании судебных расходов вынесено 08.08.22, вступило в силу 22.11.2022, т.е. расходы возникли после подачи заявления кредитора о признании должника банкротом (07.07.2022) и после возбуждения дела о банкротстве (13.07.2022), они являются текущими платежами.  

Между тем, указанные судебные расходы судом первой инстанции квалифицированы как издержки, которые неразрывно связаны с корпоративным обязательством, в связи с чем они не подлежат включению в текущие платежи.  

По мнению апеллянта, указанный вывод арбитражного суда противоречит разъяснениям из Постановления Конституционного суда Российской Федерации от 19.03.2024 № 11-П (далее – Постановление 11-П), которое имеет прямое действие. Так, требования по судебным расходам Конституционный суд Российской Федерации квалифицирует как самостоятельное требование о взыскании реального ущерба, которое не зависит от гражданско-правовых отношений по предмету спора, по которому понесены судебные расходы.  

Кроме того, как указывает заявитель, в деле отсутствуют независимые кредиторы, которым могут быть противопоставлены требования ФИО3  

Податель апелляционной жалобы также обратил внимание, что ФИО3 не являлся контролирующим лицом должника более чем 3 года до возбуждения банкротного процесса в отношении ООО «РТЛ Авто», что является основанием для отступления от подхода учета судебных расходов по пункту 3 статьи 137 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и учета его расходов в составе пятой очереди текущих платежей.  

В судебном заседании представитель заявителя поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе.  

Финансовый управляющий по апелляционной жалобе возражал, а также пояснил, что имеется кредитор первой очереди, при этом требование заявителя исходит из корпоративного спора и оно в любом случае подлежит учету за ликвидационной квотой.  

Представитель ИП ФИО1 возражал по апелляционной жалобе, а также пояснил, что данные судебные расходы возникли в результате корпоративного спора.  

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы опубликована на официальном сайте Тринадцатого арбитражного апелляционного суда. Надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства иные лица, участвующие в деле, своих представителей в судебное заседание не направили, в связи с чем, в порядке статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) дело рассмотрено в их отсутствие.  

Проверив в порядке статей 266 – 272 АПК РФ законность и обоснованность обжалуемого определения суда первой инстанции, исследовав и оценив материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, проверив правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.  

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).  

В силу статьи 60 Закона о банкротстве в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) подлежат рассмотрению жалобы кредиторов, представителя учредителей (участников) должника, иных лиц, участвующих в арбитражном процессе по делу о банкротстве, на действия арбитражного управляющего, нарушающие их права и законные интересы.  

По общему правилу, при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества (пункт 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве).  

Основанием для удовлетворения жалобы на действия (бездействие) арбитражного управляющего является установление арбитражным судом: или факта несоответствия этих действий законодательству о банкротстве (неисполнение или ненадлежащее исполнение арбитражным управляющим своих обязанностей), или факта несоответствия этих действий требованиям разумности или добросовестности.  

Жалоба может быть удовлетворена только в случае, если вменяемыми неправомерными или недобросовестными или неразумными действиями (бездействием) действительно нарушены те или иные права и законные интересы подателя жалобы.  

При рассмотрении жалоб на действия (бездействие) арбитражного управляющего бремя доказывания должно распределяться следующим образом: кредитор обязан доказать наличие незаконного, недобросовестного или неразумного поведения арбитражного управляющего и то, что такое поведение нарушает права и законные интересы кредитора, а арбитражный управляющий обязан представить доказательства отсутствия его вины в этом поведении или обосновать соответствие его действий требованиям закона, добросовестности и разумности.  

Действия (бездействие) арбитражного управляющего могут быть обжалованы. При этом лицо, подающее жалобу, исходя из статьи 65 АПК РФ, должно доказать  

незаконность, неразумность и недобросовестность действий арбитражного управляющего, а также нарушение данными действиями своих прав и законных интересов.  

При этом под недобросовестным поведением следует понимать поведение, прямо не противоречащее закону, однако одновременно нарушающее стандарты поведения добропорядочного субъекта в аналогичной ситуации.  

По смыслу указанной нормы права основанием удовлетворения жалобы на действия арбитражного управляющего является установление арбитражным судом:  

- или факта несоответствия этих действий законодательству о банкротстве (неисполнение или ненадлежащее исполнение арбитражным управляющим своих обязанностей);  

- или факта несоответствия этих действий требованиям разумности; - или факта несоответствия этих действий требованиям добросовестности. 

При этом жалоба может быть удовлетворена только в случае, если вменяемыми неправомерными или недобросовестными или неразумными действиями (бездействием) действительно нарушены те или иные права и законные интересы подателя жалобы.  

То есть, обязательным условием удовлетворения жалобы на действия (бездействие) арбитражного управляющего является не просто установление факта нарушения им каких-либо положений Закона о банкротстве, а нарушение прав и законных интересов лица, обратившегося с жалобой.  

Интересы должника, кредиторов и общества считаются не нарушенными при условии соответствия действий (бездействия) арбитражного управляющего требованиям Закона о банкротстве и иных нормативных правовых актов, регламентирующих его деятельность по проведению процедур, применяемых в деле о банкротстве.  

Таким образом, из системного толкования указанных норм права следует, что при рассмотрении арбитражным судом жалобы на действия (бездействие) арбитражного управляющего законодателем предусмотрена возможность признания действий (бездействия) неправомерными лишь в том случае, если судом установлено, какими конкретными действиями арбитражного управляющего по неисполнению либо ненадлежащему исполнению обязанностей, обжалуемыми заявителем, нарушены те или иные права заявителя жалобы.  

Согласно пункту 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.  

В отношении арбитражного управляющего принцип разумности означает соответствие его действий определенным стандартам, установленным, помимо законодательства о банкротстве, правилами профессиональной деятельности арбитражного управляющего, утверждаемыми постановлениями Правительства Российской Федерации, либо стандартам, выработанным правоприменительной практикой в процессе реализации законодательства о банкротстве.  

Добросовестность действий арбитражного управляющего выражается в действиях, не причиняющих вреда кредиторам, должнику и обществу.  

В обоснование настоящего заявления ФИО3 указал, что заявитель обратился в арбитражный суд с исковым заявлением к должнику о взыскании действительной стоимости 5% доли уставного капитала ООО «РТЛ Авто» в размере 12 606 237,15 руб. Решением арбитражного суда от 09.12.2021 по делу № А56-52692/2020 с ООО «РТЛ Авто» в пользу ФИО3 взыскана действительная стоимость 5% доли уставного капитала должника в размере 5 120 066,15 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 25 600 руб.  

В последующем, определением арбитражного суда от 08.08.2022, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 22.11.2022, с ООО «РТЛ Авто» в пользу ФИО3 взысканы судебные расходы в размере 500 000,00 руб., понесенные по делу № А56-52692/2020.  

Заявителем получен исполнительный лист к должнику серии ФС № 043125151. 

Полагая, что расходы ФИО3 в рамках дела № А56-52692/2020 возникли после подачи заявления о признании должника банкротом (07.07.22) и после возбуждения дела о банкротстве (13.07.2022), заявитель обратился к конкурсному управляющему ФИО5 с требованием включить в пятую очередь текущих платежей требование ФИО3 к должнику ООО «РТЛ Авто» по судебным расходам в размере 500 000,00 руб., понесенных по делу № А56-52692/2020 и взысканных определением арбитражного суда от 08.08.2022.  

Конкурсным управляющим 05.11.24 представлен ответ на заявление 

ФИО3, в котором он указал, что по его мнению, данные судебные расходы понесены не по делу о банкротстве и указанный вопрос о включении требований ФИО3 по судебным расходам в пятую очередь текущих платежей должен быть рассмотрен судом.  

По мнению ФИО3, конкурсным управляющим нарушены права заявления в связи с чем обратился в арбитражный суд с настоящей жалобой.  

Оценив представленные в материалы дела документы, суд первой инстанции пришел к выводу, что жалоба заявителя удовлетворению не подлежит, поскольку требование ФИО3 по судебным расходам рассматривается во взаимосвязи с основным требованием по корпоративному спору и следуют его судьбе.  

Суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены обжалуемого определения в связи со следующим.  

На основании пункта 6 статьи 16 Закона о банкротстве требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов и исключаются из него арбитражным управляющим или реестродержателем исключительно на основании вступивших в силу судебных актов, устанавливающих их состав и размер, если иное не определено настоящим пунктом.  

Согласно пунктам 2, 3 статьи 5 Закона о банкротстве требования кредиторов по текущим платежам не подлежат включению в реестр требований кредиторов; удовлетворение требований кредиторов по текущим платежам в ходе процедур, применяемых в деле о банкротстве, производится в порядке, установленном Законом о банкротстве.  

В то же время обоснованность текущих требований в рамках дела о банкротстве не подлежит исследованию и судом не проверяется, включение задолженности по текущим обязательствам в реестр текущих платежей носит заявительный характер, проверку обоснованности требований кредитора по текущим обязательствам осуществляет конкурсный управляющий должника, а при наличии с его стороны возражений относительно включения в реестр текущих платежей указанной заявителем задолженности, обоснованность текущих требований подлежит рассмотрению судом в рамках искового производства.  

В соответствии с позицией Конституционного суда Российской Федерации, выраженной в Постановлении № 11-П, сформулированы правовые подходы, согласно которым существует специфика удовлетворения требований о судебных расходах в ситуациях, если они отнесены на конкурсную массу в связи с наличием в Законе о банкротстве очередности погашения требований кредиторов, в зависимости от характера данных требований, а также тем, что обособленный спор разрешен не в пользу должника.  

Как отметил Конституционный Суд Российской Федерации, устанавливая порядок возмещения расходов, обозначенных как «судебные расходы по делу о банкротстве», действующее регулирование учитывает критерий их связи с теми вопросами, которые составляют непосредственный предмет дела о несостоятельности, т.е. касаются реализации под контролем суда мероприятий, призванных предотвратить банкротство и восстановить платежеспособность должника, а при признании банкротом - создать условия для справедливого распределения конкурсной массы между кредиторами.  

В случае, когда в Законе о банкротстве отсутствуют специальные положения о порядке возмещения судебных расходов участникам обособленных споров, в которых их интересам противопоставлены интересы конкурсной массы, Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в постановлении от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее - Постановление № 35) высказал позицию о том, что судебные расходы кредитора и иных лиц, в чью пользу был принят судебный акт по обособленному спору, не являются текущими платежами и подлежат удовлетворению применительно к пункту 3 статьи 137 Закона о банкротстве, поскольку возмещение таких расходов до удовлетворения основных требований кредиторов нарушает интересы других кредиторов и принцип пропорциональности их удовлетворения (абзац четвертый пункта 18 Постановления № 35).  

Исключением из общего правила, установленного пунктом 18 Постановления № 35, является правовой подход, сформулированный Конституционным Судом Российской Федерации в пункте 4.2 Постановления № 11-П применительно к судебным расходам лиц, привлеченным к участию в обособленном споре и не имеющим самостоятельного требования к должнику.  

В таких случаях в обособленных спорах, по результатам которых возмещение судебных расходов возлагается именно на должника, выступают, как правило, ответчики по требованиям должника (по обособленным спорам об оспаривании сделок, о привлечении к субсидиарной ответственности и о взыскании убытков). Имущественный интерес указанных лиц, требования к которым были признаны судом необоснованными, направлен только на возмещение расходов, понесенных в связи с их вынужденным участием в обособленном споре, но не в деле о банкротстве в целом.  

С другой стороны, требования ответчиков по требованиям должника, не относящихся к числу основных участников дела и имущественный интерес которых направлен только на возмещение расходов, понесенных в связи с их вынужденным участием в обособленном споре, но не в деле о банкротстве в целом, имеют все признаки самостоятельного основного требования (по существу, о привлечении к субсидиарной ответственности), момент возникновения которого - после принятия заявления о признании должника банкротом, что позволяет усматривать в нем признаки требования по текущим платежам.  

По мнению коллегии судей, ФИО3 неверно трактует нормы Постановления № 11-П, поскольку требования указанных в данном постановлении лиц – это требования ответчиков по признанным необоснованными судом требованиям должника в связи с вынужденным участием в обособленном споре.  

Между тем, ФИО3 в обособленном споре вынужденно не участвовал, не являлся ответчиком по требованию должника в рамках обособленных споров об оспаривании сделок, о привлечении к субсидиарной ответственности или о взыскании убытков.  

Таким образом, вопреки доводам подателя апелляционной жалобы, указанные в Постановлении 11-П положения к заявителю в рассматриваемом случае не относятся.  

Критерием присуждения судебных расходов является вывод суда о правомерности или неправомерности заявленного истцом требования. Данный вывод, в свою очередь, непосредственно связан с содержащимся в резолютивной части судебного решения выводом о том, подлежит ли иск удовлетворению, поскольку только удовлетворение судом требования подтверждает правомерность принудительной реализации его через суд и влечет восстановление нарушенных прав и свобод, что и приводит к необходимости возмещения судебных расходов. В случае частичного удовлетворения иска и истец, и ответчик в целях восстановления нарушенных прав и свобод вправе требовать присуждения судебных расходов, понесенных по причине участия в судебном разбирательстве, но только в части, пропорциональной соответственно объему удовлетворенных судом требований истца, или объему требований истца, в удовлетворении которых было отказано.  

Из конституционных норм, определяющих механизм реализации права на судебную защиту, во взаимосвязи с подходами, сложившимися в практике Конституционного Суда Российской Федерации и доктрине процессуального права, не вытекает несовместимость универсального характера принципа присуждения судебных расходов лицу, в чью пользу состоялось судебное решение, с той или иной дифференциацией правил их распределения, которые могут иметь специфику в зависимости от объективных особенностей судебных процедур и материальных правоотношений, лежащих в основе этих процедур. Дифференциация правового регулирования распределения судебных расходов в зависимости от категории дела, в том числе с учетом особенностей заявленных требований, сама по себе не может расцениваться как отступление от конституционных принципов правосудия, поскольку необходимость распределения судебных расходов обусловлена не судебным актом как таковым, а установленным по итогам судебного разбирательства вынужденным характером затрат, понесенных лицом, заинтересованным в возвращении к нормальному режиму пользования своими правами, которые были оспорены или нарушены. Но в любом случае такая дифференциация не может быть произвольной и должна основываться на законе.  

С учетом целей института банкротства законодатель определяет очередность удовлетворения требований тех или иных категорий кредиторов, что составляет элемент экономической политики, выработка которой входит в его компетенцию (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 22.07.2002 № 14-П; определения Конституционного Суда Российской Федерации от 03.10.2002 № 231-О, от 17.07.2007 № 546-О-О и другие). Однако, стремясь обеспечить баланс прав и законных интересов кредиторов, законодатель не может определять очередность их требований произвольно, в противоречии с конституционными предписаниями и должен опираться на конституционные критерии допустимости ограничения прав (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 01.02.2022 № 4-П), не отступая от принципа равенства. Вместе с тем соблюдение данного принципа не означает предоставления лицам, относящимся к разным категориям, одинаковых гарантий, но допускает различия, если такие различия объективно оправданны и преследуют конституционно значимые цели, а используемые для достижения этих целей правовые средства соразмерны им (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 16.06.2006 № 7-П, от 25.10.2016 № 21-П и другие).  

Согласно абзацу 8 статьи 2 Закона о банкротстве конкурсными кредиторами являются кредиторы по денежным обязательствам, за исключением учредителей (участников) должника по обязательствам, вытекающим из такого участия.  

Исходя из смысла указанной нормы права, учредители (участники) юридического лица (должника) по правоотношениям, связанным с таким участием, не могут являться кредиторами в деле о банкротстве, следовательно, требования учредителя (участника) должника по обязательствам, вытекающим из такого участия, не подлежат включению в реестр требований кредиторов должника, а удовлетворяются в ином, специально установленном порядке.  

Данная норма права содержит прямые предписания об исключении из числа конкурсных кредиторов учредителей (участников) должника по обязательствам, вытекающим из такого участия, поскольку характер этих обязательств непосредственно связан с ответственностью указанных лиц за деятельность общества в пределах стоимости принадлежащих им долей. При этом закон не лишает этих лиц права претендовать на часть имущества общества - банкрота, оставшегося после расчетов с другими кредиторами.  

В соответствии с абзацами 5 и 9 пункта 1 статьи 63 Закона о банкротстве с даты вынесения арбитражным судом определения о введении процедуры наблюдения не допускаются удовлетворение требований учредителя (участника) должника о выделе доли (пая) в имуществе должника в связи с выходом из состава его учредителей (участников), выкуп либо приобретение должником размещенных акций или выплата действительной стоимости доли (пая), также не допускается выплата дивидендов, доходов по долям (паям), а также распределение прибыли между учредителями (участниками) должника.  

Положение абзаца пятого пункта 1 статьи 63 названного Закона направлено на установление особого режима имущественных требований к должнику, не допускающего удовлетворения этих требований в индивидуальном порядке, что, как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 12.03.2001 № 4-П, позволяет обеспечивать определенность объема его имущества в течение всей процедуры банкротства, создавая необходимые условия как для принятия мер к преодолению неплатежеспособности должника, так и для возможно более полного удовлетворения требований всех кредиторов (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 23.10.2014 № 2492-О).  

Согласно позиции, изложенной Высшим Арбитражным Судом Российской Федерации в постановлении Президиума от 30.11.2010 № 10254/10, из смысла пункта 7 статьи 63, абзаца пятого пункта 1 статьи 67 Гражданского кодекса Российской Федерации, абзаца восьмого статьи 2, абзаца пятого пункта 1 статьи 63 Закона о банкротстве следует, что требования по выплате участнику (акционеру) ликвидируемого хозяйственного общества за счет имущества данного общества денежных средств при прекращении отношений, связанных с владением этим участником (акционером) долями (акциями), не могут конкурировать с обязательствами должника перед иными кредиторами - участниками гражданского оборота: участники (акционеры) должника вправе претендовать лишь на часть имущества ликвидируемого общества, оставшегося после расчетов с другими кредиторами.  

Данный порядок предопределен тем, что именно участники (акционеры) хозяйственного общества-должника, составляющие в совокупности высший орган управления обществом (общее собрание участников (акционеров)), ответственны за эффективную деятельность самого общества и, соответственно, несут определенный риск наступления негативных последствий своего управления им.  

Таким образом, законом предусмотрены ограничения в отношении требований участников, связанных с их участием в обществе на стадии процедуры банкротства.  

В отношении судебных расходов, понесенных ФИО3 в связи с наличием судебного спора о взыскании действительной стоимости доли, арбитражный суд  

правомерно отметил, что основное требование о выплате действительной стоимости доли по своей правовой природе является обязательством, вытекающим из корпоративного участия, следовательно, издержки, которые произвел заявитель по получению соответствующего исполнения в судебном порядке (судебные расходы), следует расценивать как требования, связанные неразрывно с таким корпоративным обязательством.  

Данный правовой подход подтверждается судебной практикой, а именно постановлением Арбитражного суда Московского округа от 12.07.2017 по делу № А40-90675/16, определением Верховного Суда Российской Федерации от 20.10.2017 № 305-ЭС17-14803, постановлением Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 29.06.2017 по делу № А70-9028/2016.  

Таким образом, учитывая изложенное, арбитражный суд пришел к верному выводу, что судебные расходы, понесенные ФИО3 в связи с участием в судебных разбирательствах по иску о взыскании с ООО «РТЛ Авто» действительной стоимости доли, не подлежат включению в реестр требований кредиторов, как и основное требование, в связи с которым они и были понесены.  

Доводы подателя апелляционной жалобы относительно отсутствия независимых кредиторов, отклоняются апелляционной коллегией, поскольку, как следует из материалов дела, ИП ФИО6 приобрела права требования к должнику у независимого кредитора – ФИО7, установленные решением Костанайского городского суда Костанайской области от 29.06.2027 по делу № 3910-17-00-2/6821 о возмещении материального ущерба, взыскании компенсации морального вреда.  

При этом, апелляционный суд отмечает, что в определении Верховного Суда Российской Федерации от 27.06.2024 № 304-ЭС23-26380 сформулирован правовой подход, согласно которому включенный в реестр кредитор, обладающий реальным правом требования к должнику, не может быть лишен возможности уступить это право другому кредитору только по причине того, что цессионарий будет являться лицом, аффилированным с должником. Само по себе нахождение в реестре требований кредиторов аффилированного с должником лица не влечет для независимых кредиторов негативных последствий и не является противозаконным.  

Таким образом, учитывая изложенное, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что арбитражным судом первой инстанции обстоятельства спора исследованы всесторонне и полно, нормы материального и процессуального права применены правильно, выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Основания для переоценки обстоятельств, правильно установленных судом первой инстанции, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.  

Иная оценка подателем апелляционной жалобы обстоятельств настоящего обособленного спора не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки и не свидетельствует о нарушениях судом первой инстанции норм материального и (или) процессуального права, повлиявших на исход дела.  

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 270 АПК РФ, при разрешении спора судом первой инстанции не допущено.  

Руководствуясь статьями 269 - 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд  

постановил:

Определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 11.06.2025 по делу № А56-69997/2022/ж.1 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.  

Председательствующий А.Ю. Сереброва  

Судьи А.Ю. Слоневская  

 И.В. Сотов