﻿

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-41242/2020

06 августа 2021 года

г. Санкт-Петербург

 

Резолютивная часть постановления объявлена     02 августа 2021 года

Постановление изготовлено в полном объеме  06 августа 2021 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Кротова С.М.

судей  Зайцевой Е.К., Черемошкиной В.В.

при ведении протокола судебного заседания:  секретарем судебного заседания Васильевой Я.А.

при участии:  

от истца (заявителя): Красносельских Е.А., представитель по доверенности от 16.09.2020;

от ответчика (должника): Козуненко А.Д., представитель по доверенности от 15.05.2021,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер  13АП-19111/2021)  (заявление)  общества с ограниченной ответственностью  "КонсалтингСтройИнвест" на решение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 05.04.2021 по делу № А56-41242/2020 (судья Евдошенко А.П.), принятое

по иску общества с ограниченной ответственностью "КонсалтингСтройИнвест"

к  обществу с ограниченной ответственностью "Спэл-инжиниринг"

о расторжении договора 

установил:

Общество с ограниченной ответственностью "КонсалтингСтройИнвест" (далее – истец) обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с иском к Обществу с ограниченной ответственностью "СПЭЛ-Инжиниринг" (далее – ответчик) о расторжении договора цессии от 29.01.2020, соглашения о расторжении договора подряда от 04.07.2017 № 04/07-17, акта зачета взаимных требований на сумму 19 000 000 руб.

Решением от 05.04.2021 Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области в иске отказал.

Не согласившись с решением суда первой инстанции, ООО "КонсалтингСтройИнвест" обратилось в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просило решение отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении исковых требований.

В обоснование доводов апелляционной жалобы истец указал, что в качестве доказательства надлежащего исполнения ответчиком обязательства по передаче документов в подтверждение уступаемого долга суд ссылается на Акт приема-передачи документации от 29.01.2020г., который, по мнению подателя жалобы, не соответствует принципу достоверности доказательства.

Как указал истец, акт приема-передачи документов не содержит указания на то, передавались ли документы в оригинале, копии или заверенной копии; данный документ составлен в виде односторонне составленной описи; не имеет раскрытия документ, обозначенный как «Вся переписка ответчика с ООО «СВБилдинг» по договору №11/2017 от 11.10.2017г.»; не поименованы документы; из данной описи невозможно сделать вывод были переданы документы или нет, а если переданы, то в каком виде и составе.

По мнению подателя жалобы, составление акта приема-передачи документов в ситуации, когда фактически Цессионарий (Истец) документы не получает при подписании данного акта, не может свидетельствовать о надлежащем исполнении цедентом (Ответчиком) своих обязательств по передаче документации.

Истец полагает, что в отношении Акта приема-передачи документации имеются явные несоответствия и противоречия между содержанием акта приема-передачи и иными доказательствами.

Вывод суда о том, что при наличии замечаний к передаваемой документации истец не был лишен права отразить их в акте приема-передачи документов или составить мотивированный отказ от их принятия, противоречит доказательствам, имеющимся в деле, и основан исключительно на заявлении ответчика.

Заявитель указал, что по мнению суда истец не представил каких-либо доказательств причинения значительного ущерба, причиненного в связи с существенным нарушением противоположной стороной своих обязательств по договору. В то же время судом первой инстанции отказано в удовлетворении ходатайства о проведении судебной оценочной экспертизы уступаемого требования. Как полагает истец, отказывая в удовлетворении ходатайства о проведении судебной оценочной экспертизы суд по существу лишил его возможности реализации принадлежащих ему процессуальных прав и обязанностей по доказыванию своих требований, что привело к принятию незаконного и необоснованного решения.

В судебном заседании 02.08.2021 представитель истца поддержал доводы апелляционной жалобы в полном объеме; ходатайствовал о назначении по делу судебной оценочной экспертизы рыночной стоимости права требования сумм неосвоенных авансов по Договору строительного подряда №11/2017 от 11.10.2017г. на дату заключения договора цессии - 29 января 2020г.

Представитель ответчика против удовлетворения апелляционной жалобы возражал по основаниям, изложенным в отзыве.

Законность и обоснованность решения суда первой инстанции проверены в апелляционном порядке.

Судом первой инстанции установлено, что ООО "КонсалтингСтройИнвест" обратилось в Арбитражный суд Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о взыскании с ООО «СПЭЛ-ИНЖИНИРИНГ» неосновательного обогащения в виде неосвоенного аванса в размере 22 202 854 руб. 89 коп., по договору №04/07-17 на выполнение строительных работ на объекте: производственно-складской комплекс по адресу: г.Санкт-Петербург, пос. Шушары, отд. Бадаевское, участок 525, кадастровый номер 78:42:15115А:332, пеней в размере 2 700 000 руб. (дело А56-132769/2019).

Стороны в рамках урегулирования спора подготовили Соглашение о расторжении договора подряда №04/07-17 от 04.07.2017г., а также договор цессии от 29 января 2020г. и Акт о зачете взаимных требований на сумму 19 000 000 руб.

Данный комплект документов был составлен сторонами, основываясь на намерении ответчика погасить имеющуюся задолженность вне судебного разбирательства в следующем порядке:

- 2 000 000 руб. перечисляются на расчетный счет истца в рамках погашения задолженности по Договору №04/07-17 от 04.07.17г.;

- в рамках договора цессии ответчик-цедент передает цессионарию-истцу право требования к ООО «СВБилдинг» по возврату неосвоенных авансов в сумме 19 000 000 руб., неустойки, убытков, процентов за пользование чужими денежными средствами.

В силу отсутствия взаимного доверия, стороны арендовали два индивидуальных банковских сейфа в ПАО «Сбербанк России»: 

ячейку №0-107 по договору №9055-1741-000164176 от 31.01.2020г.

ячейкй №0-108 по договору №9055-1741-000164180 от 31.01.2020г.

В ячейку истца был заложен следующий комплект документов, подписанный истцом:

1. Соглашение о расторжении договора подряда №04/07-17 от 04.07.2017г. 

2. Договор цессии от 29 января 2020г. с Актом приема-передачи документов.

3. Акта сдачи-приемки работ №1 от 28.01.2020г.

4. Акт зачета взаимных требований.

В ячейку ответчика был заложен следующий комплект документов, подписанный ответчиком в одностороннем порядке:

1. Соглашение о расторжении договора подряда №04/07-17 от 04.07.2017г.

2. Договор цессии от 29 января 2020г. с Актом приема-передачи документов.

3. Акт зачета взаимных требований.

4. Договор №11/2017 от 11.10.2017г. «со всеми приложениями и дополнениями».

5. Платежные поручения №322 от 11.10.2017,№ 337 от 18.10.17 , №398 от 13.11.17, №422 от 27.11.17г., №504 от13.12.17, №533 от 25.12.17г., №539 от27.12.17г., №550 от 27.12.2018г.

6. Вся переписка ответчика с ООО «СВБилдинг» по договору №11/2017 от 11.10.2017г.

7. Акт сдачи-приемки работ №1 от 28.01.2020г.

В соответствии с положением п.п.3.3.2.3. Договоров аренды индивидуального банковского сейфа №9055-1741-000164176 от 31.01.2020г и №9055-1741-000164180 от 31.01.2020г., условием допуска стороны к сейфу контрагента является предъявление платежного поручения с отметкой о списании 2 000 000 руб. за ООО «СПЭЛ-Инжиниринг» по договору №04/07-17 от 04.07.17, получатель – ООО «КонсалтингСтройИнвест».

Платежным поручение №207 от 03.02.2020г. АО "МК "Дизель-Энерго" перевело указанную сумму на расчетный счет истца. Стороны получили доступ к сейфам противоположной стороны.

По мнению истца, представленные ответчиком через банковскую ячейку, в качестве обоснования уступаемого права требования по договору цессии от 29 января 2020года, вышеуказанные документы не являются достаточным основанием для подтверждения уступаемого права.

Так, по мнению истца, договор №11/2017 от 11.10.2017г. представлен в копии. Приложения 21-22 к указанному договору не представлены. График производства работ представлен без подписи подрядчика ООО «СВБилдинг». Товарная накладная №100 от 15.05.2018г., представленная также в копии, не содержит сведений о том на основании какого контракта и по какому объекту осуществлялась отгрузка, не является подтверждением частичного выполнения по указанному договору. Акт сверки взаимных расчетов за период с 01.01.2017 по 28.01.2020 не может быть принят в качестве полноценного акта сверки, так как не только не имеет подписи ООО «СВБилдинг», но даже не заполнен надлежащим образом. Также, истец считает, что вопреки требованию действующего законодательства, ответчиком не представлена исполнительная документация к приложенному Акту сдачи-приемки работ №1 от 28.01.2020г., в отсутствие которой, работы не могут быть приняты истцом. В представленных материалах отсутствует претензионная переписка, упомянутая в Акте приема-передачи документов. Письмо исх.№40 от 27.04.2018г. не может быть принято как надлежащая претензионная переписка, так как уже в июле 2018 года письмом исх №49 от 25.07.2018г. ответчик отправляет должнику ООО «СВБилдинг» сметы, в количестве 22 штук, в рабочем порядке. Таким образом, по мнению истца, обосновывающие наличие задолженности первичные документы, подтверждающие материально-правовые требования первоначального кредитора к должнику, ответчиком не представлены.

Указанные выше обстоятельства послужили основанием для обращения истца в арбитражный суд с настоящим иском.

Оценив собранные по делу доказательства по правилам ст. 71 АПК РФ, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения исковых требований.

Изучив материалы дела, проверив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены или изменения обжалуемого судебного акта, в связи со следующим.

Правоотношения сторон по договору цессии урегулированы параграфом 1 главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона (статья 382 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно статье 384 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на неуплаченные проценты.

Статья 388 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что уступка требования кредитором другому лицу допускается, если она не противоречит закону, иным правовым актам или договору.

В соответствии с пунктом 2 статьи 390 Гражданского кодекса Российской Федерации при уступке цедентом должны быть соблюдены следующие условия: уступаемое требование существует в момент уступки, если только это требование не является будущим требованием; цедент правомочен совершать уступку; уступаемое требование ранее не было уступлено цедентом другому лицу; цедент не совершал, и не будет совершать никакие действия, которые могут служить основанием для возражений должника против уступленного требования; при этом, законом или договором могут быть предусмотрены и иные требования, предъявляемые к уступке.

Статьей 388.1 ГК РФ предусмотрена возможность уступки будущего требования и указано, что требование по обязательству, которое возникнет в будущем (будущее требование), в том числе требование по обязательству из договора, который будет заключен в будущем, должно быть определено в соглашении об уступке способом, позволяющим идентифицировать это требование на момент его возникновения или перехода к цессионарию.

Согласно разъяснениям Верховного Суда Российской Федерации, изложенным в п. 6 постановления Пленума от 21.12.2017 № 54 "О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки", будущее требование переходит к цессионарию непосредственно после момента его возникновения или его приобретения цедентом, если соглашением сторон не предусмотрено, что будущее требование переходит позднее. При этом также указано, что не является будущим уже принадлежащее цеденту требование, срок исполнения которого не наступил к моменту заключения договора, на основании которого производится уступка, например требование заимодавца о возврате суммы переданного займа до наступления срока его возврата.

Пунктом 1 статьи 389 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что уступка требования, основанного на сделке, совершенной в простой письменной или нотариальной форме, должна быть совершена в соответствующей письменной форме.

Требование переходит к цессионарию в момент заключения договора, на основании которого производится уступка, если законом или договором не предусмотрено иное (пункт 2 статьи 389.1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Оценив представленные в материалы дела документы, учитывая доводы сторон, суд первой инстанции признал, что обязательства сторон по договору цессии исполнены в полном объеме.

Как следует из материалов дела, договор цессии заключен сторонами по инициативе истца в рамках исполнения договоренностей по урегулированию задолженности, возникшей у ответчика на основании договора подряда № 04/07-17 от 04.07.2017 г. (дело А56-132769/2019).

Как указано истцом в исковом заявлении, условием заключения договора цессии и подписания акта зачета являлось частичное погашение ответчиком задолженности по вышеназванному договору подряда в размере 2 000 000 руб.

Указанную сумму ответчик перечислил истцу платежным поручением № 207 от 03.02.2020 г., что, как указано в исковом заявлении, являлось также условием доступа к сейфу контрагента, через который стороны обменивались подписанными экземплярами договора цессии и акта зачета.

Таким образом, ответчик подтвердил свои намерения урегулировать спор, погасить имеющуюся задолженность на условиях, предложенных истцом.

Ответчик исполнил свои обязательства по передаче документов, они приняты истцом без замечаний в оригиналах по акту приема-передачи.

Как следует из п. 2.1.2 договора цессии, обязательства цедента по передаче документов считаются выполненными после подписания сторонами акта приема-передачи. Так, все необходимые документы в полном объеме и в оригиналах были переданы ответчиком истцу по акту приема-передачи от 29.01.2020 г.

Как следует из указанного акта, претензии по факту оформления и передачи вышеуказанной документации к ответчику у истца отсутствуют. В акте приема-передачи допущена техническая ошибка в части даты договора цессии: указано 24.05.2019 г. вместо 29.01.2020 г. Вместе с тем, по составу передаваемых документов согласно акту, можно однозначно определить его принадлежность к договору цессии, т.к. аналогичный перечень документов содержится в п. 2.1.2 договора цессии. В случае наличия замечаний к передаваемой документации истец не был лишен права отразить их в акте приема-передачи документов или составить мотивированный отказ от их принятия. В то же время, претензия относительно исполнения ответчиком своих обязательств по договору цессии была направлена истцом лишь 25.03.2020 г., то есть через 2 месяца после получения документов по акту.

Суд первой инстанции пришел к верному выводу, что истцом получены все документы, являющиеся достаточным основанием для подтверждения уступаемого права. Договор №11/2017 от 11.10.2017 г. со всеми приложениями представлены истцу по акту;

Товарная накладная №100 от 15.05.2018 г. не является документом, подлежащим передачу, согласно условиям п. 2.1.2 договора цессии. Данную накладную на передачу металлических труб субподрядчику ООО «СВБилдинг» по указанному объекту для изготовления конструкций ответчик передал истцу справочно для подтверждения факта закупки ответчиком металла, указанного в данной накладной, и передачи его ООО «СВБилдинг» для изготовления конструкций. Вышеназванный металл учтен в Справке о стоимости выполненных работ и затрат по форме № КС-3 к договору подряда № 04/07-17 от 04.07.2017 г. между истцом и ответчиком, которая подписана истцом 28.01.2020 г. Товарная накладная № 100 от 15.05.2020г. – это внутренний документ ответчика, представленный истцу справочно и не имеющий отношения к передаче права требования в рамках договора уступки.

Акт сверки взаимных расчетов за период с 01.01.2017 г. по 28.01.2020 г. был направлен в адрес должника, но оставлен последним без ответа. Истец поставлен в известность об этом факте. Акт сверки расчетов, подписанный односторонне ответчиком, принят истцом по акту приема-передачи документов без замечаний. Кроме того, отсутствие подписанного должником акта сверки взаимных расчетов не препятствует истцу в реализации его права требования к должнику, т.к. право требования, перешедшее к истцу по договору цессии, возникло из договора подряда №11/2017 от 11.10.2017 г.

Акт сдачи-приемки выполненных работ №1 от 28.01.2020 г. по форме КС-2 подписан между истцом и ответчиком в рамках исполнения ими своих обязательств по Договору подряда № 04/07-17 от 04.07.2017 г. Указанный акт не имеет отношения к Договору цессии, не поименован в перечне обязательных для передачи документов согласно п. 2.1.2 договора цессии и не подтверждает права требования к должнику ООО «СВБилдинг». Последнее, вытекает из предмета договора цессии (п. 1.1., 1.2.), т.к. передаваемые по нему требования к должнику возникли в связи с неотработанным авансом по договору подряда №11/2017 от  11.10.2017 г. между должником и ответчиком. Приемка истцом у ответчика работ согласно Акту №1 от 28.01.2020 г. без замечаний истцом не оспаривается, без передачи исполнительной документации работы не могли быть приняты истцом. Кроме того, каких-либо требований по передаче исполнительной документации в рамках указанного акта истцом не предъявлялось.

Письмо (претензия) исх.40 от 27.04.18 г., направленное в адрес должника, содержит в себе все необходимые признаки документа, составленного в целях соблюдения обязательного досудебного урегулирования споров и является претензией, т.к. составлено в письменном виде, однозначно указывает на наличие материально-правового спора, сумму и основание возникновение задолженности, сроки её погашения и на ответственность в случае не исполнения требования в добровольном порядке. Наличие дальнейшей переписки между сторонами не может являться признаком несоблюдения обязательного претензионного порядка или отказа от ранее заявленных требований.

Статьей 307 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что в силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное действие, как то: передать имущество, выполнить работу, уплатить деньги и т.п., либо воздержаться от определенного действия, а кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности. Обязательства возникают из договора, вследствие причинения вреда и из иных оснований, указанных в настоящем Кодексе.

В соответствии со статьей 309 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями.

Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом (статья 310 Гражданского кодекса Российской Федерации).

С учетом изложенного, суд первой инстанции пришел к правильному выводу, что обязательства сторон исполнены в полном объеме, что означает прекращение действия договора цессии (пункт 5.1).

Аналогичная позиция применима к требованиям истца о расторжении соглашения о расторжении договора подряда № 04/07-17 от 04.07.2017 г. и акта зачета взаимных требований между истцом и ответчиком, т.к. расторжение указанных документов в судебном и ином порядке законодательно не предусмотрено. Кроме того, расторжение договора по соглашению прекращает обязательства сторон на будущее время, а оформление зачета взаимных требований является самостоятельным способом прекращения обязательств в силу ст. 410 ГК РФ.

Согласно п. 2 статьи 453 ГК РФ при расторжении договора обязательства сторон прекращаются. При этом в соответствии с п. 4 статьи 453 ГК РФ в случае расторжения договора стороны не вправе требовать возвращения того, что было исполнено ими по обязательству до момента расторжения договора (если иное не предусмотрено законом или соглашением сторон). Из этого следует, что в отсутствие особых договоренностей сторон, надлежащим образом исполненный договор нельзя расторгнуть, поскольку не могут быть прекращены несуществующие обязательства (то есть обязательства, которые уже прекратились в связи с исполнением - пункт 1 статьи 408 ГК РФ).

Согласно п. 5.1 Договора цессии, он действует до полного выполнения Сторонами своих обязательств.

Согласно пункту 1 статьи 450 ГК РФ изменение и расторжение договора возможны по соглашению сторон, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами или договором.

В силу пункта 2 статьи 450 ГК РФ по требованию одной из сторон договор может быть изменен или расторгнут по решению суда только:

1) при существенном нарушении договора другой стороной;

2) в иных случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или договором.

Существенным признается нарушение договора одной из сторон, которое влечет для другой стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора.

Ссылающаяся на существенное нарушение договора сторона должна представить суду доказательства такого нарушения: неполучение доходов, возможное несение дополнительных расходов или наступление других последствий, существенно отражающихся на интересах стороны. Сам же факт наличия такого нарушения, в силу ст. 450 ГК РФ не может служить основанием для расторжения договора (позиция подтверждается в Определении Верховного Суда РФ от 03.04.2001 N 18-В01-12, Определении Верховного Суда РФ от 07.06.2011 N 5-В11-27)

Между тем, истец не представил каких-либо доказательств причинения значительного ущерба, как того требует ст. 65 АПК РФ.

Значительный ущерб, причиненный по смыслу п. 2 ст. 450 ГК РФ. не может быть выражен в неравноценном встречном исполнении по Договору цессии.

Истец, будучи самостоятельным хозяйствующим субъектом, ведущим предпринимательскую деятельность, действующим разумно, с должной осмотрительностью и в собственных экономических интересах, должен был перед совершением сделки по подписанию Договора цессии, а также зачету встречных однородных требований, самостоятельно оценить для себя наличие экономического интереса в совершаемых сделках. Отсутствие такого интереса не может быть основанием для неоплаты Ответчику переданного права требования.

В пункте 10 информационного письма Президиума В АС РФ от 30.10.2007 N 120 "Обзор практики применения арбитражными судами главы 24 ГК РФ" указано, что если размер встречного предоставления по договору об уступке не соответствует объему передаваемых прав, то это само по себе не является основанием для признания ничтожным соглашения об уступке права (требования).

Как справедливо указано в решении суда первой инстанции, при принятии разумных мер, действуя добросовестно и в собственных экономических интересах, с соблюдением принципа должной осмотрительности, Истец мог получить сведения о платежеспособности должника и лишь после оценки полученной информации принять решение о заключении договора цессии. Однако Истец необходимых мер для выяснения финансового состояния должника не предпринял. Вопреки мнению Истца, возбуждение дела о банкротстве и введение процедуры конкурсного производства влекут за собой особый порядок учета и удовлетворения требований кредиторов. Обязательства должника перед кредиторами при этом не прекращаются. Вместе с тем, увеличение риска невыплаты задолженности должником в связи с возбуждением в отношении него процедуры банкротства является предпршгамательским риском, который несет истец как коммерческая организация, осуществляющая направленную на получение прибыли деятельность.

Таким образом, увеличение риска невыплаты задолженности со стороны Должника не может быть отнесено к нарушению условий Договора со стороны Ответчика по смыслу п. 2 ст. 450 ГК РФ. Тем более, что Истец не мог не знать при подписании Договора уступки о наличии дела о банкротстве в отношении Должника.

В ст. 82 АПК РФ предусмотрено, что дня разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле.

С учетом разъяснений, приведенных в Постановлении Президиума ВАС РФ от 09.03.2011 N 13765/10 по делу N А63-17407/2009, судебная экспертиза назначается судом в случаях, когда вопросы права нельзя разрешить без оценки фактов, для установления которых требуются специальные познания. Если для разрешения спора по существу специальные познания не требуются, суд вправе отказать в назначении экспертизы.

По смыслу указанной нормы АПК РФ назначение экспертизы является правом суда, реализуемым в тех случаях, когда у арбитражного суда имеется необходимость в получении компетентного заключения по вопросам, подлежащим разрешению исходя из предмета заявленных требований и конкретных обстоятельств дела.

Вопросы, разрешаемые экспертом, должны касаться существенных для дела фактических обстоятельств, а не затрагивать любые взаимоотношения и взаимные претензии сторон друг к другу за рамками рассматриваемого спора.

Следовательно, само по себе заявление участника процесса о назначении судебной экспертизы не создает обязанности суда ее назначить.

На основании вышеизложенного, апелляционная коллегия полагает, что отказ суда первой инстанции в проведении судебной оценочной экспертизы стоимости уступленного права требования правомерен, соответствует положениям ст. 82 АПК РФ и отвечает принципам процессуальной экономии, так как вопрос о равноценности встречного предоставления по Договору уступки не относится к существенным фактическим обстоятельствам для дела о расторжении договора по основаниям п. 2 ст. 450 ГК РФ.

Доводы истца о не предоставлении ответчиком документов, подтверждающих право требования к должнику, подтверждаются приложенным Актом приема-передачи документов.

Из искового заявления не следует указания на то, какими именно действиями ответчика истцу причинен ущерб, в связи с которым он лишается того, на что вправе был рассчитывать при заключении договора.

Так как предметом договора цессии является передача требования к должнику о возврате неотработанного аванса, для реализации истцом своего права и взыскания с должника соответствующей задолженности достаточно документов, подтверждающих факт наличия договорных отношений с должником (договор подряда №11/2017 от 11.10.2017 г., переданный истцу по акту приема-передачи) и факт внесения авансовых платежей (платежные поручения в комплекте 8 шт., переданные истцу по акту приема-передачи), а также документов, подтверждающих уведомление должника об уступке и соблюдение досудебного порядка урегулирования спора с должником, также переданных по акту приема-передачи от 29.01.2020 г.

Доводы истца о несоответствии Акта приема-передачи документации от 29.01.2020 г. принципу достоверности доказательства не соответствуют фактическим обстоятельствам дела и не подтверждены какими-либо доказательствами. 

Судебная практика, на которую ссылается истец в обоснование своих доводов, не может быть принята судом апелляционной инстанции, поскольку имели место иные обстоятельства: отсутствие в материалах дела оригинала акта приема-передачи или наличие обстоятельств, признанных доказанными в других судебных спорах.

Как указал ответчик, в ходе рассмотрения дела на обозрение суда первой инстанции представлен оригинал Акта приема-передачи документации от 29.01.2020 г. с подписью генерального директора ООО «КонсалтингСтройИнвест». Подлинность подписи на указанном документе истцом не оспаривалась, не подавалось им и ходатайства о назначении почерковедческой экспертизы, либо заявления о фальсификации доказательств. 

Более того, в судебном заседании представитель истца подтвердил, что Акт приема-передачи действительно подписывался генеральным директором ООО «КонсалтингСтройИнвест» А.И. Ефремовым. 

Перечень передаваемой документации, указанный в Акте приема-передачи, соответствует перечню, согласованному сторонами в п. 2.1.2. Договора цессии. При согласовании условий Договора истец не был лишен возможности заявить о необходимости перечисления в Договоре конкретных реквизитов писем, подразумевающихся под «Всей перепиской с ООО «СВБилдинг»».

Как следует из текста Акта приема-передачи документации от 29.01.2020 г., он составлен о том, что на основании п. 2.1.2. Договора цессии б/н от 29.01.2020 г. ответчик передал, а истец получил в полном объеме перечисленные документы. Более того, в акте указывается, что претензии по факту оформления и передачи вышеуказанной документации у истца к ответчику отсутствуют. Апелляционная коллегия полагает, что вышеизложенное прямо подтверждает, что документы переданы ответчиком в полном соответствии с условиями Договора цессии и в той форме, в которой они устраивают истца, то есть в оригиналах. В противном случае. истец должен был заявить замечания относительно формы передаваемой документации. При таких обстоятельствах, передача документов в оригиналах презюмируется. Доказательств того, что документы переданы в копиях истцом не представлено.

Довод подателя жалобы о том, что каждая из сторон без проверки закладываемой в банковскую ячейку документации закладывала в ячейку по одному экземпляру Акта приема-передачи документации, подписанному со своей стороны, не подтверждается материалами дела и опровергается непосредственно текстом Акта приема-передачи документации. 

Как указывается в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 04.02.2016 N 303-ЭС15-14545 по делу N А04-8000/2013, при подписании сторонами сделки документа, содержащего сведения о передаче имущества, вступает в силу презумпция того, что фактическая передача данного имущества состоялась, пока не доказано обратное.

Таким образом, выводы суда являются верными. Обстоятельства дела судом первой инстанции исследованы полно, объективно и всесторонне, им дана надлежащая правовая оценка. Обжалуемый судебный акт соответствует нормам материального права, а содержащиеся в нем выводы – установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам. Материалы дела не содержат документально подтвержденных данных, позволяющих переоценить выводы арбитражного суда первой инстанции.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые были бы не проверены и не учтены судом при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, повлияли бы на их обоснованность и законность либо опровергли выводы суда, в связи, с чем признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными. 

Несогласие заявителя с выводами суда, иная оценка ими фактических обстоятельств дела и иное толкование положений закона, не означают допущенной судом при рассмотрении дела ошибки и не подтверждают существенных нарушений судом норм права, в связи с чем нет оснований для отмены судебного акта. 

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено. 

Отсутствие в тексте решения мотивов отказа в удовлетворении ходатайства о проведении судебной экспертизы не нарушает права и интересы истца и не привело к принятию судом первой инстанции неправомерного судебного акта.

Об отклонении ходатайства о назначении экспертизы арбитражный суд выносит определение (ч. 4 ст. 82 АПК РФ). При этом указание на обжалование данного определения в приведенной норме отсутствует.

В силу ч. 1 ст. 188 АПК РФ определение арбитражного суда может быть обжаловано отдельно от обжалования судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, в случаях, если в соответствии с АПК РФ предусмотрено обжалование этого определения, а также если это определение препятствует дальнейшему движению дела.

АПК РФ не предусмотрено самостоятельное обжалование определения об отклонении ходатайства о назначении судебной экспертизы. В связи с этим суд вправе, руководствуясь ст. ст. 159, 184 АПК РФ, вынести по данному вопросу протокольное определение.

При этом возражения относительно необоснованного отклонения ходатайства о назначении экспертизы могут быть заявлены при обжаловании судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу (ч. 2 ст. 188 АПК РФ), что и сделано истцом в апелляционной жалобе.

С учетом изложенного, основания для удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют. 

Согласно статье 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы относятся на заявителя.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 269-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  от 05.04.2021 по делу №  А56-41242/2020  оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.

 

Председательствующий

С.М. Кротов

 

Судьи

Е.К. Зайцева

 В.В. Черемошкина