АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ВОЛГО-ВЯТСКОГО ОКРУГА

Кремль, корпус 4, Нижний Новгород, 603082

 http://fasvvo.arbitr.ru/ E-mail: info@fasvvo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции 

Нижний Новгород

Дело № А28-3565/2017

23 марта 2022 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 16 марта 2022 года.

Арбитражный суд Волго-Вятского округа в составе:

председательствующего Ионычевой С.В.,

судей Трубниковой Е.Ю., Чиха А.Н.

при участии представителей

от ФИО1:

ФИО2 по доверенности от 27.09.2021,

от ФИО3:

ФИО4 по доверенности от 29.10.2021, 

от ФИО5:

ФИО6 по доверенности от 16.11.2017 (до перерыва)

от ФИО7:

ФИО8 по доверенности от 28.09.2020

рассмотрел в судебном заседании кассационные жалобы 

ФИО1, 

ФИО3 и 

ФИО5

на определение Арбитражного суда Кировской области от 21.09.2021 и 

на постановление Второго арбитражного апелляционного суда от 06.12.2021 

по делу № А28-3565/2017,

по заявлению ФИО1, 

ФИО3 и ФИО5 

о привлечении ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, 

ФИО13 и ФИО7 

к субсидиарной ответственности по обязательствам 

общества с ограниченной ответственностью 

«Микрофинансовая организация «Просто деньги Киров» 

(ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>)

и   у с т а н о в и л : 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Микрофинансовая организация «Просто деньги Киров» (далее – ООО «МФО «Просто деньги Киров», должник) в Арбитражный суд Кировской области обратились кредиторы должника ФИО1, ФИО14 ФИО3, а также арбитражный управляющий ФИО2 с заявлениями, уточненными в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о привлечении к субсидиарной ответственности в солидарном порядке на общую сумму 16 227 447 рублей 60 копеек (задолженность перед ФИО1 составляет 2 346 406 рублей, ФИО5 –         3 451 320 рублей 92 копейки, перед ФИО3 – 10 419 720 рублей 76 копеек) контролирующих должника лиц: руководителя (до 15.02.2016) ФИО9, руководителя (с 15.02.2016) и участника с долей участия в уставном капитале 24,51% ФИО10, которым вменено неисполнение обязанности по подаче заявления о признании должника несостоятельным (банкротом), которое должно было быть подано не позднее 01.01.2016 (дата вынесения Первомайским районным судом города Кирова решения от 01.12.2015 по делу № 2-4196/2015 о взыскании задолженности в пользу ФИО3); главного бухгалтера ФИО11, основанием для субсидиарной ответственности которой  явилась выдача из кассы ФИО15 с 06.05.2015 по 30.06.2016 денежных средств в общей сумме 61 987 000 рублей, а также ведение в бухгалтерской программе «1С» «черновой» и «белой» бухгалтерии; участников ООО «МФО «Просто деньги Киров» ФИО16 и ФИО13 вследствие установления конкурсным управляющим должника по результатам анализа финансового состояния ООО «МФО «Просто деньги Киров» признаков его преднамеренного банкротства, а также поскольку ФИО13 безвозмездно передана доля в праве общей долевой собственности на административное помещение общей площадью 312 квадратных метров с кадастровым номером 43:40:000332:0006:16846/09:1004/А, расположенное по адресу: 

<

...>, кроме того за ним числится дебиторская задолженность в сумме           7 800 000 рублей по данным бухгалтерского учета; участника должника с долей участия в его уставном капитале 25,51% ФИО7 вследствие совершения им действий по внесению в кассу должника денежных средств в сумме 178 214 400 рублей, а затем получению из кассы денежных средств в сумме 175 027 640 рублей, а также              21 297 346 рублей процентов. Кроме того, заявители просили привлечь к субсидиарной ответственности ФИО7, ФИО13, ФИО10 и ФИО12 за неисполнение обязанности по созыву собрания участников должника применительно к пункту 3.1 статьи 9 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), ФИО10 и ФИО9 – за совершение крупных сделок с имуществом ООО «МФО «Просто деньги Киров» (земельным участком, денежными средствами в сумме 64 731 800 рублей, автотранспортным средством), фактическими бенефициарами которых являются участники ФИО13 и ФИО7

В качестве основания для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности заявители также указали следующие обстоятельства: невозможность полного погашения требований кредиторов вследствие отсутствия у временного и конкурсного управляющего документов бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации (изъятые органами следствия в августе 2018 года документы должника не содержат их полный перечень и включают в себя две версии ведения бухгалтерского учета в программе «1С»); извлечение денежных средств из оборота ООО «МФО «Просто деньги Киров» в пользу заемщика ФИО17 на сумму 31 274 480 рублей на срок до 12.05.2015 и на сумму 80 347 521 рубль 17 копеек;  заключение           ФИО7 договоров уступки несуществующих прав требований к ООО «Просто Деньги»; неподача заявления о признании должника банкротом (указано несколько дат, с которыми кредиторы отождествляют возникновение у руководителей ООО «МФО «Просто деньги Киров» такой обязанности). ФИО1 также включила в размер  субсидиарной ответственности ответчиков (учредителей должника) судебные издержки в сумме 25 400 рублей.

Суд первой инстанции определением от 21.09.2021, оставленным без изменения постановлением Второго арбитражного апелляционного суда от 06.12.2021, отказал в удовлетворении заявленных требований.

Не согласившись с состоявшимися судебными актами, ФИО3, ФИО1 и ФИО5 обратились в Арбитражный суд Волго-Вятского округа с кассационными жалобами, в которых просят их отменить. ФИО1 в жалобе просит направить обособленный спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции. 

ФИО3 и ФИО5 оспаривают выводы судебных инстанций относительно искажения бухгалтерии должника – ведения «черновой» и «чистовой» бухгалтерии в электронной базе данных компьютерной программы «1С». По мнению подателей жалоб, вывод судов о том, что электронные базы данных не являются документами бухгалтерского учета и, как следствие, не обладают доказательственной силой в рамках настоящего спора, не соответствуют сложившейся судебной практике. Материалы дела свидетельствуют о том, что сведения в электронную базу данных вносились на основании первичной бухгалтерской документации (показания главного бухгалтера ФИО11, данные  в ходе оперативно-розыскных мероприятий). 

Заявители отмечают, что после наступления срока расчетов с ФИО3 по договору займа от 26.08.2013 № 108 должник выдал денежные средства из кассы на общую сумму 67 812 027 рублей 15 копеек. ФИО3 указывал на наличие в данных сделках признаков подозрительности, предусмотренных в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, поскольку выдача денежных средств осуществлена в пользу заинтересованных лиц при наличии признака неплатежеспособности ООО «МФО «Просто деньги Киров». Податели жалобы полагают, что совершение должником указанных сделок являлось для должника существенно убыточным и привело к невозможности полного расчета с кредиторами. По мнению заявителей, судебные инстанции не дали надлежащей оценки данному доводу, ограничившись констатацией факта недоказанности совокупности установленных в Законе о банкротстве и разъяснениях высшей судебной инстанции презумпций недействительности сделок. Суды также не дали надлежащей оценки доводам ФИО3 относительно ряда сделок по отчуждению должником денежных средств в адрес его участников, которые не соответствовали характеру обычной хозяйственной деятельности.

В отношении выдачи бухгалтером ФИО11 денежных средств        ФИО19 заявители оспаривают выводы судов об отсутствии доказательств совершения указанной сделки (как получения денежных средств главным бухгалтером, так и их передачи ФИО19). ФИО3 и ФИО5 обращают внимание на протоколы допросов ФИО11, в которых подтверждены факты отсутствия гражданских правоотношений с указанным лицом, ведения «двойной» бухгалтерии и наличия «кассового разрыва», который явился следствием неправомерных действий контролирующих должника лиц (в том числе ФИО10) по выводу денежных средств. По мнению заявителей, денежные средства выплачены из кассы по фиктивному займу с целью «закрыть» «кассовый разрыв», что затруднило проведение процедуры банкротства ООО «МФО «Просто деньги Киров» и формирование его конкурсной массы, а также сделало невозможным проведение анализа сделок должника, получение сведений о его контрагентах. 

ФИО1 дополнительно в кассационной жалобе указывает на неверную оценку судами обстоятельств дела, в частности, в отношении презумпции возникновения у должника признаков объективного банкротства по вине контролирующих лиц. Заявитель отмечает отсутствие в обжалованных судебных актах выводов о недобросовестном и неразумном осуществлении ФИО10 и главным бухгалтером ФИО11 деятельности, повлекшей образование задолженности по обязательным платежам в бюджет и перед кредиторами, приведшие к кризисной ситуации и возникновению признаков объективного банкротства должника. Судебные инстанции не дали оценки доводам заявителя о том, что ответчики в нарушение закона не приняли разумных мер к исполнению решений о взыскании обязательных платежей и уменьшению убытков, что привело к невозможности удовлетворения требований всех кредиторов ООО «МФО «Просто деньги Киров» за счет имущества должника. По мнению ФИО1, выводы судов основаны не на материалах дела, а на пояснениях ответчиков, в силу статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не имеющих для суда заранее установленной доказательственной силы. ФИО1 указывает на наступление ответственности вследствие непередачи временному и конкурсному управляющему документации должника.

Представители заявителей жалоб поддержали позицию в судебном заседании окружного суда. Представитель ФИО7 возразил против удовлетворения жалоб, просил оставить обжалованные судебные акты без изменения.

ФИО12, ФИО11 и ФИО13 в письменном отзыве на кассационные жалобы отклонили доводы заявителей и просили отказать в удовлетворении жалоб, сославшись на законность и обоснованность состоявшихся судебных актов.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте слушания жалобы, явку представителей в заседание суда округа не обеспечили, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения жалоб в их отсутствие.

Суд округа объявлял в судебном заседании перерыв с 09.03.2021 до 14 часов 16.03.2021 в порядке, предусмотренном в статье 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Законность обжалованных судебных актов проверена Арбитражным судом Волго-Вятского округа в порядке, предусмотренном в статьях 274, 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, применительно к доводам кассационных жалоб.

Изучив материалы дела, доводы, изложенные в кассационных жалобах, ознакомившись с отзывами на них, а также заслушав лиц, явившихся в судебные заседания, суд кассационной инстанции принял постановление, исходя из следующего.

Как следует из материалов дела, ООО «МФО «Просто деньги Киров» зарегистрировано в качестве юридического лица 04.03.2011, основным видом деятельности являлась деятельность по предоставлению прочих финансовых услуг, кроме услуг по страхованию и пенсионному обеспечению. Должник внесен в государственный реестр микрофинансовых организаций 24.01.2012 за номером 2120543001033.

Участниками ООО «МФО «Просто деньги Киров» являются ФИО13 (с 04.10.2012, доля участия 24,51%, 10.04.2018 внесены сведения о недостоверности записи об участии), ФИО7 (с 12.09.2012, доля участия 24,51%), ФИО10 (с 04.10.2012, доля участия 24,51%), ООО ФК «Просто деньги» (с 04.10.2012, доля участия 1,96 %).

Согласно трудовой книжке ФИО9 принят на должность руководителя обособленного подразделения должника (город Киров) 01.09.2014, переведен на должность директора 03.10.2014. В соответствии с протоколом внеочередного общего собрания участников ООО «Просто деньги» (прежнее наименование ООО «МФО «Просто деньги Киров») от 17.03.2015 участники общества рассмотрели рассмотрели заявление ФИО9 о досрочном расторжении трудового договора и приняли по нему положительное решение (с 19.03.2015). 14.04.2015 внесена запись об увольнении     ФИО9 

ФИО11 согласно трудовой книжке в период с 23.04.2012 по 19.04.2017 работала главным бухгалтером ООО «МФО «Просто деньги Киров» в соответствии с трудовым договором от 23.04.2012 и договором о полной материальной ответственности. 

Арбитражный суд Кировской области определением от 13.04.2017 возбудил по заявлению ФИО3 дело о банкротстве ООО «МФО «Просто деньги Киров», определением от 21.06.2017 ввел в отношении должника процедуру наблюдения с применением правил параграфа 4 главы IX «Банкротство финансовых организаций» Закона о банкротстве, утвердил временным управляющим ФИО18.

Согласно анализу финансово-хозяйственной деятельности должника, составленному временным управляющим по итогам процедуры наблюдения (с оговоркой об использовании сведений, полученных из регистрирующих органов, ввиду не передачи руководителем ООО «МФО «Просто деньги Киров» финансовой документации), основным видом деятельности должника являлось предоставление микрозаймов.  Центральный Банк Российской Федерации выявлял в отношении должника факты неоднократного некорректного расчета полной стоимости кредита: согласно справке от 13.12.2016 выявлены факты превышения ООО «МФО «Просто деньги Киров» полной стоимости кредита более чем на одну треть от рассчитанного среднерыночного значения по категории потребительского займа, принятого в третьем квартале 2016 года; основная часть расчетов, в том числе по предоставлению займов, проводилась должником в наличной форме и была направлена на обход выставленной к расчетному счету картотеки, а также снижение транспарентности совершаемых операций; не нашла отражения в выписке о движении денежных средств по расчетному счету за 2016 год выдача ООО «МФО «Просто деньги Киров» микрозаймов на общую сумму 3 121 000 рублей, а также предоставление займов на сумму 23 617 рублей; признаков «финансовой пирамиды» не выявлено (служебная записка об оценке деятельности должника на предмет отсутствия/наличия признаков «финансовой пирамиды» от 03.11.2016). Временный управляющий установил, что в 2016 году доля должника в сегменте микрофинансирования значительно уменьшилась: по объему выданных микрозаймов с 0,8 до 0,4 процента, по объему портфеля микрозаймов – с 8,6 до 5,2 процента, что характеризует его неустойчивое финансовое состояние. Из анализа также усматривается наличие на исполнении в Федеральной службе судебных приставов исполнительных производств на сумму, превышающую 46 миллионов рублей. При этом проанализировав пассив балансов ООО «МФО «Просто деньги Киров», временный управляющий констатировал, что размер собственного капитала должника в 2014 и 2015 годах не менялся, а в 2016 году приобрел отрицательное значение.

В ходе проведения в отношении ООО «МФО «Просто деньги Киров» процедуры банкротства, а также в ходе рассмотрения настоящего спора, установлены следующие обстоятельства. 

Согласно составленному 06.04.2017 акту инвентаризации документов должника в ведомостях на выплату заработной платы отсутствовали подписи сотрудников; в расходных и приходных ордерах отсутствуют подписи; исправление не соответствует сумме в кассовой книге и первичных документах; выявлена дебиторская задолженность работников и заемщика ФИО19 в размере 61 987 000 рублей, в том числе по беспроцентному договору займа от 19.04.2011, составляющая 43 280 000 рублей и по договору займа без даты и номера – 18 707 000 рублей. Телеграммой от 10.05.2017 главный бухгалтер ФИО11 приглашена для подписания акта инвентаризации документов. Между тем сведения о направлении, вручении либо невручении данной телеграммы отсутствуют. Составлен акт от 12.05.2017 о неявке ФИО11 для подписания акта инвентаризации. По результатам инвентаризации выявлено отсутствие первичных документов, в связи с чем директор ФИО10 в письме от 26.05.2017 предложил ФИО11 ознакомиться с актом инвентаризации от 12.05.2017 и добровольно передать в бухгалтерию недостающие документы. Надлежащие доказательства отправки письма в материалах дела также отсутствуют. 

Отдел по расследованию преступлений в сфере экономики Следственного управления УМВД России по городу Кирову 04.07.2017, 29.08.2017 и 01.11.2017 возбудил уголовные дела №№ 11701330025005918, 11701330025006163 и 11701330025006163 в отношении неустановленного лица и ФИО10 по признакам преступления, предусмотренного частью 4 статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации по факту хищения принадлежавших гражданам денежных средств. Указанные дела соединены в одно производство. 

В ходе предварительного расследования в отношении ООО МФО «Просто деньги Киров» проведена бухгалтерская экспертиза, в ходе проведения которой установлено, что согласно данным официальной электронной базы данных сведений бухгалтерского учета, в кассу ООО МФО «Просто деньги Киров» от ООО ФК «Просто деньги» за период с 30.03.2012 по 04.07.2017 поступили денежные средства в общей сумме 185 085 000 рублей, согласно данным черновой электронной базы данных – в сумме 76 772 800 рублей. 

Согласно данным официальной электронной базы данных ведения бухгалтерского учета из кассы и расчетных счетов ООО МФО «Просто деньги» за периоды с 30.03.2012 по 04.07.2017 в качестве займов физическим и юридическим лицам были выданы денежные средства в сумме 440 884 341 рубль 06 копеек, согласно данным черновой электронной базы данных – в сумме 516 240 237 рублей 31 копейки.

Согласно данным официальной электронной базы данных ведения бухгалтерского учета в кассу и на расчетные счета ООО МФО «Просто деньги Киров» за период с 30.03.2012 по 04.07.2017 от физических и юридических лиц в качестве возврата суммы основного долга поступили денежные средства в общей сумме 301 450 946 рублей 20 копеек, в качестве уплаты процентов – 47 834 356 рублей 83 копеек, согласно данным черновой электронной базы данных бухгалтерии – 396 072 416 рублей 41 копейка основного долга и 82 797 042 рубля 97 копеек процентов.

Согласно данным официальной электронной базы данных ведения бухгалтерского учета общая сумма задолженности заемщиков на 04.07.2017 составляла 80 228 035 рублей 69 копеек, согласно данным черновой электронной базы данных ведения бухгалтерского учета – 55 680 053 рубля 11 копеек.

Согласно данным официальной электронной базы данных ведения бухгалтерского учета за период с 30.03.2012 по 04.07.2017 ООО «МФО «Просто деньги Киров» выдало из кассы и перечислило с расчетных счетов в адрес ООО ФК «Просто деньги» денежные средства в общей сумме 154 270 741 рубль 15 копеек, а также рассчиталось иными формами расчетов на общую сумму 13 329 065 рублей 95 копеек, согласно данным черновой электронной базы данных за аналогичный период в адрес ООО ФК «Просто деньги» поступили денежные средства в сумме 48 746 400 рублей, а также произведено расчетов иными формами на общую сумму 5 762 323 рубля. 

Электронные накопители с информационными базами компьютерной программы «1С Предприятие» получены согласно протоколу выемки от 15.08.2017 от свидетеля ФИО20

В офисном помещении ООО ФК «Просто деньги» и ООО МФО «Просто деньги Киров» в целях отыскания финансово-хозяйственных документов произведен обыск, в результате которого изъято 180 папок документов, оформлен протокол от 25.08.2017. Вещественные доказательства, согласно постановлению от 09.04.2018, в дальнейшем по расписке возвращены арбитражному управляющему ФИО2 

Как следует из протокола допроса свидетеля ФИО11 от 23.08.2017, «черновая база» компьютерной программы «1С» организована по указанию руководителя ФИО10 ориентировочно в 2013 году и велась до середины 2015 года (в ходе допроса 28.05.2018 главный бухгалтер указала на март 2011 года и конец 2015 года – начало 2016 года соответственно) с целью минимизации уплаты налогов путем отражения неполных сведений о поступлении и расходе денежных средств по следующему принципу: в «черновой» вариант базы вносились все сведения о финансово-хозяйственной деятельности ООО «МФО «Просто деньги Киров», а в «чистовой» – только по указанию ФИО21 Впоследствии руководитель должника принял решение переносить все сведения в «чистовой» вариант базы, соответственно, учитывать их полностью в официальной бухгалтерской отчетности. Все сведения за неучтенный период перенесены в «чистовой» вариант базы, что повлекло образование излишнего прихода денежных средств на сумму около 60 000 000 рублей, который по указанию ФИО10 оформлен в качестве выдачи фиктивного займа путем выписки расходных кассовых ордеров в программе «1С Предприятие» на гражданина ФИО19 На бумажных носителях сведений о выдаче займов нет. ФИО11 оформила расходные кассовые ордера (в 2016 году за 2015 год) и передала их ФИО10

В протоколе допроса свидетеля ФИО22 от 26.10.2017 отражено, что      ФИО10 заключал с ООО «МФО Просто деньги Киров» договоры займа, долг по ним погашен, никто из учредителей должника договоры займа с указанной организацией не заключал. 

В ходе допроса, оформленного протоколом от 28.05.2017, свидетель ФИО22 указал, что в информационной базе компьютерной программы «1С Предприятие» отражались вклады учредителей, вносились ли они в действительности – сведениями он не располагает. Займы учредителям ООО «МФО «Просто деньги Киров» не выдавались. 

Решением от 21.11.2017 (резолютивная часть объявлена 20.11.2017) суд признал ООО «МФО «Просто деньги Киров» несостоятельным (банкротом), открыл в отношении него конкурсное производство, утвердил конкурсным управляющим должника ФИО2. 

Определением от 02.04.2018 суд удовлетворил ходатайство конкурсного управляющего о неприменении при проведении процедуры конкурсного производства в отношении должника положения параграфа 4 главы 9 «Банкротство финансовых организаций» Закона о банкротстве. Суд установил, что Прокуратура Первомайского района города Кирова выявила факт несоблюдения ООО «МФО «Просто деньги Киров» требований законодательства о микрофинансовых организациях (постановление о возбуждении производства по делу об административном правонарушении от 20.12.2017), а также что Центральный Банк Российской Федерации приказом от 13.10.2017 №ОД-2969 исключил должника из государственного реестра микрофинансовых организаций с 13.10.2017 (сведения с официального сайта Банка России в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет»).

Согласно сведениям из Единого государственного реестра недвижимости за должником было зарегистрировано право собственности на жилое помещение, общей площадью 33,5 кв.м., расположенное в многоквартирном жилом доме № 3 по улице Карла Либкнехта в городе Кирове, которое прекращено  08.09.2016; право собственности на земельный участок общей площадью 18 286 квадратного метра, расположенный в деревне Суворовы Слободского района Кировской области и приобретенный ООО «МФО «Просто деньги Киров» за 100 000 рублей по договору купли-продажи от 19.07.2013, которое прекращено 13.09.2013 на основании договора купли-продажи от 26.08.2013 (покупатели – ФИО13, ФИО12, ФИО23, ФИО10, стоимость участка составила 100 000 рублей). Сведения о том, что должнику принадлежали иные объекты недвижимости, в материалы дела не представлены.

Согласно сведениям Государственной инспекции безопасности дорожного движения в период с 26.12.2013 по 01.04.2015 на учет от имени ООО «МФО «Просто деньги Киров» поставлено транспортное средство. По запросу суда в материалы дела представлен  договор купли-продажи от 01.04.2015, согласно которому транспортное средство продано ФИО24 по цене 1 050 000 рублей. Сведения о принадлежащих должнику иных транспортных средствах отсутствуют.

В период проведения в отношении ООО «МФО «Просто деньги Киров» процедуры банкротства сформирован реестр требований кредиторов должника, во вторую очередь которого включены требования в общей сумме 1 687 818 рублей 88 копеек, в третью – в общей сумме 41 768 390 рублей 51 копейка, из которых 33 887 236 рублей 58 копеек основного долга и 7 881 153 рубля 93 копейки пеней (в том числе требования            ФИО7, Федеральной налоговой службы России, ФИО1, ФИО5 (правопреемник ФИО3) и ФИО25.). Требование общества с ограниченной ответственностью «Росмассив-плюс» в общей сумме 37 782 рубля 46 копеек учтено отдельно и подлежит удовлетворению после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр. 

Определением от 09.04.2019 суд прекратил дело о несостоятельности (банкротстве) ООО «МФО «Просто деньги Киров» в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе расходов на выплату вознаграждения арбитражному управляющему.

Кредиторы должника ФИО1, ФИО5 и ФИО3, а также арбитражный управляющий ФИО2 обратились в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности по долгам должника контролировавших его лиц. Размер ответственности заявители определили исходя из суммы включенных в реестр требований, ФИО1 также включила в него сумму понесенных судебных расходов (25 400 рублей).

Учитывая, что обстоятельства, которые кредиторы указывают в качестве основания для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО10 (неисполнение обязанности по передаче документации ООО «МФО «Просто деньги Киров» временному, а затем конкурсному управляющему), имели место после вступления в силу Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее – Закон № 266-ФЗ), а заявление о привлечении ответчика к субсидиарной ответственности поступило в суд после 01.07.2017, суд округа отмечает, что суды верно исходили из того, что спор в данной части подлежит рассмотрению с применением норм материального права, предусмотренных в статье 61.11 Закона о банкротстве, а также процессуальных норм, предусмотренных в редакции Закона № 266-ФЗ.

В обоснование заявления в данной части указано на затруднение ведения процедуры банкротства должника ввиду отсутствия первичных документов, отражающих дебиторскую задолженность (кредитных досье).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника. Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: 1) причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона; 2) документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы (пункт 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Смысл презумпций, закрепленных в подпунктах 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, состоит в том, что если лицо, контролирующее должника-банкрота, привело его в состояние невозможности полного погашения требований кредиторов, во избежание собственной ответственности оно заинтересовано в сокрытии следов содеянного. Установить обстоятельства содеянного и виновность контролирующего лица возможно по документам должника-банкрота. В связи с этим, если контролирующее лицо, обязанное хранить документы должника-банкрота, скрывает их и не представляет арбитражному управляющему, то подразумевается, что его деяния привели к невозможности полного погашения требований кредиторов (пункт 24 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2020), утвержденного Президиумом 10.06.2020).

Применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее: заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также: невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов (пункт 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», далее – Постановление № 53).

Согласно положениям статей 7, 29 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта. Первичные учетные документы, регистры бухгалтерского учета, бухгалтерская (финансовая) отчетность, аудиторские заключения о ней подлежат хранению экономическим субъектом в течение сроков, устанавливаемых в соответствии с правилами организации государственного архивного дела, но не менее пяти лет после отчетного года.

Исходя из положений пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве и абзаца второго пункта 47 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» с даты принятия арбитражным судом решения о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства прекращаются полномочия руководителя должника; руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему. 

Согласно пункту 24 Постановления № 53 арбитражный управляющий вправе требовать от руководителя (а также от других лиц, у которых фактически находятся соответствующие документы) через суд исполнения данной обязанности в натуре применительно к правилам статьи 308.3 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Из анализа указанных норм права и разъяснений высшей судебной инстанции следует, что наличие у руководителя должника или прежнего арбитражного управляющего истребуемых документов предполагается. Вместе с тем для привлечения бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности по данному основанию заявителю необходимо доказать как факт уклонения контролирующего должника лица от передачи документации управляющему, так и факт наличия последствий такого поведения – невозможности либо затруднительности проведения процедур банкротства.

Исследовав представленные в дело доказательства, суды первой и апелляционной инстанций установили, что суд выдал на истребование документации от бывшего руководителя ООО «МФО «Просто деньги Киров» исполнительный лист, однако, как следует из протокола выемки от 15.08.2017, первичная документация должника ранее была изъята органами следствия (25.08.2017 проведен обыск, в ходе которого изъяты три коробки с кредитными досье заемщиков и документами, иные коробки с документами, в которых, в том числе содержатся кредитные досье заемщиков, а также коробка с печатями в количестве шестнадцати штук) и затем получена конкурсным управляющим       ФИО2 в ходе проведения процедуры конкурсного производства. На основании постановлений о возвращении вещественных доказательств от 09.04.2018 и 12.07.2018 по распискам от 09.04.2018, конкурсный управляющий получил папки с названием «касса» с документами за период с 2011 года по 2017 годы в объеме четырех коробок, двадцать одну папку с кредитными досье и семнадцать коробок, один пакет соответственно.

При изъятии документации должника правоохранительными органами возникает объективная невозможность исполнения руководителем обязанности по ее передаче арбитражному управляющему. 

Заявители не указали и судебные инстанции не установили доказательств того, что конкурсный управляющий не располагал какой-либо иной документацией ООО «МФО «Просто деньги Киров», не поименованной в составе переданной правоохранительными органами конкурсному управляющему ФИО2 документации и которые могли бы повлиять на процесс формирования конкурсной массы должника, и, как следствие, расчеты с его кредиторами. Суды при этом исходили из того, что ФИО2, являющаяся конкурсным управляющим должника, в суде первой инстанции указывала, что по итогам анализа полученных от органов следствия документов выявила порядка семидесяти дебиторов должника.

При таких обстоятельствах, поскольку документация должника находилась в органах следствия, а впоследствии – в распоряжении конкурсного управляющего ФИО2, на отсутствие у нее либо искажение какой-либо конкретной документации заявители не указали, а доказательства негативного влияния на процесс формирования конкурсной массы отсутствовали, суды первой и апелляционной инстанций обоснованно не усмотрели оснований для привлечения ФИО10 к субсидиарной ответственности за непередачу документации.

Кассационная жалоба ФИО1 в данной части не содержит доводов, которые не были проверены и учтены судами при рассмотрении дела и могли бы являться основанием для отмены принятых ими судебных актов, фактически сводятся к иной интерпретации заявителем обстоятельств спора, что не свидетельствует само по себе о том, что выводы судов являются по существу неверными.

На этапе кассационного производства по делу у заявителей имеются возражения в части отказа судов в возложении на ответчиков субсидиарной ответственности вследствие совершения ими действий, приведших к объективному банкротству ООО «МФО «Просто деньги Киров»: в частности, организации ФИО10 и ФИО11 ведения двойного бухгалтерского учета должника в электронных базах данных (компьютерная программа «1С») в целях занижения отчислений по обязательным платежам; совершения ответчиками недействительных по своим признакам сделок за счет должника; выдачи ФИО11 из кассы должника денежных средств с целью «закрыть» образовавшийся в результате ведения двойного бухгалтерского учета «кассовый разрыв». 

Данные обстоятельства имели место до вступления в силу Закона № 266-ФЗ, как следствие, суды справедливо применили к спорным правоотношениям нормы материального права, предусмотренные в статье 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части противодействия незаконным финансовым операциям» (далее – Закон № 134-ФЗ).

Согласно пункту 4 названной статьи, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам. 

Как следует из правовой позиции Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определениях от 25.09.2020 № 310-ЭС20-6760 и от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079, предусмотренное статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции Закона № 134-ФЗ) такое основание для привлечения к субсидиарной ответственности как «признание должника несостоятельным вследствие поведения контролирующих лиц» по существу мало чем отличается от предусмотренного действующей в настоящее время статьей 61.11 Закона о банкротстве основания ответственности в виде «невозможности полного погашения требований кредитора вследствие действий контролирующих лиц», а потому значительный объем правовых подходов к толкованию положений как прежнего, так и ныне действующего законодательства является общим, в том числе это относится к разъяснениям норм материального права, изложенным в Постановлении № 53.

В пункте 16 Постановления № 53 указано, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве), следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.); выдача указаний по поводу совершения явно убыточных операций; назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации; создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д. (абзац второй пункта 16 Постановления № 53).

Таким образом, необходимыми условиями для возложения субсидиарной ответственности по обязательствам должника на учредителя, участника или иных лиц, которые имеют право давать обязательные для должника указания либо имеют возможность иным образом определять его действия, являются наличие причинно-следственной связи между использованием ответчиком своих прав и (или) возможностей в отношении должника и действиями (бездействием) должника, повлекшими его несостоятельность (банкротство), при условии, если имеется вина ответчика в банкротстве должника.

Наличие причинной связи между обязательными указаниями, действиями названных лиц и фактом банкротства должника с учетом распределения бремени доказывания, установленного в статье 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, подлежит доказыванию лицом, обратившимся с требованиями в суд.

Исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суды заключили, что сам по себе факт существования двух вариантов электронных баз данных бухгалтерского учета ООО «МФО «Просто деньги Киров» – «черновой» и «чистовой», не свидетельствует о наличии оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности, поскольку объективно не подтверждает совершение ими действий по искажению бухгалтерской документации, равно как и сам факт ее искажения. В частности, из материалов уголовного дела (протоколов допросов ФИО11) усматривается, что после отказа от ведения двойного бухгалтерского учета главный бухгалтер внес по указанию руководителя ФИО10 недостающие сведения в «чистовой» вариант электронной базы данных. 

Из материалов дела не усматривается, что именно действия ответчиков по ведению двойной бухгалтерии ООО «МФО «Просто деньги Киров» привели к наступлению объективного банкротства должника, существенным затруднениям в проведении процедуры его банкротства и формированию конкурсной  массы. 

Кроме того, окружной суд согласился с судами первой и апелляционной инстанции, заключившими, что электронные базы данных не являются первичными бухгалтерскими документами, которыми подтверждается наличие и размер обязательств, поскольку данные базы носят внутренний синтетический характер, правоустанавливающим значением не обладают и имеют вторичное значение для выявления сведений о финансовом состоянии должника и его конкурсной массе. Доказательства того, что внутренними документами ООО «МФО «Просто деньги Киров» регламентированы вопросы соответствия информации, включаемой в электронные базы данных, первичным документам бухгалтерского учета, в настоящем случае не представлены. Ссылка ФИО3 и ФИО5 на судебную практику обоснованно не принята судами, поскольку решение по делу, на которое ссылаются заявители, принято исходя из иных фактических обстоятельств. В этой связи кассационная инстанция полагает необходимым отметить, что суды при рассмотрении спора учитывают обстоятельства, присущие каждому конкретному делу и доказательственную базу, представленную сторонами, на основании которой и принимается судебный акт. 

Судебные инстанции рассмотрели и обоснованно отклонили ссылку ФИО1 на правовую позицию Конституционного Суда Российской Федерации, содержащуюся в постановлении от 21.05.2021 № 20-П «По делу о проверке конституционности пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» в связи с жалобой гражданки Г.В. Карпук», устанавливающую презумпцию наличия причинно-следственной связи между противоправным поведением контролирующих должника лиц и невозможностью исполнения обязательств перед кредиторами. Суды справедливо отметили отсутствие оснований для применения данной позиции, поскольку действия ответчиков имели место до вступления в законную силу положений пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью».

Заявителями не доказана причинно-следственная связь между наличием двойной электронной бухгалтерии и наступлением банкротства, суды правомерно отказали в удовлетворении требований к ФИО11 и ФИО10 в заявленной части. Кроме того, судами верно отмечено, что главный бухгалтер в соответствии с нормами законодательства, действовавшими на момент совершения им действий по ведению двойной бухгалтерии должника, не относится к числу лиц, контролирующих последнего, в отсутствие доказательств наличия права давать обязательные для исполнения должником указания либо возможность определять его действия (статья 2 Закона о банкротстве в редакции Закона № 134-ФЗ).

Ссылки ФИО1 на разъяснения, приведенные в абзаце третьем и четвертом пункте 20 Постановления № 53, не могут быть приняты во внимание. Согласно данным разъяснениям, суд, независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, применительно к положениям статей 133 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации самостоятельно квалифицирует предъявленное требование и при недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков. Так, в случаях, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред, исходя из разумных ожиданий, не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Между тем суд округа отмечает, что состав убытков является гражданско-правовым и предполагает доказанности совокупности следующих условий: противоправности поведения ответчика как причинителя вреда, наличия и размера понесенных убытков, а также причинно-следственной связи между незаконными действиями ответчика и возникшими у заявителей убытками. В настоящем случае судебные инстанции не установили факт причинения должнику вреда в результате действий ФИО10 и ФИО11 При этом фактов привлечения ООО «МФО «Просто деньги Киров» либо его руководителя к налоговой ответственности не установлено, а протоколы допроса ФИО11 сами по себе не обладают свойством преюдициальности в указанном смысле. 

В кассационных жалобах ФИО3 и ФИО5 также указано на несогласие с оценкой, данной судами по вопросу совершения ответчиками сделок с денежными средствами должника, которые заявители полагают недействительными. Между тем судебные инстанции отметили недоказанность состава недействительных сделок по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве, а также отсутствие судебных актов о признании спорных сделок таковыми. Суд округа отмечает, что отождествление заявителем момента возникновения у ООО «МФО «Просто деньги Киров» признаков неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества с моментом наступления срока расчетов по обязательству перед ФИО3 является ошибочным.

Заявители ссылаются на разъяснения, содержащиеся в пункте 23 Постановления № 53, согласно которым по смыслу пункта 3 статьи 61.11 Закона о банкротстве для применения презумпции, закрепленной в подпункте 1 пункта 2 данной статьи, наличие вступившего в законную силу судебного акта о признании такой сделки недействительной не требуется. Равным образом не требуется и установление всей совокупности условий, необходимых для признания соответствующей сделки недействительной, в частности недобросовестности контрагента по этой сделке.

Между тем суд округа отмечает, что в данном пункте постановления  также указано, что согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

По смыслу подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве для доказывания факта совершения сделки, причинившей существенный вред кредиторам, заявитель вправе ссылаться на основания недействительности, в том числе предусмотренные статьей 61.2 (подозрительные сделки) и статьей 61.3 (сделки с предпочтением) Закона о банкротстве. Однако и в этом случае на заявителе лежит обязанность доказывания как значимости данной сделки, так и ее существенной убыточности. Сами по себе факты совершения подозрительной сделки либо оказания предпочтения одному из кредиторов указанную совокупность обстоятельств не подтверждают.

Между тем в рамках настоящего спора суды наличия таких доказательств не установили, равно как на них не указали и заявители в кассационной жалобе. Соответствующие суждения ФИО3 и ФИО5 о значимости и существенной убыточности сделок с имуществом ООО «МФО «Просто деньги Киров» не подтверждены убедительными доказательствами и по существу являются результатом собственной трактовки заявителями фактических обстоятельств совершения данных сделок.

Кроме того, в отношении получения денежных средств ФИО19 судебные инстанции отметили отсутствие в материалах дела первичных документов, подтверждающих факт передачи ФИО11 денежных средств из кассы должника указанному лицу, что соотносится с ранее сделанными выводами относительно доказательственной силы информационных баз данных, в том числе, и с учетом пояснений, данных главным бухгалтером в ходе оперативно-розыскных мероприятий в рамках уголовного дела. 

К аналогичным выводам суды пришли и в отношении перечислений, совершенных в адрес ФИО10, ФИО13, ФИО12 и ФИО7 Судебные инстанции при рассмотрении данного конкретного обособленного спора (с учетом представленных в дело доказательств) справедливо указали, что само по себе отражение задолженности в электронной базе данных не свидетельствует о реальности операций в отсутствие первичной документации, подтверждающей фактическую выдачу денежных средств. За результатами экспертизы, представленной в материалы уголовного дела, суды доказательственной силы не признали, обоснованно отметив, что оно является внесудебным, выводы эксперта не положены в основу приговора по уголовному делу, а только отражены в постановлении о прекращении уголовного преследования, которое не имеет преюдициального значения в соответствии с правилами статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Как справедливо обратили внимание суды, сам по себе возврат денежных средств, внесенных ранее, свидетельствует лишь о возможности перераспределения денежных средств. 

Касательно обстоятельств извлечения денежных средств из оборота в адрес ФИО17 и ООО «ЖК Виктория-2» судебные инстанции верно отметили, что сама по себе выдача займов соответствовала основному виду деятельности ООО «МФО «Просто деньги Киров» и не свидетельствует о причинении совершенными сделками вреда должнику и его кредиторам. Кроме того, суды обратили внимание на доказательства частичного погашения задолженности заемщиками и на принятие руководителем должника мер по принудительному взысканию денежных средств (дела №№ 2-1749/2015 и А28-8710/2015), что верно расценено судами в качестве поведения, не отклоняющегося от критериев добросовестности. В отношении перечисления денежных средств в пользу ООО «ФК «Просто деньги» в период с 01.04.2015 по 02.03.2016 судебные инстанции приняли во внимание обстоятельства, установленные определением суда от 01.04.2019, которым кредитору отказано во включении требований в реестр требований кредиторов должника в связи с признанием требования корпоративным. Так, фактические обстоятельства, установленные в рамках данного обособленного спора, свидетельствовали о фактическом получении ООО «ФК «Просто деньги» займов от граждан с последующей передачей денежных средств ООО «МФО «Просто деньги Киров» для выдачи заемщикам под процент. Изложенное нашло подтверждение также в ходе оперативно-розыскных мероприятий в рамках уголовного дела. Таким образом, суды, с учетом специфики порядка взаимодействия между организациями, не обнаружили достаточных оснований к тому, чтобы полагать совершенные перечисления денежных средств имеющими целью вывод ликвидного имущества ООО «МФО «Просто деньги Киров».

По поводу заключения ФИО7 договоров уступки прав требований по договорам займа к ООО «Просто Деньги» от 01.02.2015, от 24.02.2015 с ФИО17, от 24.02.2015 с ООО «СМУ-13», от 24.02.2015 с ООО «ЖК «Виктория» судебные инстанции отметили факты непредъявления указанными лицами требований к должнику, а также прекращения ООО «СМУ-13» своей деятельности в качестве юридического лица. Таким образом, в материалах дела не нашлось подтверждений тому, что совершение данных сделок привело к возникновению банкротства, в том числе, в связи с отсутствием доказательств их исполнения со стороны ООО «МФО «Просто деньги Киров».

Возражений относительно иных эпизодов, вменявшихся ответчикам в качестве основания для их субсидиарной ответственности по долгам ООО «МФО «Просто деньги Киров», кассационные жалобы не содержат.

Доводы, приведенные в жалобах, являлись предметом рассмотрения судов двух инстанций и получили надлежащую правовую оценку. Несогласие подателей жалоб с проведенной судами предыдущих инстанций оценкой фактических обстоятельств дела, исследованных доказательств и сделанных на их основании выводов, сводится по существу к требованию об их переоценке, что не входит в компетенцию суда кассационной инстанции в силу его законодательно ограниченной компетенции, установленной в статьях 286 и 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Обжалованные судебные акты приняты при правильном применении норм права, содержащиеся в них выводы не противоречат установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся доказательствам. Оснований для отмены обжалованных судебных актов по приведенным в кассационных жалобах доводам не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебных актов, суд округа не установил.

Кассационные жалобы не подлежат удовлетворению.

Руководствуясь статьями 286, 287 (пунктом 1 части 1) и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Волго-Вятского округа 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Кировской области от 21.09.2021 и постановление Второго арбитражного апелляционного суда от 06.12.2021 по делу № А28-3565/2017 оставить без изменения, кассационные жалобы ФИО1,  ФИО3 и ФИО5 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном в статье 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

           Председательствующий

 

С.В. Ионычева

 

Судьи

Е.Ю. Трубникова

А.Н. Чих