ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-89356/2023

Дело № А40-103840/21

г. Москва

06 февраля 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 31 января 2024 года 

Постановление изготовлено в полном объеме 06 февраля 2024 года 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Ж.В. Поташовой,

судей Н.В. Юрковой, Ю.Н.  Федоровой,

при ведении протокола секретарем судебного заседания М.С. Чапего,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1  

на определение Арбитражного суда г. Москвы от 27.11.2023 по делу № А40-103840/21 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ЗАО «Мастерславль»

о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам ЗАО «Мастерславль», взыскании с ФИО1 в порядке субсидиарной ответственности в пользу ЗАО «Мастерславль» денежных средств в размере 396 262 667, 58 руб.

при участии в судебном заседании:

от а/у ФИО2 – ФИО3 по доверенности от 14.11.2023

от ФИО4 -  ФИО4 по дов. от ФИО4 по дов. от 22.10.2021

от ФИО1 – ФИО5 по дов. от 03.03.2023

иные лица не явились, извещены

У С Т А Н О В И Л:

решением Арбитражного суда города Москвы от 26 ноября 2021 года ЗАО «Мастерславль» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) признано несостоятельным (банкротом) в отношении него открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев, конкурсным управляющим утвержден член СО САУ «Авангард» ФИО2, адрес для корреспонденции: 119435, г. Москва, а/я 65). 

Сообщение о признании должника банкротом и открытии в отношении него конкурсного производства опубликовано в газете «Коммерсантъ» № 231(7193) от 18 декабря 2021 года. 

В Арбитражный суд города Москвы 17.11.2022 поступило заявление конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, к ответчикам: ФИО1.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 27.11.2023 заявление конкурсного управляющего ЗАО «Мастерславль» признано обоснованным. ФИО1 привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам ЗАО «Мастерславль» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>). С ФИО1 в порядке субсидиарной ответственности в пользу ЗАО «Мастерславль» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) взысканы денежные средства в размере 396 262 667,58 руб.

Не согласившись с принятым по делу судебным актом, ФИО1 обратился в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной  жалобой, в которой просит указанное определение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству вместе с соответствующим файлом размещена в информационно-телекоммуникационной сети Интернет на сайте www.kad.arbitr.ru в соответствии положениями части 6 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

От конкурсного управляющего ЗАО «Мастерславль» поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором просит определение суда оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения, который на основании статей 262, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации приобщен судом к материалам дела.

Представитель апеллянта в судебном заседании заявлял ходатайство о назначении экспертизы по делу, в связи с фальсификацией доказательств, ходатайства рассмотрены и оставлены без удовлетворения ввиду отсутствия к тому процессуально-правовых оснований.

Представитель апеллянта доводы апелляционной жалобы поддержал по мотивам, указанным в ней.

Представители  ФИО4, арбитражного управляющего ФИО2 возражали на доводы  апелляционной жалобы, указывая на ее необоснованность. Просили определение суда оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены в апелляционном порядке.

Исследовав доказательства, представленные в материалы дела, оценив их в совокупности и взаимной связи в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом установленных обстоятельств по делу, апелляционный суд считает доводы жалобы необоснованными в силу следующего.

В соответствии со ст. 32 ФЗ от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), ст. 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ с особенностями, установленными федеральным законом, регулирующим вопросы несостоятельности (банкротства). 

Согласно п. 1 ст. 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника. 

В п. 1 ст. 61.10 Закона о банкротстве предусмотрено, что если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий. 

В силу п. 4 ст. 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: 

1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; 

2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника; 

3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 ГК РФ. 

Как следует из материалов дела, ответчик ФИО1 являлся генеральным директором должника за период с 26.10.2018 до даты открытия в отношении должника процедуры конкурсного производства. 

Ответчик ФИО1 возражая, указывает, что узнал о том, что является генеральным директором должника только после получения кассационной жалобы на отказ в принятии обеспечительных мер в рамках настоящего обособленного спора, а именно 01.03.2023, о соответствующей записи в ЕГРЮЛ не знал, осуществлял трудовую деятельность в ЗАО «Мастерславль» в должности управляющего директора по работе с клиентами, с 14.04.2021 трудовой договор расторгнут по инициативе работника, доступа к счетам должника не имел, правом подписи не обладал, руководящих решений не принимал, заработную плату за исполнение обязанностей генерального директора не получал.

В обоснование заявленных доводов ответчик представляет копию трудовой книжки, справок о доходах за 2018-2021 годы. 

Вместе с тем, из разъяснений, изложенных в п. 22 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», следует, что согласно п. 2 ст. 51 ГК РФ данные государственной регистрации юридических лиц включаются в ЕГРЮЛ, открытый для всеобщего ознакомления. 

Презюмируется, что лицо, полагающееся на данные ЕГРЮЛ, не знало и не должно было знать о недостоверности таких данных. 

Сведения, внесённые в ЕГРЮЛ, ФИО1 не оспаривались, заявлений о признании их недостоверными не подано. 

Согласно представленной в материалы дела бухгалтерской отчетности должника, полученной из ФНС России бухгалтерская отчетность за 2018, 2019 сдавалась в ФНС за подписью руководителя ФИО1 

Конкурсным управляющим представлены бухгалтерская отчетность за 2020, отчетность 6-НДФЛ за 2019, отчетность по налогу на имущество организаций за 2019 с отметкой налогового органа о принятии, поданные в электронном виде, подписанные электронной подписью ФИО1 

Согласно представленному вместе с заявлением о признании должника банкротом дополнительному соглашению от 01.05.2020 к трудовому договору, заключенному между должником и работником ФИО6, являющейся заявителем по делу о банкротстве, указанное дополнительное соглашение от имени должника подписано ФИО1 как генеральным директором должника. 

Как следует из документации, подписанной между должником и Департаментом предпринимательства и инновационного развития города Москвы (требования кредитора включены в реестр требований кредиторов), от имени должника в качестве генерального директора при подписании таких документов выступал ФИО1 (например, соглашение № 9/2-58дтех-19 от 21.08.2019 о предоставлении ЗАО «Мастерславль» целевых бюджетных средств в форме гранта с приложениями, дополнительное соглашение к нему № 1 от 04.03.2020 с приложением, дополнительное соглашение к нему № 2 от 17.12.2020). 

В суде первой инстанции ответчиком ФИО1 заявлено о фальсификации следующих доказательств: соглашения № 9/2-58дтех-19 от 21.08.2019, приложений и дополнительных соглашений к нему, дополнительного соглашения от 01.05.2020 к трудовому договору от 06.02.2018 (т. 3, л.д.86), в целях разрешения данного заявления конкурсным управляющим должника заявлено ходатайство о назначении судебной экспертизы. 

Протокольным определением от 21.11.2023 в порядке статей 82, 184, 185 АПК РФ суд первой инстанции обосновано отказал в удовлетворении ходатайства о назначении судебной экспертизы ввиду достаточности в материалах дела доказательств для разрешения настоящего спора. 

Довод апеллянта, что судом первой инстанции нарушены нормы процессуального права при рассмотрении ходатайства о фальсификации (не предложено исключить данное доказательство из доказательственной базы), отклоняется.

Как видно из процессуальных позиций сторон конкурсный управляющий возражал на ходатайство о фальсификации, просил назначить судебную экспертизу, следовательно, нормы процессуального права судом первой инстанции соблюдены.

Что касается заявленных апеллянтом в суде апелляционной инстанции ходатайств о фальсификации и проведении судебной экспертиза, то в их удовлетворении отказано судом апелляционной инстанции протокольным определением 31.01.2024, ввиду отказа иных участников процесса от исключения данного доказательства из доказательной базы, а также,  отсутствия внесения денежных средств на счет апелляционного суда на проведение экспертизы.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 17.08.2023 суд истребовал у АО «ПФ «СКБ Контур» сведения об оформлении сертификата выданного на имя ФИО1, организация ЗАО «Мастерславлль», а именно:

1. Разъяснить порядок выдачи электронных сертификатов, в том числе без личного присутствия Абонента; 

2. Предоставить все копии документов, которые направлялись в электронном виде для получения вышеуказанного сертификата; 

3. Указать адрес электронной почты с которого производилось оформление сертификата; 

4. Указать номер телефона используемый при оформлении сертификата, на который приходили коды и др.

Из ответа АО «ПФ «СКБ Контур» от 30.08.2023 № 73710/АУП следует, что:  29.10.2018 удостоверяющим центром АО «ПФ «СКБ Контур» выдан сертификат с серийным номером ***. 

Документы для получения сертификата, а именно: заявление на выдачу сертификата и доверенность на получение сертификата, предоставлены уполномоченным лицом ФИО7 

В заявлении на выдачу сертификата указана электронная почта *** и номер телефона *** для дальнейшей идентификации и получения доступа в личный кабинет защищенной автоматизированной системы «Кабинет УЦ» (далее – ЛК Кабуц). В ЛК Кабуц подгружены копии паспорта и страхового свидетельства обязательного пенсионного страхования. 

Информация, предоставленная ФИО1 об ИНН, СНИЛС и паспорте подтверждена данными из государственных реестров через систему межведомственного электронного взаимодействия. 

В дальнейшем, владелец указанного номера в личном кабинете сгенерировал ключ ЭП и ключ проверки ЭП, получил сертификат;  01.03.2019 удостоверяющим центром ООО «Сертум-Про» был выдан сертификат с серийным номером ***. 

Документы для получения сертификата, а именно: заявление на выдачу сертификата и доверенность на получение сертификата, были предоставлены уполномоченным лицом ФИО8 

В заявлении на выдачу сертификата указана электронная почта *** и номер телефона *** для дальнейшей идентификации и получения доступа в ЛК Кабуц. В ЛК Кабуц подгружены копии паспорта и страхового свидетельства обязательного пенсионного страхования. 

Информация, предоставленная ФИО1 об ИНН, СНИЛС и паспорте подтверждена данными из государственных реестров через систему межведомственного электронного взаимодействия. 

В дальнейшем, владелец указанного номера в личном кабинете сгенерировал ключ ЭП и ключ проверки ЭП, получил сертификат;  18.12.2019 удостоверяющим центром ООО «ЦИБ-Сервис» выдан сертификат с серийным номером ***. 

Идентификация владельца сертификата осуществлялась с использованием квалифицированной электронной подписи, сертификат ключа проверки которой с серийным номером *** действовал на момент проведения идентификации. 

Генерация ключа ЭП и ключа проверки ЭП и получение сертификата осуществлялись в ЛК Кабуц владельцем номера телефона ***, указанного в заявлении на выдачу сертификата;  03.02.2021 удостоверяющим центром АО «ПФ «СКБ Контур» был выдан сертификат с серийным номером ***. 

Идентификация владельца сертификата осуществлялась с использованием квалифицированной электронной подписи, сертификат ключа проверки которой с серийным номером ***, действовал на момент проведения идентификации. 

Генерация ключа ЭП и ключа проверки ЭП и получение сертификата осуществлялись в ЛК Кабуц владельцем номера телефона ***, указанного в заявлении на выдачу сертификата. АО «ПФ «СКБ Контур» пояснило, что до 01.07.2020 в соответствии с нормами действующего законодательств за сертификатом мог обратиться представитель будущего владельца сертификата юридического или физического лица, наделенный соответствующими полномочиями, после указанной даты в соответствии с ч. 1 ст. 18 Федерального закона «Об электронной подписи» идентификация личности будущего владельца осуществляется только при личном присутствии или с использованием квалифицированной электронной подписи, сертификат ключа проверки которой действует на момент проведения идентификации. 

К ответу приложены заявления на выдачу сертификатов, копии сертификатов, доверенности, выданные от имени ФИО1, а также паспорт и СНИЛС ФИО1 

Учитывая, что после 01.07.2020 в соответствии с ч. 1 ст. 18 Федерального закона «Об электронной подписи» идентификация личности будущего владельца осуществляется только при личном присутствии или с использованием квалифицированной электронной подписи, сертификат ключа проверки которой действует на момент проведения идентификации ФИО1 не мог не знать о выдаче сертификата на подпись документов от имени должника. 

Кроме того, конкурсным управляющим должника представлены ответы ПАО «Сбербанк» на запросы с оформленными за должником копиями карточек и образцами подписей.

Подпись ФИО1 в указанной карточке с образцами подписей и оттиском печати совершена удостоверена сотрудником ПАО «Сбербанк», письменно подтвердившим, что подпись совершена в его присутствии. 

В материалы дела также представлено - заявление о внесении изменений в сведения о юридическом лице, содержащиеся в ЕГРЮЛ по форме Р14001 об установлении за ФИО1 статуса генерального директора, в котором подпись ФИО1 удостоверена нотариусом 

Как правильно установлено судом первой инстанции, исходя из совокупности представленных в материалы дела доказательств, ФИО1 не мог не знать, что является руководителем должника, и фактически приступил к исполнению обязанностей генерального директора должника, следовательно, является контролирующим должника лицом по смыслу ст. 61.10 Закона о банкротстве. 

Согласно пп. 2, 4 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: 

- документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы; 

- документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены. 

Как разъяснено в п. 24 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», в силу п. 3.2 ст. 64, абз. 4 п. 1 ст. 94, абз. 2 п. 2 ст. 126 Закона о банкротстве на руководителе должника лежат обязанности по представлению арбитражному управляющему документации должника для ознакомления или по ее передаче управляющему.

Ответственность, предусмотренная п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве, корреспондирует нормам об ответственности руководителя за организацию бухгалтерского учета в организациях, соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций, организацию хранения учетных документов, регистров бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности (ст. 6, 7, 29 ФЗ «О бухгалтерском учете»), с учетом обязанности руководителя должника в установленных случаях предоставить арбитражному управляющему бухгалтерскую документацию должника (п. 3.2 ст. 64, п. 2 ст. 126 Закона о банкротстве), направлена на обеспечение надлежащего исполнения руководителем общества указанных обязанностей, защиту прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, через реализацию возможности сформировать конкурсную массу должника, в том числе, путем предъявления к третьим лицам исков о взыскании долга, исполнении обязательств, возврате имущества должника из чужого незаконного владения и оспаривания сделок должника. 

Данная ответственность является гражданско-правовой и при ее применении должны учитываться общие положения главы 25 ГК РФ об ответственности за нарушения обязательств в части не противоречащей специальным нормам Закона о банкротстве. 

Помимо объективной стороны правонарушения, связанной с установлением факта неисполнения обязательства по передаче документации, либо отсутствия в ней соответствующей информации, необходимо установить вину субъекта ответственности исходя из того, приняло ли данное лицо все меры для надлежащего исполнения обязательств по ведению и передаче документации, при должной степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота. 

Таким образом, к числу обязанностей бывшего руководителя ООО относится обеспечение сохранности всех документов, касающихся его деятельности, а также передача этих документов вновь избранному руководителю. 

Из указанного следует, что ответственность за организацию и хранение указанных документов несет руководитель организации. 

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также: - невозможность определения основных активов должника и их идентификации; - невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; - невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов. 

Решением Арбитражного суда города Москвы от 26.11.2021 суд обязал руководителя должника в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего передать бухгалтерскую и иную документацию должника, печати и штампы, материальные и иные ценности должника конкурсному управляющему.

Акт приема-передачи представить в суд. 

Определением Арбитражного суда города Москвы от 30.08.2022 суд истребовал у ФИО1 документацию и материальные ценности должника и обязал передать их конкурсному управляющему. 

Требования указанных судебных актов ФИО9 не исполнены, документация, материальные и иные ценности должника не переданы.

Доказательств обратного в материалы дела не представлено. 

Из данных последней представленной бухгалтерской (финансовой) отчётности следует, что у должника по состоянию на 31.12.2020 имелись следующие активы: - нематериальные активы на сумму 373 тыс. руб.; - основные средства на сумму 62 178 тыс. руб.; - отложенные налоговые активы на сумму 201 571 тыс. руб.; - НДС по приобретенным ценностям на сумму 784 тыс. руб.; - дебиторская задолженность на сумму 126 183 тыс. руб.; - прочие оборотные активы на сумму 168 тыс. руб.; - денежные средства на сумму 25 тыс. руб. 

Конкурсный управляющий должника указывает, что в ходе проведенной в отношении должника инвентаризации какое-либо имущество должника обнаружено не было, за период с 31.12.2018 по 31.12.2020 произведено отчуждение основных средств, запасов, иных материальных и нематериальных активов на сумму 179 091 тыс. руб.

В настоящее время конкурсный управляющий не имеет возможности определить нахождение активов должника, за счёт которых может быть сформирована конкурсная масса, в связи с отсутствием первичных бухгалтерских документов должника. 

Отсутствие документов не позволяет определить имущественное положение должника, наличие имущества и имущественных прав должника, дебиторской задолженности, выявить основания для оспаривания сделок, что делает невозможным формирование конкурсной массы, исполнение обязанностей конкурсного управляющего. 

Таким образом, проведение процедуры конкурсного производства (формирование конкурсной массы) существенно затруднено вследствие незаконных действий ответчика ФИО1, в связи с чем суд первой инстанции пришел к законному выводу о наличии правовых оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности за непередачу документации должника. 

Согласно пп. 1 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона. 

В п. 23 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» разъяснено, что согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. 

К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. 

При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). 

Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход. 

Если к ответственности привлекается контролирующее должника лицо, одобрившее сделку прямо (например, действительный участник корпорации) либо косвенно (например, фактический участник корпорации, оказавший влияние на номинального участника в целях одобрения им сделки), для применения названной презумпции заявитель должен доказать, что сделкой причинен существенный вред кредиторам, о чем контролирующее лицо в момент одобрения знало либо должно было знать исходя из сложившихся обстоятельств и с учетом его положения. 

По смыслу подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве для доказывания факта совершения сделки, причинившей существенный вред кредиторам, заявитель вправе ссылаться на основания недействительности, в том числе предусмотренные статьей 61.2 (подозрительные сделки) и статьей 61.3 (сделки с предпочтением) Закона о банкротстве. 

Однако и в этом случае на заявителе лежит обязанность доказывания как значимости данной сделки, так и ее существенной убыточности. 

Сами по себе факты совершения подозрительной сделки либо оказания предпочтения одному из кредиторов указанную совокупность обстоятельств не подтверждают. 

Конкурсный управляющий вменяет ответчику перечисление за период с 23.08.2019 по 28.08.2019 денежных средств в пользу ООО «Сити Палас» на общую сумму 55 749 244,50 руб. 

Согласно ч. 2 ст. 69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица. 

Определением Арбитражного суда города Москвы от 05.09.2022, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 24.07.2023, отказано в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о признании недействительными сделками перечислений должником ООО «Сити Палас» денежных средств в размере 55 749 244,50 руб. и применении последствий недействительности сделок. 

Судами установлено, что все спорные платежи были совершены в рамках выполнения своих обязательств по заключенному между сторонами краткосрочному договору аренды от 06.11.2013, с учетом дополнительных соглашений к нему. 

В связи с этим вменяемая ответчику сделка не причинила вреда имущественным правам кредитором. 

При таких обстоятельствах, конкурсным управляющим должника не доказан весь состав обстоятельств, необходимых для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности за совершение сделок. 

В силу пп. 2 п. 12 ст. 61.11 Закона о банкротстве контролирующее должника лицо несет субсидиарную ответственность по правилам настоящей статьи также в случае, если: должник стал отвечать признакам неплатежеспособности не вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, однако после этого оно совершило действия и (или) бездействие, существенно ухудшившие финансовое положение должника. 

В п. 17 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» разъяснено, что в силу прямого указания подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. 

Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем. 

В обоснование заявленных требований конкурсный управляющий указывает, что согласно данным бухгалтерской отчетности в период с 31.12.2018 по 31.12.2020 в период исполнения ФИО1 обязанностей генерального директора должника произошло отчуждение активов должника на общую сумму 179 091 000 руб. 

При этом какие-либо документы, являющиеся основанием для выбытия указанных активов должника ФИО1 конкурсному управляющему не переданы. 

Вместе с тем, для определения действий, существенно ухудшивших финансовое положение, недостаточно одной только ссылки на наличие убытков либо уменьшение активов по данным бухгалтерского баланса, поскольку в данном случае требуется предоставление доказательств, свидетельствующих о совершении именно ответчиком ФИО1 конкретных действий, не отвечающих критериям разумности и добросовестности, которые повлекли ухудшение финансового положения должника. 

Указанных доказательств со стороны заявителей в материалы дела не предоставлено. 

Сама по себе непередача документации конкурсному управляющему, подтверждающей либо опровергающей уменьшение стоимости активов, не может являться основанием для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности на основании пп. 2 п. 12 ст. 61.11 Закона о банкротстве, является самостоятельным основанием для привлечения к субсидиарной ответственности при доказанности всего состава обстоятельств. 

Суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что конкурсным управляющим не доказано наличие оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по правилам пп. 2 п. 12 ст. 61.11 Закона о банкротстве. 

В соответствии с п. 11 ст. 61.11 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника. 

ФИО1 заявляет о том, что являлся номинальным руководителем должника, в связи с чем просит освободить его от субсидиарной ответственности. 

В соответствии с п. 9 ст. 61.11 Закона о банкротстве арбитражный суд вправе уменьшить размер или полностью освободить от субсидиарной ответственности лицо, привлекаемое к субсидиарной ответственности, если это лицо докажет, что оно при исполнении функций органов управления или учредителя (участника) юридического лица фактически не оказывало определяющего влияния на деятельность юридического лица (осуществляло функции органа управления номинально), и если благодаря предоставленным этим лицом сведениям установлено фактически контролировавшее должника лицо, в том числе отвечающее условиям, указанным в подпунктах 2 и 3 пункта 4 статьи 61.10 настоящего Федерального закона, и (или) обнаружено скрывавшееся последним имущество должника и (или) контролирующего должника лица. 

Вместе с тем, судом первой инстанции правомерно установлен статус ФИО1 как контролирующего должника лица. 

В нарушение ст. 65 АПК РФ ФИО1 не представлены сведения, позволяющие с достаточной степенью достоверности установить фактически контролировавшее должника лицо. 

Таким образом, суд первой инстанции сделал обоснованный вывод, что                 ФИО1 подлежит привлечению к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в сумме 396 262 667,58 руб.

Доводы апелляционной жалобы не опровергают выводов определения суда первой инстанции и не содержат указаний на новые имеющие значение для дела обстоятельства. 

В апелляционной жалобе ФИО1 заявляет о том, что не является контролирующим должника лицом и узнал о том, что являлся директором должника только после получения кассационной жалобы на отказ в принятии обеспечительных мер, а именно 01.03.2023. 

Указанный довод опровергается представленными в материалы дела доказательствами. 

В подтверждение указанного довода ФИО1 не представлено ни одного надлежащего доказательства. 

Согласно представленной выписке из ЕГРЮЛ по состоянию на 16.05.2021 г. (приложение № 3 к заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности), сведений из СПАРК (приложение № 4 к заявлению), сведений о руководителях, предоставленных ФНС России (приложение № 5 к заявлению) руководителем (генеральным директором) должника в период с 26.10.2018 по 16.11.2021 (дата принятия решения о признании должника банкротом) 02.12.2021 (дата внесения в ЕГРЮЛ сведений об утверждении конкурсного управляющего), т.е. на протяжении более 3 лет, являлся ФИО1 (ИНН 

<

***>). 

Указанные сведения в установленном порядке были внесены в ЕГРЮЛ. 

В соответствии с п. 2 ст. 51 ГК РФ данные государственной регистрации включаются в единый государственный реестр юридических лиц, открытый для всеобщего ознакомления. 

Лицо, добросовестно полагающееся на данные единого государственного реестра юридических лиц, вправе исходить из того, что они соответствуют действительным обстоятельствам. 

Юридическое лицо не вправе в отношениях с лицом, полагавшимся на данные единого государственного реестра юридических лиц, ссылаться на данные, не включенные в указанный реестр, а также на недостоверность данных, содержащихся в нем. 

Разъяснения, содержащиеся в пункте 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 25 от 23.06.2015 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» применительно к пункту 2 статьи 51 Гражданского кодекса Российской Федерации устанавливают принцип публичной достоверности государственных реестров. 

В соответствии с п. 4 ст. 7.1 ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» ответственность за достоверность и корректность сведений, внесенных в Единый федеральный реестр сведений о фактах деятельности юридических лиц и размещенных в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», несет лицо, внесшее соответствующие сведения в Единый федеральный реестр сведений о фактах деятельности юридических лиц. ФИО1 сведения, внесенные в ЕГРЮЛ и являющиеся общедоступной информацией, не оспаривал. 

Учитывая изложенное, сведения о том, что ФИО1 являлся руководителем должника находились в свободном доступе и были внесены в установленном законом порядке в ЕГРЮЛ, доказательств оспаривания ФИО1 указанных записей материалы дела не содержат, учитывая осуществление ФИО1 действий от имени Должника как его руководителем, ФИО1 не мог не знать, что является руководителем должника.

Согласно представленной в материалы дела бухгалтерской отчетности Должника, полученной из ФНС России, бухгалтерская отчетность за 2018, 2019, 2020, отчетности 6- НДФЛ за 2019, отчетность по налогу на имущество организаций за 2019 г. сдавалась в ФНС за подписью руководителя ФИО1, документы были поданы в электронном виде, подписаны электронной подписью ФИО1 

Учитывая, что заявление в ФНС России по форме Р14001 о регистрации смены руководителя Должника на ФИО1 содержит подпись ФИО1, удостоверенную нотариально, а также карточка подписей из ПАО Сбербанк содержит подпись ФИО1, удостоверенную сотрудником ПАО Сбербанк, при этом дееспособность ФИО1 и способность понимать значение своих действий им не оспариваются, ФИО1 не мог не осознавать, что подписывая указанное заявление по форме Р14001, осуществляет действия по регистрации себя в качестве руководителя должника, а также подписывая карточку подписей в банке, подтверждает, что является руководителем должника и лицом, который вправе распоряжаться денежными средствами на счетах должника. 

Соглашение № 9/2-58дтех-19 от 21.08.2019 о предоставлении ЗАО «Мастерславль» целевых бюджетных средств в форме гранта с дополнительными соглашениями, содержащее подписи ФИО1 и подписи заместителя руководителя Департамента предпринимательства и инновационного развития города Москвы, являвшегося второй стороной указанного соглашения, а также представленные в материалы дела договоры и соглашения с иными контрагентами должника, в частности с иными кредиторами, требования которых включены в реестр требований кредиторов должника – мировое соглашение с ООО «Сити Палас» по делу № А40-165958/2018 от 03.12.2018, договор на оказание рекламных услуг № Р-19-248 от 22.03.2019 с ОАО «КОМКОР». 

Удостоверенная нотариально переписки в программе-мессенджере Whattsapp, состоявшейся 22 декабря 2021 года между конкурсным управляющим должника и ФИО1 с использованием последним аккаунта, привязанного к номеру мобильного телефона 

<

***> (принадлежность номера телефона 

<

***> ФИО1 подтверждена представителем ФИО1 в ходе судебного заседания, состоявшегося 03.10.2023, а также следует из фотографии пользователя в программе-мессенджере Whattsapp, также при осуществлении перевода в приложении ПАО Сбербанк по номеру телефона 

<

***> указано, что указанный номер привязан к банковской карте клиента банка Алексея Анатольевича Л.), из данной переписки следует, что 23 декабря 2021 года между конкурсным управляющим Должника ФИО2 и ФИО1 состоялась встреча, в ходе встречи ФИО1 не отрицал, что являлся руководителем должника. 

В тот же день ФИО1 направил в указанную переписку опись вывозимого имущества от 11.11.2021 (т.е. за 5 дней до признания Должника банкротом) за подписью ФИО1 от имени ЗАО «Мастерславль», а также форму № 5 «Материальный пропуск» в службу эксплуатации ООО «УК «Сити» от 11.11.2021, в соответствии с которой в период с 11.11.2021 по 12.11.2021 производился вынос/вывоз имущества, перечисленного в форме. 

Принимая во внимание изложенные обстоятельства указание ФИО1 на то, что он не был осведомлен о том, что является руководителем должника, отклоняются.

Как следует из выписки по счетам Должника, с которой осуществлялась выплата заработной платы работникам, размер заработной платы ФИО1 значительно увеличился с октября 2018, т.е. с момента, когда он был назначен на должность руководителя должника: период выплаченная ЗП янв.18 49 609,16 фев.18 - мар.18 70 001,00 апр.18 70 001,00 май.18 85 001,40 июн.18 115 000,80 июл.18 87 000,00 авг.18 43 333,53 сен.18 68 000,00 окт.18 127 577,32 ноя.18 75 716,00 дек.18 103 801,00 янв.19 121 498,15 фев.19 65 000,00 мар.19 66 115,43 апр.19 95 001,00 май.19 111 592,13 июн.19 106 630,89 июл.19 127 868,60 авг.19 112 274,38 сен.19 66 396,70 окт.19 110 000,80 ноя.19 123 715,78.

 Каких-либо доказательств наличия иных оснований для такого внезапного увеличения заработной платы при этом точно совпавшего по времени со вступлением ФИО1 в должность руководителя должника, помимо очевидного основания, связанного с изменением должности, ФИО1 не представляет. 

В силу п. 1 ст. 61.10 Закона о банкротстве под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий. 

При этом в соответствии с пп. 1 п. 4 ст. 61.10. Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии.

Иное ФИО1 доказано не было, указанная презумпция опровергнута не была, с учетом чего вывод суда первой инстанции о том, что ФИО1 являлся контролирующим должника лицом – руководителем должника является законным и обоснованным. 

Обоснованность отказа суда первой инстанции в назначении по делу судебной почерковедческой экспертизы. 

Ответчиком ФИО1 заявлено о фальсификации следующих доказательств: соглашения № 9/2-58дтех-19 от 21.08.2019, приложений и дополнительных соглашений к нему, дополнительного соглашения от 01.05.2020 к трудовому договору от 06.02.2018. 

В целях разрешения данного заявления заявлено ходатайство о назначении судебной почерковедческой экспертизы.

Протокольным определением от 21.11.2023 в порядке статей 82, 184, 185 АПК РФ суд первой инстанции отказал в удовлетворении ходатайства о назначении судебной экспертизы ввиду достаточности в материалах дела доказательств для разрешения настоящего спора. 

В соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 161 АПК РФ суд проверяет обоснованность заявления о фальсификации доказательства, если лицо, предоставившее это доказательство, заявило возражения относительно его исключения из числа доказательств по делу. 

В этом случае арбитражный суд принимает предусмотренные федеральным законом меры для проверки достоверности заявления о фальсификации доказательства, в том числе назначает экспертизу, истребует другие доказательства или принимает иные меры. 

По смыслу пункта 1 статьи 161 АПК РФ назначение экспертизы не является единственно возможным способом проверки соответствующего заявления о фальсификации. 

Положения процессуального закона предоставляют суду право выбора способа проверки заявления о фальсификации доказательства (например, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 19.12.2023 по делу № А40-254567/2021). 

Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности (ч. 2 ст. 71 АПК РФ). 

В силу частей 4, 5 статьи 71 АПК РФ каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами. 

При этом ни одно из доказательств, не имеет для арбитражного суда заранее установленной силы – все они оцениваются судом по существу в их совокупности. 

Обосновывая заявление о фальсификации, заявитель должен указать на иные представленные в дело доказательства, свидетельствующие с определенной долей вероятности о недостоверности представленного в материалы дела материального носителя, либо опровергающие (ставящие под сомнение) содержащуюся в нем информацию. 

Иными словами сама проверка заявления о фальсификации проводится только при достаточном обосновании такого заявления, в частности, сомнение относительно его достоверности, что в рассматриваемом случае отсутствует. 

В связи с чем, учитывая фактические обстоятельства настоящего обособленного спора суд первой инстанции обосновано счел нецелесообразным в целях проверки обоснованности заявления о фальсификации доказательств назначение экспертизы, поскольку совокупностью иных доказательств по делу, подробно указанных в п. 1 настоящего отзыв и не опровергнутых ФИО1, подтверждается, что ФИО1 являлся руководителем должника, фактически приступил к исполнению обязанностей руководителя и исполнял их. В свою очередь, учитывая осведомленность о занятии должности руководителя, ФИО1 не мог не располагать сведениями о необходимости организации бухгалтерского учета и сдачи бухгалтерской отчетности. 

При этом возражая о том, что им не сдавалась бухгалтерская отчетность в отношении должника, ФИО1 не представляет доказательств того, какая в таком случае бухгалтерская отчетность является верной и по какой причине им не исполнялась обязанность по организации бухгалтерского учета и сдаче бухгалтерской отчетности, контролю за деятельностью организации. 

Поскольку наличие документов бухгалтерского учета и (или) отчетности у руководителя должника презюмируется и является обязательным требованием закона, поэтому пункт 3.2 статьи 64 и пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве обязывают именно единоличный исполнительный орган передавать названные документы арбитражному управляющему, а при неисполнении названной обязанности - представлять доказательства причин, объективно препятствовавших передаче документации. 

Судом первой инстанции обоснованно указано на то, что учитывая, что после 01.07.2020 в соответствии с ч. 1 ст. 18 ФЗ «Об электронной подписи» идентификация личности будущего владельца осуществляется только при личном присутствии или с использованием квалифицированной электронной подписи, сертификат ключа проверки которой действует на момент проведения идентификации ФИО1 не мог не знать о выдаче сертификата на подпись документов от имени должника. 

Принимая во внимание изложенные обстоятельства, судом обоснованно было отказано в назначении по делу судебной почерковедческой экспертизы. 3. Доказательств того, что ФИО1 являлся номинальным руководителем, материалы дела не содержат, оснований для освобождения ФИО1 от ответственности не имеется. 

Надлежащих доказательств, опровергающих факт того, что ФИО1 исполнял обязанности руководителя должника, был осведомлен о занятии должности руководителя, ФИО1 в материалы дела не представлено. 

ФИО1 указывает, что все указания ему давались ФИО10, который фактически осуществлял полномочия руководителя должника, однако, материалами дела данное обстоятельство не подтверждается. 

При этом необходимо отметить, что ФИО1 представил только 1 письмо за весь период осуществления им полномочий руководителя должника (с 26.10.2018 по 16.11.2021), которое по его мнению указывает на то, что он не был осведомлен о том, что является руководителем должника и что руководителем  должника являлся ФИО10 

Учитывая изложенное, представленные ФИО1 доказательства нельзя признать достаточными для выводов о том, что ФИО1 являлся номинальным руководителем Должника и тем более о том, что ФИО1 не был осведомлен о том, что исполнял обязанности конкурсного управляющего Должника. 

Также необходимо отметить, что представленные ФИО1 фотографии переписки нельзя признать надлежащим доказательством, поскольку указанные документы не удостоверены нотариально, возможность проверки достоверности указанных доказательств иным способом отсутствует, учитывая, что документ не имеет подписей иных лиц, которые бы удостоверяли содержащиеся в нем сведения. 

Вместе с тем в силу специального регулирования (пункт 9 статьи 61.11 Закона о банкротстве) размер субсидиарной ответственности номинального руководителя может быть уменьшен, если благодаря раскрытой им информации, недоступной независимым участникам оборота, были установлены фактический руководитель и (или) имущество должника либо фактического руководителя, скрывавшееся ими, за счет которого могут быть удовлетворены требования кредиторов. 

Рассматривая вопрос об уменьшении размера субсидиарной ответственности номинального руководителя, суд учитывает, насколько его действия по раскрытию информации способствовали восстановлению нарушенных прав кредиторов и компенсации их имущественных потерь (пункт 1 статьи 1064 ГК РФ). 

В случае уменьшения размера субсидиарной ответственности номинального руководителя фактический руководитель несет субсидиарную ответственность в полном объеме. 

В той части, в которой ответственность номинального руководителя не была уменьшена, он отвечает солидарно с фактическим руководителем (пункт 1 статьи 1064, абзац первый статьи 1080 ГК РФ). 

На основании изложенного ФИО1, как бывший руководитель должника, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, в порядке п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве. 

В силу п. 11 ст. 61.11 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника. 

Общий размер задолженности перед кредиторами составляет 396 262 667,58 рублей, включая: требования кредиторов, включенные в реестр, в размере 177 112 890,88 рубля, требования, подлежащие погашению за счет имущества, оставшегося после погашения требования включенных в реестр, в размере 216 677 343,44 руб., текущие требования в размере 2 472 433,26 рублей. 

Таким образом, ФИО1 обоснованно привлечен судом первой инстанции к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по указанному основанию на сумму в размере 396 262 667,58 рублей. 

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции приходит к выводу о вынесении судом первой инстанции определения с учетом правильно установленных обстоятельств, имеющих значение для дела, полно, всесторонне и объективно исследованных доказательств, при правильном применении норм материального и процессуального права.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 266 - 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда г. Москвы от 27.11.2023 по делу № А40-103840/21 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа. 

Председательствующий судья:Ж.В. Поташова

Судьи:Н.В. Юркова

Ю.Н. Федорова