﻿

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-3948/19 

Екатеринбург

19 апреля 2021 г.

Дело № А60-21129/2018

Резолютивная часть постановления объявлена 12 апреля 2021 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 19 апреля 2021 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Соловцова С.Н.,

судей Тихоновского Ф.И.,  Кудиновой Ю.В., 

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу Бродовиковой Натальи Алексеевны на определение Арбитражного суда Свердловской области от 20.10.2020 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.01.2021 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании приняли участие:

представитель Бродовиковой Н.А. – Фролов Ю.Б. (доверенность от 28.08.2020);

представитель конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Камышловский завод «Урализолятор» – Шолохов Е.Е. (доверенность от 10.03.2021). 

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 01.10.2018 прекращена процедура наблюдения, общество с ограниченной ответственностью «Камышловский завод «Урализолятор» (далее – общество «КЗ «Урализолятор», должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден Хохлов В.Н. (далее – конкурсный управляющий Хохлов В.Н. , управляющий). 

В арбитражный суд 24.09.2019 поступило заявление конкурсного управляющего о признании недействительными договоров оказания услуг от 01.04.2015 и от 09.01.2019 и применении последствий недействительности сделок в виде взыскания неосновательно полученных Бродовиковой Н.А. денежных средств в сумме 6 263 600 руб.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 20.10.2020 признан недействительным договор оказания услуг от 01.04.2015 № 66/39х-15, заключенный между должником и Бродовиковой Н.А., в части платежей по нему в период с 13.05.2016 по 24.12.2018 на сумму 2 720 000 руб., и применены последствия недействительности сделки путем взыскания с Бродовиковой Н.А. в пользу должника 2 720 000 руб. В удовлетворении заявления конкурсного управляющего о признании недействительным договора оказания услуг от 09.01.2019 отказано.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.01.2021 определение Арбитражного суда Свердловской области от 20.10.2020 оставлено без изменения. 

Не согласившись с принятыми судебными актами, Бродовикова Наталья Алексеевна (далее – Бродовикова Н.А.) обратилась в Арбитражный суд Уральского округа с кассационной жалобой, в которой просила суд округа отменить определение суда первой инстанции от 20.10.2020 и постановление суда апелляционной инстанции от 27.01.2021 и принять по делу новый судебный акт. В кассационной жалобе заявитель указал, что судом апелляционной инстанции не применен закон, подлежащий применению, а также не опровергнуты доводы о незаконности применения судом первой инстанции положений статьей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации. Как полагает податель жалобы, управляющим не доказан умысел Бродовиковой Н.А. на причинение вреда имущественным интересам должника, что в свою очередь, исключает противоправность ее действий. Заявитель жалобы выразил несогласие с выводом судов о притворности сделки как основанном на неверном толковании норм гражданского законодательства. В подтверждение своих доводов Бродовикова Н.А. ссылается на наличие встречного предоставления по сделки. Заявитель жалобы обращает внимание на то, что судом апелляционной инстанции оставлены без внимания доводы Бродовиковой Н.А. об оказании клиринговых услуг по цене ниже рыночной стоимости аналогичных услуг в г. Камышлов. 

Рассмотрев доводы кассационной жалобы, изучив материалы дела, проверив законность обжалуемых судебных актов с учетом положений статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд кассационной инстанции оснований для их отмены не усмотрел.

Как установлено судами и следует из материалов дела, между обществом «КЗ «Урализолятор» (заказчик) и ИП Бродовиковой Н.А. (исполнитель) 01.04.2015 заключен договор оказания услуг № 66/39х-15 (далее - договор от 01.04.2015), по которому заказчик поручает, а исполнитель принимает на себя обязательства по выполнению работ по уборке производственных помещений и территории завода, указанных в приложении № 1, являющимся неотъемлемой частью названного договора (пункт 1.1 договора от 01.04.2015).

Срок действия договора установлен сторонами с момента подписания договора до 31.12.2015 (пункт 6.1 договора от 01.04.2015). В последующем срок действия договора был продлен до 31.12.2018.

С учетом положений пункта 1.2 договора от 01.04.2015 и дополнительных соглашений от 01.04.2016, от 01.04.2017, от 27.12.2017, от 01.05.2018  в пользу ИП Бродовиковой Н.А. за весь период действия договора должником было уплачено 8 963 600 руб.

Далее между должником (заказчик) и ИП Бродовиковой Н.А. (исполнитель) 09.01.2019 подписан договор оказания услуг № 66/1х-19 (далее – договор от 09.01.2019). 

Стоимость предоставляемых услуг по уборке производственных помещений и территории заказчика согласно приложению № 1 к договору определена в размере 302 000 руб. в месяц, НДС не предусмотрен (пункт 3.2 договора от 09.01.2019). 

Между должником и ИП Бродовиковой Н.А. 09.01.2019 подписано дополнительное соглашение, согласно которому стоимость услуг определена в размере 172 000 руб. Платежи по указанному договору не осуществлялись.

Полагая, что договоры от 01.04.2015 и от 09.01.2019, а также все платежи по ним являются недействительными сделками на основании статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, конкурсный управляющий Хохлов В.Н. обратился в арбитражный суд с заявлением об оспаривании указанных договоров и платежей и применении последствий недействительности сделок в виде взыскания с ответчика в пользу должника 6 263 600 руб.

Суд первой инстанции, признавая недействительным договор оказания услуг от 01.04.2015 № 66/34х-15, заключенный между должником и ИП Бродовиковой Н.А., в части платежей за период с 13.05.2016 по 24.12.2018 на сумму 2 720 000 руб., руководствовался положениями статей 61.9, 129 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закона о банкротстве), статьей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также разъяснениями пунктов 7, 87 Постановления Пленума  Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», и исходил из того, что действия Бродовиковой Н.А. и контролирующих лиц должника за период с 13.05.2016 по 24.12.2018 по перечислению денежных средств по договору от 01.04.2015 № 66/34х-15 в сумме 2 720 000 руб. прикрывают иную сделку – договор дарения. 

Суд апелляционной инстанции, пересматривая настоящий обособленный спор в порядке апелляционного спора, с выводами суда первой инстанции согласился и оставил обжалуемый судебный акт без изменения. 

Согласно пункту 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Это означает, что правопорядок признает совершенной лишь прикрываемую сделку – ту сделку, которая действительно имелась в виду. Именно она подлежит оценке в соответствии с применимыми к ней правилами (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 19.06.2020 № 301-ЭС17-19678).

Как разъяснено в абзаце третьем пункта 86, абзаце первом пункта 87, абзаце первом пункта 88 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», притворная сделка может прикрывать сделку с иным субъектным составом; для прикрытия сделки может быть совершено несколько сделок; само по себе осуществление государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество к промежуточным покупателям не препятствует квалификации данных сделок как ничтожных на основании пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Интерес истца в квалификации внешне совершенных сделок как притворных и в обнаружении действительно заключенной сделки может состоять не только в том, чтобы оспорить прикрываемую сделку, но и в том, чтобы исключить для себя те правовые последствия, которые формально порождают сделки прикрывающие.

Бродовикова Н.А. настаивала на том, что в рамках договора оказания услуг от 01.04.2015 № 66/39х-15 в период с 01.04.2015 по 31.12.2018 услуги по уборке производственных помещений фактически оказаны, стоимость данных услуг составила 6 243 600 руб., что подтверждается копиями трудовых договоров сотрудников, платежными поручениями об уплате страховых взносов, товарными чеками о приобретении моющих средств и инвентаря. 

Рассматривая заявленные требования, суды обеих инстанций фактически согласились с возражениями ответчика о необходимости определения действительной стоимости услуг. При этом  исходили из того, что платежи, совершенные в период 13.05.2016 по 24.12.2018 на сумму 2 720 000 руб. (стоимость неподтвержденных услуг), по своей сути совершены в пользу контролирующих лиц должника. Денежные средства, передаваемые в качестве оплаты оказанных ИП Бродовиковой Н.А. услуг по договору оказания услуг от 01.04.2015 № 66/34х-15, имели транзитный характер и впоследствии передавались руководящим работникам общества. Внешне безупречные доказательства исполнения сторонами условий названного договора по существу представляли собой договор дарения, совершенный с единственной целью – последующего вывода ликвидного имущества общества «КЗ «Урализолятор» и его распределения между контролирующими лицами должника, уменьшения в интересах кредиторов и должника. 

В подтверждение вышеуказанных выводов судами первой и апелляционной инстанций установлено, что стоимость услуг по уборке производственных помещений регулярно изменялась в сторону увеличения относительно даты принятия заявления о признании должника несостоятельным (банкротом); кроме того, материалами дела подтверждено, что Бродовикова Н.А. состояла в трудовых отношениях с обществом «КЗ «Урализолятор» в должности старшего бухгалтера. Во избежание негативных последствий в виде неполучения оплаты по договору оказания услуг и привлечения к дисциплинарной ответственности, Бродовикова Н.А. по предварительной договоренности ежемесячно из полученных ею денежных средств обналичивала и передавала часть денежных средств контролирующим лицами должника, которые использовали полученные денежные средства для собственных нужд. 

Указанные обстоятельства подтверждены материалами доследственной проверки в МО МВД России «Камышловский», а также пояснениями Бродовиковой Н.А., данными как в рамках доследственной проверки, так и в рамках настоящего судебного разбирательства. 

Учитывая изложенное, суды обеих инстанций обоснованно заключили, что действительная воля сторон оспариваемой сделки была направлена на вывод ликвидного имущества должника в преддверии банкротства посредством перечисления ИП Бродовиковой Н.А. денежных средств в рамках договораот 01.04.2015 № 66/34х-15 с последующим их обналичиванием ответчиком и присвоением руководящими лицами должника, которые, в действительности, прикрывали договор дарения денежных средств в сумме 2 720 000 руб., с учетом чего правомерно признали совершенные платежи в период с 13.05.2016 по 24.12.2018 на сумму 2 720 000 руб. ничтожной по признаку мнимости и правильно примененили последствия его недействительности путем взыскания с Бродовиковой Н.А. в пользу общества «КЗ «Урализолятор» 2 720 000 руб.  

Доводы заявителя, изложенные в кассационных жалобах, судом округа отклоняются, поскольку являлись предметом рассмотрения судов первой и апелляционной инстанций, выводов суда не опровергают, о нарушении норм права не свидетельствуют и сводятся лишь к переоценке установленных по делу обстоятельств. При этом заявители фактически ссылаются не на незаконность обжалуемого судебного акта, а выражают несогласие с произведенной судом оценкой доказательств, и просят еще раз пересмотреть данное дело по существу и переоценить имеющиеся в деле доказательства.

Иная оценка заявителями жалоб фактических обстоятельств дела, а также иное толкование ими положений закона не свидетельствуют о существенных нарушениях судом норм материального и (или) процессуального права, повлиявших на исход дела, и не может служить основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

Суд кассационной инстанции полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судом установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда кассационной инстанции не имеется (статья 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 20.10.2020 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.01.2021 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу Бродовиковой Натальи Алексеевны – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий					           С.Н. Соловцов 

Судьи					           Ф.И. Тихоновский 

                                                                                             Ю.В. Кудинова