Именем Российской Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А40-231100/20-7-1668

г. Москва

21 февраля 2024г.

Резолютивная часть решения объявлена                06 февраля 2024г.

Мотивированное решение изготовлено                            21 февраля 2024г.

Арбитражный суд города Москвы в составе:

Судьи Огородниковой М.С.

при ведении протокола судебного заседания помощником ФИО1

рассмотрев в судебном заседании дело

по иску ИП АХМАДЕЕВА ГУЛЬНАЗ САМАТОВНА (ОГРНИП: 

<

***>, ИНН: 

<

***>)

к ответчику: ПУБЛИЧНОЕ АКЦИОНЕРНОЕ ОБЩЕСТВО МОСКОВСКИЙ ОБЛАСТНОЙ БАНК (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>)

третье лицо: 1) ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "НИКТРАНС" (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>), 2) ПУБЛИЧНОЕ АКЦИОНЕРНОЕ ОБЩЕСТВО "ПРОМСВЯЗЬБАНК" (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>)

о взыскании денежных средств в размере 15 712 957 руб. 32 коп. (с учетом уточнений, принятых в порядке ст. 49 АПК РФ)   

при участии:

от истца – ФИО2

от ответчика – ФИО3 по доверенности от 19.02.2021 г.

от третьего лица 1 – не явился, извещен.

от третьего лица 2 – ФИО4 по доверенности от 16.01.2024 

 

УСТАНОВИЛ:

ИП ФИО2 обратилась с учетом уточнения предмета требований к ПАО Московский областной банк с участием 3-их лиц ООО «Никтранс» и ПАО «Промсвязьбанк» о взыскании 15 712 957 руб. 32 коп. неосновательного обогащения.

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 25.10.2021г. взыскана с ПАО Московский областной банк в пользу ИП ФИО2 сумма неосновательного обогащения в размере 10 000 000 руб.

В удовлетворении остальной части требований отказано.

Взыскано с ПАО Московский областной банк в Доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 73 000 руб. 

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 05.03.2022г. решение Арбитражного суда г. Москвы от 25.10.2021г. оставлено без изменения. 

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 12.07.2022г. решение Арбитражного суда г. Москвы от 25.10.2021г. и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 05.03.2022г. по делу № А40-231100/20 отменены, дело направлено  на новое рассмотрение в суд первой инстанции. 

В  процессе  рассмотрения дела проведена судебная экспертиза.

ООО «Никтранс» в заседание суда не явилось, извещено надлежащим образом о времени и месте проведения судебного заседания.

Исковое заявление рассмотрено в отсутствие представителя ООО «Никтранс» в порядке ст. 156 АПК РФ по имеющимся в деле материалам.

Истец поддержал исковые требования, просил их удовлетворить.

Ответчик возражал против удовлетворения исковых требований по доводам, изложенным в отзывах.

ПАО «Промсвязьбанк» поддержало позицию ответчика по спору.

Как следует из материалов дела, 28.08.2018г. между ответчиком и  третьим лицом был заключен договор цессии № 7217, по условиям которого ответчик передает, а третье лицо принимает на себя право требования к ООО ТПК «ИНВЕСТСЕРВИС» в общей сумме 27 240 634 руб. 45 коп. 

При этом, третье лицо обязано уплатить ответчику денежные средства в размере 27 240 634 руб. 45 коп. 

Истец ссылается на то, что третье лицо осуществило частичное перечисление денежных средств на счета ответчика в общей сумме 15 900 000 руб. 00 коп.

В последующем договор цессии № 7217 цедентом был расторгнут, акт приема-передачи между сторонами не подписан, переход права требования считается несостоявшимся, однако вопрос о возврате ответчиком ранее полученных сумм не урегулирован, денежные средства не возвращены.

15.10.2020г. между ООО «Никтранс» и истцом заключен договор уступки права требования, согласно которому истец приобрела право требования к ПАО «Московский областной банк» ранее уплаченных ООО «Никтранс» денежных средств по договору № 7217.

Истец полагает, что поскольку отсутствуют документы, подтверждающие наличие возврат ответчиком денежных средств, а также доказательства, свидетельствующие об отсутствии задолженности, то в данном случае имеет место неосновательное обогащение в размере 15 712 957 руб. 32 коп. 

По результатам исследования совокупности доказательств и обстоятельств по заявленным исковым требованиям, суд пришел к выводу об отказе истцу в иске исходя при этом из следующего.  

Статьей 1102 ГК РФ предусмотрено, что  лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение).

Из содержания данной статьи следует, что для возникновения обязательства вследствие неосновательного обогащения необходимо наличие одновременно двух обстоятельств: факт неосновательного получения (сбережения) ответчиком имущества или денежных средств, а также то, что неосновательное обогащение ответчика имело место за счет истца. 

При этом наличие указанных обстоятельств в совокупности должно доказать лицо, обратившееся в суд с соответствующими исковыми требованиями.

Для возникновения обязательства из неосновательного обогащения необходимо наличие трех условий: имело место приобретение или сбережение имущества; приобретение или сбережение произведено за счет другого лица (потерпевшего); приобретение или сбережение имущества произошло в отсутствие сделки или иных оснований.

Решающее значение для квалификации обязательства по ст. 1102 ГК РФ имеет не характер поведения приобретателя (правомерное или противоправное), а отсутствие установленных законом или сделкой оснований для приобретения или сбережения имущества.

Согласно п. 4.2. договора цессии, в случае неисполнения ООО «НикТранс» обязательства, предусмотренного п. 2.2.1. договора, выразившегося в неоплате любого из последующих платежей согласно графику, содержащемуся в приложении №2 к настоящему договору, после внесения первого платежа в размере 10 000 000 руб. 00 коп., банк вправе предъявить ООО «НикТранс» требование об уплате неустойки (пени), а ООО «НикТранс» обязуется уплатить неустойку (пеню) в размере 10 000 000 руб. 00 коп. 

При ненадлежащем исполнении ООО «НикТранс» обязательства, предусмотренного п. 2.2.1. настоящего договора, выразившегося в оплате цены цессии с нарушением установленных графиком сроков, банк вправе предъявить ООО «НикТранс» требование об уплате неустойки (пени), а ООО «НикТранс» обязуется уплатить неустойку (пеню) в размере, указанном в требовании об уплате неустойки (пени).

Неустойка (пеня) начисляется на сумму просроченного обязательства, предусмотренного п. 2.2.1 настоящего договора, за каждый календарный день просрочки его исполнения, начиная со дня, следующего за установленным настоящим договором днем его исполнения.

Размер неустойки (пени) определяется из расчета двойной ключевой ставки Банка России, действующей на установленную в договоре уступки прав (требований) дату исполнения неисполненного или ненадлежащего исполненного обязательства, предусмотренного . 2.2.1 настоящего договора, деленной на фактическое количество дней в текущем году.

Суммы неустоек (пеней и/или штрафов) ПАО МОСОБЛБАНК вправе удержать при окончательных расчетах по договору, в том числе в случае прекращения договора по основанию, предусмотренному п. 1.8 договора (п.4.6. договора).

В соответствии с п. 1.8. договора цессии, в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения ООО «НикТранс» своего обязательства, предусмотренного п. 1.5 договора, ПАО МОСОБЛБАНК вправе в одностороннем порядке отказаться от исполнения договора путем направления ООО «НикТранс» соответствующего уведомления одним из способов, предусмотренных пунктом 5.3 договора договор в указанном в настоящем пункте случае прекращается с даты, указанной в уведомлении, и действуют условия договора об открытии кредитной линии и договоров, заключенных в обеспечение исполнения должником своих обязательств по договору об открытии кредитной линии.

Правомерность и обоснованность одностороннего отказа банком от исполнения договора цессии подтверждается обстоятельствами и материалами дела, и подтверждается, в том числе тем, что между ИП ФИО2 и ООО «НикТранс» был заключен договор цессии уступки права требования от 15.10.2020г., на котором как раз основаны требования истца к ответчику на сумму 15 712 957 руб. 32 коп., ранее уплаченных ООО «НикТранс» по договору цессии, которую якобы банк не возвратил после отказа в одностороннем порядке от исполнения договора цессии.

Однако, после расторжения договора цессии в связи с отказом банка в одностороннем порядке от его исполнения, ООО «НикТранс» осознавая, что в этом случае он потеряет и денежные средства в сумме 10 000 000 руб., которые в соответствии с условиями договора цессии (п.4.2., п.4.6.) правомерно удержаны Банком в качестве неустойки и права требования к должнику ООО ТПК «ИНВЕСТСЕРВИС», обращается к Банку и на основании достигнутого между сторонами соглашения, между Банком и ООО «НикТранс» 26.12.2019г. были заключены новые договоры цессии (уступки прав (требований)) №7218 и №7219, в соответствии с которыми банк передает (уступает), а ООО «НикТранс» принимает права (требования) к ООО ТПК «ИНВЕСТСЕРВИС» (должник) по договору об открытии кредитной линии с лимитом выдачи №7217 от 21.04.2017г., заключённому между банком и должником, а также права (требования) по договорам (соглашениям), заключенным в обеспечение исполнения обязательств должника перед банком по договору об открытии кредитной линии с лимитом выдачи №7217 от 21.04.2017г.

При этом, в соответствии с договором цессии №7218 от 26.12.2019 года (п.1.5.), за уступленные права ООО «НикТранс» обязуется оплатить банку денежные средства в сумме 11 527 677 руб. 13 коп., а по договору цессии №7219 от 26.12.2019г. (п.п.1.5., 1.6.), ООО «НикТранс» обязуется оплатить Банку денежные средства в сумме 15 712 957 руб. 32 коп. в следующем порядке:

- денежные средства, в размере 10 000 000 руб. 00 коп., подлежащие возврату Банком в пользу ООО «НикТранс» на основании соглашения № 1 от 05.12.2019г. к договору цессии (уступки прав (требований)) № 7217 от 28.08.2018г., подлежат зачету банком в счет оплаты ООО «НикТранс» уступаемых по настоящему договору прав;

- денежные средства, в размере 5 712 957 руб. 32 коп., подлежащие возврату банком в пользу ООО «НикТранс» на основании уведомления от 11.06.2019г. № 2309 об отказе от исполнения договора цессии № 7217 от 28.08.2018г., подлежат зачету банком в счет оплаты цессионарием уступаемых по настоящему договору прав.

Стороны подтвердили, что ознакомлены с условиями и порядком проведения такого зачета и против него не возражают.

В действиях ООО «НикТранс» усматривается закономерная экономическая целесообразность на подписание генеральным директором ФИО5 новых договоров цессии №7218, №7219, что в итоге и было сделано.

При этом, заключению указанных договора цессии №7218, договора цессии №7219 предшествовало заключение между сторонами 05.12.2019г. соглашения №1 к договору цессии (уступки прав (требований)) №7217 от 28.08.2018г., на которое и делается ссылка в договоре цессии №7219, в соответствии с которым сумма неустойки (пени) в размере 10 000 000 руб. 00 коп., удержанная Банком с ООО «НикТранс» 11.06.2019г. в соответствии с п. 4.2. договора уступки прав (требований) №7217, подлежит возврату банком ООО «НикТранс» в течение 5 рабочих дней с даты подписания настоящего соглашения путем перечисления денежных средств в безналичном порядке на счет ООО «НикТранс», указанный в разделе «Реквизиты и подписи Сторон» настоящего соглашения. Стороны дополнительно обговорили, что возврат указанной в настоящем пункте суммы денежных средств может быть произведен и иным не запрещенным законодательством Российской Федерации способом, в том числе путем зачета взаимных требований.

Учитывая наличие между сторонами встречных взаимных требований, а именно банка перед ООО «НикТранс» на сумму 10 000 000 руб. на основании соглашения и ООО «НикТранс» перед Банком на сумму 10 000 000 руб. на основании договора цессии №7219, стороны пришли к соглашению, что указанная сумма (10 000 000 руб.) подлежит зачету банку в счет оплаты ООО «НикТранс» уступаемых банком прав по договору цессии №7219.

Таким образом, Банк возвратил ООО «НикТранс» ранее правомерно удержанную им сумму в размере 15 712 957 руб. 32 коп., путем ее зачета в счет погашения обязательств ООО «НикТранс» перед Банком по договору цессии (уступки прав (требований)) № 7219, а соответственно, признаки неосновательного обогащения в действиях Банка отсутствуют и оснований для удовлетворения исковых требований ИП ФИО2 не имеется.

При этом, соглашение и договоры цессии №7218, №7219 от 26.12.2019г. необходимо рассматривать не как отдельные сделки, а как взаимосвязанные между собой, исходя из их системной связи.

Согласно Постановлению Пленума Верховного Суда РФ от 26.06.2018 N 27, основными критериями взаимосвязанности сделок является преследование единой хозяйственной цели при их заключении и непродолжительный период между совершением нескольких сделок.

Согласно соглашению, сумма неустойки в размере 10 000 000 руб., ранее правомерно удержанная Банком в соответствии с условиями договора цессии №7217, подлежит возврату Банком ООО «НикТранс».

При этом в соглашении специально оговаривается, что возврат данной суммы может быть произведён любым не запрещённым законодательством способом, в том числе путём зачёта взаимных требований.

В п. 1.6. договора цессии №7219 от 26.12.2019г. прямо указано, что оплата цены договора производится в следующем порядке: денежные средства в размере 10 000 000 руб. 00 коп., подлежащие возврату Банком в пользу ООО «НикТранс» на основании соглашения № 1 от 05.12.2019г. к договору цессии (уступки прав (требований)) № 7217 от 28.08.2018г., подлежат зачету Банком в счет оплаты ООО «НикТранс» уступаемых по настоящему Договору прав.

Таким образом, соглашение и договоры цессии №7218 и №7219 фактически преследуют единую хозяйственную цель (невзыскание с ООО «НикТранс» ранее удержанных пеней с целью их последующего зачета в счет оплаты по вновь заключенным договорам цессии), и все сделки заключены в короткий промежуток времени, в течение декабря 2019 года.

Поскольку генеральный директор ООО «НикТранс» ФИО5 на основании своих нотариально удостоверенных письменных пояснений от 15.04.2021г. подтвердил факт заключения соглашения, то следует вывод о том, что договоры цессии №7218 и №7219 также были им подписаны и заключены.

Если учесть условия платежа по договору цессии №7219, то следует вывод о том, что соглашение заключалось с целью принять в оплату указанного договора суммы возвращенной пени. Именно поэтому стороны при заключении соглашения предусмотрели в нем условие о возврате пеней путем проведения зачета взаимных требований (п.2 соглашения). Данное условие является нетипичным для договоров, не предполагающих зачет и свидетельствует о том, что соглашение о возврате пеней изначально было обусловлено наличием иного договора, в котором содержалось встречное обязательство ООО «НикТранс» по отношению к ответчику. Таким договором и был договор цессии №7219, согласно п. 1.6. которого обязательство ответчика по соглашению о возврате пеней и обязательство ООО «НикТранс» по уплате части стоимости уступаемых прав (требований) прекратились зачетом.

Сам факт заключения соглашения о возврате пеней, которое истец и ООО «НикТранс» считают действительным и заключенным, свидетельствует о действительности и заключённости договоров цессии №7218, 7219.

В отсутствие договоров цессии №7218, 7219 соглашение о возврате пеней не имеет никакого экономического смысла и означает, что на основании этого соглашения ответчик принял на себя обязательство по уплате денежных средств в размере 10 000 000 руб. в отсутствие какой-либо хозяйственной цели и встречного представления со стороны ООО «НикТранс».

В соответствии с п. 75 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» сделка, при совершении которой был нарушен явно выраженный запрет, установленный законом, является ничтожной как посягающая на публичные интересы.

Ничтожность соглашения приводит к отсутствию обязательства по возврату пени и не позволяет взыскать с Банка сумму удержанной пени в размере 10 000 000 руб.

Соглашение, которое, исходя из обстоятельств дела, как раз недействительно в силу его ничтожности, поскольку является сделкой дарения между коммерческим организациями, что прямо запрещено законом, не может служить основанием для взыскания с банка суммы неосновательного обогащения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации (п. 1 ст. Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Из этого следует, что ООО «НикТранс», будучи добросовестной и разумной стороной, не мог заключить ничтожный договор дарения, осознавая, что требование, основанное на ничтожной сделке в любом случае не может быть удовлетворено (п. 1 ст. 167 ГК РФ).

Указанные обстоятельства в совокупности свидетельствуют о том, что договоры цессии №7218, №7219 были надлежащим образом заключены и являются действительными, в связи с чем требования истца не подлежат удовлетворению.

Согласно ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих  требований и возражений.

В соответствии со ст. 71 АПК РФ  доказательство признается арбитражным  судом достоверным, если в результате его проверки и исследовании выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности.

Арбитражным процессуальным законодательством установлены критерии оценки доказательств в качестве подтверждающих фактов наличия тех или иных обстоятельств. Доказательства, на основании которых лицо, участвующее в деле, обосновывает свои требования и возражения должны быть допустимыми, относимыми и достаточными.

Признак допустимости доказательств предусмотрен положениями ст. 68 АПК РФ. В связи с изложенным, суд считает утверждения истца о том, что 15 712 957 руб. 32 коп. являются неосновательным обогащением, голословными и документально не доказанными. Так, в данном случае отсутствует неосновательное обогащение со стороны ответчиков.

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд также принимает во внимание что в ходе судебного разбирательства, с целью установления подлинности подписи, проведена судебная экспертиза (заключение эксперта №4185/06-3-23 от 22.09.2023г.), которая установила, что в нижней правой части 6 листа договора цессии (уступки прав (требований)) №7218 от 26.12.2019г., заключенного между ПАО Московский областной банк, в лице председателя правления ФИО6, и ООО «Никтранс», в лице генерального директора ФИО5, в разделе «цессионарий», слева от слов «/ФИО5/»;

- в акте приема-передачи (приложение №1 к договору цессии (уступки прав (требований)) №7218 от 26.12.2019г.), в разделе «Генеральный директор», слева от слов «/ФИО5/»;

- в графике уплаты цены цессии (приложение №2 к договору цессии (уступки прав (требований)) №7218 от 26.12.2019г.), в разделе «Генеральный директор», слева от слов «/ФИО5/»;

- на сшивке договора цессии (уступки прав (требований)) №7218 от 26.12.2019г. и приложений №1 и №2 к нему, справа от слов «ФИО7.»;

- в нижней правой части 5 листа договора цессии (уступки прав (требований)) №7218 от 26.12.2019г., заключенного между ПАО Московский областной банк, в лице председателя правления ФИО6, и ООО «Никтранс», в лице генерального директора ФИО5, в разделе «цессионарий», слева от слов «/ФИО5/»;

- в акте приема-передачи (приложение №1 к договору цессии (уступки прав (требований)) №7218 от 26.12.2019г.), в разделе «Генеральный директор», слева от слов «/ФИО5/»;

-на сшивке договора цессии (уступки прав (требований)) №7218 от 26.12.2019г. и приложения №1 к нему, справа от слов «ФИО5»,

Выполнены самим ФИО5.

Экспертиза проведена с соблюдением установленного процессуального порядка, лицом, обладающим специальными познаниями для разрешения поставленных перед ним вопросов и имеющим длительный стаж экспертной работы, экспертному исследованию был подвергнут необходимый и достаточный материал. Основания полагать иное, суду не представлено.

Поскольку документально подтвержден и исходя из обстоятельств дела доказан факт того, что ООО «НикТранс» в лице генерального директора ФИО5 подписывал договоры цессии (уступки прав (требований)) №7218, №7219 от 26.12.2019 и знал о их заключенности, а также был осведомлен, в соответствии с их условиями, о том, что Банком произведен возврат спорной суммы путем ее зачета в счет погашения обязательств ООО «НикТранс» перед Банком по договору цессии (уступки прав (требований)) №7219 от 26.12.2019, у ООО «НикТранс» не имелось правовых оснований для передачи ИП ФИО2 прав требования с банка спорной суммы и заключения договора цессии от 15.10.2020.

Заключенный 15.10.2020г. между ООО «НикТранс» и ИП ФИО2 договор цессии не породил для истца каких-либо соответствующих правовых последствий, в том числе и в виде взыскания спорной суммы неосновательного обогащения, а следовательно, оснований для обращения в суд с иском не имелось, заявленные требования удовлетворению не подлежат.

Таким образом, исходя из совокупности имеющихся в материалах дела доказательств и установленных обстоятельств, подтвержден факт того, что в связи с отказам банка в одностороннем порядке от исполнения договора цессии (уступки прав (требований) №7217 от 28.08.2018г. по причине неисполнения ООО «НикТранс» своих обязательств по оплате, Банк возвратил ООО «НикТранс» фактически оплаченную им по указанному договору цессии (уступки прав (требований) №7217 от 28.08.2018г. спорную сумму в размере 15 712 957 руб. 32 коп. путем ее зачета в счет исполнения обязательств ООО «НикТранс» перед Банком по договору цессии (уступки прав (требований)) №7219 от 26.12.2019, а соответственно, признаки неосновательного обогащения в действиях банка отсутствуют и оснований для удовлетворения исковых требований ИП ФИО2, основанных на договоре цессии уступки права требования от 15.10.2020г., заключенного между ней и ООО «НикТранс», не имеется.

Доводы истца, ООО «НикТранс», результаты экспертизы №А40-231100/20/экс., проведенной при первоначальном рассмотрении дела, о том, что договор цессии №7218 и договор цессии №7219 генеральным директором ФИО5 не подписывались и подписи в указных договорах выполнены не им (ФИО5), а другим лицом, опровергаются следующими доказательствами и обстоятельствами по делу:

Банком представлены и имеются в материалах дела копии приходного кассового ордера №268 от 09.09.2020 года на сумму 500 000 руб., приходного кассового ордера №221 от 27.12.2019г. на сумму 1 000 000 руб., а также выписка по лицевому счету Банка 

<

***>.

Так, в приходном кассовом ордере №221 от 27.12.2019г. года в графе «источник поступления» указано: «авансовый платеж за ООО «Ник Транс» по предстоящему договору цессии», в приходном кассовом ордере №268 от 09.09.2020 года в графе «источник поступления» указано: «платеж за ООО «Ник Транс» по Договору цессии (уступки прав (требований)) №7218 от 26.12.2019 года. Получатель денежных средств-ПАО МОСОБЛБАНК.

Указанный в приходных кассовых ордерах лицевой счет 

<

***>, а также выписка по лицевому счету 

<

***> подтверждает внесение наличных денежных средств через кассу Банка в ДО на «Большой Семеновской», так как в соответствии с условиями договоров цессии №7218, №7219 (разделе 6 Место нахождения, банковские реквизиты, печати и подписи сторон) денежные средства при поступлении оплаты как раз и должны зачисляться именно на указный счет.

Внесение за ООО «НикТранс» авансового платежа по предстоящему договору цессии третьим лицом (ФИО8) согласно приходному кассовому ордеру №221 от 27.12.2019г. подтверждает намерение ООО «НикТранс» на заключение договоров цессии, которые в итоге и были заключены, так как в последующем, согласно приходному кассовому ордеру №268 от 09.09.2020 года была произведена фактическая оплата третьим лицом (ФИО9) за ООО «НикТранс» по договору цессии №7218 от 26.12.2019 года, к тому же по прошествии значительного периода времени после его заключения (спустя 9 месяцев).

Если бы договоры цессии №7218, №7219 не подписывались генеральным директором ООО «НикТранс» ФИО5 и не заключались, то оснований для внесения денежных средств в счет оплаты по указанным договорам цессии, тем более третьими лицами не имелось. 

Осведомленность третьих лиц-плательщиков за ООО «НикТранс» о факте заключения договоров цессии №7218, №7219, оплата по которым произведена по прошествии значительного периода времени после заключения (9 месяцев), указание в назначении платежа именно этой цели, правильность заполнения с точным указанием реквизитов договора цессии №7218, подтверждают в своей совокупности заключение указанных договоров цессии и их подписание генеральным директором ФИО5

Таким образом, указанные документы подтверждают оплату по договору цессии №7218 и договору цессии №7219, что свидетельствует о их подписании и заключении генеральным директором ООО «НикТранс» ФИО5

Не состоятелен и подлежит отклонению довод истца о том, что приходные кассовые ордера не могут являться надлежащими доказательствами по делу по тому основанию, что ФИО8 и ФИО10 являющиеся вносителями денежных средств никогда сотрудниками ООО «НикТранс» не являлись, поскольку действующим законодательством (ст. 313 ГК РФ) предусмотрено принятие исполнения за должника третьим лицом, в том числе в случае допущенной должником просрочке исполнения денежного обязательства, а ООО «НикТранс» как раз и допущена просрочка в связи с нарушением графика погашения по договору цессии №7218, являющегося взаимосвязанным с договором цессии №7219 и Соглашением по ранее указанным доводам.

Кроме того, поскольку после заключения договоров цессии №7218, №7219 производилось их фактическое исполнение третьими лицами- плательщиками за ООО «НикТранс» путем внесения платежей по приходным кассовым ордерам, к тому же, по прошествии значительного периода времени с даты их заключения (спустя 9 месяцев) и со ссылкой на указанные договоры и о которых ООО «НикТранс» не мог не знать, то данные действия были направлены на сохранение сделок, подтверждали и давали основания Банку, как добросовестной стороне сделок, полагаться на их заключенность, а следовательно, последующий довод ООО «НикТранс» о неподписании договоров цессии указывает на противоречивое и недобросовестное поведение (правило «эстоппель» (правовой запрет), которое является основанием для отклонения данного довода и отказа в признании их (договоров цессии) неподписанными и незаключенными, (п. 70 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Суд критически относится к представленному истцом заключению специалистов, поскольку оно сделано по заказу истца и за соответствующее вознаграждение. Эксперт, составивший указанное заключение не был предупрежден судом об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Исходя из обстоятельств дела в действиях ООО «НикТранс» усматривается недобросовестное поведение при осуществлении своих гражданских прав, связанных с заключением и исполнением спорных договоров.

Так, в силу пункта 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 г. N 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора», если сторона приняла от другой стороны полное или частичное исполнение по договору либо иным образом подтвердила действие договора, она не вправе недобросовестно ссылаться на то, что договор является незаключенным (пункт 3 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Кроме того, согласно пункту 5 статьи 166 ГК РФ заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» также разъяснено, что сделанное в любой форме заявление о недействительности (ничтожности, оспоримости) сделки и о применении последствий недействительности сделки (требование, предъявленное в суд, возражение ответчика против иска и т.п.) не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность лицо действует недобросовестно, в частности если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки (пункт 70).

Из приведенных положений закона и актов их толкования следует, что лицо, подтвердившее своим поведением заключение и действительность договора, при возникновении спора о его исполнении не вправе недобросовестно ссылаться на незаключенность либо недействительность этого договора. Данное положение, если иное не установлено законом, применимо и к возражениям относительно несоблюдения формы сделки или порядка ее совершения.

В соответствии со статьей 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом) (пункт 1).

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 данной статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2).

Как уже было отмечено ранее, поскольку после заключения договоров цессии №7218, №7219 производилось их фактическое исполнение третьими лицами - плательщиками за ООО «НикТранс» путем внесения платежей по приходным кассовым ордерам, к тому же, по прошествии значительного периода времени с даты их заключения (спустя 9 месяцев) и со ссылкой на указанные договоры и о которых ООО «НикТранс» не мог не знать, то данные действия были направлены на сохранение сделок, подтверждали и давали основания Банку, как добросовестной стороне сделок, полагаться на их заключенность и действительность, а следовательно, последующий довод ООО «НикТранс» о неподписании договоров цессии указывает на противоречивое и недобросовестное поведение, которое является основанием для отказа в признании их (договоров цессии) незаключенными и недействительными по принципу «эстоппель».

Довод ООО «НикТранс», ИП ФИО2 о том, что соглашение является логичной и экономически целесообразной сделкой, и не может быть квалифицирована как договор дарения, поскольку, заключена ответчиком с целью избежания негативных репутационных последствий и дополнительных расходов, в случае судебного спора, инициированного ООО «НикТранс» к Банку о возврате удержанной им неустойки в виду ее несоразмерности нарушенному обязательству необоснован, поскольку если бы ООО «НикТранс» инициировал судебное разбирательство по взысканию с Банка неустойки в размере 10 000 000 руб., которая, по его мнению, несоразмерна нарушенному обязательству, то требования были бы основаны на договоре цессии №7217 от 28.08.2018 года, подписание и заключение которого сторонами не оспаривается.

Неустойка в размере 10 000 000 руб. была правомерно удержана Банком в соответствии с п.4.2. договора цессии №7217 от 28.08.2018 года, в связи с неисполнением ООО «НикТранс» своих обязательств по оплате. Данное условие соответствует ст.330 ГК РФ, согласно которой, условиями договора может быть предусмотрено взимание неустойки за неисполнение или ненадлежащие исполнение должником своих обязательств.

Довод ФИО2 о том, что соглашение является соглашением о новации, которым стороны определили судьбу денежных средств, уплаченных ООО «НикТранс» в размере 16 200 000 руб., а именно банк обязался вернуть 10 000 000 руб. не обоснован в виду того, что данный довод не соответствует ни позиции истца, ни третьего лица-ООО «НикТранс».

По правилам п. 1 ст. 414 ГК РФ обязательство прекращается соглашением сторон о замене первоначального обязательства, существовавшего между ними, другим обязательством между теми же лицами, предусматривающим иной предмет или способ исполнения (новация).

В пункте 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 21.12.2005 N 103 по обзору практики применения арбитражными судами статьи 414 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательство прекращается новацией тогда, когда воля сторон определенно направлена на замену существовавшего между ними первоначального обязательства другим обязательством.

Из соглашения не усматривается замены первоначального обязательства другим обязательством и воля сторон на это, поэтому оно не является новацией. Данное Соглашение заключалось исключительно с целью последующего заключения договоров цессии №7218, №7219 и принятия в их оплату суммы возвращенной пени. Именно поэтому стороны при заключении соглашения предусмотрели в нем условие о возврате пеней путем проведения зачета взаимных требований (п.2 соглашения).

Учитывая, что в удовлетворении исковых требований отказано, то судебные расходы по оплате государственной пошлины относятся на истца в порядке ст. 110 АПК РФ.

Руководствуясь ст. ст. 309, 310, 1102 ГК РФ, ст. ст. 65, 68, 71, 110, 167-171, 176 АПК РФ, суд 

РЕШИЛ:

В удовлетворении заявленных исковых требований ИП АХМАДЕЕВОЙ ГУЛЬНАЗ САМАТОВНЫ (ОГРНИП: 

<

***>, ИНН: 

<

***>) - отказать.

Взыскать с ИП АХМАДЕЕВОЙ ГУЛЬНАЗ САМАТОВНЫ (ОГРНИП: 

<

***>, ИНН: 

<

***>) в Доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 101 565 руб.

Решение может быть обжаловано в Девятый арбитражный апелляционный суд в месячный срок с даты изготовления полного текста решения.

Судья                                                  М.С. Огородникова