﻿ 

АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А20-5314/2019

г. Краснодар

10 августа 2021 года

Резолютивная часть постановления объявлена 03 августа 2021 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 10 августа 2021 года.

 

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Сороколетовой Н.А., судей Гиданкиной А.В. и Илюшникова С.М., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Пилоян Е.И., с использованием систем видео-конференц-связи при содействии Арбитражного суда Кабардино-Балкарской Республики, при участии в судебном заседании после объявленного перерыва от Муртазовой Ларисы Мухарбиевны – Ульбашева А.Х. (доверенность от 25.11.2019), от финансового управляющего должника Муртазовой Ларисы Мухарбиевны – Малухова Зураба Мухарбековича – Жмак А.С. (доверенность от 01.03.2021), от Хаховой Марии Биляловны – Мамиевой Ж.Х. (доверенность от 06.02.2020), от публичного акционерного общества «Сбербанк России» – Мирзова Р.М. (доверенность от 21.02.2020), Аброкова Артура Ахьедовича (лично, паспорт), в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения соответствующей информации на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационную жалобу финансового управляющего Муртазовой Ларисы Мухарбиевны – Малухова Зураба Мухарбековича на определение Арбитражного суда Кабардино-Балкарской Республики от 30.11.2020 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.04.2021 по делу              № А20-5314/2019, установил следующее.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) Муртазовой Ларисы Мухарбиевны (далее – Муртазова Л. М., должник) финансовый управляющий должника Малухов З.М. (далее – финансовый управляющий) обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным договора купли-продажи от 23.10.2018   50% доли должника в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью «ГК Аламат» (далее – ООО «ГК Аламат», общество), заключенного между Муртазовой Л.М. и Хаховой М.Б., а также применении последствий недействительности сделки.

К участию в обособленном споре привлечено ООО «ГК Аламат».

Определением суда от 30.11.2020, оставленным без изменения постановлением суда апелляционной инстанции от 07.04.2021, в удовлетворении заявления отказано.

В кассационной жалобе финансовый управляющий просит отменить определение от 30.11.2020 и постановление апелляционного суда от 07.04.2021 и принять новый судебный акт об удовлетворении требований. Податель жалобы указывает, что на день совершения оспариваемой сделки у должника имелась задолженность по кредитным договорам и договорам поручительства; должник и ответчик входили в одну группу лиц, соответственно Хахова М.Б. не могла не знать о наличии у должника признаков банкротства. Выводы судов о том, что сделка совершена по рыночной цене являются неверными; суды неправомерно отказали в назначении повторной экспертизы, не оценили доводы о недействительности сделки по общегражданским основаниям.

В отзыве на кассационную жалобу и дополнениях к нему Хахова М.Б. возразила относительно приведенных в жалобе доводов, просила определение суда первой инстанции и постановление апелляционного суда оставить без изменения, а кассационную жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании финансовый управляющий поддержал доводы кассационной жалобы.

Представитель должника поддержал доводы кассационной жалобы в части неназначения повторной экспертизы в рамках обособленного спора.

Представитель Хаховой М.Б. придерживалась позиции отзыва.

Представитель ПАО «Сбербанк России» и Аброков А.А. указали на замену кредитора в реестре требований кредиторов должника с ПАО «Сбербанк России» на Аброкова А.А., наличие на рассмотрении суда заявлений Аброкова А.А. об исключении из реестра требований должника требования ООО Банк «Майский» в связи с его полным погашением, о прекращении производства по делу о признании Муртазовой Л.М. несостоятельным (банкротом). Считают кассационную жалобу не подлежащей удовлетворению.

Изучив материалы дела и доводы, изложенные в кассационной жалобе, выслушав участвующих в деле лиц, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как видно из материалов дела и установили суды, решением от 30.12.2019      Муртазова Л.М. признана несостоятельной (банкротом), в отношении нее введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден Малухов З.М.

23 октября 2018 года Хахова М.Б. (покупатель) и Муртазова Л.М. (продавец) заключили договор купли-продажи доли в уставном капитале ООО «ГК Аламат», по условиям которого продавец продал всю принадлежащую ему долю (50%) в уставном капитале общества (пункт 1); стороны оценили указанную долю в 10 тыс. рублей (пункт 4); покупатель купил у продавца указанную долю за 10 тыс. рублей (пункт 5); отчуждаемая доля оплачена во время подписания договора у нотариуса (пункт 5.1).

Полагая, что сделка совершена в преддверии банкротства должника по заниженной цене с целью причинения вреда интересам кредиторов, учитывая, что имущества должника недостаточно для погашения долгов перед кредиторами, финансовый управляющий обратился в суд с заявлением, ссылаясь на положения пункта 2 статьи 62 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс).

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суды руководствовались статьями 65, 71 и 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – Кодекс), статьями 61.2 Закона о банкротстве, статьей 10 Гражданского кодекса, разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)"», постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации».

Суды первой и апелляционной инстанций обоснованно исходили из следующего.

В пункте 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве предусмотрено, что сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Из разъяснений, данных в пунктах 5 - 7 постановления Пленума № 63, следует, что в силу указанной выше нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности следующих обстоятельств: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) сделка совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица (пункт 6 постановления Пленума № 63).

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В силу разъяснений, изложенных в абзаце четвертом пункта 4 постановления Пленума № 63, наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса).

В рассматриваемом случае суды установили, что оспариваемый договор заключен 23.10.2018, заявление о признании должника банкротом принято судом 27.11.2019, т.е. сделка совершена в период подозрительности, установленный пунктом 2                                  статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Суд кассационной инстанции, поддерживая вывод судов двух инстанций, исходит из положений норм материального права, указанных в судебных актах, и обстоятельств, установленных судами.

Суды установили, что в реестр требований кредиторов должника включены: ООО «Банк “Майский”» в размере 555 069 рублей (определение от 23.06.2020); ПАО «Сбербанк России» в размере 6 051 615 рублей 73 копейки, как обеспеченные залогом имущества (определение от 15.06.2020).

Из описи имущества должника и Положения о порядке реализации имущества, следует, что в опись включено заложенное имущество – жилой дом, общей площадью 607,08 кв. м, начальной ценой 8 963 тыс. рублей.

При рассмотрении довода финансового управляющего о том, что на дату совершения оспариваемой сделки должник отвечал признаку недостаточности имущества, суды указали следующее.

Кредитные обязательства перед ООО «Банк “Майский”» и ПАО «Сбербанк России» исполнялись должником своевременно согласно графику погашения задолженности, срок полного погашения не наступил, просрочка по внесению платежей была незначительной и наступила с января 2020 года, то есть после возбуждения дела о банкротстве, что подтверждается приложенными расчетами задолженности; задолженность в полном объеме перед двумя банками могла быть погашена за счет имущества должника.

Кредитный договор № 75317 ПАО «Сбербанк России», Муртазова Л.М. и Муртазов А.И. (далее – созаемщики) заключили 11.01.2009, по условиям которого банк предоставил созаемщикам на условиях солидарной ответственности кредит «Ипотечный кредит» в сумме 10 млн рублей на срок по 11.01.2039, с уплатой процентов по ставке 13,5% процентов годовых, на приобретение недвижимости. В качестве обеспечения своевременного и полного исполнения обязательств по договору созаемщики предоставили кредитору залог приобретенного объекта недвижимости; залоговая стоимость объекта недвижимости установлена сторонами в размере 10% от его стоимости в соответствии с договором купли-продажи и ипотеки от 11.01.2009 (пункт 2.1). Согласно пункту 1.4 договора купли-продажи и ипотеки от 11.01.2009 № 75317 объект недвижимости продается по цене 18 415 тыс. рублей.

По состоянию на 24.12.2019 общая сумма задолженности должника перед банком по кредитному договору от 11.01.2009 № 75317 составила 6 051 615 рублей 73 копейки, в  том числе: ссудная задолженность – 6 013 802 рубля 91 копейка, проценты за кредит 37 812 рублей 82 копейки.

Суды отметили, что должник, обращаясь в суд с заявлением о признании себя банкротом, указала только одного кредитора – Уянаева М.Х., выкупившего ранее                    (в 2018 году) ее обязательства перед АО «Российский сельскохозяйственный банк». Требования Уянаева М.Х. судом признаны необоснованными.

Суды пришли к выводу о том, что процедура банкротства должника заявлена только с одной целью – оспаривания договора купли-продажи от 23.10.2018, поскольку иных способов его оспорить у должника не имелось, применив положения статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Отклоняя довод о том, что Хахова М.Б. не могла не знать о признаках банкротства должника, суды указали на отсутствие доказательств афиллированности сторон сделки. При том, согласно пояснениям Хаховой М.Б., при заключении договора купли-продажи                        от 23.10.2018 ею было принято во внимание, что 07.03.2018 в отношении должника процедура банкротства прекращена.

Суды посчитали ошибочным довод финансового управляющего об аффилированности Хаховой М.Б. и Муртазовой М.Б., поскольку он построен исключительно на факте соучредительства сторон в ООО «ГК Аламат».

Суды указали, что купля-продажа доли в уставном капитале ООО «ГК Аламат» произведена в соответствии с пунктом 4 статьи 21 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью».

В части довода о заниженной стоимости доли, суды отметили, что доля приобретена должником также по цене 10 тыс. рублей. Кроме того, как следует из оспариваемого договора, он заключен с согласия супруга должника – Муртазова А.И. (пункт 9 договора); продавец гарантирует, что он заключает договор не вследствие стечения тяжелых обстоятельств на крайне невыгодных для себя условиях и договор не является для него кабальной сделкой (пункт 7); стороны при заключении договора в присутствии нотариуса дают друг другу заверения, что в отношении их не возбуждена процедура банкротства (пункт 8).

С целью определения рыночной стоимости спорного имущества, в ходе рассмотрения данного обособленного спора по ходатайству арбитражного управляющего назначена и проведена оценочная экспертиза, на разрешение эксперта был поставлен вопрос: «Какова рыночная стоимость 50% доли в уставном капитале ООО «ГК Аламат» по состоянию на дату совершения сделки, то есть 23.10.2018?».

Согласно поступившему заключению эксперта, цена продажи соответствует рыночной стоимости спорной доли. При этом заключение эксперта признано ненадлежащим доказательством по делу, так как экспертом не представлен квалификационный аттестат на право проводить оценку бизнеса.

Рассмотрев ходатайство о назначении повторной оценочной экспертизы, с учетом конкретных обстоятельств дела, суд первой инстанции отказал в ее проведении, поскольку не усмотрел в ней необходимости, указав, что имеющиеся в материалах дела доказательства являются достаточными для их оценки, а проведение повторной экспертизы приведет к дальнейшему затягиванию рассмотрения спора, и несению судебных издержек.

Суд апелляционной инстанции также отказал в удовлетворении ходатайства о проведении повторной судебной экспертизы по аналогичным основаниям.

Исследовав и оценив в соответствии с требованиями статьи 71 Кодекса доказательства, поступившие от участников обособленного спора, суды пришли к выводу о том, что финансовый управляющий не доказал совокупность оснований, предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, достаточных для признания оспариваемой сделки недействительной, и соответственно, для применения последствий недействительности, который сделан с учетом конкретных обстоятельств, установленных по результатам рассмотрения заявления по существу.

При этом, суд кассационной инстанции отмечает, что по основаниям, предусмотренным статьями 10, 168 Гражданского кодекса сделка могла быть признана недействительной лишь в том случае, если ее дефекты выходили за пределы дефектов сделок с предпочтением и подозрительных сделок.

Суд кассационной инстанции считает выводы судов соответствующими представленным доказательствам, установленным фактическим обстоятельствам спора, нормам материального и процессуального права.

Доводы, приведенные в кассационной жалобе, не опровергают выводов судов, основаны на ошибочном толковании норм права и повторяют доводы апелляционной жалобы, свидетельствуют о несогласии заявителя с установленными по делу фактическими обстоятельствами и оценкой судами доказательств. Иная оценка доказательств и установленных судами фактических обстоятельств дела в силу статьи 286 Кодекса не входит в компетенцию суда кассационной инстанции.

Нормы права при разрешении спора применены правильно. Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 Кодекса безусловным основанием для отмены судебного акта, судом округа не установлено.

При таких обстоятельствах, судебная коллегия не усматривает оснований для удовлетворения кассационной жалобы и отмены судебных актов.

Руководствуясь статьями 284, 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Кабардино-Балкарской Республики от 30.11.2020 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.04.2021 по делу              № А20-5314/2019 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

 

Председательствующий                                                                        Н.А. Сороколетова

Судьи                                                                                                     А.В. Гиданкина

С.М. Илюшников