ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 18АП-12306/2020

г. Челябинск

23 ноября 2020 года

Дело № А76-3897/2016

 

Резолютивная часть постановления объявлена 16 ноября 2020 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 23 ноября 2020 года.

 

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Румянцева А.А., 

судей Забутыриной Л.В., Матвеевой С.В., 

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Легпромстрой» ФИО7 на определение Арбитражного суда Челябинской А76-3897/2016 о привлечении к субсидиарной ответственности. 

В судебном заседании приняли участие представители:

конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Легпромстрой» ФИО7 – ФИО2 (паспорт, доверенность от 28.11.2019);

ФИО3 – ФИО4 (паспорт, доверенность от 06.09.2017).

 

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 24.02.2016 на основании заявления Федеральной налоговой службы возбуждено дело о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Легпромстрой» (далее – ООО «Легпромстрой», должник).

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 25.05.2016 требование кредитора признано обоснованным, в отношении ООО «Легпромстрой» введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО5, член некоммерческого партнерства «Межрегиональная саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Стратегия».

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 28.09.2016 (резолютивная часть от 22.09.2016) ООО «Легпромстрой» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО5

Информационное сообщение о введении конкурсного производства опубликовано в официальном издании «Коммерсантъ» от 01.10.2016.

Конкурсный управляющий ООО «Легпромстрой» ФИО5 обратился в Арбитражный суд Челябинской области с заявлением, в котором просит привлечь к субсидиарной ответственности в размере 60 235 507 руб. 78 коп. бывшего руководителя должника – ФИО3 (далее – ответчик).

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО6.

Определением суда от 24.10.2017 ФИО5 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника.

Определением суда от 01.02.2018 конкурсным управляющим общества «Легпромстрой» утвержден ФИО7 (далее – податель жалобы), член ассоциации «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Южный Урал».

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 23.09.2020 (резолютивная часть от 09.09.2020) в удовлетворении заявленных требований отказано в полном объеме.

С определением суда от 23.09.2020 не согласился конкурсный управляющий ФИО7 и обратился в суд апелляционной инстанции с жалобой, в которой просил обжалуемый судебный акт отменить.

В обоснование доводов апелляционной жалобы конкурсный управляющий ФИО7 ссылается на то, что заявление о банкротстве ООО «Легпромстрой» должно было быть подано ответчиком не позднее 30.04.2015, спустя месяц с даты, предусмотренной пунктом 5 статьи 23 Налогового кодекса Российской Федекрации, для предоставления бухгалтерского баланса (31.03.2015). Вместе с тем, после 30.04.2015 у должника возникли обязательства в сумме 81 567 266 руб. 99 коп., что увеличило размер кредиторской задолженности. Также конкурсный управляющий указывает, что договор купли-продажи транспортного средства от 23.10.2015, заключенный с ФИО8, и договор купли-продажи транспортного средства от 09.10.2015, заключенный с ФИО9, совершены за 7 и соответственно 8 месяцев до возбуждения дела о банкротстве при неравноценном встречном исполнении, что доказывается отчетами об оценке указанных автомобилей, следовательно, нет необходимости устанавливать наличие либо отсутствие противоправности поведения ФИО3 Судом первой инстанции не учтено, что в период обычной хозяйственной деятельности общество должно принимать действия по получению прибыли, в связи с чем сделка по передаче крана на хранение по договору № 1024 от 26.02.2016 не приносила экономического эффекта обществу. Выводы суда о том, что обстоятельства дела не свидетельствуют о сокрытии руководителем должника какого-либо имущества, вся имеющаяся документация последовательно передана конкурсному управляющему, не соответствует действительности. ФИО3 не обеспечена передача конкурсному управляющему первичных документов, подтверждающих дебиторскую задолженность.

В соответствии со статьей 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судом отказано в приобщении к материалам дела отзыва на апелляционную жалобу, поступившего от ФИО3, так как не представлено доказательств заблаговременного направления в адрес участвующих в деле лиц.

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего поддерживал доводы апелляционной жалобы, просил отменить определение суда от 23.09.2020, удовлетворить заявленные требования.

Представитель ответчика возражал по доводам жалобы, просил оставить без изменения судебный акт.

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы уведомлены посредством почтовых отправлений, а также путем размещения информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в судебное заседание не явились, представителей не направили. 

В соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено судом апелляционной инстанции в отсутствие лиц, участвующих в деле, их представителей. 

 

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц, ООО «Легпромстрой» зарегистрировано в качестве юридического лица 29.01.2010. Основным видом деятельности является строительство жилых и нежилых зданий. Учредителями общества по состоянию на 26.04.2017 являются - ФИО10 Тихон Константинович с долей 37,5% (3 750 руб.), ФИО11 с долей 37,5% (3 750 руб.), ФИО12 с долей 25% (2 500 руб.).

При этом, судом установлено, что первоначально учредителем общества со 100 % долей участия являлся ФИО13.

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 18.04.2017 (резолютивная часть от 11.04.2017) по делу № А76-15468/2016 гражданин ФИО13, дата смерти – 24.07.2014, актовая запись о смерти за № 1390 составлена 31.07.2014, выдано свидетельство о смерти 

<

...> от 31.07.2014, признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура – реализация имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО14, член ассоциации арбитражных управляющих «Сибирский центр экспертов антикризисного управления».

Согласно ответу финансового управляющего должника (т.2, л.д.43-44) в наследственную массу должника включено имущество, в том числе 100% доли участия в обществе с ограниченной ответственностью «Лепромстрой».

Согласно ответу нотариуса имущество принято супругой должника ФИО3 в размере ? наследственной доли, дочерью должника ФИО11 и сыном ФИО15 в размере 3/8 наследственной доли.

ФИО3 вступила в должность директора общества 29.01.2015 на основании общего решения учредителей, что ответчиком не оспаривается.

Обращаясь с рассматриваемыми требованиями, конкурсный управляющий ссылался на неисполнение ответчиком обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве общества «Легпромстрой». По мнению конкурсного управляющего обязанность по предъявлению заявления возникла 30.04.2015 (спустя месяц после истечения срока по обязанности представить бухгалтерский баланс 31.03.2015). 

Кроме того, руководитель должника не исполнил обязанность по передаче арбитражному управляющему бухгалтерской и иной хозяйственной документации - базы 1С бухгалтерия или иного программного обеспечения, используемого обществом для ведения бухгалтерского учета; расшифровки дебиторской и кредиторской задолженности с указанием адресов контрагентов и приложением первичной бухгалтерской документации, подтверждающей возникновения задолженности; документы по учету кассовых операций (отчеты кассира, приходные кассовые ордера, расходные кассовые ордера) за 2016 г.; журналы учета счетов-фактур; книги учета векселей либо сведения о векселях, выданных или полученных ООО «Легпромстрой»,  что привело к невозможности погашения требований кредиторов должника. В заявлении конкурсный управляющий также указал, что по данным регистрационных органов, за должником числятся транспортные средства:

- автомобиль Renault SANDERO, государственный номер 

<

***>;

- кран автомобильный КС 45717-1, государственный номер 

<

***>;

- экскаватор-погрузчик JCB 5 CX 1, государственный номер 74 ХП 7096. 

Однако, указанное имущество не передано, в конкурсную массу не поступало.

Также ФИО7 указал на совершение ФИО3 ряда сделок, в результате которых причинен имущественный вред кредиторам – договор купли-продажи транспортного средства от 23.10.2015, заключенный с ФИО8 по продаже транспортного средства – грузовой автомобиль МА36501В98420000 - заводской № Y3M6501B9E0000511, двигатель - № D0010731,мощность - 411 л.с, 2014 года выпуска; - договор купли - продажи транспортного средства от 09.10.2015, заключенный с ФИО9, по продаже транспортного средства - грузовой автомобиль МАЗ-6501В9-8420-000 - заводской № Y3M6501B9E0000556, двигатель № D0010806, мощность - 411 л.с., 2014 года выпуска; - договор хранения от 26.02.2016, заключенный с обществом с ограниченной ответственностью «Промаренда».

Суд первой инстанции пришел к выводу о том, что заявителем не представлены доказательства, подтверждающие наличие причинно-следственной связи между действиями ФИО3 и объективным банкротством ООО «Легпромстрой», что явилось основанием для отказа в удовлетворении заявления о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности за невозможность погашения требований кредиторов. Кроме того, конкурсным управляющим не доказаны обстоятельства причинения вреда интересам должника и его кредиторов в результате совершения сделок, носивших возмездный характер. 

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, выслушав участников процесса, арбитражный апелляционный суд приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены судебного акта в силу следующих обстоятельств.

В соответствии с пунктом 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Согласно пункту 5 статьи 10 Закона о банкротстве заявление о привлечении контролирующих должника лиц к ответственности по основаниям, предусмотренным указанным Законом, рассматривается арбитражным судом в деле о банкротстве должника. Указанное заявление может быть подано в ходе конкурсного производства арбитражным управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов.

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Федеральный закон от 29.07.2017 № 266-ФЗ) введена в действие глава III.2 Закона о банкротстве «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве», положения статьи 10 Закона о банкротстве утратили свое действие.

Переходные положения изложены в статье 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ, согласно которым рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве, которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ; положения подпункта 1 пункта 12 статьи 61.11, пунктов 3 - 6 статьи 61.14, статей 61.19 и 61.20 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ применяются к заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в случае, если определение о завершении или прекращении процедуры конкурсного производства в отношении таких должников либо определение о возврате заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом вынесены после 01.09.2017.

Между тем, действие норм материального права во времени, подчиняется иным правилам, а именно пункта 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие; действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, когда это прямо предусмотрено законом.

Таким образом, подлежит применению подход, изложенный в пункте 2 Информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137, согласно которому к правоотношениям между должником и контролирующими лицами подлежит применению та редакция Закона о банкротстве, которая действовала на момент возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к такой ответственности.

В рассматриваемом случае на момент возникновения обстоятельств, на которые ссылается конкурсный управляющий в обоснование заявленных требований статьи 9, 10 Закона о банкротстве действовали в редакции Закона № 134-ФЗ.

В соответствии с пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 настоящего Федерального закона.

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника или индивидуальный предприниматель обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если: удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества; настоящим Федеральным законом предусмотрены иные случаи.

Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2 статьи 9 Закона о банкротстве).

Данные нормы права касаются недобросовестных действий руководителя должника, который, не обращаясь в арбитражный суд с заявлением должника о его собственном банкротстве при наличии к тому оснований, фактически скрывает от кредиторов информацию о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица; подобное поведение руководителя влечет за собой принятие уже несостоятельным должником дополнительных долговых реестровых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, влечет заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения.

Аналогичные положения содержатся в статье 61.12 Закона о банкротстве.

При исследовании в совокупности указанных обстоятельств следует учитывать, что обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве (пункт 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53).

В предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств: возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве; момент возникновения данного условия; факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Как следует из картотеки арбитражных дел, дело о банкротстве ООО «Легпромстрой» возбуждено 24.02.2016 на основании поданного Федеральной налоговой службой заявления при наличии неисполненных должником обязательств. В заявлении уполномоченный орган просил признать обоснованной и включить в реестр требований кредиторов должника задолженность по налогам в размере 1 401 800 руб. 48 коп.

Определением суда от 25.05.2016 заявление уполномоченного органа признано обоснованным, в отношении должника введена процедура наблюдения.

По мнению конкурсного управляющего, ФИО3 обязана была обратиться с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом) в срок до 30.04.2015. 

Между тем, в соответствии с показателями бухгалтерских балансов общества за 2014-2015 признаки неплатежеспособности отсутствовали. В соответствии с бухгалтерским балансом на 31.12.2015 (т.1, л.д.45-46, 132-133, т.2, л.д.82) основные средства за 2014 год составили 11 430 тыс. руб., за 2015 год – 5 370 тыс. руб.; запасы за 2014 год – 28 937 тыс. руб., за 2015 год – 74 296 тыс. руб. (в соответствии с уточненным балансом от 05.10.2016 – 18 361 тыс. руб.); дебиторская задолженность за 2014 год – 137 946 тыс. руб., за 2015 год – 139 319 тыс. руб. (в соответствии с уточненным балансом от 05.10.2016 – 17 089 тыс. руб.); финансовые вложения за 2014 год – 4 208 тыс. руб., за 2015 год – 3 161 тыс. руб. (в соответствии с уточненным балансом от 05.10.2016 – 4 тыс. руб.); прочие оборотные активы за 2014 год – 304 тыс. руб., за 2015 год – 342 тыс. руб.; при этом кредиторская задолженность составляла за 2014 год – 68 303 тыс. руб., за 2015 год – 55 325 тыс. руб. (в соответствии с уточненным балансом от 05.10.2016 – 47 160 тыс. руб.); заемные средства за 2014 год – 109 054 тыс. руб., за 2015 год – 163 647 тыс. руб. (в соответствии с уточненным балансом от 05.10.2016 – 1888 тыс. руб.); непокрытый убыток за 2014 год – 5393 тыс. руб., за 2015 год – 3459 тыс. руб. (в соответствии с уточненным балансом от 05.10.2016 – 7 960 тыс. руб.).

Таким образом, по состоянию на 31.12.2015 размер кредиторской задолженности не превышал балансовой стоимости активов общества.

Кроме того, судом установлено, что должником в период с 31.01.2014 по 20.03.2014 производилось погашение задолженности по обязательным платежам. Так, в соответствии с данными налогового органа за период с 2013 по 2016 год в отношении общества «Легпромстрой» проведена выездная налоговая проверка, по итогам которой вынесено решение от 27.12.2013 №78/15 о взыскании задолженности по налогам в сумме 2 808 753 руб. 02 коп. Указанные суммы основного долга по налогам погашены налогоплательщиком, что подтверждается представленными в материалы дела платежными документами (т.2, л.д.41-42), а также ответом уполномоченного органа на запрос суда (т.2, л.д.130). Кроме того, 15.01.2016 ответчиком произведено погашение обязательных платежей по НДФЛ за 2015 год в сумме 100 000 руб., 15.03.2016 погашен налог на добавленную стоимость на сумму 150 000 руб.

Временным управляющим в ходе проведения анализа финансового состояния должника делались выводы о том, что ухудшение финансовых показателей деятельности предприятия в 2015 году связано с сокращением объемов выручки от реализации, вызванной сокращением объемов заказов на строительство. На протяжении 2014-2015 гг. динамика величины имущества по отношению к долговым обязательствам снижается вследствие высокого темпа роста обязательств по кредитам и займам.

Судом принят во внимание тот факт, что ФИО3 ввиду смерти ее супруга приняла управление обществом только в январе 2015 года, в связи с имевшимися сложностями по передаче бухгалтерской отчетности и наличию сведений о переплате обязательств по налогам, информация о наличии задолженности перед уполномоченным органом возникла у ответчика не ранее обращения ФНС России с заявлением о банкротстве должника. 

Даты, на которые ссылаются конкурсный управляющий и уполномоченный орган в обоснование своих требований, не подтверждаются финансовыми и бухгалтерскими показателями деятельности общества, так как прибыль общества за 2014 год составляла 5 393 000 руб., за 2015 год – 3 459 000 руб., размер активов превышал имевшуюся кредиторскую задолженность. Обратного конкурсным управляющим не доказано.

Факт неподачи заявления о признании должника банкротом в определенный период не является достаточным основанием для возложения субсидиарной ответственности на руководителя должника.

В материалах дела отсутствуют доказательства, однозначно свидетельствующие о том, что на указанную конкурсным управляющим дату ООО «Легпромстрой» обладало объективными признаками неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества, либо доказательства того, что к должнику предъявлены требования, которые он не смог удовлетворить ввиду удовлетворения требований иных кредиторов и отсутствия у него имущества.

Кроме того, само по себе наличие кредиторской задолженности не может являться свидетельством невозможности предприятия исполнить свои обязательства, и, соответственно, не порождает у обязанных лиц принятие решения и подаче заявления должника о признании его банкротом. Наличие задолженности в отсутствие надлежащих доказательств не позволяет утверждать, что должник не был способен погасить такую задолженность в обозримом периоде времени после выставления требований.

Показатели, с которыми законодатель связывает обязанность должника по подаче заявления в арбитражный суд, должны объективно отображать наступление критического для общества финансового состояния, создающего угрозу нарушений прав и законных интересов других лиц. 

Действующее законодательство не предполагает обязанность предусмотренных Законом о банкротстве лиц обратиться (принять такое решение) в арбитражный суд с заявлением о признании общества банкротом, как только активы общества стали уменьшаться. 

Наоборот, данные обстоятельства позволяют принять необходимые меры по улучшению его финансового состояния. Факт недостаточности имущества у должника для оплаты кредиторской задолженности не установлен и не подтвержден соответствующими доказательствами. Вся кредиторская задолженность носила краткосрочный характер и была связана с текущей деятельностью должника по строительству зданий.

Совокупность условий, свидетельствующих о наличии причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника заявления о банкротстве и негативными последствиями для кредиторов в виде невозможности удовлетворения возросшей задолженности, управляющим не доказана. Наоборот, со стороны руководителей должника предпринимались действия по погашению задолженностей.

На основании изложенного, суд первой инстанции пришел к верному выводу о недоказанности конкурсным управляющим возникновения у ответчика обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве ранее даты подачи заявления уполномоченным органом.

Кроме того, конкурсным управляющим должника в качестве основания для привлечения бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности указано на неисполнение им обязанности по передаче документов.

Согласно части 1 статьи 7 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» (далее - Закон о бухгалтерском учете) ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта. 

В соответствии с частью 3 статьи 6 указанного Закона бухгалтерский учет ведется непрерывно с даты государственной регистрации до даты прекращения деятельности в результате реорганизации или ликвидации. 

Поскольку ведение бухгалтерского учета и (или) отчетности является обязательным требованием закона, ответственность за организацию бухгалтерского учета несет руководитель, то именно руководитель обязан доказывать наличие уважительных причин непредставления документации и то, что она в действительности имеется (имелась), а в случае утраты предпринимались действия по ее восстановлению. 

В случае если он таких доказательств не представляет, невыполнение требования о предоставлении первичных бухгалтерских документов или отчетности приравнивается к их отсутствию. 

Помимо объективной стороны правонарушения, связанной с установлением факта неисполнения обязательства по передаче документации либо отсутствия в ней соответствующей информации, необходимо установить вину субъекта ответственности, исходя из того, приняло ли это лицо все меры для надлежащего исполнения обязательств по ведению и передаче документации, при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота (пункт 1 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

С учетом общих положений о гражданско-правовой ответственности для определения размера субсидиарной ответственности также имеет значение причинно-следственная связь между отсутствием документации (отсутствием в ней информации или ее искажением) и невозможностью удовлетворения требований кредиторов. 

Пунктом 2 статьи 126 Закона о банкротстве предусмотрено, что с даты принятия судом решения о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства прекращаются полномочия руководителя должника. 

Руководитель должника в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязан обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему. В случае уклонения от указанной обязанности руководитель должника несет ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации. 

Следовательно, обязанность обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника конкурсному управляющему возложена на руководителя должника, что подразумевает отсутствие со стороны руководителя должника действий по уклонению от ее передачи, совершение руководителем должника действий при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требуется в целях передачи конкурсному управляющему документации должника. 

Как следует из материалов дела, конкурсный управляющий ООО «Легпромстрой» ФИО5 обращался в Арбитражный суд Челябинской области с ходатайством, в котором просил выдать исполнительный лист для принудительного исполнения требований арбитражного управляющего.

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 29.03.2017 заявление управляющего оставлено без движения, поскольку в нарушение пункта 3 части 2 статьи 125 АПК РФ в заявлении не было указано наименование ответчика, его место нахождения или место жительства, доказательства направления в его адрес запросов с требованием о передаче документации общества «Легпромстрой». Определением суда от 11.05.2017 указанное заявление возвращено конкурсному управляющему ФИО5 ввиду не устранения обстоятельств, послуживших основанием для оставления заявления без движения. С отдельным требованием об обязании руководителя должника передать документы и имущество общества конкурсный управляющий ФИО5 в суд не обращался.

Вместе с тем, ФИО3 в материалы дела представлены сопроводительные письма от 07.07.2016 (т.1, л.д.30-34), от 11.08.2016 (т.1, л.д.35), от 15.08.2016 (т.1, л.д.36), описи вложения в ценное письмо от 16.10.2016 (т.1, л.д.37), в соответствии с которыми руководитель передала арбитражному управляющему ФИО5 документы, касающиеся хозяйственной деятельности должника, печать, штампы. На представленным документах имеются отметки конкурсного управляющего ФИО5 о получении документов.

Ссылаясь на неисполнение обязанности, а именно не передачу документов бухгалтерского учета и отчетности за период деятельности должника, расшифровки дебиторской задолженности, транспортных средств, конкурсный управляющий ФИО16 обращалась в арбитражный суд с требованием обязать ФИО3 передать указанные документы должника. 

Определением суда от 09.01.2018 принято к производству заявление конкурсного управляющего ФИО16 об обязании бывшего руководителя должника ФИО3 передать бухгалтерскую и иную документацию должника. После освобождения от исполнения обязанностей ФИО16 заявленные требования поддерживалась вновь утвержденным конкурсным управляющим ФИО7 

В ходе рассмотрения требования о передаче документации ответчиком по акту приема-передачи от 28.02.2018 (л.д.137) переданы дополнительные документы. В связи с исполнением обязанности ФИО3 по передаче имевшихся документов общества, определением суда от 26.12.2019 в удовлетворении заявленных требований об истребовании документации было отказано.

Кроме того, суд руководствовался пояснениями главного бухгалтера должника ФИО17, работавшего на предприятии в 2015 году, в соответствии с которыми документы бухгалтерского учета находились частично в городе Челябинске, частично в городе Миассе, после увольнения документы по акту приема-передачи им никому не передавались. Передача документов ФИО3 осуществлена бухгалтером только в январе 2020 года, в свою очередь, ответчик предоставил полученную документацию конкурсному управляющему. 

Как следует из пояснений конкурсного управляющего, первичная бухгалтерская и иная документация должника не передана руководителем, что не позволило конкурсному управляющему выявить и истребовать имущество должника, находящееся во владении третьих лиц, предъявить иски о взыскании долга, оспорить в полной мере сделки должника, и, следовательно, наиболее полно сформировать конкурсную массу.  

Между тем, судом первой инстанции при рассмотрении настоящего обособленного спора не установлены обстоятельства злостного уклонения от исполнения обязанности по передаче имущества и документации должника. 

В материалы дела представлены акты приема - передачи, подписанные сторонами, без указания каких – либо претензий, подтверждающие передачу бывшим руководителем должника имеющейся у него документации конкурсным управляющим. База 1С представлены в материалы обособленного спора сотрудниками УЭБиПК. Денежные средства, полученные от продажи транспортных средств, направлялись обществом на погашение задолженности по заработной плате.

Для целей удовлетворения заявления конкурсного управляющего о привлечении бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности по заявленному основанию необходимо было доказать, что отсутствие документации должника, либо отсутствие в ней полной и достоверной информации, существенно затруднило проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, и при наличии документации это могло бы пополнить конкурсную массу, привело к невозможности погашения требований кредиторов.

В этой связи, привлекая контролирующее должника лицо к субсидиарной ответственности, заявителю необходимо представить доказательства, свидетельствующие о наличии причинно-следственной связи между отсутствием документации (отсутствием в ней информации или ее искажением), и существенным затруднением проведения процедур, применяемых в деле о банкротстве.

В рассматриваемом случае доказательства существенных затруднений в проведении процедуры конкурсного производства в материалы дела не представлены. Конкурсным управляющим не представлено суду достаточных доказательств наличия документации/имущества должника в фактическом владении ФИО3, а также того, что она препятствует конкурсному управляющему в получении таковых (статьи 9, 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Доказательств того, что бывшим руководителем должника были совершены действия, направленные на уклонение от исполнения предусмотренной обязанности по передаче документов, которые не позволили сформировать либо затруднить формирование конкурсной массы, в материалы дела не представлено. Конкурсным управляющим указанные обстоятельства не опровергнуты.

Основания переоценивать выводы суда первой инстанции у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

В качестве основания для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности указано на совершение должником следующих сделок:

1) договор купли-продажи транспортного средства от 23.10.2015, заключенный с ФИО8 по продаже транспортного средства – грузовой автомобиль МА36501В98420000 - заводской № Y3M6501B9E0000511, двигатель - № D0010731,мощность - 411 л.с, 2014 года выпуска;

2) договор купли - продажи транспортного средства от 09.10.2015, заключенный с ФИО9, ИНН 

<

***>, по продаже транспортного средства - грузовой автомобиль МАЗ-6501В9-8420-000 - заводской № Y3M6501B9E0000556, двигатель № D0010806, мощность - 411 л.с, 2014 года выпуска;

3) договор хранения от 26.02.2016, заключенный с обществом с ограниченной ответственностью «Промаренда».

В силу статьи 10 Закона о банкротстве, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам. 

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств: причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона (абзац 3 п. 4 ст. 10 Закона).

Исходя из разъяснений, изложенных в пункте 23 постановления Пленума № 53, презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок. Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Привлечение к ответственности руководителя зависит от того, действовал ли он при исполнении возложенных на него обязанностей, в том числе при заключении сделки, разумно и добросовестно, то есть, проявил ли он заботливость и осмотрительность и принял ли все необходимые меры для надлежащего исполнения полномочий единоличного исполнительного органа.

Для привлечения к субсидиарной ответственности по основанию абзаца третьего пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве необходимо установление совокупности условий:

- наличие у привлекаемого лица к субсидиарной ответственности права давать обязательные указания для должника либо возможности иным образом определять действия должника;

- совершение этим лицом действий, свидетельствующих об использовании такого права и (или) возможности;

- наличие причинно-следственной связи между использованием этим лицом своих прав и (или) возможностей в отношении должника и несостоятельностью (банкротством) последнего;

- недостаточность имущества должника для расчетов с кредиторами.

Ответственность, предусмотренная пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой, в связи с чем, возложение на ответчика обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, что предполагает необходимость доказать наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда (вина), причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом.

Бремя доказывания указанных обстоятельств лежит на лице, заявившем о привлечении к ответственности.

Отсутствие вины в силу пункта 2 статьи 401, пункта 2 статьи 1064 Гражданского кодека Российской Федерации доказывается лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности.

Судом первой инстанции в отношении доводов конкурсного управляющего о совершении должником сделок, причинивших вред интересам кредиторов, в период руководства ФИО3 установлены следующие обстоятельства.

Определениями арбитражного суда от 27.05.2019 отказано в удовлетворении заявлений конкурсного управляющего по оспариванию сделок купли-продажи транспортных средств по причине пропуска срока исковой давности. В ходе рассмотрения заявленных требований конкурсного управляющего установлено, что 09.09.2015 между ООО «Легпромстрой» и ФИО9 заключен договор купли – продажи № 3, в соответствии с которым должник продал принадлежащий ему грузовой автомобиль МАЗ-6501В9-8420-000 – заводской № YЗМ6501В9Е0000556, двигатель № D0010806, мощность – 411 л.с., 2014 года выпуска за 1 000 000 руб. 00 коп. 

Согласно расписке от 09.09.2015 ФИО9 передал за спорное транспортное средство 1 000 000 руб. ФИО18, действующему от имени ООО «Легпромстрой» от 01.07.2015.

Согласно отчету № 23608/18, составленному ООО «ЮжУралЭксперт» по заказу конкурсного управляющего ФИО7, стоимость грузового автомобиля МАЗ-6501В9-8420-000 – заводской № YЗМ6501В9Е0000556, по состоянию на 01.01.2015 составляла 1 649 000 руб. 

Также, 23.10.2015 между ООО «Легпромстрой» и ФИО8 заключен договор купли – продажи № 5, в соответствии с которым должник продал принадлежащий ему грузовой автомобиль МАЗ6501В98420000 – заводской № YЗМ6501В9Е0000511, двигатель № D0010731, мощность – 411 л.с., 2014 года выпуска за 1 000 000 руб. 00 коп. 

Согласно расписке от 24.10.2015 ФИО8 передал за спорное транспортное средства 1 000 000 руб. ФИО18, действующему от имени ООО «Легпромстрой» от 01.07.2015.

Согласно отчету № 23708/18, составленному ООО «ЮжУралЭксперт» по заказу конкурсного управляющего ФИО7, стоимость грузового автомобиля МАЗ 6501В98420000 – заводской № YЗМ6501В9Е0000511 по состоянию на 01.01.2015 составляла 1 649 000 руб.

Конкурсный управляющий в обоснование требований о недействительности указанных договоров ссылался на отсутствие встречного предоставления со стороны ФИО8 и ФИО9

Между тем, в материалы дела ФИО3 представлены доказательства внесения в кассу и направления полученных денежных средств от продажи транспортных средств на погашение задолженности по заработной плате, в частности представлены авансовые отчеты, ведомости о погашении заработной платы (т.3, л.д.1-6, 16-21), денежные средства в сумме 1 000 000 руб. направлены на погашение задолженности по обязательным платежам. Отсутствие у должника соответствующих задолженностей первой и второй очереди подтверждается реестром требований кредиторов.

Доказательства наличия какой-либо заинтересованности ФИО8 и ФИО9 по отношению к должнику при рассмотрении споров конкурсным управляющим не представлялись, также отсутствовали основания для вывода о наличии злоупотребления в действиях сторон при заключении спорных договоров. При этом, суд первой инстанции верно отметил, что отчеты об оценке рыночной стоимости транспортных средств не свидетельствуют о наличии в действиях сторон цели причинения вреда кредиторам, и не служат однозначным доказательством неравноценности по договорам, поскольку осмотр объектов оценки не проводился. Техническое состояние автотранспорта установить не представлялось возможным по причине его отсутствия.

Доводы управляющего о причине банкротства должника в результате заключения договора хранения №1024 от 26.02.2016 с ООО «Промаренда» (хранитель) не подтверждены документально. Кроме того, как верно указал суд первой инстанции, конкурсным управляющим заключен аналогичный договор хранения автомобильного крана по цене, значительно превышающей стоимость по договору от 26.02.2016, что свидетельствует о равноценности спорного договора. Сдача автокрана в аренду привела бы к увеличению расходов должника на выплату заработной платы водителю, и уменьшила покупательскую цену на имущество ввиду его эксплуатации.

Факт совершения сделки приведшей к негативным экономическим последствиям, сам по себе не является безусловным основанием для привлечения бывшего руководителя к субсидиарной ответственности, поскольку необходимо доказать совокупность условий для ее наступления. 

В рассматриваемом случае не доказано конкурсным управляющим то обстоятельство, что в результате совершения спорных сделок было ухудшено финансовое состояние должника. Не представлено конкурсным управляющим доказательств того, что именно совершение спорных сделок привело к банкротству должника.

С учетом изложенного, судом сделан обоснованный вывод о том, что указанные сделки не являются причиной объективного банкротства должника, поскольку не являются существенно невыгодными применительно к масштабам его деятельности.

По своей юридической природе субсидиарная ответственность, являясь экстраординарным механизмом защиты нарушенных прав кредиторов, представляет собой исключение из принципа ограниченной ответственности участников и правила о защите делового решения менеджеров. Привлечение к субсидиарной ответственности является исключительной мерой, к которой конкурсный управляющий прибегает после исчерпания иных способов для пополнения конкурсной массы.

По данному конкретному делу, не представлено доказательств неправомерных действий руководителя должника, которые повлекли банкротство должника и невозможность полного удовлетворения требований кредиторов. При том, что презумпции, установленные Законом о банкротстве о привлечении контролирующего должника лица, опровергнуты им с представлением документального подтверждения.

Таким образом, при рассмотрении настоящего спора судом верно установлено и материалами дела подтверждено отсутствие совокупности условий для признания установленными оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности, недоказанности причинно-следственной связи между противоправными действиями контролирующего должника лица и наступившими последствиями в виде невозможности полного погашения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов должника.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта на основании части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не допущено.

Поскольку статьей 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации уплата государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы на обжалуемое определение не предусмотрена, вопрос о распределении между сторонами судебных расходов не рассматривается.

 

Руководствуясь статьями 176, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции  

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Челябинской области от 23.09.2020 по делу № А76-3897/2016 оставить без изменения, апелляционную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Легпромстрой» ФИО7 - без удовлетворения.

 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение одного месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий судья                                       А.А. Румянцев

Судьи:                                                                             Л.В. Забутырина 

                                                                                         С.В. Матвеева