Арбитражный суд

Ханты-Мансийского автономного округа – Югры

ул. Мира 27, 

<

...>, тел. 

<

***>, сайт http://www.hmao.arbitr.ru

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

РЕШЕНИЕ

г. Ханты-Мансийск

29 декабря 2025 г.

Резолютивная часть решения составлена 18 декабря 2025 г.

Мотивированное решение изготовлено 29 декабря 2025 г.

Дело № А75-23124/2025

Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры в составе судьи Лисянского Д.П., рассмотрев в порядке упрощенного производства дело по заявлению Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Ханты-Мансийскому автономному округу – Югре (ОГРН: 

<

***>, дата присвоения ОГРН: 05.12.2002, ИНН: 

<

***>, КПП: 860101001, адрес: 628011, Ханты-Мансийский автономный округ – Югра, 

<

...>) о привлечении арбитражного управляющего ФИО1 к административной ответственности, предусмотренной частью 3 статьи 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, на основании протокола об административном правонарушении № 00358625 от 16.10.2025, при участии в деле в качестве заинтересованных лиц Ассоциации «Региональная саморегулируемая организация профессиональных арбитражных управляющих», общества с ограниченной ответственностью «Инновационные нефтегазовые технологии»,

установил:

Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Ханты-Мансийскому автономному округу – Югре (далее – Управление Росреестра, административный орган) обратилось в Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры с заявлением о привлечении арбитражного управляющего ФИО1 (далее – арбитражный управляющий, ФИО1) к административной ответственности, предусмотренной частью 3 статьи 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее – КоАП РФ), на основании протокола об административном правонарушении от 16.10.2025 № 00358625.

Определением суда от 22.10.2025 указанное заявление принято к рассмотрению в порядке упрощенного производства по правилам части 1 статьи 227 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

К участию в деле в качестве заинтересованных лиц привлечены Общество с ограниченной ответственностью «Инновационные нефтегазовые технологии» (далее − ООО «ИНГТ»), Ассоциация «Региональная саморегулируемая организация профессиональных арбитражных управляющих» (далее − саморегулируемая организация, Ассоциация «РСОПАУ»).

В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации стороны извещены о принятии заявления в порядке упрощенного производства, в том числе публично путем опубликования определения арбитражного суда от 22.10.2025 в информационном ресурсе «Картотека арбитражных дел» на официальном сайте арбитражного суда в сети «Интернет».

Арбитражным управляющим в материалы дела через систему «Мой арбитр» 05.11.2025 представлен отзыв на заявление о привлечении к административной ответственности с документами, которые приобщены к материалам дела в порядке статей 66, 131 АПК РФ.

В отзыве арбитражный управляющий просит применить положения статьи 2.9 КоАП РФ и освободить его от административной ответственности в силу малозначительности совершенного правонарушения, ввиду отсутствия в его действиях признаков административного правонарушения, так и признаков недобросовестности и угрозы охраняемым общественным отношениям.

Управлением Росреестра 13.11.2025 через электронный сервис подачи документов «Мой Арбитр» направлено ходатайство о приобщении уникального идентификатора начисления (УИН) для взыскания (уплаты) штрафа, которое принято судом и приобщено к материалам дела в порядке статей 66 АПК РФ.

Саморегулируемой организацией в материалы дела через систему «Мой арбитр» 18.11.2025 представлен отзыв на заявление о привлечении к административной ответственности с документами, которые приобщены к материалам дела в порядке статей 66, 131 АПК РФ. Ассоциация «РСОПАУ» считает, что Управлением Росреестра не доказано наличие в действиях арбитражного управляющего нарушений, образующих состав административного правонарушения, оснований для удовлетворения заявления и привлечения к административной ответственности не имеется. Просит применить положения статьи 2.9 КоАП РФ и освободить его от административной ответственности в силу малозначительности совершенного правонарушения.

Управлением Росреестра 18.12.2025 нарочно подано ходатайство о приобщении реквизитов для взыскания (уплаты) штрафа, которое принято судом и приобщено к материалам дела в порядке статей 66 АПК РФ.

На основании статьи 228 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено без вызова сторон.

18.12.2025 Арбитражным судом Ханты-Мансийского автономного округа − Югры вынесена резолютивная часть решения, принятого в упрощенном порядке.

Арбитражный управляющий 22.12.2025 обратился с заявлением об изготовлении мотивированного решения.

В соответствии с пунктом 2 статьи 229 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации по заявлению лица, участвующего в деле, по делу, рассматриваемому в порядке упрощенного производства, арбитражный суд составляет мотивированное решение.

Исследовав представленные в материалы дела доказательства, суд установил следующие обстоятельства.

Определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа − Югры по делу № А75-21122/2019 от 29.11.2021 (резолютивная часть) в отношении акционерного общества «Каюм Нефть» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, адрес: 628180 Ханты-Мансийский автономный округ − Югра, 

<

...>) введена процедура наблюдения сроком на четыре месяца. Временным управляющим утвержден ФИО1 (ИНН 

<

***>, СНИЛС 

<

***>, адрес для корреспонденции: 305001 

<

...>), член Ассоциации «РСОПАУ».

Сообщение о введении в отношении должника процедуры наблюдения опубликовано в газете «Коммерсант» от 04.12.2021 № 221.

Решением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа − Югры по делу № А75-21122/2019 от 12.04.2022 (резолютивная часть от 05.04.2022) АО «Каюм Нефть» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура конкурсного производства. Исполняющим обязанности конкурсного управляющего должником назначен ФИО1

Сообщение о признании должника несостоятельным (банкротом) и об открытии в отношении него процедуры конкурсного производства опубликовано в газете «Коммерсант» от 16.04.2022 № 67.

Постановлением суда апелляционной инстанции, резолютивная часть которого объявлена 22.06.2022, решение суда от 12.04.2022 по настоящему делу отменено, вопрос о рассмотрении отчета временного управляющего направлен на рассмотрение в суд первой инстанции.

Постановлением суда кассационной инстанции от 25.10.2022 постановление суда апелляционной инстанции от 28.06.2022 отменено, решение суда первой инстанции от 12.04.2022 по настоящему делу оставлено в силе.

Определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа − Югры по делу № А75-21122/2019 от 07.03.2024 конкурсным управляющим должником утвержден член саморегулируемой организации Ассоциация «Межрегиональная саморегулируемая организация профессиональных арбитражных управляющих» ФИО2 (номер в сводном государственном реестре арбитражных управляющих − 10129, почтовый адрес для направления корреспонденции: 119311, г. Москва, а/я 145) (далее − ФИО2).

Определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа − Югры по делу № А75-21122/2019 от 23.12.2024 производство по делу прекращено, утверждено мировое соглашение от 06.12.2024, заключенное между кредиторами и акционерным обществом «КАЮМ НЕФТЬ».

Согласно жалобе ООО «ИНГТ» ФИО1 при ведении процедуры банкротства в отношении АО «КАЮМ НЕФТЬ» не исполнена обязанность, установленная ст. 20.3, п. 2 ст. 52 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» от 26.10.2002 № 127-ФЗ (далее − Закон о банкротстве), что выразилось в нарушении судебного запрета на полную или частичную остановку производства и технологических процессов по добыче и реализации нефти, установленного определением Замоскворецкого районного суда города Москвы от 09.11.2022 по делу № 02-0614/23.

Определением Управления Росреестра от 17.09.2025 в отношении Посашкова А.Н. возбуждено дело об административном правонарушении и проведении административного расследования № 88/86-25.

Определением Управления Росреестра от 17.09.2025 у ФИО1 истребованы сведения, необходимые для разрешения дела об административном правонарушении № 88/86-25.

Во исполнение требований административного органа ФИО1 представил письменные пояснения по делу об административном правонарушении.

При этом, в ходе административного расследования Управление пришло к выводу, что арбитражным управляющим нарушены требования положений п. 4 ст. 20.3 Закона о банкротстве.

По факту выявленного правонарушения административным органом в отношении ФИО1 составлен протокол об административном правонарушении от 16.10.2025 № 00358625 по части 3 статьи 14.13 КоАП РФ.

Протокол составлен в отсутствие арбитражного управляющего, надлежащим образом извещенного о его составлении, с соблюдением требований к порядку и срокам его составления, установленными главой 28 КоАП РФ.

Учитывая подведомственность, закрепленную в статье 23.1 КоАП РФ, на основании статьи 28.8 Кодекса, Управление Росреестра 21.10.2025 № Исх-07264/25 обратилось в арбитражный суд с заявлением о привлечении арбитражного управляющего ФИО1 к административной ответственности, предусмотренной частью 3 статьи 14.13 КоАП РФ.

В силу части 6 статьи 205 АПК РФ при рассмотрении дела о привлечении к административной ответственности арбитражный суд в судебном заседании устанавливает, имелось ли событие административного правонарушения, и имелся ли факт его совершения лицом, в отношении которого составлен протокол об административном правонарушении, имелись ли основания для составления протокола об административном правонарушении и полномочия административного органа, составившего протокол, предусмотрена ли законом административная ответственность за совершение данного правонарушения и имеются ли основания для привлечения к административной ответственности лица, в отношении которого составлен протокол, а также определяет меры административной ответственности.

В соответствии с частью 3 статьи 14.13 КоАП РФ неисполнение арбитражным управляющим обязанностей, установленных законодательством о несостоятельности (банкротстве), если такое действие (бездействие) не содержит уголовно наказуемого деяния, влечет предупреждение или наложение административного штрафа на должностных лиц в размере от двадцати пяти тысяч до пятидесяти тысяч рублей.

Нормы части 3 статьи 14.13 КоАП РФ являются бланкетными, поэтому для привлечения лица к административной ответственности по указанной статье административному органу необходимо доказать неисполнение арбитражным управляющим обязанностей, установленных законодательством о несостоятельности (банкротстве), а также наличие вины арбитражного управляющего в допущенном нарушении.

Деятельность арбитражных управляющих, их права и обязанности регламентированы в частности нормами Закона о банкротстве.

В силу статьи 20 Закона о банкротстве арбитражный управляющий является субъектом профессиональной деятельности, что предполагает его осведомленность о требованиях Закона о банкротстве и участие в процедурах банкротства должника с соблюдением таких требований.

В пункте 2 статьи 20.3 Закона о банкротстве закреплены обязанности арбитражного управляющего, перечень которых не является исчерпывающим и, по сути, охватывает все функции арбитражного управляющего, установленные Законом о банкротстве.

В соответствии с пунктом 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

В отношении арбитражного управляющего принцип разумности означает соответствие его действий определенным стандартам, установленным, помимо законодательства о банкротстве, правилами профессиональной деятельности арбитражного управляющего, утверждаемыми постановлениями Правительства Российской Федерации, либо стандартам, выработанным правоприменительной практикой в процессе реализации законодательства о банкротстве. Добросовестность действий арбитражного управляющего выражается в отсутствие умысла причинить вред кредиторам, должнику и обществу.

Ввиду того, что полномочия арбитражного управляющего в деле о банкротстве носят выраженный публично-правовой характер, арбитражный управляющий в силу указанных положений обязан обеспечить интересы не только лиц, участвующих в деле о банкротстве, но также и иных лиц, перед которыми у должника имеются неисполненные обязательства различного характера.

Неисполнение предусмотренных Законом о банкротстве обязанностей и полномочий создают событие административного правонарушения, предусмотренного частью 3 статьи 14.13 КоАП РФ.

При проведении административного расследования установлено следующее.

Решением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры по делу № А75-21122/2019 от 12.04.2022 АО «Каюм Нефть» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура конкурсного производства. Исполняющим обязанности конкурсного управляющего должником назначен ФИО1

Определением Замоскворецкого районного суда города Москвы от 09.11.2022 в рамках иска Генеральной Прокуратуры России о взыскании ущерба бюджету в размере 192,15 млрд. рублей (номер дела № 02-0614/2023 (02-7455/2022)) были приняты обеспечительные меры в отношении имущественного комплекса АО «Каюм Нефть», в соответствии с которыми, в том числе запрещено полностью или частично останавливать производство и технологические процессы по добыче и реализации нефти, заключать сделки по распоряжению добытой нефтью на условиях отсрочки платежа и (или) их переводе третьим лицам, запрещены расчеты за добытую нефть посредством мены и посредством вексельных расчетов, кроме того, запрещено прекращать отгрузки продукции по ранее заключенным договорам.

Арбитражный управляющий, по данному доводу пояснил следующее.

«Определением Замоскворецкого районного суда г. Москвы от 09.11.2022 по делу № 2-7455/2022 в отношении АО «Каюм Нефть» приняты обеспечительные меры, в том числе, в виде запрета полностью или частично останавливать производственные и технологические процессы за исключением случаев, необходимых для предупреждения чрезвычайных ситуаций природного (техногенного) характера, ликвидации их последствий.

Во исполнение данного судебного акта 15.12.2022 между АО «Каюм Нефть» и ООО «ИНГТ» было заключено Соглашение о сервисных рисках при разработке Западно-Каюмовского лицензионного участка (далее − Соглашение), в соответствии с которым ООО «ИНГТ», являясь оператором, оказывало услуги по добыче нефти на Западно-Каюмовском лицензионном участке. Срок действия договора Соглашения истек 30.12.2023.

За время работы с данной компанией, у и.о. конкурсного управляющего возникли существенные разногласия с ООО «ИНГТ», которые выразились в следующем:

- начиная с середины 2023 года ООО «ИНГТ» включало в расходы, подлежащие возмещению из конкурсной массы АО «Каюм Нефть» по итогам каждого месяца, суммы, не относящиеся к целям Соглашения о сервисных рисках: расходы на содержание административного персонала, не выполнявшего трудовые обязанности на территории Западно-Каюмовского лицензионного участка, расходы на заработную плату данных сотрудников, расходы на выполнение работ на развитие месторождения, расходы, не направленные на нужды АО «Каюм Нефть» и так далее. Размер необоснованных расходов ООО «ИНГТ» превысил 80 млн. руб., в связи с чем, в адрес компании направлена претензия со стороны АО «Каюм Нефть»);

-	И.о. конкурсного управляющего при изучении поступившего от Управления Росаккредитации по УФО ответа с приложением документов, было установлено, что ООО «ИНГТ» были представлены в ведомство вместе с заявкой на получение аттестата аккредитации лаборатории контроля качества поддельные документы (выписка из ЕГРН на объект недвижимости, принадлежащий АО «Каюм Нефть», договор аренды помещения, лабораторного оборудования). Данная информация была скрыта от и.о. конкурсного управляющего, кредиторов. По данному факту противоправных действий ООО «ИНГТ» (представление в госорганы подложных документов) и.о. конкурсного управляющего направлено заявление в правоохранительные органы;

-	ООО «ИНГТ», имея достаточное количество времени (1 год) так и не получило лицензии на эксплуатацию опасных производственных объектов II, III классов опасности, что является грубым нарушением части 1 статьи 6, части 1 статьи 9 Федерального закона от 21.07.1997 № 116-ФЗ «О промышленной безопасности опасных производственных объектов»; пункта 12 части 1 статьи 12 Федерального закона от 04.05.2011 № 99-ФЗ «О лицензировании отдельных видов деятельности»;

-	постановлением Хамовнического районного суда города Москвы по делу № 05-0369/2023 от 26.06.2023 ООО «ИНГТ» признано виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ст. 9.1 ч. 1. Кодекса РФ об административных правонарушениях, обществу назначено наказание в виде административного штрафа. Административное дело было возбуждено на основании проверки и протокола Северо-Уральского управления Ростехнадзора;

-	ООО «ИНГТ» без согласия и.о. конкурсного управляющего направило в адрес Департамента недропользования и природных ресурсов ХМАО-Югры документы в целях получения права пользования участком недр местного значения для разведки и добычи подземных вод, используемых с целью питьевого и хозяйственно-бытового водоснабжения или технического водоснабжения объекта «Водозабор Каюмовского месторождения».

При указанных обстоятельствах продолжение совместной работы АО «Каюм Нефть» и ООО «ИНГТ» являлось невозможным.

ФИО1 29.12.2023 в адрес генерального директора ООО «ИНГТ» ФИО3 было направлено уведомление о необходимости обеспечения передачи всех дел, имущества новому оператору − АО «Дагнефтегаз» в срок не позднее 01.01.2024 в связи с истечением операторского договора, заключенного между АО «Каюм Нефть» и ООО «ИНГТ» 31.12.2023.

30.12.2023 в адрес генерального директора ООО «ИНГТ» ФИО3 ФИО1 была направлена телеграмма того же содержания. Также 30.12.2023 представителям ООО «ИНГТ» данная информация была сообщена лично ФИО1

В соответствии с пунктом 4 статьи 18.1 Закона о банкротстве должник вправе передавать в аренду имущество, являющееся предметом залога, только с согласия кредитора, требования которого обеспечены залогом такого имущества, если иное не предусмотрено федеральным законом или договором залога и не вытекает из существа залога.

Все имущество АО «Каюм Нефть» обременено залогом в пользу кредитора АО «Газпромбанк», который в свою очередь, реализуя своё право, согласовал 28.12.2023 договор аренды с АО «Дагнефтегаз».

Впоследствии между АО «Каюм Нефть» и АО «Дагнефтегаз» заключен договор оказания операторских услуг от 30.12.2023, в соответствии с которым новой компанией оператором стало АО «Дагнефтегаз».

Так, имущество АО «Каюм Нефть» сосредоточено на 3-х технологических объектах:

1) Узел учета нефти (Приемо-сдаточный пункт) − расположен в городе Урай. На указанном объекте осуществляется прием нефти с месторождения и ее последующая прокачка в магистральные трубопроводы ПАО «Транснефть» с ее последующей «доставкой» до конечного покупателя − нефтеперерабатывающего завода. На данном объекте также располагается лаборатория контроля качества, где осуществляется анализ качества углеводородного сырья − нефти перед ее поступлением в трубопровод Транснефти. Лаборатория контроля качества является собственностью АО «Каюм Нефть» и находится в залоге у АО «Газпромбанк».

2) Пункт налива нефти. Данный объект располагается в 80 км. от города Урай. На нем происходит прием нефти с месторождения и обеспечение ее последующего налива в автовозы.

3) Установка подготовки нефти (УПН). Здесь же расположен вахтовый жилой комплекс для сотрудников, осуществляющих добычу нефти. На данном объекте осуществляется первый этап всего технологического процесса, а именно − добыча нефти, прием продукции непосредственно из нефтяных скважин на УПН для осуществления последующего процесса предварительного разделения УВС на нефть, попутный нефтяной газ (ПНГ) и пластовую воду и последующей подготовки нефти до товарного качества.

Причиной снижения добычи нефти и, соответственно, ее последующей реализации являлось поведение сотрудников ООО «ИНГТ», которые, контролируя объект Центр добычи нефти и газа (ЦДНГ), отказались запустить подачу на Пункт налива нефти (ПНН), где в январе 2024 года находились сотрудники АО «Дагнефтегаз», готовые обеспечить доставление нефти до следующего пункта − Приемо-сдаточный пункт (ПСП), а оттуда непосредственно сдавать ее в систему магистральных трубопроводов ПАО «Транснефть».

Исполнение АО «Дагнефтегаз» своих обязанностей как оператора подтверждается заключением договора оказания транспортных услуг от 01.01.2024 с ООО «АвтоЛайнСервис». То есть, на пункте налива нефти в январе 2024 года находился транспорт ООО «АвтоЛайнСервис» для перевозки нефтесодержащей жидкости до Приемо-сдаточного пункта, однако при отсутствии самой нефтесодержащей жидкости (по причине деструктивных действий ООО «ИНГТ») исполнение услуг не представлялось возможным.

ФИО1 неоднократно обращался к руководству ООО «ИНГТ», сотрудникам с требованием о возобновлении подачи нефти на объекты нефтепромысла, которые остались проигнорированы.

Руководство ООО «ИНГТ» также игнорировало обращения ФИО1 о необходимости исполнения постановления судебного пристава ФИО4 от 10.01.2024, содержащее условие о перечислении денежных средств (предоплаты) за планируемые к отгрузке объемы нефти от покупателя на расчетные счета АО «Каюм Нефть», а не ООО «ИНГТ».

В рассматриваемом случае негативные последствия возникли ввиду действий, предпринятых ООО «ИНГТ», а не управляющего ФИО1:

1. Именно ООО «ИНГТ» было направлено письмо в ПАО «Транснефть» об остановке прокачки нефти в систему магистральных трубопроводов с 01.01.2024 в отсутствие согласования данных действий с управляющим,

2. ООО «ИНГТ» приняты действия по дестабилизации производственного процесса - приостановлена прокачка нефти с объекта УПН на ПНН, а впоследствии и ее вывоз с использованием нефтевозов с ПНН до ПСП, игнорирование требований управляющего по организации процесса передачи-приемки объектов промысла АО «Каюм Нефть»,

3. ООО «ИНГТ» приняло самовольное решение об остановке части нефтяных скважин, Установки подготовки нефти путем закрытия задвижек и блокировки поступления нефти из скважин на данный производственный объект, о добыче нефти на минимальных уровнях (300 тонн ежедневно вместо 900-1000 тонн/в день),

4. ООО «ИНГТ» был выведен из рабочего состояния Энергоцентр, прекращена подача нефти на Пункт налива нефти.

Соответственно, к дестабилизации производственного процесса привели действия компании оператора ООО «ИНГТ».

ООО «ИНГТ», будучи осведомленным об имеющихся между АО «Каюм Нефть» и ООО «ИНГТ» существенных разногласиях по вопросам ведения совместной производственной деятельности на протяжении более полугода, должно было как добросовестный контрагент предпринять меры по организации процесса передачи объектов промысла от одного оператора другому после истечения срока действия Соглашения, а не захватить Центр добычи нефти и газа силой и удерживать его с 31.12.2023. Текст письма управляющего от 29.12.2023 недвусмысленно содержит информацию о необходимости начала организационного процесса передачи дел от одного оператора (ООО «ИНГТ») другому − АО «Дагнефтегаз» до 01.01.2024, но никак не о необходимости ООО «ИНГТ» покинуть объекты промысла до 01.01.2024.

Документы, представленные в материалы дела о банкротстве АО «Каюм нефть» конкурсным управляющим ФИО2, свидетельствует о том, что объемы добычи нефти в период с марта по октябрь 2024 года варьировались между 3-5 тыс. тонн. Указанные цифры значительно отличаются от объемов добычи 2022 года, 2023 года. Соответственно, в течение 8 месяцев управления предприятием ФИО2 объемы добычи нефти не достигли значений 2023 года (30- 35 тыс. тонн ежемесячно).

Исходя из изложенного, логичной причиной снижения объемов добычи нефти является (помимо изложенных ранее недобросовестных действий ООО «ИНГТ») вынесение 10.01.2024 судебным приставом ФИО4 постановления о запрете совершения определенных действий, в котором, в том числе, был полностью изменен цикл реализации нефти по сравнению с 2023 годом.

ФИО1, действуя в январе 2024 года в интересах должника и кредиторов, заключил договор поставки нефти № КН-1/2024 от 26.01.2024 с ООО «Каспийский НПЗ» на поставку 50 000 тонн, который предусматривал соблюдение всех условий оплат, указанных в Постановлении пристава-исполнителя ФИО4 от 10.01.2024.

29.01.2024 покупатель обеспечил перечисление на расчетный счет АО «Каюм Нефть» 67 464 000 руб. 00 коп. за 2000 тонн нефти, планируемых к поставке. После чего, ФИО1 направил в ФНС РФ, МИ ФНС по крупнейшим налогоплательщикам №2, МРИ ФНС по крупнейшим налогоплательщикам №3 обращения о необходимости доведения данной информации до пристава-исполнителя ФИО4, как то предусматривало вынесенное ею Постановление от 10.01.2024. Однако информация ФНС РФ не была донесена до судебного пристава в том формате, который был предусмотрен Постановлением от 10.01.2024, а соответственно, сотрудники ПАО «Транснефть» не получили разрешения от ФИО4 на отгрузку нефти до покупателя ООО «Каспийский НПЗ» через систему магистральных трубопроводов.

То есть ФИО1 были предприняты все возможные в сложившихся обстоятельствах (изменение процедуры реализации нефти, невыполнение сотрудниками ООО «ИНГТ» обязанностей по перекачке нефти) меры, направленные на получение должником прибыли от ведения хозяйственной деятельности, а также нормализации производственной деятельности.

Приставом-исполнителем ФИО4 в рамках возбужденного сводного исполнительного производства от 18.11.2022 № 40108/22/99001-ИП/СВ не был составлен документ, которым был бы зафиксирован простой в деятельности АО «Каюм Нефть» по добыче и реализации нефти.

Отчеты о добыче нефти также подтверждают отсутствие остановки производственных процессов.

Таким образом, все участники процесса (АО «Дагнефтегаз», ФИО1, сотрудники АО «Каюм Нефть») предприняли меры для исполнения нового регламента производственной деятельности АО «Каюм Нефть» (в соответствии с Постановлением пристава ФИО4 от 10.01.2024, а также принятыми судом 15.01.2024 обеспечительными мерами), однако сотрудники и руководство ООО «ИНГТ», оставшись на месторождении после 30.12.2023, совершая противоправные и деструктивные действия, подорвали рабочий процесс по добыче и реализации нефти предприятия, тем самым допустив снижение объемов добычи нефти.

Необходимо также отметить, что в рамках дела № А75-21122/2019 при рассмотрении жалобы ООО «ИНГТ», ФНС России на действия (бездействие) ФИО1 подробно исследовался вопрос причинения обществу «Каюм Нефть», бюджету РФ убытков действиями ФИО1 и сделан вывод об отсутствии возникших у АО «Каюм Нефть» убытков, в удовлетворении жалобы отказано.

Таким образом, довод ООО «ИНГТ» о возникновении убытков в размере 800 миллионов рублей является голословным, документально не подтвержден.

Стоить отметить, что ООО «ИНГТ» также в деле о банкротстве АО «Каюм Нефть» обращалось с жалобой на действия ФИО1 с требованием о взыскании убытков в размере более 300 млн. руб. В удовлетворении этой жалобы было отказано в полном объеме».

При этом, данное правонарушение являлось предметом рассмотрения Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа − Югры, Восьмого арбитражного апелляционного суда и Арбитражного суда Западно-Сибирского округа.

В Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа − Югры 09.01.2024 (поступило нарочно) поступила жалоба ООО «ИНГТ» на действия (бездействие) и.о. конкурсного управляющего ФИО1

В указанной жалобе заявитель просил признать незаконными действия и.о. конкурсного управляющего АО «Каюм Нефть» ФИО1 по прекращению договорных отношений путем отказа 29.12.2023 от пролонгации срока действия Соглашения о сервисных рисках при осуществлении деятельности по разработке Западно-Каюмовского участка недр от 15.12.2022, заключенного с ООО «ИНГТ», и заключению договора с АО «Дагнефтегаз», не имеющим персонала и работников для эксплуатации опасных производственных объектов и имущественного комплекса АО «Каюм Нефть». Кроме того, заявитель просил взыскать с и.о. конкурного управляющего ФИО1 в пользу ООО «ИНГТ» убытки за период с 01.01.2024 по 08.01.2024 в размере 36 941 331 руб. 03 коп.

В Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа − Югры 12.02.2024 поступила жалоба акционерного общества «Дагнефтегаз» (далее − АО «Дагнефтегаз») на действия (бездействие) и.о. конкурсного управляющего ФИО1

В указанной жалобе заявитель просил:

1. Признать незаконными действия и.о. конкурсного управляющего АО «Каюм Нефть» ФИО1, выразившиеся в ненадлежащем порядке прекращении договорных отношений с ООО «ИНГТ» и последующем заключении Договора аренды имущественного комплекса с АО «Дагнефтегаз» без соответствующей организации.

2. Признать незаконными действия и.о. конкурсного управляющего АО «Каюм Нефть» ФИО1, выразившиеся в пропуске срока для надлежащего уведомления предыдущего арендатора о необходимости передаче имущества и установление минимального и неоправданно короткого срока для организации сдачи-приемки объекта.

3. Признать незаконными действия и.о. конкурсного управляющего АО «Каюм Нефть» ФИО1, выразившиеся в непередаче имущества по Договору аренды № 30/12-2023 с 01.01.2024 по 12.01.2024, т.е. с начала действия договора до принятия обеспечительных мер.

4. Признать незаконными действия и.о. конкурсного управляющего АО «Каюм Нефть» ФИО1, выразившиеся в отказе от подписания дополнительных соглашений о приостановлении действия Договора аренды и операторского договора до отмены обеспечительных мер.

5. Признать незаконными действия и.о. конкурсного управляющего АО «Каюм Нефть» ФИО1, выразившиеся в нарушении обязанности по обеспечению сохранности имущества Должника, повлекшее причинении вреда конкурсной массе.

6. Признать незаконными действия и.о. конкурсного управляющего АО «Каюм Нефть» ФИО1, выразившиеся в непринятии мер и бездействии в ситуации возникновения прав двух операторов на один производственный комплекс, а также допущении бездействием возможности повреждения нефтедобывающего оборудования и возникновения техногенной аварии.

7. Взыскать с и.о. конкурсного управляющего АО «Каюм Нефть» ФИО1 убытки в размере понесенных АО «Дагнефтегаз» расходов 78 950 891,92 руб.

Определением суда от 13.02.2024 жалоба принята судом к рассмотрению и объединена для совместного рассмотрения с жалобой ООО «ИНГТ» на действия (бездействие) и.о. конкурсного управляющего ФИО1

В Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа − Югры 12.02.2024 поступила жалоба межрегиональной инспекции Федеральной налоговой службы по крупнейшим налогоплательщикам № 2 на действия (бездействие) и.о. конкурсного управляющего ФИО1

В указанной жалобе уполномоченный орган просил признать незаконными действия и.о. конкурсного управляющего АО «Каюм Нефть» ФИО1, выразившиеся в нарушении судебного запрета на полную или частичную остановку производства и технологических процессов по добыче и реализации нефти.

Определением суда от 19.02.2024 жалоба принята судом к рассмотрению и объединена для совместного рассмотрения с жалобами ООО «ИНГТ» и АО «Дагнефтегаз» на действия (бездействие) и.о. конкурсного управляющего ФИО1

Определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа − Югры от 09.04.2025 по делу № А75-21122/2019 в удовлетворении ходатайства арбитражного управляющего ФИО1 о прекращении производства по жалобам общества с ограниченной ответственностью «Инновационные нефтегазовые технологии» и межрегиональной инспекции Федеральной налоговой службы по крупнейшим налогоплательщикам № 2 отказано. В удовлетворении заявленных обществом с ограниченной ответственностью «Инновационные нефтегазовые технологии» требований отказано. Жалоба межрегиональной инспекции Федеральной налоговой службы по крупнейшим налогоплательщикам № 2 удовлетворена частично. Признаны незаконными действия и.о. конкурсного управляющего ФИО1, совершенные в период с 31.12.2023 по 06.02.2024, выразившиеся в нарушении судебного запрета на полную или частичную остановку производства и технологических процессов по добыче и реализации нефти, установленного определением Замоскворецкого районного суда города Москвы от 09.11.2022 по делу № 02-0614/23. В удовлетворении остальной части жалобы межрегиональной инспекции Федеральной налоговой службы по крупнейшим налогоплательщикам № 2 отказано.

Постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 03.07.2025 по делу № А75-21122/2019 определение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа − Югры от 09.04.2025 по делу № А75-21122/2019 оставлено без изменения, апелляционные жалобы арбитражного управляющего ФИО1, общества с ограниченной ответственностью «Инновационные нефтегазовые технологии» и межрегиональной инспекции Федеральной налоговой службы по крупнейшим налогоплательщикам № 2 − без удовлетворения.

Постановлением Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 03.10.2025 по делу № А75-21122/2019 определение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа − Югры от 09.04.2025 и постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 03.07.2025 по делу № А75- 21122/2019 оставлены без изменения, кассационные жалобы общества с ограниченной ответственностью «Инновационные нефтегазовые технологии», арбитражного управляющего ФИО1, Межрегиональной инспекции Федеральной налоговой службы по крупнейшим налогоплательщикам № 2 − без удовлетворения.

Указанными судебными актами установлено следующее.

«Как следует из материалов дела, установлено судом первой инстанции, между АО «Каюм Нефть» (пользователь недр) и ООО «ИНГТ» (оператор) 15.12.2022 заключено соглашение о сервисных рисках при осуществлении деятельности по разработке Западно-Каюмовского участка недр.

Согласно пункту 1.1 соглашения пользователь недр и оператор обязались осуществлять деятельность по разработке Западно-Каюмовского участка недр, а именно: дельность по добыче полезных ископаемых в соответствии с условиями пользования недр, и распределить денежные средства, вырученные от реализации добытого углеводородного сырья (УВС), в соответствии с условиями, установленными настоящим соглашением.

В пункте 3.1. соглашения (с учетом дополнительного соглашения от 20.12.2022) закреплены следующие обязательства.

В течение срока соглашения оператор обязуется реализовывать добытые УВС (нефть) и организовывать распределение между сторонами вырученных денежных средств. Для целей распределения вырученных денежных средств сторонами определяется компенсационная часть добытых полезных ископаемых, которой признается определенная часть общего количества добытых в этом периоде деятельности полезных ископаемых, стоимость которой должна быть учтена для покрытия понесенных сторонами расходов на осуществление деятельности по разработке.

Сторонами также определяется доходная часть добытых полезных ископаемых, которой признается разница между общим количеством добытых в этом периоде деятельности по разработке полезных ископаемых и количеством добытых полезных ископаемых, составляющим компенсационную часть в этом периоде деятельности по разработке.

Доля оператора в распределении денежных средств, составляющих доходную часть добытых полезных ископаемых, составляет 3% от компенсационной части добытых полезных ископаемых, приходящейся на оператора (от расходов, понесенных оператором в отчетном периоде). Оставшаяся часть доходной части добытых полезных ископаемых причитается пользователю недр.

В соответствии с пунктом 4.1 соглашения оператор обязан своими силами и за свой счет:

Пункт 4.1.1. Выполнять все организационно-технические мероприятия по обеспечению добычи и транспортировки углеводородного сырья (в том числе в области повышения нефтеотдачи и интенсификации добычи нефти, доставки до конечного покупателя всеми видами транспорта).

Пункт 4.1.10. При эксплуатации объектов и производстве работ обеспечить соблюдение требований правил и норм безопасности в области охраны труда и окружающей природной среды, промышленной, пожарной, противофонтанной и санитарной безопасности, а также отраслевых и корпоративных правил и норм, действующих в отношении данного вида работ, оборудования и производства, выполнять требования органов государственного надзора и контроля, нести ответственность за санитарное, экологическое и противопожарное состояние территории лицензионных участков, на которых оператор ведёт хозяйственную деятельность в рамках данного соглашения.

Пункт 4.1.12. Обеспечить проведение работ и эксплуатацию объектов по настоящему соглашению безопасным образом, в соответствии с требованиями: ФЗ «О промышленной безопасности опасных производственных объектов», ФЗ «О пожарной безопасности», ФЗ «Технический регламент о требованиях пожарной безопасности», ФЗ «О защите населения и территорий от чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера», Закона РФ «Об обеспечении единства измерений», иными принятыми государственными, отраслевыми, корпоративными документами − законодательными актами, стандартами, правилами и инструкциями, а также с той степенью старательности и осторожности, которую обычно предполагает деятельность операторов, занятых в подобной работе в сходных обстоятельствах.

Пункт 4.1.27. Реализовать добытое в очередном периоде деятельности по разработке УВС и распределить между сторонами вырученные денежные средства.

ООО «ИНГТ» в процессе исполнения соглашения (на основании вышеуказанных его пунктов) зарегистрированы опасные производственные объекты (ОПО) АО «Каюм Нефть», проведено обучение персонала, назначены ответственные лица. Деятельность сотрудников ООО «ИНГТ» осуществляется вахтовым методом, смена вахт осуществляется на пункте налива нефти 10 числа, на нефтепромысле − 16 числа каждого месяца.

В соответствии с пунктом 2.1 соглашения настоящее соглашение вступает в силу с даты его подписания и действует до 31.12.2023. Срок действия настоящего соглашения может быть продлен путем подписания сторонами дополнительного соглашения.

В связи с предстоящим истечением срока действия соглашения ООО «ИНГТ» письмом от 19.12.2023 №704/и в адрес управляющего ФИО1 было направлено дополнительное соглашение от 14.12.2023 № 4 к соглашению о сервисных рисках от 15.12.2022, подписанное в двух экземплярах, о продлении срока действия соглашения до 31.12.2024.

Согласно сведениям с сайта акционерного общества «Почта России» (отслеживание почтовых отправлений) указанное письмо получено управляющим 26.12.2023.

Как отмечено ООО «ИНГТ», убедившись в получении ФИО1 дополнительного соглашения о пролонгации соглашения на 2024 год и не получив заблаговременно уведомления/требования о создании комиссии по передаче опасных производственных объектов и имущества АО «Каюм Нефть», ООО «ИНГТ»28.12.2023, подписало с ООО «РД-Ойл» приложение № 8 к договору поставки нефти от 12.05.2023 № 183/23, в соответствии с которым обязалось поставить в январе 2024 года 26 000 тонн нефти на условиях 85% предоплаты, исходя из предварительной цены 30 828 руб. 54 коп. (итоговая цена определяется по данным среднего значения котировок «Юралс fip Западная Сибирь ФОРМУЛА», опубликованных ценовым агентством «Аргус Медиа» по результатам января 2024 года), предварительная стоимость нефти определена в размере 801 542 040 руб.

В последующем 29.12.2023 на адрес электронной почты ООО «ИНГТ» от управляющего ФИО1 поступило письмо от 29.12.2023 № 4-2812/23. В указанном письме управляющий сообщил, что в связи с истечением срока действия соглашения 31.12.2023, а также в связи с указанием залогового кредитора − «Газпромбанк» (акционерное общество) (далее − Банк ГПБ (АО)) (письмо от 28.12.2023) и.о. конкурсного управляющего в настоящее время заключен договор на оказание операторских услуг с АО «Дагнефтегаз», в связи с чем необходимо организовать процесс передачи всех дел новому оператору до 01.01.2024.

Как указывает ООО «ИНГТ», далее 30.12.2023 ФИО1 при визите на территорию нефтепромысла лично сообщил о прекращении договорных отношений с ООО «ИНГТ» с 01.01.2024 и отсутствии у работников оператора права находиться на территории нефтепромысла с этой даты ввиду заключения договора с АО «Дагнефтегаз».

При этом работники АО «Дагнефтегаз» по состоянию на 09.01.2024 на нефтепромысел и иные объекты АО «Каюм Нефть» не прибыли, лица для работы комиссии по передаче опасных производственных объектов и имущественного комплекса от и.о. конкурсного управляющего и от нового оператора ООО «ИНГТ» представлены не были.

Одновременно 05.01.2024 на нефтепромысел прибыли юристы АО «Дагнефтегаз», сотрудники частной охранной организации «Визао Секьюрити», обслуживающий персонал не прибыл. Указанные сотрудники АО «Дагнефтегаз» требовали от работников ООО «ИНГТ» написать заявления о переходе на работу в АО «Дагнефтегаз», о чем составлена служебная записка с приложением коллективного обращения сотрудников ООО «ИНГТ».

В этот же день (05.01.2024) исполнительному директору ООО «ИНГТ» вручена копия приказа АО «Дагнефтегаз» от 01.01.2024 № 01/нд о создании комиссии по приему документов и инфраструктуры АО «Каюм Нефть», согласно которому создана комиссия в составе трех человек (ФИО5, ФИО6, ФИО7), комиссии поручено в срок 01.01.2024 - 31.03.2024 организовать и выполнить инвентаризацию имущества и документации АО «Каюм Нефть», объектов обустройства Лумутинского и Каюмовского месторождений, по результатам которой принять указанное выше имущество АО «Каюм Нефть» от ранее эксплуатирующей его организации ООО «ИНГТ».

В этой связи ООО «ИНГТ» заключило, что новый оператор, не имея обсуживающего персонала и работников, планировал проведение инвентаризации и принятие имущества АО «Каюм Нефть» по результатам такой инвентаризации.

При этом определением от 09.11.2022 Замоскворецкого районного суда города Москвы в рамках иска Генеральной Прокуратуры России о взыскании ущерба бюджету в размере 192,15 млрд. рублей (номер дела № 02-0614/2023 (02-7455/2022)) были приняты обеспечительные меры в отношении имущественного комплекса АО «Каюм Нефть», в соответствии с которыми, в том числе запрещено полностью или частично останавливать производство и технологические процессы по добыче и реализации нефти, заключать сделки по распоряжению добытой нефтью на условиях отсрочки платежа и (или) их переводе третьим лицам, запрещены расчеты за добытую нефть посредством мены и посредством вексельных расчетов, кроме того, запрещено прекращать отгрузки продукции по ранее заключенным договорам.

Решением от 10.05.2023 Замоскворецкого районного суда города Москвы 100% акций АО «Каюм Нефть» обращены в доход Российской Федерации. Апелляционным определением от 11.10.2023 Московского городского суда вышеуказанный судебный акт в части обращения в доход РФ акций АО «Каюм Нефть» оставлен в силе.

В связи с вышеизложенным и отсутствием права реализации добытой нефти ООО «ИНГТ», принято решение с 03.01.2024 и до момента комиссионной передачи имущества новому оператору осуществлять нефтедобычу на минимальном уровне, обеспечивающем целостность оборудования АО «Кагом Нефть», с размещением её в ёмкостном парке предприятия.

Как резюмировало ООО «ИНГТ», и.о. конкурсного управляющего ФИО1 создана ситуация, при которой ООО «ИНГТ» с 01.01.2024 не имеет юридического основания осуществлять деятельность по нефтедобыче на объектах АО «Каюм Нефть» и ее реализации, так как срок действия соглашения истек, но обязано обеспечить бесперебойное функционирование нефтепромысла в течение периода с 01.01.2024 но 31.03.2024 по причине отсутствия персонала АО «Дагнефтегаз» и проведения инвентаризации имущества двумя сотрудниками, что влечет прямые убытки ООО «ИНГТ» в виде затрат на содержание персонала, собственной техники, приобретение товарно-материальных ценностей, их транспортировку и убытки в форме упущенной выгоды в виде неполученного вознаграждении за свои услуги.

Дополнительно ООО «ИНГТ» указало на то, что в период с декабря 2022 года по 31.12.2023 ООО «ИНГТ» обеспечивало своими силами нефтедобычу в объеме − 30 тыс. тонн ежемесячно, что позволило АО «Каюм Нефть» перечислить в бюджеты всех уровней более 6 млрд. руб.

По мнению ООО «ИНГТ», ФИО1 своими действиями по прекращению договорных отношений с ООО «ИНГТ» путем отказа 29.12.2023 от их пролонгации и заключению договора с АО «Дагнефтегаз», не имеющим персонала на эксплуатацию имущественного комплекса АО «Каюм Нефть», фактически прекратил деятельность предприятия и создал возможность возникновения техногенной аварии, чем нарушил обеспечительные меры, принятые определением от 09.11.2022 Замоскворецкого районного суда города Москвы, и причинил убытки конкурсной массе, ООО «ИНГТ», кредиторам и бюджету Российской Федерации.

Возражая относительно доводов жалобы ООО «ИНГТ», и.о. конкурсного управляющего ФИО1 утверждал о законности действий управляющего по непролонгации соглашения о сервисных рисках с ООО «ИНГТ» и заключении операторского договора и договора аренды с АО «Дагнефтегаз», поскольку за время работы у управляющего возникли существенные разногласия с ООО «ИНГТ», которые выразились в следующем:

-	начиная с середины 2023 года, ООО «ИНГТ» включало в расходы, подлежащие возмещению из конкурсной массы АО «Каюм Нефть» по итогам каждого месяца, суммы, не относящиеся к целям соглашения о сервисных рисках: расходы на содержание административного персонала, не выполнявшего трудовые обязанности на территории Западно-Каюмовского лицензионного участка, расходы на заработную плату данных сотрудников, расходы на выполнение работ на развитие месторождения, расходы, не направленные на нужды АО «Каюм Нефть», и так далее. Размер необоснованных расходов ООО «ИНГТ» превысил 80 млн. руб., в связи с чем в адрес общества со стороны АО «Каюм Нефть» направлена соответствующая претензия;

-	и.о. конкурсного управляющего при изучении поступившего от Управления Росаккредитации по УФО ответа с приложением документов было установлено, что ООО «ИНГТ» в ведомство вместе с заявкой на получение аттестата аккредитации лаборатории контроля качества представлены поддельные документы (выписка из ЕГРН на объект недвижимости, принадлежащий АО «Каюм Нефть», договор аренды помещения, лабораторного оборудования). Данная информация была скрыта от и.о. конкурсного управляющего, кредиторов. По данному факту противоправных действий ООО «ИНГТ» (представление в госорганы подложных документов) и.о. конкурсного управляющего направлено заявление в правоохранительные органы;

-	ООО «ИНГТ», имея достаточное количество времени (1 год), так и не получило лицензию на эксплуатацию опасных производственных объектов II, III классов опасности, что является грубым нарушением части 1 статьи 6, части 1 статьи 9 Федерального закона от 2107.1097 № 116-ФЗ «О промышленной безопасности опасных производственных объектов»; пункта 12 части 1 статьи 12 Федерального закона от 04.05.2011 № 99-ФЗ «О лицензировании отдельных видов деятельности»;

-	постановлением от 26.06.2023 Хамовнического районного суда города Москвы по делу № 05-0369/2023 ООО «ИНГТ» признано виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 9.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, обществу назначено наказание в виде административного штрафа. Административное дело было возбуждено на основании проверки и протокола Северо-Уральского управления Ростехнадзора;

- ООО «ИНГТ» без согласия и.о. конкурсного управляющего направило в адрес департамента недропользования и природных ресурсов Ханты-Мансийского автономного округа − Югры документы в целях получения права пользования участком недр местного значения для разведки и добычи подземных вод, используемых с целью питьевого и хозяйственно- бытового водоснабжения или технического водоснабжения объекта «Водозабор Каюмовского месторождения».

При указанных обстоятельствах продолжение совместной работы АО «Каюм Нефть» и ООО «ИНГТ», по мнению арбитражного управляющего, являлось невозможным.

ФИО1 29.12.2023 в адрес генерального директора ООО «ИНГТ» ФИО3 было направлено уведомление о необходимости обеспечения передачи всех дел, имущества новому оператору − АО «Дагнефтегаз» в срок не позднее 01.01.2024 в связи с истечением 31.12.2023 срока действия операторского договора, заключенного между АО «Каюм Нефть» и ООО «ИНГТ», а 30.12.2023 − направлена телеграмма аналогичного содержания. Также 30.12.2023 представителям ООО «ИНГТ» данная информация была сообщена лично ФИО1

В соответствии с пунктом 4 статьи 18.1 Закона о банкротстве должник вправе передавать в аренду имущество, являющееся предметом залога, только с согласия кредитора, требования которого обеспечены залогом такого имущества, если иное не предусмотрено федеральным законом или договором залога и не вытекает из существа залога.

Всё имущество АО «Каюм Нефть» обременено залогом в пользу кредитора Банка ГПБ (АО), который, в свою очередь, реализуя своё право, согласовал 28.12.2023 договор аренды с АО «Дагнефтегаз».

Впоследствии между АО «Каюм Нефть» и АО «Дагнефтегаз» заключен договор оказания операторских услуг от 30.12.2023 со сроком действия до 31.12.2024, в соответствии с которым новой компанией-оператором является АО «Дагнефтегаз».

ФИО1 обратил внимание на то, что АО «Дагнефтегаз», в отличие от ООО «ИНГТ», имеет лицензию №ВХ-32-007520 от 14.02.2014 на осуществление эксплуатации взрывопожароопасных и химически опасных производственных объектов I, II, III классов опасности, выданную Федеральной службой по экологическому, технологическому и атомному надзору.

После вынесения судом первой инстанции на обсуждение сторон вопроса о том, в какой конкретно период имели место указываемые подателями жалоб незаконные, по их мнению, действия, ФИО1 изменил позицию в части прекращения правоотношений с ООО «ИНГТ», заявив о том, что письмом от 29.12.2023 № 4-2812/23 управляющий предложил ООО «ИНГТ» только начать организацию процесса по передаче комплекса, а закончится данный процесс должен был позднее, «в разумный срок».

Судом первой инстанции критически воспринято данное утверждение арбитражного управляющего, что следует, в частности, из приведения содержания определения от 15.01.2024 (резолютивная часть от 12.01.2024), которым удовлетворены ходатайства ООО «ИНГТ» и МИ ФНС России по крупнейшим налогоплательщикам № А75-21122/2019 № 2 о принятии обеспечительных мер в виде запрета и.о. конкурсного управляющего АО «Каюм Нефть» ФИО1 прекращать обязательственные отношения (исполнять свои обязанности) по отношению к ООО «ИНГТ» и иным лицам, возникшие из условий соглашения о сервисных рисках от 15.12.2022, до момента рассмотрения жалобы ООО «ИНГТ» на действия (бездействие) и.о. конкурсного управляющего ФИО1; запрета и.о. конкурсного управляющего АО «Каюм Нефть» ФИО1 осуществлять мероприятия по передаче опасных производственных объектов и имущественного комплекса АО «Каюм Нефть» от ООО «ИНГТ» к АО «Дагнефтегаз» до момента рассмотрения жалобы ООО «ИНГТ» на действия (бездействие) и.о. конкурсного управляющего ФИО1; запрета ООО «ИНГТ» прекращать обязательственные отношения (исполнять свои обязанности) по отношению к АО «Каюм Нефть», и.о. конкурсного управляющего ФИО1 и иным лицам, возникшие из условий соглашения о сервисных рисках от 15.12.2022, до момента рассмотрения жалобы ООО «ИНГТ» на действия (бездействие) и.о. конкурсного управляющего ФИО1

Судом при этом обращено внимание на то, что фактические принятые судом меры и.о. конкурсного управляющего и АО «Дагнефтегаз» были полностью проигнорированы.

При этом указанные лица обратились с ходатайствами об отмене принятых определением от 15.01.2024 судом мер в полном объеме, а ООО «ИНГТ», в свою очередь, − с ходатайством о принятии дополнительных мер в отношении данных лиц.

Судом подробно раскрыты фактические обстоятельства, установленные при рассмотрении данных ходатайств. При этом судом не найдено оснований для удовлетворения заявлений об отмене обеспечительных мер, принятых определением от 15.01.2024.

В оспариваемом судебном акте также отражено, что ООО «ИНГТ» 18.01.2024 обратилось с ходатайством о принятии дополнительных обеспечительных мер в виде:

-	запрета АО «Дагнефтегаз» препятствовать (чинить препятствия в любой форме) ООО «ИНГТ» при осуществлении деятельности оператора в полном объеме на условиях, предусмотренных соглашением о сервисных рисках при осуществлении деятельности по разработке Западно-Каюмовского участка недр от 15.12.2022, в том числе, но не ограничиваясь: недопуск на объекты АО «Каюм Нефть» работников ООО «ИНГТ» на рабочие места, места проживания и отдыха, расположенные на пункте налива нефти, приемо-сдаточном пункте нефти, нефтепромысле, установке подготовки нефти АО «Каюм Нефть»; недопуск на объекты АО «Каюм Нефть» автотранспорта, имеющего действительный пропуск, оформленный ООО «ИНГТ» до момента рассмотрения жалобы ООО «Инновационные нефтегазовые технологии» на действия (бездействие) и.о. конкурсного управляющего ФИО1;

-	запрета ООО ЧОП «КБ Гарант» (ИНН 

<

***> ОГРН 

<

***>, адрес: 628406, Ханты-Мансийский Автономный Округ − Югра, 

<

...>) препятствовать (чинить препятствия в любой форме) ООО «ИНГТ» при осуществлении деятельности оператора в полном объеме на условиях, предусмотренных Соглашением о сервисных рисках при осуществлении деятельности по разработке Западно-Каюмовского участка недр от 15.12.2022, в том числе, но не ограничиваясь: недопуск на объекты АО «Каюм Нефть» работников ООО «ИНГТ» на рабочие места, места проживания и отдыха, расположенные на пункте налива нефти, приемо-сдаточном пункте нефти, нефтепромысле, установке подготовки нефти АО «Каюм Нефть»; недопуск на объекты АО «Каюм Нефть» автотранспорта, имеющего действительный пропуск, оформленный ООО «ИНГТ» до момента рассмотрения жалобы ООО «Инновационные нефтегазовые технологии» на действия (бездействие) и.о. конкурсного управляющего ФИО1.

Выводы суда применительно указанному ходатайству сошлись на том, что в целом при наличии уже принятых обеспечительных мер, а также с учетом конкретных предписаний в определении от 15.01.2024 о том, каким образом принятые обеспечительные меры должны исполняться сторонами, принятие новых обеспечительных мер, по сути, дополняющих и конкретизирующих уже принятые, представляется чрезмерным и направлено лишь на преодоление вышеописанного незаконного чинения препятствий в осуществлении деятельности ООО «ИНГТ».

Между тем, поскольку конкретные обстоятельства настоящего спора свидетельствуют о принятии и.о. конкурсного управляющего ФИО1 и АО «Дагнефтегаз» мер по препятствованию ООО «ИНГТ» в осуществлении деятельности как компании-оператора, что фактически нивелирует действие принятых судом определением от 15.01.2024 обеспечительных мер, постольку суд во избежание ситуации дальнейшего чинения ООО «ИНГТ» препятствий в работе суд счел необходимым дополнительно принять испрашиваемые заявителем в отношении АО «Дагнефтегаз» меры.

Так, суд счел необходимым принять испрашиваемые ООО «ИНГТ» обеспечительные меры в части запрета чинения препятствий со стороны АО «Дагнефтегаз».

Отмеченные обстоятельства и принятые процессуальные решения приведены судом первой инстанции в оспариваемом судебном акте с единственной целью обнаружения противоречивости позиции арбитражного управляющего ФИО1, заявившего спустя год после рассмотрения спора, о том, что ООО «ИНГТ» лишь должно было начать процесс передачи дел новому оператору в срок до 01.01.2024, а закончить в «разумный срок».

Все действия управляющего, совершенные в рассматриваемом периоде, свидетельствовали об обратном.

Судом для дополнительной аргументации указанного также отмечено, что в письменной позиции от 09.01.2024 управляющий, возражая относительно принятия к рассмотрению жалобы ООО «ИНГТ» к производству суда, а в случае принятия - необходимости отказа судом в обеспечительных мерах, недвусмысленно указывал, что «ООО «ИНГТ» до настоящего времени не исполнены свои обязательства по передаче имущественного комплекса новому оператору АО «Дагнефтегаз».

Аналогичным образом в письменной позиции от 09.01.2024, высказанной по ходатайству уполномоченного органа о принятии обеспечительных мер, и.о. конкурсного управляющего, указывая на сообщение 29.12.2023 обществу ООО «ИНГТ» решения о заключении договора операторских услуг с иным лицом и заключение такого договора 30.12.2023 с АО «Дагнефтегаз», счёл, что «недвусмысленно обозначил намерение прекратить правоотношения с ООО «ИНГТ» и обеспечил гарантии беспрерывности производственного процесса путем согласованного с залогодержателем заключения договора аренды и оказания операторских услуг с иным лицом».

Те же доводы воспроизведены и.о. конкурсного управляющего ФИО1 на странице четыре отзыва от 01.02.2024, пояснений от 30.08.2024, где ООО «ИНГТ» прямо вменено в вину, что оно «не покинуло объекты промысла в установленный срок (до 01.01.2024)».

Исходя из содержания статьи 421 ГК РФ, множества норм Закона о банкротстве, управляющий, являясь антикризисным менеджером, самостоятельно принимает управленческие решения.

В этой связи ФИО1, будучи и.о. конкурсного управляющего, формально имел право после истечения срока действия соглашения о сервисных рисках, заключить операторский договор с иным лицом.

Нормы, которые бы обязывали и.о. конкурсного управляющего заключать операторский договор исключительно с ранее действовавшим на территории нефтепромысла АО «Каюм Нефть» оператором − ООО «ИНГТ», в позитивном законодательстве отсутствуют и подателем жалобы не названы, а потому судом обоснованно не найдено оснований для удовлетворения требований ООО «ИНГТ» в части признания незаконными действий управляющего по отказу в пролонгации ранее заключенного соглашения и заключению нового договора с иным лицом − АО «Дагнефтегаз» (пункт 1 просительной части жалобы).

Далее судом первой инстанции отмечена обоснованная критика уполномоченным органом действий и.о. конкурсного управляющего по заключению договора аренды с АО «Дагнефтегаз», состоящая в следующем.

Согласно пункту 4.1 данного договора арендная плата за пользование имуществом должника составляет 500 миллионов рублей в месяц. При этом целесообразность заключения договора аренды отсутствует в принципе, поскольку владельцем лицензии на добычу нефти является должник АО «Каюм Нефть» и передаваемое в аренду имущество является производственным объектом для добычи нефти и не может использоваться в иных коммерческих целях.

По условиям операторского договора оператор АО «Дагнефтегаз» получает в пользование весь имущественный комплекс должника, который находится в залоге у конкурсного кредитора Банка ГПБ (АО), который 28.12.2023 оперативно согласовал заключение данного договора.

В этом случае арендодатель АО «Каюм Нефть» из получаемых от сдачи предмета залога в аренду средств обязан по правилам статьи 138 Закона о банкротстве направлять 80% на погашение требований конкурсного кредитора (Банка ГПБ (АО)) по кредитному договору, обеспеченному залогом имущества должника и причитающихся процентов.

Пунктом 4.5 договора аренды предусмотрено, что в случае отсутствия требований кредиторов первой и второй очереди арендодатель из средств, полученных от сдачи предмета залога в аренду, обязан направить 95% на погашение требований конкурсного кредитора по кредитному договору, обеспеченному залогом имущества должника. Оставшиеся средства от суммы, полученной от сдачи предмета залога в аренду, направляются арендодателем на погашение судебных расходов, расходов по выплате вознаграждения арбитражному управляющему и оплаты услуг привлеченных им лиц.

Договор аренды предусматривает погашение текущих расходов за счет аренды, которые по факту включены в компенсационную часть по операторскому договору с новым оператором, то есть фактически расходы переложены на конкурсную массу, а не на залогового кредитора.

Наличие договора аренды в совокупности с договором об оказании операторских услуг от 30.12.2023 свидетельствует о том, что источником погашения залоговых требований является не арендные платежи, а конкурсная масса АО «Каюм Нефть», поскольку АО «Дагнефтегаз» вправе компенсировать указанные расходы за счет должника.

Как указал уполномоченный орган далее, ФИО1, заключая договор с новым оператором, не мог не знать о возможностях, которые появляются благодаря возникновению договорных арендных отношений с оператором АО «Дагнефтегаз», одновременно отказываясь от сотрудничества с действующим оператором ООО «ИНГТ».

Так в деле о несостоятельности (банкротстве) АО «Каюм Нефть» определением суда от 12.03.2024 принято к рассмотрению заявление ФИО1 об установлении суммы процентов по его вознаграждению в связи с перечислением третьим лицом аренды за оператора АО «Дагнефтегаз» и дальнейшим частичным погашением требования конкурного кредитора, требование которого обеспечено залогом имущества должника.

Вместе с тем, принципиально соглашаясь с отсутствием у управляющего обязанности по продлению срока действия истекшего договора/перезаключению нового договора с прежним оператором и наличием у управляющего права на заключение нового операторского договора с иным лицом, соответствующим необходимым требованиям, судом первой инстанции высказано категорическое несогласие с тем, каким образом ФИО1 совершил" данные действия (способом их совершения). Указанное солидарно позиции суда апелляционной инстанции.

В силу пункта 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

Требования к стандарту разумного и добросовестного управляющего сформулированы во множестве определений Верховного Суда Российской Федерации (например, от 23.04.2018 № 305-ЭС17-6779 (2) по делу № А40- 181328/2015, от 05.02.2018 № 310-ЭС17-15048 по делу № А62-7310/2015, от 26.10.2017 № 305-ЭС17- 8225 по делу № А40-154653/2015, от 19.11.2018 № 301-ЭС18-11487 по делу № А79-7505/2010 и многих, многих других), упоминавшемся Обзоре судебной практики по вопросам участия арбитражного управляющего в деле о банкротстве.

Такие требования по существу сводятся к следующему.

Главным критерием, на основе которого следует оценивать поведение управляющего, являются интересы должника и его кредиторов. Его действия должны приводить к наполнению конкурсной массы.

Арбитражный управляющий является субъектом профессиональной деятельности и осуществляет регулируемую названным Законом профессиональную деятельность, занимаясь частной практикой. Это означает, что меры, направленные на пополнение конкурсной массы, планирует и реализует, прежде всего, арбитражный управляющий как профессиональный участник антикризисных отношений, которому доверено текущее руководство процедурой банкротства, а не кредиторы должника.

Передача опасных производственных объектов и имущественного комплекса должника АО «Каюм Нефть» от одного оператора другому предполагала проведение тщательной подготовительной работы в целях недопущения гибели людей, возникновения катастрофы и нарушения нормальной хозяйственной деятельности АО «Каюм Нефть».

Согласно нормам Федерального закона от 21.07.1997 № 116-ФЗ «О промышленной безопасности опасных производственных объектов» объекты бурения и добычи нефти, газа и газового конденсата являются опасными производственными объектами.

При этом несостоятельность (банкротство) АО «Каюм Нефть» отличалась существенной спецификой: в силу принятых определением от 09.11.2022 Замоскворецкого районного суда города Москвы обеспечительных мер должник обязан был не допустить остановку производства и технологических процессов по добыче и реализации нефти, другими словами, − продолжать вести свою обычную хозяйственную деятельность.

И.о. конкурсного управляющего АО «Каюм Нефть» в силу специфики своей профессиональной деятельности должен знать требования законодательства о несостоятельности (банкротстве) и обязан предвидеть возможность наступления негативных последствий в случае ненадлежащего исполнения своих обязанностей.

В нарушение очевидных требований разумности ФИО1 такая подготовительная работа не проводилась, конкретный план действий с пошаговым алгоритмом разработан не был.

Заявление представителя ФИО1 о том, что указанные действия можно было совершить «в разумный срок», который бы самостоятельно определили на местах «технические специалисты», впервые озвученное в заседании 26.02.2025, не выдерживает какой-либо сущностной критики, опровергается всей совокупностью установленных по делу и изложенных выше обстоятельств.

Даже после заблаговременного направления 19.12.2023 действующим на тот момент оператором ООО «ИНГТ» ФИО1 дополнительного соглашения к соглашению о сервисных рисках от 15.12.2022 о продлении срока его действия управляющий, получив данное уведомление, оперативно не ответил обществу, сообщив лишь письмом от 29.12.2023 о необходимости организации процесса передачи всех дел новому оператору АО «Дагнефтегаз» в срок до 01.01.2024, то есть по сути за два дня. В случае, если учесть, что 30 и 31 декабря 2023 являлись выходными и праздничными днями, то и.о. конкурсного управляющего ФИО1 потребовал передать производственный комплекс АО «Каюм Нефть», по сути, за несколько часов рабочего дня 29.12.2023.

При этом представляется очевидным, не требующим каких-то специальных познаний в той или иной области, факт невозможности передачи столь объемного и сложного производственного комплекса, коим является нефтепромысел АО «Каюм Нефть», где занято множество сотрудников, работающих, в том числе вахтовым методом.

Указанные действия управляющего по объективным причинам никак не могли способствовать нормальной передаче имущественного комплекса от действующего оператора новому оператору, вывозу работников в зимний период.

Как установлено в ходе судебного разбирательства, в дальнейшем после утверждения 07.03.2024 конкурсным управляющим должником ФИО2 процесс передачи всех дел, производственного комплекса от прежнего оператора ООО «ИНГТ» к новому оператору АО «РН-Няганьнефтегаз» занял два месяца.

В то же время, как пояснил представитель ООО «ИНГТ», указанный срок был обусловлен крайне тщательной проверкой утвержденным управляющим ФИО2 наличия и состава имущества должника, составлением соответствующих описей, ведомостей, актов и т.п.

Представители ООО «ИНГТ» и арбитражного управляющего ФИО1 сошлись во мнении, что в обычных условиях хозяйствования при должной организации данного процесса нефтепромысел АО «Каюм Нефть» возможно было передать примерно в месячный срок.

Однако никакой подобный срок и.о. конкурсного управляющего установлен не был, что в совокупности с отсутствием заблаговременного извещения ООО «ИНГТ» о необходимости подготовки дел к передаче в связи с истечением срока действия соглашения полностью дестабилизировало хозяйственную деятельность АО «Каюм Нефть», как следствие, повлекло нарушение судебного запрета на полную или частичную остановку производства и технологических процессов по добыче и реализации нефти.

Как следствие, требования уполномоченного органа, изложенные в пункте 2 просительной части жалобы, обоснованно признаны судом подлежащими удовлетворению.

Приведённая арбитражным управляющим в опровержение соответствующих выводов совокупность обстоятельств, которая, по его утверждению, свидетельствует об отсутствии вины ФИО1 в снижении уровня добычи нефти в январе − феврале 2024 года, и, напротив, обличает виновное поведение сотрудников ООО «ИНГТ», приведшее к упомянутым последствиям, взаимоисключающей, вопреки мнению подателя жалобы, не является.

С учётом приведённых выше обстоятельств (подробно проанализированных судом первой инстанции) критически воспринимается заявление управляющего о том, что ФИО1 были предприняты все возможные в сложившихся обстоятельствах (изменение процедуры реализации нефти, невыполнение сотрудниками ООО «ИНГТ» обязанностей по перекачке нефти) меры, направленные на получение должником прибыли от ведения хозяйственной деятельности, а также нормализации производственной деятельности.

Субъективное отрицание арбитражным управляющим негативных последствий, наступивших, например (и в первую очередь), в связи с отсутствием с его стороны заблаговременного извещения ООО «ИНГТ» о необходимости подготовки дел к передаче в связи с истечением срока действия соглашения о фактическом отсутствии таковых обстоятельств (последствий) не свидетельствует.

Применительно к изложенным обстоятельствам действия и.о. конкурсного управляющего с точки зрения оценки их соответствия закону следует рассматривать комплексно, тогда как каждое обстоятельство, взятое в отрыве от других, не свидетельствует о незаконности поведения и.о. конкурсного управляющего.

Особую дискуссию участвующих в деле лиц вызывает вопрос определения периода, на протяжении которого имели место рассмотренные незаконные действия и.о. конкурсного управляющего.

По дате начала указанного периода каких-либо разногласий между участниками спора не имеется. Представитель ООО «ИНГТ» подтвердил, что в крайний день срока действия соглашения о сервисных рисках (30.12.2023) общество еще могло работать.

Следовательно, дата начала совершения рассматриваемых незаконных действий и.о. конкурсного управляющего (с 31.12.2023) определена уполномоченным органом верно и соответствует установленным по делу фактическим обстоятельствам.

Как уже отмечалось выше, в ходе судебного разбирательства к управляющему ФИО1 09.02.2024 была предъявлена еще одна жалоба со стороны АО «Дагнефтегаз», в обоснование которой новый оператор приводил следующие доводы.

Приказом № 02/од от 26.12.2023 для целей осуществления деятельности на предприятии АО «Каюм Нефть» создано обособленное подразделение г. Урай по адресу: Ханты-Мансийский автономный округ − Югра, г. Урай, мкр. 2А, д. 42/2, офис 1, и приказом № 01ШР-до утверждено штатное расписание данного подразделения с установлением состава в количестве 281 человек.

Между АО «Каюм Нефть» и АО «Дагнефтегаз» 31.12.2023 подписан акт приема-передачи движимого и недвижимого имущества, являющегося собственностью арендодателя и входящего в предмет залога Банка АО ГПБ (приложение № 2 к договору аренды от 30.12.2023).

При этом поименованное в данном акте приема-передачи имущество до настоящего момента фактически АО «Дагнефтегаз» передано не было, а в условиях действия обеспечительных мер, принятых определениями суда от 15.01.2024 и 24.01.2024, в настоящий момент по вине и.о. конкурсного управляющего АО «Каюм Нефть» ФИО1 сложилась ситуация, при которой действуют два операторских договора одного и того же имущества.

В свою очередь, принятыми обеспечительными мерами не отменены обязательства АО «Дагнефтегаз» перед АО «Каюм Нефть» по оказанию операторских услуг и внесению арендной платы. Вследствие указанного АО «Дагнефтегаз» ежедневно несет колоссальные убытки, связанные с арендой имущественного комплекса, невозможностью добычи и реализации нефти, выплату заработной платы работникам и оплаты их проживания и питания.

АО «Дагнефтегаз» уведомляет, что 06.02.2024, 07.02.2024, 08.02.2024, 09.02.2024 в адрес и.о. конкурсного управляющего были направлены требования о передаче имущества. При этом указанные обращения оставлены без ответа.

В связи с не передачей имущества арендатору и увеличения убытков на стороне АО «Дагнефтегаз» ввиду невозможности генерирования прибыли 07.02.2024 обособленное подразделение г. Урай ликвидировано приказом № 15/од. В этот же день АО «Дагнефтегаз» направило конкурсному управляющему соглашения о расторжении договора аренды и договора операторских услуг.

В дальнейшем, 08.02.2024, в адрес ФИО1 направлено повторное обращение, которым АО «Дагнефтегаз» уведомило о реализации своего права на принудительное расторжение договора в случае неподписания соглашений, а в адрес управляющего и ООО «ИНГТ» − уведомления о закрытии обособленного подразделения, покидания территории АО «Каюм Нефть» и отзыве сотрудников ЧОПов.

Также 08.02.2024 в адрес ООО ЧОО «Барс», ООО ЧОО «Ирбис» и ООО ЧОП «КБ ГАРАНТ» направлены уведомления о намерении расторгнуть договоры.

Являясь профессиональным арбитражным управляющим, обладающим специальными познаниями и опытом соответствующей работы, ФИО1, действуя добросовестно и разумно, должен был определить разумный срок для уведомления предыдущего арендатора об отсутствии намерений пролонгации соглашения, а также для передачи имущества новому арендатору.

При этом 09.01.2024 АО «Дагнефтегаз» получено письмо № 4/4 от ООО «ИНГТ» о готовности организовать передачу опасных производственных объектов с участием всех заинтересованных сторон, в том числе и.о. конкурсного управляющего. При этом никаких действий от конкурсного управляющего не последовало.

Как резюмировало АО «Дагнефтегаз», и.о. конкурсного управляющего действовал неразумно и недобросовестно, поскольку:

-	не разработан план по порядку и срокам получения имущества от ООО «ИНГТ» и последующей передаче его АО «Дагнефтегаз»;

-	не проведены мероприятия по подготовке к передаче опасных производственных объектов в соответствии с требованиями законодательства Российской Федерации в нефтегазовой отрасли, а также охраны окружающей среды;

-	не сформирована и не проведена комиссия по передаче опасных производственных объектов и имущественного комплекса;

-	не созданы необходимые условия для последовательного и безопасного перехода имущества от ООО «ИНГТ» к АО «Дагнефтегаз» без приостановки производственной деятельности по добыче и реализации нефти и нефтепродуктов.

То есть, по сути, все стороны конфликта солидарны во мнении относительно невозможности нормального функционирования нефтепромысла в период нахождения на объекте двух операторов, то есть по 06.02.2024 включительно (до даты ликвидации АО «Дагнефтегаз» обособленного структурного подразделения).

Невозможность нормального функционирования нефтепромысла в определенный судом период с 31.12.2023 по 06.02.2024 подтверждается всей иной совокупностью доказательств по спору, о которых уже шла речь выше, в том числе исследованными судом при рассмотрении вопросов по мерам, в частности:

-	актами, составленными ООО «ИНГТ», о чинении препятствий обществу со стороны сотрудников АО «Дагнефтегаз», ЧОП «Барс», ЧОП «Витязь», ЧОП «Ирбис», ЧОП «Гарант», коллективным обращением работников, служебными записками и т.п.;

-	актом о наличии персонала АО «Дагнефтегаз» на рабочих местах от 10.01.2024, фотоматериалами, подтверждающими наличие персонала и пр., составленными и.о. конкурсного управляющего;

-	письмами, документацией, составленной АО «Дагнефтегаз», вышеуказанными требованиями к и.о. конкурсного управляющего о передаче имущества.

Однако поскольку в целом всей совокупностью доказательств по спору достоверно подтверждается нахождение двух компаний-операторов по 06.02.2024, постольку суд счёл необходимым руководствоваться именно данной датой, являющейся заключительной точкой периода полной дестабилизации хозяйственной деятельности АО «Каюм Нефть» по вине и.о. конкурсного управляющего.

Безусловно, нормальная работа нефтепромысла АО «Каюм Нефть» в целом так и не была восстановлена до ухода и.о. конкурсного управляющего ФИО1 с должности, что явилось прямым следствием вышеописанных незаконных действий управляющего.

Суд принял доводы ФИО1 о том, что указанное выше снижение было обусловлено, в том числе изменением хозяйственного цикла АО «Каюм Нефть» по добыче и реализации нефти на основании постановления судебного пристава-исполнителя ФИО4 от 10.01.2024, в соответствии с которым отгрузка нефти в адрес покупателей стала возможной лишь после поступления 100% оплаты за нефть на счета АО «Каюм Нефть», что и обусловило реализацию в спорном периоде нефти исключительно способом автоналива, без использования системы ПАО «Транснефть».

Вместе с тем, как обоснованно обратил внимание представитель уполномоченного органа в судебном заседании, заявитель не указывает на снижение объемов реализации нефти, вменяя в вину управляющему именно нарушение судебного запрета на полную или частичную остановку производства и технологических процессов по добыче и реализации нефти, которое носило настолько существенный характер, что не должно остаться за пределами реагирования арбитражного суда.

С последним утверждением применительно к конкретным обстоятельствам настоящего спора, дела о несостоятельности (банкротстве) АО «Каюм Нефть» в целом, масштабам деятельности общества и допущенных и.о. конкурсного управляющего нарушений, последствиям такого нарушения, суд полностью согласился.

Не предупредив заблаговременно об отсутствии у и.о. конкурсного управляющего намерения продолжать договорные отношения с ООО «ИНГТ», не организовав должным образом передачу дел от одного оператору другому, допустив одновременное нахождение на территории нефтепромысла двух компаний-операторов, чем прервана единая технологическая цепочка добычи и реализации нефти (три ключевых объекта: узел учета нефти (приемо-сдаточный пункт; ПСП) − пункт налива нефти (ПНН) − центр добычи нефти и газа, включающий в себя фонд скважин, установку подготовки нефти (УПН), в рассматриваемом периоде оказались под контролем разных операторов, что исключало ведение хозяйственной деятельности в принципе), и.о. конкурсного управляющего ФИО1 принял неверное управленческое решение, повлекшее негативные последствия (отрицательный эффект) в виде частичной приостановки производственных процессов АО «Каюм Нефть» в период с 31.12.2023 по 06.02.2024, как следствие, нарушение судебного запрета на полную или частичную остановку производства и технологических процессов по добыче и реализации нефти, установленного определением Замоскворецкого районного суда города Москвы от 09.11.2022 по делу № 02- 0614/23.»

Таким образом, судами трех инстанций дана оценка действиям конкурсного управляющего ФИО1, согласно которым такие действия признаны незаконными и повлекшими нарушение судебного запрета на полную или частичную остановку производства и технологических процессов по добыче и реализации нефти, установленного определением Замоскворецкого районного суда города Москвы от 09.11.2022 по делу № 02-0614/23, в связи с чем установлено нарушения п. 4 ст. 20.3 Закона о банкротстве.

Учитывая вышеизложенное, арбитражный управляющий ФИО1 не принял мер, направленных на надлежащее исполнение своих обязанностей в деле о банкротстве, выразившееся в нарушении судебного запрета на полную или частичную остановку производства и технологических процессов по добыче и реализации нефти, установленного определением Замоскворецкого районного суда города Москвы от 09.11.2022 по делу № 02-0614/23 в период с 31.12.2023 по 06.02.2024, что свидетельствует о нарушении вышеуказанных требований Закона о банкротстве.

Арбитражный управляющий ФИО1 не проявил ту степень заботливости и осмотрительности, которые необходимы для соблюдения требований законодательства о несостоятельности (банкротстве).

Доказательства, свидетельствующие о том, что ФИО1 предпринял все зависящие от него меры по соблюдению требований действующего законодательства, либо невозможность принятия этих мер вызвана чрезвычайными или иными непреодолимыми обстоятельствами, в ходе проведения административного расследования не установлены.

Согласно пункту 1 статьи 16 АПК, вступившие в законную силу судебные акты арбитражного суда являются обязательными для органов государственной власти, органов местного самоуправления, иных органов, организаций, должностных лиц и граждан и подлежат исполнению на всей территории Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 2 статьи 69 АПК обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

В соответствии с п. 4 ст. 20.3 Закона о банкротстве, при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

Согласно п. 2 ст. 129 Закона о банкротстве, конкурсный управляющий обязан:

- принять в ведение имущество должника, провести инвентаризацию такого имущества в срок не позднее трех месяцев с даты введения конкурсного производства, если более длительный срок не определен судом, рассматривающим дело о банкротстве, на основании ходатайства конкурсного управляющего в связи со значительным объемом имущества должника;

- включить в Единый федеральный реестр сведений о банкротстве сведения о результатах инвентаризации имущества должника в течение трех рабочих дней с даты ее окончания;

- привлечь оценщика для оценки имущества должника в случаях, предусмотренных настоящим Федеральным законом;

- принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц;

- принимать меры по обеспечению сохранности имущества должника; уведомлять работников должника о предстоящем увольнении не позднее чем в течение месяца с даты введения конкурсного производства;

- предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном настоящим Федеральным законом;

- заявлять в установленном порядке возражения относительно требований кредиторов, предъявленных к должнику;

- вести реестр требований кредиторов, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом;

- передавать на хранение документы должника, подлежащие обязательному хранению в соответствии с федеральными законами. Порядок и условия передачи документов должника на хранение устанавливаются федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации;

- заключать сделки, в совершении которых имеется заинтересованность, только с согласия собрания кредиторов или комитета кредиторов;

- исполнять иные установленные настоящим Федеральным законом обязанности.

В соответствии с п. 3 ст. 129 Закона о банкротстве, конкурсный управляющий вправе:

- распоряжаться имуществом должника в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Федеральным законом;

- увольнять работников должника, в том числе руководителя должника, в порядке и на условиях, которые установлены федеральным законом;

- заявлять отказ от исполнения договоров и иных сделок в порядке, установленном статьей 102 настоящего Федерального закона. Конкурсный управляющий не вправе заявлять отказ от исполнения договоров должника при наличии обстоятельств, препятствующих восстановлению платежеспособности должника;

- подавать в арбитражный суд от имени должника заявления о признании недействительными сделок и решений, а также о применении последствий недействительности ничтожных сделок, заключенных или исполненных должником, иски о взыскании убытков, причиненных действиями (бездействием) руководителя должника, лиц, входящих в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, собственника имущества должника, лицами, действовавшими от имени должника в соответствии с доверенностью, иными лицами, действовавшими в соответствии с учредительными документами должника, предъявлять иски об истребовании имущества должника у третьих лиц, о расторжении договоров, заключенных должником, и совершать другие действия, предусмотренные федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации и направленные на возврат имущества должника;

- осуществлять иные права, связанные с исполнением возложенных на него обязанностей, установленных настоящим Федеральным законом.

Учитывая тот факт, что нефтедобывающая деятельность является одной из наиболее опасных с точки зрения последствий в случае возникновения аварийной ситуации, арбитражный управляющий должен был проявлять особую степень заботливости и осмотрительности. Ситуация, в которой оказалось АО «Каюм Нефть» в период с 31.12.2023 по 06.02.2024, создавала угрозу причинения вреда окружающей среде, а также жизни и здоровью граждан.

Таким образом, в действиях ФИО1 установлены событие и состав административного правонарушения, предусмотренного частью 3 статьи 14.13 КоАП РФ.

Датой совершения административного правонарушения является дата, с которой началось нарушение судебного запрета на полную или частичную остановку производства и технологических процессов по добыче и реализации нефти, а именно 31.12.2023.

Поскольку административное правонарушение совершено арбитражным управляющим ФИО1 при проведении процедуры конкурсного производства АО «Каюм Нефть», то местом совершения правонарушения является местонахождение должника: 628180, Ханты-Мансийский автономный округ − Югра, 

<

...>.

В совершенных действиях (бездействии) арбитражного управляющего ФИО1 содержатся признаки административного правонарушения, предусмотренного ч. 3 ст. 14.13 КоАП РФ − неисполнение арбитражным управляющим или руководителем временной администрации кредитной или иной финансовой организации обязанностей, установленных законодательством о несостоятельности (банкротстве), если такое действие не содержит уголовно наказуемого деяния.

В силу части 1 статьи 1.5 КоАП РФ лицо подлежит административной ответственности только за те административные правонарушения, в отношении которых установлена его вина.

В рассматриваемом случае арбитражный управляющий имел возможность исполнить надлежащим образом нормы и правила, за нарушение которых предусмотрена административная ответственность, но не принял все зависящие от него меры по их соблюдению.

Также необходимо учитывать наличие существенной угрозы или существенного нарушения охраняемых правоотношений.

С учетом изложенного вина арбитражного управляющего ФИО1 установлена Управлением Росреестра и подтверждена материалами административного дела.

Таким образом, суд отклоняет доводы лица, привлекаемого к ответственности, и саморегулируемой организации об отсутствии в действиях ФИО1 признаков административного правонарушения и признаков недобросовестности, угрозы охраняемым общественным отношениям.

С учетом изложенных обстоятельств суд признает доказанным в действиях арбитражного управляющего состав административного правонарушения, предусмотренного частью 3 статьи 14.13 КоАП РФ.

Процедура привлечения к административной ответственности, регламентированная нормами КоАП РФ, административным органом соблюдена, существенных нарушений процессуальных требований не установлено. Срок давности привлечения к административной ответственности на момент принятия судом решения не истек.

При назначении административного наказания суд исходит из следующего.

Согласно статье 2.9 КоАП РФ, при малозначительности совершенного административного правонарушения судья, орган, должностное лицо, уполномоченные решить дело об административном правонарушении, могут освободить лицо, совершившее административное правонарушение, от административной ответственности и ограничиться устным замечанием.

В силу пункта 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2005 года № 5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее − постановление № 5) малозначительным административным правонарушением является действие или бездействие, хотя формально и содержащее признаки состава административного правонарушения, но с учетом характера совершенного правонарушения и роли правонарушителя, размера вреда и тяжести наступивших последствий не представляющее существенного нарушения охраняемых общественных правоотношений.

В пункте 18 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 02.06.2004 № 10 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях» разъяснено, что при квалификации правонарушения в качестве малозначительного судам необходимо исходить из оценки конкретных обстоятельств его совершения. Малозначительность правонарушения имеет место при отсутствии существенной угрозы охраняемым общественным отношениям.

В соответствии с пунктом 18.1 названного постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации квалификация правонарушения как малозначительного может иметь место только в исключительных случаях и производится с учетом положений пункта 18 Постановления применительно к обстоятельствам конкретного совершенного лицом деяния. При этом применение судом положений о малозначительности должно быть мотивировано.

Таким образом, малозначительность может иметь место только в исключительных случаях, устанавливается в зависимости от конкретных обстоятельств дела. Критериями для определения малозначительности правонарушения являются объект противоправного посягательства, степень выраженности признаков объективной стороны правонарушения, характер совершенных действий и другие обстоятельства, характеризующие противоправность деяния. Также необходимо учитывать наличие существенной угрозы или существенного нарушения охраняемых правоотношений.

Закон о банкротстве устанавливает основания для признания должника несостоятельным (банкротом), регулирует порядок и условия осуществления мер по предупреждению несостоятельности (банкротства), порядок и условия проведения процедур, применяемых в деле о банкротстве, и иные отношения, возникающие при неспособности должника удовлетворить в полном объеме требования кредиторов (пункт 1 статьи 1 Закона о банкротстве). Целью конкурсного производства является максимальное соразмерное удовлетворение денежных требований кредиторов должника за счет имущества, поступившего в состав конкурсной массы.

При этом в силу общего правила, закрепленного в пункте 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника и кредиторов.

Конституционный Суд Российской Федерации в Определении от 21.04.2005 года № 122-О указал, что положения части 3 статьи 14.13 КоАП РФ, предусматривающие ответственность за правонарушения в области предпринимательской деятельности, направлены на обеспечение установленного порядка осуществления банкротства, являющегося необходимым условием оздоровления экономики, а также защиты прав и законных интересов собственников организаций, должников и кредиторов.

Проведение процедур банкротства должника в соответствии с законом возложено непосредственно на арбитражного управляющего, являющегося одной из ключевых фигур дела о банкротстве на любой его стадии, на него возложено непосредственное проведение процедуры банкротства должника, и от его деятельности зависит соблюдение и эффективное применение законодательства о банкротстве.

Суд считает, что имеющиеся в материалах дела документы, а также доводы арбитражного управляющего и саморегулируемой организации не свидетельствуют о наличии оснований для применения положений статьи 2.9 КоАП РФ и признания совершенного правонарушения малозначительным, поскольку обстоятельства совершения арбитражным управляющим административного правонарушения не имеют свойства исключительности.

В связи с указанным, суд не находит основания для освобождения арбитражного управляющего от административной ответственности в соответствии с положениями статьи 2.9 КоАП РФ в связи с малозначительностью совершенного правонарушения.

В силу пункта 1 статьи 4.1 КоАП РФ административное наказание за совершение административного правонарушения назначается в пределах, установленных законом, предусматривающим ответственность за данное правонарушение, в соответствии с КоАП РФ.

В соответствии с частью 3 статьи 4.1 КоАП РФ при назначении административного наказания юридическому лицу учитываются характер совершенного им административного правонарушения, имущественное и финансовое положение юридического лица, обстоятельства, смягчающие административную ответственность, и обстоятельства, отягчающие административную ответственность.

В качестве меры ответственности суд первой инстанции полагает возможным назначить наказание в виде административного штрафа в размере 25 000 рублей, поскольку приостановленная нефтедобывающая деятельность АО «Каюм Нефть» со всей очевидностью создавала угрозу причинения вреда окружающей среде, жизни и здоровью граждан.

Судом установлено, что порядок привлечения к административной ответственности соблюден.

Таким образом, заявление подлежит удовлетворению.

Судебные расходы судом не распределяются, поскольку заявления о привлечении к административной ответственности государственной пошлиной не облагаются.

Руководствуясь статьями 167-170, 229 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

заявление Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Ханты-Мансийскому автономному округу – Югре удовлетворить.

Привлечь арбитражного управляющего ФИО1 (ОГРНИП: 

<

***>, ИНН: 

<

***>, дата присвоения ОГРНИП: 28.08.2009, дата рождения: 22.03.1973, место рождения: город Курск, место регистрации: 305044, 

<

...>) к административной ответственности, предусмотренной частью 3 статьи 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, назначить административное наказание в виде административного штрафа в размере 25 000 рублей.

Административный штраф должен быть уплачен по следующим реквизитам: получатель штрафа – Управление Федерального казначейства по Ханты-Мансийскому автономному округу – Югре (Управление Росреестра по Ханты-Мансийскому автономному округу – Югре, л/с 04871W01040); Банк: ОКЦ № 8 Уральского ГУ Банка России; ИНН: 

<

***>; р/счет: 

<

***>; л/счет: 04871W01040; КПП: 860101001; КБК: 321 11601141019000140, ОКТМО г. Ханты-Мансийска: 71871000; БИК: 007162163, УИН 32125111307090788884.

Квитанция об уплате штрафа должна быть представлена в Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры не позднее 60 дней со дня вступления настоящего решения в законную силу. Неуплата административного штрафа в указанный срок влечет привлечение к ответственности по части 1 статьи 20.25 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Решение подлежит немедленному исполнению.

По заявлению лица, участвующего в деле, по делу, рассматриваемому в порядке упрощенного производства, арбитражный суд составляет мотивированное решение.

Заявление о составлении мотивированного решения арбитражного суда может быть подано в течение пяти дней со дня размещения решения, принятого в порядке упрощенного производства, на официальном сайте арбитражного суда в информационно- телекоммуникационной сети «Интернет»: http://www.hmao.arbitr.ru.

Решение вступает в законную силу по истечении пятнадцати дней со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае составления мотивированного решения арбитражного суда такое решение вступает в законную силу по истечении срока, установленного для подачи апелляционной жалобы.

В случае подачи апелляционной жалобы решение арбитражного суда первой инстанции, если оно не отменено или не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражным судом апелляционной инстанции.

Решение арбитражного суда первой инстанции по результатам рассмотрения дела в порядке упрощенного производства может быть обжаловано в Восьмой арбитражный апелляционный суд в срок, не превышающий пятнадцати дней со дня его принятия, а в случае составления мотивированного решения арбитражного суда - со дня принятия решения в полном объеме.

Решение, если оно было предметом рассмотрения в арбитражном суде апелляционной инстанции или если арбитражный суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы, и постановление арбитражного суда апелляционной инстанции, принятое по данному делу, могут быть обжалованы в арбитражный суд кассационной инстанции только по основаниям, предусмотренным частью 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии с частью 5 статьи 15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации настоящий судебный акт выполнен в форме электронного документа и подписан усиленной квалифицированной электронной подписью судьи.

Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры разъясняет, что в соответствии со статьей 177 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации решение, выполненное в форме электронного документа, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его принятия.

По ходатайству указанных лиц копии решения на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства в арбитражный суд заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.

Судья	Д.П. Лисянский