АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000 http://fasuo.arbitr.ru 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 № Ф09-3513/24

Екатеринбург 18 декабря 2025 г. Дело № А60-45030/2021

Резолютивная часть постановления объявлена 09 декабря 2025 г. Постановление изготовлено в полном объеме 18 декабря 2025 г.

Арбитражный суд Уральского округа в составе: председательствующего Артемьевой Н.А., судей Плетневой В.В., Новиковой О.Н.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 (далее также – должник) на определение Арбитражного суда Свердловской области от 23.06.2025 по делу № А60-45030/2021 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.08.2025 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании в здании суда округа принял участие представитель ФИО1 – ФИО2 по доверенности от 19.03.2025 (паспорт).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 23.06.2025 процедура реализации имущества в отношении ФИО1 завершена, к должнику не применены положения статьи 213.28 Федерального закона

от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) об освобождении от исполнения обязательств.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.08.2025 определение Арбитражного суда Свердловской области

от 23.06.2025 оставлено без изменения.

Не согласившись с вынесенными судебными актами, ФИО1 обратилась в Арбитражный суд Уральского округа с кассационной жалобой, в которой просит определение суда от 23.06.2025 и постановление суда

от 28.08.2025 отменить.

ФИО1 полагает, что отказ в освобождении от долгов допустим только в случае доказанного недобросовестного или противоправного поведения должника, такого как сокрытие доходов, уклонение от сотрудничества с финансовым управляющим, предоставление заведомо ложных сведений или совершение мошеннических действий. Однако, как утверждает заявитель, материалы дела не содержат доказательств такого поведения должника: ФИО1 добросовестно работала, не скрывала доходы, активно участвовала в процедурах банкротства, погасила около 70% задолженности перед кредиторами за счет своих доходов и предпринимала попытки реструктуризации долгов и заключения мирового соглашения. Кроме того, суды не привели конкретных доказательств предоставления ею недостоверных сведений кредиторам при получении займов, а ссылки на такое поведение носят общий характер и не подтверждены материалами дела. Таким образом, отказ в освобождении от обязательств не соответствует целям института потребительского банкротства, направленного на реабилитацию добросовестных должников.

Законность обжалуемых судебных актов проверена кассационным судом в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов кассационной жалобы.

Как следует из материалов дела (согласно отчету финансового управляющего о своей деятельности и о результатах реализации имущества гражданина от 03.06.2025), в третью очередь реестра требований кредиторов должника включены требования 6 кредиторов (акционерное общества «Ингосстрах Банк» (правопреемник акционерное общество Банк «Союз»), акционерное общества «Альфа-Банк», публичное акционерное общество Сбербанк, публичное акционерное общество «Совкомбанк», публичное акционерное общество «МТС-Банк», общество с ограниченной ответственностью ПКО «Феникс») в общей сумме 1 405 644 руб. 08 коп., в том числе требования кредитора акционерного общества «Ингосстрах Банк» в сумме 550 869 руб. 33 коп., обеспеченные залогом транспортного средства – автомобиля марки (модели) Лада Веста 2019 г.в.

Требования кредиторов первой и второй очереди реестра отсутствуют. Финансовым управляющим приняты меры по выявлению, формированию, оценке и реализации имущества должника.

В рамках процедуры реализации имущества направлены запросы в органы государственной власти с целью выявления имущества, имущественных прав должника для включения их в конкурсную массу.

Согласно уведомлению регистрирующего органа № КУВИ-001/2022- 0405521 от 19.01.2022 в ЕГРН отсутствуют сведения о регистрации за должником объектов недвижимого имущества, на которое возможно обратить взыскание.

Из письма № 18 от 24.01.2022 территориального отраслевого исполнительного органа государственной власти Свердловской области Сысертского управления агропромышленного комплекса и потребительского

рынка Свердловской области следует, что в собственности должника отсутствует самоходная техника.

По данным межмуниципального управления Министерства внутренних дел Российской Федерации «Сысертский» № 3/236604753208 от 04.07.2023 за должником зарегистрированы два транспортных средства – автомобили

марок (моделей): Лада Гранта, 2012 года выпуска, г/н 

<

***>; Лада Веста, 2019 года выпуска, г/н 

<

***>.

Должник состоит в трудовых отношениях с обществом с ограниченной ответственностью «Лукойл-Уралнефтепродукт», средний ежемесячный доход составляет 79 264 руб. 86 коп.

На иждивении должника находится несовершеннолетний ребенок ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

Финансовым управляющим в самостоятельном порядке из конкурсной массы исключен прожиточный минимум в размере, предусмотренном постановлением Правительства Свердловской области на должника и ее несовершеннолетнего ребенка, а также средства на аренду жилого помещения.

Конкурсная масса должника за период процедуры банкротства сформирована за счет заработной платы в сумме 991 691 руб. 95 коп., которая пошла на частичное погашение требований кредиторов (требования кредиторов погашены на 70,55%), в том числе на погашение требований залогового кредитора акционерного общества «Ингосстрах Банк» в размере 391 540 руб.

53 коп. (71,1%).

Размер непогашенных обязательств перед кредиторами третьей очереди составляет 413 952 руб. 13 коп., в том числе обязательств перед залоговым кредитором - 206 464 руб. 83 коп.

Расходы, понесенные финансовым управляющим в процедуре реструктуризации долгов гражданина, составили 39 432 руб. 16 коп. (включая фиксированное вознаграждение 25 000 руб.), расходы погашены в полном объеме.

Расходы, понесенные финансовым управляющим в процедуре реализации имущества гражданина, составили 48 360 руб. 63 коп. (включая фиксированное вознаграждение 25 000 руб., в отчете допущена опечатка в указании общего размера расходов), расходы погашены частично в размере 23 860 руб. 63 коп., управляющему не выплачено фиксированное вознаграждение.

Кроме того, финансовым управляющим выявлено имущество, подлежащее включению в конкурсную массу, а именно два транспортных средства.

В рамках дела о банкротстве финансовым управляющим была выявлена совершенная должником сделка по отчуждению транспортного средства – автомобиля марки (модели) Лада Гранта, 2012 года выпуска, г/н 

<

***>, оформленная договором купли-продажи от 15.04.2018.

Обращаясь в суд с заявлением об оспаривании сделки, финансовый управляющий указал на ее совершение с целью вывода ликвидных активов и причинения вреда имущественным правам кредиторов должника.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 04.06.2024, вступившим в законную силу, договор купли-продажи от 15.04.2018 транспортного средства ВАЗ-219020 (Лада Гранта), 2012 года выпуска, идентификационный номер (VIN) 

<

***>, ГРЗ У288УК96, заключенный между ФИО1 и ФИО3, признан недействительным. Применены последствия недействительности сделки в виде обязания ФИО3 возвратить в конкурсную массу должника вышеуказанное транспортное средство.

Суд первой инстанции признал сделку недействительной (мнимой) на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, установив, что сделка совершена для вида, стороны ограничились лишь оформлением договора, то есть в действительности стороны сделки не имели намерений создать соответствующие договору купли-продажи автомобиля правовые последствия - отчуждение имущества покупателю и получение продавцом оплаты, фактически транспортное средство оставалось в обладании должника, не утратившего контроль над указанным имуществом.

Данное транспортное средство в конкурсную массу не возвращено.

Второе транспортное средство, являющееся предметом залога в пользу кредитора, также в конкурсную массу не передано, несмотря на то, что определением суда от 25.01.2024 на должника возложена обязанность передать финансовому управляющему автомобиль Лада Веста, 2019 года выпуска,

г/н 

<

***>.

Отказывая в освобождении должника от обязательств по результатам завершения процедуры реализации имущества, суды исходили из злостного уклонения должника от погашения задолженности, выразившегося в сокрытии имущества от кредиторов.

По общему правилу, обычным способом прекращения гражданско-правовых обязательств является их надлежащее исполнение (пункт 1 статьи 408 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Институт банкротства граждан предусматривает иной - экстраординарный - механизм освобождения лиц, попавших в тяжелое финансовое положение, от погашения требований кредиторов, - списание долгов. При этом целью института потребительского банкротства является социальная реабилитация гражданина - предоставление ему возможности заново выстроить экономические отношения, законно избавившись от необходимости отвечать по старым обязательствам, чем в определенной степени ущемляются права кредиторов, рассчитывавших на получение причитающегося им. Вследствие этого к гражданину-должнику законодателем предъявляются повышенные требования в части добросовестности.

Предусмотренные Федеральным законом от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) условия, препятствующие освобождению гражданина от дальнейшего исполнения обязательств (пункты 4, 5 статьи 213.28 Закона о банкротстве), все без исключения связаны с наличием в поведении должника той или иной формы недобросовестности.

Исходя из целей реабилитационных процедур, применяемых в деле о банкротстве гражданина, и последствий признания гражданина банкротом (абзацы семнадцатый и восемнадцатый статьи 2 и статья 213.30 Закона о банкротстве), а также с учетом разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации в постановлении от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» (далее - постановление Пленума

№ 45) в процедуре банкротства граждан, с одной стороны, добросовестным должникам предоставляется возможность освободиться от чрезмерной задолженности, не возлагая на них большего бремени, чем они реально могут погасить, а с другой стороны, кредиторы должны иметь возможность удовлетворения своих интересов, препятствуя стимулированию недобросовестного поведения граждан, направленного на накопление долговых обязательств без цели их погашения в надежде на предоставление возможности полного освобождения от задолженности посредством банкротства.

На основе представляемой законодательством Российской Федерации возможности гражданину-должнику улучшить свой правовой статус законодателем предъявляются повышенные требования в части добросовестности, подразумевающие помимо прочего честное сотрудничество с финансовым управляющим и кредиторами, открытое взаимодействие с судом.

Освобождение гражданина от обязательств не распространяется на требования кредиторов, предусмотренные пунктами 4 и 5 названной статьи, а также на требования, о наличии которых кредиторы не знали и не должны были знать к моменту принятия определения о завершении реализации имущества гражданина.

В абзаце 3 пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве предусмотрено, что освобождение гражданина от обязательств не допускается, в том числе, в случае, если гражданин не предоставил необходимые сведения или предоставил заведомо недостоверные сведения финансовому управляющему или арбитражному суду, рассматривающему дело о банкротстве гражданина, и это обстоятельство установлено соответствующим судебным актом, принятым при рассмотрении дела о банкротстве гражданина.

Неисполнение данной обязанности не позволяет оказать гражданину действенную и эффективную помощь в выходе из кризисной ситуации через процедуру банкротства, создает препятствия для максимально полного удовлетворения требований кредиторов, свидетельствует о намерении получить не вытекающую из закона выгоду за счет освобождения от обязательств перед лицами, имеющими к нему требования.

Согласно абзацу 4 пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение должника от обязательств не допускается, если доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор основывал свое требование в деле о банкротстве должника, последний действовал незаконно, в том числе злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности. Соответствующие обстоятельства могут быть установлены в рамках любого обособленного спора по делу о банкротстве

должника, а также в иных делах (пункт 45 постановления Пленума

от 13.10.2015 № 45).

Злостное уклонение от погашения задолженности выражается в стойком умышленном нежелании должника исполнять обязательство при наличии возможности. Такое уклонение обычно не ограничивается простым бездействием; как правило, поведение должника активно, он продолжительное время совершает намеренные действия для достижения своей противоправной цели. Злостное уклонение следует отграничивать от непогашения долга вследствие отсутствия возможности, нерационального ведения домашнего хозяйства или стечения жизненных обстоятельств. Признаки злостности уклонения обнаруживаются, помимо прочего, в том, что должник: умышленно скрывает свои действительные доходы или имущество, на которые может быть обращено взыскание; совершает в отношении этого имущества незаконные действия, в том числе мнимые сделки (статья 170 Гражданского кодекса Российской Федерации), с тем чтобы не производить расчеты с кредитором (пункт 56 Обзора судебной практики по делам о банкротстве граждан, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 18.06.2025).

Из вышеназванных норм права и соответствующих разъяснений следует, что отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами (сокрытие своего имущества, воспрепятствование деятельности финансового управляющего и т.д.).

Задача суда при разрешении вопроса об освобождении должника от исполнения требований кредиторов состоит в установлении истинных намерений при вступлении в правоотношения с кредиторами, объективных мотивов возникновения обстоятельств, приведших к невозможности исполнения должником принятых на себя обязательств.

Завершение процедуры банкротства не может повлечь для недобросовестного должника наступления такого последствия, как полное освобождение его от обязательств, явившихся причиной обращения в суд с заявлением о признании его банкротом.

Вопреки утверждениям заявителя о своей добросовестности, материалы дела убедительно свидетельствуют о противоправном поведении должника, направленном на умышленное уклонение от исполнения обязательств перед кредиторами.

В ходе процедуры банкротства были выявлены конкретные факты недобросовестных действий должника, которые существенным образом препятствовали формированию конкурсной массы и полному удовлетворению требований кредиторов. В частности, судом первой инстанции была признана недействительной (мнимой) совершенная должником сделка по отчуждению транспортного средства – автомобиля марки Лада Гранта, что было направлено на вывод ликвидных активов и причинение вреда имущественным правам кредиторов. Примененные судом последствия недействительности сделки в

виде обязания покупателя возвратить транспортное средство в конкурсную массу не были исполнены, в связи с чем было возбуждено исполнительное производство, требования по которому остаются неудовлетворенными, а имущество в конкурсную массу не поступило.

Кроме того, должник злостно уклонился от исполнения возложенной на него судом обязанности по передаче в конкурсную массу залогового имущества – автомобиля марки Лада Веста, что также подтверждено отдельным судебным актом и возбужденным исполнительным производством.

Совершение мнимой сделки и сокрытие транспортных средств со стороны должника были направлены на недопущение обращения на них взыскания и удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр. Подобное поведение, как верно отмечено судами, неприемлемо для целей получения привилегий посредством банкротства, не отвечает требованиям открытости и добросовестности, свидетельствует о злостном уклонении от погашения задолженности и нежелании должника исполнять обязательства при наличии возможности, поскольку реализация указанного имущества позволила бы полностью погасить требования как залогового, так и незалоговых кредиторов.

Таким образом, вопреки доводам жалобы о добросовестном поведении, выразившемся в погашении части долга за счет заработной платы, суды правомерно квалифицировали действия должника по сокрытию имущества как недобросовестные, поскольку они привели к невозможности полного удовлетворения требований кредиторов.

Институт банкротства предполагает честное сотрудничество должника с финансовым управляющим и кредиторами, а сокрытие активов прямо противоречит этой цели.

Отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами, что в данном случае имело место. Приведенные заявителем обстоятельства, такие как подача ходатайства о введении реструктуризации или об утверждении мирового соглашения, сами по себе не отменяют факта совершенных ранее противоправных действий, которые лишают должника права на реабилитацию в форме списания долгов.

На основании изложенного, а также учитывая, что нарушений норм материального и (или) процессуального права, являющихся основанием для изменения или отмены обжалуемых судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не выявлено, следует признать, что обжалуемые судебные акты являются законными и обоснованными и отмене по приведенным в кассационной жалобе доводам не подлежат.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 23.06.2025 по делу № А60-45030/2021 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.08.2025 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий Н.А. Артемьева

Судьи В.В. Плетнева

О.Н. Новикова