АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190121

http://fasszo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

15 октября 2024 года

Дело №

А56-37951/2023

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Яковлева А.Э., судей Казарян К.Г., Колесниковой С.Г.,

при участии ФИО1 (паспорт) и его представителя ФИО2 (доверенность от 19.08.2023),

рассмотрев 09.10.2024 в открытом судебном заседании кассационные жалобы ФИО3, ФИО1 и ФИО4 на решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 12.04.2024 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.07.2024 по делу                     № А56-37951/2023, 

 

у с т а н о в и л:

Общество с ограниченной ответственностью (далее – ООО)                              «ЛУИС + Северо-Запад» (далее – Общество) обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с исковым заявлением к ФИО3, ФИО1, ФИО4 о привлечении к субсидиарной ответственности. 

К участию в деле в качестве третьего лица, без самостоятельных требований привлечено ООО «Торговый дом «Проэстро» (далее – Торговый дом). 

Общество в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) уточнило исковые требования и просило привлечь ФИО3, ФИО1, ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам Торгового дома, взыскав солидарно возмещение убытков в размере 7 438 113,14 руб. Уточнения исковых требований принято судом. 

Решением суда от 12.04.2024 исковые требования удовлетворены в полном объеме.

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда                     от 11.07.2024 решение от 12.04.2024 изменено, суд изложил первый абзац  резолютивной части в следующей редакции: «Взыскать солидарно с ФИО3, ФИО1, ФИО4 в пользу Общества 7 438 113 руб. 14 коп. убытков, 6000 руб. расходов по уплате государственной пошлины. Взыскать солидарно с ФИО3, ФИО1, ФИО4 в доход федерального бюджета 54 191 руб. госпошлины за рассмотрение иска». 

В кассационных жалобах ФИО3, ФИО1 и ФИО4 просят отменить решение от 12.04.2024 и постановление от 11.07.2024, направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции. 

ФИО3, ФИО1 и ФИО4 считают судебные акты первой и апелляционной инстанций незаконными и необоснованными, вынесенными с нарушением норм материального и процессуального права, не соответствующими обстоятельствам дела.

Податели кассационной жалобы указывают, что в деле № А56-120603/2022 (о несостоятельности Торгового дома) вопрос о фактическом наличии у Торгового дома имущества не исследовался, ФИО1 и ФИО4 к участию в деле № А56-120603/2022 не привлекались.

ФИО3, ФИО1 и ФИО4 указывают, что вопреки выводам суда апелляционной инстанции, ответчиками совершались действия, направленные на взыскание дебиторской задолженности с Торгового дома в настоящее время действия продолжаются, Торговый дом является действующим, из Единого государственного реестра юридических лиц                (далее – ЕГРЮЛ) не исключен.

По мнению подателей кассационных жалоб, поскольку Торговый дом не находится в состоянии объективного банкротства, из ЕГРЮЛ не исключен, является действующим, от исполнения своих обязательств не отказывался, имеет материальный актив, подтвержденный вступившим в законную силу судебным актом, то субсидиарную ответственность в размере долга Торгового дома на ответчиков возложить нельзя.

ФИО3, ФИО1 и ФИО4 считают, что Обществом не доказано осуществление действий, направленных на причинение вреда должнику или кредиторам.

По мнению ФИО3, суды уклонились от оценки того, уменьшилось ли имущество (активы) должника из-за действий (бездействия) ответчиков.

В судебном заседании ФИО1 и его представитель поддержали доводы кассационной жалобы.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, однако представителей в судебное заседание не направили; их отсутствие в соответствии с частью 3                       статьи 284 АПК РФ не явилось препятствием для рассмотрения жалобы.

Законность принятых по делу судебных актов проверена в кассационном порядке в пределах доводов кассационной жалобы.

Как следует из материалов дела, решением Невского районного суда Санкт-Петербурга от 24.01.2022 по делу № 2-1706/2022 с Торгового дома в пользу Общества взыскано 6 394 493 руб. основного долга за поставленное оборудование, 1 000 000 руб. неустойки, 43 620 руб. госпошлины. Общий размер задолженности составил 7 438 113 руб. 

Обязательства Торгового дома возникли из договора поставки                                 от 10.03.2021 № С32021/0310-1. 

На момент заключения договора поставки ФИО3 являлась генеральным директором Торгового дома. В последующем 21.10.2021 учредителем Торгового дома стала ФИО4, генеральным директором ФИО1 

Общество полагает, что действия ответчиков привели к невозможности погасить требования Общества, что послужило основанием для обращения в арбитражный суд с настоящим иском. 

Суд первой инстанции, признав заявленные требования обоснованными по размеру и по праву, иск удовлетворил.

Апелляционный суд согласился с выводами суда первой инстанции. Апелляционный суд пришел к выводу о необходимости внести изменения в обжалуемый судебный акт в части распределения госпошлины за рассмотрение иска.

Исследовав материалы дела, проверив доводы жалобы, суд кассационной инстанции приходит к следующему.

В силу пункта 1 статьи 61.19 Федерального закона от 26.10.2002                               № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) лицо, имеющее право на обращение в суд с требованием о привлечении к ответственности контролирующих должника лиц, вправе обратиться после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве должника с заявлением о привлечении таких лиц к субсидиарной ответственности, если его требования не были удовлетворены в полном объеме и ему стало известно о наличии оснований для субсидиарной ответственности, указанных в статье 61.11 данного Закона. Принадлежность таких прав Обществу  усматривается из материалов дела.

Пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве предусмотрена ответственность контролирующих организацию лиц за невозможность осуществления ею расчетов с кредиторами.

Пунктом 8 статьи 61.11 Закона о банкротстве предусмотрено, что если к субсидиарной ответственности привлекаются несколько лиц, то по общему правилу они отвечают солидарно.

Презумпцию вины контролирующего должника лица создает, согласно положениям пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, факт причинения существенного вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 данного Закона.

Стандарт разумного и добросовестного поведения в сфере корпоративных отношений предполагает, что обязанность действовать в интересах контролируемого юридического лица включает в себя сохранение информации о хозяйственной деятельности должника, ее раскрытие при предъявлении в суд требований о возмещении вреда, причиненного доведением должника до объективного банкротства. Отказ же или уклонение контролирующих лиц от представления суду характеризующих хозяйственную деятельность должника доказательств, от дачи пояснений либо их явная неполнота свидетельствуют о недобросовестном процессуальном поведении. При этом суд вправе исходить из предположения о том, что виновные действия (бездействие) контролирующих лиц привели к невозможности исполнения обязательств перед кредитором, если установит недобросовестность поведения контролирующих лиц в процессе, например, при отказе или уклонении контролирующих лиц от представления суду характеризующих хозяйственную деятельность должника доказательств, от дачи пояснений либо их явной неполноте, и если иное не будет следовать из обстоятельств дела (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 07.02.2023 № 6-П).

ФИО3, ФИО1 и ФИО4 соответствующие презумпции не опровергли, в материалы обособленного спора не представлены доказательства в подтверждение разумной и добросовестной деятельности контролирующих должника лиц в преддверии банкротства, должного распоряжения оборудованием, полученным от кредитора.

Как указано в пункте 23 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2020), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.06.2020, лицо, умышленными действиями которого создана невозможность получения кредиторами полного удовлетворения за счет имущества контролирующего должника лица, виновного в его банкротстве, отвечает солидарно с указанным контролирующим лицом за причиненные кредиторам убытки в пределах стоимости полученного имущества. Вред кредиторам может быть причинен не только доведением должника до банкротства, но и умышленными действиями, направленными на создание невозможности получения кредиторами полного исполнения за счет имущества контролирующих лиц, виновных в банкротстве должника (статьи 15, 24, пункт 3 статьи 53, пункт 1 статьи 170, статьи 1064, 1082 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Вопреки вышеуказанным разъяснениям Конституционного Суда и Верховного Суда Российской Федерации, ФИО3, ФИО1 и ФИО4 не представили доказательств наличия встречного предоставления Обществу на спорную сумму, в полном объеме не раскрыли реальность спорных правоотношений, несмотря на применяемый в таких спорах повышенный стандарт доказывания.

Поскольку доказательств, опровергающих установленные обстоятельства, ответчиками не представлено, суд кассационной инстанции не находит правовых оснований для переоценки выводов суда апелляционной инстанции о привлечении ФИО3, ФИО1 и ФИО4 к субсидиарной ответственности.

В соответствии с положениями части 3 статьи 9, части 2 статьи 65 АПК РФ процессуальная деятельность суда по распределению бремени доказывания по данной категории дел должна осуществляться с учетом необходимости выравнивания объективно предопределенного неравенства в возможностях доказывания, которыми обладают контролирующее должника лицо и кредитор.

Действительно, предъявляя иск к контролирующему лицу, кредитор должен представить доказательства, обосновывающие с разумной степенью достоверности наличие у него убытков, недобросовестный или неразумный характер поведения контролирующего лица, а также то, что соответствующее поведение контролирующего лица стало необходимой и достаточной причиной невозможности погашения требований кредиторов. В случае предоставления таких доказательств, в том числе убедительной совокупности косвенных доказательств, бремя опровержения утверждений истца переходит на контролирующие лица – ответчиков, которые должны, раскрыв свои документы, представить объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность (пункт 56 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»).

Суды установили, что обязанность по уплате 6 394 493,14 руб. задолженности перед Обществом возникла у должника в период руководства ФИО3 – руководителя и учредителя Торгового дома (с 20.02.2021                по 24.10.2021), ФИО1 – руководителя Торгового дома (с 25.10.2021 по настоящее время), ФИО4 – учредителя Торгового дома  (с 25.10.2021 по настоящее время).

Поскольку ответчики не представили суду разумных объяснений о причинах неуплаты долга перед кредитором,  принимая во внимание их обязанность по хранению документов хозяйственного общества или  отсутствие (искажение) этих документов, суды первой и апелляционной инстанций признали позицию Общества о неисполнении ответчиками обязанности при той степени заботливости и осмотрительности, какая от них требовалась по обычным условиям делового оборота, и с учетом сопутствующих деятельности Общества по принятию мер для исполнения Обществом денежного обязательств перед истцом.  Суды установили, что имело место искажение бухгалтерской документации, и расценили такое поведение должника как недопустимое, поскольку имеет место злостное неисполнение решения  Невского районного суда Санкт-Петербурга от 24.01.2022 по делу                                  № 2-1706/2022, вступившего в законную силу.

В данном случае ответчиками не раскрыты объективные причины несостоятельности Торгового дома, последнему присущи признаки «фирмы-однодневки», добросовестность ФИО3, ФИО1 и ФИО4 при совершении действий по руководству Торговым домом в спорный период из материалов не усматривается.

Процесс доказывания того, что требования кредиторов стало невозможно погасить в результате действий ответчиков, упрощен законодателем для истцов посредством введения соответствующих опровержимых презумпций                       (пункт 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), при подтверждении которых предполагается наличие вины ответчика в доведении должника до банкротства, и на ответчика перекладывается бремя доказывания отсутствия оснований для удовлетворения иска (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 23.01.2023                                          № 305-ЭС21-18249, от 06.03.2023 № 304-ЭС21-18637, от 26.04.2024                               № 305-ЭС23-29091, от 27.06.2024 № 305-ЭС24-809 и др.).

Приведенные положения законодательства об особенностях распределения бремени доказывания по данной категории споров в их истолковании, данном высшими судебными инстанциями, судами применены верно.

Суд кассационной инстанции не учитывает доводы жалоб о возможности взыскания денежных средств в пользу Общества с Торгового дома, поскольку из дела о несостоятельности последнего № А56-4731/2023 следует отсутствие денежных средств у такого дебитора. 

Суд кассационной инстанции считает, что, разрешая спор, суды полно и всесторонне исследовали представленные доказательства, оценив их по своему внутреннему убеждению, что соответствует положениям статьи 71                    АПК РФ, установили все имеющие значение для дела обстоятельства, сделали правильные выводы по существу требований, а также не допустили неправильного применения норм материального и процессуального права.

В соответствии со статьями 286 и 287 АПК РФ кассационная инстанция не имеет полномочий исследовать и устанавливать новые обстоятельства дела, а также не вправе переоценивать доказательства, которые были предметом исследования в судов первой и апелляционной инстанций.

Иных доводов, опровергающих установленные судом обстоятельства и выводы, в кассационной жалобе не приведено.

При таких обстоятельствах у суда кассационной инстанции отсутствуют правовые основания для отмены судебных актов.

Руководствуясь статьями 286, 287 и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа 

 

п о с т а н о в и л:

постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.07.2024 по делу № А56-37951/2023 оставить без изменения, а кассационные жалобы ФИО3, ФИО1 и ФИО4 – без удовлетворения.

 

Председательствующий

А.Э. Яковлев

Судьи

 

К.Г. Казарян

С.Г. Колесникова