ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru.

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

11АП-5174/2024

21 июня 2024 года                                                                        Дело  А55-18817/2021

г. Самара

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи Мальцева Н.А.,

судей Бондаревой Ю.А., Серовой Е.А.,

            при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Садохиной М.А., 

рассмотрев в открытом судебном заседании 04 - 13 июня 2024 года в помещении суда, в зале № 4- в зале № 2, 

апелляционную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Самарской области от 12 марта 2024 года, вынесенное по заявлению финансового управляющего к ФИО2 об оспаривании сделки должника (вх. №252909 от 11.07.2023)  в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) ФИО3, ИНН 

<

***>,

с участием:

от ФИО1 - представитель ФИО4, по доверенности от 20.01.2023,

ФИО2 – лично, паспорт, 

от ФИО2 - представитель ФИО5, по доверенности от 22.06.2023,

от финансового управляющего должника - представитель ФИО6, по доверенности от 28.05.2024 (до перерыва),

от должника ФИО3 - представитель ФИО7, по доверенности от 27.02.2024 (до перерыва),

установил:

Определением Арбитражного суда Самарской области от 06.10.2021 возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) должника. 

Решением Арбитражного суда Самарской области от 14.12.2021 ФИО3 признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим должника утверждена ФИО8.

ФИО3 обратился в Арбитражный суд с заявлением (вх. № 88573 от 28.03.2022) о прекращении производства по делу А55-18817/2021 о несостоятельности (банкротстве) ФИО3.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 17.08.2022 в удовлетворении заявления ФИО3 (вх. № 88573 от 28.03.2022) о прекращении производства по делу в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО3 отказано. 

Решением Арбитражного суда Самарской области от 30.11.2022 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении ФИО3 введена процедура реализации имущества гражданина сроком на четыре месяца, финансовым управляющим должника утверждена ФИО8 (ИНН 

<

***>), член Союза «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Альянс».

Определением Арбитражного суда Самарской области от 17.11.2023 финансовым управляющим должника утвержден ФИО9 (ИНН 

<

***>), член Саморегулируемой межрегиональной общественной организации «Ассоциация антикризисных управляющих».

Финансовый управляющий ФИО8 обратилась в Арбитражный суд Самарской области с заявлением, в котором просит признать недействительной сделку – договор займа, заключенный в форме расписки, совершенной между ФИО3 и ФИО2. 

Определением Арбитражного суда Самарской области от 31.08.2023 заявление финансового управляющего ФИО8 к ФИО2 об оспаривании сделки должника (вх. 252909 от 11.07.2023)  принято к производству.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 12.03.2024 в удовлетворении заявления финансового управляющего к ФИО2 об оспаривании сделки должника (вх. № 252909 от 11.07.2023) отказано.

Не согласившись с принятым судом первой инстанции судебным актом, ФИО1 обратился в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение Арбитражного суда Самарской области от 12.03.2024 г., удовлетворить заявление финансового управляющего о признании недействительной сделкой займа в виде расписки от 06.12.2007 г. 

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.04.2024 апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание назначено на 04.06.2024.

В судебном заседании 04.06.2024 в соответствии со статьей 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации объявлялся перерыв до 13.06.2024.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным ст. 121 АПК РФ.

В судебном заседании представитель ФИО1, представитель должника, представитель финансового управляющего должника поддержали апелляционную жалобу, просил ее удовлетворить, обжалуемое определение - отменить.

Представитель ФИО2, представитель ФИО2 возражали против удовлетворения апелляционной жалобы.

Иные лица, участвующие в деле, извещены надлежащим образом путем направления почтовых извещений и размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с требованиями абз. 2 ч. 1 ст. 121 АПК РФ, в связи с чем суд вправе рассмотреть апелляционную жалобу в их отсутствие согласно ч. 3 ст. 156 АПК РФ.

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Исследовав материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов, содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены определения суда первой инстанции, исходя из следующего.

Дела о несостоятельности (банкротстве) в силу части 1 статьи 223 АПК РФ и пункта 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Как следует из материалов дела, 06.12.2007 между ФИО2 (займодавец) и ФИО3 (заемщик) заключен договор займа, оформленный в виде расписки, в соответствии с которым заемщик получил от займодавца денежную сумму в размере 926 000 руб.

Решением Самарского районного суда г. Самары от 29.05.2013 по делу № 2-960/2013, оставленным без изменения определением Самарского областного суда от 29.07.2013, с ФИО3 в пользу ФИО2 взыскано 938 460 руб., из них: 926 000 руб. основной долг, 12 460 руб. государственная пошлина.

Заочным решением Самарского районного суда г. Самары от 13.01.2020 по делу №2-139/2019 с ФИО3 в пользу ФИО2 взысканы проценты за период с 16.12.2016 по 16.12.2019, расходы по уплате госпошлины, а также расходы по оплате услуг представителя, итого в общей сумме 209 160 руб. 99 коп. Данным решением также определено взыскивать с ФИО3 в пользу ФИО2 проценты за пользование чужими денежными средствами, исходя из ключевой ставки Банка России по день фактического исполнения решения. Проценты за пользование чужими денежными средствами взысканы судом за период с 16.12.2016 по 16.12.2019.

Ссылаясь на то, что указанная сделка является недействительной, сославшись на статью 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), финансовый управляющий должника обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Отказывая в удовлетворении заявления, суд первой инстанции руководствовался следующим.

Отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Право арбитражного управляющего на предъявление исков о признании недействительными сделок должника основано на положениях статей 61.9, 129 Закона о банкротстве.

По общему правилу сделка, совершенная исключительно с намерением причинить вред другому лицу, является злоупотреблением правом и квалифицируется как недействительная по статьям 10 и 168 ГК РФ. В равной степени такая квалификация недобросовестного поведения применима и к нарушениям, допущенным должником-банкротом в отношении своих кредиторов, в частности к сделкам по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам, направленным на уменьшение конкурсной массы.

В то же время законодательством о банкротстве установлены специальные основания для оспаривания сделки, совершенной должником - банкротом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Такая сделка оспорима и может быть признана арбитражным судом недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в котором указаны признаки, подлежащие установлению (противоправная цель, причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны об указанной цели должника к моменту совершения сделки), а также презумпции, выравнивающие процессуальные возможности сторон обособленного спора.

Баланс интересов должника, его контрагента по сделке и кредиторов должника, а также стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев подозрительности сделки и установлением ретроспективного периода глубины ее проверки, составляющего в данном случае три года, предшествовавших дате принятия заявления о признании должника банкротом.

Тем же целям служит годичный срок исковой давности, исчисляемый со дня реальной или потенциальной осведомленности заявителя об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (пункт 2 статьи 181 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве, пункт 32 Постановления от 23.12.2010 № 63).

Таким образом, законодательство пресекает возможность извлечения сторонами сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ), однако наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10 и 168 ГК РФ.

Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 ГК РФ возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки.

В противном случае оспаривание сделки по статьям 10 и 168 ГК РФ по тем же основаниям, что и в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, открывает возможность для обхода сокращенного срока исковой давности, установленного для оспоримых сделок, и периода подозрительности, что явно не соответствует воле законодателя.

Оспариваемая финансовым управляющим сделка совершена 06.12.2007, производство по настоящему делу о банкротстве в отношении должника возбуждено определением Арбитражного суда Самарской области от 06.10.2021.

Следовательно, оспариваемый договор займа денежных средств выходит за пределы подозрительности, и в настоящем случае оспариваемая сделка может быть признана недействительной только на основании статей 10, 168, 170 ГК РФ.

К сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 ГК РФ. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (например, по правилам статьи 170 ГК РФ).

Согласно пункту 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон.

Таким образом, для признания сделки мнимой на основании статьи 170 ГК РФ необходимо установить, что стороны сделки действовали недобросовестно, в обход закона и не имели намерения совершить сделку в действительности.

Финансовый управляющий в заявлении об оспаривании сделки указывал, что проверка требований ФИО2 при рассмотрении заявления о включении в реестр требований кредиторов должника судом не производилась, поскольку свое требование кредитор мотивировал наличием денежного обязательства, подтвержденного решением Самарского районного суда г. Самары от 29.05.2013.

Изучив решение Самарского районного суда г. Самары от 29.05.2013, финансовый управляющий пришел к выводу, что при вынесении решения суд общей юрисдикции исходит фактически из признания ФИО3 долга перед ФИО2, в связи с чем, финансовая возможность ФИО2 не проверялась, проверка пороков сделки не осуществлялась. Соответственно, установление наличия обязательства ФИО3 перед ФИО2 осуществлялась исключительно при наличии расписки на выдачу займа.

В то же время, как указал финансовый управляющий, в отличие от общеискового порядка, Закон о банкротстве устанавливает повышенный стандарт доказывания не только факта существования задолженности перед кредитором, но и фактов: возможности кредитора на выдачу займа, установление источника займа, проверка действий кредитора предшествующих подаче требования в реестр и т.д.

Оценив оспариваемую финансовым управляющим сделку на предмет наличия признаков ее недействительности (мнимости) по основаниям, предусмотренным в пункте 1 статьи 170 ГК РФ, суд первой инстанции пришел к выводу, что оспариваемая сделка не может быть квалифицирована как мнимая в силу следующего.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции, исходя из следующего.

Из материалов дела усматривается, что 06.12.2007 между ФИО2 (займодавец) и ФИО3 (заемщик) заключен договор займа, оформленный в виде расписки, в соответствии с которым заемщик получил от займодавца денежную сумму в размере 926 000 руб.

Срок возврата займа – 01.03.2012.

По соглашению сторон займ беспроцентный.

Вопрос о предоставлении ответчиком займа должнику был предметом судебного разбирательства по гражданскому делу № 2-960/2013.

Так, решением Самарского районного суда г. Самары от 29.05.2013 по делу № 2-960/2013, оставленным без изменения определением Самарского областного суда от 29.07.2013, с ФИО3 в пользу ФИО2 взыскано 938 460 руб., из них: 926 000 руб. основной долг, 12 460 руб. государственная пошлина.

Заочным решением Самарского районного суда г. Самары от 13.01.2020 по делу №2-139/2019 с ФИО3 в пользу ФИО2 взысканы проценты за период с 16.12.2016 по 16.12.2019, расходы по уплате госпошлины, а также расходы по оплате услуг представителя, итого в общей сумме 209 160 руб. 99 коп. Данным решением также определено взыскивать с ФИО3 в пользу ФИО2 проценты за пользование чужими денежными средствами, исходя из ключевой ставки Банка России по день фактического исполнения решения. Проценты за пользование чужими денежными средствами взысканы судом за период с 16.12.2016 по 16.12.2019.

Самарским районным судом г. Самары в заочном решении от 13.01.2020 по делу №2-139/2020 установлено, что постановление судебного пристава-исполнителя от 25.11.2019 содержало описку в части размера долга (остаток основной задолженности согласно постановлению пристава составлял 938 390 руб.), и, ввиду отсутствия других доказательств оплат по договору, суд установил сумму долга по договору займа в размере 826 935 руб. 55 коп.

В рамках настоящего дела ФИО2 обратился в Арбитражный суд Самарской области с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника 1 123 155, 81 руб., в том числе: 826 935,55 руб. основного долга, 209 160,99 руб. процентов и судебных расходов, возникших из договора займа от 06.12.2007, подтвержденных вступившими в законную силу судебными актами, а также 87 059,27 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами за неисполнение судебного акта.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 23.08.2022 заявление ФИО2 (вх. № 94825 от 31.03.2022) о включении в реестр требований кредиторов должника удовлетворено. Требование ФИО2 включено в реестр требований кредиторов должника – ФИО3 (ИНН 

<

***>) в состав требований кредиторов третьей очереди в размере 1 123 155,81 руб., в том числе: 1 036 096,54 руб. основного долга, 87 059,27 руб. процентов.

В соответствии с частью 1 статьи 16 АПК РФ вступившие в законную силу судебные акты арбитражного суда являются обязательными для органов государственной власти, органов местного самоуправления, иных органов, организаций, должностных лиц и граждан и подлежат исполнению на всей территории Российской Федерации.

В силу части 2 статьи 69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Также частью 3 статьи 69 АПК РФ установлено, что вступившее в законную силу решение суда общей юрисдикции по ранее рассмотренному гражданскому делу обязательно для арбитражного суда, рассматривающего дело, по вопросам об обстоятельствах, установленных решением суда общей юрисдикции и имеющих отношение к лицам, участвующим в деле.

Признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение стабильности и общеобязательности судебного решения, исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела. Тем самым преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности (Постановление Конституционного Суда РФ от 21.12.2011 № 30-П).

Следует отметить, что статья 69 АПК РФ связывает преюдициальное значение не с наличием вступивших в законную силу судебных актов, разрешающих дело по существу, а с обстоятельствами (фактами), установленными данными актами, имеющими значение для другого дела, в котором участвуют те же лица.

Согласно Определению Верховного Суда Российской Федерации от 19.03.2020 № 305-ЭС19-24795 признание преюдициального значения судебного решения, направленное на обеспечение стабильности и общеобязательности этого решения и исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если имеют значение для его разрешения (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2011 № 30-П).

Оценка судом доказательств по своему внутреннему убеждению не означает допустимость ситуации, при которой одни и те же документы получают диаметрально противоположное толкование судов в разных делах без указания каких-либо причин для этого. Такая оценка доказательств не может быть признана объективной (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 14.06.2016 № 305-ЭС15-17704).

Действительно, как указывают финансовый управляющий и кредитор ФИО1, судебная практика предусматривает возможность признания сделок недействительными и отказа во включении требования в реестр требований кредиторов задолженности по договору займа, по которому были взыскана задолженность судом общей юрисдикции.

Вместе с тем, в настоящем случае вопрос о реальном исполнении договора разрешался судами общей юрисдикции первой и апелляционной инстанции по указанному делу при рассмотрении доводов должника ФИО3, участвовавшего в указанном споре в качестве ответчика.

Более того, в последующем решением суда на сумму займа также начислены проценты за период с 16.12.2016 по 16.12.2019.

Указанные судебные акты вступили в законную силу.

Из поступивших из Самарского районного суда г. Самары документов по делу № 2-960/2013 усматривается, что при рассмотрении гражданского дела в суде первой инстанции ФИО3 представлены возражения относительно исковых требований, в соответствии с которыми ФИО3 указал, что договор займа между ним и ФИО10 не заключался, поскольку ФИО3 выступил лишь посредником при передаче денег ФИО11

ФИО3 оспорил решение суда первой инстанции о взыскании задолженности по договору займа в апелляционном порядке. Решение суда первой инстанции оставлено без изменения, апелляционная жалоба ФИО3 без удовлетворения.

В заявлении ФИО11 от 15.05.2013, копия которого поступила в материалы настоящего обособленного спора из материалов дела № 2-960/2013 указано, что ФИО11 в период с ноября по декабрь 2007 года получены денежные средства в размере 2 126 000 рублей от ФИО2, с целью постройки землесоса ЛС-27. Деньги передавал ФИО11 ФИО3 и ФИО12, 926 000 рублей и 1 200 000 рублей соответственно. Таким образом, указал ФИО11 в своем заявлении, полученные от ФИО3 и ФИО12 деньги, указанные ФИО2 в исковом заявлении, фактически предназначались ФИО11 и им были получены.

Вышеизложенное означает, что финансирование постройки ФИО11 землесоса ЛС-27 осуществлялось со стороны ФИО3 и ФИО12 именно из денежных средств, полученных ими у ФИО2

ФИО11 получение денежных средств от ФИО12 и ФИО3, которые им давал взаймы ФИО2, подтвердил полностью.

Указанные обстоятельства свидетельствуют о реальном характере заемных отношений между ФИО3 и ФИО2

В заявлении ФИО11 от 15.05.2013 также содержатся обстоятельства того, на какие цели должник ФИО3 потратил денежные средства, полученные в долг у ФИО2, что также подтверждает реальность спорных заемных отношений между кредитором и должником.

Так, решением Самарского районного суда г. Самары от 29.05.2013 по делу № 2-960/2013 установлено, что допрошенный в судебном заседании ФИО11 суду пояснил, что им в период с ноября по декабрь 2007 года были получены денежные средства в размере от ФИО2, с целью постройки землесоса. Деньги ему передавал ФИО3 в сумме 926 000 рублей, расписку о получении денег он написал на имя ФИО3

В решении суда от 29.05.2013 указано, что в судебном заседании представитель истца подтвердил, что деньги истец давал в долг ФИО3, следовательно, тот и обязан вернуть сумму займа независимо от того, на какие цели он их потратил. Деньги ФИО3 были переданы ФИО11 по его усмотрению, следовательно, надлежащим ответчиком по данному делу является ФИО3, который, в свою очередь, вправе требовать взысканию денежных средств с ФИО11 в свою пользу. На замену ответчика с ФИО3 на ФИО11 истец не согласен.

Таким образом, судом общей юрисдикции установлены обстоятельства как получения ФИО3 денежных средств от ФИО2 в долг, так и установлены обстоятельства, куда и на какие цели данные заемные средства направлены впоследствии ФИО3 (в пользу ФИО11).

При таких обстоятельствах, факт заключения договора займа и неисполнения обязанности по возврату денежных средств подтвержден вступившим в законную силу судебным актом, который является обязательным для арбитражного суда и участников по делу о банкротстве в части установленных обстоятельств, имеющих значение по настоящему делу.

Сомнения финансового управляющего и кредитора относительно реальности долга перед ФИО10 подлежат оценке путем обжалования решения Самарского районного суда г. Самары от 29.05.2013 по делу № 2-960/2013 с учетом разъяснений, приведенных в пункте 24 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», правовых позиций, отраженных в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 24.04.2022 № 308-ЭС21-26679, от 19.05.2022 № 305-ЭС21-29326.

Судом первой инстанции также учтено, что после истечения срока возврата займа (01.03.2012), когда сумма займа не была возвращена в соответствии с условиями, изложенными в расписке от 06.12.2007, ФИО10 предпринимал действия по возврату долга.

Так, ФИО2 и его представителем получены выписки из ЕГРН от 18.10.2012 (выдана ФИО2 лично), от 28.01.2013 (выдана представителю ФИО13), согласно которым в собственности ФИО3 находилась квартира: 

<

...>/М.Горького, 1/97, кв. 49.

22.08.2013, сразу после вступления в законную силу решения Самарского районного суда г. Самары от 29.05.2013, ФИО2 в ПАО «Сбербанк» предъявлен исполнительный лист, списаны по исполнительному листу: 23.08.2013 - сумма в размере 29 972,91 руб., 26.08.2013 – 161,27 руб., 26.08.2023 – 29 811,64 руб., 28.08.2013 – 17 829,40 руб., 03.09.2013 – 6 607,00 руб., 09.09.2013 – 5 075,87 руб., 24.09.2013 – 1 579,49 руб., 04.12.2013 – 25 229,89 руб.

27.11.2013 между ФИО2 и ФИО3 заключено соглашение о погашении задолженности, срок погашения задолженности перенесен до 01.09.2014, с ежемесячным погашением части долга в размере 50 000,00 руб. до полного погашения долга. Выполнение условий Соглашения обеспечивается залогом а/м ЛЕКСУС 2006 г.в., г/н Е888ТТ63RUS, VIN 

<

***>.

27.11.2013 между ФИО2 и ФИО3 также заключен договор залога движимого имущества в отношении а/м ЛЕКСУС 2006 г.в., г/н Е888ТТ63RUS, VIN 

<

***> в обеспечение возврата суммы займа в размере 938 460,00 руб.

В связи с достижением вышеуказанного соглашения и заключением договора залога ФИО2 04.12.2013 отозвал исполнительный лист из ПАО «Сбербанк».

В последующем предмет залога реализован ФИО3 третьему лицу.

05.12.2014 в связи с очередным нарушением со стороны ФИО3 обязательств по погашению долга, ФИО2 был вынужден предъявить исполнительный лист в ОСП Самарского района г. Самары.

Затем ФИО2 снова выяснял имущественное положение ФИО3 путем получения выписки из ЕГРН от 24.09.2015 (выдана ФИО2 лично), согласно которой в собственности ФИО3 также находилась квартира: 

<

...>/М.Горького, 1/97, кв. 49.

14.06.2016 судебным приставом наложен запрет на регистрационные действия с транспортными средствами ФИО3

Далее, в 2018-2019 судебные приставы уточняли сведения об имуществе ФИО3, получая ответы из регистрирующих органов ГИБДД, Пенсионного фонда, МВД. ФИО2 осуществлял ознакомление с материалами исполнительного производства, получал от приставов копии ответов.

В феврале 2018 года ФИО2 установил, что ФИО3 является соучредителем ООО «Гастрономия вкуса», а также имеет статус индивидуального предпринимателя. Также в отношении ФИО3 имеется вступившее в законную силу решение от 16.06.2016 о взыскании налогов на общую сумму 104 857 рублей (дело № а-1136/2016, Самарский районный суд г. Самары).

В 2020 году ФИО2 на основании решения Самарского районного суда по делу № 2-139/2020 получил исполнительный лист на взыскание с ФИО3 процентов за период с 16.12.2016 по 16.12.2019 в размере 198 981,36 руб., расходы по уплате госпошлины в сумме 5179,63 руб., а также расходы по оплате услуг представителя 5000 руб., а всего 209 160,99 руб.

13.08.2020 ФИО2 направил исполнительный лист на сумму процентов для принудительного исполнения в ОСП Самарского района г. Самары.

13.10.2020, 10.12.2020 судебные приставы передали оба исполнительных производства в отношении должника ФИО3 в МОСП, 

<

...>.

11.12.2020 все исполнительные производства в отношении ФИО3 объединены в сводное исполнительное производство по должнику.

Таким образом, вопреки доводам кредитора ФИО14 о бездействии ФИО10, вышеуказанные действия свидетельствуют о том, что ФИО2 на протяжении более 10 лет осуществлялись различные мероприятия, направленные на добровольное урегулирование вопроса о погашении долга, на принудительное взыскание задолженности с ФИО3, на дополнительное судебное взыскание причитающихся процентов на сумму основного долга, отслеживалось имущественное положение должника ФИО3, контролировались мероприятия, проводимые приставами в рамках исполнительного производства, то есть кредитор занимал активную позицию по взысканию долга с ФИО3

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции, что вышеуказанное свидетельствует о реальном характере заемных отношений между ФИО3 и ФИО2

В рамках настоящего обособленного спора в качестве обоснования финансовой возможности предоставления займа в размере 926 000 руб. ФИО2 ссылается на накопление денежных средств в результате получения заработной платы, денежные средства хранились дома.

В письменных пояснения ФИО10 указал, что занимался программированием, созданием сайтов и их обслуживанием. Также выполнял срочные заказы, с повышенной стоимостью. Средний доход составлял 75 000 руб. в месяц.

До 2007 года ФИО10 проживал в квартире с родителями, был холост, траты были небольшими, все заработанные деньги накапливались им. Часть денежных средств инвестированы, в том числе по договорам займа ФИО3, ФИО12

Кредитор является физическим лицом, выданная по расписке от 06.12.2007 денежная сумма (926 000 руб.) не является столь значительной и может являться, кроме того, и результатом накопления денежных средств.

С учетом размера выданной в заем денежной суммы ФИО10 не имел необходимости ее хранения в кредитных учреждениях, равно как и обязанности, установленной законом для физических лиц по такому размещению денежных средств.

При оценке финансовой возможность предоставления займа арбитражным судом также учтено, что оспариваемая сделка совершена более 15 лет назад, что затрудняет предоставление доказательств наличия финансовой возможности в полном объеме, а также подтверждена вступившими в законную силу решениями суда общей юрисдикции.

Относительно целесообразности выдачи займа без процентов ответчик пояснил, что денежные средства по договору займа передал ФИО3 и ФИО12 под расписку и устные обещания ФИО3 о совместном бизнесе.

Следовательно, факты реальности данного договора займа, факт выдачи займа, факт экономической целесообразности данной сделки для должника и кредитора, наличия у кредитора финансовой возможности выдачи займа, установлены как в рамках настоящего обособленного спора, так и вступившими в законную силу судебными актами.

Так, доводы об отсутствии финансовой возможности ФИО10, о наличии оснований для признания оспариваемого договора займа недействительным по статье 10 ГК РФ, направлены на иную оценку исследованных доказательств, основываясь на которой сделаны выводы об обстоятельствах спора.

Верховный Суд Российской Федерации в Определении от 11.09.2017 № 301-ЭС17-4784 указал, что, как правило, для подтверждения обстоятельств, подтверждающих позицию истца или ответчика, достаточно совокупности доказательств (документов), обычной для хозяйственных операций, лежащих в основе спора. Однако в условиях банкротства ответчика и конкуренции его кредиторов интересы должника-банкрота и аффилированного с ним кредитора («дружественного» кредитора) в судебном споре могут совпадать в ущерб интересам прочих кредиторов. Для создания видимости долга в суд могут быть представлены внешне безупречные доказательства исполнения по существу фиктивной сделки. Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Реальной целью сторон сделки может быть, например, искусственное создание задолженности должника-банкрота для последующего распределения конкурсной массы в пользу «дружественного» кредитора.

Для предотвращения необоснованных требований к должнику и, как следствие, нарушений прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника-банкрота, предъявляются повышенные требования (пункт 26 Постановления № 35).

В Определении Верховного Суда Российской Федерации от 05.02.2017 № 305-ЭС17-14948 также содержится правовой подход, подлежащий применению при рассмотрении требований заинтересованных лиц, подтвержденных вступившими в законную силу судебными актами. В этом Определении указано следующее.

В условиях банкротства должника и конкуренции его кредиторов возможны ситуации, когда отдельные лица инициируют судебный спор по мнимой задолженности с целью получения внешне безупречного судебного акта для включения в реестр требований кредиторов. Подобные споры характеризуются представлением минимально необходимого набора доказательств, пассивностью сторон при опровержении позиций друг друга, признанием сторонами обстоятельств дела или признанием ответчиком иска и т.п. В связи с тем, что интересы названных лиц и должника совпадают, их процессуальная деятельность направлена не на установление истины, а на иные цели.

Принятыми по таким спорам судебными актами могут нарушаться права других кредиторов, имеющих противоположные интересы и, как следствие, реально противоположную процессуальную позицию.

Закон предоставляет независимым кредиторам, а также арбитражному управляющему, право обжаловать судебный акт, на котором основано заявленное в деле о банкротстве требование (часть 3 статьи 16 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пункт 24 Постановления № 35).

Однако по объективным причинам, связанным с тем, что они не являлись участниками правоотношений по спору, инициированному упомянутыми лицами, независимые кредиторы и арбитражный управляющий ограничены в возможности представления достаточных доказательств, подтверждающих их доводы. В то же время они должны заявить такие доводы и (или) указать на такие прямые или косвенные доказательства, которые с разумной степенью достоверности позволили бы суду усомниться в достаточности и достоверности доказательств, представленных должником и имеющим с ним общий интерес кредитором. Бремя опровержения этих сомнений лежит на последнем. Причем это не должно составить для него затруднений, поскольку именно он должен обладать всеми доказательствами своих правоотношений с несостоятельным должником.

Анализ указанных правовых позиций Верховного Суда Российской Федерации позволяет сделать вывод о том, что более строгий стандарт доказывания, чем к обычному кредитору в деле о банкротстве, применяется в случае, если стороны сделки являются аффилированными лицами, или имеют общий интерес, поскольку общность экономических интересов повышает вероятность представления кредитором внешне безупречных доказательств исполнения по существу фиктивной сделки с противоправной целью последующего распределения конкурсной массы в пользу «дружественного» кредитора и уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов.

Согласно статье 19 Закона о банкротстве, заинтересованными к должнику лицами признаются те, что входят в одну группу с ним в соответствии с законом о защите конкуренции, а также аффилированные лица.

При этом следует учитывать, что согласно выработанному судебной практикой подходу (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6), от 11.09.2017 № 301-ЭС17-478) к аффилированным могут относиться не только лица, имеющие формальную (юридическую) связь с должником, но и связь фактическую.

Между тем, как верно отмечено судом первой инстанции, в материалах дела отсутствуют доказательства того, что ответчик входит в одну группу с должником в соответствии с законом о защите конкуренции, а также доказательства того, что ответчик имеет с должником формальную (юридическую) или фактическую связь.

Исходя из изложенного, довод кредитора о том, что договор займа является мнимой сделкой, при установленном судом общей юрисдикции факте реальности договора займа от 06.12.2007, и получении ФИО3 денежных средств от ФИО10, необоснован.

Отклоняя доводы кредитора об отсутствии со стороны ФИО2 убедительных доказательств, подтверждающих факт расходования заемных денежных средств, верно отмечено, что само по себе, без оценки всех обстоятельств в совокупности, требование о наличии доказательств учета средств должником и подтверждение должником обстоятельств расходования таких денежных средств привело бы к тому, что кредиторы вообще не смогут включать свои требования в реестр. Должники намеренно не будут отражать суммы займа в бухгалтерских документах и/или будут полностью отрицать получение денежных средств и их последующее расходование. При таком подходе кредиторы попадают в полную зависимость от должников, и должники будут сами решать раскрыть ли им статьи расходов по суммам займа или скрыть их для отрицания задолженности.

Решением Самарского районного суда г. Самары от 29.05.2013 по делу № 2-960/2013 при допросе свидетеля ФИО11 установлено, что денежные средства по договору займа предоставлялись для постройки землесоса.

Так, из содержания решения следует, что доводы ответчика о том, что из расписки не усматривается достоверно, что деньги получены в долг, не соответствуют действительности. В расписке указано «по соглашению сторон займ беспроцентный».

Ссылка ответчика на то, что указанные деньги им были переданы ФИО11 для предпринимательской деятельности, которую тот намеревался осуществлять совместно с ФИО2, основанием для отказа в удовлетворении исковых требований также не являются.

В судебном заседании представитель истца подтвердил, что деньги истец давал в долг ФИО3, следовательно, тот и обязан вернуть сумму займа независимо от того, на какие цели он их потратил. Деньги ФИО3 были переданы ФИО11 по его усмотрению, следовательно, надлежащим ответчиком по данному делу является ФИО3

В заявлении ФИО11 от 15.05.2013, копия которого поступила в материалы настоящего обособленного спора из материалов дела № 2-960/2013 Самарского районного суда г. Самары о взыскании долга ФИО2 с ФИО3 по договору займа (подпись ФИО11 засвидетельствована и.о. нотариуса ФИО15, - ФИО16), ФИО11 обстоятельства того, на какие цели должник ФИО3 потратил денежные средства, полученные в долг у ФИО2, что также подтверждает реальность спорных заемных отношений между кредитором и должником.

В ходе рассмотрения настоящего обособленного спора в суде первой инстанции, представитель должника пояснил, что денежные средства потрачены на постройку землесоса, однако сам ФИО3 денежные средства не получал.

Таким образом, суд оценивает указанное обстоятельство в совокупности, поскольку в отдельности непредоставление должником сведений о том, на какие цели потрачены денежные средства по оспариваемому договору, не может служить основанием для признания сделки недействительной.

Арбитражным судом установлено, что фактические отношения между сторонами, в частности, заключение между сторонами договора займа, соглашения о погашении задолженности, договора залога транспортного средства в целях обеспечения исполнения обязательств по возврату займа, активные действия ФИО2 по взысканию задолженности в рамках исполнительного производства, а также в настоящем обособленном споре, свидетельствуют о наличии у сторон воли именно на передачу денежных средств в заем, при том, что материалы обособленного спора в совокупности с решением Самарского районного суда г. Самары от 29.05.2013 по делу № 2-960/2013, заочным решением Самарского районного суда г. Самары от 13.01.2020 по делу № 2-139/2019, подтверждают наличие у ФИО2 финансовой возможности предоставления займа.

Указанные обстоятельства исключают наличие у договора займа признаков мнимости, а в действиях сторон сделки признаков злоупотребления правом с намерением причинить вред другим кредиторам должника.

Аналогичная правовая позиция изложена в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 07.12.2023 № 305-ЭС23-14130 по делу № А40-63802/2021.

На основании изложенного, суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции об отсутствии в совокупности обстоятельств для признания оспариваемой сделки недействительной, в связи с чем в удовлетворении требований финансового управляющего правомерно отказано.

Имеющие существенное значение для рассматриваемого дела обстоятельства судом первой инстанции установлены правильно, представленные доказательства полно и всесторонне исследованы и им дана надлежащая оценка.

Всем доводам заявителя, изложенным в апелляционной жалобе, дана исчерпывающая оценка в обжалуемом определении. Оснований для отмены судебного акта по доводам, изложенным в апелляционной жалобе, судом апелляционной инстанции не установлено.

Заявитель апелляционной жалобы указывает на то, что отсутствует преюдиция, т.к. в гражданском деле № 2-960/2013 сделка по займу не проверялась по специальным основаниям, предусмотренным законодательством о банкротстве, а выводы суда общей юрисдикции это не преюдиция, а лишь  своя оценка, данная судом конкретным обстоятельствам. Суд не проверял финансовую возможность ответчика для выдачи займа.

Суд апелляционной инстанции не может согласиться с данными доводами, поскольку факт передачи денежных средств от ответчика к должнику установлен. Это не оценка суда, а конкретное обстоятельство, которое установлено судом и  является преюдициальным при разрешении данного спора.

Следует отметить, что в своих возражениях на иск ФИО2 в деле № 2-960/2013 ФИО3 подтвердил тот факт, что денежные средства от ФИО2 получал, но затем передал их ФИО11 (л.д. 65)  

При таких обстоятельствах, учитывая отсутствие нарушений, являющихся основанием для безусловной отмены судебного акта по статье 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционную жалобу необходимо оставить без удовлетворения, а определение суда первой инстанции оставить без изменения.

Таким образом, определение Арбитражного суда Самарской области от 12 марта 2024 года по делу А55-18817/2021 следует оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Руководствуясь ст.ст. 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд             

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Самарской области от 12 марта 2024 года по делу А55-18817/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в месячный срок через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий                 Н.А. Мальцев

Судьи                 Ю.А. Бондарева

                                                                                                                Е.А. Серова