Дело № А43-16693/2022

17 сентября 2024 года

г. Владимир

 

Резолютивная часть постановления объявлена 03 сентября 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 17 сентября 2024 года.

 

Первый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Евсеевой Н.В.,

судей Волгиной О.А., Рубис Е.А., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Прозоровой Е.И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу акционерного общества Ингосстрах Банк (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) на определение Арбитражного суда Нижегородской области от 06.06.2024 по делу№ А43-16693/2022, принятое по заявлению финансового управляющего ФИО1 о признании сделки ФИО2 недействительной и применении последствий ее недействительности,

в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично путем размещения информации на сайте суда, установил следующее.

 

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2 (далее – ФИО2, должник) в Арбитражный суд Нижегородской области обратился финансовый управляющий ФИО1 (далее – ФИО1, финансовый управляющий) с заявлением о признании недействительными сделок должника по перечислению ФИО4 (далее – ФИО4, ответчик) денежных средств и применении последствий недействительности сделок в виде возврата в конкурсную массу должника денежных средств в размере 1 405 000 руб.

К участию в обособленном споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены отдел опеки и попечительства сектора социально-правовой защиты детей Богородского района Нижегородской области, ФИО5 (далее – ФИО5), ФИО6 (далее – ФИО6).

Арбитражный суд Нижегородской области определением от 06.06.2024 отказал финансовому управляющему в удовлетворении заявления.

Не согласившись с принятым судебным актом, кредитор – акционерное общество Ингосстрах Банк (далее – АО Ингосстрах Банк) обратилось в Первый арбитражный апелляционной суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда отменить полностью, удовлетворить заявление о признании сделок недействительными в полном объеме с применением последствий их недействительности.

Оспаривая законность принятого судебного акта, заявитель апелляционной жалобы указал, что сделки по перечислению денежных средств  на сумму 1 405 000 руб. являются подозрительными, так как в результате их совершения причинен вред имущественным правам кредиторов; в период совершения сделок у должника имелась кредиторская задолженность перед АО Ингосстрах Банк, а также перед иными кредиторами, в частности ПАО Росбанк, ОТП Банк, ПАО Сбербанк. Полагает, что должник знал о кредиторской задолженности перед кредиторами, имел намерения подать заявление о признании себя банкротом, однако совершил действия, свидетельствующие о выводе денежных средств с целью причинения вреда кредиторам. Отметил, что должник производил действия по сокрытию/отчуждению своего имущества перед подачей заявления о признании банкротом. Считает, что отсутствует какой-либо экономический смысл перевода денежных средств в период с 05.06.2021 по 21.09.2021 ответчику ФИО4 в крупной сумме 1 405 000 руб. без указания в назначении платежа основания перевода денежных средств. По мнению заявителя апелляционной жалобы, судом первой инстанции не выяснены фактические взаимоотношения сторон: ФИО7 и ФИО4, не дана правовая оценка доводам финансового управляющего о наличии признаков злоупотребления правом со стороны должника, мнимости сделки, а также о том, что переведенные денежные средства без назначения платежа ответчику ФИО4 фактически являлись безосновательным выводом денежных средств перед подачей заявления о признании ФИО7 банкротом. Пояснил, что кредитор и финансовый управляющий как лица, не участвовавшие в сделке, объективно лишены возможности представить в суд исчерпывающий объем доказательств, порочащих эту сделку. Подробно доводы заявителя изложены в апелляционной жалобе.

20.08.2024 от Управления образования и молодежной политики администрации Богородского муниципального округа Нижегородской области в материалы дела поступило ходатайство о рассмотрении апелляционной жалобы в отсутствие его представителя, в котором орган опеки просил принять решение с учетом интересов несовершеннолетних.

03.09.2024 от представителя АО Ингосстрах Банк в материалы дела поступила телефонограмма, в которой заявитель просил рассмотреть апелляционную жалобу в его отсутствие, поддержал доводы апелляционной жалобы.

Лица, участвующие в обособленном споре, отзыв на апелляционную жалобу не представили, явку полномочных представителей в судебное заседание суда апелляционной инстанции не обеспечили.

АО Ингосстрах Банк в апелляционной жалобе заявило ходатайство об истребовании дополнительных доказательств, мотивированное невозможностью получения доказательств в самостоятельном порядке.

Рассмотрев заявленное ходатайство, суд апелляционной инстанции не усмотрел процессуальных оснований для его удовлетворения, исходя из следующего.

В соответствии с частью 4 статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лицо, участвующее в деле и не имеющее возможности самостоятельно получить необходимое доказательство от лица, у которого оно находится, вправе обратиться в арбитражный суд с ходатайством об истребовании данного доказательства. В ходатайстве должно быть обозначено доказательство, указано, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, могут быть установлены этим доказательством, указаны причины, препятствующие получению доказательства, и место его нахождения.

Суд апелляционной инстанции рассматривает апелляционные жалобы с учетом положений статей 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Согласно частям 2, 3 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дополнительные доказательства принимаются арбитражным судом апелляционной инстанции, если лицо, участвующее в деле, обосновало невозможность их представления в суд первой инстанции по причинам, не зависящим от него, в том числе в случае, если судом первой инстанции было отклонено ходатайство об истребовании доказательств, и суд признает эти причины уважительными.

При рассмотрении дела в арбитражном суде апелляционной инстанции лица, участвующие в деле, вправе заявлять ходатайства о вызове новых свидетелей, проведении экспертизы, приобщении к делу или об истребовании письменных и вещественных доказательств, в исследовании или истребовании которых им было отказано судом первой инстанции.

Принятие дополнительных доказательств судом апелляционной инстанции в отсутствие уважительных причин, которые объективно препятствовали представлению дополнительных доказательств в арбитражный суд первой инстанции, нарушает принцип состязательности и позволяет стороне в обход процессуальной обязанности доказать обстоятельства, на которые она ссылается в обоснование своих доводов и возражений (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), исправить процессуальные просчеты, что противоречит статье 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, возлагающей риск наступления неблагоприятных последствий на лицо, участвующее в деле, и не воспользовавшееся своими процессуальными правами.

Судом апелляционной инстанции установлено, что по ходатайству финансового управляющего судом первой инстанции истребована у ПАО «Сбербанк России» дополнительные доказательства, в материалы дела представлена выписка о переводе денежных средств, согласно ответу банка по операциям перевода денежных средств с карты на карту на бумажном носителе платежные документы не формируются (л.д. 20-21). Также судом первой инстанции истребована адресная справка в отношении ответчика (л.д. 24).

Вместе с тем кредитор вопреки положениям статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не обосновал наличие  уважительных причин, которые объективно препятствовали ему заявить в суде первой инстанции ходатайство об истребовании дополнительных доказательств, в том числе  от ПАО «Сбербанк России», Пенсионного фонда РФ и ИФНС России.

Исследовав представленные в материалы дела доказательства и доводы заявителя, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что материалы дела не содержат доказательств невозможности рассмотрения апелляционной жалобы в отсутствие истребуемых документов, заявитель по существу не обосновал, каким образом запрошенная информация может повлиять на проверку законности и обоснованности судебного акта. 

В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации апелляционная жалоба рассматривается в отсутствие лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства в порядке статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Законность и обоснованность принятого по делу определения проверены Первым арбитражным апелляционным судом в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив доводы апелляционной жалобы, исследовав материалы дела, оценивая представленные доказательства в их совокупности, анализируя позицию заявителя, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Как усматривается из материалов дела и установлено судом первой инстанции, определением Арбитражного суда Нижегородской области от 01.07.2022 к производству суда принято заявление ФИО2 о признании ее несостоятельной (банкротом).

Решением Арбитражного суда Нижегородской области от 05.10.2022 ФИО2 признана несостоятельной (банкротом), в отношении нее введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утверждена ФИО1, которая определением суда от 04.09.2023 освобождена от исполнения обязанностей финансового управляющего должника, определением суда от 15.11.2023 финансовым управляющим утвержден ФИО8.

Предметом заявления финансового управляющего является требование о признании недействительными сделок должника по перечислению должником в период с 05.06.2021 по 21.09.2021  ФИО4 денежных средств в размере 1 405 000 руб. и применении последствий их недействительности в виде возврата в конкурсную массу должника денежных средств в указанном размере.

Заявление финансового управляющего основано на положениях статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», а также статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, и мотивировано тем, спорные сделки являются подозрительными, другая сторона сделки знала об указанной цели к моменту совершения сделок, в период совершения сделок у должника имелась кредиторская задолженность, сделки совершены должником в целях вывода имущества из конкурсной массы и причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Повторно изучив представленные в материалы дела доказательства, с учетом доводов апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), частью1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

По правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.) (пункт 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – 

постановление

 № 63).

В силу пункта 7 статьи 213.9 Закона о банкротстве финансовый управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени гражданина заявления о признании недействительными сделок по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, а также сделок, совершенных с нарушением Закона о банкротстве.

Для признания сделки недействительной по основанию, указанному в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, необходимо установить следующие объективные факты: заключение сделки в течение года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления (данный срок является периодом подозрительности, который устанавливается с целью обеспечения стабильности гражданского оборота) и неравноценное встречное исполнение обязательств, при этом неравноценность предполагается в нарушении интересов должника.

В соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки. При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

Как следует из разъяснений, приведенных в абзаце втором пункта9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление № 63), если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

– стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

– должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

– после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 5 постановления № 63, пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу вышеуказанной нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обязательств: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (пункт 7 постановления № 63).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

В пункте 6 постановления № 63 разъяснено, что согласно абзацам 2-5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым – пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Как следует из материалов дела, должник в период с 05.06.2021 по 21.09.2021 перечислил на счет ФИО4 денежные средства в общей сумме 1 405 000 руб. (05.06.2021 – 300 000 руб., 17.06.2021 – 400 000 руб., 28.07.2021 – 55 000 руб., 08.09.2021 – 250 000 руб., 17.09.2021 – 350 000 руб. и 21.09.2021 – 50 000 руб.).

Спорные платежи осуществлены с 05.06.2021 по 21.09.2021 в трехлетний период до принятия заявления о признании должника банкротом (01.07.2022), то есть в период подозрительности, предусмотренный в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а также платежи с 28.07.2021 по 21.09.2021 подпадают под период подозрительности, установленный пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Обязательным условием недействительности сделки, указанной в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, является осведомленность лица, в отношении которого совершена сделка, о наличии у должника признака неплатежеспособности или недостаточности имущества либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества.

В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Финансовый управляющий, ссылаясь на причинение вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения оспариваемых сделок, указал на наличие кредиторской задолженности, образовавшейся с 2018 года, перед АО «Банк Русский стандарт», АО Банк «Союз», ПАО «РОСБАНК».

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, на момент совершения оспариваемых сделок у должника не имелось неисполненных денежных обязательств перед кредиторами.

Так, определением суда от 12.01.2023 требования АО «Банк Русский Стандарт» включены в реестр требований кредиторов должника, вытекающие из кредитного договора 

<

***>, который, в свою очередь, заключен сторонами 20.10.2021, то есть после совершения платежей; определением суда от 30.01.2023 требования АО Банк «Союз» (в настоящее время АО Ингосстрах Банк) включены в реестр требований кредиторов должника, вытекающие из кредитного договора от 12.04.2018 № 6А/0001/18-ППХ/21, в отношении которого представлен расчет долга, из которого усматривается отсутствие образования просрочки на дату совершения платежей; определением суда от 06.02.2023 требования ПАО «РОСБАНК» включены в реестре требований кредиторов должника, вытекающие из кредитного договора от 22.11.2019 № 2019_32306047, из представленного расчета, по которому усматривается отсутствие образования просрочки на дату совершения платежей.

При изложенных обстоятельствах суд пришел к правильному выводу о том, что на дату совершения оспариваемой сделки у гражданина отсутствовал признак неплатежеспособности (статья 2 Закона о банкротстве).

Более того, само по себе наличие признаков банкротства, указанных в п. 6 Закона о банкротстве, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества (пункт 6 разъяснений постановления № 63).

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения оспариваемой сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности и сделка была совершена безвозмездно (абзац второй пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве).

При этом недоказанность цели причинения вреда имущественным правам кредиторов на основе предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций не исключает возможности установления такой цели исходя из иных обстоятельств, которые не защищены презумпциями, то есть подлежащими доказыванию на общих основаниях.

Таким образом, вопрос о том, является ли оспариваемая сделка подозрительной, разрешается судом с учетом оценки фактических обстоятельств конкретного спора.

Судом первой инстанции установлено, что в материалах дела отсутствуют доказательства взаимной заинтересованности либо аффилированности должника и ответчика в порядке статьи 19 Закона о банкротстве.

Из материалов дела следует, что ответчик на момент совершения спорных сделок являлся несовершеннолетним. Как следует из пояснений должника, перечисления денежных средств совершены по указанию иного лица, договорных отношений с ответчиком не было.

Документальных доказательств, бесспорно свидетельствующих об осведомленности ответчика о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника на момент совершения оспариваемой сделки, либо доказательств того, что другая сторона знала или должна была знать о наличии у должника цели причинить вред кредиторам должника, в материалы дела также не представлено.

В материалах обособленного спора отсутствуют какие-либо доказательства того, что стороны оспариваемой сделки состояли в сговоре, и их действия были направлены на вывод имущества должника.

Каких-либо относимых и допустимых доказательств, свидетельствующих о том, что ответчик при совершении сделки знал или должен был знать о наличии у должника обязательств перед кредиторами либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества должника, в материалы дела не представлено. Финансовый управляющий не обосновал, из каких источников, в том числе открытых, ответчик мог и должен был осведомиться о платежеспособности должника во избежание возможного причинения вреда его кредиторам.

При указанных обстоятельствах суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что осведомленность ФИО4 о финансовом положении должника на дату совершения сделки, о наличии у ФИО2 неисполненных обязательств перед кредиторами, финансовым управляющим не доказана.

При отсутствии аффилированности должника с ответчиком бремя доказывания наличия совокупности обстоятельств, являющихся основанием признания оспариваемой сделки недействительной, возлагается на лицо, заявляющее соответствующее требование, в рассматриваемом случае – на финансового управляющего, однако в нарушение положений статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не представлено каких-либо доказательств того, что целью совершения сделки для ФИО4 являлось причинение вреда кредиторам должника.

Финансовым управляющим не доказано, что совершение должником оспариваемых платежей предполагало какое-либо встречное исполнение. Операции по перечислению денежных средств совершены с банковской карты должника и не содержат сведений о назначении платежа.

Безвозмездные сделки между физическими лицами (в том числе дарение денежных средств) действующим гражданским законодательством не запрещены (статьи 572, 575 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Коллегия судей соглашается с обоснованным выводом суда первой инстанции о том, что финансовым управляющим не доказана совокупность условий для признания сделок недействительными на основании пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, поскольку отсутствуют доказательства того, что на момент совершения сделок должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества, другая сторона сделок (ФИО4) знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделок. ФИО4 не признана заинтересованным лицом по отношению к должнику в порядке статьи 19 Закона о банкротстве. 

Также судом первой инстанции обоснованно не установлено необходимых условий для признания сделок должника недействительными на основании статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации на основании следующего.

В силу разъяснений, изложенных в пункте 4 постановления № 63, наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

В силу статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В соответствии со статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Злоупотребление правом по своей сути есть неразумное и недобросовестное действие, имеющее своей целью, причинить вред другим лицам.

При установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно; никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (статья 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу презумпции разумности действий и добросовестности участников гражданских правоотношений бремя доказывания этих обстоятельств лежит на утверждающей стороне.

На основании пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам.

Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагается (пункт 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

При оценке действий сторон как добросовестных или недобросовестных, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, а также соблюдения прав третьих лиц, если такие действия затрагивают или могут затронуть права третьих лиц, на что указано в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации».

О злоупотреблении сторонами правом при заключении договора купли-продажи может свидетельствовать совершение спорной сделки не в соответствии с ее обычным предназначением, а с целью избежания возможного обращения взыскания на отчужденное имущество должника.

В пункте 8 постановления № 25 разъяснено, что к сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (например, по правилам статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Доказательств, свидетельствующих о том, что при заключении спорных сделок и их исполнении стороны действовали исключительно с целью причинения вреда третьим лицам и нарушили пределы осуществления гражданских прав, в материалы дела не представлено.

Добросовестность ФИО4 как независимого от должника участника гражданских правоотношений и разумность ее действий предполагается, пока не доказано иное.

Суд первой инстанции при исследовании доказательств по делу не установил наличие в деле доказательств, свидетельствующих о заведомой противоправной цели совершения спорной сделки, о намерении реализовать противоправный интерес, направленный исключительно на нарушение прав и законных интересов кредиторов должника.

Между тем для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам.

Для признания договора ничтожным в связи с его противоречием статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо установить сговор всех сторон договора на его недобросовестное заключение с умышленным нарушением прав иных лиц или другие обстоятельства, свидетельствующие о направленности воли обеих сторон договора на подобную цель, понимание и осознание ими нарушения при совершении сделки принципа добросовестного осуществления своих прав, а также соображений разумности и справедливости, в том числе по отношению к другим лицам, осуществляющим свои права с достаточной степенью разумности и осмотрительности.

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

То есть злоупотребление правом должно иметь место в действиях обеих сторон сделки, что соответствует правовой позиции, изложенной в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.09.2011 № 1795/11.

С учетом изложенного, для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (п. 9 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Между тем финансовый управляющий вопреки положениям статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в обоснование доводов о злоупотребления правом при заключении сделки не представил надлежащих доказательств.

Обстоятельств, в силу которых ФИО4 могла знать о возможном неправомерном поведении должника, не имеется, а наличие у ФИО4 цели причинить вред кредиторам должника, финансовым управляющим не доказано.

Более того, финансовый управляющий не представил относимых, допустимых, бесспорных доказательств сговора сторон сделки, совершения оспариваемых платежей исключительно для причинения вреда имущественным правам кредиторов, как и самого причинения вреда в результате ее совершения.

Доводы заявителя апелляционной жалобы об отсутствии экономического смысла в совершении сделок и безвозмездности сделок, сами по себе, с учетом недоказанности факта неплатежеспособности должника, не являются основанием для  признания сделок недействительными.

Оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные в материалы дела доказательства, исходя из конкретных обстоятельств обособленного спора, установив, что в нарушение части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, финансовым управляющим не представлено доказательств, подтверждающих наличие признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества должника, заинтересованности сторон сделки, осведомленности ответчика о наличии задолженности ФИО2 перед кредиторами; либо наличие у сторон сделки цели причинения вреда имущественным правам кредиторов должника; доказательства наличия умысла на причинение вреда правам и законным интересам кредиторов путем вывода имущества, злоупотребления правом, в обход закона с противоправной целью, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу об отсутствии правовых оснований для признания сделки недействительной по правилам пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Суд апелляционной инстанции соглашается с указанными выводами суда первой инстанции, как соответствующими нормам права и представленным в материалы дела доказательствам.

Приведенные в апелляционной жалобе доводы проверены судом апелляционной инстанции подлежат отклонению ввиду их несостоятельности.

Иная оценка заявителем апелляционной жалобы обстоятельств настоящего обособленного спора не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки и не свидетельствует о нарушениях судом первой инстанции норм материального и (или) процессуального права, повлиявших на исход дела.

Убедительных доводов, основанных на доказательственной базе и позволяющих отменить обжалуемый судебный акт, апелляционная жалоба не содержит, в силу чего удовлетворению не подлежит.

При этом неотражение в судебных актах всех имеющихся в деле доказательств либо доводов сторон не свидетельствует об отсутствии их надлежащей судебной проверки и оценки (определение Верховного Суда Российской Федерации от 30.08.2017 № 305-КГ17-1113). 

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при разрешении спора судом первой инстанции не допущено.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оснований для отмены судебного акта по приведенным доводам жалобы и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины относятся на заявителя апелляционной жалобы.

Руководствуясь статьями 268, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Первый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Нижегородской области от 06.06.2024 по делу № А43-16693/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу акционерного общества Ингосстрах Банк – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в месячный срок со дня его принятия через Арбитражный суд Нижегородской области.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1 – 291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.

 

Председательствующий судья

 

Н.В. Евсеева

 

Судьи

 

О.А. Волгина

 

Е.А. Рубис