АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  НОВОСИБИРСКОЙ  ОБЛАСТИ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А45-10804/2018

г. Новосибирск

20 декабря 2018 года

Арбитражный суд Новосибирской области  в составе судьи Бутенко Е.И., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью "ЭКСПО", г. Москва (ИНН 

<

***>) к обществу с ограниченной ответственностью "ЗМИМСМ", г. Новосибирск (ИНН 

<

***>) о взыскании 480 000 рублей неосновательного обогащения и 14 587,39 рублей процентов за пользование чужими денежными средствами,

по встречному исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью "ЗМИМСМ", г. Новосибирск (ИНН 

<

***>) к обществу с ограниченной ответственностью "ЭКСПО", г. Москва (ИНН 

<

***>) о взыскании 759 376,99 рублей задолженности по договору подряда № 31.05/17-GES от 31.05.2017 и 191 363 рублей неустойки, 

третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне истца – общество с ограниченной ответственностью «Стендексэкспо», г. Москва (ИНН 

<

***>),  

при участии представителей сторон:

от истца по первоначальному иску (ответчику по встречному иску) – ФИО2, по доверенности от 12.11.2017, паспорт, 

от ответчика по первоначальному иску (истца по встречному иску) – ФИО3, по доверенности от 27.02.2018, паспорт,

 от третьего лица – не явился, извещен, 

 

У С Т А Н О В И Л:

Общество с ограниченной ответственностью "ЭКСПО" (далее – истец по первоначальному иску) обратилось в Арбитражный суд Новосибирской области с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью "ЗМИМСМ" (далее – ответчик по первоначальному иску) с требованиями о взыскании неосновательного обогащения в размере 480 000 рублей, процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 14 587,39 рублей  за период с 31.08.2017 по 10.01.2018.

Ответчик в отзыве на исковое заявление требования не признал, указав, что между истцом и ответчиком существовали договорные отношения по выполнению работ, работы ответчиком выполнены в полном объеме, полученные ответчиком денежные средства представляют собой оплату фактически выполненных работ в рамках иного договора подряда. В свою очередь, истец (заказчик) полную оплату работ не произвел, в связи с чем у него возникла задолженность перед ответчиком (подрядчиком) в размере 759 376,99 рублей. Кроме того, ответчик начислил договорную неустойку за просрочку оплаты работ в размере 191 363 рубля. Невыполнение истцом требований ответчика об оплате выполненных работ, уплате неустойки послужило основанием для предъявления встречного иска.

Определением от 05.04.2018 исковое заявление было принято к производству в порядке упрощенного производства.

Определением от 18.05.2018 суд перешел к рассмотрению дела по общим правилам искового производства в связи с необходимостью выяснения дополнительных обстоятельств и исследования дополнительных доказательств, а также в связи с принятием к производству встречного иска.

Определением суда от 03.10.2018 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне истца привлечено общество с ограниченной ответственностью «Стендексэкспо».  

Заслушав пояснения сторон, исследовав материалы дела в порядке ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд полагает, что требования истца по первоначальному иску не подлежат удовлетворению, встречный иск подлежит удовлетворению, при этом основывая свои выводы на следующем.

Исковые требования истца по первоначальному иску мотивированы тем, что им были перечислены на расчетный счет ответчика денежные средства в размере 480 000 рублей, что подтверждается платежными поручениями № 35 от 24.08.2017, № 41 от 30.08.2017 с назначением платежа: «Оплата по дополнительному соглашению № 1 от 23.08.2017г. к договору подряда № 1.06/17-GES от 01.06.2017».  Указанное дополнительное соглашение между истцом и ответчиком не заключалось, платежи ошибочно направлены на расчетный счет ответчика. В этой связи истец полагал, что на стороне ответчика возникло неосновательное обогащение в указанном размере. Ссылаясь на положения ст. 395 Гражданского кодекса РФ, истец начислил ответчику проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 14 587,39 рублей за период с 31.08.2017 по 10.01.2018. 29.11.2017 в адрес ответчика истцом была направлена претензия о возврате ошибочно перечисленных денежных средств, однако требования истца были оставлены без удовлетворения. Неисполнение ответчиком обязательств по возврату перечисленных ему денежных средств послужило основанием для обращения в Арбитражный суд Новосибирской области с первоначальным иском. 

Исследовав материалы дела, руководствуясь положениями статей 9, 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд полагает, что требования истца по первоначальному иску не подлежат удовлетворению, при этом основывая свои выводы на следующем.

Истцом заявлено требование о взыскании с ответчика неосновательного обогащения в размере 480 000 рублей. 

Согласно статье 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса. 

В соответствии со статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое участвующее в деле лицо должно доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований либо возражений.

Особенность распределения бремени доказывания по делам о взыскании неосновательного обогащения заключается в том, что на истце лежит обязанность доказать совокупность следующих обстоятельств: сбережение имущества (неосновательное обогащение) на стороне приобретателя (ответчика); уменьшение имущества на стороне потерпевшего (обогащение за счет потерпевшего); отсутствие надлежащего правового основания для наступления вышеуказанных имущественных последствий; размер неосновательного обогащения. Недоказанность хотя бы одного из перечисленных обстоятельств влечет отказ в удовлетворении иска о взыскании неосновательного обогащения.

Ответчик вправе в свою очередь доказывать наличие оснований для получения имущества от истца (отсутствие признака неосновательности).

Судом установлено, что платежными поручениями № 35 от 24.08.2017 на сумму 330 000 рублей, № 41 от 30.08.2017 на сумму 150 000 рублей истец перечислил на расчетный счет ответчика денежные средства в общем размере 480 000 рублей. В назначении платежа в платежных документах указано: «Оплата по дополнительному соглашению № 1 от 23.08.2017г. к договору подряда № 1.06/17-GES от 01.06.2017».  

Данные обстоятельства подтверждают наличие обогащения (факт перечисления денежных средств) на стороне ответчика в соответствующем размере. Ответчиком факт перечисления указанных денежных средств не оспаривался.

В обоснование неосновательности указанного обогащения истцом указано, что денежные средства были перечислены ответчику в отсутствие правовых оснований, так как договорных отношений между сторонами не существовало, указанное дополнительное соглашение не заключалось.  

Ответчик, возражая относительно доводов первоначального иска, указал, что между сторонами был заключен договор подряда № 31.05/17-GES от 31.05.2017, согласно которому ответчик по первоначальному иску (подрядчик) обязался выполнить по заданию истца (заказчика) работы по устройству навесного вентилируемого фасада (НВФ) по адресу: 

<

...> «Станция технического обслуживания «G-Energy Service», а заказчик обязался создать подрядчику необходимые условия для выполнения работ, принять их результат и уплатить обусловленную договором цену (п. 1.1). Цена договора составила 2 496 976,45 рублей, договором было предусмотрено авансирование на сумму 2 083 000 рублей. Ответчик (по первоначальному иску) выполнил работы, предусмотренные договором, в надлежащем объеме и качестве, что подтверждается актом по форме КС-2 № 1 от 25.10.2017, справкой по форме КС-3 от 25.10.2017, согласно которым работы выполнены на сумму 2 496 976,99 рублей. Акт о приемке выполненных работ заказчиком не был подписан без объяснения причин, претензий относительно качества выполненных работ заказчик не предъявлял. 

От ООО «ЭКСПО» поступила оплата в размере 1 737 600 рублей. Дополнительное соглашение № 1 от 23.08.2017 к договору подряда № 1.06/17-GES от 01.06.2017 между сторонами действительно не заключалось, однако оно было заключено между ответчиком и третьим лицом, обязательства которого по оплате фактически исполнены истцом.

В этой связи ответчик по первоначальному иску полагал требования истца не подлежащими удовлетворению. С учетом наличия у истца задолженности, ответчик предъявил встречные исковые требования, уточненные в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, об оплате работ по договору № 31.05/17-GES от 31.05.2017 в размере 759 376,99 рублей. Кроме того, ответчик начислил договорную неустойку за просрочку оплаты работ за период с 11.01.2018 по 20.09.2018 в размере 191 363 рубля. 

На основании изложенного суд приходит к выводу, что ответчиком представлены убедительные доказательства наличия правовых оснований для получения от истца денежных средств, истребуемых последним в качестве неосновательного обогащения.

В рамках дела № А45-10805/2018, рассмотренного Арбитражным судом Новосибирской области с участием тех же лиц, спорные платежи, истребуемые истцом в качестве неосновательного обогащения по настоящему делу, квалифицированы судом как оплата за третье лицо по договору подряда № 1.06/17-GES от 01.06.2017, дополнительному соглашению № 1 от 23.08.2017. Решение суда по указанному делу от 20.09.2018 вступило в законную силу.

При этом судом указано следуюшее.

Пунктом 1 статьи 313 ГК РФ предусмотрено, что кредитор обязан принять исполнение, предложенное за должника третьим лицом, если исполнение обязательства возложено должником на указанное третье лицо.

В соответствии с пунктом 2 статьи 313 ГК РФ, если должник не возлагал исполнение обязательства на третье лицо, кредитор обязан принять исполнение, предложенное за должника таким третьим лицом, в следующих случаях: 1) должником допущена просрочка исполнения денежного обязательства; 2) такое третье лицо подвергается опасности утратить свое право на имущество должника вследствие обращения взыскания на это имущество.

К третьему лицу, исполнившему обязательство должника, переходят права кредитора по обязательству в соответствии со статьей 387 настоящего Кодекса (пункт 5 статьи 313 ГК РФ).

Кредитор не обязан принимать исполнение, предложенное за должника третьим лицом, если из закона, иных правовых актов, условий обязательства или его существа вытекает обязанность должника исполнить обязательство лично (пункт 3 статьи 313 ГК РФ).

Абзацем 4 пункта 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.11.2016 № 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении» (далее – Постановление № 54) разъяснено, что кредитор по денежному обязательству не обязан проверять наличие возложения, на основании которого третье лицо исполняет обязательство за должника, и вправе принять исполнение при отсутствии такого возложения. Денежная сумма, полученная кредитором от третьего лица в качестве исполнения, не может быть истребована у кредитора в качестве неосновательного обогащения, за исключением случаев, когда должник также исполнил это денежное обязательство либо когда исполнение третьим лицом и переход к нему прав кредитора признаны судом несостоявшимися (статья 1102 ГК РФ).

В пункте 21 Постановления № 54 указано, что если исполнение обязательства было возложено должником на третье лицо, то последствия такого исполнения в отношениях между третьим лицом и должником регулируются соглашением между ними.

Согласно пункту 5 статьи 313 ГК РФ, при отсутствии такого соглашения к третьему лицу, исполнившему обязательство должника, переходят права кредитора в соответствии со статьей 387 ГК РФ. При этом согласно пункту 3 статьи 382 ГК РФ, если должник не был уведомлен в письменной форме о состоявшемся переходе прав кредитора к другому лицу, новый кредитор несет риск вызванных этим неблагоприятных для него последствий.

Обязательство должника прекращается его исполнением первоначальному кредитору, произведенным до получения уведомления о переходе права к другому лицу.

Вместе с тем на основании статьи 10 ГК РФ суд может признать переход прав кредитора к третьему лицу несостоявшимся, если установит, что, исполняя обязательство за должника, третье лицо действовало недобросовестно, исключительно, с намерением причинить вред кредитору или должнику по этому обязательству, например, в случаях, когда третье лицо погасило лишь основной долг должника с целью получения дополнительных голосов на собрании кредиторов при рассмотрении дела о банкротстве без несения издержек на приобретение требований по финансовым санкциям, лишив кредитора права голосования.

Таким образом, гражданское законодательство исходит из презумпции допустимости исполнения обязательства третьим лицом, в соответствии с которой такое исполнение является недопустимым только в случае, если из закона, иных правовых актов, условий обязательства или его существа вытекает обязанность должника исполнить обязательство лично.

При этом по смыслу нормы пункта 1 статьи 313 ГК РФ, должник вправе, не запрашивая согласия кредитора, возложить исполнение на третье лицо.

Праву должника возложить исполнение на третье лицо корреспондирует обязанность кредитора принять исполнение. При этом закон не наделяет кредитора, не имеющего материального интереса ни в исследовании сложившихся отношений между третьим лицом и должником, ни в установлении мотивов, побудивших должника перепоручить исполнение своего обязательства другому лицу, полномочиями по проверке того, действительно ли имело место возложение должником исполнения обязательства на третье лицо.

Следовательно, не может быть признано ненадлежащим исполнение кредитору, принявшему как причитающееся с должника предложенное третьим лицом, если кредитор не знал и не мог знать об отсутствии факта возложения исполнения обязательства на предоставившего исполнение лицо, и при этом исполнением не были нарушены права и законные интересы должника.

Факт перечисления ООО «ЭКСПО» денежных средств в сумме 480 000 рублей подтверждается представленными платежными поручениями, что сторонами настоящего спора не оспаривается.

Из буквального содержания текста назначения платежей по поручениям  № 35 от 24.08.2017, № 41 от 30.08.2017 следует, что данные денежные средства направляются на оплату по дополнительному соглашению к договору подряда 01.06/17-GES от 01.06.2017, заключенному между ООО «ЗМИМСМ» и ООО «Стендексэкспо».

То обстоятельство, что ООО «ЭКСПО» было осведомлено о характере и условиях возникшего между ООО «ЗМИМСМ» и ООО «Стендексэкспо» обязательства и добровольно совершило за ООО «Стендексэкспо»  необходимые платежи, подтверждается указанием назначения платежей в платежных поручениях.

В подтверждение осведомленности ООО «ЭКСПО» о характере взаимоотношении между истцом и ответчиком свидетельствует и тот факт, что ООО «ЭКСПО» и ООО «Стендексэкспо» являются аффилированными организациями, имеющими одного учредителя, генерального директора, следовательно, сам факт оплаты третьего лица за должника при данных обстоятельствах можно отнести к обычной хозяйственной деятельности дочерних корпораций.

Обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица (ч. 2 ст. 69 АПК РФ).

На основании изложенного суд приходит к выводу, что истребуемые истцом в качестве неосновательного обогащения платежи в действительности были осуществлены за третье лицо по договору подряда и правомерно приняты ответчиком. При таких обстоятельствах требования истца по первоначальному иску удовлетворению не подлежат, включая требование о взыскании процентов за пользование денежными средствами, которое является производным от основного требования о взыскании неосновательного обогащения.

При рассмотрении встречного иска суд исходит из следующего.

В силу статьи 8 Гражданского кодекса РФ гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

Согласно п. 1 ст. 702 Гражданского кодекса РФ по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

Если договором подряда не предусмотрена предварительная оплата выполненной работы или отдельных ее этапов, заказчик обязан уплатить подрядчику обусловленную цену после окончательной сдачи результатов работы при условии, что работа выполнена надлежащим образом и в согласованный срок, либо с согласия заказчика досрочно (п. 1 ст. 711 ГК РФ).

В соответствии с п. 1 ст. 720 ГК РФ заказчик обязан в сроки и в порядке, которые предусмотрены договором подряда, с участием подрядчика осмотреть и принять выполненную работу (ее результат), а при обнаружении отступлений от договора, ухудшающих результат работы, или иных недостатков в работе немедленно заявить об этом подрядчику.

По договору строительного подряда подрядчик обязуется в установленный договором срок построить по заданию заказчика определенный объект либо выполнить иные строительные работы, а заказчик обязуется создать подрядчику необходимые условия для выполнения работ, принять их результат и уплатить обусловленную цену.

Договор строительного подряда заключается на строительство или реконструкцию предприятия, здания (в том числе жилого дома), сооружения или иного объекта, а также на выполнение монтажных, пусконаладочных и иных неразрывно связанных со строящимся объектом работ. Правила о договоре строительного подряда применяются также к работам по капитальному ремонту зданий и сооружений, если иное не предусмотрено договором (п. 1, 2 ст. 740 ГК РФ).

Заказчик, получивший сообщение подрядчика о готовности к сдаче результата выполненных по договору строительного подряда работ либо, если это предусмотрено договором, выполненного этапа работ, обязан немедленно приступить к его приемке (п. 1 ст. 753 ГК РФ).

Сдача результата работ подрядчиком и приемка его заказчиком оформляются актом, подписанным обеими сторонами. При отказе одной из сторон от подписания акта в нем делается отметка об этом и акт подписывается другой стороной.

Односторонний акт сдачи или приемки результата работ может быть признан судом недействительным лишь в случае, если мотивы отказа от подписания акта признаны им обоснованными (п. 4 ст. 753 ГК РФ).

По смыслу указанной нормы права, односторонний акт приемки выполненных работ является действительным при отсутствии доказательств обоснованности отказа заказчика от их приемки. Указанное положение Кодекса направлено на защиту прав подрядчика в случае необоснованного уклонения заказчика от приемки работ. 

В соответствии с пунктом 14 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24 января 2000 года № 51 "Обзор практики разрешения споров по договору строительного подряда" односторонний акт приемки результата работ является доказательством исполнения подрядчиком обязательства по договору, и при отказе заказчика от оплаты на суд возлагается обязанность рассмотреть доводы заказчика, обосновывающие его отказ от подписания акта приемки результата работ. 

Таким образом, отказываясь от подписания акта приемки выполненных работ, заказчик обязан указать и обосновать причины такого отказа, а суд при разрешении спора должен проверить их правомерность.

Из материалов дела следует, что истцом по встречному иску выполнены работы, предусмотренные договором № 31.05/17-GES от 31.05.2017, в полном объеме. Ответчиком по встречному иску не представлено аргументов, обосновывающих отказ от подписания акта выполненных работ. Претензий к качеству работ не предъявлялось. Акт о приемке выполненных работ, справка о стоимости выполненных работ направлены ответчику по встречному иску письмом от 11.12.2017, которое прибыло в почтовое отделение ответчика 17.12.2017.

На основании части 1 статьи 165.1 Гражданского кодекса РФ заявления, уведомления, извещения, требования или иные юридически значимые сообщения, с которыми закон или сделка связывает гражданско-правовые последствия для другого лица, влекут для этого лица такие последствия с момента доставки соответствующего сообщения ему или его представителю. Сообщение считается доставленным и в тех случаях, если оно поступило лицу, которому оно направлено (адресату), но по обстоятельствам, зависящим от него, не было ему вручено или адресат не ознакомился с ним. 

Согласно части 3 статьи 54 Гражданского кодекса РФ юридическое лицо несет риск последствий неполучения юридически значимых сообщений (статья 165.1), доставленных по адресу, указанному в едином государственном реестре юридических лиц, а также риск отсутствия по указанному адресу своего органа или представителя. Сообщения, доставленные по адресу, указанному в едином государственном реестре юридических лиц, считаются полученными юридическим лицом, даже если оно не находится по указанному адресу. 

Истец (ответчик по встречному иску) какие-либо возражения в части факта выполнения работ по договору не заявил. Замечаний к качеству, объема и видам работ не представил. Факт выполнения работ ответчик подтвердил актом осмотра объекта, видеозаписью с места расположения объекта. При этом подрядчик уведомил заказчика о дате и времени осмотра, однако заказчик на объект не явился. В дальнейшем ответчик представил доказательства направления в адрес истца акта осмотра объекта. С учетом того, что акты выполненных работ были направлены ответчиком в адрес истца, принимая во внимание отсутствие в материалах дела мотивированных отказов от подписания документов, представленные акты сдачи-приемки выполненных работ, подписанные в одностороннем порядке, судом признаются надлежащими доказательствами факта выполнения работ.

Довод ответчика по встречному иску о том, что спорный договором предусмотрена договорная подсудность (Арбитражный суд г. Санкт-Петербурга и Ленинградской области согласно п. 8.2 договора), судом также отклоняется.

Согласно ч. 10. ст. 38 АПК РФ встречный иск независимо от его подсудности предъявляется в арбитражный суд по месту рассмотрения первоначального иска. Такая подсудность является исключительной и она не может быть изменена по соглашению сторон.

В силу ст. 37 АПК РФ подсудность, установленная статьями 35 и 36 настоящего Кодекса, может быть изменена по соглашению сторон до принятия арбитражным судом заявления к своему производству. Таким образом, изменение соглашением сторон исключительной подсудности, установленной ст. 38 АПК РФ, не допускается.

Следовательно, в данном случае встречный иск правомерно принят к рассмотрению вместе с первоначальным иском и его подсудность определена подсудностью первоначального иска. 

Таким образом, материалами дела подтверждается наличие между сторонами договорных отношений по выполнению работ. Ответчиком по встречному иску указанный факт не оспаривался. Также материалами дела подтверждается надлежащее выполнение истцом (по встречному иску) согласованных объемов работ в предусмотренные договором сроки.

Довод ответчика об отсутствии подписанного дополнительного соглашения, указанного в назначении платежа в спорных платежных документах, с учетом того, что между сторонами иные договорные отношения (помимо вытекающих из договора на выполнение работ № 31.05/17-GES от 31.05.2017) не существовали, не свидетельствует о возникновении неосновательного обогащения на стороне истца по встречному иску, а равно не может служить основанием для вывода об отсутствии между сторонами договорных отношений. Такие отношения существовали, работы были выполнены. Неосновательное обогащение имеет место только в тех случаях, когда денежные средства приобретены в отсутствие каких-либо правовых оснований (например, ошибочный платеж при отсутствии договора). В данном же случае суд приходит к выводу о том, что между сторонами имелись договорные отношения по выполнению работ, работы эти выполнены в полном объеме, в связи с чем денежные средства ответчиком по первоначальному иску получены при наличии указанных оснований. Конкретных претензий в отношении качества выполненных работ истец не заявлял.

В силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Следовательно, распределение бремени доказывания в споре о возврате неосновательно полученного должно строиться в соответствии с особенностями оснований заявленного истцом требования. Исходя из объективной невозможности доказывания факта отсутствия правоотношений между сторонами, суду на основании статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации необходимо делать вывод о возложении бремени доказывания обратного (наличие какого-либо правового основания) на ответчика.

В соответствии со статьями 307, 309 Гражданского кодекса Российской Федерации в силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное действие, как-то: передать имущество, выполнить работу, уплатить деньги и т.п., либо воздержаться от определенного действия, а кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности. Обязательства должны исполняться надлежащим образом.

По общему правилу только надлежащее исполнение прекращает обязательство (статья 408 Гражданского кодекса Российской Федерации). Односторонний отказ от исполнения обязательства не допускается (статья 310 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В данном случае ответчиком представлены доказательства существования договорных отношений между сторонами, а также доказательства выполнения работ по договору подряда.

В силу положений п. 3, 4 ст. 1 Гражданского кодекса РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ), статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ), например, признает условие, которому недобросовестно воспрепятствовала или содействовала эта сторона соответственно наступившим или ненаступившим (пункт 3 статьи 157 ГК РФ); указывает, что заявление такой стороны о недействительности сделки не имеет правового значения (пункт 5 статьи 166 ГК РФ).

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что сторонами заключен договор подряда, работы подрядчиком выполнены, однако не оплачены в полном объеме, а действия истца являются недобросовестными.

Таким образом, требования истца по встречному иску подлежат удовлетворению, поскольку доказан факт наличия задолженности ответчика по встречному иску перед истцом по договору подряда № 31.05/17-GES от 31.05.2017 в размере 759 376,99 рублей. Так, актом осмотра № 18/06 от 18.06.2018, приложенными к нему фотоматериалами и видеозаписью подтверждается, что фасадные работы по адресу 

<

...> выполнены в полном объеме и с надлежащим качеством.

В силу п. 1 ст. 330 Гражданского кодекса РФ неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.

Согласно п. 7.6 договора подряда в случае нарушения заказчиком сроков выполненных работ, подрядчик имеет право взыскать с заказчика пени в размере 0,1% от просроченной суммы за каждый день просрочки, но не более 10% от суммы договора. 

В силу п. 3.3 договора окончательная оплата выполненных работ производится в течение 10 банковских дней на основании двухстороне подписанного акта приемки выполненных работ, счета и счета-фактуры, выставленного в установленном законом порядке.  Поскольку истцом по встречному иску направлен акт выполненных работ ответчику 11.12.2017, отправление прибыло в почтовое отделение ответчика 17.12.2017, истец по встречному иску правомерно начислил неустойку за период с 11.01.2018 по 20.09.2018 в размере 191363 рублей. Расчет неустойки судом проверен и признан арифметически верным. Ответчиком расчет не оспорен, контррасчет не представлен. В этой связи требование о взыскании неустойки также подлежит удовлетворению.

Ответчик, ссылаясь на ст. 333 ГК РФ, просил уменьшить неустойку как несоразмерную последствиям нарушенного обязательства. 

Оснований для снижения размера неустойки в порядке ст. 333 Гражданского кодекса Российской Федерации судом не установлено. При этом суд исходит из следующего.

Положениями статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что, если подлежащая уплате неустойка является явно несоразмерной последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку. Если обязательство нарушено лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, суд вправе уменьшить неустойку при условии заявления должника о таком уменьшении.

Уменьшение неустойки, определенной договором и подлежащей уплате лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, допускается в исключительных случаях, если будет доказано, что взыскание неустойки в предусмотренном договором размере может привести к получению кредитором необоснованной выгоды.

В силу п. 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 22.12.2011 № 81 «О некоторых вопросах применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации» при рассмотрении вопроса о необходимости снижения неустойки по заявлению ответчика на основании статьи 333 ГК РФ судам следует исходить из того, что неисполнение или ненадлежащее исполнение должником денежного обязательства позволяет ему неправомерно пользоваться чужими денежными средствами. Поскольку никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, условия такого пользования не могут быть более выгодными для должника, чем условия пользования денежными средствами, получаемыми участниками оборота правомерно (например, по кредитным договорам).

Согласно положениям информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 17 от 14.07.1997 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации» критериями для установления несоразмерности неустойки в каждом конкретном случае могут быть: чрезмерно высокий процент неустойки, значительное превышение суммы неустойки над суммой возможных убытков, вызванных нарушением обязательств, длительность неисполнения обязательств и другие. 

Таким образом, степень несоразмерности заявленной истцом неустойки последствиям нарушения обязательства является оценочной категорией, в силу чего только суд вправе дать оценку указанному критерию, исходя из своего внутреннего убеждения и обстоятельств конкретного дела. 

Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее - постановление Пленума ВС РФ № 7) если должником является коммерческая организация, индивидуальный предприниматель, а равно некоммерческая организация при осуществлении ею приносящей доход деятельности, снижение неустойки судом допускается только по обоснованному заявлению такого должника, которое может быть сделано в любой форме (пункт 71 постановления). 

Положения пункта 73 постановления Пленума ВС РФ № 7 предусматривают, что бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки. Доводы ответчика о невозможности исполнения обязательства вследствие тяжелого финансового положения, наличия задолженности перед другими кредиторами, наложения ареста на денежные средства или иное имущество ответчика, отсутствия бюджетного финансирования, неисполнения обязательств контрагентами, добровольного погашения долга полностью или в части на день рассмотрения спора, выполнения ответчиком социально значимых функций, наличия у должника обязанности по уплате процентов за пользование денежными средствами (например, на основании статей 317.1, 809, 823 ГК РФ) сами по себе не могут служить основанием для снижения неустойки.

Из пункта 77 постановления Пленума ВС РФ № 7 следует, что снижение размера договорной неустойки, подлежащей уплате коммерческой организацией, индивидуальным предпринимателем, а равно некоммерческой организацией, нарушившей обязательство при осуществлении ею приносящей доход деятельности, допускается в исключительных случаях, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства и может повлечь получение кредитором необоснованной выгоды. 

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 21.12.2000 № 277-О, именно законодатель устанавливает основания и пределы необходимых ограничений прав и свобод конкретного лица в целях защиты прав и законных интересов других лиц (часть 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации). Это касается и свободы договора. Предоставленная суду возможность снижать размер неустойки в случае ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательств является одним из правовых способов, предусмотренных в законе, которые направлены против злоупотребления правом свободного определения размера неустойки, то есть, по существу, на реализацию требования статьи 17 Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. 

В силу п. 1 ст. 421 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане свободны в заключении договора. Возражений относительно условия о размере неустойки либо оснований ее применения у ответчика при заключении договора не имелось, о последствиях нарушения сроков оплаты полученного товара ответчику было известно при заключении договора. Договорная неустойка может быть установлена по взаимному соглашению сторон в соответствии с их волей. Стороны свободны при установлении ее размера, порядка исчисления, соотношения с убытками и других условий применения в случае, если это не будет противоречить закону (статьи 1, 331, 421 ГК РФ). Условие о договорной неустойке определено по свободному усмотрению сторон. При подписании договора и принятии на себя взаимных обязательств у сторон не возникало споров по поводу чрезмерности согласованного размера неустойки. Доказательств обратного, в том числе наличия преддоговорных споров об этом, в материалах дела не имеется. 

Ответчик, являясь субъектом предпринимательской деятельности, в соответствии со статьей 2 ГК РФ осуществляет предпринимательскую деятельность на свой риск, а следовательно, должен был и мог предположить и оценить возможность отрицательных последствий такой деятельности, в том числе связанных с неисполнением принятых на себя по договору обязательств. Определив по соглашению с истцом соответствующий размер договорной неустойки, ответчик тем самым принял на себя риск наступления неблагоприятных последствий, связанных с возможностью применения истцом мер договорной ответственности. Неисполнение должником денежного обязательства позволяет ему пользоваться чужими денежными средствами. Никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения. Ответчиком в нарушение требований статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказательства чрезмерности размера неустойки в суд не представлены, следовательно, основания полагать, что размер неустойки является несоразмерным последствиям нарушения обязательства, отсутствуют.

Размер неустойки 0,1% в день от суммы долга является широко распространенной практикой в деловом обороте, и данный размер с учетом фактических обстоятельств дела не может быть признан несоразмерным последствиям нарушения обязательства.

Кроме того, ответчиком не представлено несоразмерности размера неустойки последствиям нарушения обязательства. 

По правилам статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом результатов рассмотрения настоящего дела государственная пошлина по первоначальному  иску относится на истца. Излишне уплаченная пошлина в размере 8 рублей подлежит возврату истцу по первоначальному иску. В связи с удовлетворением встречного иска расходы истца по указанному иску по оплате государственной пошлины подлежат взысканию с ответчика по встречному иску в полном размере. Кроме того, в связи с увеличением размера встречных исковых требования с ответчика по встречному иску в доход федерального бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 18 896 рублей (с зачетом подлежащей возврату государственной пошлины в размере 8 рублей).

На основании изложенного, руководствуясь статьями 110, 167-171, 176, 181, 319 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, 

 

РЕШИЛ:

В удовлетворении первоначального иска отказать.

Встречный иск удовлетворить. 

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью "ЭКСПО", г. Москва (ИНН 

<

***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью "ЗМИМСМ", г. Новосибирск (ИНН 

<

***>) задолженность по договору подряда № 31.05/17-GES от 31.05.2017 в размере 759 376,99 рублей, неустойку в размере 191 363 рубля, расходы по оплате государственной пошлины в размере 3 111 рублей.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью "ЭКСПО", г. Москва (ИНН 

<

***>) в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 18 896 рубля.

Выдать исполнительные листы после вступления решения в законную силу.

Решение арбитражного суда, не вступившее в законную силу, может быть обжаловано в течение месяца после его принятия в Седьмой арбитражный апелляционный суд, город Томск.

Решение арбитражного суда, вступившее в законную силу, может быть обжаловано в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления в законную силу обжалуемого решения, в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа, город Тюмень, при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Апелляционная и кассационная жалобы подаются через Арбитражный суд Новосибирской области.

 

Судья

Е.И. Бутенко