﻿

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-29660/2017

04 июля 2019 года

г. Санкт-Петербург

/сд.2

Резолютивная часть постановления объявлена     25 июня 2019 года

Постановление изготовлено в полном объеме  04 июля 2019 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Бурденкова Д.В.

судей  Аносовой Н.В., Зайцевой Е.К.

при ведении протокола судебного заседания: секретарем  Бойко   К.Б.

при участии:   согласно   протоколу   судебного   заседания 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер  13АП-14440/2019)  конкурсного   управляющего  ООО «НяганьСтрой»   Дмитриева  Олега   Валерьевича 

на определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от  23.04.2019 по делу № А56-29660/2017/сд.2  (судья Володкина  А.И.), принятое по  заявлению  конкурсного   управляющего   должником   Дмитриева  Олега  Валерьевича  об  оспаривании   сделки    по   перечислению   в  пользу  ПАО «МТС-Банк»   денежных  средств   в  рамках   дела  о   несостоятельности (банкротстве) ООО «НяганьСтрой»,

установил:

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 03.08.2017 (резолютивная часть объявлена 27.07.2017) по заявлению Общества с ограниченной ответственностью «Пермьсеверстрой» в отношении Общества с ограниченной ответственностью «НяганьСтрой» (далее – должник, ООО «НяганьСтрой», Общество) введена процедура банкротства – наблюдение, временным управляющим утвержден Румянцев Рауф Алексеевич.

Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» 05.08.2017 № 142.

Решением арбитражного суда от 29.12.2017 (резолютивная часть объявлена21.12.2017) ООО «НяганьСтрой» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден Дмитриев Олег Валерьевич.

Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» 13.01.2018 № 5.

В рамках процедуры конкурсного производства, 17.12.2018 в арбитражный суд поступило заявление конкурсного управляющего, в котором он просил признать недействительными сделками должника действия по перечислению в пользу ПАО «МТС-Банк» денежных средств:

- 02.08.2016 в размере 108 000 000,00 руб.;

- 03.08.2016 в размере 100 000 000,00 руб.;

- 04.08.2016 в размере 90 000 000,00 руб.;

- 05.08.2016 в размере 220 000 000,00 руб.;

- 09.08.2016 в размере 190 000 000,00 руб.;

- 11.08.2016 в размере 150 000 000,00 руб.,

- 12.08.2016 в размере 130 000 000,00 руб.;

- 16.08.2016 в размере 62 000 000,00 руб.,

- 31.08.2016 в размере 7 310 000,00 руб., в размере 139 344,26 руб.;

а также, применить последствия недействительности сделок, взыскать с ответчика в конкурсную массу 1 050 000 000,00 руб.

В обоснование заявления, конкурсный управляющий сослался на положения пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее Закон о банкротстве)

Публичное акционерное общество «МТС-Банк» (далее – ПАО «МТС-Банк», Банк) привлечено к участию в деле в качестве ответчика.

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 23.04.2019 в удовлетворении заявления отказано. 

Суд первой инстанции указал на то, что должник по состоянию на даты совершения оспариваемых платежей не исполнял денежные обязательства в связи с недостаточностью денежных средств, то есть отвечал признакам неплатежеспособности. Также суд посчитал, установленным, что стоимость переданного в результате совершения указанных взаимосвязанных сделок имущества составляет более двадцати процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок, поскольку данное обстоятельство подтверждается данными бухгалтерского баланса, согласно которому активы должника по состоянию на 30.06.2016 составляли 2193278000,00 руб., в то время как размер оспариваемых платежей составил 1057449344,26 руб. При таких обстоятельствах, согласно позиции суда первой инстанции, то обстоятельство, что сделка совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, презюмируется. 

Вместе с тем, данная презумпция является опровержимой. 

Суд посчитал обоснованными доводы ответчика о том, что в соответствии с условиями договора сроком возврата кредита являлось 02.09.2016, и целью оспариваемых сделок было своевременное погашение задолженности перед банком во избежание просрочки исполнения обязательств, с учетом того, что оспариваемые платежи совершены в течение месяца до наступления срока возврата кредита. При этом суд принял во внимание, что просрочка исполнения обязательства по возврату долга с учетом его существенного размера могла привести к негативным последствиям в виде начисления значительной суммы неустойки. 

Судом отклонена ссылка заявителя на то, что денежные средства, перечисленные должником в пользу ответчика, были транзитом перечислены в пользу ЗАО ПГ «Проминдустрия», входящего в одну группу компаний с должником, на основании кредитного договора заключенного с ответчиком, при том, что ЗАО ПГ «Проминдустия» обладало на момент перечисления денежных средств признаками неплатежеспособности, а его обязательства были обеспечены поручительством должника,  с выводом о том, что данное обстоятельство не подтверждает совершения оспариваемых платежей  с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, не опровергает вышеуказанных выводов суда. 

Также, суд сослался на то, что отсутствуют доказательства того, что ответчик знал или должен был знать о цели должника к моменту совершения сделки, наличия недобросовестности со стороны кредитной организации.

На определение суда первой инстанции подана апелляционная жалоба конкурсным управляющим ООО «НяганьСтрой», который просил отменить обжалуемое определение и принять по делу новый судебный акт, которым удовлетворить требования конкурсного управляющего в полном объеме. 

В обоснование доводов апелляционной жалобы ее податель ссылается на то, что погашение кредита должником имело место для того, чтобы должник мог принять на себя поручительство за ЗАО ПГ «Проминдустрия» по кредитному договору от 14.07.2016 №033-03-1/16-К-П-4, заключенному ЗАО ПГ «Проминдустрия» с Банком.  Денежные средства в пользу ЗАО ПГ «Проминдустрия» предоставлялись в той же сумме, в которой возвращались денежные средства должником, пока не был достигнут лимит кредитной линии в 900000000,00 руб. В результате совершения оспариваемых сделок, должником приобретены новые обязательства. 

На момент совершения сделок у должника имелись неисполненные обязательства перед ЗАО «ТрестСевЗапСпецСтройМонтаж» (требования установлены определением суда в рамках дела о несостоятельности от 16.05.2018, задолженность возникла по состоянию на 15.08.2016, что подтверждается актом сверки, в размере 259054721,73 руб.) и перед ООО «Башнефть-Полюс» (требования установлены определением суда в рамках дела о несостоятельности от 16.05.2018, за период 09.02.2015 по 02.09.2016).  

В дальнейшем финансовое положение должника ухудшилось, кредиторская задолженность увеличилась. Все денежные средства, которые должник вернул Банку, транзитом выданы в качестве кредита ЗАО ПГ «Проминдустрия». Баланс должника на 30.06.2016 составлял 2 193 278 000 руб., в связи с поручительством валюта баланса превышена на 900 000 000 руб.  Стоимость переданного имущества составила более 20% стоимости имущества должника. ЗАО ПГ «Проминдустрия» с 2014 года отвечала признакам неплатежеспособности, что подтверждается анализом временного управляющего этого общества. Банк был осведомлён о недостаточности имущества должника (превышения суммы обязательств над суммой его активов). Наличие непокрытого убытка у обеих компаний по итогам 2016 года должна была вызвать у Банка сомнения в отношении того, что по итогам 2 квартала 2016 года Банк мог прийти к выводу о хорошем финансовом состоянии обществ. 

В отзыве на апелляционную жалобу ПАО «МТС-Банк» возражало против ее удовлетворения, ссылаясь на то, что в рамках исполнения кредитного договора от 02.09.2014 №0017-03-1/14-К, письмом от 22.07.2016 Банк затребовал  ряд документов, в том числе бухгалтерский баланс с отчетом о прибылях и убытках по итогам 1-го полугодия 2016 года. Во исполнение запроса должником представлены дополнительные сведения о финансовом положении должника.

Из содержания представленных должником Банку документов следует, что картотека неоплаченных документов отсутствовала, просроченная задолженность отсутствовала, задолженность перед работниками отсутствовала, факты неисполнения обязательств по кредитным договорам в течение последнего года не отмечены, что подтверждается письмами кредитных организаций. 

Обстоятельства, которые позволили бы кредитной организации предположить неплатежеспособность заемщика, отсутствовали. Банком составлялись профессиональные суждения в отношении заемщика в соответствии с требованиями Центрального банка ЦЦБ от 04.09.2014, от 22.04.2015, от 24.08.2015, от 18.11.2015, от 28.04.2016, от 31.05.2016, в которых финансовое положение должника оценивалось как хорошее, согласно Методике присвоения кредитного рейтинга ОАО  «МТС-Банк» - КР 3-4. 

Доказательства, опровергающие выводы, сделанные в названных документах, конкурсным управляющим не представлены (статьи 65,  67 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). 

Должник исполнял обязательства по кредитному договору в течение всего времени пользования заемными средствами надлежащим образом. Доказательств невыгодности для должника условий кредитного договора не представлено. 

В результате исполнения кредитного договора от 02.09.2014 должник уменьшил объем и размер обязательств перед кредиторами и не уменьшил имущественную базу, поскольку производил возврат заемного финансирования. 

У ЗАО «ПГ «Проминдустрия» и должника имелся общий лимит кредитных обязательств, указанный в пункте 2.1.1. договора, так как указанные компании входили в одну группу лиц. Выдача кредитных денежных средств в пользу ЗАО ПГ «Проминдустрия» производилась за счет денежных средств Банка. 

На момент исполнения кредитного договора от 02.09.2014 обязанность исполнения должником требований как поручителем не наступала. Заключение договора поручительства не могло повлечь возникновение у должника признаков неплатежеспособности. На момент возврата кредита какие-либо споры о взыскании с должника денежных средств, кредитными организациями отсутствовали, равно как и публикации о намерении обратиться с заявлением о несостоятельности должника. В рамках кредитного договора с ПАО ВТБ по договору кредитной линии должник выступал лишь поручителем, задолженность по кредитной линии перед ПАО «Банк ВТБ», как установлено определением от 25.11.2017, составила лишь 85286614,70 руб. Вторая часть установленной судом задолженности возникла по договору банковской гарантии, после 07.03.2017. 

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего поддержал доводы апелляционной жалобы. Представитель Банка против удовлетворения апелляционной жалобы возражал по мотивам, изложенным в отзыве.

Проверив законность и обоснованность определения суда первой инстанции, апелляционный суд не усматривает оснований для его отмены или изменения.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, между ПАО «МТС-Банк»  и ООО «НяганьСтрой» (заемщик) 02.09.2014 № 0017-03-1/14-К от 02.09.2014 заключен кредитный договор, по условиям которого ответчик обязался открыть на имя должника кредитную линию, предоставлять должнику кредиты в пределах лимита выдачи, установленного в размере1100000000,00 руб., а должник принял на себя обязательство возвратить ответчику кредит и уплатить проценты за пользование кредитом в соответствии с условиями договора. Согласно условиям договора срок действия кредитной линии составлял 24месяца. Должник в период с 02.08.2016 по 31.08.2016 досрочно погасил задолженность перед ответчиком, путем совершения следующих платежей:

- 02.08.2016 в размере 108 000 000,00 руб.;

- 03.08.2016 в размере 100 000 000,00 руб.;

- 04.08.2016 в размере 90 000 000,00 руб.;

- 05.08.2016 в размере 220 000 000,00 руб.;

- 09.08.2016 в размере 190 000 000,00 руб.;

- 11.08.2016 в размере 150 000 000,00 руб.,

- 12.08.2016 в размере 130 000 000,00 руб.;

- 16.08.2016 в размере 62 000 000,00 руб.,

- 31.08.2016 в размере 7 310 000,00 руб., в размере 139 344,26,26 руб., что подтверждается выпиской по операциям на счете должника.

Заявление о признании должника несостоятельным (банкротом) принято к производству суда 11.05.2017 года, оспариваемые платежи совершены в пределах года до указанной даты.

В силу положений пункта 2 статья 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Как разъяснено в пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее- постановление №63),  пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В данном случае имел место возврат полученного должником финансирования, следовательно, умаления имущественной базы должника не произошло. Через месяц после совершения оспариваемых платежей, также до принятия к производству заявления о признании должника несостоятельным (банкротом), наступал срок исполнения должником обязательств перед Банком, и указанные денежные средства подлежали бы перечислению в пользу ответчика. В случае, если бы у должника отсутствовала бы возможность исполнения обязательства, в счет которого были перечислены денежные средства, Банк получил бы право претендовать на выплату из конкурсной массы в соответствующем размере наравне с иными кредиторами должника. 

Таким образом, у должника имелись реальные имущественные обязательства перед Банком на указанную сумму, и их исполнение не может быть признано для должника убыточным вне зависимости от того, когда были совершены спорные перечисления.

В материалах дела отсутствуют соглашения, которые предусматривали бы обязанность должника по принятию на себя обязательств перед Банком в рамках договора поручительства по обязательствам ООО ПГ «Проминдустрия», в результате совершения оспариваемых платежей. Таким образом, данные обстоятельства не могут свидетельствовать об убыточности оспариваемых сделок. 

Из условий пункта 2.1.1 кредитного договора, заключенного между должником Банком следует, что в рамках кредитных взаимоотношений между Банком и группой компаний, куда входили должник и ООО ПГ «Проминдустрия» было предусмотрено ограничение общего лимита кредитных обязательств указанной группы лиц, вследствие чего, предоставление кредитных денежных средств в пользу ООО ПГ «Проминдустрия» действительно могло быть обусловлено возвратом денежных средств должником. 

Между тем, данное обстоятельство, вопреки утверждению подателя апелляционной жалобы, не увеличивало кредитную нагрузку должника. Обязательства, принятые должником на себя по договору поручительства за ООО ПГ «Проминдустрия», в связи с предоставлением указанной организации кредитования после возврата кредитных денежных средств должником, не превысили обязательств должника, которые сохранялись бы за ним, если бы спорные сделки не были совершены. 

Таким образом, при совершении оспариваемых сделок отсутствует такой признак как их убыточность, совершение сделок не выходит за пределы разумной экономической деятельности, учитывая, что должник и ООО ПГ «Проминдустрия» были объединены общими экономическими интересами.

Отсутствие причинения вреда кредиторам в результате совершения оспариваемых сделок, само по себе, исключает возможность признания из недействительными. 

В силу разъяснений пункта 6 постановления N 63, согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При этом, в силу прямого указания абзаца 1 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, одним из обязательных условий для вывода о подозрительности оспариваемой сделки является осведомленность другой стороны сделки о признаках неплатежеспособности должника.

Между тем, как верно указал суд первой инстанции, в материалы дела не представлено доказательств того, что на момент совершения оспариваемых сделок, Банк должен был знать о признаках неплатежеспособности ответчика.

Принимая исполнение по кредитному договору, Банк, при проявлении должной степени заботливости и осмотрительности, не должен был проверять имущественное положение заемщика.

Из представленной в материалы дела выписки по расчетному счету должника следует, что в момент совершения оспариваемых сделок должником осуществлялась нормальная хозяйственная деятельность, имелся значительный оборот по расчетному счету. Должник без просрочек осуществлял погашение кредитных обязательств как перед Банком, так и перед иными кредиторами.

Обществом в течение длительного срока исполнения обязательств по кредитному договору, не допускалось просрочек внесения платежей. По результатам проводимых Банком проверок финансового состояния заемщика, в соответствии с требованиями Центрального Банка Российской Федерации, финансовое положение заемщика оценивалось как хорошее.

Таким образом, у Банка отсутствовали основания не только полагать о возможных финансовых проблемах должника, но и отсутствовали основания для предъявления требований о досрочном возврате кредита в связи с нарушением условий кредитного договора.

Негативные значения показателей коэффициентов финансово-хозяйственной деятельности должника установлены лишь по результатам проведения анализа его финансового состояния в рамках дела о несостоятельности. Между тем, у кредитной организации обязанности проведения такого рода анализа не имелось, и указанные показатели не могли быть выявлены ответчиком на момент совершения оспариваемых сделок.

Равным образом, у ответчика не имелось обязанности проводить мониторинг судебных споров с участием заемщика. Доказательств того, что Банку должно было стать известно о неисполнении должником обязательств перед иными кредиторами в материалах дела не имеется.

Как разъяснено в пункте 12.2 Постановления № 63, сам по себе тот факт, что другая сторона сделки является кредитной организацией, не может рассматриваться как единственное достаточное обоснование того, что она знала или должна была знать о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника (пункт 2 статьи 61.2 или пункт 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве); оспаривающее сделку лицо должно представить конкретные доказательства недобросовестности кредитной организации.

В данном случае таких сведений не имелось, конкурсным управляющим доказательств обратного не представлено.

В случаях, когда законодательство или кредитный договор предусматривают получение кредитной организацией от заемщика документов о его финансовом положении, судам следует, в том числе учитывать, имелись ли в представленных документах конкретные сведения, заметно свидетельствующие о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Банк строил свои отношения с должником как с добросовестным и платежеспособным клиентом, не располагал и не мог на основании предоставляемых ему документов располагать информацией о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества заемщика на момент совершения оспариваемых сделок.

В деле отсутствуют доказательств, свидетельствующие о том, что при возврате Банку ранее полученного должником кредита стороны действовали согласованно и исключительно с целью причинения вреда третьим лицам и нарушили пределы осуществления гражданских прав.

Основания для вывода о неосмотрительности или отсутствии со стороны Банка должной степени заботливости при заключении и исполнении кредитного договора от 02.09.2014 отсутствуют.

Такими образом, ни судом первой инстанции, ни судом апелляционной инстанции, не установлена недобросовестность Банка при принятии исполнения от должника по кредитному договору 02.09.2014.

В рассматриваемом случае, отсутствовали обстоятельства, необходимые для признания сделок недействительными, как  в период до совершения оспариваемых платежей, так и непосредственно в период осуществления платежей по названному кредитному договору. Такие обстоятельства не возникли и после прекращения обязательств по кредитному договору от 02.09.2014.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к верному выводу об отсутствии в данном случае совокупности оснований для вывода о квалификации оспариваемых сделок как подозрительных, в частности, об опровержении презумпции осведомленности другой стороны сделки о наличии при ее совершении цели причинения вреда кредиторам.

Оснований для признания оспариваемых сделок недействительными не имелось. 

При проверке доводов заявителя жалобы суд апелляционной инстанции не установил оснований для несогласия с изложенным в обжалуемом судебном акте выводом суда первой инстанции. Приведенные заявителем аргументы не содержат фактов, которые не были бы проверены судом первой инстанции при рассмотрении дела, и не опровергают выводы суда, а лишь выражают несогласие с ними и сводятся исключительно к переоценке установленных судом обстоятельств, в связи с чем признаются несостоятельными.

Таким образом, суд апелляционной инстанции находит определение суда первой инстанции законным и обоснованным и не усматривает оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены судебного акта по доводам заявителя.

Определение суда следует оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 269 -272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  от  23.04.2019 по делу №  А56-29660/2017/сд.2   оставить  без   изменения,   апелляционную   жалобу -  без   удовлетворения.   

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий

Д.В. Бурденков

 

Судьи

Н.В. Аносова

 Е.К. Зайцева