АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

16 мая 2019 года

Дело №

А13-5547/2016

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Яковца А.В., судей Бычковой Е.Н., Троховой М.В.,

при участии от  общества с ограниченной ответственностью «Сокольская фанера» ФИО1 (доверенность от 07.05.2019), от общества с ограниченной ответственностью «Сокольская фанерная компания» ФИО1 (доверенность от 07.05.2019), от общества с ограниченной ответственностью «Сокольская плита»  ФИО1 (доверенность от 28.10.2016),

рассмотрев 13.05.2019 в открытом судебном заседании кассационную жалобу Федеральной налоговой службы на  определение Арбитражного суда Вологодской области от 10.09.2018 (судья Дмитриева Н.В.) и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.12.2018 (судьи Шумилова Л.Ф., Виноградов О.Н., Писарева О.Г.)  по делу № А13-5547/2016, 

у с т а н о в и л:

Определением Арбитражного суда Вологодской области от 10.06.2016 в отношении общества с ограниченной ответственностью «Сотамеко плюс», место нахождения: 162130, 

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – Общество, должник), введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена ФИО2.

Решением суда от 12.12.2016 Общество признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника  открыто конкурсное производство.

Определением суда от 12.12.2016 конкурсным управляющим должника утверждена ФИО2

Федеральная налоговая служба, место нахождения: Москва, Неглинная ул., д. 23, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – ФНС России, уполномоченный орган), в лице Управления ФНС России  по Вологодской области обратилась в  арбитражный суд с заявлениями, в которых просила признать недействительными  договоры возмездного оказания услуг:

-  от 03.10.2011 и 01.06.2015, заключенные должником с обществом с ограниченной ответственностью «Соколфанпром» (далее – ООО «Соколфанпром»),

 - от 03.10.2011 и 02.06.2015, заключенные должником с  обществом с ограниченной ответственностью «Сокольская фанера» (далее – ООО «Сокольская  фанера»);

- от 03.10.2011 и 03.06.2015, заключенные должником с обществом с ограниченной ответственностью «Сокольская фанерная компания»  (далее –  Компания), 

- от 03.10.2011, заключенный должником с обществом с ограниченной ответственностью «Сокольская плита» (далее – ООО «Сокольская плита»).

Уполномоченный орган также просил применить последствия недействительности  перечисленных сделок.

Определением суда от 17.01.2018 названные заявления объединены в одно производство для совместного рассмотрения.

К участию в  рассмотрении настоящего обособленного спора в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено общество с ограниченной ответственностью «Фанерный завод» (далее – Завод).

Определением суда  первой инстанции от 10.09.2018 в удовлетворении заявлений отказано.

Постановлением Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.12.2018 указанное определение оставлено без изменения.

В кассационной жалобе ФНС России просит отменить определение от  10.09.2018 и постановление от 25.12.2018, направить дело в суд первой инстанции  на новое рассмотрение.

Податель жалобы считает несостоятельным вывод судов первой и апелляционной инстанций о том, что оспариваемые договоры не могут быть признаны недействительными по основаниям, предусмотренным пунктом 2  статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), так как заключены более чем за три года до принятия к производству заявления о банкротстве Общества, и указывает, что названные договоры заключены в 2015 году.

Ссылаясь на результаты проведенной в отношении должника выездной  налоговой проверки, уполномоченный орган указывает, что Общество с целью уклонения от уплаты налогов создало взаимозависимые организации, находящиеся по одному адресу, передало им в аренду оборудование, перевело своих сотрудников, в связи с чем  полагает, что к участникам оспариваемых сделок должен применяться повышенный стандарт доказывания.

В судебном представитель ООО «Сокольская фанера», одновременно представляющий интересы ООО «Сокольская плита» и Компании, возражал против удовлетворения кассационной жалобы.

Иные участвующие в деле лица надлежащим образом уведомлены о месте и времени судебного разбирательства, однако своих представителей для участия в судебном заседании не направили, что в соответствии со статьей 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения кассационной жалобы в их отсутствие.

Как следует из материалов дела, Общество (заказчик) и ООО «Соколфанпром» (исполнитель) 03.10.2011 заключили договор возмездного оказания услуг, по условиям которого исполнитель обязался своими силами и средствами оказать заказчику услуги по изготовлению клееной фанеры с полным производственным циклом.

Подтверждением оказания услуг и основанием для оплаты произведенных затрат и вознаграждения является двусторонний акт (пункт 4.2 договора).

Кроме того, Общество (заказчик) и ООО «Соколфанпром» (исполнитель) 01.06.2015 заключили договор возмездного оказания услуг, по условиям которого заказчик обязался своими силами и средствами поставить исполнителю сырье и материалы, необходимые для изготовления фанеры, а исполнитель –  принимать такое сырье с целью изготовления из него товара (фанеры) и последующей передачи готового товара заказчику для реализации.

В силу пункта 4.1 договора стоимость работ согласовывается сторонами ежемесячно и фиксируется в выставляемых исполнителем счетах, счетах-фактурах;  акцептом со стороны заказчика является оплата выставляемых счетов. Стороны обязуются ежемесячно подводить итоги работ по договору.

ООО «Соколфанпром» 12.07.2016 обратилось в с арбитражный суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов Общества требования в размере 27 034 726 руб. 07 коп., в обоснование которого сослалось на то, что с июня 2013 года по март 2016 года оказало  должнику услуги по клейке фанеры на сумму 66 143 995 руб. 14 коп., остаток задолженности по оплате  которых составил 27 034 726 руб. 07 коп.

Определением  суда от 21.09.2016  требование ООО «Соколфанпром» в размере 27 034 726 руб. 07 коп. признано обоснованным и подлежащим  включению в Реестр.

Впоследствии определением суда от 15.08.2017  ООО Соколфанпром» в отношении  требования в размере  27 034 726 руб. 07 коп.  в порядке процессуального правопреемства заменено на Завод.

Общество (заказчик) и ООО «Сокольская фанера» (исполнитель) 03.10.2011 заключили договор возмездного оказания услуг, по условиям которого заказчик обязался своими силами и средствами поставить исполнителю сырье и материалы, необходимые для изготовления фанеры, а исполнитель – принимать такое сырье с целью изготовления из него товара (фанеры) и последующей передачи готового товара заказчику для реализации.

Стоимость работ согласовывается сторонами ежемесячно и фиксируется в выставляемых исполнителем счетах, счетах-фактурах, акцептом со стороны заказчика является оплата выставляемых счетов (пункт 4.1 договора). 

Стороны обязуются ежемесячно подводить итоги работ по договору.

Кроме того, Общество (заказчик) и ООО «Сокольская фанера» (исполнитель) 02.06.2015 заключили договор возмездного оказания услуг, по условиям которого заказчик обязался своими силами и средствами оказать заказчику услуги по изготовлению клееной фанеры с полным производственным циклом.

Подтверждением оказания услуг и основанием для оплаты произведенных затрат и вознаграждения является двусторонний акт (пункт 4.2 договора).

ООО «Сокольская фанера» 13.07.2016 обратилось в арбитражный  суд с заявлением о включении  в Реестр  требования в размере 47 029 775 руб. 01 коп., на то, что в период с июня 2013 года по март 2016 года оказало  должнику  услуги по клейке фанеры на сумму 63 356 986 руб. 65 коп., остаток задолженности по оплате услуг составил 47 029 775 руб. 01 коп.

 Определением суда от 21.09.2016 требование  ООО «Сокольская фанера» в размере 47 029 775 руб. 01 коп.  признано обоснованным и подлежащим включению  в третью очередь Реестра.

Определением суда от 15.08.2017 ООО «Сокольская фанера» в отношении указанного требования заменено правопреемником – Заводом.

Общество (заказчик) и Компания (исполнитель) 03.10.2011 и  03.06.2015 заключили договоры возмездного оказания услуг, по условиям которых исполнитель обязался своими силами и средствами оказать заказчику услуги по изготовлению клееной фанеры с полным производственным циклом. Подтверждением оказания услуг и основанием для производства оплаты произведенных затрат и вознаграждения является двусторонний акт (пункт 4.2 договоров).

Компания 12.07.2016 обратилось в арбитражный суд с заявлением о включении в Реестр требования  в размере 36 147 335 руб. 34 коп., в обоснование которого сослалась на то, что в период с июня 2013 года по январь 2016 года оказала должнику услуги по клейке фанеры на сумму 69 840 223 руб. 96 коп., остаток задолженности по оплате услуг составил 36 147 335 руб. 34 коп.

Определением суда от 21.09.2016 требование Компании в размере 36 147 335 руб. 34 коп. включено в третью очередь Реестра.

Определением суда от 15.08.2017 Компания в отношении требования в размере 36 147 335 руб. 34 коп. в порядке процессуального правопреемства замена Заводом.

Общество (заказчик) и ООО «Сокольская плита» (исполнитель) 03.10.2011 заключили договор возмездного оказания услуг, по условиям которого исполнитель обязался своими силами и средствами оказать заказчику услуги по изготовлению клееной фанеры с полным производственным циклом.

Подтверждением оказания услуг и основанием для оплаты произведенных затрат и вознаграждения является двусторонний акт (пункт 4.2 договоров).

ООО «Сокольская плита» 13.07.2016 обратилось в  арбитражный суд  с заявлением о включении в Реестр требования в  размере 25 495 132 руб. 53 коп., в обоснование которого сослалось на то, что  в период с июня 2013 года по октябрь 2014 года оказало должнику услуги по клейке фанеры на сумму 36 559 210 руб. 51 коп., остаток задолженности по оплате услуг составил 25 495 132 руб. 53 коп.

Определением суда от 21.10.2016 требование ООО «Сокольская плита» в размере 25 495 132 руб. 53 коп. признано обоснованным и подлежащим включению  в третью очередь Реестра.

Определением суда от 15.08.2017 ООО «Сокольская плита» в отношении требования  в размере  25 495 132 руб. 53 коп. в порядке процессуального правопреемства замена Заводом.

Обращаясь в арбитражный суд с настоящим заявлением, ФНС России сослалась на обстоятельства, установленные в ходе проведения в отношении Общества выездной налоговой проверки (совершение преднамеренных действий с целью занижения налоговых обязательств,  создание схемы дробления бизнеса с  использованием подконтрольных организаций, использующих специальный налоговый режим), и полагала, что имеются предусмотренные пунктами 1 и 3 статьи 61.3, пунктом 2 статьи 61.2  Закона о банкротстве,  а также статьями 10, 170, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) основания для признания оспариваемых договоров недействительными.

Суды первой и апелляционной инстанций  пришли к выводу, что оспариваемые договоры не могут быть признаны недействительными, по основаниям, предусмотренным предусмотренные пунктами 1 и 3 статьи 61.3  Закона о банкротстве; указали, что договоры от  03.10.2011 заключены за пределами срока подозрительности, установленного пунктом 2 статьи 61.2  Закона о банкротстве, в связи с чем не могут быть признаны недействительными по названному основанию.

Наличие предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве оснований для признания  договоров от 01.06.2015, от 02.06.2015  и от 03.06.2015  суды не установили; наличие признаков  мнимости оспариваемых договоров, а также признаков злоупотребления правом при их заключении, суды посчитали недоказанным.

В соответствии с частью 1 статьи 286 АПК РФ арбитражный суд кассационной инстанции проверяет законность решений, постановлений, принятых арбитражным судом первой и апелляционной инстанций, устанавливая правильность применения норм материального права и норм процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного акта и исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы, если иное не предусмотрено названным  Кодексом.

Проверив законность обжалуемых судебных актов исходя из доводов, приведенных в кассационной жалобе,  Арбитражный суд Северо-Западного округа приходит  к следующим выводам.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном Федеральном законе.

Согласно пункту 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, при этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных Законом о банкротстве. Голоса кредитора, в отношении которого или в отношении аффилированных лиц которого совершена сделка, не учитываются при определении кворума и принятии решения собранием (комитетом) кредиторов по вопросу о подаче заявления об оспаривании этой сделки. Если заявление об оспаривании сделки во исполнение решения собрания (комитета) кредиторов не будет подано арбитражным управляющим в течение установленного данным решением срока, такое заявление может быть подано представителем собрания (комитета) кредиторов или иным лицом, уполномоченным решением собрания (комитета) кредиторов.

Как следует из пункта 2 указанной статьи заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд наряду с лицами, указанными в пункте 1 названной статьи, конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер кредиторской задолженности перед ним, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его аффилированных лиц.

Как установлено судом первой инстанции, определениями суда от 12.01.2017, от 27.03.2017 и от 11.08.2017 признаны обоснованными и подлежащими включению в Реестр требования уполномоченного органа в размере 33 113 829 руб., что составляет более десяти процентов от общего размера кредиторской задолженности, включенной в Реестр.

С учетом изложенного суд первой инстанции правомерно заключил, что ФНС России вправе оспаривать сделки должника.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований, в частности при наличии одного из следующих условий:

сделка направлена на обеспечение исполнения обязательства должника или третьего лица перед отдельным кредитором, возникшего до совершения оспариваемой сделки;

сделка привела или может привести к изменению очередности удовлетворения требований кредитора по обязательствам, возникшим до совершения оспариваемой сделки;

сделка привела или может привести к удовлетворению требований, срок исполнения которых к моменту совершения сделки не наступил, одних кредиторов при наличии не исполненных в установленный срок обязательств перед другими кредиторами;

сделка привела к тому, что отдельному кредитору оказано или может быть оказано большее предпочтение в отношении удовлетворения требований, существовавших до совершения оспариваемой сделки, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке очередности в соответствии с законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве).

Согласно пункту 2 указанной статьи сделка, указанная в пункте 1 данной  статьи, может быть признана арбитражным судом недействительной, если она совершена после принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом.

Из пункта 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве следует, что сделка, указанная в пункте 1 данной  статьи и совершенная должником в течение шести месяцев до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом, может быть признана арбитражным судом недействительной, если в наличии имеются условия, предусмотренные абзацами вторым и третьим пункта 1 этой статьи, или если установлено, что кредитору или иному лицу, в отношении которого совершена такая сделка, было известно о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Из материалов настоящего обособленного спора следует, что оспариваемые договоры заключены  03.10.2011, 01.06.2015, 02.06.2015 и 03.06.2015.

Поскольку заявление о банкротстве Общества принято к производству 19.04.2016, суды первой и апелляционной инстанций правомерно заключили, что оспариваемые договоры не могут быть признаны недействительными по основаниям, предусмотренным статьей 61.3 Закона о банкротстве, так как заключены за пределами срока предпочтения, установленного пунктом 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Оспариваемые уполномоченным договоры оказания услуг от 03.10.2011, заключены Обществом  с ООО «Соколфанпром»,  с ООО «Сокольская плита»,  с ООО «Сокольская фанера» и с Компанией  более чем  за три года до принятия к производству  заявления о банкротстве должника (19.04.2016),  то есть за пределами срока подозрительности, установленного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При таких обстоятельствах суды первой и апелляционной пришли к правильному выводу, что названные договоры не могут быть признаны недействительными по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 Закона о банкротстве.

Вместе с тем оспариваемые ФНС России договоры оказания услуг от 01.06.2015, заключенный Обществом  с ООО «Соколфанпром», от 02.06.2015, заключенный  с ООО «Сокольская фанера», от 03.06.2015, заключенный Обществом с Компанией,  совершены в пределах срока подозрительности, установленного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, как правильно указали суды, могут быть признаны недействительными по основаниям, предусмотренным  пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63), для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 названного  Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Основанием для отказа в удовлетворении заявления ФНС России в этой части послужили выводы судов первой и апелляционной инстанций о том, что уполномоченным органом не представлены доказательства причинения вреда имущественным правам кредиторов Общества в результате исполнения договоров оказания услуг от 01.06.2015, заключенного должником с ООО «Соколфанпром»; от 02.06.2015, заключенного с ООО «Сокольская фанера»; от 03.06.2015, заключенного Обществом с Компанией,  а также доказательства, подтверждающие наличие у должника при заключении названных договоров цели причинения вреда кредиторам.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения  указанных требований  суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 указанной статьи).

В обоснование своих доводов о недействительности (ничтожности) оспариваемых договоров в силу статей 10 и 170 ГК РФ ФНС России сослалась на обстоятельства, установленные в результате выездной налоговой проверки, проведенной в отношении Общества, а также на решение налогового органа  04.04.2016 № 2 о привлечении  должника к ответственности за совершение налогового правонарушения.

Суды первой и апелляционной инстанций отметили, что в соответствии с пунктом 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в деле о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016, материалы проведенных в отношении должника или его контрагента мероприятий налогового контроля могут быть использованы в качестве средств доказывания фактических обстоятельств, на которые ссылается уполномоченный орган, при рассмотрении в рамках дела о банкротстве обособленных споров.

Суды установили,  что решение налогового органа от 04.04.2016 № 2 о привлечении Общества к ответственности за совершение налогового правонарушения, вынесенное по результатам налоговой проверки, оспаривается должником в рамках дела № А13-9159/2016, судебный акт по результатам рассмотрения данного спора не вынесен.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 77 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 25), факты уклонения гражданина или юридического лица от уплаты налогов, нарушения им положений налогового законодательства не подлежат доказыванию, исследованию и оценке судом в гражданско-правовом споре о признании сделки недействительной, так как данные обстоятельства не входят в предмет доказывания по такому спору, а подлежат установлению при рассмотрении налогового спора с учетом норм налогового законодательства.

Оценка налоговых последствий финансово-хозяйственных операций, совершенных во исполнение сделок, производится налоговыми органами в порядке, предусмотренном налоговым законодательством.

При установлении в ходе налоговой проверки факта занижения налоговой базы вследствие неправильной юридической квалификации налогоплательщиком совершенных сделок и оценки налоговых последствий их исполнения налоговый орган, руководствуясь подпунктом 3 пункта 2 статьи 45 Налогового кодекса Российской Федерации, вправе самостоятельно осуществить изменение юридической квалификации сделок, статуса и характера деятельности налогоплательщика и обратиться в суд с требованием о взыскании доначисленных налогов.

Если суд на основании оценки доказательств, представленных налоговым органом и налогоплательщиком, придет к выводу о том, что налогоплательщик для целей налогообложения не учел операции либо учел операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом, суд определяет объем прав и обязанностей налогоплательщика, исходя из подлинного экономического содержания данной операции или совокупности операций в их взаимосвязи.

Сославшись на указанные разъяснения, суды первой и апелляционной инстанций указали, что доводы уполномоченного органа о заключении оспариваемых договоров оказания услуг в целях уклонения от уплаты налогов, не подлежат доказыванию, исследованию и оценке судом в гражданско-правовом споре о признании сделок недействительными – данные доводы являются предметом исследования при рассмотрении спора о признании недействительным решение налогового органа от 04.04.2016 № 2 о привлечении Общества к ответственности за совершение налогового правонарушения (дело № А13- 9159/2016).

Основания не согласиться с указанным выводом у суда кассационной инстанции отсутствуют.

Вместе с тем суды признали недоказанным доводы уполномоченного органа о том, что оспариваемые договоры оказания услуг заключены с целью создания у Общества искусственной задолженности  для участия в деле о его банкротстве в ущерб интересам добросовестных кредиторов должника.

При этом суды исходили из того, что включенная в Реестр задолженность впоследствии была уступлена  ООО «Соколфанпром», ООО «Сокольская плита», ООО «Сокольская фанера» и Компанией Заводу, таким образом, посредством задолженности, возникшей из оспариваемых договоров, ответчики не могут влиять на принятие кредиторами Общества решений  в ходе проведения процедур банкротства; признаки аффилированности Завода с Обществом ООО «Соколфанпром», ООО «Сокольская плита», ООО «Сокольская фанера» и Компанией не  установлены. 

Между тем согласно правовой позиции, отраженной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017  № 306-ЭС16-20056 (6), доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. 

Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности. О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка. При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

Как  следует из разъяснений, приведенных в пункте 1 Постановления № 25, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались.

В данном случае установленные в результате выездной налоговой проверки и перечисленные в решении налогового органа  04.04.2016 № 2 о привлечении  должника к ответственности за совершение налогового правонарушения обстоятельства  заключения оспариваемых договоров и их исполнения  свидетельствуют об очевидном отклонении  действий Общества, ООО «Соколфанпром», ООО «Сокольская плита», ООО «Сокольская фанера» и Компании от обычных условий гражданского оборота.

Обязанность раскрыть разумные экономические мотивы  заключения оспариваемых договоров и мотивы поведения в процессе их  исполнения  на ответчиков суды не возлагали.

Отклоняя доводы ФНС России наличии предусмотренных статьей 170 ГК РФ оснований для признания оспариваемых договоров недействительными (ничтожными), суды первой и апелляционной инстанций исходили из того, что предусмотренные названными договорами услуги оказывались ответчиками  на оборудовании и в помещениях, сдаваемых должником им в аренду, осуществлялась поставка сырья для производства фанеры, в штате  у ответчиков имелись сотрудники.

Из решения налогового органа  04.04.2016 № 2 о привлечении  должника к ответственности за совершение налогового правонарушения следует, что  Общество заключило  с ООО «Соколфанпром», ООО «Сокольская плита», ООО «Сокольская фанера» и Компанией договоры аренды, в соответствии с которыми передало в аренду каждому из перечисленных лиц  одно и то же оборудование и одни и те же  производственные помещения.

Как полагает суд кассационной инстанции, наличие у налогового органа   права самостоятельно осуществить изменение юридической квалификации названных сделок (пункт 77 Постановления № 25), равно как и наличие  спора о признании недействительным решения налогового органа от 04.04.2016 № 2 о привлечении Общества к ответственности за совершение налогового правонарушения, рассматриваемого в рамках дела  № А13-9159/2016, не препятствует установлению признаков недействительности (ничтожности) названных договоров аренды  при рассмотрении настоящего обособленного спора в рамках дела о банкротстве Общества.

Между тем обстоятельства, связанные с заключением и исполнением названных договоров аренды, суды первой и апелляционной инстанции не исследовали, имеются ли предусмотренные статьей 170 ГК РФ основания для признания их недействительными (ничтожными) не установили.

При таких обстоятельствах выводы судов первой и апелляционной инстанций о том, что ООО «Соколфанпром», ООО «Сокольская плита», ООО «Сокольская фанера» и Компания  оказывали  Обществу предусмотренные  оспариваемыми  договорами услуги  на оборудовании и в помещениях, сдаваемых должником им в аренду и, соответственно,  об отсутствии предусмотренных статьями 10 и 170 ГК основания для признания названных договоров недействительными (ничтожными) сделками не могут быть признаны соответствующими фактическим обстоятельствам дела.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 5 Постановления № 63, при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Привело ли заключение Обществом договоров оказания услуг от 01.06.2015  с ООО «Соколфанпром», от 02.06.2015  с ООО «Сокольская фанера» и от 03.06.2015 с Компанией  к уменьшению стоимости или размера имущества должника или  к увеличению размера имущественных требований к должнику, суды не установили.

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 6 Постановления № 63, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

Имелись ли у Общества на даты заключения договоров оказания услуг от 01.06.2015  с ООО «Соколфанпром», от 02.06.2015  с ООО «Сокольская фанера» и от 03.06.2015 с Компанией признаки неплатежеспособности или недостаточности имущества, судами также не установлено.

При таком положении вывод судов первой и апелляционной инстанции об отсутствии у Общества при заключении названных договоров цели причинения вреда кредиторам и о том, что такой вред фактически не был причинен, также не могут быть признаны соответствующими фактическим обстоятельствам дела.

Изложенное в силу части 1 статьи 288 АПК РФ является основанием для отмены обжалуемых судебных актов. Так как обстоятельства, необходимые для принятия решения по существу настоящего обособленного спора установлены судами первой и апелляционной инстанций не полностью, дело следует направить в суд первой инстанции на новое рассмотрение.

Руководствуясь статьями 286, 287, 288, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда Вологодской области от 10.09.2018 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.12.2018 по делу № А13-5547/2016 отменить.

Дело направить в Арбитражный суд Вологодской области на новое рассмотрение.

Председательствующий

А.В. Яковец

Судьи

Е.Н. Бычкова

 М.В. Трохова