ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

дело №А56-9131/2021

27 июля 2022 года

г. Санкт-Петербург

/ суб.

Резолютивная часть постановления оглашена 25 июля 2022 года

Постановление изготовлено в полном объёме  27 июля 2022 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Морозовой Н.А.,

судей  Барминой И.Н., Будариной Е.В.,

при ведении протокола секретарём судебного заседания ФИО1,

при участии в судебном заседании:  

от конкурсного управляющего: ФИО2, доверенность от 10.01.2022,

ФИО3, паспорт,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-18989/2022) ФИО5 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 19.05.2022 по обособленному спору № А56-9131/2021/суб., принятое по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «СК «Свой Дом» ФИО4 о привлечении ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в деле о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «СК «Свой Дом»,

установил:

ФИО3 (далее – ФИО3, заявитель) обратилась в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «СК «Свой Дом» (далее – должник, ООО «СК «Свой Дом») несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 14.02.2021 возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) должника.

Определением суда от 22.05.2021 (резолютивная часть от 14.05.2021) в отношении ООО «СК «Свой Дом» введена процедура наблюдение, временным управляющим должника утверждена ФИО4.

Решением суда от 10.08.2021 (резолютивная часть от 06.08.2021) ООО «СК «Свой Дом» признано несостоятельным (банкротом), в отношении его открыто конкурсное производство,  конкурсным управляющим утверждена ФИО4

Конкурсный управляющий ФИО4 обратилась в арбитражный суд с заявлением (с учётом уточнения) о привлечении контролирующего должника лица – ФИО5 (далее – ФИО5, ответчик) к субсидиарной ответственности по обязательствам должника и взыскании с ответчика в конкурсную массу должника денежных средств в размере 12 030 266,76 руб.

Определением от 19.05.2022 суд установил основания для привлечения ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «СК «Свой Дом», производство по обособленному спору приостановлено до окончания расчётов с кредиторами ООО «СК «Свой Дом».

В апелляционной жалобе ФИО5, ссылаясь на несоответствие выводов суда обстоятельствам дела, просит определение от 19.05.2022 отменить и в удовлетворении заявления отказать. Податель жалобы полагает, что сам факт оспаривания ФИО5 заочного решения Выборгского районного суда Санкт-Петербурга от 17.08.2020 по делу №2-3033/2020 исключает какое-либо отношения ответчика к банкротству должника. По мнению апеллянта, суд первой инстанции необоснованно отказал ему в удовлетворении ходатайства о назначении судебной почерковедческой экспертизы договора от 22.01.2018 № 192. ФИО5 ссылается на то, что он не совершал действия по искажению бухгалтерской документации. Податель жалобы обращает внимание на то, что договор от 22.01.2018 № 192 им не подписывался, а представленный в материалы дела конкурсным управляющим договор не имеет первых страниц. ФИО5 настаивает, что акт о приёме - передаче дел при смене директора от 18.09.2019 является надлежащим доказательством по делу. 

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего и ФИО3 возражали против удовлетворения апелляционной жалобы и ходатайства о назначении почерковедческой экспертизы по делу. 

Рассмотрев ходатайство ФИО5 о назначении по делу судебно-почерковедческой экспертизы, суд апелляционной инстанции не нашел оснований для его удовлетворения, поскольку оно не соответствует положениям статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы опубликована на Интернет-сайте «Картотека арбитражных дел». Надлежащим образом извещённые о времени и месте судебного заседания иные лица, участвующие в деле, своих представителей не направили, в связи с чем жалоба рассмотрена в порядке статьи 156 АПК РФ в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены в апелляционном порядке.

Суд апелляционной инстанции признал апелляционную жалобу не подлежащей удовлетворению в свете следующего.

В соответствии со статьёй 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника (пункт 1).

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если, в частности, документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы (подпункт 2 пункта 2).

В абзаце десятом пункта 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление №53) разъяснено, что руководителю должника не могут быть применены презумпции, установленные подпунктами 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если необходимая документация (информация) передана им арбитражному управляющему в ходе рассмотрения судом заявления о привлечении к субсидиарной ответственности. Такая передача документации (информации) не исключает возможность привлечения руководителя к ответственности в виде возмещения убытков, вызванных просрочкой исполнения обязанности, или к субсидиарной ответственности по иным основаниям.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации повлияло на проведение процедур банкротства.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также: невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Указанное требование закона обусловлено, в том числе и тем, что отсутствие необходимых документов не позволяет арбитражному управляющему иметь полную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках и исполнять обязанности, предусмотренные пунктом 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве.

Приведённое требование Закона обусловлено, в том числе и тем, что отсутствие необходимых документов не позволяет арбитражному управляющему иметь полную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках и исполнять обязанности, предусмотренные пунктом 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве.

Исходя из пункта 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий. Предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии (пункт 4 статьи 61.10 Закона).

Как усматривается из материалов дела и установлено судом первой инстанции, ФИО5 являлся единственным учредителем и генеральным директором должника с 09.02.2015 по 09.09.2019, а ФИО6 - с 09.09.2019 до момента открытия процедуры конкурсного производства.

ПАО «Банк «Санкт-Петербург», в котором был открыт единственный счет должника на момент смены директоров, в ответ на запрос конкурсного управляющего письмом от 13.06.2021 № 32/29407 сообщило, что ФИО6 доступ к счету как путем изготовления карточки с образцами подписей и печатей, так и путем получения электронного ключа для доступа к сервису «Банк-Клиент» не получала.

Суд не принял в качестве надлежащего доказательства представленный ФИО5 акт о приеме - передаче дел при смене директора от 18.09.2019 поскольку из его содержания, невозможно определить, какие конкретно документы переданы вновь назначенному директору должника, формальное указание в акте на передачу документов без их идентифицирующих признаков (точное наименование документа, дата документа, количество листов, указание на оригинальность документа и др.) не соответствует поведению добросовестного руководителя.

Как верно указал суд, составление акта от 18.09.2019, как и смена учредителя и руководителя должника с одновременным прекращением всей хозяйственной деятельности последнего, очевидно, носили формальный характер и были направлены на формальную смену контролирующего ООО «СК «Свой Дом» лица.

Являясь генеральным директором должника и его единственным учредителем с сентября 2019 года, ФИО6 какой-либо деятельности по руководству должником не осуществляла. Ответчик данное обстоятельство никак не опроверг.

Кроме того, суд отметил, что осуществление фактического руководства ООО «СК «Свой Дом» ФИО5 и не передачи ФИО6 документов в отношении должника установлен определением от 18.11.2021 по обособленному спору №А56-9131/2021/истр.1, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.02.2022 и постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 20.05.2022.

С учетом изложенного, суд пришел к верному выводу, что контролирующим лицом должника является ФИО5

ФИО5 продолжает позиционировать себя генеральным директором должника, что подтверждается сведениями на официальном Интернет-сайте должника. 

В силу пункта 1 статьи 129 Закона о банкротстве с даты утверждения конкурсного управляющего до даты прекращения производства по делу о банкротстве, или заключения мирового соглашения, или отстранения конкурсного управляющего он осуществляет полномочия руководителя должника и иных органов управления должника в пределах, в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Федеральным законом.

Руководитель должника в течение 3 дней с даты утверждения конкурсного управляющего, обязан передать конкурсному управляющему бухгалтерскую и иную документацию должника, печати, штампы, материальные и иные ценности (абзац 2 пункта 2 статьи 129 Закона о банкротстве).

Данные нормы носят специальный характер и закрепляют обязанность руководителя должника в установленный срок вне зависимости от поступления либо не поступления соответствующего запроса предоставить управляющему перечисленные документы и материальные ценности.

Ответственным за передачу документации должника является то лицо, которое на момент признания должника банкротом и открытия конкурсного производства являлось руководителем должника.

Наличие документов бухгалтерского учёта и (или) отчётности у руководителя должника предполагается и является обязательным требованием закона, законодательством о бухгалтерском учёте предусмотрена обязанность по восстановлению утраченных документов и руководитель должника обязан доказывать наличие уважительных причин непредставления документации, при этом невыполнение требования о предоставлении первичных бухгалтерских документов или отчетности приравнивается к их отсутствию.

Не передача документации должника может служить основанием для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника (глава 3.2 Закона о банкротстве).

В рамках обособленного спора №А56-9131/2021/истр.1 арбитражным судом установлен факт неисполнения ФИО5 обязанности по передачи документации должника.

Ответчик не представил в материалы дела доказательств исполнения обязанности по передаче конкурсному  управляющему документов бухгалтерского учета и (или) отчетности, материальных и иных ценностей, имущества должника.

Доказательств наличия объективных причин, по которым передача документации невозможна, в материалы дела не представлено. 

Судом первой инстанции на основании бухгалтерского баланса установлено, что у должника имелись активы, которые находятся в ведении ответчика.

Следовательно, отсутствие первичных бухгалтерских и иных финансовых документов лишило конкурсного управляющего возможности в полном объеме проинвентаризировать имущество, имущественные права, дебиторскую задолженность и денежные обязательства должника с целью их оценки и продажи для погашения требований кредиторов, сформировать конкурсную массу должника, в том числе, путем предъявления к третьим лицам исков о взыскании долга, исполнении обязательств, возврате имущества должника из чужого незаконного владения и оспаривания сделок должника.

Кроме того, конкурсный управляющий указал на то, что ФИО5 допускал искажение бухгалтерской отчетности.

Согласно материалам гражданского дела №2-3033/2020, рассмотренного в Выборгском районном суде Санкт-Петербурга, в кассу должника наличными средства в период с 22.01.2018 по 30.11.2018 внесены денежные средства в сумме 5 373 400 руб.

Указанные платежи в 2018 году не отражены в бухгалтерской отчетности. На расчетный счет должника денежные средства руководителем не внесены.

Кроме того, ФИО5 в Банк ПАО «Санкт-Петербург» представлен баланс за 2018 год, отличный от представленного в Межрайонную инспекцию Федеральной налоговой службы №17 по Санкт-Петербургу.

Согласно выписке единственный доход, отражённый в бухгалтерской отчётности, представляет собой поступление 03.07.2018 на расчётный счёт денежных средств в размере 3 680 350 руб. от ФИО7

В 2019 году на расчётный счёт должника вносились займы от ФИО5, тогда как в налоговый орган представлена «нулевая» бухгалтерская отчётность.

В 2020 году на расчетный счет должника поступили денежные средства в размере 50 000 руб. от ФИО8 и 25 000 руб. от ФИО5 В материалах гражданского дела №2-5214/2021, рассматриваемого в Выборгском районном суде Санкт-Петербурга, содержатся квитанции к приходному кассовому ордеру на общую сумму 696 000 руб., принятые ФИО5

Между тем, бухгалтерская отчётность за 2020 год в налоговый орган не представлена.

Названные обстоятельства ответчиком не оспорены. 

Апелляционный суд соглашается с позицией суда о том, что конкурсный управляющий в достаточной степени обосновал наличие существенных затруднений в проведении в отношении общества процедуры конкурсного производства, обусловленных отсутствием документации должника.

Учитывая изложенное, в рассматриваемом случае имеется причинно-следственная связь между отсутствием документации должника и невозможностью осуществления расчётов с кредиторами.

Конкурсным управляющим также заявлено требование о привлечении ФИО5 к субсидиарной ответственности за неисполнение обязанности по подаче заявления в арбитражный суд о признании должника банкротом.

Статьёй 9 Закона о банкротстве предусмотрено, что руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд, в том числе в случае, если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества. 

При этом пунктом 2 статьи 9 Закона банкротстве установлено, что заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 статьи 9 закона №127-ФЗ, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

По смыслу абзаца шестого пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве обязанность руководителя обратиться с заявлением должника возникает в момент, когда находящийся в сходных обстоятельствах добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был узнать о действительном возникновении признаков неплатежеспособности либо недостаточности имущества должника, в том числе по причине просрочки в исполнении обязательств перед контрагентами.

Пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве закреплено, что неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 Закона о банкротстве, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых Законом о банкротстве возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

Размер ответственности в соответствии с настоящим пунктом равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2-4 статьи 9 Закона о банкротстве, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признания должника банкротом) (пункт 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве).

Согласно правовой позиции, отражённой в пункте 2 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №2 за 2016 год, утверждённого Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 06.07.2016, в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о признании должника банкротом входит установление следующих обстоятельств: возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве; момент возникновения данного условия; факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Недоказанность хотя бы одного из названных обстоятельств влечёт отказ в удовлетворении заявления. 

В силу пункта 9 постановления №53 обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Как указано в определении Судебной коллегии по экономическим спорам ВС РФ от 07.12.2015 №307-ЭС15-5270, невыполнение руководителем требований закона об обращении в арбитражный суд с заявлением должника влечет неразумное и недобросовестное принятие дополнительных долговых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов и, как следствие, убытки для них. В этом случае одним из правовых механизмов, обеспечивающих удовлетворение требований таких кредиторов при недостаточности конкурсной массы, является возможность привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Для целей разрешения вопроса о привлечении бывшего руководителя к ответственности по данному основанию установление момента подачи заявления о банкротстве должника приобретает существенное значение, учитывая, что момент возникновения такой обязанности в каждом конкретном случае определяется моментом осознания руководителем критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов.

В связи с этим в процессе рассмотрения такого рода заявлений, помимо прочего, необходимо учитывать режим и специфику деятельности должника, а также то, что финансовые трудности в определенный период могут быть вызваны преодолимыми временными обстоятельствами. Сами по себе кратковременные и устранимые, в том числе своевременными эффективными действиями руководителя затруднения, не могут рассматриваться как безусловное доказательство возникновения необходимости обращения последнего в суд с заявлением о банкротстве.

Как установлено судом первой инстанции, вступившим в законную силу заочным решением Выборгского районного суда Санкт-Петербурга от 17.08.2020 удовлетворены исковые требования ФИО3 о взыскании с ООО «СК «Свой Дом» денежных средств в размере                11 291 194,28 руб. по договору подряда от 22.01.2018 №192.

Исходя из бухгалтерских балансов должника, у ООО «СК «Свой Дом» отсутствовала возможность удовлетворить требования кредитора ФИО3 Денежные средства на счетах должника также отсутствовали.

Соответственно, у ФИО5 возникла обязанность по подаче заявления о банкротстве ООО СК «Свой Дом» не позднее 17.10.2020  (пункт 2 статьи 9 Закона о банкротстве).

Однако ФИО5 с соответствующим заявлением в арбитражный суд не обратился, а осуществил перевод ответственности по обязательствам на номинальное лицо, при этом фактически сохранив за собой контроль за деятельностью должника.

Суд первой инстанции установил, что после образования задолженности перед кредитором ФИО3, ООО «СК «Свой Дом» продолжало осуществлять деятельность под руководством ФИО5 и наращивать задолженность.

Так, 29.06.2020 ООО «СК «Свой Дом» заключило договор подряда с ФИО9, работы в установленный срок не завершило, в связи с чем, 23.03.2021  ФИО9 обратился в Выборгский районный суд Санкт-Петербурга с исковым заявлением о взыскании 781 800 руб.

В данном случае судебным актом установлен факт договорных отношений.

Определением арбитражного суда от 05.05.2022 требование ФИО9 в размере 781 800 руб. признано обоснованным и подлежащим удовлетворению за счет имущества общества с ограниченной ответственностью «СК «Свой Дом», оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов должника.

При таком положении суд первой инстанции пришёл к верному выводу о том, что ФИО5 не исполнена обязанность по подаче заявления о признании должника несостоятельным (банкротом), что является основанием для привлечения к субсидиарной ответственности по названному основанию.

Кроме того, конкурсный управляющий просил привлечь ответчика к ответственности на основании пункта 5 части 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве за внесение в Единый государственный реестр юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) недостоверных сведений о юридическом лице.

В обоснование данного довода конкурсный управляющий указал, что 11.12.2019 регистрирующим органом в ЕГРЮЛ внесена запись за ГРН 8197848478083 о недостоверности сведений о юридическом лице.

В соответствии с подпунктом 5 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если на дату возбуждения дела о банкротстве не внесены подлежащие обязательному внесению в соответствии с федеральным законом сведения либо внесены недостоверные сведения о юридическом лице: в единый государственный реестр юридических лиц на основании представленных таким юридическим лицом документов; в Единый федеральный реестр сведений о фактах деятельности юридических лиц в части сведений, обязанность по внесению которых возложена на юридическое лицо.

Согласно взаимосвязанным положениям подпункта 5 пункта 2 пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве в ходе рассмотрения вопроса о применении презумпции, касающейся невнесения информации в единый государственный реестр юридических лиц или единый федеральный реестр сведений о фактах деятельности юридических лиц (либо внесения в эти реестры недостоверной информации), заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие соответствующей информации (либо наличие в реестре недостоверной информации) повлияло на проведение процедур банкротства. Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, в частности, что выявленные недостатки не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства (пункт 25 Постановления № 53).

Поскольку конкурсным управляющим в материалы дела не представлено доказательств, свидетельствующих о том, каким образом отсутствие соответствующей информации (либо наличие в реестре недостоверной информации) повлияло на проведение, невозможность проведения процедуры банкротства в отношении должника, суд первой инстанции обоснованно  отказал в удовлетворении заявления в части привлечения ответчика к субсидиарной ответственности на основании пункта 5 части 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

При таком положении суд обоснованно констатировал наличие оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности за не передачу документов и имущества должника, а также не обращение в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом и приостановил производство по заявлению в части определения размера субсидиарной ответственности до момента формирования конкурсной массы и окончания расчётов с кредиторами.

Иные доводы, приведённые в апелляционной жалобе, проверены апелляционным судом и отклонены как не влияющие на правильность выводов суда по существу спора.

Учитывая изложенное, суд апелляционной инстанции считает, что в апелляционной жалобе не содержится доводов, которым судом первой инстанции не была дана надлежащая оценка, судебный акт как законный и обоснованный отмене или изменению не подлежит.

Руководствуясь статьями 269-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 19.05.2022 по делу № А56-9131/2021/суб. оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий

Н.А. Морозова

 

Судьи

 

И.Н. Бармина

 

Е.В. Бударина