Четвертый арбитражный апелляционный суд улица Ленина, дом 145, Чита, 672007, http://4aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А19-21435/2019

г. Чита

10 мая 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 2 мая 2023 года Полный текст постановления изготовлен 10 мая 2023 года 

Четвертый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Гречаниченко А.В., судей Кайдаш Н.И., Луценко О.А., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания  ФИО1,  

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Иркутской области от 16 февраля  2023 года по делу № А19-21435/2019 по заявлению конкурсного управляющего общества  с ограниченной ответственностью «Управляющая компания» ФИО3 о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности  по обязательствам должника,  

в деле по заявлению акционерного общества работников народное предприятие  «Концессия-Илим» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>; адрес: 666660,  

<

...>) о  признании общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания»  (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>; адрес: 666660, 

<

...>) несостоятельным  (банкротом),  

лица, участвующие в деле, в судебном заседании отсутствуют, уведомлены, установил: 

определением Арбитражного суда Иркутской области от 01.06.2019 в отношении  Общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания» введена  

процедура банкротства – наблюдение, временным управляющим утвержден арбитражный  управляющий ФИО3.  

Решением Арбитражного суда Иркутской области от 01.02.2021 ООО  «Управляющая компания» признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное  производство, конкурсным управляющим утвержден арбитражный управляющий  ФИО3  

23.12.2021 конкурсный управляющий обратился с заявлением о привлечении  ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.  

Определением Арбитражного суда Иркутской области от 16.02.2023 признано  доказанным наличие оснований для привлечения Пикуля А.П. к субсидиарной  ответственности по обязательствам должника за невозможность полного погашения  требований кредиторов, производство по рассмотрению заявления приостановлено до  окончания расчетов с кредиторами.  

Не согласившись с принятым судебным актом по делу, ФИО2 обратился в  суд апелляционной инстанции с жалобой, просит отменить определение, ссылаясь на  недостоверность показателей стоимости чистых активов общества, приводимых  конкурсным управляющим; на связь между неудовлетворительным финансовым  состоянием должника с недобросовестными действиями конкурсного кредитора - АО  РНП «Концессия-Илим», в результате которых должник лишился возможности  осуществлять и получать доход от основной деятельности – управление МКД; на наличие  признаков злоупотребления право со стороны конкурсного управляющего; на то, что  совершенные Пикулем А.П. сделки не повлекли уменьшение имущества ООО  «Управляющая компания» и имущественного вреда кредиторам не причинили; на то, что  приговор по уголовному делу не влечет гражданско-правовых последствий; на  направление документов связанных с деятельностью ООО «Управляющая компания»  арбитражному управляющему ФИО3 почтой 08.07.2021 и отсутствие у него  иных документов.  

В возражении на апелляционную жалобу конкурсный управляющий ООО  «Управляющая компания» ФИО3 просит в удовлетворении  апелляционной жалобы отказать, оставить определение суда первой инстанции без  изменения.  

В судебное заседание в Четвертый арбитражный апелляционный суд лица,  участвующие в деле, не явились, о времени и месте судебного заседания извещены  надлежащим образом. Кроме того, они извещались о судебных заседаниях по данному  

делу судом первой инстанции, соответственно, были осведомлены о начавшемся  процессе.  

В порядке статей 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации (АПК РФ) апелляционная жалоба рассматривается в отсутствие не явившихся  лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте  рассмотрения дела.  

Дело рассмотрено в порядке главы 34 АПК РФ, предусматривающей пределы и  полномочия апелляционной инстанции.  

Рассмотрев доводы лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела и  проверив соблюдение судом первой инстанции норм материального и процессуального  права, суд апелляционной инстанции установил следующие обстоятельства и пришел к  следующим выводам.  

В соответствии с пунктом 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ  рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, поданных с  01.07.2017, производится по правилам Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О  несостоятельности (банкротстве)» в редакции изменений, внесенных Федеральным  законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ.  

До даты вступления в силу Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ  (30.07.2017) вопросы о привлечении контролирующих должника лиц регламентировались  положениями статьи 10 Федерального закона от 26.10.2002г. № 127-ФЗ «О  несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).  

Требование конкурсного управляющего ООО «Управляющая компания»  предъявлено в Арбитражный суд Иркутской области 22.12.2021.  

Исходя из правила действия закона во времени, Постановлений Конституционного  Суда Российской Федерации от 22.04.2014 № 12-П и от 15.02.2016 № 3-П, в целях  привлечения лица к субсидиарной ответственности применяются материально-правовые  нормы, действовавшие в тот период времени, когда виновные действия были совершены  таким лицом. При этом нормы процессуального права применяются в редакции,  действующей на момент рассмотрения данного заявления.  

Таким образом, обоснованным является вывод суда первой инстанции о  рассмотрении заявления конкурсного управляющего должника по правилам главы III.2  Закона о банкротстве.  

Согласно пункту 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, под контролирующим  должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее  не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а  

также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании  должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или  возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению  сделок и определению их условий.  

Пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим  должника, если это лицо: являлось руководителем должника или управляющей  организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором  должника, членом ликвидационной комиссии (подпункт 1 пункта 4 статьи 61.10 Закона о  банкротстве); имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами  распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного  общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной  (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании  участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя  должника (подпункт 2 пункта 4 статьи 61.10 Федерального закона от 26.10.2002г. № 127- ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»).  

Согласно статье 2 Закона о банкротстве руководителем должника признается  единоличный исполнительный орган юридического лица или руководитель  коллегиального исполнительного органа, а также иное лицо, осуществляющее в  соответствии с федеральным законом деятельность от имени юридического лица без  доверенности.  

До даты признания должника несостоятельным (банкротом) и утверждения  конкурсного управляющего руководителем (генеральным директором), а также  единственным участником (учредителем) должника являлся ФИО2  

Доказательства прекращения полномочий Пикуля А.П. как руководителя должника  до признания должника несостоятельным (банкротом) и утверждения конкурсного  управляющего в материалах дела отсутствуют.  

Соответственно, ФИО2 являлся контролирующим должника лицом. 

Нормы о субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц были  определены законодателем в разное время следующими положениями: статья 10 Закона о  банкротстве в редакции Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ (действует по  отношению к нарушениям, совершенным в период с 05.06.2009 по 29.06.2013); статья 10  Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-Ф3 (действует  по отношению к нарушениям, совершенным с 30.06.2013 по 29.07.2017); глава III.2 Закона  о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ (действует по  отношению к нарушениям, совершенным с 30.07.2017).  

1. В обоснование своих требований о привлечении Пикуля А.П. к субсидиарной  ответственности по пункту 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве конкурсный управляющий  указал на то, что чистые активы должника по итогам 2016, 2017 и 2018 годов находились  в отрицательном значении, в то время как руководитель должника не принимал решение  об увеличении стоимости чистых активов до размера уставного капитала юридического  лица либо о ликвидации предприятия. Кроме того, указывает, что в условиях  отрицательного значения показателя стоимости чистых активов предприятия на  протяжении трех лет ФИО2 обязан был внести соответствующую информацию в  Единый федеральный реестр о фактах деятельности юридических лиц.  

Пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве предусмотрено, что если полное  погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия  контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по  обязательствам должника.  

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 16 Постановления Пленума  Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах,  связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при  банкротстве», под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к  невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Федерального закона от  26.10.2002г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)») следует понимать такие  действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника,  то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.  

Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего  лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между  названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным  банкротством.  

Оснований для привлечения бывшего руководителя должника к субсидиарной  ответственности по указанному основанию не установлено.  

Суд первой инстанции, руководствуясь положениями пункта 2 статьи 61 ГК РФ,  пункта 4 статьи 30 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с  ограниченной ответственностью», обоснованно указал, что невыполнение обязанностей,  предусмотренных пунктом 4 статьи 90 ГК РФ и пунктом 4 статьи 30 Закона об обществах  с ограниченной ответственностью, в том числе непринятие решения о ликвидации  юридического лица, не может само по себе расцениваться как бездействие по доведению  должника до банкротства, повлекшее невозможность полного погашения требований  кредиторов. Оснований полагать, что увеличение, как того требует пункт 4 статьи 90 ГК  

РФ, стоимости чистых активов должника до размера его уставного капитала, который  согласно данным ЕГРЮЛ составляет 10 000 рублей, позволило бы должнику избежать  банкротства, не имеется. Принятие решения о ликвидации ООО «Управляющая  компания» не явилось бы препятствием для дальнейшего роста задолженности общества.  Кроме того, не исключено банкротство общества как ликвидируемого должника,  стоимость имущества которого недостаточна для удовлетворения требований кредиторов.  

В соответствии с подпунктом 5 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не  доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов  невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица,  если на дату возбуждения дела о банкротстве не внесены подлежащие обязательному  внесению в соответствии с федеральным законом сведения либо внесены недостоверные  сведения о юридическом лице: в единый государственный реестр юридических лиц на  основании представленных таким юридическим лицом документов; в Единый  федеральный реестр сведений о фактах деятельности юридических лиц в части сведений,  обязанность по внесению которых возложена на юридическое лицо.  

Руководствуясь подпунктом «л» пункта 7 статьи 7.1 Федерального закона от  08.08.2001г. № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и  индивидуальных предпринимателей», пунктом 25 Постановления Пленума Верховного  Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с  привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», суд  первой инстанции обосновано указал на необходимость доказывания заявителем того, как  отсутствие соответствующей информации (либо наличие в реестре недостоверной  информации) повлияло на проведение процедур банкротства.  

В рассматриваемом случае конкурсный управляющий не доказал взаимосвязь  факта отсутствия в ЕГРЮЛ информации о стоимости чистых активов должника и  затруднениями в проведении процедур банкротства; доказательств, позволяющих суду  сделать вывод о том, что выявленные недостатки привели к существенному затруднению  проведения процедур банкротства, а также доказательств того, что бездействие  Пикуля А.П. ввело в заблуждение кредиторов должника и привело к принятию  несостоятельным должником дополнительных долговых обязательств при неисполнении  существующих, не имеется. Неисполнение обязанности по подаче заявления должника в  арбитражный суд Пикулю А.П. заявителем не вменяется.  

Кроме того, прямая причинно-следственная связь между бездействием Пикуля А.П.  в указанной выше части и наступившими последствиями в виде банкротства общества, а  также невозможности погашения требований его кредиторов также не доказана.  

2. В обоснование требований о привлечении Пикуля А.П. к субсидиарной  ответственности по пункту 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве (ввиду непередачи  документов) конкурсный управляющий указал, что ФИО2 до настоящего времени  не передал конкурсному управляющему документы бухгалтерского учета и отчетности,  договоры с контрагентами, иную первичную документацию, расшифровку кредиторской и  дебиторской задолженности.  

Обязанность ведения бухгалтерского учета, обеспечения сохранности первичной  документации, на основании которой ведется такой учет и сдается отчетность,  установлена положениями Федерального закона от 06.12.2011г. № 402-ФЗ «О  бухгалтерском учете» (статьи 6, 7, 9, 29), а также статьи 50 Закона об обществах с  ограниченной ответственностью».  

В силу положений пункта 3.2 статьи 64 Закона о банкротстве руководитель  должника не позднее пятнадцати дней с даты утверждения временного управляющего  обязан предоставить временному управляющему и направить в арбитражный суд  перечень имущества должника, в том числе имущественных прав, а также бухгалтерские и  иные документы, отражающие экономическую деятельность должника за три года до  введения наблюдения; ежемесячно руководитель должника обязан информировать  временного управляющего об изменениях в составе имущества должника.  

Кроме того, пунктом 2 статьи 126 Закона о банкротстве установлено, что с даты  принятия арбитражным судом решения о признании должника банкротом и об открытии  конкурсного производства полномочия руководителя должника прекращаются.  Руководитель должника в течение трех дней с даты утверждения конкурсного  управляющего обязан обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации  должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному  управляющему.  

В случае уклонения от указанной обязанности руководитель должника несет  ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.  

Определением от 26.10.2020 по настоящему делу арбитражный суд обязал Пикуля  А.П. в срок до 10.11.2020 передать временному управляющему ООО «Управляющая  компания» надлежащим образом заверенные копии документов должника согласно  запрашиваемому перечню. На принудительное исполнение вышеуказанного определения  выдан исполнительный лист.  

Возражая относительно доводов конкурсного управляющего в рассматриваемой  части, ФИО2 указал, что документы, связанные с деятельностью должника,  

направлены Пикулем А.П. ФИО3 посредством почты 08.07.2021, аналогичный  довод содержится и в апелляционной жалобе.  

Вместе с тем из содержания представленной Пикулем А.П. описи вложения в  ценное письмо следует, что фактически бывший руководитель должника направил в адрес  конкурсного управляющего лишь незначительный объем документации должника,  связанной, в частности, с созданием юридического лица, и датированной периодом с 2013  по 2015 годы.  

Доказательств передачи документов первичного бухгалтерского учета и  бухгалтерской отчетности, расшифровки кредиторской и дебиторской задолженности,  договоров, соглашений, контрактов, заключенных предприятием с контрагентами, ФИО2 не представил.  

Определением Арбитражного суда Иркутской области от 19.10.2021 по  настоящему делу на Пикуля А.П. наложен судебный штраф за неисполнение определения  от 26.10.2020; решением Арбитражного суда Иркутской области от 28.01.2022 по делу   № А19-23237/2021 ФИО2 привлечен к административной ответственности,  предусмотренной частью 4 статьи 14.13 КоАП РФ с назначением наказания в виде  административного штрафа.  

Таким образом, факт неисполнения Пикулем А.П. обязанности по передаче  арбитражному управляющему бухгалтерской и иной документации должника установлен  вступившими в законную силу судебными актами.  

Длительное бездействие в части передачи истребуемой конкурсным управляющим  документации должника очевидно препятствует исполнению конкурсным управляющим  своих полномочий. Так, конкурсный управляющий указал на то, что отсутствие  расшифровки внеоборотных активов, запасов, дебиторской задолженности не позволяет  надлежащим образом проводить мероприятия конкурсного производства, затрудняет  формирование конкурсной массы должника; бухгалтерская отчетность за 2018-2019 годы  в налоговый орган не представлялась, арбитражному управляющему регистры  бухгалтерского и налогового учета не передавались; отраженная в последнем  бухгалтерском балансе должника дебиторская задолженность по состоянию на 31.12.2017  представляется нереальной к взысканию, поскольку подтверждающие ее первичные  документы не предоставлены.  

Документальных доказательств отсутствия реальной возможности передать  конкурсному управляющему документы первичного бухгалтерского учета и  бухгалтерской отчетности, расшифровки кредиторской и дебиторской задолженности,  договоры, соглашения, контракты, заключенных предприятием с контрагентами,  

ФИО2 не представил; ссылок на утрату документов и соответственно – на принятие  мер к их восстановлению Пикулем А.П. не приведено  

Отсутствие документов бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по  ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской  Федерации, к моменту принятия решения о признании должника банкротом, безусловно,  существенно затрудняет проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве,  нарушает права и законные интересы лиц, участвующих в деле о банкротстве, поскольку  препятствует реализации возможности пополнить конкурсную массу должника путем  предъявления к третьим лицам исков о взыскании долга, об исполнении обязательств и об  оспаривании сделок, а также необоснованно увеличивает срок конкурсного производства.  

При указанных выше обстоятельствах суд первой инстанции пришел к  обоснованному выводу о наличии предусмотренных статьей 61.11 Закона о банкротстве  оснований для привлечения Пикуля А.П. к субсидиарной ответственности за деяние,  выразившееся в уклонении от передачи конкурсному управляющему бухгалтерской и  иной документации должника, что существенно затрудняет проведение процедур,  применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование конкурсной массы.  

3. В обоснование требований о привлечении Пикуля А.П. к субсидиарной  ответственности по подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве конкурсный  управляющий указал, что в период исполнения Пикулем А.П. полномочий руководителя  должника последним совершен ряд сделок, которые повлекли за собой банкротство  предприятия и невозможность полного погашения требований его кредиторов.  

В силу подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано  иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно  вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, в случае  причинения существенного вреда имущественным правам кредиторов в результате  совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или  нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая  сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 вышеназванного Федерального закона.  

Подпунктом 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве установлено, что  контролирующее должника лицо несет субсидиарную ответственность также в случае,  если должник стал отвечать признакам неплатежеспособности не вследствие действий и  (или) бездействия контролирующего должника лица, однако после этого оно совершило  действия и (или) бездействие, существенно ухудшившие финансовое положение  должника.  

Арбитражным судом в рамках рассмотрения настоящего дела о банкротстве  признана недействительно сделка - соглашение об отступном путем цессии, заключенное  30.01.2020 между должником и ООО «Карусель», признано недействительным,  применены последствия недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу  должника права требования от АО «Концессия-Илим» уплаты задолженности в размере  5 963 753,84 руб., взысканной решением Арбитражного суда Иркутской области от  15.08.2019 по делу № А19-23958/2018.  

В рамках рассмотрения названного спора установлено, что задолженность в  указанной сумме была взыскана с акционерного общества работников народного  предприятия «Концессия Илим» (далее – АО «Концессия Илим») в пользу должника  указанным решением суда, после чего, 30.01.2020 (в период проведения процедуры  наблюдения в отношении ООО «Управляющая компания»), право требования этого долга  было передано обществом «Управляющая компания» в лице Пикуля А.П. обществу  «Карусель» как отступное, и определением от 27.05.2020 по делу № А19-23958/2018 истец  – ООО «Управляющая компания» был заменен на правопреемника – ООО «Карусель».  Вместе с тем, в рамках рассмотрения обособленного спора об оспаривании сделки судом  установлены, как взаимосвязь обществ «Управляющая компания» и «Карусель», так и  отсутствие встречной задолженности ООО «Управляющая компания» перед ООО  «Карусель», и соответственно – отсутствие оснований для заключения соглашения об  отступном между этими двумя обществами. Сделка была признана недействительной.  

К моменту признания указанной выше сделки недействительной АО «Концессия- Илим» находилось в процедуре банкротства и, вне зависимости от включения требования  ООО «Управляющая компания» в третью очередь реестра требований кредиторов,  произвести взыскание с него задолженности либо зачет встречных однородных  требований не представилось возможным.  

Таким образом, установлено, что после возбуждения в отношении ООО  «Управляющая компания» дела о несостоятельности (банкротстве) его руководитель  ФИО2 предпринимал меры, направленные на передачу активов должника  аффилированному лицу – ООО «Карусель» на безвозмездной основе.  

Кроме того, установлено, что ранее ООО «Управляющая компания» принадлежало  следующее недвижимое имущество: нежилое здание центральной̆ котельной̆, площадью  938,6 кв.м, расположенное по адресу: Иркутская обл., Усть-Илимский р-н, р.п.  Железнодорожный, мкр. Вокзальный, 1-В, кадастровый номер 38:17:010114:56 (дата  государственной регистрации прекращения права 26.12.2018г.); нежилое здание (цех по  розливу напитков), площадью 1 384 кв.м, расположенное по адресу: Иркутская обл., г.  

Усть-Илимск, п-д Коммунальный, 15, кадастровый номер38:32:000000:1190 (дата  государственной регистрации прекращения права 27.12.2018).  

Какое-либо иное ликвидное имущество, необходимое для осуществления  хозяйственной деятельности, у ООО «Управляющая компания» отсутствует.  

Названное недвижимое имущество было внесено в уставный капитал общества  «Ресурс» зарегистрированного в качестве юридического лица 28.09.2018. В результате  чего размер и номинальная стоимость долей учредителей в уставном капитале общества  «Ресурс» следующая: ФИО2 – 10 000 рублей (внесено наличными денежными  средствами), что составляет 1/10301 уставного капитала; ООО «Управляющая компания»  103 000 000 рублей, что составляет 10300/10301 уставного капитала (внесено названным  недвижимым имуществом). Экономический смысл изъятия недвижимого имущества из  одной подконтрольной организации и передачи его в другую Пикулем А.П. не раскрыт.  

Названные сделки по передаче недвижимости признаны недействительным  определением суда от 15.01.2023 по настоящему делу, применены последствия в виде  возврата имущества в конкурсную массу (определения находятся на стадии  апелляционного пересмотра).  

В результате совершения рассматриваемой сделки изъяты основные активы ООО  «Управляющая компания»; должник лишился стабильного источника дохода – платы за  пользование зданием котельной в размере около 300 тысяч рублей в месяц, что  подтверждается решениями Арбитражного суда Иркутской области от 19.12.2017 по делу   № А19-6131/2017, от 15.08.2019 по делу № А19-23958/2018.  

Согласно расчету конкурсного управляющего, в результате передачи здания  котельной обществу «Ресурс» должник утратил возможность получить плату за ее  использование в период с 25.09.2018 по 26.01.2021 (дата открытия конкурсного  производства) в размере около восьми миллионов рублей. Соответствующая сумма  позволила бы погасить значительную часть реестра требований кредиторов Общества с  ограниченной ответственностью «Управляющая компания».  

Суд первой инстанции обоснованно указал, что в ситуации, когда  рассматриваемым способом изымаются основные активы организации, находящейся в  предбанкротном состоянии, истинные мотивы контролирующего должника лица  заключаются не в совершении хозяйственных операций с целью извлечения организацией  будущей прибыли в рамках обычного делового риска, а в сохранении таких активов за  собой и недопущении включения их в конкурсную массу, в случае признании  организации банкротом.  

Как отмечено в пункте 23 Постановления Пленума Верховного Суда Российской  

Федерации от 21.12.2017г. № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением  контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», согласно подпункту  1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в  результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему  лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу  таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него  (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся  существенно убыточными. Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка  существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана, в  том числе, сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в  худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в  результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять  одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее  весомый доход.  

Рассматриваемая сделка по передаче недвижимого имущества в уставный капитал  общества «Ресурс» не только существенно ухудшила финансовое и имущественное  положение должника, но и не позволила должнику продолжать осуществление  хозяйственной деятельности, привела к невозможности полного погашения требований  кредиторов.  

Более того, 28.12.2018 ООО «Ресурс» (арендодатель) в лице генерального  директора Пикуля А.П. и ООО «Управляющая компания» (арендатор) в лице  генерального директора Пикуля А.П. заключили договор аренды нежилого здания  площадью 1 384 кв.м, расположенное по адресу: 

<

...>, кадастровый номер 38:32:000000:1190 с установлением арендной  платы в размере 10 000 рублей.  

Таким образом, ФИО2 своими последующими действиями также допустил  наращивание кредиторской задолженности предприятия.  

Создание Пикулем А.П. во внутрикорпоративной группе убыточного центра –  ООО «Управляющая компания» и центра, где временно сосредоточены все ликвидные  активы – ООО «Ресурс» указывает на организацию Пикулем А.П. такой бизнес-модели,  при которой заведомо определенные организации, позиционируемые как «убыточные  центры» будут заниматься накоплением значительной долговой нагрузки перед  независимыми кредиторами с периодическим направлением их в процедуру банкротства  для списания долгов, а организации, не имеющие существенных долгов, будут сохранять  ликвидное имущество, принадлежащее такой группе. Подобную деятельность нельзя  

признать добросовестной, поскольку она причиняет вред независимым кредиторам и  создает для корпоративной группы необоснованные преимущества, которые ни один  участник соответствующего рынка, находящийся в схожих условиях, не имел бы.  

В целях последующего вывода ликвидных активов ФИО2 предпринимал  попытки к дальнейшему отчуждению имущества. Так, 15.04.2019 ООО «Ресурс» в лице  генерального директора Пикуля А.П. и ФИО4 заключили договор займа, по условиям  которого ООО «Ресурс» получило от ФИО4 в заем 3 000 000 рублей, а в целях  обеспечения надлежащего исполнения своих обязательств по возврату суммы займа  заемщик ООО «Ресурс» предоставило в залог принадлежащее ему нежилое здание  площадью 1 384 кв.м, расположенное по адресу: 

<

...>, кадастровый номер 38:32:000000:1190.  

Решением Усть-Илимского городского суда Иркутской области от 25.01.2021 по  гражданскому делу № 2-4/2021 удовлетворено исковое заявление ФИО4 о  взыскании с ООО «Ресурс» задолженности по договору займа от 15.04.2019 и об  обращения взыскания на заложенное имущество.  

Апелляционным определением Иркутского областного суда от 03.06.2021 по делу   № 33-3376/2021, оставленным без изменения определением Восьмого кассационного суда  общей юрисдикции от 20.10.2021, решение Усть-Илимского городского суда Иркутской  области от 25.01.2021 по гражданскому делу № 2-4/2021 отменено, в удовлетворении  исковых требований ФИО4 к ООО «Ресурс» отказано. Судом установлено, что  денежные средства на счет ООО «Ресурс» не поступали, нежилое здание является  имуществом, внесенным ООО «Управляющая компания» в уставный капитал ООО  «Ресурс» в период, предшествующий процедуре банкротства; полученные от ФИО4  денежные средства по расписке Пикуля А.П. переданы только для нужд физического  лица, их получившего; денежные средства в распоряжение ООО «Ресурс» не поступали.  

Таким образом, совершение Пикулем А.П. сделок по отчуждению имущества  должника посредством его передачи в уставный капитал ООО «Ресурс» ухудшило  финансовое и имущественное положение должника, не позволило ему продолжать  осуществление хозяйственной деятельности, привело к невозможности полного  погашения требований кредиторов, что, безусловно, нарушает их права и имущественные  интересы.  

Иные действия Пикуля А.П., направленные на отчуждение имущества и  имущественных прав ООО «Управляющая компания», лишь усугубляли положение  должника, приводя к росту диспропорции между стоимостью его активов и размером  обязательств.  

Как отмечено в пункте 17 Постановления Пленума Верховного Суда Российской  Федерации от 21.12.2017г. № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением  контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», по общему правилу,  контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста  диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств,  подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку  презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность  осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на  восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального  погашения всех долговых обязательств в будущем.  

При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу  о наличии предусмотренных пунктом 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве оснований для  привлечения Пикуля А.П. к субсидиарной ответственности за деяние, выразившееся в  причинении существенного вреда имущественным правам кредиторов в результате  совершения должником ряда сделок, направленных на отчуждение принадлежащего ему  имущества и имущественных прав.  

В соответствии с пунктом 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее  должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого невозможно  полностью погасить требования кредиторов, не несет субсидиарной ответственности, если  докажет, что его вина в невозможности полного погашения требований кредиторов  отсутствует.  

Такое лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, если оно  действовало согласно обычным условиям гражданского оборота, добросовестно и разумно  в интересах должника, его учредителей (участников), не нарушая при этом  имущественные права кредиторов, и если докажет, что его действия совершены для  предотвращения еще большего ущерба интересам кредиторов.  

ФИО2 наличие указанных выше обстоятельств не доказал. 

Напротив, установленные выше факты не позволяют признать действия бывшего  руководителя должника добросовестными, разумными и отвечающими интересам  должника.  

Согласно пункту 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве размер субсидиарной  ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру  требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных  после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим  

платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества  должника.  

В то же время, пунктом 7 статьи 61.16 Закона о банкростве установлено, что если  на момент рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по  основанию, предусмотренному статьей 61.11 названного Федерального закона,  невозможно определить размер субсидиарной ответственности, арбитражный суд после  установления всех иных имеющих значение для привлечения к субсидиарной  ответственности фактов выносит определение, содержащее в резолютивной части выводы  о доказанности наличия оснований для привлечения контролирующих должника лиц к  субсидиарной ответственности и о приостановлении рассмотрения этого заявления до  окончания расчетов с кредиторами либо до окончания рассмотрения требований  кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами.  

В рассматриваемом случае мероприятия по формированию конкурсной массы не  окончены, как следствие, расчеты с кредиторами ООО «Управляющая компания» до  настоящего времени не завершены.  

При указанных обстоятельствах в настоящее время определить размер  субсидиарной ответственности Пикуля А.П. не представляется возможным.  

Соответственно, обоснованно признано доказанным наличие оснований для  привлечения Пикуля А.П. к субсидиарной ответственности и в порядке пункта 7 статьи  61.16 Закона о банкротстве приостановлено рассмотрение заявления конкурсного  управляющего до окончания расчетов с кредиторами.  

Доводы апелляционной жалобы оценены апелляционным судом в полном объеме и  отклоняются. Основанием для привлечения Пикуля А.П. к субсидиарной ответственности  являются обстоятельства, изложенные в обжалуемом определении и настоящем  постановлении; ссылки на наличие со стороны АО «Концессия-Илим» недобросовестных  действий в период 2017-2018 гг. не принимаются как недоказанные, также при несогласии  Пикуля А.П. как бывшим руководителем должника с какими-либо действиями в  отношении ООО «Управляющая компания» он был вправе обратиться за защитой своих  прав и законных интересов в установленном порядке, таких сведений не приведено.  

Ссылка на то, что должник получил долю в ООО «Ресурс», тем самым не понес  отрицательных последствий от действий Пикуля А.П., также отклоняются, указанный  довод подлежит оценке и определении размера субсидиарной ответственности.  

Ссылок на приговор суда в обжалуемом решении не содержится. 

Доводы о направлении всех документов арбитражном управляющему также  отклоняются как получившие надлежащую оценку в обжалуемом судебном акте.  

Оснований для отмены или изменения обжалуемого определения не усматривается.  

Настоящее постановление выполнено в форме электронного документа,  подписанного усиленными квалифицированными электронными подписями судей, в связи  с чем направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на  официальном сайте суда в сети «Интернет».  

По ходатайству указанных лиц копии постановления на бумажном носителе могут  быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего  ходатайства заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.  

Лица, участвующие в деле, могут получить информацию о движении дела в  общедоступной базе данных «Картотека арбитражных дел» по электронному адресу:  www.kad.arbitr.ru.  

Руководствуясь статьями 268 – 272 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, Четвёртый арбитражный апелляционный суд  

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда Иркутской области от 16 февраля 2023 года по  делу № А19-21435/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без  удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть  обжаловано в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа в течение одного месяца с  даты принятия путем подачи жалобы через арбитражный суд первой инстанции.  

Председательствующий А.В. Гречаниченко 

Судьи Н.И. Кайдаш  

О.А. Луценко 

 Электронная подпись действительна.

Данные ЭП:Удостоверяющий центр Казначейство России

Дата 12.10.2022 21:05:00 

Кому выдана ЛУЦЕНКО ОКСАНА АНАТОЛЬЕВНАЭлектронная подпись действительна.

Данные ЭП:Удостоверяющий центр Казначейство России Дата 22.02.2023 2:02:00 

Кому выдана КАЙДАШ НАТАЛЬЯ ИВАНОВНАЭлектронная подпись действительна.

Данные ЭП:Удостоверяющий центр Казначейство России Дата 13.06.2022 23:25:00 

Кому выдана ГРЕЧАНИЧЕНКО АЛЕКСАНДРА

ВАДИМОВНА