Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа

ул. Чкалова, дом 14, Иркутск, 664025, www.fasvso.arbitr.ru

тел./факс (3952) 210-170, 210-172

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А19-27148/2019

31 мая 2023 года

город Иркутск

 

Резолютивная часть постановления объявлена 24 мая 2023 года.

Полный текст постановления изготовлен 31 мая 2023 года.

 

Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа в составе:

председательствующего Николиной О.А.,

судей:   Белоглазовой Е.В., Палащенко И.И.,

при участии в судебном заседании представителей:

ФИО1 - ФИО2 (паспорт, доверенность от 28.09.2022),

ФИО3 - ФИО4 (паспорт, доверенность от 20.08.2021),

публичного акционерного общества «Промсвязьбанк» - Гайдара Е.В. (паспорт, доверенность от 06.07.2022),

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего акционерного общества «Деловой центр Сибирь» ФИО5 на определение Арбитражного суда Иркутской области от 17 ноября 2022 года по делу № А19-27148/2019, постановление Четвёртого арбитражного апелляционного суда от 21 февраля 2023 года  по тому же делу,

установил:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) акционерного общества «Деловой центр Сибирь» (далее - АО «Деловой центр Сибирь», должник) конкурсный управляющий ФИО6 обратился в Арбитражный суд Иркутской области с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), о привлечении солидарно ФИО3 (далее - ФИО3) и ФИО1 (далее - ФИО1) к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Определением Арбитражного суда Иркутской области от 17 ноября 2022 года, оставленным без изменения постановлением Четвёртого арбитражного апелляционного суда от 21 февраля 2023 года, в удовлетворении заявления отказано.

Не согласившись с указанными судебными актами, конкурсный управляющий должником ФИО5 обратился в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа с кассационной жалобой, в которой просит их отменить, направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В обоснование доводов жалобы заявитель указывает, что договоры поручительства с кредитными организациями в обеспечение исполнения обязательств ООО «Креста», ООО «Эврика» не являются экономически выгодными, не соответствуют интересам должника и фактически стали причиной его несостоятельности; ответчиками не исполнена обязанность по подаче заявления о признании должника банкротом.

В отзыве на кассационную жалобу ФИО1 по изложенным в ней доводам приводит возражения, полагает судебные акты законными и обоснованными.

В судебном заседании представители ФИО3 и ФИО1 по доводам жалобы возражали; представитель публичного акционерного общества «Промсвязьбанк» доводы жалобы конкурсного управляющего поддержал.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, не обеспечили явку представителей в судебное заседание, что в силу части 3 статьи 284 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

Законность определения Арбитражного суда Иркутской области от 17 ноября 2022 года и постановления Четвёртого арбитражного апелляционного суда от 21 февраля 2023 года проверена Арбитражным судом Восточно-Сибирского округа в порядке, установленном в статьях 274, 284 и 286 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, ФИО3 являлась руководителем АО «Деловой центр Сибирь» в период с 29.12.1997 по 03.04.2019, ФИО1 в период с 04.04.2019 по 28.02.2021.

Решением Арбитражного суда Иркутской области от 09.03.2021 АО «Деловой центр Сибирь» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника ведена процедура конкурсного производства.

Конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением о привлечении ФИО3, ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, указав на неисполнение обязанности по подаче в суд заявления о банкротстве должника, а также на заключение сделок (договоров поручительства, залога), повлекших за собой причинение АО «Деловой центр Сибирь» убытков и его несостоятельность (банкротство).

Отказывая в удовлетворении заявления, суд первой инстанции, с которым впоследствии согласился и суд апелляционной инстанции, исходил из недоказанности конкурсным управляющим совокупности условий необходимых для привлечения ФИО3 и ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Суд округа не находит оснований не согласиться с указанными выводами.

Если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника (пункт 1 статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

В соответствии с подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, в том числе в ситуациях, когда причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона.

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого невозможно полностью погасить требования кредиторов, не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в невозможности полного погашения требований кредиторов отсутствует. Такое лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, если оно действовало согласно обычным условиям гражданского оборота, добросовестно и разумно в интересах должника, его учредителей (участников), не нарушая при этом имущественные права кредиторов, и если докажет, что его действия совершены для предотвращения еще большего ущерба интересам кредиторов (пункт 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 16 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53), под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов, следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством (абзац первый). Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д. (абзац второй).

Проанализировав представленные доказательства и доводы участвующих в деле лиц, суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу о недоказанности совершения руководителями вопреки интересам общества сделок, направленных на ухудшение его финансового состояния и причинение имущественного вреда кредиторам, способствовавших увеличению кредиторской задолженности и последующему банкротству должника, доказательств намеренного вывода ответчиками активов из оборота общества не представлено.

Как следует из материалов дела, АО «Деловой центр Сибирь» заключены договоры поручительства (от 23.11.2016 № 141-2016/8, от 27.06.2017 №504579-3) и залога (от 16.11.2016 №Н-2/0082-16-3-4) в обеспечение исполнения обязательств основных должников - ООО «Креста» и ООО «Эврика» перед ПАО «Промсвязьбанк» и ПАО «Совкомбанк».

Судебные инстанции приняли во внимание, что обеспечительные сделки заключены с ПАО «Промсвязьбанк» и ПАО «Совкомбанк» в рамках хозяйственной деятельности группы лиц в которую входили ООО «Креста», ООО «Эврика», АО «Деловой центр Сибирь» с целью исполнения контрактов по строительству социально-значимых объектов на основании муниципальных контрактов.

Факты заключения указанных обеспечительных сделок не признаны судами недобросовестным и экономически невыгодным поведением с учетом того, что банки в отношении группы компаний применили свои стандартные правила и требования для снижения кредитных (экономических) рисков, что выразилось в обязанности дачи поручительств от всех членов группы и предоставления залогов имущества участников группы.

В данном случае действия должника были направлены на достижение максимального экономического эффекта в отношении всей группы компаний (ООО «Креста», ООО «Эврика», АО «Деловой центр Сибирь»). Предоставление поручительства в рамках кредита (банковской гарантии) группы компаний было осуществлено с единственной целью - развитие хозяйственной деятельности и производства предприятий группы и увеличение прибыли.

Судами принято во внимание, что основными реестровыми кредиторами должника являются ПАО «Промсвязьбанк» и ПАО «Совкомбанк», задолженность перед которыми возникла на основании указанных договоров поручительства и залога, на которые ссылается конкурсный управляющий должника. На момент совершения обеспечительных сделок в 20016-2017 годах у должника отсутствовали какие-либо кредиторы, которым мог бы быть причинен вред данными сделками, что подтверждается реестром требований кредиторов должника.

Доказательств наличия у должника задолженности перед иными, кроме ПАО «Промсвязьбанк» и ПАО «Совкомбанк» кредиторами, на момент заключения обеспечительных сделок, конкурсным управляющим не представлено, что также подтверждает отсутствие оснований для признания данных сделок совершенными во вред кредиторам.

Таким образом, конкурсный управляющий не раскрыл и не доказал состав презумпции, содержащейся в подпункте 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, вследствие чего у судов не имелось оснований для привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности по правилам указанной нормы.

Не установили суды двух инстанций и правовых оснований для привлечения ФИО3 и ФИО1 к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о признании должника банкротом.

В пунктах 9 и 12 Постановления № 53 разъяснено, что обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве. Согласно абзацу второму пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве презюмируется наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника, ликвидационной комиссией заявления о банкротстве и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, обязательства перед которыми возникли в период просрочки подачи заявления о банкротстве.

Применительно к гражданским договорным отношениям невыполнение руководителем требований Закона о банкротстве об обращении в арбитражный суд с заявлением должника о его собственном банкротстве свидетельствует, по сути, о недобросовестном сокрытии от кредиторов информации о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица. Подобное поведение руководителя влечет за собой принятие несостоятельным должником дополнительных долговых реестровых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения.

Одним из правовых механизмов, обеспечивающих защиту кредиторов, не осведомленных по вине руководителя должника о возникшей существенной диспропорции между объемом обязательств должника и размером его активов, является возложение на такого руководителя субсидиарной ответственности по новым гражданским обязательствам при недостаточности конкурсной массы.

В предмет доказывания по спорам о привлечении контролирующих должника лиц к ответственности, предусмотренной пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств: возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона; момент возникновения данного условия; факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона.

В рассмотренном случае конкурсный управляющий указывает, что обязанность по обращению в суд с заявлением должника о своем банкротстве возникла 13.03.2018. Наступление указанной обязанности конкурсный управляющий связывает с решением Кировского районного суда г. Иркутска от 13.02.2018 по делу №2-92/2018, в соответствии с которым солидарно с АО «Деловой центр Сибирь», ООО «Эврика», Петри Д.А., Петри А.А. в пользу ПАО «Промсвязьбанк» взыскана задолженность по кредитному договору от 16.11.2016 в размере 77 282 781 рублей 91 копейка.

Судами установлено, что ФИО3 и ФИО1 исходили из уровня обеспеченности исполнения кредитных обязательств и объективной возможности исполнения обязательств иными поручителями и залогодателями (ООО «Эврика», Петри Л.А., Петри Д.А., Фонд поддержки субъектов малого и среднего предпринимательства «Иркутский областной гарантийный фонд»). В соответствии с отчетом об оценке № 43/1 от 20.02.2018 рыночная стоимость имущества, принадлежащего АО «Деловой центр Сибирь», составляла 66 140 000 рублей.

Возникновение у общества задолженности перед ПАО «Промсвязьбанк» и наличие судебного акта о ее взыскании само по себе не свидетельствует о том, что должник стал отвечать признакам объективного банкротства, являющимся основанием для обращения руководителя с заявлением о банкротстве должника.

Кроме того, обязательства АО «Деловой центр Сибирь» перед кредиторами возникли до 13.03.2018 и не могли быть включены в размер субсидиарной ответственности, определяемый на основании пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве, в связи с чем суды пришли к правомерному выводу об отсутствии оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о банкротстве должника.

Возражения заявителя кассационной жалобы против указанных выводов судов, положенных в основу обжалуемых судебных актов, судом округа отклоняются, по основаниям, изложенным в мотивировочной части настоящего постановления.

Каких-либо существенных доводов, свидетельствующих о наличии условий для применения в данном случае исключительной меры ответственности - субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц (пункт 1 Постановления № 53) и способных повлиять на результат рассмотрения настоящего спора, заявителем в кассационной жалобе не приведено.

Само по себе несогласие заявителя жалобы с результатами оценки судами имеющихся в материалах настоящего дела доказательств и с выводами, сделанными на их основе, об отсутствии в данном случае правовых оснований для удовлетворения требований конкурсного управляющего, достаточным основанием к отмене состоявшихся по делу судебных актов являться не может, поскольку такая позиция заявителя по сути направлена на переоценку имеющихся в деле доказательств и установленных судами фактических обстоятельств, что в силу положений статьи 286 АПК РФ в суде кассационной инстанции недопустимо.

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно части 4 статьи 288 АПК РФ в любом случае основаниями для отмены обжалуемых судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

Настоящее постановление выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленными квалифицированными электронными подписями судей, в связи с чем направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».

По ходатайству лиц, участвующих в деле, копия постановления на бумажном носителе может быть направлена им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства заказным письмом с уведомлением о вручении или вручена им под расписку.

Руководствуясь статьями  274, 286-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Иркутской области от 17 ноября 2022 года по делу № А19-27148/2019, постановление Четвёртого арбитражного апелляционного суда от 21 февраля 2023 года  по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий

Судьи

 

О.А. Николина

Е.В. Белоглазова

И.И. Палащенко