АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А32-9885/2024

г. Краснодар

21 июля 2025 года

Резолютивная часть постановления объявлена 8 июля 2025 года

Постановление изготовлено в полном объеме 21 июля 2025 года

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Глуховой В.В., судей Илюшникова С.М. и Резник Ю.О., при участии в судебном заседании от ФИО1 – ФИО2 (доверенность от 02.08.2023), общества с ограниченной ответственностью «Пульс Краснодар» – ФИО3 (доверенность от 31.01.2024), в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания путем размещения информации в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Пульс Краснодар» (ИНН 

<

***>) на постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.03.2025 по делу № А32-9885/2024 (Ф08-3605/2025), установил следующее.

ООО «Пульс Краснодар» (далее – истец) обратилось в арбитражный суд с иском о привлечении ФИО1 (далее также – ответчик) к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Центр эстетической медицины» (далее также – должник, общество) и взыскании с нее в пользу истца 1 926 901 рубля 35 копеек.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено ООО «Центр эстетической медицины».

Решением суда от 21.11.2024 исковые требования удовлетворены в полном объеме, ФИО1 привлечена к субсидиарной ответственности по обязательствам общества в размере 1 926 901 рубля 35 копеек.

Постановлением апелляционного суда от 17.03.2025 решение суда от 21.11.2024 отменено, в удовлетворении исковых требований отказано. Распределены судебные расходы.

В кассационной жалобе ООО «Пульс Краснодар» просит отменить постановление апелляционного суда и оставить без изменения определение суда первой инстанции. Податель жалобы ссылается на то, что судом апелляционной инстанции не дана оценка представленным в материалы дела истцом доказательствам, в частности, чекам                  от 15.03.2021 на приобретенные аптечных препаратов, подтверждающим реализацию товара по месту деятельности общества, при этом терминал установлен на ООО «Альтар» (ИНН 

<

***>, учредитель ФИО4), что свидетельствует о попытке уклонения от расчетов с кредиторами и недобросовестности действий ФИО1 За шесть лет исполнительного производства обществом погашены требования в сумме 76 611 рублей 14 копеек. 

В материалы дела от ФИО1 поступил отзыв, в котором она просит постановление суда апелляционной инстанции оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Представитель ООО «Пульс Краснодар» в судебном заседании  поддержал доводы, изложенные в кассационной жалобе, просил отменить постановление суда апелляционной инстанции, определение суда первой инстанции – оставить без изменения.

Представитель ФИО1 в судебном заседании  возражал против доводов, изложенных в кассационной жалобе, просил постановление суда апелляционной инстанции оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в том числе публично путем размещения информации в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем на основании части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) кассационная жалоба рассматривается в их отсутствие.

Проверив обоснованность доводов, изложенных в кассационной жалобе, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа пришел к выводу о том, что решение суда первой инстанции и постановление апелляционной инстанции подлежат отмене по следующим основаниям.

Как видно из материалов дела, общество зарегистрировано в качестве юридического лица 28.06.2006; единственным учредителем и генеральным директором с момента создания является ФИО1

7 декабря 2016 года между истцом (поставщик) и должником (покупатель) заключен договор поставки № 2586/2, в соответствии с которым кредитор принял на себя обязательства поставлять должнику лекарственные средства, а должник обязался принять и оплатить полученный товар. 

Решением Арбитражного суда Краснодарского края по делу № А32-25801/2018с общества в пользу истца по договору поставки от 07.12.2016 № 2586/2 взыскана задолженность в размере 1 490 679 рублей 47 копеек, пени за период с 31.07.2017 по 16.04.2018 в размере 404 731 рубля 88 копеек, расходы по уплате государственной пошлины в размере 31 490 рублей.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 22.12.2023 по делу № А32-63642/2022 по заявлению истца возбуждено дело о банкротстве должника, которое определением от 06.09.2023 прекращено на основании абзаца восьмого пункта 1 статьи 57 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»     (далее – Закон о банкротстве) ввиду отсутствия средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе расходов на выплату вознаграждения арбитражному управляющему. 

В обоснование своей позиции истец сослался на то, что общество длительное время имеет перед ним существенную задолженность; контролирующее должника лицо причины непогашения задолженности не объясняет и мер к ее погашению (в том числе через банкротство общества) не принимает, документов о финансово-хозяйственной деятельности должника не представляет. Кроме того, имеются признаки осуществления той же деятельности через иное юридическое лицо.

Доводы истца мотивированы ссылками на статьи 3, 4, 6, 61.11, 61.12 Закона о банкротстве.

Возражая на доводы истца, ФИО1 указала на недоказанность совершения лицом, контролировавшим общество, конкретных противоправных деяний (действий или бездействия), повлекших неплатежи с ее стороны. Непогашение долга вызвано отсутствием у общества денежных средств, а не выводом активов.

Удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции, руководствуясь положениями статей 57, 61.10, 61.11 Закона о банкротстве, статьями 15, 53, 53.1, Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс), статьей 2 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», разъяснениями, изложенными в пунктах 2, 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», пункте 9  постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление № 53), пришел к выводу о доказанности истцом причинно-следственной связи между виновными действиями (бездействием) ответчика и наступившими последствиями для истца в виде прямого реального убытка.

Апелляционный суд, пересмотрев спор в порядке апелляционного производства, с выводами суда первой инстанции не согласился, отменил решение суда первой инстанции, в удовлетворении исковых требований отказал. Суд апелляционной инстанции сослался на исключительность применения механизма привлечения к субсидиарной ответственности (пункты 1 – 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса) и исходил из того, что истец не доказал конкретные обстоятельства, подтверждающие виновные действия или бездействие ответчика; не обосновал наличие в ее действиях умысла либо грубой неосторожности, непосредственно повлекшей невозможность исполнения обязательства перед контрагентом; не подтвердил, что задолженность общества вызвана недобросовестными или неразумными действиями ФИО1 Апелляционный суд также отметил, что общество является действующим юридическим лицом, не исключено из ЕГРЮЛ, что исключает возможность применения данного способа защиты; банковские счета должника были арестованы, что исключало исполнение должником судебного акта в связи с невозможностью распоряжения денежными средствами, а не по причине наличия у должника признаков неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества.

Между тем суд округа не может согласиться с выводами судов в связи со следующим.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 61.19 Закона о банкротстве, если после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве лицу, которое имеет право на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности в соответствии с пунктом 3 статьи 61.14 названного Федерального закона и требования которого не были удовлетворены в полном объеме, станет известно о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 61.11 данного Федерального закона, оно вправе обратиться в арбитражный суд с иском вне рамок дела о банкротстве. Заявление, поданное в соответствии с пунктом 1 названной статьи, рассматривается арбитражным судом, рассматривавшим дело о банкротстве. При рассмотрении заявления применяются правила пункта 2 статьи 61.15, пунктов 4 и 5 статьи 61.16 данного Федерального закона. 

В силу положений главы III.2 Закона о банкротстве основанием для привлечения к субсидиарной ответственности является установление невозможности погашения требований кредиторов как через доказывание причинения вреда контролирующим лицом, например, путем совершения (одобрения) порочных сделок (подпункт 1 пункта 2 статьи 61.11), так и через доказывание сокрытия следов противоправной деятельности, причинившей вред (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11, определения Верховного Суда Российской Федерации от 25.03.2024 № 303-ЭС23-26138, от 30.01.2020 № 305-ЭС18-14622(4,5,6), от 26.04.2024 № 305-ЭС23-29091).

Бремя доказывания оснований возложения субсидиарной ответственности на контролирующее должника лицо по общему правилу лежит на кредиторе, заявившем это требование (статья 65 АПК РФ). Вместе с тем контролирующие лица, тем более если банкротство хозяйственного общества вызвано их противоправной деятельностью, не заинтересованы в раскрытии документов, отражающих реальное положение дел и действительный оборот в подконтрольных обществах (предприятиях). Однако, как следует из пункта 56 постановления № 53, это обстоятельство не должно снижать уровень правовой защищенности кредиторов при необоснованном посягательстве на их права. Поэтому, если кредитор с помощью косвенных доказательств убедительно обосновал утверждение о наличии у привлекаемого к ответственности лица статуса контролирующего и о невозможности погашения его требований вследствие действий (бездействия) последнего, бремя опровержения данных утверждений переходит на привлекаемое лицо. При этом оно должно доказать, почему доказательства кредитора не могут быть приняты в подтверждение его доводов, раскрыв свои документы и представив объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность должника.

Закон о банкротстве прямо предписывает контролирующему должника лицу активное процессуальное поведение при доказывании возражений относительно предъявленных к нему требований под угрозой принятия решения не в его пользу (пункт 2 статьи 61.15, пункт 4 статьи 61.16, пункт 2 статьи 61.19 Закона о банкротстве, пункт 2 статьи 9, пункт 3.1 статьи 70 АПК РФ).

Правовая позиция по вопросу о распределении бремени доказывания по делам о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности применительно к случаю, когда подконтрольный должник ликвидирован, изложена Конституционным Судом Российской Федерации в постановлении от 07.02.2023 № 6-П, а также Верховным Судом Российской Федерации в пункте 8 Обзора судебной практики разрешения споров о несостоятельности (банкротстве) за 2023 год, утвержденного 15.05.2024, и ряде определений (например, определения от 04.10.2023 № 305-ЭС23-11842, от 10.04.2023 № 305-ЭС22-16424, от 11.02.2025 № 307-ЭС24-18794 и другие). Ее суть сводится к тому, что бремя доказывания сторонами судебного спора своих требований и возражений должно быть распределено судом так, чтобы оно было потенциально реализуемым, то есть чтобы сторона имела объективную возможность представить необходимые доказательства. Недопустимо требовать со стороны представление доказательств определенных обстоятельств, если она не может их получить по причине их нахождения у другой стороны спора, не раскрывающей их по своей воле.

Если кредитор утверждает, что контролирующее лицо действовало недобросовестно, и представил судебные акты, подтверждающие наличие долга перед ним, то суд должен оценить возможности кредитора по получению доступа к сведениям и документам о хозяйственной деятельности такого должника.

Если кредитор, действующий добросовестно, лишен доступа к указанной информации, а контролирующее лицо отказывается или уклоняется от дачи пояснений о своих действиях (бездействии) при управлении должником, причинах неисполнения обязательств перед кредитором и прекращения хозяйственной деятельности или предоставляет явно неполную информацию, то обязанность доказать отсутствие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности возлагается на лицо, привлекаемое к ответственности. При этом стандарт разумного и добросовестного поведения последнего в сфере корпоративных отношений предполагает аккумулирование и сохранение информации о хозяйственной деятельности должника, ее раскрытие при предъявлении в суд требований о возмещении вреда, причиненного доведением должника до объективного банкротства.

Верховный Суд Российской Федерации в определении от 10.04.2025                        №  308-ЭС24-21242 по делу № А53-48051/2023 указал, что эта же правовая позиция применима и к случаю, когда юридическое лицо еще не исключено из реестра, но является уже фактически недействующим («брошенным»), так как по существу экономически оно ничем не отличается от ликвидированного. Иной подход приведет к правовой незащищенности кредиторов «брошенных» юридических лиц и существенно ущемит их права по сравнению с кредиторами ликвидированных юридических лиц.

Признаками недействующего юридического лица, созданного в организационно-правовой форме, предусматривающей активное участие в гражданском обороте для осуществления приносящей доход деятельности, являются следующие (пункт 1          статьи 64.2 Гражданского кодекса, пункт 1 статьи 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей»):

1) длительное (более одного года) непредставление документов отчетности, предусмотренных законодательством Российской Федерации о налогах и сборах;

2) длительное (более одного года) отсутствие операций хотя бы по одному банковскому счету.

Кроме того, во внимание могут быть приняты и иные обстоятельства, например, недостоверные сведения о юридическом лице (несоответствие фактических данных тем, что имеются в регистрационных документах).

Таким образом, кредитор «брошенного» юридического лица, обращающийся с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности лица, контролировавшего последнего, должен доказать следующие обстоятельства:

1) наличие и размер перед ним задолженности у юридического лица;

2) наличие у должника признаков «брошенного» юридического лица;

3) контроль над этим должником со стороны физического и (или) иного юридического лица (лиц);

4) отсутствие содействия последних в предоставлении сведений о финансово-хозяйственной деятельности должника в необходимых объемах.

Кредитор вправе доказать и большее, однако, как правило, совокупность указанных признаков уже достаточна для удовлетворения его требований, так как сокрытие контролирующим лицом сведений о причинах неисполнения подконтрольным лицом денежного обязательства предполагает его интерес в укрывании собственных незаконных действий (бездействия), повлекших невозможность погашения требований кредитора.

При установлении статуса контролирующего должника лица у ответчика суд, реализуя принцип состязательности арбитражного процесса (статья 9 АПК РФ), обязан предоставить ему возможность опровергнуть позицию истца своими объяснениями и прочими доказательствами.

Оценивая обстоятельства, связанные с наличием задолженности и причинами неплатежа, следует учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (пункт 1 статьи 48 Гражданского кодекса), его самостоятельную ответственность (статья 56 Гражданского кодекса), наличие у участников общества и его руководителя широкой свободы усмотрения при принятии деловых решений, так и запрет на причинение ими вреда независимым участникам оборота посредством недобросовестного использования института юридического лица (статья 10 Гражданского кодекса) (пункт 1 постановления № 53).

Если будет доказано, что действия контролирующего лица не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов подконтрольного общества, то оно не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности (пункт 3 статьи 1 Гражданского кодекса, абзац второй пункта 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве, пункт 18 постановления № 53).

В рассматриваемом деле истец подтвердил наличие задолженности на стороне общества, ее длительную неуплату и факт контроля над должником со стороны ФИО1 

Коллегия окружного суда обращает внимание, что контролирующие должника лица должны были раскрыть сведения об имущественном положении общества на дату формирования задолженности, о порядке расходования активов в последующий период, представить доказательства обоснованности и добросовестности своих действий при таком расходовании активов должника. 

Между тем соответствующие сведения ответчиком в суд не представлены. ФИО1 представила в материалы дела пояснения, в которых приведено исключительно нормативно-правовое обоснование для отклонения заявленных требований, но к которым не были приложены доказательства, достоверно подтверждающие тот факт, что ее действия как контролирующего общество лица не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества.

Доказательства, подтверждающие, что непогашение задолженности перед истцом произошло в силу объективных причин, не зависящих от действий и решений, принимаемых контролирующим должника лицом, отсутствуют. Ответчик не объяснил причины неплатежа и не раскрыл доказательства, отражающие реальное положение дел и действительный оборот в подконтрольном хозяйственном обществе.

Вопреки выводам судов, истец объективно не имел возможности представить документы, объясняющие как причины неисполнения должником обязательств на протяжении более 8 лет, так и мотивы фактического прекращения им хозяйственной деятельности.

Бухгалтерскую отчетность общества, наличие у должника активов, достаточных для расчетов с кредиторами, суды не исследовали.

Пояснения ответчика о наложении 31.08.2018 ареста на счета должника, принятые судом апелляционной инстанции в качестве причины неосуществления расчетов с кредитором, не объясняют непроведение расчетов в период после снятия ареста (02.09.2019) по настоящее время. Кроме того, представленные платежные документы о погашении долга перед отдельными кредиторами в незначительных суммах датированы периодом, в котором действовало постановление следователя о наложении ареста на банковские счета и оканчивается 02.11.2022. Документально подтвержденные сведения о проведении расчетов после указанной даты (то есть более 2 лет) материалы дела не содержат.

В обоснование доводов об уклонении расчетов с кредиторами истец представлял сведения  о том, что у должника в 2021 году выявлено нарушение кассовой дисциплины, по адресу аптечного пункта 

<

...> установлен терминал на ООО «Альтар» (учредитель ФИО4), при этом чек кассового аппарата выдан от имени должника. Должник привлечен к административной ответственности по части 4 статьи 14.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях. Указанные доводы оценки судов не получили.

Таким образом, имеющие существенное значение для правильного разрешения дела обстоятельства судами первой и апелляционной инстанций не устанавливались.

Конкурсный управляющий также просил привлечь к субсидиарной ответственности ФИО1 с применением положений статьи 61.12 Закона о банкротстве в связи с неподачей заявления о банкротстве.

При этом суд первой инстанции, оценивая наличие оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по статье 61.11 Закона о банкротстве, не рассмотрел по существу заявление в части привлечения к субсидиарной ответственности по статье 61.12 Закона о банкротстве. Судебный акт каких-либо выводов в указанной части не содержит. Суд апелляционной инстанции в постановлении указал, что наличие неисполненных обязательств перед кредитором не влечет безусловной обязанности руководителя должника – юридического лица обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом. Показатели, с которыми законодатель связывает обязанность должника по подаче в суд заявления о собственном банкротстве, должны объективно отображать наступление критического для должника финансового состояния, создающего угрозу нарушений прав и законных интересов других лиц. Вместе с тем суд апелляционной инстанции не указал, какие меры предпринимал руководитель должника и его учредитель по предотвращению несостоятельности (банкротства) должника и погашению требований кредиторов с учетом того, что задолженность перед кредитором образовалась в 2016 году и до настоящего времени не погашена. Вывод суда апелляционной инстанции об отсутствии у ответчика обязанности по обращению с заявлением о банкротстве общества сделан без надлежащего исследования всех обстоятельств, входящих в предмет доказывания.

Порядок привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности установлен главой III.2 Закона о банкротстве.

Так, согласно статье 61.19 Закона о банкротстве, если после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве лицу, которое имеет право на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности в соответствии с пунктом 3 статьи 61.14 названного Федерального закона и требования которого не были удовлетворены в полном объеме, станет известно о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 61.11 данного Федерального закона, оно вправе обратиться в арбитражный суд с иском вне рамок дела о банкротстве.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 51 постановления № 53 заявление о привлечении к субсидиарной ответственности как по основаниям, предусмотренным статьей 61.11, так и по основаниям, предусмотренным статьей 61.12 Закона о банкротстве (часть 6 статьи 13 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), поданное вне рамок дела о банкротстве, считается предъявленным в интересах всех кредиторов, имеющих право на присоединение к иску, независимо от того, какой перечень кредиторов содержится в тексте заявления. Такое заявление рассматривается судом по правилам главы 28.2 Кодекса с учетом особенностей, предусмотренных законодательством о банкротстве.

В силу пунктов 52 и 53 постановления № 53, исходя из целей законодательного регулирования и общеправового принципа равенства к заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности, поданному вне рамок дела о банкротстве, вправе присоединиться кредиторы должника, обладающие правом на обращение с таким же заявлением (пункты 1 - 4 статьи 61.14 Закона о банкротстве), а также иные кредиторы, требования которых к должнику подтверждены вступившим в законную силу судебным актом или иным документом, подлежащим принудительному исполнению в силу закона.

Заявитель, обратившийся с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности вне рамок дела о банкротстве, должен предложить другим кредиторам, обладающим правом на присоединение, присоединиться к его требованию (части 2 и 4 статьи 225.14 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Такое предложение должно быть сделано путем включения сообщения в ЕФРСБ в течение трех рабочих дней после принятия судом к производству заявления о привлечении к ответственности (часть 6 статьи 13 АПК РФ, подпункт 3 пункта 4        статьи 61.19, пункт 3 статьи 61.22 Закона о банкротстве).

Суд в определении о принятии заявления к производству и подготовке дела к судебному разбирательству вправе возложить на заявителя обязанность по дополнительному извещению кредиторов иным способом, установив порядок и форму дополнительного извещения (часть 3 статьи 225.14 АПК РФ).

Истцом не представлено доказательств уведомления кредиторов, в том числе ФНС России, об обращении в суд с заявлением о взыскании задолженности в порядке привлечения к субсидиарной ответственности, равно как и доказательств размещения предложения о присоединении к иску в ЕФРСБ.

Судом первой инстанции также не соблюдены требования, предусмотренные статьей 225.14 АПК РФ, – не возложена на истца обязанность по опубликованию сведений о соответствующем намерении о привлечении к субсидиарной ответственности, для целей оповещения иных кредиторов; заявителю не предложено совершить необходимые действия по выявлению лиц, имеющих право присоединиться к его требованию.

Несовершение таких действий лишает прав других участников гражданско-правового сообщества, объединяющего кредиторов, присоединиться к заявленному требованию, а неприсоединение влечет для них невозможность впоследствии заявить иск о субсидиарной ответственности по тем же основаниям в защиту своих имущественных прав (пункт 7 статьи 225.16 АПК РФ).

ФИО1 не раскрыла сведения о кредиторской задолженности общества, в Картотеке арбитражных дел имеется информация о вынесении решений о взыскании в пользу иных кредиторов, вопрос о возможном присоединении указанных юридических лиц судами не исследован, то есть не соблюдены вышеизложенные положения, применимые к рассмотрению заявлений о субсидиарной ответственности, поданных после прекращения производства по делу о банкротстве должника.

Принимая во внимание изложенное, суд кассационной инстанции приходит к  выводу о допущенных судами первой и апелляционной инстанций нарушений норм процессуального права.

С учетом изложенного судебные акты подлежат отмене, а дело – направлению на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Суд округа обращает внимание, что согласно информации, размещенной в Едином федеральном реестре сведений о банкротстве, определением суда от 20.02.2025 по делу   № А32-50322/2024 в отношении ФИО1 введена процедура, применяемая в деле о банкротстве – реструктуризация долгов гражданина, утвержден финансовый управляющий.

Согласно подпункту 3 пункта 2 статьи 213.11 Закона о банкротстве с даты вынесения арбитражным судом определения о признании обоснованным заявления о признании гражданина банкротом и введении реструктуризации его долгов требования кредиторов по денежным обязательствам, об уплате обязательных платежей, за исключением текущих платежей, требования о признании права собственности, об истребовании имущества из чужого незаконного владения, о признании недействительными сделок и о применении последствий недействительности ничтожных сделок могут быть предъявлены только в порядке, установленном настоящим Федеральным законом. Исковые заявления, которые предъявлены не в рамках дела о банкротстве гражданина и не рассмотрены судом до даты введения реструктуризации долгов гражданина, подлежат после этой даты оставлению судом без рассмотрения.

Принимая во внимание нахождение ответчика – физического лица в процедуре банкротства, предъявление к нему требования о привлечении к субсидиарной ответственности (взыскании убытков) по обязательствам подконтрольного юридического лица в общеисковом порядке исключено, следовательно, такое требование подлежит рассмотрению судом в рамках дела о банкротстве гражданина.

При новом рассмотрении суду необходимо учесть указания суда кассационной инстанции, предложить истцу произвести публикацию сообщения в ЕФРСБ о предъявлении в исковом порядке требования о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, предложив другим кредиторам, обладающим правом на присоединение, присоединиться к его требованию; принять во внимание введение в отношении ответчика процедуры, применяемой в деле о банкротстве гражданина – реструктуризации долгов и обсудить вопрос о передаче спора для рассмотрения в деле о банкротстве гражданина; установить все фактические обстоятельства по делу, полно, всесторонне их исследовать, в совокупности оценить все представленные в дело доказательства и доводы участвующих в деле лиц, рассмотреть вопрос о перераспределении бремени доказывания, имея в виду неравные в силу объективных причин процессуальные возможности истца и ответчика, неосведомленность кредиторов о конкретных доказательствах, необходимых для подтверждения оснований привлечения к субсидиарной ответственности, предложить ответчику представить сведения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность и чем вызвана несостоятельность должника, каковы причины непредставления документов, насколько они являются уважительными, результаты исследования и оценки отразить в судебном акте с учетом требований статьи 170 АПК РФ, распределить расходы по уплате государственной пошлины за подачу кассационной жалобы.

Руководствуясь статьями 274, 286 – 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Краснодарского края от 21.11.2024 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.03.2025 по делу                               № А32-9885/2024 отменить, дело направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном         статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации

Председательствующий                                                                                  В.В. Глухова

Судьи                                                                                                                С.М. Илюшников    

                                                                                                                           Ю.О. Резник