ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 18АП-14912/2018

г. Челябинск

05 марта 2019 года

Дело № А47-7584/2016

Резолютивная часть постановления объявлена 26 февраля 2019 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 05 марта 2019 года.

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Матвеевой С.В.,

судей Бабкиной С.А., Сотниковой О.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Оренбургской области от 07.09.2018 по делу № А47-7584/2016 (судья Бабердина Е.Г.).

В судебное заседание явились:

- представитель ФИО2 – ФИО3 (паспорт, доверенность от 11.12.2018);

- ФИО4 (паспорт), его представитель ФИО5 (паспорт, доверенность от 23.01.2019).

Решением арбитражного суда от 01.11.2016 общество с ограниченной ответственностью «Колос» (далее – должник, общество «Колос»), признано банкротом как ликвидируемый должник с открытием конкурсного производства сроком на 6 месяцев. Конкурсным управляющим должника утвержден ФИО6.

Конкурсный управляющий ФИО6 (далее - заявитель) обратился в Арбитражный суд Оренбургской области с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО2 (далее - ФИО2), ФИО4 (далее - ФИО4), ФИО7 (далее - ФИО7), ФИО8 (далее - ФИО8) и взыскании с них денежных средств в размере 66 653 493 руб. (с учетом уточнения требований, принятого судом на основании статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 07.09.2018 (резолютивная часть объявлена 04.09.2018) заявление конкурсного управляющего ФИО6 удовлетворено частично. К субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Колос» привлечен ФИО2, в конкурсную массу ООО «Колос» с него взыскано 66 653 493 руб. в порядке привлечения к субсидиарной ответственности. В удовлетворении остальной части заявления отказано.

Не согласившись с указанным судебным актом, с апелляционной жалобой обратился ФИО2, просит определение суда первой инстанции отменить, в удовлетворении заявления конкурсного управляющего отказать.

В основание доводов апелляционной жалобы ее податель указывает на то, что ООО «Колос» было привлечено ПАО Банк ВТБ поручителем по кредитному договору, Банк проводил анализ финансовой устойчивости предприятия, следовательно, признаки несостоятельности на тот период отсутствовали. Все документы были оставлены в обществе, обязанности директора были возложены на ФИО7, в 2016 году бухгалтерская отчетность не сдавалась. Обязанности главного бухгалтера были возложены на ФИО9 Фактическое руководство ООО «Колос» вел ФИО4 Общество имело отрицательный баланс весь период с 2010 по 2015 годы. Задолженность образовалось после прекращения у ФИО2 полномочий руководителя. Увеличение кредиторской задолженности в период руководства заявителя не свидетельствует о наличии оснований, предусмотренных статьей 9 Закона о банкротстве. Сделка купли-продажи, на которую ссылается конкурсный управляющий, не была им оспорена. Не указан срок, с которого у руководителя возникла обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве. Реализация имущества была произведена в целях погашения кредиторской задолженности. Конкурсным управляющим не доказано, что в период 2012-2014 г.г. должник отвечал признакам неплатежеспособности и недостаточности имущества. Уменьшение стоимости активов не свидетельствует о неплатежеспособности должника. Не доказана причинно-следственная связь между не обращением ФИО2 в суд с заявлением о банкротстве и убытками должника, не доказана вина бывших руководителей, сам факт нарушения положений статьи 9 Закона о банкротстве.  

Судебное заседание по рассмотрению апелляционной жалобы 07.11.2018 было отложено на 21.11.2018.

Судом принято к рассмотрению дополнение к апелляционной жалобе, в котором заявитель указывает также на то, что по договору № 1 от 20.06.2007 было приобретено по цене 837 тыс. руб., морально устаревшее, требующее ремонта. Реализовано имущество по цене 3 900 000 руб., денежные средства направлены на погашение задолженности перед бюджетом, таким образом, финансовое положение в результате сделки улучшилось, должник не утратил возможности осуществлять дальнейшую деятельность. Задолженность по договору поручительства уменьшилась со 100 млн. до 24 млн. руб. ФИО4 получил всю документацию должника, не истребовал и не восстанавливал ее, имел возможность осуществлять деятельность. Суд не определил размер ответственности каждого из ответчиков. ФИО4 принимал активное участие в хозяйственной деятельности общества. ФИО8 был ликвидатором общества, одновременно – заместителем председателя правления ООО НПО «Южный Урал». Суд принял во внимание выводы, сделанные налоговым органом по результатам налоговой проверки, однако эта проверка проводилась после прекращения полномочий руководителя у ФИО2 в 2012-2016 г.г. в обществе была стабильная хозяйственная деятельность. У должника имелось 38 объектов недвижимости в 2015 году.

Определением от 21.11.2018 судебное заседание отложено на 27.12.2018. 

Определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.12.2018 в составе суда проведена замена судьи Бабкиной С.А. судьей Сотниковой О.В. в связи с чем рассмотрение дела начато с самого начала.

Судом удовлетворено ходатайство подателя жалобы об истребовании доказательств.   

Судебное заседание 27.12.2018 было отложено на 29.01.2019.

Судебное заседание 29.01.2019 было отложено на 26.02.2019.

Определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.02.2019 в составе суда проведена замена судьи Ершовой С.Д. судьей Бабкиной С.А., в связи с чем рассмотрение дела начато с самого начала.

В судебном заседании представитель ФИО2 доводы, изложенные в апелляционной жалобе, поддержал.

ФИО4 и его представитель с доводами апелляционной жалобе не согласились.

Представитель ФИО2 заявил ходатайство о назначении судебной финансово-экономической экспертизы. 

В удовлетворении ходатайства судом отказано на основании части 3 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Ходатайство о проведении экспертизы в суде апелляционной инстанции рассматривается судом с учетом положений частей 2 и 3 статьи 268 АПК РФ, согласно которым дополнительные доказательства принимаются судом апелляционной инстанции, если лицо, участвующее в деле, обосновало невозможность их представления в суд первой инстанции по причинам, не зависящим от него (в том числе в случае, если судом первой инстанции было отклонено ходатайство о назначении экспертизы), и суд признает эти причины уважительными (пункт 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе»).

Заявителем о назначении судебной экспертизы в суде первой инстанции не заявлялось. Обоснований невозможности заявить такое ходатайство в суде первой инстанции не приведено.

Кроме того, суд не усматривает предусмотренных статьей 82 АПК РФ оснований для назначения судебной экспертизы. Обстоятельства, указанные заявителем в ходатайстве, подлежали оценке арбитражным управляющим при проведении анализа финансового состояния должника. В материалы дела конкурсным управляющим представлен анализ финансового состояния должника, заключение о наличии (отсутствии) признаков преднамеренного и фиктивного банкротства.    

В соответствии с пунктом 3 статьи 50 Закона о банкротстве при подготовке дела о банкротстве к судебному разбирательству, а также при рассмотрении дела о банкротстве для решения вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд вправе назначить экспертизу, в том числе по своей инициативе.

Исходя из положений указанной нормы, суд вправе назначить экспертизу. При этом из положений статьи 50 Закона о банкротстве не следует обязанность суда назначить экспертизу в любом случае.

В данном случае суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для назначения финансово-экономической экспертизы по указанным заявителем вопросам.

В судебном заседании удовлетворены ходатайства лиц, участвующих в деле, к материалам дела приобщены: письмо ФИО10 в адрес ФИО11; анализ финансового состояния  должника, заключение о наличии (отсутствии) признаков преднамеренного и фиктивного банкротства; дополнение письменного пояснения ФИО4, возражения на ходатайство о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО9

Законность и обоснованность судебного акта проверены в порядке главы 34 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, конкурсный управляющий должника, ссылаясь на то, что ФИО2, являвшийся директором должника, произвел вывод основных активов должника, что привело к банкротству общества; бывшие директоры должника ФИО2, ФИО4, ФИО7, ФИО8 не обеспечили сохранность документации должника, что привело к отсутствию необходимых сведений о финансово-хозяйственной деятельности должника; бывшим директорам должника ФИО2, ФИО4, ФИО7, ФИО8 было известно о наличии у должника признаков неплатежеспособности, однако они не обратились в арбитражный суд с заявлением о признании общества «Колос» банкротом, обратился с настоящим заявлением о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Частично удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции исходил из того, что ФИО2 создал такую модель бизнеса, реализация которой привела общество к банкротству. В части иных ответчиков, суд указал на отсутствие их вины.

Изучив материалы дела и доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены судебного акта. 

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, ООО «НПО «Южный Урал» 29.07.2016 обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании банкротом общества «Колос».

Определением арбитражного суда от 05.08.2016 возбуждено производство по делу о признании должника банкротом.

Руководителями должника (генеральными директорами) последовательно являлись следующие лица: ФИО2 - в период с 01.11.2004 по 01.11.2014 (согласно приказам общества), ФИО4 - в период с 01.11.2014 по 20.02.2015 (согласно записям в трудовой книжке), ФИО7 - в период с 21.02.2015 по 31.08.2015 (согласно записям в трудовой книжке). ФИО8 являлся ликвидатором должника в период с 27.01.2016 по 01.11.2016.

Согласно сведениям из Единого государственного реестра юридических лиц, одним из учредителей должника являлось общество «НПО «Южный Урал».

ФИО2 являлся учредителем (участником) общества «НПО «Южный Урал». С 08.06.2012 единственным участником общества «НПО «Южный Урал» являлся Региональный общественный фонд «Поддержка и развитие среднего класса», руководителем и одним из участников которого являлся ФИО12.

В результате выездной налоговой проверки, проведенной в отношении должника за 2013-2016 годы (акт выездной налоговой проверки от 16.05.2016, решение № 11-01-07/197 от 27.06.2016), установлено, что в течение 2013-2016 годов должник осуществлял свою деятельность на основании договора оказания услуг от 01.01.2010 № 10 (далее – договор № 10), заключенного с обществом «НПО «Южный Урал» (заказчик).

По этому договору должник (исполнитель) оказывал заказчику услуги по производству зерна, подсолнечника, кормов, молока, привесов крупного рогатого скота, используя предоставленный заказчиком имущественный комплекс. При этом должник не имел права распоряжаться производимой сельскохозяйственной продукцией, поскольку она являлась собственностью заказчика (п. 4.5 договора). Распределение денежных средств контролировалось обществом «НПО «Южный Урал». С 2013 года общество «НПО «Южный Урал» перестало рассчитываться за произведенную должником продукцию, что повлекло возникновение задолженности по налогам.

Судебными актами по делу № А47-108/2013 (решением Арбитражного суда Оренбургской области от 05.08.2013, постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.10.2013) установлено, что общая стоимость сельскохозяйственной продукции, реализованной должником в 2011 году по договору купли-продажи № 3 от 01.01.2011 обществу «НПО «Южный Урал», составила 44 708 313,96 руб. Стоимость услуг, оказанных должником по договору оказания услуг № 10 от 01.01.2010 обществу «НПО «Южный Урал», составила 15 661 240,39 руб.

Из указанных судебных актов усматривается, что в результате выездной налоговой проверки должника, проведенной за 2011 год (акт №15-15/1248дсп от 27.08.2012, решение №15-15/61 от 12.11.2012), установлено, что в день перечисления денежных средств на расчетный счет от общества «НПО «Южный Урал» или на следующий день должник снимал денежные средства по чекам для выдачи заработной платы своим работникам. Перечисленные средства порядка 63% шли на выплату заработной платы рабочим. Должник производил сельскохозяйственную продукцию на земельных участках общей площадью 10 837 га, принятых в субаренду от общества «НПО «Южный Урал», не имел открытых лицевых счетов на элеваторах, необходимых для хранения сельскохозяйственной продукции. Вся сельскохозяйственная продукция вывозилась транспортом, принадлежащим обществу «НПО «Южный Урал», на ОАО «Саракташский элеватор», где сразу же зачислялась на лицевые счета общества «НПО «Южный Урал». При производстве должником сельскохозяйственной продукции использовалась техника общества «НПО «Южный Урал». Приложения к договору № 10 (бюджет производства, бюджет доходов и расходов общества «Колос») утверждены председателем правления общества «НПО «Южный Урал». В карточке счета 60.1 «Расчеты с поставщиками» общества «НПО «Южный Урал» должник обозначен как бригада № 6, что характеризует общество «Колос» как структурное подразделение общества «НПО «Южный Урал». 

Согласно банковским выпискам по расчетным счетам должника, в 2011 - 2015 годах выручка от производственной деятельности поступала на счет должника в основном только от общества «НПО «Южный Урал» за оказанные услуги по договору № 10. Кроме этой выручки, на счет должника поступали выделенные ему как сельскохозяйственному товаропроизводителю государственные субсидии. Эти денежные средства направлялись должником на уплату банковских комиссий, налогов и страховых взносов, а также снимались со счета по чекам.

Кроме того, судом установлено, что из банковских выписок по расчетным счетам должника следует, что 24.02.2011 с расчетного счета должника на счет ООО «Зерновая компания «Славянка» было перечислено 74 600 000 руб. с назначением платежа: «предоставление денежных средств по договору займа № 14 от 22.02.2011».

С расчетного счета должника 21.09.2011 на счет общества «НПО «Южный Урал» было перечислено 8 000 000 руб. с назначением платежа: «возврат денежных средств по договору займа № 104 от 09.09.2011 за ОАО «Саракташский элеватор».

Сведений о возврате денежных средств на счет должника не представлено.

Согласно сведениям из Единого государственного реестра юридических лиц, юридический адрес ООО «Зерновая компания «Славянка» совпадает с юридическим адресом должника.

Должником в лице директора ФИО2 (продавец) 26.11.2012 заключен договор купли-продажи недвижимости с ФИО13 (покупатель) (далее - договор от 26.11.2012), на основании которого должником отчуждены все имеющиеся у него объекты недвижимого имущества (склады, мастерские, здание правление, гараж, зерносклады, скважина, коровники, свинарники, зерноочистительный цех, зернохранилища, телятники и прочее).

Согласно бухгалтерской отчетности должника, после заключения этого договора у него не осталось основных средств.

ФИО2 от имени должника заключен с Банком ВТБ (публичное акционерное общество) договор поручительства № ДП8-749000/2010/00016 от 07.09.2010, по которому должник обязался отвечать перед банком за исполнением обществом «НПО «Южный Урал» (заемщик) обязательств по кредитному соглашению от 07.09.2010 КС-749000/2010/00016 о кредитной линии с лимитом в размере 100 000 000 руб.

Решением от 31.10.2016 в реестр включено требование общества «НПП «Южный Урал» в сумме 587 047 руб. 50 коп. Задолженность возникла в связи с неоплатой товара, поставленного по товарным накладным № 391, 392 от 10.01.2015, № 394 от 13.01.2015.

Определением суда от 02.03.2017 в реестр включено требование общества «НПП «Южный Урал» в сумме 33 718 801,74 руб. Задолженность возникла в связи с неоплатой товара, поставленного в 2014 – 2015 годах.

Определением суда от 08.11.2016 в реестр включено требование Банка ВТБ (публичное акционерное общество) в сумме 52 514 591,56 руб.

Задолженность возникла в связи с тем, что общество «НПО «Южный Урал» (заемщик) не возвратило банку сумму кредита, предоставленного на основании вышеуказанного кредитного соглашения, исполнение обязательств по которому обеспечивалось поручительством должника на основании вышеуказанного договора поручительства.

Определением суда от 25.01.2017 в реестр включено требование Федеральной налоговой службы в сумме 13 551 854,48 руб. Задолженность возникла в связи с неуплатой исчисленных налогов и страховых взносов в период с 2013 по 2015 годы.

По данным бухгалтерской отчетности должника, стоимость его активов составляла по состоянию: на 31.12.2013 – 86 698 тыс. руб., на 31.12.2014 – 24 131 тыс. руб., на 31.12.2015 – 26 619 тыс. руб.

Кредиторская задолженность составляла: на 31.12.2014 – 75 334 тыс. руб., на 31.12.2015 – 67 538 тыс. руб.

По результатам проведенной конкурсным управляющим инвентаризации имущества у должника не обнаружено. В связи с этим конкурсная масса должника не сформирована.

При проведении налоговой проверки за 2013-2016 годы в качестве свидетелей были допрошены бывшие директоры ФИО4, ФИО7, ликвидатор ФИО8, а также главные бухгалтеры ФИО9, ФИО11, которые показали, что вся бухгалтерская документация должника находилась по его юридическому адресу, фактически деятельность должника контролировалась ФИО2 Ликвидатором должника ФИО8 предпринимались меры по восстановлению бухгалтерской документации должника, были восстановлены расчетно-платежные ведомости за 2013-2015 годы, первичные документы по кассе за 2013 год.

Передача части документации должника от ФИО4 ФИО7, от ФИО7 ФИО8 и от ФИО8 конкурсному управляющему подтверждается соответствующими актами (т. 9 л.д. 2-17), а также материалами налоговой проверки.

Дело о банкротстве общества «НПО «Южный Урал» возбуждено 07.04.2014, общество признано банкротом с открытием конкурсного производства решением Арбитражного суда Оренбургской области от 03.11.2016 по делу №А47-2861/2014. 

Согласно пункту 3 статьи 56 Гражданского кодекса Российской Федерации, если несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана учредителями (участниками), собственником имущества юридического лица или другими лицами, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, на таких лиц в случае недостаточности имущества юридического лица может быть возложена субсидиарная ответственность по его обязательствам.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 6/8 от 01.07.1996 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

Поскольку обстоятельства, на которые ссылается конкурсный управляющий и кредитор, возникли в 2010 - 2016 годах, то к правоотношениям сторон применяется статья 10 Закона о банкротстве в соответствующей редакции, ввиду чего удовлетворяя требования, суд неверно руководствовался положениями статьи 61.11 Закона о банкротстве, определяя материальные аспекты для привлечения ответчиков к ответственности.

В соответствии с пунктом 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон № 266-ФЗ) рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

При этом указанное не означает применение положений главы III.2 Закона о банкротстве, в частности положений статьи 61.11 в полном объеме к рассматриваемому заявлению, поданному конкурсным управляющим в суд 30.10.2017.

Исходя из общих правил о действии закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации), основания для привлечения к субсидиарной ответственности определяются на основании закона, действовавшего в момент совершения противоправного действия (бездействия) привлекаемого к ответственности лица. В то время как процессуальные правила применяются судом в той редакции закона, какая действует на момент рассмотрения дела арбитражным судом.

Названный подход разъяснен в пункте 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» применительно к Закону № 73-ФЗ, что актуально и для других изменений Закона о банкротства.

Как следует из материалов дела, ФИО2 осуществлял руководство должником в период с 01.11.2004 по 01.11.2014, ФИО4 – с 01.11.2014 по 20.02.2015, ФИО7 – с 21.02.2015 по 31.08.2015, ФИО8 являлся ликвидатором должника в период с 27.01.2016 по 01.11.2016.  

Заявляя о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, конкурсный управляющий указывает на то, что им не были переданы документы бухгалтерского учета, причинен существенный вред обществу в связи с реализацией активов должника, с 31.12.2012 ответчик не обратился с заявлением в суд о несостоятельности общества.

Согласно пунктам 2, 4, 5 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Федеральным законом от 28.07.2012 № 144-ФЗ), нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 настоящего Федерального закона.

Контролирующие должника лица солидарно несут субсидиарную ответственность по денежным обязательствам должника и (или) обязанностям по уплате обязательных платежей с момента приостановления расчетов с кредиторами по требованиям о возмещении вреда, причиненного имущественным правам кредиторов в результате исполнения указаний контролирующих должника лиц, или исполнения текущих обязательств при недостаточности его имущества, составляющего конкурсную массу. Арбитражный суд вправе уменьшить размер ответственности контролирующего должника лица, если будет установлено, что размер вреда, причиненного имущественным правам кредиторов по вине контролирующего должника лица, существенно меньше размера требований, подлежащих удовлетворению за счет контролирующего должника лица, привлеченного к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Руководитель должника несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по сбору, составлению, ведению и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об имуществе и обязательствах должника и их движении, сбор, регистрация и обобщение которой являются обязательными в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо если указанная информация искажена.

Таким образом, для привлечения виновного лица к гражданско-правовой ответственности необходимо доказать, что своими действиями (указаниями) ответчик довел должника до банкротства, то есть до состояния, не позволяющего ему удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей в течение трех месяцев с даты, когда они должны были быть исполнены.

Бремя доказывания названных обстоятельств лежит на лице, заявившем о привлечении к ответственности.

Отсутствие вины в силу пункта 2 статьи 401, пункта 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации доказывается лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности.

Из материалов дела следует, что в обществе ведение бухгалтерского учета осуществлял главный бухгалтер. 

ФИО2 при увольнении документы бухгалтерского учета и имущества должника следующему руководителю – ФИО4 не передавал.

Вместе с тем, как следует из актов приема-передачи документов должника, составленных впоследствии между руководителями, и пояснений ФИО2, ФИО4, бухгалтерская документация при увольнении ФИО2 оставалась в помещении бухгалтерии, никуда не вывозилась. Впоследствии руководители осуществляли деятельность, пользуясь документацией должника.

Таким образом, ФИО2 не является лицом, у которого возникла обязанность передать документы и имущество должника конкурсному управляющему.

При этом конкурсный управляющий не указал, какие документы за период деятельности ФИО2 отсутствуют, что не позволило ему оспорить сделки и осуществлять реализацию имущества должника, а также не доказан факт нахождения их у ответчика.   

Таким образом, факт не передачи документов должника не может являться основанием для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности.

Конкурсный управляющий указывает на совершение ФИО2 сделки по отчуждению активов, полагает, что указанные действия привели к невозможности осуществлять дальнейшую хозяйственную деятельность.

Так из материалов дела следует, что в период руководства ФИО2 должником была осуществлена сделка – по договору от 07.12.2012 реализовано имущество должника, предназначенное для осуществления хозяйственной деятельности, составляющее всю массу его активов. При проведении инвентаризации иного имущества у должника не обнаружено. 

Также ФИО2 от имени должника подписан договор поручительства от 07.09.2010, по которому общество обязалось отвечать перед Банком ВТБ (ПАО) за ООО «НПО «Южный Урал» по соглашению о кредитной линии с лимитом в размере 100 000 000 руб., при этом активы должника по состоянию на 31.12.2012 составляли 29 366 тыс. руб. (т.1, л.д. 54), сведения об активах на дату заключения договора в материалах дела отсутствуют.

Кроме того, судом первой инстанции установлено, что в период осуществления руководства ФИО2, с расчетного счета должника 24.02.2011 на счет ООО «Зерновая компания «Славянка» был перечислен займ в размере 76 440 000 руб., 21.09.2011 на счет ООО «НПО «Южный Урал» - 8 000 000 руб. – возврат займа по договору № 104 от 09.09.2011 за ОАО «Саракташский элеватор».

Оценив представленные в дело доказательства, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что совершение сделки – реализация всех активов должника заинтересованному лицу, последующая организация деятельности с использованием того же имущества на праве аренды, свидетельствует о совершении действий по выводу активов должника. 

Доказательств того, что имущество не имело ценности, не могло использоваться должником, не представлено. При этом следует учитывать, что оно было приобретено на торгах в 2007 году и реализовано ответчиком по цене, значительно превышающей цену приобретения.

Исходя из представленных в дело доказательств, суд первой инстанции сделал правильный вывод о том, что ФИО2 были созданы внутригрупповые отношения с обществом «НПО «Южный Урал» со следующей моделью ведения бизнеса: должник осуществлял производство сельскохозяйственной продукции, не имея собственных основных средств; все используемые должником производственные активы и материальные ресурсы принадлежали обществу «НПО «Южный Урал»; последнее фактически распоряжалось всей произведенной должником продукцией, а также контролировало денежные средства, поступающие должнику. В результате ведения бизнеса по такой модели у должника увеличивалась кредиторская задолженность при отсутствии собственных средств на ее погашение. После отчуждения ФИО2 всех принадлежавших должнику основных средств по договору от 26.11.2012 должник лишился возможности осуществлять производство сельскохозяйственной продукции самостоятельно, без участия общества «НПО «Южный Урал» (без использования его материальных ресурсов). Таким образом, ФИО2 была создана и поддерживалась система осуществления финансово-хозяйственной деятельности должника, нацеленная на систематическое извлечение выгоды обществом «НПО «Южный Урал» во вред должнику и его кредиторам.

Указанные обстоятельства подтверждаются также результатами налоговых проверок.

При этом поручительство за аффилированное лицо на сумму, многократно превышающую стоимость активов должника, также нельзя признать добросовестным, указанная сделка поставила под угрозу дальнейшую деятельность должника, в случае нарушения заемщиком его обязательств. Заключение такого договора привело к тому, что требования Банка были включены в реестр требований кредиторов должника. Пояснений относительно необходимости заключения такого договора не представлено.

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции полагает необоснованным вывод суда о наличии оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности в связи с перечислением заинтересованным лицам денежных средств со счета должника на сумму более 80 млн. руб.

В материалах дела отсутствуют договоры займа, сведений о возврате денежных средств не имеется, однако из бухгалтерских балансов следует, что в 2013, 2014 годах у должника имелась дебиторская задолженность в размере 74 983 100 руб., вместе с тем, в 2015 году она составляла 411 000 руб. Таким образом, задолженность была погашена. Иного конкурсным управляющим не доказано. О недостоверности бухгалтерской отчетности не заявлено. Конкурсный управляющий ОАО «Саракташский элеватор» на запрос суда указал, что запрошенные документы у него отсутствуют, сведений о перечислении денежных средств не имеется. 

Кроме того, из представленных в материалы дела АО «Россельхозбанк» платежных поручений следует, что денежные средства в размере 74 000 000 руб. были получены должником от ОАО «Саракташский элеватор» по платежному поручению № 119 от 21.02.2011 за зерно, 24.02.2011 указанная сумма была перечислена должником ООО «Зерновая компания «Славянка» в заём. При указанных обстоятельствах суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что возможно была создана круговая схема движения денежных средств между заинтересованными лицами, входящими в круг обществ, занимающихся сельскохозяйственной деятельностью на одной территории.

Вместе с тем, указанное основание для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности конкурсным управляющим не заявлялось, оснований для самостоятельного вывода о том, что спорные перечисления, в том числе, являются основанием для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности, у суда не имелось.

Довод о том, что не позднее 31.12.2012 ФИО2 должен был обратиться с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом), суд апелляционной инстанции полагает не обоснованным и приходит к выводу о том, что на указанную дату у руководителя оснований для обращения с таким заявлением не имелось. Ухудшение финансовых показателей, в отсутствие неисполненных обязательств перед кредиторами, само по себе не является основанием для обращения в суд с таким заявлением.  

Вместе с тем, такие основания, по мнению суда апелляционной инстанции, появились не позднее 31.01.2014, так как согласно бухгалтерскому балансу за 2013 год, при наличии активов на сумму 86 698 000 руб., кредиторская задолженность составила 111 554 000 руб. 

Остальные руководители осуществляли свою деятельность в период с 01.11.2014 по 01.11.2016.

В соответствии с положениями статьи 10 Закона о банкротстве, в редакции, действовавшей в спорный период, нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 настоящего Федерального закона.

Если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, в том числе, при наличии следующего обстоятельства: документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы (в ред. Федерального закона от 22.12.2014 № 432-ФЗ).

Из материалов дела следует, чтоФИО4, ФИО7 последовательно передавали следующему руководителю по акту приема-передачи документы, доказательств наличия у них каких-либо документов и имущества должника в материалах дела не имеется. 

ФИО8, являясь ликвидатором должника, получил документы по акту приема-передачи от ФИО7, осуществлял восстановление документов, передал имеющиеся у него документы по акту арбитражному управляющему. При указанных обстоятельствах оснований для привлечения указанных лиц к субсидиарной ответственности в связи с не передачей документов временному и конкурсному управляющему, не имеется.

Вывод суда первой инстанции об отсутствии оснований для привлечения указанных руководителей к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в связи с не обращением их в суд с заявлением о банкротстве, апелляционная коллегия также полагает верным.

Вывод суда о том, что периоды работы ФИО4, ФИО7, ФИО8 был непродолжительными, объективно недостаточным для изучения всей деятельности должника, в том числе всех хозяйственных операций с обществом «НПО «Южный Урал» за 2010-2014 годы, для установления факта отсутствия части документации за прошлый период и для выяснения обстоятельств, с которыми закон связывает возникновение обязанности по подаче заявления о банкротстве, апелляционная коллегия полагает верным. 

Таким образом, исходя из изложенного, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что в результате виновных действий ФИО2 при совершении сделок по реализации активов, заключению договора поручительства, осуществления хозяйственной деятельности в пользу иного подконтрольного юридического лица, должник не смог обеспечить исполнение обязательств перед кредиторами, погашение задолженности за счет имущества должника не возможно ввиду его отсутствия.

Вывод суда об отсутствии оснований для исключения из размера субсидиарной ответственности требований общества «НПО «Южный Урал», апелляционная коллегия полагает верным. 

Доводы подателя жалобы о том, что фактически руководство деятельностью общества с 2007 года осуществлял ФИО4, подлежат отклонению, так как не подтверждены надлежащими доказательствами. Факт того, что последний подписывал платежные документы, сам по себе об этом не свидетельствует.

Доводы об отсутствии у должника кредиторов на момент прекращения полномочий руководителя у ФИО2 не подтверждается материалами дела, в том числе, бухгалтерским балансом за 2014 год.    

Оснований для привлечения в качестве соответчика главного бухгалтера, суд апелляционной инстанции не усматривает, так как в силу положений Закона об обществах с ограниченной ответственностью именно на общество, в лице его руководителя, возложена обязанность по хранению документов общества, в том числе бухгалтерской документации (статья 50).  

Доказательств того, что главный бухгалтер не сохранила бухгалтерскую документацию, скрыла ее от арбитражного управляющего, в материалы дела не представлено.

При указанных обстоятельствах оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены судебного акта, не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не установлено.  

Руководствуясь статьями 176, 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Оренбургской области от 07.09.2018 по делу № А47-7584/2016 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО2 – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение одного месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий судьяС.В. Матвеева 

Судьи:С.А. Бабкина

О.В. Сотникова