АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-3118/19 

Екатеринбург

24 апреля 2024 г.

 

Дело № А60-51066/2018

Резолютивная часть постановления объявлена 16 апреля 2024 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 24 апреля 2024 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Кудиновой Ю. В.,

судей Павловой Е. А., Кочетовой О. Г.

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Сапанцевой Е.Ю., рассмотрел в судебном заседании в режиме веб-конференции кассационную жалобу ФИО1 (далее – должник, заявитель кассационной жалобы) на постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.12.2023 по делу № А60-51066/2018 Арбитражного суда Свердловской области.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании в режиме веб-конференции приняла участие представитель арбитражного управляющего ФИО2 – ФИО3 (паспорт, доверенность от 17.02.2022 № 77 АГ 8675831). 

В судебном заседании в помещении Арбитражного суда Уральского округа приняли участие:

лично ФИО4 (паспорт) и ее представитель ФИО5 (паспорт, доверенность от 03.02.2023 № 66 АА 7751672);

представитель арбитражного управляющего ФИО2 – ФИО6 (паспорт, доверенность от 16.12.2023 № 77 АД 5001985);

конкурсный управляющий общества с ограниченной ответственностью «Малина» ФИО7 (паспорт, определение Арбитражного суда Свердловской области от 09.01.024 по делу № А60-30688/2017);

представитель общества с ограниченной ответственностью «Велес» в лице конкурсного управляющего ФИО8 – ФИО9 (паспорт, доверенность от 09.01.2024).

Представленное через систему «Мой Арбитр» дополнение к отзыву на кассационную жалобу ФИО2 приобщается к материалам кассационного производства ввиду заблаговременного направления лицам, участвующим в деле (статья 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, далее – АПК РФ). Приложенные к дополнению документы к материалам дела не приобщаются и возвращаются ввиду того, что в силу статьи 286 АПК РФ исследование и оценка доказательств не входит в компетенцию суда округа, дополнительные доказательства не могут быть приобщены к материалам дела на стадии кассационного обжалования вступивших в законную силу судебных актов.

 

Акционерное общество «Газпромбанк» (далее – общество «Газпромбанк», Банк) 02.04.2018 обратилось в Арбитражный суд Челябинской области с заявлением о признании ФИО1 несостоятельной (банкротом).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 11.10.2018 заявление общества «Газпромбанк» признано обоснованным, в отношении должника введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО2

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 24.10.2019 ФИО1 признана банкротом, введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим должника утвержден ФИО2

В арбитражный суд 23.06.2021 поступила жалоба ФИО1 на действия финансового управляющего ФИО2, содержащая также требования о взыскании с финансового управляющего ФИО2 убытков и отстранении его от исполнения обязанностей.

В порядке статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) к участию в обособленном споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований, относительно предмета спора привлечены Управление Росреестра по Свердловской области, Ассоциация «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих Центрального федерального округа», общество с ограниченной ответственностью «Международная страховая группа», общество с ограниченной ответственностью «Страховое общество «Помощь», акционерное общество «Наско», индивидуальный предприниматель ФИО10.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 27.04.2023, оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.06.2023, обособленный спор по заявлению ФИО1 о взыскании с финансового управляющего ФИО2 убытков выделен в отдельное производство.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 17.10.2023 жалоба ФИО1 на действия финансового управляющего ФИО2 удовлетворена частично; признано незаконным бездействие финансового управляющего ФИО2 

– по обеспечению сохранности движимого имущества, обнаруженного в помещениях, принадлежащих должнику; 

– по непринятию мер по направлению в регистрирующий орган заявлений заинтересованного лица (ФИО1), чьи интересы затрагиваются в связи с исключением юридических лиц из Единого государственного реестра юридических лиц (далее – реестр); 

– по непринятию мер по взысканию дебиторской задолженности с индивидуального предпринимателя ФИО11; 

– по непринятию мер по защите интересов должника в делах № А60-54668/2021 о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «Кайрос» (далее – общество «Кайрос»), № А60-60644/2017 о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Сосновый бор» (далее – общество ТД «Сосновый бор»), № А60-13517/2018 о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «Деловая недвижимость» (далее – общество «Деловая недвижимость»), № А60-30688/2017 о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «Малина» (далее – общество «Малина»), № А60-13524/2018 о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «Велес» (далее – общество «Велес»), где ФИО1 выступала ответчиком в обособленных спорах о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

Кроме того, ФИО2 отстранен от исполнения обязанностей финансового управляющего в деле о банкротстве ФИО1; в удовлетворении остальной части требований отказано.

Постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.12.2023 определение суда первой инстанции от 17.10.2023 отменено в части признания незаконным бездействия финансового управляющего ФИО2 по непринятию мер: 

– по обеспечению сохранности движимого имущества, обнаруженного в помещениях, принадлежащих должнику;

– по взысканию дебиторской задолженности с ФИО11;

– по защите интересов должника в делах о банкротстве общества «Кайрос», общества « ТД «Сосновый бор», общества «Деловая недвижимость», общества «Малина», общества «Велес», где ФИО1 выступала ответчиком в обособленных спорах о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

Кроме того, определение суда от 17.10.2023 отменено в части отстранения ФИО2 от исполнения обязанностей финансового управляющего в деле о банкротстве ФИО1

Не согласившись с принятыми судебными актами, должник обратилась в суд округа с кассационной жалобой, в которой просит постановление от 26.12.2023 отменить, оставить в силе определение от 17.10.2023.

В обоснование доводов кассационной жалобы заявитель указывает, что при проведении оценки объектов недвижимого имущества должника (19.05.2020) управляющим было установлено наличие большого количества движимого имущества (стеллажи, компрессорные установки, различная мебель, погрузчики и др.) в оцениваемом складском помещении по адресу: 

<

...>, однако управляющим не проведена опись и оценка выявленного движимого имущества, как следствие, не было представлено и положение о порядке, об условиях и о сроках реализации имущества должника; настаивает, что как минимум по состоянию на 21.04.2020 управляющий знал и в материалах дела содержались сведения о том, что на территории должника хранится движимое имущество; отмечает, что при наличии обоснованных сомнений в принадлежности должнику найденного движимого имущества финансовый управляющий обязан был действовать в порядке, установленном статьями 227, 228 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), однако в результате действий (бездействия) управляющего найденное имущество, которое фактически принадлежало должнику, ввиду нахождения данного имущества в помещении должника и отсутствия иных установленных правообладателей, пропало.

Помимо изложенного заявитель кассационной жалобы настаивает, что то обстоятельство, что исключение в административном порядке из реестра общества с ограниченной ответственностью «Пикник-Алко» (далее – общество «Пикник-Алко») произошло в процедуре реструктуризации имущества должника, не является препятствующим обстоятельством для направления управляющим в регистрирующий орган заявления о приостановлении процедуры исключения общества из реестра, как затрагивающим имущественные интересы должника.

Кроме того, должник полагает, что судом апелляционной инстанции не учтено, что фактически ФИО11 не было исполнена обязанность, возложенная решением Арбитражного суда Свердловской области от 22.10.2018 по делу № А60-35561/2018, поскольку судебным приставом-исполнителем не установлен факт перетока электрической энергии в объеме 100 кВт на объекты ФИО1, расположенные по адресу: 

<

...> (проведен кабель мощностью только 15 кВт), испытания сетевого кабеля на территории участка, принадлежащей ФИО1 не производились, в связи с чем должник полагает, что расчет неустойки судебным приставом-исполнителем и финансовым управляющим за период с 04.12.2019 по 09.07.2020 в размере 412 000 руб. является некорректным (расчет неустойки должен быть произведен за период с 04.12.2019 по 24.03.2021 – день реализации недвижимого имущества должника), остаток неуплаченной ФИО11 неустойки составляет 544 000 руб. 

Должник в своей кассационной жалобе также указывает, что финансовый управляющий уклонился от представления интересов должника в других арбитражных спорах, где к ФИО1 были предъявлены исковые требования о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам подконтрольных ей лиц, результаты которых существенным образом повлияли либо могут повлиять на достижение целей процедуры банкротства.

В отзыве на кассационную жалобу управляющий просит оставить оспариваемые судебные акты без изменения.

Рассмотрев доводы кассационной жалобы, изучив материалы дела, проверив законность определения суда первой инстанции и постановления суда апелляционной инстанции с учетом норм статьи 286 АПК РФ, суд округа оснований для отмены постановления суда апелляционной инстанции не усматривает.

Как установлено судами и следует из материалов дела, обращаясь с жалобой на действия (бездействие) финансового управляющего ФИО2, должник ФИО1 приводила доводы о незаконности бездействия финансового управляющего, выразившегося в:

– непринятии мер по обеспечению сохранности движимого имущества должника (эпизод 1); 

– непринятии мер по направлению в регистрирующий орган заявлений заинтересованного лица (ФИО1), чьи интересы затрагиваются в связи с исключением юридических лиц из реестра (эпизод 2);

– непринятии мер по взысканию дебиторской задолженности, образовавшейся по договорам аренды с обществом с ограниченной ответственностью «Медфарм», индивидуальным предпринимателем ФИО12 (эпизод 3);

– непринятии мер по взысканию дебиторской задолженности с ФИО11, возникшей в связи с неисполнением решения Арбитражного суда Свердловской области от 22.10.2018 по делу № А60-35561/2018 и определения Арбитражного суда Свердловской области от 03.12.2019 по делу № А60-35561/2018 (эпизод 4);

– непринятии мер по установлению местонахождения, включению в конкурсную массу должника, оценки и реализации транспортных средств FUSO Canter FE85DG и BMW ХЗ XDRIVE 281, подлежащих возврату ФИО13 по определению арбитражного суда от 30.08.2021 по делу № А60-51066/2018 (эпизод 5);

– непринятии мер по установлению местонахождения, включению в конкурсную массу должника, оценки и реализации транспортных средств Хенде Н-100 Портер, г.н. К314УС96 (VIN X7MXKN7FP7M017304), ВИС234700-30, г.н. С455ЕМ96 (VIN 

<

***>), АФ-77L3BJ Foton, г.н. С905РВ96 (VIN 

<

***>), АФ-77А3BJ Foton, г.н. С531УМ96 (VIN 

<

***>), АФ-77А3ВJ Foton, г.н. С532УМ96 (VIN 

<

***>), 172412 ГАЗ, г.н. О142АС96 (VIN 

<

***>) (эпизод 6);

– непринятии мер по защите интересов должника в делах о банкротстве общества «Кайрос» (дело № А60-54668/2021), общества ТД «Сосновый бор» (дело № А60-60644/2017), общества «Деловая недвижимость» (дело № А60-13517/2018), общества «Малина» (дело № А60-30688/2017), общества «Велес» (дело № А60-13524/2018), где ФИО1 выступала ответчиком в обособленных спорах о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности (эпизод 7).

Неисполнение управляющим указанных обязанностей, по мнению должника, свидетельствует о возможности отстранения арбитражного управляющего ФИО2 от исполнения обязанностей финансового управляющего в деле о банкротстве ФИО1

Частично удовлетворяя заявленные требования (по эпизодам 1, 2, 4, 7) и отстраняя ФИО2 от исполнения обязанностей финансового управляющего, суд первой инстанции признал незаконным соответствующее бездействие финансового управляющего ФИО2, согласившись с позицией должника, не усмотрев при этом оснований для удовлетворения жалобы должника в остальной части требований; отметив значительную продолжительность непринятия каких-либо мер по пополнению конкурсной массы и погашению требований кредиторов в рамках процедуры банкротства ФИО1 при наличии большого объема активов у должника, наличие существенных нарушений, отсутствие должного контроля над процедурой банкротства, значительную вероятность причинения должнику и кредиторам убытков, суд пришел к выводу о возможности применения в отношении ФИО2 крайней меры в виде отстранения от исполнения обязанностей финансового управляющего ФИО1

Суд апелляционной инстанции, пересмотрев данный обособленный спор в порядке, предусмотренном частью 5 статьи 286 АПК РФ, в части удовлетворенных требований по эпизодам 1, 2, 4, 7 и отстранению управляющего, отменил определение суда первой инстанции в части признания незаконными действий управляющего по эпизодам 1, 4, 7, в удовлетворении заявленных требований отказал, не усмотрев оснований считать, что действиями управляющему также был причинен вред имущественным правам должника или его кредиторов. Суд апелляционной инстанции также отказал в удовлетворении требований в части отстранения ФИО2 от исполнения обязанностей финансового управляющего в деле о банкротстве должника. 

При этом суд апелляционной инстанции руководствовался следующим.

Основной круг обязанностей (полномочий) конкурсного управляющего определен в статье 129 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), невыполнение которых является основанием для признания действий конкурсного управляющего незаконными и отстранения его от возложенных на него обязанностей.

В силу пункта 4 статьи 20.3 Закон о банкротстве, при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника кредиторов и общества.

Статьей 60 Закона о банкротстве предусмотрена возможность защиты прав и законных интересов конкурсных кредиторов путем обжалования конкретных действий (бездействия) арбитражного управляющего в целях урегулирования разногласий, восстановления нарушенных прав. По смыслу данной нормы права основанием для удовлетворения жалобы соответствующих лиц о нарушении их прав и законных интересов действием (бездействием) арбитражного управляющего является установление арбитражным судом фактов несоответствия этих действий (бездействия) законодательству и нарушения такими действиями (бездействием) прав и законных интересов кредиторов и должника. Обращение в арбитражный суд заявителя обусловлено характером нарушения его прав и вытекает из подлежащих применению норм материального права, следовательно, заявитель жалобы должен указать (назвать) обжалуемые действия, дать правовое обоснование своего требования и указать, какие его права и законные интересы нарушены.

В ходе конкурсного производства арбитражный управляющий в соответствии с возложенными на него Законом о банкротстве обязанностями должен принять меры, направленные на поиск, выявление, возврат и сохранность имущества должника, то есть, сформировать конкурсную массу, а также исполнять иные установленные Законом о банкротстве обязанности (пункт 2 статьи 129 Закона о банкротстве).

Следовательно, при установлении данных обстоятельств, непринятие своевременных мер по поиску, выявлению, возврату и сохранению имущества служит основанием для признания действий конкурсного управляющего недействительными.

первый эпизод:

Должник в качестве одного из оснований жалобы ссылался на бездействие финансового управляющего по обеспечению сохранности движимого имущества, обнаруженного в здании склада, площадью 2 218,7 кв. м, расположенного по адресу: 

<

...>. 

Как установлено судом апелляционной инстанции, определением суда от 09.04.2019, вынесенным в рамках настоящего дела, суд обязал должника ФИО1 передать финансовому управляющему ФИО2, в том числе, опись имущества гражданина с указанием места нахождения или хранения имущества, в том числе имущества, являющегося предметом залога, с указанием наименования или фамилии, имени и отчества залогодержателя.

Как следует из материалов настоящего дела о банкротстве, данное определение ФИО1 не было исполнено, опись имущества и документы финансовому управляющему ФИО2 не переданы.

В ходе процедуры финансовым управляющим ФИО2 в конкурсную массу должника было включено недвижимое имущество: склад площадью 2 218,7 кв. м, расположенное по адресу: 

<

...>, и земельный участок под ним, площадью 5 304 кв. м.

При осмотре имущества управляющим на территории складской базы обнаружено закрытое помещение.

ФИО1 не были переданы ключи от склада площадью 2 218,7 кв. м, расположенного по адресу: 

<

...>, и не был предоставлен доступ в указанное помещение.

Как указывает управляющий, должником неоднократно чинились препятствия финансовому управляющему ФИО2 в деятельности по управлению складской базы, предпринимались меры по проникновению на территорию складской базы; сотрудниками привлеченной охранной организации неоднократно подавались заявления о возбуждении уголовного дела в отношении ФИО1 (письмо общества с ограниченной ответственностью ЧОП «Метрос» о необходимости усиления охраны и подтверждения обращений в правоохранительные органы приобщалось в материалы обособленного спора); на территорию базы неоднократно вызывались наряды полиции; ФИО1 направляла письма арендаторам помещений на указанной складской базе с требованиями не заключать договоры аренды с финансовым управляющим ФИО2, не перечислять денежные средства за аренду.

В связи с подобным поведением должника, 28.01.2021 вышеуказанное помещение было вскрыто финансовым управляющим в присутствии некоторых кредиторов, где обнаружено большое количество движимого имущества: стеллажи, холодильные установки, кондиционеры, автопогрузчик, духовые шкафы, компрессорные установки, различная мебель, строительные материалы, пищевые лотки из нержавеющей стали, посуда, машина для нарезки, контейнеры и т.п. Общая площадь помещения, занимаемого имуществом, составила 761,3 кв. м. В связи с тем, что имущество в большом количестве было расположено на многоуровневых стеллажах, незамедлительно и своими силами установить полный перечень имущества и его количество не представлялось возможным; управляющим была проведена фотофиксация имущества, установлена пломба на замке до определения судом судьбу данного имущества.

Суд апелляционной инстанции, проверяя доводы должника о том, что управляющий должен был провести инвентаризацию движимого имущества, находящегося в складе, оценить и представить суду положение об утверждении для последующей реализации, пришел к выводу, что у финансового управляющего ФИО2 отсутствовала реальная возможность определить принадлежность движимого имущества должнику, поскольку ФИО1 не были переданы какие-либо сведения и опись в отношении движимого имущества, все помещения в нежилом здании находились в аренде у иных лиц.

Суд апелляционной инстанции отметил, что сама ФИО1 в ходе рассмотрения ряда иных обособленных споров отрицала принадлежность ей этого имущества, возражала против его инвентаризации, в частности в судебном заседании 24.11.2021 при рассмотрении обособленного спора о привлечении специализированной организации для целей проведения описи имущества ФИО1 последняя заявила об отсутствии факта существования каких-либо списков имущества; аналогичным образом в рамках другого обособленного спора по настоящему делу № А60-51066/2018 от ФИО1 09.06.2021 в суд поступили возражения на ходатайство финансового управляющего ФИО2 об утверждении расходов на аренду помещения для хранения имущества, в котором ФИО1 просила исключить данное движимое имущество из конкурсной массы, в связи с чем судом финансовый управляющий ФИО2 был вынужден обратиться в суд с ходатайством о привлечении специализированной организации – общества с ограниченной ответственностью «Вондига» (далее – общество «Вондига») для проведения инвентаризации выявленного имущества, поскольку для его инвентаризации требовалась специальная техника: подъемники, штабелеры, а также погрузчики, которым обладала заявленная организация.

Определением от 26.04.2021, отказывая в удовлетворении требований финансового управляющего о привлечении для обеспечения его деятельности для проведения инвентаризации общества «Вондига», суд установил, что в ходатайстве финансового управляющего содержатся мероприятия, которые подлежат выполнению только в случае доказанности принадлежности выявленного имущества должнику, при этом должник в судебном заседании указывал круг юридических лиц, входивших в группу компаний «Пикник», в собственности которых данное имущество может находится, в том числе общество «Малина».

В определении от 12.07.2021 суд указал на отсутствие доказательств нахождения движимого имущества, выявленного на территории складской базы, расположенной по адресу: 

<

...>, в собственности должника на указанную дату (17.10.2019), а также на момент рассмотрения обособленного спора об утверждении расходов на аренду, исключении имущества из конкурсной массы.

Судом апелляционной инстанции при рассмотрении настоящего обособленного спора также принято во внимание, что в целях установления собственника имущества финансовым управляющим должника всем арендаторам были разосланы уведомления о проведении осмотра помещения базы, однако никто из явившихся для осмотра помещений право на торговое оборудование за собой не признал.

С учетом того, что должнику предлагалось передать финансовому управляющему документацию на оборудование, копии договоров о его приобретении, однако доказательств, свидетельствующих о принадлежности имущества должнику, ФИО1 не представлено; отметив, что фактические обстоятельства настоящего дела о банкротстве и поведение самого должника свидетельствуют о том, что должник длительное время отрицала принадлежность ей вышеуказанного выявленного имущества, а у финансового управляющего при таком поведении должника не имелось оснований для включения выявленного на складе движимого имущества в конкурсную массу ФИО1 и проведения его инвентаризации, суд апелляционной инстанции заключил, что при таких фактических обстоятельствах оснований для признания незаконным бездействия финансового управляющего ФИО2 по непринятию мер по обеспечению сохранности движимого имущества должника – не имеется.

При этом, отклоняя доводы о том, что финансовому управляющему было известно о наличии в помещении некоего движимого имущества, ввиду чего управляющий обязан был принять меры по включению его в конкурсную массу, суд апелляционной инстанции исходил из того принадлежность указанного имущества должнику для управляющего не было однозначно определенной, поскольку позиция самой ФИО1 и ее поведение по нераскрытию состава своего имущества, непередаче документов в отношении этого имущества не давала управляющему повода считать движимое имущество собственностью должника и, соответственно, оснований для включения его в конкурсную массу. 

Судом апелляционной инстанции также принято во внимание, что определением от 12.07.2021 было отказано финансовому управляющему в удовлетворении ходатайства об исключении имущества, выявленного на территории складской базы, расположенной по адресу: 

<

...>, из конкурсной массы ФИО1, с возложением обязанности на общества «Велес», «Малина», «ТД «Сосновый бор», «Аппетина», «Юго-Запад» вывезти имущество с территории складской базы; возложить ответственность по сохранности, расходы по аренде, перевозке имущества на указанные общества. При этом, отказывая в удовлетворении ходатайства финансового управляющего, суд исходил из того, что указанные мероприятия подлежат выполнению только в случае доказанности принадлежности выявленного имущества должнику, чего не было установлено, отметив также намерение иного лица (общества с ограниченной ответственностью «Смарт» - кредитора подконтрольного должнику общества «Малина») вывезти спорное имущество.

Финансовый управляющий также в целях установления бесхозной вещи обращался в Арбитражный суд Свердловской области с целью выявления собственника либо признания за ФИО1 права собственности на вещи, расположенные по адресу: 

<

...>, с заявлением об инвентаризации имущества, о возможности сохранить имущество в помещении, заключив договор аренды на часть помещения с ФИО10, поскольку это имущество было найдено в помещении склада должника; при этом сама ФИО1 в судебных заседаниях указывала, что это имущество принадлежит обществам «Велес», «Малина», «ТД «Сосновый бор», «Аппетина», «Юго-Запад», которые осуществляли деятельность на складской территории и являлись кредиторами ФИО1

Исходя из установленной хронологии событий, принимая во внимание занимаемую должником в течение длительного времени позицию, заключавшуюся в отрицании факта принадлежности выявленного движимого имущества и в указании на его принадлежность подконтрольным ей обществам, непосредственно занимавшимся соотносимой хозяйственной деятельностью, отсутствие у управляющего каких-либо документов, позволяющих признать должника собственником имущества, а также предпринимаемые управляющим в судебном порядке попытки установить действительного собственника имущества, суд апелляционной инстанции заключил, что финансовый управляющий действовал в интересах должника и кредиторов, поскольку до момента установления правообладателя спорного имущества оно нуждалось в хранении, а в случае подтверженности принадлежности имущества должнику из конкурсной массы должны были быть выделены денежные средства на проведение инвентаризации (составлении описи); между тем, в отсутствие доказательств принадлежности движимого имущества должнику судом в иных обособленных порах не были установлены основания для расходования конкурсной массы на инвентаризацию и сохранение имущества. Следовательно, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что финансовым управляющим были предприняты достаточные и законные способы определения юридической судьбы спорного имущества.

Исследовав фактические обстоятельства спора, установив, что после того, как в августе 2021 года часть имущества пропала, финансовый управляющий обратился с заявлением о пропаже имущества в полицию, которая отказала в возбуждении уголовного дела; отметив, что позднее после получения от ФИО10 обращения от 23.01.2023 о готовности передать находящееся на складе движимое имущество с оплатой за хранение в сумме 10 000 руб. в месяц, судом было отказано в удовлетворении ходатайства об утверждении дополнительных расходов по хранению 15 позиций предметов движимого имущества по стоимости 10 000 руб. за месяц, начиная с 01.03.2022 (определение от 19.04.2023) по мотиву того, что у финансового управляющего отсутствует возможность самостоятельного проведения инвентаризации и непринадлежности должнику ФИО1 движимого имущества, расположенного по адресу: 

<

...>, в связи с чем суд апелляционной инстанций в настоящем обособленном споре заключил об отсутствии в действиях финансового управляющего ФИО2 признаков незаконного бездействия по обеспечению сохранности имущества должника.

второй эпизод:

Должник также указывала на бездействие управляющего выразившееся в ненаправлении в регистрирующий орган, в соответствии с пунктом 4 статьи 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридический лиц и индивидуальных предпринимателей» (далее – Закон о государственной регистрации), заявлений заинтересованного лица (ФИО1), чьи интересы затрагиваются о приостановлении исключения юридических лиц общества «Пикник-Алко», общества «Прогресс» и общества «Юго-Запад» из реестра. 

Как установлено судом апелляционной инстанции, должник обладала 100% доли в уставных капиталах обществ «Бизнесрешения», «Кайрос», «Меркурий», «Прогресс», «ТД «Сосновый бор», «Юго-Запад», «Пикник-Алко».

В отношении обществ «Прогресс», «Юго-Запад» и «Пикник-Алко» регистрирующим органом приняты решения о предстоящем исключении из реестра при наличии признаков недействующего лица на основании пункта 2 статьи 21.1 Закона о государственной регистрации.

В последующем, в отсутствие мотивированных заявлений в соответствии пунктом 4 статьи 21.1 Закон о государственной регистрации, данные общества исключены из реестра.

Должник указывал на то, что в результате бездействия финансового управляющего по направлению заявления в регистрирующий орган утрачена возможность по пополнению конкурсной массы в виде уставного капитала обществ общей стоимостью 10 510 000 руб.

Исследовав доводы о наличии признаков незаконного бездействия ФИО2, установив, что в выписке в отношении общества «Юго-Запад» в разделе «Сведения о документах, представленных при внесении записи ЕГРЮЛ» содержится информация о поступлении заявления лица, чьи права затрагиваются исключением юридического лица из ЕГРЮЛ, от 09.10.2019 (строки 316, 317, 321), затем аналогичное заявление от 23.04.2020 № 20982А поступало 28.04.2020 (строки 328, 329, 332, 333); исходя из того, что 15.06.2020 регистрирующим органом было принято решение о предстоящем исключении из реестра юридического лица (в связи с наличием в реестре недостоверных сведений), о чем внесена запись от 17.06.2020, и 02.10.2020 внесена запись о прекращении юридического лица (исключение из реестра юридического лица в связи с наличием недостоверных сведений о нем); признав, что основанием для исключения общества «Юго-Запад» из реестра явилось наличие недостоверных сведений о месте нахождения юридического лица, соответствующая запись о недостоверности сведений была внесена еще 26.03.2018; с учетом того, что в отношении общества «Юго-Запад» такое заявление могло быть подано в 2020 году, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что управляющий, несмотря на имеющуюся возможность не предпринял мер к приостановлению процедуры исключения из реестра общества «Юго-Запад». 

Аналогичным образом, установив, что в выписке в отношении общества «Прогресс» в разделе «Сведения о документах, представленных при внесении записи ЕГРЮЛ» содержится информация о поступлении 18.01.2021 заявлении лица, чьи права затрагиваются исключением юридического лица из реестра, от 16.01.2021 № 1285А (строки 197, 198 199), однако 09.03.2022 регистрирующим органом было принято решение о предстоящем исключении из реестра недействующего юридического лица и 24.06.2022 внесена запись о прекращении юридического лица (исключение из реестра недействующего юридического лица); указав, что основанием для признания общества «Прогресс» недействующим явились справка об отсутствии движения средств по счетам или отсутствии открытых счетов от 03.03.2022 № 2656 и справка о непредставлении юридическим лицом в течение последних 12 месяцев документов отчетности от 03.03.2022 № 17371-О; с учетом того, что в отношении общества «Прогресс» такое заявление могло быть подано в 2022 году, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что финансовый управляющий посредством подачи соответствующих заявлений мог предотвратить исключение из реестра двух общества, в котором должник ФИО1 являлась единственным участником, от реализации доли которой могла быть пополнена конкурсная масса. 

Указанные выводы суда апелляционной инстанции лицами, участвующими в деле, в том числе арбитражным управляющим ФИО2, в кассационном порядке не оспариваются.

Между тем, исследовав аналогичные доводы должника о непринятии финансовым управляющим мер, препятствующих исключению из реестра общества «Пикник-Алко», суд апелляционной инстанции, установив, что указанное общество было исключено из реестра 22.05.2019 (решение о предстоящем исключении принято 04.02.2019) в связи с наличием в отношении него недостоверных сведений о месте нахождения юридического лица, запись о недостоверности указанных сведений была внесена 29.06.2018; исходя из того, что ФИО1 была признана банкротом только 17.10.2019 (объявлена резолютивная часть решения); заключив, что до признания должника банкротом финансовый управляющий не мог предпринять действия по подаче заявления в налоговый орган в отношении общества «Пикник-Алко», где ФИО1 была единственным участником, не установил в действиях финансового управляющего ФИО2 виновного бездействия по данному эпизоду. 

четвертый эпизод:

В качестве еще одного эпизода, вменяемого должником в вину финансовому управляющему ФИО2, указывалось на непринятие последним мер по взысканию с ФИО11 дебиторской задолженности, возникшей в связи с неисполнением решения Арбитражного суда Свердловской области от 22.10.2018 по делу № А60-35561/2018 и определения Арбитражного суда Свердловской области от 03.12.2019 по делу № А60-35561/2018. 

Как установлено судом апелляционной инстанции, вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Свердловской области от 22.10.2018 по делу № А60-35561/2018 удовлетворены исковые требования ФИО1 к ФИО11; на ФИО11 возложена обязанность возобновить переток электрической энергии на объекты ИП ФИО1, расположенные по адресу: 

<

...>.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 03.12.2019 по тому же делу № А60-35561/2018 со ФИО11 в пользу ФИО1 взыскана судебная неустойка в сумме 2000 руб. за каждый день неисполнения решения суда, начиная с 11.02.2019 по день фактического исполнения судебного решения.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.07.2020 определение суда от 03.12.2019 по делу № А60-35561/2018 изменено, со ФИО11 в пользу ФИО1 взыскана судебная неустойка в сумме 2 000 руб. за каждый день неисполнения судебного акта, начиная с 04.12.2019 по день фактического исполнения судебного решения.

Должником получен исполнительный лист от 17.08.2020 серии ФС № 032667624, на основании которого возбуждено исполнительное производство № 117281/21/66007-ИП.

Постановлением судебного пристава-исполнителя от 12.11.2020 исполнительное производство в отношении ФИО11 о взыскании неустойки окончено в связи с исполнением.

В последующем 24.08.2021 постановление судебного пристава-исполнителя от 12.11.2020, отменено, производство по исполнительному производству № 117281/21/66007-ИП возобновлено.

Далее исполнительное производство № 117281/21/66007-ИП в отношении ФИО11 о взыскании с него денежных средств окончено 26.10.2021 в связи с исполнением. Согласно постановлению судебного пристава-исполнителя от 26.10.2021 сумма взыскания по исполнительному производству № 117281/21/66007-ИП составляет 2 000 руб., и в связи с оплатой данной суммы должником исполнительное производство окончено.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 20.04.2022, оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.08.2022, признано незаконным постановление от 26.10.2021 об окончании исполнительного производства № 117281/21/66007-ИП, суд обязал судебного пристава-исполнителя Чкаловского РОСП г. Екатеринбурга возобновить исполнительное производство № 117281/21/66007-ИП и рассчитать неустойку, подлежащую взысканию со ФИО11

Должник указывает на то, что финансовым управляющим на протяжении более 2-х лет (в период с 24.10.2019 по 19.11.2021) не совершались действия по принудительному взысканию с ФИО11. задолженности перед должником.

Суд апелляционной инстанции, приняв во внимание, что в рамках дела № А60-59737/2021 именно по заявлению финансового управляющего ФИО2 решением Арбитражного суда Свердловской области от 20.04.2022, оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.08.2022, признано незаконным постановление от 26.10.2021 об окончании исполнительного производства № 117281/21/66007-ИП, суд обязал судебного пристава-исполнителя Чкаловского РОСП г. Екатеринбурга возобновить исполнительное производство № 117281/21/66007-ИП и рассчитать неустойку, подлежащую взысканию с ФИО11; отметив, что обращаясь в суд, финансовый управляющий указал, что неустойка подлежит начислению и взысканию с ФИО11 за период с 04.12.2019 по 09.07.2020 и сумма такой неустойки составит 412 000 руб.; установив, что указанная сумма денежных средств взыскана в полном объеме, денежные средства в сумме 412 000 руб. поступили в конкурсную массу; заключив, что какое-либо правовое и фактическое обоснование того, что судебная неустойка подлежала начислению и взысканию за период после 09.07.2020 и 24.03.2021 (до даты проведения торгов по реализации объектов недвижимости в деле о банкротстве) в материалах дела отсутствует и суду не представлено, пришел к выводу об отсутствии оснований для признания соответствующего бездействия финансового управляющего незаконным.

седьмой эпизод: 

Должник в качестве еще одного из оснований жалобы ссылалась на бездействие финансового управляющего, выразившееся непринятие мер по защите интересов должника в обособленных спорах о привлечении ФИО1 как контролирующего лица к субсидиарной ответственности в делах о банкротстве общества «Кайрос» (дело № А60-54668/2021), общества «ТД «Сосновый бор» (дело № А60-60644/2017), общества «Деловая недвижимость» (дело № А60-13517/2018), общества «Малина» (дело № А60-30688/2017), общества «Велес» (дело № А60-13524/2018). Должник указывала на то, что в рамках указанных дел финансовым управляющим не принималось участие в судебных заседаниях, не представлялась позиция в защиту интересов должника и ее кредиторов. 

Как установлено судом апелляционной инстанции: 

– в рамках дела № А60-54668/2021 ФИО1 привлечена к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «Кайрос» в сумме 5 407 534 руб. 47 коп.;

– в рамках дела № А60-60644/2017 ФИО1 привлечена к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «ТД «Сосновый бор» в сумме 6 561 491 руб. 72 коп.;

– в рамках дела № А60-13517/2018 ФИО1 привлечена к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «Деловая недвижимость» в сумме 9 919 500 руб.;

– в рамках дела № А60-30688/2017 ФИО1 привлечена к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «Малина» в сумме 25 325 341 руб.;

– в рамках дела № А60-13524/2018 ФИО1 привлечена к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «Велес» в суме 1 026 655 руб. 76 коп.

Требования подконтрольных должнику лиц включены в реестр требований кредиторов ФИО1 

Исследовав фактические обстоятельства дела, исходя из того, что участие либо неучастие финансового управляющего непосредственно в судебных заседаниях само по себе не могло повлиять на результаты привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам ряда обществ, а также на установление размера такой ответственности; отметив, что суть субсидиарной ответственности – это возложение на контролирующее должника лицо ответственности за убытки, причиненные кредиторам, в связи с недобросовестным ведением бизнеса его бенефициаром; с учетом того, что ФИО1 свою правоспособность в части участия в судебных спорах, представлению доказательств и защите своих имущественных интересов в судах не утратила после признания ее несостоятельной (банкротов); установив, ФИО1 во всех делах о банкротстве подконтрольных ей юридических лиц принимала активное участие лично и через своих представителей, в том числе в спорах о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что поскольку финансовый управляющий не является представителем должника (управляющий действует в интересах конкурсной массы), то само по себе неучастие управляющего в судебных заседаниях не могло привести к возникновению признаков незаконного бездействия, не усмотрев оснований для удовлетворения жалобы должника на действия (бездействие) управляющего в данной части.

Рассматривая ходатайство должника об отстранении ФИО2 от исполнения обязанностей финансового управляющего, суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями абзаца 3 пункта 1 статьи 98 Закона о банкротстве, а также разъяснениями пункта 56 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», пункта 28 Обзора судебной практики по вопросам участия арбитражного управляющего в деле о банкротстве, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 11.10.2023, исходил из того, что нарушения, допущенные арбитражным управляющим при исполнении возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве, должны быть существенными, то есть повлекшие значительные негативные последствия для кредиторов и должника. В рассматриваемом случае таковых не установлено. В связи с чем суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии достаточных оснований для отстранения ФИО2 от исполнения обязанностей финансового управляющего.

Исследовав и оценив доводы сторон и собранные по делу доказательства в соответствии с требованиями статей 67, 68, 71 АПК РФ, руководствуясь положениями действующего законодательства, суд апелляционной инстанций правильно определил правовую природу спорных правоотношений, с достаточной полнотой выяснил имеющие значение для дела обстоятельства, установив, что должником не доказаны обстоятельства, что при исполнении обязанностей финансовый управляющий действовал недобросовестно и неразумно по эпизодам 1, 2, 4, 7, пришел к обоснованному выводу о отсутствии оснований для удовлетворения жалобы должника. В нарушение статьи 65 АПК РФ заявителем жалобы не представлены достаточные и надлежащие доказательства нарушения арбитражным управляющим положений законодательства о банкротстве, а также законных прав и интересов заявителя жалобы в результаты действий (бездействия) финансового управляющего, совокупность обстоятельств, необходимых для признания действий финансового управляющего незаконными материалами дела не доказана.

Суд округа полагает, что выводы суда апелляционной инстанции соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на положениях действующего законодательства, в связи с чем оснований для иной оценки выводов суда апелляционной инстанции у суда округа не имеется.

Доводы кассационной жалобы должника, настаивающего на неверной оценке судом апелляционной инстанции обстоятельств бездействия управляющего по инвентаризации, оценке и реализации движимого имущества должника, находящегося в складском помещении по адресу: 

<

...>, основанием для отмены состоявшегося судебного акта суда апелляционной инстанции являться не могут. 

В рассматриваемом случае суд апелляционной инстанции, отклоняя доводы должника о виновном бездействии финансового управляющего ФИО2 по невключению движимого имущества (стеллажи, компрессорные установки, различная мебель, погрузчики и др.) в состав конкурсной массы, исходил из того, что какие-либо документы, сведения или опись имущества, подтверждающие право собственности на данное имущество, должником не были предоставлены ни финансовому управляющему, ни суду, при этом все помещения в нежилом здании находились в аренде у иных лиц, сама ФИО1 в ходе рассмотрения ряда обособленных споров отрицала принадлежность этого имущества, возражала против его инвентаризации, в свою очередь финансовым управляющим неоднократно предпринимались попытки по обеспечению его сохранности путем привлечения специалиста для инвентаризации указанного имущества, поиска владельцев имущества среди подконтрольных должнику юридических лиц, оплате за счет конкурсной массы услуг по его хранению после реализации складского помещения, в удовлетворении требований которого судом отказывалось именно исходя из отсутствия достоверных сведений, подтверждающих факт принадлежности указанного имущества именно должнику. С учетом фактических обстоятельств настоящего дела о банкротстве и поведения должника, отрицавшей на протяжении 2019 – 2021 г.г. факт принадлежности указанного имущества, не предоставляя никакой документации на него и не подтверждая даже в устном порядке суду наличие вещно-правового титула не него, не раскрывая обстоятельства невозможности (или уважительности причин) предоставления правоподтверждающих документов, суд апелляционной инстанции обоснованно признал, что финансовым управляющим ФИО2 были представлены доказательства наличия объективных обстоятельств, препятствующих принятию в ведение указанного имущества должника.

Суд апелляционной инстанции справедливо исходил из противоречивости действий должника, поскольку согласно вступившим в законную силу судебным актам по другим обособленным спорам в рамках настоящего дела, установлено, что ФИО1 изначально не указывала на наличие какого-либо у него движимого имущества, находящегося в складском помещении по адресу: 

<

...>, изначально ограничивая доступ финансового управляющего, системно опровергая предположение управляющего о принадлежности находящегося в складском помещении имущества именно должнику, ссылаясь на его принадлежность подконтрольным должнику обществам, которые занимались соответствующей торговой деятельностью и, находясь в процедурах банкротства, формировали собственную конкурсную массу, а в дальнейшем, обращаясь в суд с жалобой на управляющего по необеспечению сохранности имущества, заняла противоположную позицию. 

Вопреки доводам кассационной жалобы, сам факт осведомленности финансового управляющего о нахождении в складском помещении должника ряда объектов движимого имущества еще не влечет наличия у него обязанности по принятию мер по его инвентаризации и реализации, поскольку невозможность надлежащей оценки состояния и рыночной стоимости имущества должника вызвана, в том числе недобросовестными действиями самого должника, препятствующего исполнению обязанностей финансового управляющего, скрывая перечень имущества, находящегося в складском помещении и документов на него.

Доводы кассационной жалобы со ссылкой на рассмотрение споров, связанных с привлечением специалиста ФИО14, также признаются ошибочными, поскольку, как указал суд апелляционной инстанции, ФИО14 привлекалась не для проведения инвентаризации выявленного имущества, а для обеспечения контроля за работой общества с ограниченной ответственностью ЧОП «Метрос», обеспечения технического контроля за котельной, работы с арендаторами, для контроля работы коммунальных служб, вывоза мусора, уборки территории, ремонта оборудования, ежемесячной отчетности по коммунальным платежам. Таким образом, предметом доказывания в рамках рассмотрения заявления финансового управляющего о привлечении ФИО14 являлись иные фактические обстоятельства дела.

Доводы должника о причинении вреда имущественным правам и интересам должника и его кредиторам необращением финансового управляющего в регистрирующий орган с заявлением о приостановлении процедуры административного исключения из реестра общества «Пикник-Алко» являлись предметом оценки суда апелляционной инстанции и обоснованно отклонены как несостоятельные, исходя из того, что исключение общества «Пикник-Алко» из реестра произошло в период процедуры реструктуризации задолженности, соответственно, ФИО1, являющаяся его единственным участником, была осведомлена о принятии еще до возбуждения настоящего дела о банкротстве процедуры исключения указанного лица из реестра, и, полагая, что ее права нарушаются таким исключением и, действуя добросовестно, могла самостоятельно обратиться в регистрирующий орган и предоставить соответствующие сведения, опровергающие основания исключения общества из реестра. Судом апелляционной инстанции также правомерно учтены пояснения финансового управляющего об убыточности финансовых показателей общества «Пикник-Алко» на момент его исключения из реестра, а следовательно, об отсутствии экономической целесообразности для включения в конкурсную массу такого актива. 

Доводы должника о необходимости участия финансового управляющего при рассмотрении в рамках дел о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам подконтрольных ей юридических лиц, судом округа отклоняются исходя из следующего. 

В соответствии с абзацем пятым пункта 6 статьи 213.25 Закона о банкротстве финансовый управляющий в ходе реализации имущества гражданина от имени гражданина, в числе прочего, ведет в судах дела, касающиеся имущественных прав гражданина, в том числе об истребовании или о передаче имущества гражданина либо в пользу гражданина, о взыскании задолженности третьих лиц перед гражданином; гражданин также вправе лично участвовать в таких делах.

Согласно пункту 38 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» должник вправе лично участвовать в делах, по которым финансовый управляющий выступает от его имени, в том числе обжаловать соответствующие судебные акты.

Таким образом, предоставленное финансовому управляющему право на ведение от имени должника-гражданина дел в судах не исключает права последнего самостоятельно участвовать в судебных спорах.

Соответственно, у гражданина имеются процессуальные права, которые реализуются им самостоятельно или могут быть реализованы за него иным лицом (представителем) на основании выданной в установленном законом порядке доверенности.

Следовательно, вопреки доводам должника, участие финансового управляющего в спорах, стороной в которых является должник, должно быть обусловлено наличием целесообразности и необходимости такого участия, а также разумным и обоснованным осуществлением расходов, связанных с исполнением возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве.

Судом апелляционной инстанции обоснованно учтено, что предпринимаемые финансовым управляющим действия по пополнению конкурсной массы должны носить разумный характер, предполагающий реальную возможность поступлений в конкурсную массу, при этом действия управляющего по направлению заявлений (ходатайств, жалоб) в суд или иные органы, участие в спорах, которые заведомо носят нецелесообразный характер, безусловно, влекут либо могут повлечь возникновение у должника необоснованных текущих расходов, чем может быть причинен имущественный вред кредиторам должника, а также основания для потенциального взыскания с управляющего убытков в связи с ненадлежащим выполнением своих обязанностей.

Применительно к обстоятельствам настоящего дела, суд округа отмечает, что в силу закона должник вправе была самостоятельно реализовывать все принадлежащие ей процессуальные права, в частности, принимать участие в судебных заседаниях, приводить в обоснование своей позиции доводы и возражения независимо от наличия волеизъявления самого финансового управляющего; исходя из того, что ФИО1 принимала как личное участие в судебных заседаниях по рассмотрению обособленных споров о привлечении ее к субсидиарной ответственности по обязательствам подконтрольных ей обществ, так и посредством участия представителя, в связи с чем вывод суда апелляционной инстанции о том, что она не лишена была возможности представлять необходимые доказательства и приводить соответствующие доводы, в отсутствие доказательств сокрытия управляющим доказательств, которые могли повлиять на выводы суда – являются обоснованными, принимая во внимание, что каких-либо иных оснований, которые бы не были рассмотрены судами, должник не называет, в связи с чем суд апелляционной инстанции правомерно отказал в удовлетворении требования по указанному эпизоду, посчитав, что в рассматриваемом случае нельзя сделать вывод о недобросовестном бездействии финансового управляющего в отношении представления интересов конкурсной массы должника.

Вопреки доводам заявителя жалобы финансовый управляющий привлекается для участия в деле о банкротстве гражданина не для оказания последнему юридической помощи в вопросах, выходящих за рамки дела о банкротстве, а для организации антикризисного менеджмента для целей выявления возможности удовлетворения требований конкурсных кредиторов, учитывая при этом имущественные права должника. Суд апелляционной инстанции справедливо указал на отсутствие в действиях (бездействии) финансового управляющего нарушений законодательства о несостоятельности (банкротстве) и недоказанности фактов, свидетельствующих о нарушении прав и законных интересов должника неучастием в спорах о привлечении должника к субсидиарной ответственности, при том, что самим должником какая-либо документация и сведения об обстоятельствах осуществления подконтрольных ей лицами хозяйственной деятельности не раскрыты, причины неисполнения обязательств, совершения действий в ущерб имущественных интересов кредиторов – не пояснены.

Суждения заявителя кассационной жалобы о наличии оснований для признания незаконным бездействия финансового управляющего ФИО2, выразившегося в невзыскании со ФИО11 судебной неустойки за период после 09.07.2020 по 24.03.2021, в связи с ненадлежащим исполнением решением Арбитражного суда Свердловской области от 22.10.2018 по делу № А60-35561/2018 судом округа отклоняются. 

В рассматриваемом случае доводы должника о том, что решение Арбитражного суда Свердловской области от 22.10.2018 по делу № А60-35561/2018 могло считаться надлежащим образом исполненным только при констатации факта перетока электрической энергии мощностью 100 кВт на объекты ФИО1, расположенные по адресу: 

<

...> (тогда как судебным приставом зафиксирован факт проведения кабель мощностью только 15 кВт), не основаны на содержании мотивировочной или резолютивной частей судебных актов по делу № А60-35561/2018. Принимая во внимание, что должником не оспорен в самостоятельном порядке дата фактического исполнения ФИО11 обязательств по обеспечению перетока электрической энергии, послуживший основанием для прекращения исполнительного производства № 117281/21/66007-ИП, при этом впервые о несоответствии фактической мощности электроэнергии требуемой должник заявила в отзыве на апелляционную жалобу управляющего, не представив при этом никаких подтверждающих документов, у финансового управляющего не имелось оснований требовать продолжения начисления судебной неустойки до даты реализации принадлежащего должнику имущества. 

Таким образом, суд округа соглашается с итоговыми выводами суда апелляционной инстанции, поскольку доводы кассационной жалобы, повторяющие изложенную в ходе рассмотрения дела позицию по спору, основаны на иной, отличной от изложенной в судебных актах оценки судом апелляционной инстанции представленных в материалы дела доказательств и обстоятельств дела, и при этом уже были предметом исследования суда апелляционной инстанции и им дана надлежащая оценка, в связи с чем их повторение поданной в суд кассационной инстанции жалобе представляет собой требование о переоценке доказательств и обстоятельств дела, что выходит за предусмотренные частью 2 статьи 287 АПК РФ пределы компетенции суда кассационной инстанции.

Все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судом апелляционной инстанции установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда кассационной инстанции не имеется (статья 286 АПК РФ).

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта (статья 288 АПК РФ), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного обжалуемый судебный акт подлежит оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

 

П О С Т А Н О В И Л:

постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.12.2023 по делу № А60-51066/2018 Арбитражного суда Свердловской области А60-51066/2018 оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                                       Ю.В. Кудинова 

 

Судьи                                                                                    Е.А. Павлова 

 

                                                                                              О.Г. Кочетова