ВТОРОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

610007, г. Киров, ул. Хлыновская, 3,http://2aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело № А29-836/2019

09 сентября 2021 года

г. Киров

Резолютивная часть постановления объявлена 07 сентября 2021 года.

Полный текст постановления изготовлен 09 сентября 2021 года.

Второй арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Караваева И.В.,

судейХорошевой Е.Н., Щелокаевой Т.А.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО2,

при участии в судебном заседании представителя ФИО3 – ФИО4 (доверенность от 07.02.2020),

 

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО3

на определение Арбитражного суда Республики Коми от 27.05.2021 по делу № А29-836/2019,

по заявлению конкурсного управляющего ФИО5 о признании сделок должника недействительными и применении последствий недействительности сделок

с участием лица, в отношении которого совершена сделка – ФИО3

третье лицо: ФИО6

по делу по заявлению кредитора – общества с ограниченной ответственностью Научно-Производственное Предприятие «Промгеосервис» (ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>)

к должнику – обществу с ограниченной ответственностью «Геотис» (ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>) о несостоятельности (банкротстве), 

установил:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Геотис» (далее – ООО «Геотис», должник, Общество) конкурсный управляющий ФИО5 (далее – конкурсный управляющий ФИО5) обратился в арбитражный суд с заявлением, уточненном в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,  о признании сделок должника по перечислению в пользу ФИО3 (далее – ФИО3, ответчик, заявитель) денежных средств недействительными и применении последствий недействительности сделок, в котором просит:

1. Признать недействительным  Дополнительное  соглашение № 1 от 01.11.2017 к Трудовому договору № 1 от 23.01.2015.

2. Признать недействительными действия (сделки) по увеличению заработной платы ФИО3 с 25 000,00 руб. (без учёта НДФЛ), перечисленной по платёжным поручениям №№ 199 от 22.12.2017 в размере 30 000,00 руб., 188 от 08.12.2017 в размере 120 000,00 руб., 171 от 23.11.2017 в размере 10 000,00 руб., 7 от 15.01.2018 в размере 100 000,00 руб., 2 от 24.01.2019 в размере 43 000,00 руб., 114 от 07.12.2018  в размере 51 000,00 руб., 14 от 04.12.2018 в размере 34 000,00 руб., 96 от 15.11.2018 в размере 51 000,00 руб., 7 от 26.02.2019 в размере 1 047,27 руб., 7 от 01.03.2019 в размере 4 863,27 руб., 39 от 09.08.2018 в размере 750 000,00 руб., 43 от 16.08.2018 в размере 518 000,00 руб., 47 от 14.09.2018 в размере 85 000,00 руб., 56 от 28.09.2018 в размере 100 000,00 руб., 71 от 10.10.2018 в размере 85 000,00 руб., 85 от 25.10.2018 в размере 34 000,00 руб., 5 от 24.01.2019 в размере 30 000,00 руб., 7 от 28.01.2019 в размере 10 042,98 руб., 18 от 23.04.2019  в размере 30 000,00 руб., 7 от 15.03.2019 в размере 9 046,48 руб. за период с 01.11.2017 г. по 31.03.2018 г. до 130 000,00 руб., за период с 01.04.2018 г. по 01.02.2019 г. до 85 000,00 руб.;

3. Применить последствия недействительности сделки в виде взыскания разницы в заработной плате в размере 1 721 000,00 рублей;

4. Признать недействительной сделку по выдаче денежных средств на дивиденды по чеку на выдачу наличных № 752582 от 19.11.2018 г. в сумме           990 000,00 руб.;

5. Применить  последствия  недействительности  сделки  в  виде  взыскания с ФИО3 денежных средств в размере 990 000,00 рублей; 

6. Признать недействительной сделку по выдаче денежных средств на дивиденды по чеку на выдачу наличных № 752583 от 20.11.2018 г. в сумме           990 000,00 руб.;

7. Применить последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО3 денежных средств в размере 990 000,00 рублей;

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего  самостоятельных требований относительно  предмета спора, привлечена соучредитель  ООО «Геотис» ФИО6.

Определением Арбитражного суда Республики Коми от 27.05.2021 признаны недействительными сделки должника по увеличению заработной  платы ФИО3, оформленные дополнительным  соглашением № 1 от 01.11.2017 к Трудовому договору № 1 от 23.01.2015, приказами о поощрении сотрудников от 01.11.2017, от 01.12.2017, от 31.01.2018,  от 28.02.2018, от 31.03.2018, применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с  ФИО3 в конкурсную массу ООО «Геотис» денежных  средств в размере 1 721 000 руб.; признана недействительной сделка должника  по выплате  дивидендов ФИО3 в сумме  990 000,00 руб., применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с  ФИО3 в конкурсную массу ООО «Геотис» денежных  средств   в размере 990 000 руб. 

ФИО3 с принятым определением суда не согласна, обратилась во Второй арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции отменить, отказать в удовлетворении заявленных требований в полном объеме.

Как указывает заявитель, для признания недействительной сделки по выплате дивидендов необходимо оспорить само решение о выплате дивидендов. Само по себе наличие задолженности, достаточной для инициирования процедуры банкротства, не является признаком банкротства для целей применения ограничений по выплате дивидендов (Постановление ФАС МО от 13.01.2006 № КГ-А40/13177-05). Ответчик отмечает, что фактически учредители ООО «ГеоТИС» не получали дивиденды до 2018 года, поэтому следует считать ошибочным факт, что произведенные перечисления по дивидендам имеют незаконный характер, кроме того, невыплата дивидендов нарушает права участников Общества и могли бы иметь процессуальные и материальные последствия как для ООО «ГеоТИС», так и для учредителей. Также следует признать несостоятельным и ошибочным мнение суда о том, что признаки неплатежеспособности возникли практически сразу с момента основания Общества, и имели продолжительный характер, т.е. Общество не занималось предпринимательской деятельностью, не представляло отчетность, не получало денежные средства и по расчетному счету не производись операции по оплате тех или иных работ. Заявитель полагает, что суд первой инстанции вышел за пределы заявленных требований, поскольку конкурсным управляющим не было заявлено требование о признании недействительными приказов о поощрении сотрудников.  Заявитель отрицает наличие у должника неплатежеспособности на момент совершения оспариваемых сделок, указывает, что недопустимо отождествлять неплатежеспособность с неоплатой конкретного долга отдельному кредитору ООО Научно-Производственное Предприятие «Промгеосервис». Ответчик ссылается на то, что за период 2018-2019 ООО «Геотис» продолжало осуществлять свою обычную хозяйственную деятельность, исполняло обязательства перед кредиторами. Исходя из банковских выписок в 2018 году Общество осуществляло оплату налогов (в том числе НДФЛ, НДС) и иных обязательных платежей, перечисляло денежные средства различным контрагентам, в том числе и ООО НПП «Промгеосервис». Взаимосвязь между нарушенными правами кредиторов и произведенными перечислениями на определенные суммы не установлена. Заявитель полагает, что дополнительное соглашение к договору не может быть оспорено как самостоятельная сделка, не представлено доказательств, безусловно подтверждающих, что условия оспариваемого соглашения на момент его заключения существенно, в худшую для должника сторону, отличаются от условий иных аналогичных соглашений, которые могли быть заключены с другими работниками должника. Также заявитель выражает несогласие с квалификацией сделки по выплате дивидендов по статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации. Данный подход приводит к тому, что содержание специальных оснований недействительности нивелируется и теряет смысл, так как полностью поглощается содержанием норм о злоупотреблении правом, что не соответствует целям законодательного регулирования.

Определение Второго арбитражного апелляционного суда о принятии апелляционной жалобы к производству вынесено 13.07.2021 и размещено в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» 14.07.2021.

В дополнениях к жалобе заявитель указывает, что не доказано того, что вред имущественным правам кредиторов должника был причинен именно в результате распределения и выплаты дивидендов, а также заработной платы ФИО3, и что со стороны ответчика злоупотребили правом. Ответчик полагает, что, исходя из судебной практики, с целью установления финансового состояния и платежеспособности Общества, назначается судебная финансово-экономическая экспертиза. Бухгалтерские балансы Общества «ГеоТИС» подтверждают положительную финансовую динамику и должны быть приняты во внимание как отражение реальной материальной обстановки должника. По мнению ответчика, конкурсный управляющий не доказал несоответствие квалификации и профессиональных качеств ФИО3 установленному размеру заработной платы. Не представлены доказательства, свидетельствующие о невыполнении или выполнении не в полном объеме, или ненадлежащего исполнения (привлечение к дисциплинарной и иной ответственности) ответчиком обязанностей, предусмотренных трудовым договором. Также указывает, что установление работнику размера заработной платы относится к исключительным полномочиям работодателя.

Конкурсные кредиторы индивидуальный предприниматель ФИО7, ФИО8 (далее – кредиторы) представили идентичные по содержанию отзывы на апелляционную жалобу, в которых просит оставить определение суда первой инстанции без изменения, а жалобу – без удовлетворения. Кредиторы указывают, что доказательства, подтверждающие значительное увеличение объема возложенных па ФИО3 обязанностей и выполненных ею за период с ноября 2017 по январь 2019 работ, по сравнению с предшествующими периодами, а также доказательства, обосновывающие то, что ФИО3 осуществляла трудовые функции, соразмерные установленной зарплате в спорный период, и что размер её заработной платы соответствует среднерыночной стоимости подобных услуг в республике Коми, в материалы дела не представлены. Как следует из материалов дела, увеличение заработной платы осуществлялось выборочно, не было связано с индексацией размера заработной платы повсеместно на предприятиях. Трудовые функции ФИО3 па протяжении трудовых отношений не изменялись. Кредиторы указывают на наличие признаков неплатежеспособности у должника в период совершения выплат. Являясь руководителем должника, ФИО3 не могла не знать о наличии признаков неплатежеспособности организации и об ее финансовом состоянии. Кредиторы указывают, что выплата дивидендов в сумме 990 000 рублей в период с 19.11.2018 по 20.11.2018 в пользу ФИО3 также является незаконной.

Представитель ФИО3 явку в судебное заседание обеспечил, иные лица не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом.

В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассматривается в отсутствие представителей не явившихся лиц.

Законность определения Арбитражного суда Республики Коми проверена Вторым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Как следует из материалов дела, ФИО3  являлась руководителем ООО «Геотис» с 23.01.2015 до даты открытия конкурсного производства, а также является одним из учредителей общества с долей участия 10% в уставном капитале, вторым учредителем общества с долей участия 90% является ФИО6 (том 3 л.д. 77-78).

23.01.2015 между ООО «Геотис» в лице ФИО3 (работодатель)  и ФИО3 (работник) заключен трудовой договор № 1, в соответствии    с пунктом 1.1  которого   работодатель  принимает работника  на  работу  в ООО «Геотис»  на должность директора (том 3 л.д. 79-83).

Согласно пункту 3.1.1. Трудового договора № 1 (т. 3 л.д. 79-83) должностной оклад ФИО3 составлял 12 494  рубля.

Пунктом 3.1.2 договора предусмотрено, что  основная  ежемесячная премия в размере 20% от должностного оклада  может быть выплачена работнику на основании и в соответствии с Положением об оплате труда и материальном  стимулировании  работников  ООО «Геотис».

К  вышеперечисленным   выплатам применяются:

районный коэффициент в размере, установленном в соответствии  с законодательством по месту фактической  работы  в районах Крайнего  Севера» и приравненных к ним  местностях:

восьмидесятипроцентные  надбавки в районах Крайнего Севера;

пятидесятипроцентные надбавки в местностях, приравненных   к районам Крайнего Севера,  к заработной  плате, в количестве, исчисляемом исходя из  стажа  работы работника в районах Крайнего Севера и приравненных к ним  местностях, но не  свыше количества установленного законодательством для  района, где  работник исполняет свои трудовые  обязанности.

Согласно пункту 3.4 трудового договора работодатель вправе  выплачивать работнику доплаты и надбавки компенсационного и стимулирующего характера, а также  иные  поощрительные выплаты (премии), порядок  выплаты и размеры  которых регулируются  действующим  у  работодателя Положением об  оплате  труда и материальном стимулировании.

Согласно утвержденному штатному расписанию от 23.01.2015 начисленная   заработная плата руководителя составляла 28 737,12 руб. в месяц (после  удержания НДФЛ - 25 000 руб. в месяц) (том 3  л.д. 111).

Дополнительным соглашением № 1 от 01.11.2017 к Трудовому договору от 23.01.2015  в п. 3.1.1 Трудового договора внесены изменения. должностной оклад ФИО3 увеличен до 42 479  рублей,  (том 3  л.д. 116).

Приказом руководителя № 6 от 01.11.2017 внесены изменения  в штатное расписание, начисленная заработная  плата  руководителя с 01.11.2017 с учетом  северных надбавок увеличена  с 28 737,12  руб. в месяц до 97 701,17  руб. (после  удержания НДФЛ 85 000  руб.  в месяц (т. 3 л.д. 105, 109).

Кроме того, на основании приказов руководителя о поощрении сотрудников от 01.11.2017 № 1 от 01.12.2017 № 2, от 31.01.2018 № 2, от 28.02.2018 № 3, от 31.03.2018 № 4 (т. 3 л.д. 107-108, 117-119)  на основании  производственных показателей работы компании за 2015-2017 годы ФИО3 была выплачена премия в размере 22 488,51 руб. С учетом северных надбавок размер премии составил 51 723,95 руб. в месяц (после удержания НДФЛ -  45 000 руб. в месяц).

Согласно чекам на выдачу наличных № 752583 от 20.11.2018 на сумму 990 000 руб. и № 752582 от 19.11.2018 на сумму 990 000 руб. ФИО3 с расчетного  счета  должника получила  денежные средства  в  размере 1 980 000  руб. с назначением «Выдачи на расходы, не относящиеся к фонду заработной платы и выплатам социального характера  дивиденды» (том 4  л.д. 3-4).

Решением Арбитражного суда Республики Коми от 27.12.2019 по делу № А29-836/2019, ООО «Геотис» признано несостоятельным (банкротом), в отношении ООО «Геотис» введена процедура, применяемая в деле о банкротстве, конкурсное производство сроком на шесть месяцев, исполнение обязанностей конкурсного управляющего возложено на временного управляющего ФИО5, судебное заседание по рассмотрению вопроса об утверждении конкурсного управляющего назначено на 29 января 2020 года.

Определением суда от 05.02.2020 конкурсным управляющим ООО «Геотис» утвержден ФИО5

Конкурсный управляющий должника, полагая, что сделки по повышению заработной платы и выплате премий и дивидендов ФИО3 совершены с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы и отзыва на нее, заслушав представителя ответчика, суд апелляционной инстанции не нашел оснований для отмены или изменения определения суда исходя из нижеследующего.

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном Законе.

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63), по правилам главы III.1 Закона о банкротстве в частности могут быть оспорены действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.).

Правила главы Ш.1 Закона о банкротстве могут применяться к оспариванию действий, направленных на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским и трудовым законодательством, в том числе к оспариванию соглашений или приказов об увеличении размера заработной платы, о выплате премий или об осуществлении иных выплат в соответствии с трудовым законодательством Российской Федерации и к оспариванию самих таких выплат (пункт 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве).

Таким образом, доводы заявителя о невозможности в процедуре банкротства признать недействительным дополнительное соглашение к трудовому договору являются несостоятельными.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В силу пункта 5 Постановления № 63 для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

1) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

2) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

3) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

В силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под вредом имущественным правам кредиторов понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В пункте 6 Постановления № 63 указано, что цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве.

Согласно данным нормам Закона о банкротстве под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств (пункт 6 Постановления №63).

Согласно пункту 7 Постановления № 63 в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

В силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается в обоснование своих требований и возражений.

Из материалов дела следует, что заявление о признании должника банкротом принято судом к производству 01.02.2019, оспариваемые сделки совершены в период с 01.01.2017 по 01.02.2019, то есть в период подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Материалы дела свидетельствуют о том, что за период с 01 ноября 2017 года  по 31 марта 2018 года заработная плата ФИО3 увеличена более чем в 5 раз и составила 149 426,10 руб. (после удержания НДФЛ - 130 000 руб. в месяц); за период с 01.04.2018 по 31.01.2019  заработная  плата составила 97 701,15  руб. (после  удержания НДФЛ - 85 000  руб.  в месяц).

За период с 01.11.2017 по 31.01.2019 с учетом дополнительного  соглашения № 1 от 01.11.2017  к  трудовому  договору и  приказов о поощрении  от 01.11.2017, от 01.12.2017, от 31.01.2018, от 28.02.2018, от 31.03.2018 ФИО3 подлежала к выплате  заработная  плата в размере  в общем  размере  1 500 000  руб. (130 000 руб.*5+85 000 руб.*10).

Без учета дополнительного соглашения к трудовому договору и принятых приказов о премировании размер заработной платы ФИО3 составлял бы 375 000 руб. (25 000  руб. * 15 месяцев).

Согласно представленным в материалы дела платежным поручениям ФИО3 фактически с назначением заработная плата за период с ноября  2017  по  январь 2019 года перечислены денежные  средства  в размере 2 096 000  руб.(том 2 л.д. 37-40, 60-75).

Учитывая изложенное, суд первой инстанции сделал верный вывод о том, что правовых оснований  для перечисления денежных средств в размере 596 000  руб. ФИО3 с назначением «заработная плата» не имелось даже с учетом приказов об увеличении оклада и премировании (2 096 000 руб. – 1 500 000  руб.= 596 000  руб.).

В результате совершения оспариваемых сделок по увеличению заработной платы должник лишился денежных средств, которые могли пойти на расчеты с кредиторами, что свидетельствует о причинении вреда имущественным правам кредиторов.

Из заявления конкурсного управляющего ФИО5 следует, что им оспариваются выплаты по заработной  плате на общую  сумму 1 721 000  руб. (2 096 000  руб. -  375 000  руб.).

Из материалов дела следует, что должник на момент оспариваемых начислений и выплат находился в тяжелом финансовом положении, поскольку  имел просроченные обязательства  перед ООО НПП «Промгеосервис».

Решением Арбитражного суда Республики Коми от 11.07.2018 по делу № А29-4445/2018 с ООО «Геотис»  в пользу ООО НПП «Промгеосервис» было  взыскано 30 458 237,84  руб.  и 4 419 496,22  руб. процентов (том 1  л.д. 10-12).

Из  судебного  акта  следует, что  задолженность  образовалась  по договору  аренды оборудования от 20.03.2015 и по договору на оказание услуг по  инженерно-технологическому и телеметрическому сопровождению  строительства скважин № Л2/04/15 за период 2015-2017 годы, проценты за пользование  чужими денежными средствами начислены за  период с 27.08.2015  года.  Указанная задолженность  не  была погашена и явилась основанием для  возбуждения в отношении должника дела о банкротстве.

Доводы заявителя об отсутствии признаков неплатежеспособности у ООО «Геотис» на момент выплат подлежат отклонению по следующим основаниям.

Действительно, материалами дела подтверждается, что в период осуществления выплат в пользу ФИО3  ООО «Геотис» погашало задолженность перед ООО НПП «Промгеосервис».

Однако определением Арбитражного суда Республики Коми от 21.05.2019 включены в третью очередь реестра требований кредиторов должника требования ООО НПП «Промгеосервис» на общую сумму 27 347 657 руб. 60 коп. том числе: 22 928 161 руб. 38 коп. – основной долг, 4 419 496 руб. 22 коп.

Таким образом выплаты, на которые ссылается заявитель, учтены судом при включении требований ООО НПП «Промгеосервис» в реестр требований кредиторов должника.

Вместе с тем задолженность перед ООО НПП «Промгеосервис» погашена лишь частично, и в основной части задолженность, установленная Решением Арбитражного суда Республики Коми от 11.07.2018 по делу №А29-4445/2018 была включена в реестр требований кредиторов.

Судебная коллегия отмечает, что под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником, в том числе части денежных обязательств.

Кроме того, из отчета конкурсного управляющего от 20.06.2021 (представлен в суд первой инстанции посредством системы «Мой Арбитр» 09.07.2021) следует, что общий размер требований кредиторов должника составляет 27 348,658 тыс. руб.

При этом из определений Арбитражного суда Республики Коми от 11.06.2020 следует, что задолженность ООО НПП «Промгеосервис» была частично уступлена кредиторам ИП ФИО9, ИП ФИО7, ФИО8, ООО «УралТехноСервис», в связи с чем было произведено процессуальное правопреемство.

Таким образом, фактически задолженность перед ООО НПП «Промгеосервис», составляет более 99 % требований, включенных в реестр требований кредиторов должника, при этом указанный долг явился причиной банкротства ООО «Геотис».

Учитывая изложенное, суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции о том, что на момент совершения оспариваемых сделок должник отвечал признакам неплатежеспособности.

В соответствии с правовой позицией, сформулированной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 № 305-ЭС17-11710 (3) по делу № А40-177466/2013, для определения соответствующего признака неплатежеспособности не имеют решающего значения показатели бухгалтерской или иной финансовой отчетности должника, так как данный признак носит объективный характер и не должен зависеть от усмотрения хозяйствующего субъекта, самостоятельно составляющего отчетность и представляющего его контролирующим органам. В противном случае, помимо прочего, для должника создается возможность манипулирования содержащимися в отчетах сведениями для влияния на действительность конкретных сделок или хозяйственных операций с определенными контрагентами, что очевидно противоречит принципам справедливости и целям законодательного регулирования института несостоятельности.

С учетом изложенного, ссылка ответчика на данные бухгалтерского баланса должника подлежит отклонению, поскольку в период повышения зарплаты руководству Общество имело непогашенную задолженность перед кредитором, которая впоследствии была включена в реестр требований кредиторов.

Суд первой инстанции верно принял во внимание, что у должника имеется дебиторская задолженность юридических лиц, которые также находятся в  процедуре банкротства.

Являясь руководителем должника, ФИО3 не могла не знать о неудовлетворительном финансовом состоянии ООО «Геотис» в силу своего должностного положения.

Доказательств повышенного объема и сложности работы, выполняемой ФИО3, в материалы дела не представлено.

Соответственно, действия  должника по увеличению заработной платы не были связаны с каким-либо значительным увеличением объема обязанностей, изменением сложности выполняемой работы.

Как указывает конкурсный управляющий хозяйственная деятельность ООО «Геотис» в 2018 году фактически не осуществлялась; по сведениям  налогового    органа среднесписочная численность  работников  общества по  состоянию  на 01.01.2018 составляла  1  человек, по  состоянию на 01.01.2019 -  2  человека (т. 1 л.д. 84-86). В указанный период времени обществом осуществлялись  мероприятия по взысканию дебиторской задолженности, о чем  свидетельствуют копии  судебных  актов, а также  выписка  по  расчетному счету  должника. Для взыскания  дебиторской  задолженности обществом  был  привлечен юрист.

Таким образом, материалами дела подтверждается наличие у должника признаков неплатежеспособности на дату совершения спорных сделок в пользу заинтересованного лица, что презюмирует цель причинения вреда имущественным правам кредиторов.

В соответствии со статьей 129 Трудового кодекса Российской Федерации, оплата труда состоит из заработной платы, а также компенсационных выплат и стимулирующих выплат (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты). 

Конкурсным управляющим ФИО5 также оспариваются действия должника по выплате премий в пользу ФИО3

Оспариваемые премии носили стимулирующий характер, начислены и выплачены ответчику за выполнение установленных трудовым договором трудовых обязанностей и их выплата не связана с увеличением объема работы, например, в связи с сокращением численности работников, в то же время задач особой важности перед ответчиком не ставилось и им не исполнялось. Иного из материалов дела не следует.

Учитывая изложенное, увеличение оклада, которое в дальнейшем явилось основанием для его выплаты за счет средств предприятия-должника, начисление премий руководителю должника в отсутствие увеличения объема работы при наличии значительных неисполненных обязательств перед иными кредиторами направлено на причинение вреда имущественным правам кредиторов.

Доводы заявителя о соответствии произведенных выплат оплате за труд по аналогичной должности не подтверждаются доказательствами и в любом случае не свидетельствуют об обоснованности повышения размера заработной платы руководителю в несколько раз.

Учитывая изложенное, суд первой инстанции обоснованно признал недействительными сделки должника по увеличению заработной платы,  оформленных дополнительным  соглашением № 1 от 01.11.2017 к Трудовому договору № 1 от 23.01.2015, приказами о поощрении сотрудников от 01.11.2017, от 01.12.2017, от 31.01.2018,  от 28.02.2018, от 31.03.2018.

Вопреки доводам заявителя, суд первой инстанции не вышел за пределы требований, поскольку на перечисления, произведенные на основании вышеуказанных документов, конкурсный управляющий ФИО5 ссылался в своем заявлении о признании сделок недействительными.

Согласно части 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Последствия признания недействительной сделки должника установлены в статье 61.6 Закона о банкротстве, в силу которой все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой III.1 Закона о банкротстве, подлежит возврату в конкурсную массу.

В качестве применения последствий недействительности сделки, суд первой инстанции обоснованно взыскал с ФИО3 в конкурсную  массу  должника  излишне  выплаченные  в качестве  заработной  платы денежные  средства  в размере 1 721 000  руб. (2 096 000 руб. – 375 000  руб.).

Также конкурсным управляющим ФИО5 заявлено требование о признании недействительными сделок по выплате дивидендов в пользу ФИО3 в размере 1 980 000 руб.

Согласно чекам на выдачу наличных № 752583 от 20.11.2018 на сумму       990 000 руб. и № 752582 от 19.11.2018 на сумму 990 000 руб. ФИО3 с расчетного  счета  должника получила  денежные средства  в  размере 1 980 000  руб. с назначением «Выдачи на расходы, не относящиеся к фонду заработной платы и выплатам социального характера  дивиденды» (том 4  л.д. 3-4).

В материалы дела  представлен  протокол внеочередного общего собрания участников ООО «Геотис» от 01.04.2018, согласно  которому  учредители  пришли к  выводу, что  по состоянию на 01.01.2018 сумма чистой прибыли, определенной на основании данных бухгалтерского учета, составляет 21 823 000 руб., учредителями принято  решение распределить между участниками чистую прибыль пропорционально их долям в уставном капитале и выплатить дивиденды: ФИО6 – 19 640 700 руб., ФИО3 – 2 182 300 руб. (том 3 л.д. 123).

Согласно пункту 2 статьи 9 Закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» общество не вправе приступить к выплате прибыли участникам общества, если на момент выплаты общество отвечает признакам несостоятельности (банкротства) в соответствии с Законом о банкротстве или если указанные признаки появятся у общества в результате выплаты.

В силу пунктов 1, 2 статьи 28 Закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» общество вправе ежеквартально, раз в полгода или раз в год принимать решение о распределении своей чистой прибыли между участниками общества. Решение об определении части прибыли общества, распределяемой между участниками общества, принимается общим собранием участников общества. Часть прибыли общества, предназначенная для распределения между его участниками, распределяется пропорционально их долям в уставном капитале общества.

Общество не вправе принимать решение о распределении своей прибыли между участниками общества и не вправе выплачивать участникам общества прибыль, решение о распределении которой между участниками общества принято: если на момент принятия такого решения или на момент выплаты общество отвечает признакам несостоятельности (банкротства) в соответствии с федеральным законом о несостоятельности (банкротстве) или если указанные признаки появятся у общества в результате принятия такого решения или в результате выплаты (пункты 1, 2 статьи 29 Закона об обществах с ограниченной ответственностью).

Аналогичные  положения закреплены  в уставе  ООО «Геотис» (том  3  л.д. 89-90).

В результате совершения оспариваемых сделок по выплате дивидендов должник лишился денежных средств, которые могли пойти на расчеты с кредиторами, что свидетельствует о причинении вреда имущественным правам кредиторов.

Материалами дела подтверждается факт наличия у должника признаков неплатежеспособности на дату совершения спорных сделок по выплате дивидендов в пользу заинтересованного лица, что презюмирует цель причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Указанные выплаты совершены в отношении руководителя должника, который не мог не знать о неудовлетворительном финансовом состоянии должника в силу своего должностного положения.

При этом судом первой инстанции установлено, что в качестве дивидендов ФИО3 фактически было получено только 990 000 руб.

Учитывая изложенное, доказана совокупность условий, необходимых для признания сделки по выплате дивидендов в пользу ФИО3 в размере  990 000  руб. недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Доводы заявителя о необходимости признания недействительным решения общего собрания участников ООО «Геотис» от 01.04.2018 о выплате дивидендов не имеют правового значения, поскольку конкурсным управляющим могут быть оспорены отдельно действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств, в том числе наличный или безналичный платеж. 

При рассмотрении спора судом установлено, что решение о выплате дивидендов не могло быть принято в силу норм Закона «Об обществах с ограниченной ответственностью», в связи с чем признал оспариваемую сделку недействительной.

Указание ответчика на длительную невыплату дивидендов участникам до 2018 года не свидетельствует об обоснованности принятия решения о выплате дивидендов при наличии значительного долга перед кредитором.

Поскольку сделка признана недействительной, судом первой инстанции верно применены  последствия  недействительности  сделки  в виде  взыскания   с ответчика  денежных  средств  в размере 990 000  руб. в конкурсную  массу  должника.

Судебный акт принят судом первой инстанции при правильном применении норм материального и процессуального права, с учетом конкретных обстоятельств дела, оснований для его отмены или изменения не имеется.

Доводы, приведенные в апелляционной жалобе, свидетельствуют о несогласии заявителя с установленными по делу фактическими обстоятельствами и оценкой судом доказательств, не влияют на законность и обоснованность выводов суда первой инстанции.

Нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по апелляционной жалобе относятся на заявителя жалобы. 

Руководствуясь статьями 258, 268 – 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Второй арбитражный апелляционный суд 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Республики Коми от 27.05.2021 по делу № А29-836/2019 оставить без изменения, а апелляционную жалобу Гарифуллиной Натальи Борисовны – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в течение одного месяца со дня его принятия через Арбитражный суд Республики Коми.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1-291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.

Председательствующий

И.В. Караваев

Судьи 

ФИО10

ФИО1