ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определения

Дело №А65-36669/2019

г. Самара

02 августа 2022 года

11АП-10108/2022

 

Резолютивная часть постановления объявлена 26 июля 2022 года

Постановление в полном объеме изготовлено 02 августа 2022 года

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: 

Председательствующего судьи Александрова А.И., 

судей Копункина В.А., Поповой Г.О.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

без участия лиц, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания,

рассмотрев в открытом судебном заседании в зале №2, апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 02 июня 2022 года о признании недействительной сделки и применении последствий ее недействительности по делу №А65-36669/2019 о несостоятельности (банкротстве) ФИО2, ОГРНИП 315169000017659, ИНН 

<

***>,

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 29 января 2020 года по заявлению должника возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) ФИО2, ОГРНИП 315169000017659, ИНН 

<

***>.

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 04.05.2021г. ФИО2, ОГРНИП 315169000017659, ИНН 

<

***>, признан несостоятельным (банкротом) и введена процедура реализации его имущества. 

Финансовым управляющим утвержден ФИО3, член Ассоциации арбитражных управляющих «Сибирский центр экспертов антикризисного управления». 

В Арбитражный суд Республики Татарстан 22 декабря 2021 года поступило заявление финансового управляющего должника ФИО2 – ФИО3 о признании недействительными сделок по перечислению денежных средств с назначением платежа: «по договору займа № 1 от 11.01.2016 года» ФИО2 в пользу ФИО4 за период с 22.12.2017 по 27.02.2019 (вх.14447).

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 02 июня 2022 г. заявление удовлетворено. Признаны недействительными сделки по перечислению денежных средств  ФИО2 в пользу ФИО4 с назначением платежа: «по договору займа № 1 от 11.01.2016 года» в размере 1 487 700 руб. Применены последствия недействительности сделки. С ФИО4 в пользу ФИО2 взысканы денежные средства в размере 1 487 700 руб. Распределены расходы по госпошлине.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2 обратился с апелляционной жалобой.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от м. апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание назначено на 26 июля 2022 г. на 15 час 35 мин.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным ст. 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

18.07.2022 в суд апелляционной инстанции от ООО «Домфорт» поступил отзыв на апелляционную жалобу, согласно которому просит определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 02 июня 2022 г. оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

25.07.2022 в суд апелляционной инстанции от ФИО2 поступили дополнения к апелляционной жалобе, в которых должник просит привлечь в качестве третьих лиц: ЗАО «АйКОМ», ООО «ТатПромАренда», ООО «МФ-Комплект», ООО «Домфорт», ООО «Стройдвор», ООО «Сальвадор», ООО «МегаПласт-НН», ПАО «Мобильные Теле-Системы».

Рассмотрев заявленное ходатайство о привлечении третьих лиц, суд апелляционной инстанции отказал в его удовлетворении по следующим основаниям, поскольку в силу части 3 статьи 266 АПК РФ в арбитражном суде апелляционной инстанции не применяются правила о привлечении к участию в деле третьих лиц.

В судебное заседание 26 июля 2022 г. лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей не обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 АПК РФ правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

Дела о банкротстве граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» (пункт 1 статьи 6, пункт 1 статьи 32 Закона и часть 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), который в системе правового регулирования несостоятельности (банкротства) участников гражданского (имущественного) оборота является специальным.

Особенности банкротства гражданина установлены параграфом 1.1 главы X Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

Согласно пункту 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главами I-III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI названного Закона.

В силу части 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Из заявления финансового управляющего ФИО2 - ФИО3 следует, что проанализировав выписки о движении денежных средств расчетного счета должника № 40802810220010001898, им установлено, что ФИО2 перечислил ФИО4 3 683 500 рублей за период с 22.12.2017 г. по 27.02.2019 г. с назначением платежа «по договору беспроцентного займа № 1 от 11.01.2016 г.». Перечисления от ФИО4 ФИО2 за рассматриваемый период составили 2 195 800 рублей. 

Полагая, что указанные платежи являются недействительными на основании на п.2 ст.61.2 Закона о банкротстве и ст. 10 КГ РФ, финансовый управляющий обратился в суд с настоящим заявлением.

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявление конкурсного управляющего, пришел к выводу о наличии основания для признания сделки недействительной на основании п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Не соглашаясь с выводами арбитражного суда, должник в апелляционной жалобе ссылается на недоказанность финансовым управляющим совокупности обстоятельств для признания спорных платежей недействительными, поскольку в рассматриваемом случае отсутствует факт причинения вреда должнику и конкурсным кредиторам. Кроме того, ФИО2 полагает, что в качестве последствий признания недействительности сделок суд первой инстанции должен был применить реституцию в виде взыскания с должника денежных средств, которые должник снимал со счета ответчика либо получал в качестве возврата займа.

Суд апелляционной инстанции, повторно проанализировав предоставленные в материалы дела доказательства в соответствии с правилами, определенными ст. 71 АПК РФ, приходит к выводу об отклонении доводов апелляционной жалобы и соглашается с выводом суда первой инстанции в силу следующего.

В силу части 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Предусмотренные статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве основания недействительности сделок влекут оспоримость, а не ничтожность соответствующих сделок, что также прямо указано в п.4 Постановления Пленума ВАС РФ от 23 декабря 2010 г.  №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

В силу положений п. 9 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 23 декабря 2010 г. № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Если исходя из доводов оспаривающего сделку лица и имеющихся в деле доказательств суд придет к выводу о наличии иного правового основания недействительности сделки, чем то, на которое ссылается истец (например, пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве вместо статьи 61.3, или наоборот), то на основании части 1 статьи 133 и части 1 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) суд должен самостоятельно определить характер спорного правоотношения, возникшего между сторонами, а также нормы права, подлежащие применению (дать правовую квалификацию), и признать сделку недействительной в соответствии с надлежащей нормой права.

Как следует из материалов дела и информации размещенной в электронной картотеке арбитражных дел (kad.arbitr.ru), дело о несостоятельности (банкротстве) ФИО2 возбуждено 29.01.2020, оспариваемые платежи совершены в период с 22.12.2017 по 27.02.2019, то есть в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом и подпадают под период подозрительности, предусмотренный п.2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно п. 2 ст. 61.2. Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Пунктом 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 г. № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что для признания сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходима совокупность следующих условий:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

В пункте 6 указанного Постановления разъяснено, что согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве.

В соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Как следует из материалов дела и информации, размещенной в электронной картотеке арбитражных дел (kad.arbitr.ru), следует, что на момент спорных денежных перечислений ФИО2 обладал признаками неплатежеспособности, так как прекратил исполнение денежных обязательств перед кредиторами, в частности перед ООО «Домфорт» при наличии долга более 11,7 млн. руб., наличие задолженности перед которым послужило основанием для признания должника.

Кроме того, согласно реестру требования кредиторов, неисполненные обязательства должника перед кредиторами начали образовываться в период с 26.04.2015г.

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 №305-ЭС17-11710 (3), по смыслу абзаца тридцать шестого статьи 2 Закона о банкротстве и абзаца третьего пункта 6 Постановления № 63 наличие на дату совершения сделки у должника просроченного обязательства, которое не было исполнено впоследствии и было включено в реестр, подтверждает факт неплатежеспособности должника в период заключения оспариваемой сделки.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к верному выводу, что на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности.

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

Согласно пункту 3 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику - гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.

Как следует из материалов дела, ответчик является матерью должника, что подтверждается имеющейся в материалы дела справкой ЗАГС №56/4-1830 от 24.05.2022 г., а также подтверждено самим должником при рассмотрении дела в суде первой инстанции.

Поскольку ФИО4 является заинтересованным лицом по отношению к должнику в силу ст. 19 Закона о банкротстве, соответственно она не могла не знать о неплатежеспособности должника и цели заключения сделки, направленной на вывод  денежных средств с целью избежать обращения взыскания на них.

Из разъяснений, приведенных в абзаце седьмом пункта 5 постановления Пленума № 63, следует, что при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Возражая по существу заявления, должником указано, что согласно договору на открытие и ведение банковского счета № 

<

***> от 29.04.2015 г. между ИП ФИО2 и ООО КБЭР «Банк Казани» и договору на открытие и ведение банковского счета № 

<

***> от 29.04.2015 г. между ИП ФИО4 и ООО КБЭР «Банк Казани» указанные договоры были заключены, а р/счёт № 

<

***> (ИП ФИО2) и р/счёт № 

<

***> (ИП ФИО4) были открыты в одном и том же банке, в один и тот же день (т.е. одновременно) и на одних и тех же условиях;

Согласно договору об использовании автоматизированной системы «iBank2» при осуществлении расчётно-кассового обслуживания № 1898/40802-БК от 27.04.2015 г. между ИП ФИО2 и ООО КБЭР «Банк Казани» и договору об использовании автоматизированной системы «iBank2» при осуществлении расчётно-кассового обслуживания № 1899/40802-БК от 27.04.2015 г. между ИП ФИО4 и ООО КБЭР «Банк Казани» данные договоры были заключены соответственно в отношении р/счёта № 

<

***> (ИП ФИО2) и р/счёта № 

<

***> (ИП ФИО4) в одном и том же банке, в один и тот же день (т.е. одновременно) и на одних и тех же условиях.

При этом заявки на установку системы «БАНК - КЛИЕНТ» для заключения указанных договоров также были подписаны в один и тот же день – 22.04.2015 г. одним и тем же лицом – ФИО2, а ключи шифрования и электронно-цифровые подписи на USB-токенах «iBank2 key» к обоим договорам об использовании автоматизированной системы «iBank2» при осуществлении расчётно-кассового обслуживания по р/счёту № 

<

***> (ИП ФИО2) и р/счёту № 

<

***> (ИП ФИО4) были получены в один и тот же день (27.04.2015 г.), одним и тем же лицом – ФИО2, который получил ключи и подписал оба акта приема-передачи персонального аппаратного криптопровайдера от 27.04.2015 г.

В последующем, дополнительные соглашения № 1 от 11.12.2015 г. к договорам об использовании автоматизированной системы «iBank2» при осуществлении расчётно-кассового обслуживания № 1898/40802-БК (ИП ФИО2) и № 1899/40802-БК (ИП ФИО4) об изменении обоих сертификатов открытых ключей к электронной подписи, заявления о регистрации ключей ЭЦП на USB-токенах от 11.12.2015 г., сертификаты проверки ключей электронной подписи сотрудника клиента в системе «iBank2» ООО КБЭР «Банк Казани» от 11.12.2015 г., а затем и от 11.12.2017 г. были заключены с банком в один и тот же день (11.12.2015 г.) и подписаны одним и тем же лицом – ФИО2

Согласно письмам ООО КБЭР «Банк Казани» исх.№А-1-867 и исх.№ А-1-868 от 22.03.2022 г., от 22.03.2022 г. и приложенной к каждому из них (Приложение 1) информации об IP-адресах следует, что дистанционный доступ к автоматизированной системе «iBank2» при осуществлении банком дистанционного расчётно-кассового обслуживания по р/счёту № 

<

***> (ИП ФИО2) и по р/счёту № 

<

***> (ИП ФИО4) производился с одних и тех же IP- адресов, которые полностью совпадают (идентичны). Поскольку все IP-адреса, указанные в представленных банком списках, принадлежат одним и тем же диапазонам, вход в систему дистанционного банковского доступа (ДБО) «iBank2» ИП ФИО2 и ИП ФИО4 происходил с одного компьютера (рабочего места).

Должник указывает, что заявления от имени указанных лиц на открытие р/счетов № 

<

***> и № 

<

***> в ООО КБЭР «Банк Казани» датированы одним днем - 29.04.2015 г., то есть заявления подавались одновременно; договоры банковского счета по обоим р/счетам открыты в один день - 29.04.2015 г.; заявки на установку системы «БАНК–КЛИЕНТ» поданы в один день - 22.04.2015 г.; договоры об использовании системы «БАНК–КЛИЕНТ» при осуществлении расчётов по обоим р/счетам заключены в один день -27.04.2015 г.; заявления о регистрации ключей ЭЦП на USB-токенах к обоим р/счетам поданы в один день - 11.12.2015 г., сертификаты проверки ключей ЭЦП клиента в системе «БАНК–КЛИЕНТ» выданы банком соответственно в один день - 11.12.2015 г. и заменены в один день - 11.12.2017 г. одному и тому же лицу; ключи шифрования и электронно-цифровые подписи на USB-токенах к обоим р/счетам получены в один день - 27.04.2015 г. и вход в систему дистанционного банковского доступа «БАНК– КЛИЕНТ» осуществлялся по одной локальной сети с одного устройства (компьютера) одним лицом – ФИО2

Поскольку фактически расчетный счет ответчика также контролировался должником, то, по мнению должника, оспариваемые платежи не могли привести к причинению ущерба должнику или имущественным правам его кредиторов.

В обоснование расходования денежных средств ответчика на хозяйственную деятельность должника в материалы дела представлена выписка по движению денежных средств по расчетному счету ИП ФИО4, открытого в ООО КБЭР «Банк Казани», а также договор поставки №14 от 07.02.2018 г., заключенный между ИП ФИО4 и ООО «Домфорт», согласно которого последний принял на себя обязательство поставить ответчику товар после поступления предварительной оплаты.

Из представленной выписки о движении денежных средств следует, что часть денежных средств со счета ответчика действительно перечислялись с назначениями платежей «Оплата за ИП ФИО2», однако поступившие денежные средства от должника ответчик перечислял по своим обязательствам, в том числе по договору поставки №14 от 07.02.2018 г., заключенному с ООО «Домфорт», а также ИП ФИО5

Доводы должника о том, что, перечисляя денежные средства ответчику, он фактически приобретал товар для себя, сам его реализовывал и сам получал прибыль, отклоняются судебной коллегией поскольку такие перечисления денежных средств не отвечают признакам обычной хозяйственной деятельности должника.

Доводы должника о том, что, оформляя ИП на свою мать, должник преследовал цель уменьшения налоговой нагрузки, правомерно отклонены судом первой инстанции, поскольку противоречит нормам налогового законодательства и является недопустимым.

Вопреки доводам должника, оспариваемы платежи, учитывая безвозмездный характер, наносят ущерб имущественным правам кредиторов должника, поскольку направлены на уменьшение конкурсной массы.

Таким образом, в результате перечисления оспариваемых платежей в пользу заинтересованного по отношению к должнику лица, перечислены денежные средства в сумме 1 487 700 руб., то есть причинен вред имущественным правам кредиторов в виде уменьшения стоимости имущества должника.

При указанных обстоятельствах, учитывая, что спорные банковские операции совершены должником в период своей неплатежеспособности с заинтересованным лицом, сделки направлены на уменьшение конкурсной массы должника и причинение вреда должнику и имущественным правам кредиторов, арбитражный суд первой инстанции пришел к верному и обоснованному выводу о признании оспариваемых платежей недействительными по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Пунктом 4 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 установлено, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных ст. 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (ст. ст. 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

Оснований для применения в данном случае к оспариваемым сделкам положений статей 10 ГК РФ не имеется, поскольку указанные финансовым управляющим обстоятельства не выходят за пределы диспозиции п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с п.2 ст.167 Гражданского кодекса РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Согласно п.2 ст.61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу. 

С учетом обстоятельств дела, судом первой инстанции правомерно применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ответчика в конкурсную массу должника подлежат взысканию денежные средства в размере 1 487 700 руб.

Доводы должника о том, что в качестве последствий признания недействительности сделок суд первой инстанции должен был применить реституцию в виде взыскания с должника денежных средств, которые должник снимал со счета ответчика либо получал в качестве возврата займа, отклоняются судебной коллегией как основанные на неверном понимании норм материального права относительно применения последствий недействительности сделок.

Все доводы и аргументы заявителя апелляционной жалобы проверены судом апелляционной инстанции, признаются несостоятельными и не подлежащими удовлетворению, поскольку не опровергают законности принятого по делу судебного акта и основаны на неверном толковании норм действующего законодательства, обстоятельств дела.

Несогласие заявителя с оценкой, установленных по делу обстоятельств не может являться основанием для отмены судебного акта.

Обращаясь с апелляционной жалобой, заявителем не представлено в материалы дела надлежащих и бесспорных доказательств в обоснование своей позиции, доводы заявителя, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые были бы не проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта.

Так как доводы апелляционной жалобы не опровергают выводов суда, нарушений норм материального и процессуального права, являющихся основанием к безусловной отмене судебного акта по статье 270 АПК РФ, не установлено, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 02 июня 2022 года по делу №А65-36669/2019 является законным и обоснованным. Апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьями 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 02 июня 2022 года по делу №А65-36669/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в месячный срок, через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий                                                                           А.И. Александров

 

Судьи                                                                                                          В.А. Копункин

 

Г.О. Попова