/

 

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

№ 17АП-2468/2015-АК

г. Пермь

05 июля 2018 года

Дело № А60-30601/2014

 

Резолютивная часть постановления объявлена 28 июня 2018 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 05 июля 2018 года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Нилоговой Т.С.,

судей                                         Васевой Е.Е., Даниловой И.П., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем Машкиным В.Ю.,

при участии:

от заявителя жалобы – конкурсного кредитора открытого акционерного общества «МРСК Урала»: Быстрецких Ю.Д., доверенность от 01.01.2018 №335/2018;

от заявителя жалобы – конкурсного кредитора открытого акционерного общества «ЭнергосбыТ Плюс»: Масленникова Д.А., доверенность от 28.12.2017;

от лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, Губайдуллиной  Ларисы Наильевны: Губайдуллина  Л.Н., паспорт; Вешкин А.К., доверенность от 31.08.2017, удостоверение адвоката;

от лиц, привлекаемых к субсидиарной ответственности, Блохиной Виктории Азатовны, Блохина Николая Владимировича: Корабель С.В., доверенность от 31.01.2018, от 22.02.2018, паспорт; Файзрахманова Э.Р., доверенность от 31.01.2018, от 22.02.2018, паспорт; 

от иных лиц, участвующих в деле, представители не явились;

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в судебном заседании апелляционные жалобы  кредиторов открытого акционерного общества «ЭнергосбыТ Плюс», открытого акционерного общества «МРСК Урала»

на  определение  Арбитражного суда Свердловской области 

от 03 апреля 2018 года 

об отказе в удовлетворении заявлений открытого акционерного общества «МРСК  Урала», открытого акционерного общества «ЭнергосбыТ Плюс» о привлечении Габайдуллиной  Ларисы Наильевны, Блохиной Виктории Азатовны, Блохина Николая Владимировича к субсидиарной ответственности по обязательствам должника,

вынесенное судьей Койновой Н.В.

в рамках дела № А60-30601/2014

о  признании общества с ограниченной ответственностью «Красноуральский химический завод» (ОГРН 1106671005352, ИНН 6671314743) несостоятельным (банкротом), 

 

установил:

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 23.07.2014 принято к производству заявление открытого акционерного общества «МРСК Урала» (далее – общество «МРСК Урала») о признании общества с ограниченной ответственностью «Красноуральский химический завод» (далее – общество «Красноуральский химический завод», должник) несостоятельным (банкротом). 

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 17.10.2014 заявление общества «МРСК Урала» признано обоснованным, в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден Сивков Сергей Юрьевич, член Некоммерческого партнерства «Уральская саморегулируемая организация арбитражных управляющих».

Определением арбитражного суда от 21.06.2015 в отношении общества «Красноуральский химический завод» введена процедура внешнего управления на восемнадцать месяцев, до 15.12.2016, внешним управляющим утвержден Андреев Валерий Александрович, являющийся членом Некоммерческого партнерства «Уральская саморегулируемая организация арбитражных управляющих».

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 09.09.2015 утверждено мировое соглашение, производство по делу о признании общества «Красноуральский химический завод» несостоятельным (банкротом) прекращено.

Определением арбитражного суда от 29.04.2016 мировое соглашение по настоящему делу расторгнуто, производство по настоящему делу №А60-30601/2014 о признании общества «Красноуральский химический завод» несостоятельным (банкротом) возобновлено, в отношении должника введено внешнее управление сроком на восемнадцать месяцев, до 21.10.2017, внешним управляющим утвержден Андреев В.А.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 06.07.2016 общество «Красноуральский химический завод» признано несостоятельным (банкротом); в отношении него открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев, до 29.12.2016, конкурсным управляющим утвержден Андреев В.А.

Определениями арбитражного суда срок конкурного производства в общей сложности был продлен до 29.05.2017.

29.05.2017 конкурсный кредитор общество «МРСК Урала» обратилось в арбитражный суд с заявлением о привлечении Губайдуллиной Ларисы Наильевны (далее – Губайдуллина Л.Н.) к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на основании пункта 1 статьи 9, пунктов 2,4 статьи 10 Федерального закона от  26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве, Закон).

До рассмотрения заявления по существу общество «МРСК Урала» неоднократно уточняло свои требования (л.д.87-89 т.2, 236-237 т.7), в соответствии с последними уточнениями от 06.02.2018 просило привлечь Губайдуллину Л.Н. к субсидиарной ответственности на основании пункта 1 статьи 9, пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве по обязательствам должника в размере 126 472 874 руб. 88 коп., возникшим после 30.04.2013.

Последнее уточнение заявленных требований принято судом первой инстанции на основании статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), о чем свидетельствует протокольное определение от 27.02.2018.

23.01.2018 еще один из конкурсных кредиторов должника открытое акционерное общество «ЭнергосбыТ Плюс» (далее – общество «ЭнергосбыТ Плюс») обратилось в арбитражный в суд с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц – Губайдуллиной Л.Н., Блохиной Виктории Азатовны (далее – Блохина В.А.), Блохина Николая Владимировича (далее – Блохин Н.В.) – к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на основании подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве и взыскании с них солидарно денежных средств в размере 173 144 614 руб. 25 коп., с учетом уменьшения размера требований (л.д.140 т.10), принятого судом в порядке статьи 49 АПК РФ.

В порядке статьи 130 АПК РФ определением арбитражного суда от 11.02.2018 рассмотрение заявления общества «МРСК Урала» о привлечении Губайдуллиной Л.Н. к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «Красноуральский химический завод»  объединено для совместного рассмотрения с заявлением общества «ЭнергосбыТ Плюс» о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 03.04.2018 (резолютивная часть определения объявлена 23.03.2018) в удовлетворении заявлений конкурсных кредиторов общества «МРСК Урала» и общества «ЭнергосбыТ Плюс» отказано.

Не согласившись с вынесенным определением, общество «ЭнергосбыТ Плюс» и общество «МРСК Урала» обратились с апелляционными жалобами, в которых просят указанный судебный акт отменить. 

В своей апелляционной жалобе общество «ЭнергосбыТ Плюс» указывает на то, что при рассмотрении настоящего спора суд неправильно применил положения статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.04.2009 №73-ФЗ, поскольку указанная статья с 30.07.2017 отменена Федеральным законом от 29.07.2017 №266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее – Федеральный закон от 29.07.2017 №266-ФЗ), при этом, в пункте 3 статьи 4 данного закона разъяснено, что рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 1 июля 2017 года, производится по правилам Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве) в редакции Федерального закона от 29.07.2017 №266-ФЗ. Отмечает, что согласно пункту 1 письма ФНС России от 16.08.2017 №СА-4-18/48@ «О применении налоговыми органами положений главы III.2 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ Федеральный закон от 29.07.2017 №266-ФЗ вступил в силу с 30.07.2017, но его действие в соответствующей части распространяется на заявления о привлечении к субсидиарной ответственности, поданные после 01.07.2017 или после 01.09.2017 (учитывая, что он развивает и конкретизирует положения о привлечении к субсидиарной ответственности. Таким образом, материально-правовые нормы, заложенные в новой главе, должны применяться с даты вступления его в силу (с учетом особых правил вступления в силу, основанных на дате подачи заявления). При таких обстоятельствах, учитывая что с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц кредитор обратился 23.01.2018, оно должно было быть рассмотрено по правилам главы III.2 Закона о банкротстве и в части материально-правовых оснований привлечения к ответственности. Помимо этого, заявитель также не соглашается с выводами суда о том, что факт личного контакта и родства заинтересованных лиц не подтверждает извлечение выгоды из сделок. Полагает, что судом необоснованно не были приняты следующие существенные обстоятельства: Губайдуллиной Л.Н. в период прекращения дела о банкротстве общества «Красноуральский химический завод» в связи с утверждением мирового соглашения целенаправленно отчуждалось имущество должника аффилированным лицам; 18.02.2016 обществом с ограниченной ответственностью «Манеж» (далее – общество «Манеж») было подано заявление о расторжении мирового соглашения, утвержденного в рамках настоящего дела о банкротстве; сделки должника с заинтересованными лицами Блохиной В.А., обществом с ограниченной ответственностью «СК Энки» (далее – общество «СК Энки») в лице директора Блохина Н.В. были совершены в конце февраля 2016 года, т.е. непосредственно после подачи заявления о расторжении мирового соглашения;  за время прекращения дела о банкротстве с сентября 2015 года по апрель 2016 года должником в полном объеме было удовлетворено требование лишь одного кредитора; никаких расчетов с иными кредиторами не производилось; Блохина В.А. и Блохин Н.В., являясь родственниками Губайдуллиной Л.Н. (дочь и зять), не могли не знать о финансовом положении должника не только в силу родственных связей, но и непосредственного участия в деятельности должника, что также подтверждается сведениями, содержащимися в отзыве бывших работников общества «Красноуральский химический завод». Учитывая изложенное, считает, что в данном случае очевидно усматриваются согласованные действия группы лиц, направленные на причинение вреда кредиторам и на получение личной выгоды. Также считает, что при оценке отчужденного Губайдуллиной Л.Н. в пользу заинтересованных по отношению к ней лиц суд первой инстанции неправомерно исходил из информационного письма общества с ограниченной ответственностью «Уральский центр аудита и оценки» (далее – общество «Уральский центр аудита и оценки») от 25.09.2017 №300-08/2017 об определении наиболее вероятной цены объектов недвижимого имущества должника на дату их отчуждения. Отмечает, что данное исследование проводилось на ретроспективную дату, фактически же на момент исследования имущество перестало существовать. Кроме того, судом не была дана надлежащая оценка доводам заявителя о том, что оплата по спорным сделкам купли-продажи была произведена путем совершения зачетов встречных требований, то есть фактически, денежные средства должником получены не были. Отмечает, что, являясь директором и учредителем должника, Губайдуллина Л.Н. обладала полной информацией о финансовом состоянии предприятия, несмотря на отраженные в бухгалтерской отчетности показатели и ссылки, а также то, что действительная стоимость основных фондов была несопоставимо выше бухгалтерской; доходы от хозяйственной деятельности должника не позволяли погасить образовавшуюся задолженность перед кредиторами, в частности, перед обществом «МРСК Урала» и обществом «Энергосбыт Плюс»; указанная задолженность не была погашена и в дальнейшем. Следовательно, уже в 2013 году у должника имелись признаки для обращения руководителя в суд с заявлением о банкротстве; судом не учтено, что в результате проведения в рамках настоящего дела процедур банкротства требования кредиторов, включенных в реестр, так и остались не погашенными. 

Общество «МРСК Урала» в своей апелляционной жалобе указывает на доказанность оснований для привлечения Губайдуллиной Л.Н. к ответственности за неподачу заявления о признании должника банкротом, при этом, также как и общество «Энергосбыт Плюс» приводит доводы о неприменимости в данном случае положений статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.04.2009 №73-ФЗ. Помимо этого, полагает, что положенное судом в основу вывода о том, что по состоянию на 30.04.2013 (дата, с которой кредиторы связывают необходимость обращения бывшего руководителя должника в суд с заявлением о признании должника банкротом) рыночная стоимость активов должника превышала размер его обязательств, представленное в материалы дела информационное заключение общества «Уральский центр аудита и оценки» от 25.09.2017 не может быть принято в качестве надлежащего доказательства, поскольку большая часть имущества должника, указанная в данном заключении, на момент его составления отсутствовала в натуре, что не могло быть неизвестно суду, поскольку определением от 14.02.2018 по настоящему делу установлено прекращение существования 22-х принадлежащих должнику объектов недвижимого имущества за период с ноября 2016 года по июль 2017 года; кроме того, при рассмотрении заявления временного управляющего должника Сивкова С.Ю. об установлении процентов по дополнительному вознаграждению, суд установил, что стоимость имущества общества «Красноуральский химический завод», для целей расчета дополнительного вознаграждения временного управляющего, составляет 16 220 655 руб. 65 коп., при этом, основным оппонентом при рассмотрении заявления об установлении процентов по дополнительному вознаграждению временного управляющего была Губайдуллина Р.Н., которая в своих отзывах указывала на то, что стоимость имущества должника, исходя из которой необходимо рассчитывать дополнительное вознаграждение временного управляющего, составляет менее 6 млн руб.; считает, что при подготовке заключения оценщик не учел специфику оцениваемых объектов, что привело к неправильному выбору расчета и, следовательно, к неверному определению рыночной цены объектов, в частности, оценщиком неверно выбраны аналоги оцениваемых объектов (оценщик использует в качестве аналогов производственно-складские объекты коммерческого использования (без указания права собственности или аренды), не мотивируя должным образом отказ от использования в качестве аналогов объектов химической или машиностроительной промышленности; к объектам-аналогам не делаются поправки на местоположение и торг; оценщиком в качестве аналогов не приняты объекты, расположенные в том же управленческом округе (г.Нижний Тагил и г.Невьянск, расстояние до г.Екатеринбург - 140 км, расстояние от г.Кушва до г.Екатеринбург - 192 км - северное направление,  расстояние до выбранного экспертом аналога в г.Первоуральск- 58 км); к объектам недвижимости производственного назначения оценщик применяет аналоги объектов недвижимости коммерческого назначения; информация о коммерческих предложениях сформирована оценщиком на базе публикаций газет «Недвижимость» и «Есть вариант» и не может отражать всей полноты и достоверности информации; оценщиком не проанализированы объявления в газете «Коммерсантъ» о продаже имущества на торгах, тем более что в подобных случаях рыночная стоимость продажи определяется на основании отчетов оценщиков; оценщиком в качестве аналогов были приняты земельные участки без указания разрешенного использования; в приведенных оценщиком объявлениях измерение площади аналогов указано в сотках, следовательно, возможно приведены земли сельскохозяйственного либо земли для ведения личного подсобного хозяйства и др.); в заключении нет ни одного производственного комплекса нефтехимической промышленности; не ясно, каким образом определена общая площадь оцениваемых объектов, арифметическая сумма всех объектов недвижимости, при этом неясно, каким образом определялась стоимость сооружений эстакад, при различной протяженности эстакад, цена указана одна - 310 545 руб.; оценщиком не приведены аналоги для объекта котельной, цена которой определена в 33 768 000 руб., между тем, здание котельной не было даже включено в конкурсную массу должника; в нарушение требований Федерального стандарта оценки «Требования к отчету об оценке (ФСО №3)» к заключению не приложена информация обо всех привлекаемых к проведению оценки и подготовке отчета организациях и специалистах с указанием их квалификации и степени их участия в проведении оценки объекта оценки. 

Помимо этого, указывает на то, что решениями Арбитражного суда Свердловской области от 04.03.2013 по делу №А60-44195/2013 и от 22.04.2013 по делу №А60-7061/2014 с должника в пользу общества «МРСК Урала» взыскана задолженность в размере 38 122 360 руб. 11 коп., которая возникла за период с мая 2011 по декабрь 2013 года. Таким образом, по состоянию на 30.04.2013 обязательства должника уже не были исполнены в течение порядка трех лет. Обращает внимание на то, что, помимо общества «МРСК Урала», у должника также были неисполненные обязательства перед рядом иных кредиторов, в частности, перед обществом с ограниченной ответственностью «Стройтех НТ» (далее – общество «Стройтех НТ») в размере 23 490 120 руб. 30 коп., обществом с ограниченной ответственностью «Спецвзрывсервис» (далее – общество «Спецвзрывсервис») в размере 5 900 000 руб. за декабря 2012 года, Муниципальным унитарным предприятием «МУК» в сумме 1 770 300 руб. 70 руб., обществом с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Красноуральский химический завод» (далее – общество «ТД «Красноуральский химический завод») в сумме 10 010 874 руб. 30 коп. Указывает на то, что согласно данным представленного в материалы дела бухгалтерского баланса общества «Красноуральский химический завод» за 2012 год сумма собственных денежных средств должника составляет 1 089 000 руб., что явно недостаточно для предполагаемого исполнения обязательств перед кредиторами; сумма дебиторской задолженности составляет 43 574 млн руб., основные средства – 16 615 млн руб.; всего сумма активов по балансу составила 68 462 млн руб., а сумма обязательств 115 193 млн руб., что свидетельствует о превышение обязательств должника над стоимостью его активов. 

Полагает необоснованный и немотивированный вывод о недоказанности заявителем критериев отнесения к контролирующим должника лицам Блохиной В.А., Блохина Н.В., что сам факт личного контакта и родства не подтверждает извлечения выгоды из сделок, отмечая, что в качестве субъекта субсидиарной ответственности должен выступать не только собственник и бывший руководитель должника Губайдуллина Л.Н., но и Блохина В.А., Блохин Н.В. Отмечает, что Блохина В.А. имела и до сих пор имеет возможность определять действия должника, в данном случае по выплате заработной платы охранникам завода; находится в родственных отношениях с Губайдуллиной Л.Н., являлась заместителем директора по стратегическим направлениям общества «Красноуральский химический завод», то есть должностным лицом, которое, находясь в статусе индивидуального предпринимателя, прибрело активы должника, подписав с Губайдуллиной Л.Н. договоры, оплата ни по одному из них денежными средствами не производилась. В свою очередь Блохин Н.В. приходится супругом дочери Губайдуллиной Л.Н. – Блохиной В.А. Отмечает, что  согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) учредителем и генеральным директором общества «СК Энки» является Блохин Н.В. Благодаря наличию родственных отношений с руководителем должника общество «СК Энки» приобретало активы должника, оплата по которым не производилась денежными средствами, и было обеспечено необходимым объемом работ в виде осуществления демонтажа оборудования общества «Красноуральский химический завод» по договору от 02.11.2015 № 44 на сумму 8 900 000 руб. и текущего содержания автомобильной дороги общества «Красноуральский химический завод», расположенной в г.Красноуральске по ул.Победы, на сумму 7 809 284 руб. 91 коп. Таким образом, судом первой инстанции не приведены мотивы, по которым не были приняты во внимание доводы общества «МРСК Урала», указывающие, что Блохины, являясь выгодоприобретателями имущества должника, а также аффилированными по отношению к бывшему руководителю общества «Красноуральский химический завод» лицами, совместно действующими с Губайдуллиной Л.Н., являются контролирующими лицами должника, как лица, извлекшие выгоду из незаконного поведения руководителя должника, получившие активы должника.

По мнению апеллянта, судом сделан необоснованный вывод о том, что причиной банкротства стала остановка деятельности общества «Красноуральский химический завод», невозможность восстановления пультов и, соответственно, деятельности предприятия; в результате необходимости проведения ликвидационных работ, и предварительного отключения объектов от теплоснабжения и электроэнергии физический износ старых зданий ускорился, что подтверждается заключением о наличии обстоятельств непреодолимой силы (форс-мажора) от 06.10.2015 № 5806-1/1124, подготовленного Уральской Торгово-промышленной палатой, и последующей ликвидацией участка изготовления взрывчатых материалов (стр.19 определения). Отмечает, что заключение Торгово-промышленной палаты не может устанавливать причину банкротства должника; судом не применена норма статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) и разъяснения высшей судебной инстанции; не дана оценка доводу общества «МРСК Урала» о том, что обеспечение сохранности имущества должника в силу норм ГК РФ и Федерального закона от 08.02.1998 №14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», является одной из обязанностей руководителя, которым в тот период времени являлась Губайдуллина Л.Н. Материалами дела не подтверждается вывод суда о том, что «часть объектов недвижимости находились в плохом состоянии, непригодном для использования, в связи с чем, в последующем, объекты были сняты с кадастрового учета новым собственником.

Полагает доказанным факт реализации имущества должника (здание пункта подготовки вагонов, назначение нежилое, площадь 622,9 кв.м; здание депо техосмотра тепловозов, назначение нежилое, площадь 534,2 кв.м, сооружения - железнодорожный подъездной путь, назначение транспортное, протяженностью 13 909,0 м, трех зданий гаражей площадью 208,4 кв.м, 1 435,8 кв.м, 1 797,6 кв.м по заниженной цене, что подтверждается отчетами Уральской торгово-промышленной палаты. Отмечает, что судом не была дана оценка накладной от 29.01.2016 №1, подтверждающей сумму ущерба от сдачи зданий и сооружений, состоящих из металла, в лом в размере 6 700 000 руб. Кроме того, в судебном заседании 23.03.2018 работники пояснили, что здания пункта подготовки вагонов и здания депо техосмотра тепловозов являются металлическими, были разобраны и сданы Блохиным Н.В. на металлолом, также как и железнодорожный путь. Кроме того, судом не принято во внимание разъяснения, данные в пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве».

Помимо вышеизложенного считает, что судом необоснованно не было принято во внимание, что Губайдуллина Л.Н., общество «Красноуральский химический завод» (должник) и общество «ТД «Красноуральский химический завод» (контрольный кредитор) являются аффилированными по отношению друг к другу лицами в силу участия Губайдуллиной Л.Н. в уставном капитале и выполнения функций единоличного исполнительного органа в данных организациях; вся прибыль от производства химической продукции принадлежала обществу «ТД «Красноуральский химический завод», а убытки в виде стоимости утраченного/испорченного сырья, затраты на содержание такого имущественного комплекса, выплате заработной платы, несение расходов по охране и оплате электроэнергии перед энергосбытовой и сетевой организациями возложены на должника; Губайдуллина Л.Н. заключала договоры (давальческого сырья, займы и прочие), не отвечающие интересам должника; работники, кроме директора своевременно заработную плату не получали, задолженность перед ресурсоснабжающими организациями наращивалась и не погашалась; согласно выпискам с расчетных счетов общества «Красноуральский химический завод», открытым в ПАО «Сбербанк России», АКБ «Росевробанк», значительные денежные суммы выплачивались должником по договору от 10.01.2012 № 04-ТД/2012, при этом по договору общество «ТД «Красноуральский химический завод» выступало поставщиком, а должник – покупателем взрывчатого материала (граммонита), что противоречит правовой природе отношений указанных организаций, поскольку готовая продукция находилась у должника, как результат переработки по договору переработки давальческого сырья.  

Также при вынесении обжалуемого определения судом не были учтены выводы анализа финансового состояния должника, проведенного временным управляющим Сивковым С.Ю., согласно которым, начиная с 2012 года предприятие имело неудовлетворительную структуру баланса и все признаки неплатежеспособности, при этом, на основе коэффициентного анализа финансово-хозяйственной деятельности выявлены следующие основные причины утраты платежеспособности предприятия: значительное увеличение долгосрочных и краткосрочных обязательств за счет кредитов и займов;  низкая обеспеченность активов собственными средствами; отсутствие собственных оборотных средств; низкая деловая активность. Таким образом, проведенный анализ финансового состояния общества «Красноуральский химический завод» подтверждает, что у должника была низкая обеспеченность активов собственными средствами, отсутствие собственных оборотных средств, имущество использовалось неэффективно, на предприятии низкая квалификация менеджмента. Кроме того, в отчете внешнего управляющего Андреева В.А. от 11.08.2015 также указано, что из представленных в плане внешнего управления предлагаемых мер по восстановлению платежеспособности должника и разработанной производственной программы предлагаемый план позволяет сделать вывод, что не только в течение 18 месяцев внешнего управления, но и в течение 24 месяцев внешнего управления невозможно накопление требуемой суммы денежных средств для полного расчета с кредиторами по обязательствам должника; из раздела 5 анализа активов и пассивов проведенного временным управляющим Сивковым С.Ю. анализа финансового состояния должника следует, что по результатам проведенного анализа можно сделать вывод о том, что обязательства должника значительно превышают стоимость имущества должника; согласно анализу финансового состояния должника, подготовленному временным управляющим, по состоянию на 01.01.2014 среднесписочная численность работников должника составляла 224 человека. 

До начала судебного заседания от Губайдуллиной Л.Н., Блохиной В.А., Блохина Н.В. поступили отзывы на апелляционные жалобы, согласно которым просят обжалуемое определение оставить без  изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

В судебном заседании представители общества «МРСК Урала» и общества «ЭнергосбыТ Плюс» доводы своих апелляционных жалоб поддержали в полном объеме, на отмене обжалуемого определения настаивали, против удовлетворения жалоб друг друга возражений не заявили. 

При этом представители кредитором в заседании апелляционного суда пояснили, что предметом заявленных требований являлись требование о привлечении Губайдиллиной Л.Н. к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о признании должника банкротом и требование о привлечении к ответственности группы контролирующих должника лиц Губайдуллиной Л.Н., Блохиной В.А. и Блохина Н.В. за совершение невыгодных для должника 11 сделок по отчуждению имущества, которое можно квалифицировать как требование о взыскании убытков, требование о привлечении Губайдуллиной Л.Н. к субсидиарной ответственности за создание схемы бизнеса, при которой в обществе «ТД «Красноуральский химический завод» был создан центр получения прибыли, а на должнике остались все производственные расходы, которые он не мог обслуживать,  в суде не заявлялись.

Представители Губайдуллиной Л.Н., Блохиной В.А. и Блохина Н.В. против позиции апеллянтов возражали по мотивам, изложенным в письменных отзывах на апелляционные жалобы. 

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционных жалоб, в заседание суда представителей не направили. В соответствии со статьями 156, 266 АПК РФ неявка лиц, участвующих в деле, не является препятствием для рассмотрения апелляционных жалоб в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, Губайдуллина Л.Н., согласно приказу о приеме на работу №294/К, являлась руководителем должника с 13.07.2011, в дальнейшем стала владельцем 100% доли в уставном капитале должника.

Общество «МРСК Урала» в обоснование заявленных требований указало, что Губайдуллиной Л.Н. не соблюдена обязанность по обращению руководителя должника с заявлением о признании должника банкротом. Датой возникновения указанной обязанности является дата 30.04.2013 – по итогам сдачи бухгалтерского баланса за 2012 год; согласно балансу должника на 31.12.2012 активы должника составляли 68 млн руб., тогда как размер обязательств должника составлял 115 млн руб. Размер субсидиарной ответственности, согласно обязательствам должника возникшим после 30.04.2013, составляет 126 472 874 руб. 88 коп. 

Рассмотрев требование в данной части, суд первой инстанции руководствуясь статьей 9, пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.04.2009 №73-ФЗ), на основании анализа имеющихся в материалах дела документов, пришел к выводу о том, что на указанную дату у Губайдуллиной Л.Н. не возникла безусловная обязанность по обращению в суд с заявлением должника о собственном банкротстве.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционных жалоб и отзывов на нее, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, проанализировав нормы материального и процессуального права, арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для формирования иных выводов и отмены принятого судебного акта в данной части в связи со следующим.

Согласно пункту 6 статьи 10 Закона о банкротстве заявление о привлечении контролирующих должника лиц к ответственности по основаниям, предусмотренным указанным законом, рассматривается арбитражным судом в деле о банкротстве должника. Указанное заявление может быть подано в ходе конкурсного производства арбитражным управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов.

В соответствии с ныне действующим пункта 2 статьи 61.14 Закона о банкротстве правом на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.12 Закона, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, обладают конкурсные кредиторы, представитель работников должника, работники либо бывшие работники должника или уполномоченные органы, обязательства перед которыми предусмотрены пункта 2 статьи 61.12 Закона, либо арбитражный управляющий по своей инициативе от имени должника в интересах указанных лиц.

Как следует из материалов дела, в обоснование заявленных требований конкурсным кредитором был приведен пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве.

Между тем, ввиду периода времени, к которому относятся обстоятельства, с которыми конкурсный кредитор связывает ответственность контролирующего должника лица, настоящий спор должен быть разрешен с применением статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.04.2009 №73-ФЗ исходя из следующего.

Федеральным законом от 29.07.2017 №266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее – Федеральный закон от 29.07.2017 №266-ФЗ) введена в действие глава III.2 Закона о банкротстве «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве».

Переходные положения изложены в статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 №266-ФЗ, согласно которым:

рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве, которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 №266-ФЗ;

положения подпункта 1 пункта 12 статьи 61.11, подпунктов 3-6 статьи 61.14, статей 61.19 и 61.20 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 №266-ФЗ применяются к заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в случае, если определение о завершении или прекращении процедуры конкурсного производства в отношении таких должников либо определение о возврате заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом вынесены после 01.09.2017.

Порядок введения в действие соответствующих изменений в Закон о банкротстве с учетом информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 №137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 №73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее – информационное письмо ВАС РФ от 27.04.2010 №137) означает следующее.

Правила действия процессуального закона во времени приведены в пункте 4 статьи 3 АПК РФ, где закреплено, что судопроизводство в арбитражных судах осуществляется в соответствии с федеральными законами, действующими во время разрешения спора, совершения отдельного процессуального действия или исполнения судебного акта.

Между тем, действие норм материального права во времени, подчиняется иным правилам, а именно пункта 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), согласно которому акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие; действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, когда это прямо предусмотрено законом.

Как следует из правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, в частности изложенных в Постановлениях от 22.04.2014 №12-П и от 15.02.2016 №3-П, преобразование отношения в той или иной сфере жизнедеятельности не может осуществляться вопреки общему (основному) принципу действия закона во времени, нашедшему отражение в статье 4 ГК РФ. Данный принцип имеет своей целью обеспечение правовой определенности и стабильности законодательного регулирования в России как правовом государстве и означает, что действие закона распространяется на отношения, права и обязанности, возникшие после введения его в действие; только законодатель вправе распространить новые нормы на факты и порожденные ими правовые последствия, возникшие до введения соответствующих норм в действие, то есть придать закону обратную силу, либо, напротив, допустить в определенных случаях возможность применения утративших силу норм.

При этом согласно части 1 статьи 54 Конституции Российской Федерации закон, устанавливающий или отягчающий ответственность, обратной силы не имеет. Этот принцип является общеправовым и имеет универсальное значение, в связи с чем, акты, в том числе изменяющие ответственность или порядок привлечения к ней (круг потенциально ответственных лиц, состав правонарушения и размер ответственности), должны соответствовать конституционным правилам действия правовых норм во времени.

Таким образом, подлежит применению подход, изложенный в пункте 2 информационного письма ВАС РФ от 27.04.2010 №137, согласно которому к правоотношениям между должником и контролирующими лицами подлежит применению та редакция Закона о банкротстве, которая действовала на момент возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к такой ответственности.

Вместе с тем, следует принимать во внимание то, что запрет на применение новелл к ранее возникшим обстоятельствам (отношениям) не действует, если такие обстоятельства, хоть и были впервые поименованы в законе, но, по своей сути, не ухудшают положение лиц, а являются изложением ранее выработанных подходов, сложившихся в практике рассмотрения соответствующих споров.

Согласно пункту 2 статьи 10 Закона о банкротстве  (в редакции Федерального закона от 28.04.2009 №73-ФЗ)  нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статье 9 указанного закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых данным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 Закона о банкротстве.

В соответствии с положениями статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:

удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

В соответствии с пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 этой же статьи, не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

Из приведенных норм права следует, что возможность привлечения лиц, названных в пункте 2 статьи 10 Закона о банкротстве, к субсидиарной ответственности по указанным в данной норме основаниям возникает при наличии совокупности следующих условий: возникновение одного из перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве обстоятельств; неподача указанными в пункте 2 статьи 10 этого же Закона лицами заявления о банкротстве должника в течение месяца с даты возникновения соответствующего обстоятельства; возникновение обязательств должника, по которым указанные лица привлекаются к субсидиарной ответственности, после истечения срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Для определения размера субсидиарной ответственности, предусмотренной пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, имеет значение наличие причинно-следственной связи между неподачей заявления и наступлением неблагоприятных для должника последствий в виде обязательств, возникших после истечения месячного срока, установленного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Из содержания приведенных выше норм Закона о банкротстве, принимая во внимание положения статьи 65 АПК РФ, прямо следует, что установлению подлежат не только точные даты возникновения перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве обстоятельств и возникновение у соответствующего лица обязанности подать заявление о банкротстве должника, но также и точная дата возникновения обязательства, к субсидиарной ответственности по которому привлекается лицо из перечисленных в пункте 2 статьи 10 Закона о банкротстве оснований.

При исследовании совокупности указанных обстоятельств следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, упомянутых в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Указанная правовая позиция сформирована в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №2 (2016), утвержденном постановлением Президиума Верховного Суда Российской Федерации от 06.07.2016.

При этом заявитель должен доказать не просто существование у должника задолженности перед кредиторами, а наличие оснований, обязывающих руководителя обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом, в частности, наличие у должника признаков неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества, либо наличие других обстоятельств, предусмотренных названной нормой Закона о банкротстве.

В соответствии с части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается как на основания своих требований и возражений. Следовательно, на лицах, привлекаемых к субсидиарной ответственности, лежит бремя опровержения наличия вины и причинно-следственной связи.

Согласно статье 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Из материалов дела и фактических обстоятельств усматривается, что имущественный комплекс (150 единиц движимого и недвижимого имущества) по производству взрывчатых веществ (гражданского назначения) был приобретен должником в мае 2011 года по цене 35 млн руб. в ходе торгов посредством публичного предложения по реализации имущества ФГУП  «Красноуральский химический завод» (ОГРН 1026601213836, ИНН 6618000420), проводимых в рамках дела о несостоятельности последнего (дело №А60-1203/2008) (договор купли-продажи имущества от 24.05.2011 №1 – л.д.2-40 т.7).

С использованием данного имущества планировалось развитие химического производства.

Приобретенное движимое и недвижимое имущество было учтено должником в бухгалтерском учете по цене его приобретения. Переоценка основных средств не производилась.

Как указывает кредитор, обязанность обратиться в суд с заявлением должника о собственном банкротстве возникла у руководителя по итогам деятельности предприятия за 2012 год, т.е. не позднее 30.04.2013 (относительно даты подготовки и сдачи годовой бухгалтерской отчетности) поскольку по данным баланса по состоянию на 31.12.2012 активы должника составляли 68 млн руб., а размер обязательств должника составлял 115 млн руб.

Определение понятия неплатежеспособности установлено в ст.2 Закона о банкротстве, согласно которой под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Недостаточностью имущества является превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника на стоимостью его имущества (активов).

Между тем, суд апелляционной инстанции полагает, что в данном случае в материалах дела отсутствуют убедительные доказательства того обстоятельства, что уже 30.04.2013 у руководителя должника объективно возникла обязанность обратиться в арбитражный суд с заявлением о банкротстве предприятия, поскольку соотношение активов и пассивов предприятия только исходя из данных бухгалтерского баланса еще не свидетельствует об объективном банкротстве должника.

Учитывая, переоценка основных средств должником не производилась и к бухгалтерскому учету имущество принято по цене его приобретения,  ответчиком Губайдуллиной Л.Н. в материалы дела представлено информационное заключение от 19.01.2018 №315-12/2017, подготовленное обществом «Уральский центр аудита и оценки» о рыночной стоимости недвижимого имущества должника (69 единиц), согласно которому рыночная оценка такого имущества общества «Красноуральский химический завод» по состоянию на 30.04.2013 составляла 217 985 881 руб. (л.д.42-212 т.7).

Следовательно, обстоятельство того, что размер обязательств должника по итогам 2012 года составлял 115 млн руб., даже при том, что данный показатель по отношению к размеру обязательств по итогам 2011 года (59 млн руб.) значительно увеличился, в данном случае не свидетельствует о наступлении у должника признаков объективного банкротства.

Доводы апелляционных жалоб о том, что информационное заключение общества «Уральский центр аудита и оценки» от 19.01.2018 №315-12/2017 о рыночной стоимости недвижимого имущества должника, не может быть признано допустимым доказательством, фактически был предметом исследования суда первой инстанции, который обоснованно указал на то, что в отсутствие иных документов, свидетельствующих о стоимости имущества должника, в условиях отсутствия ходатайства о проведении судебной оценочной экспертизы, оснований для исключения заключения специалиста из числа доказательств по делу не имеется.

Доказательства об иной рыночной стоимости объектов недвижимости должника по состоянию на 30.04.2013 не представлены и в суд апелляционной инстанции (статья 65 АПК РФ).

Ссылка заявителей жалоб на обстоятельства установления процентного вознаграждения временного управляющего и занимаемой в том обособленном споре позиции Губайдуллиной Л.Н. (последней был инициирован вопрос о пересмотре судебного акта от 07.09.2015 по вновь открывшимся обстоятельствам), судом апелляционной инстанции также не принимается. Инициирование Губайдуллиной Л.Н. вопроса о пересмотре ранее установленного размера процентного вознаграждения временного управляющего Сивкова С.Ю. со ссылкой на результаты реализации имущества должника в ходе процедур банкротства само по себе не свидетельствует о том, что по состоянию на апрель 2013 года рыночная стоимость имущества должника (69 объектов) не могла составлять 217 986 тыс.руб.

Кроме того, судом апелляционной инстанции принимаются во внимание также следующие обстоятельства.

Первое дело о банкротстве общества «Красноуральский химический завод» было возбуждено определением Арбитражного суда Свердловской области от 11.09.2013 на основании заявления общества с ограниченной ответственностью «Регион-Энерго» с суммой требования по основному долгу 409 тыс.руб., поступившему в суд 09.09.2013 (дело №А60-34443/2013), производство по которому было прекращено в связи с утверждением мирового соглашения (определение суда от 18.03.2014). Согласно условиям мирового соглашения за должником числилась задолженность порядка 11 млн руб.

До наступления срока 1-го платежа, согласно графику платежей по мировому соглашению, было возбуждено второе дело о банкротстве в отношении общества «Красноуральский химический завод» на основании заявления общества «МРСК Урала» (настоящее дело №А60-30601/2014).

В рамках настоящего дела о несостоятельности в отношении должника вводилось внешнее управление (определение от 21.06.2015), а также утверждалось мировое соглашение (определение от 09.09.2015).

Таким образом, можно предполагать, что руководителем должника предпринимались меры как к урегулированию задолженности перед кредиторами, так и к сохранению возможности развития предприятия.

Учитывая вышеизложенное, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что в период с 30.04.2013 по 09.09.2013 у руководителя должника Губайдуллиной Л.Н., несмотря на временные финансовые трудности, отсутствовали основания для вывода том, что у должника по итогам деятельности 2012 года возникли признаки объективного банкротства, в связи с чем, у нее возникла обязанность обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании предприятия банкротом.

Доводы апеллянтов, связанные с организацией Губайдуллиной Л.Н. схемы ведения бизнеса должника (создание центра прибыли в аффилированном по отношению к должнику лице – обществе «ТД «Красноуральский химический завод», организации производства на невыгодных условиях предоставления давальческого сырья), при которой задолженность за потребленные ресурсы и оказанные услуги перед ресурсоснабжающими и сетевыми организациями не погашалась, а только наращивалась, судом апелляционной инстанции не принимаются, поскольку данные обстоятельства являются самостоятельным основанием для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве за совершение действий, приведших должника к банкротству. Между тем данное основание предметом рассмотрения в рамках настоящего обособленного спора не являлось, что не препятствует заинтересованным лицам обратиться в арбитражный суд с соответствующим требованием.

Еще одним основанием для привлечения к ответственности явились требования о привлечении контролирующих должника лиц – Губайдуллиной Л.Н., Блохиной В.А. (дочь), Блохина Н.В. (зять) к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на основании подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве и взыскании с них солидарно денежных средств в размере 173 144 614 руб. 25 коп.

Фактическим основанием данного требования явились обстоятельства заключения ряда сделок по отчуждению имущества должника (11 сделок), совершенных в основном в период действия мирового соглашения (7 сделок) по настоящему делу о банкротстве.

Так, кредитор общество «ЭнергосбыТ Плюс» указал на следующие обстоятельства:

1)                29.03.2013 между должником в лице директора Губайдуллиной Л.Н. и обществом «ТД «Красноуральский химический завод» в лице коммерческого директора Гусевой С.Б., действующей на основании доверенности, был заключен договор купли-продажи грузовых вагонов в количестве 31 штуки. Грузовые вагоны находятся на территории продавца: Свердловская обл., г.Красноуральск, ул.Победы, 15. Общая стоимость грузовых вагонов составила 14 074 000 руб., при этом стоимость одного вагона составляет 450 000 руб.

Погашение обязательств происходило путем зачета взаимных требований на основании акта  от 31.03.2013 №5.

01.04.2013 общество «ТД «Красноуральский химический завод» передал вышеуказанные вагоны обратно должнику, но уже на правах аренды по цене 900 руб./сутки за вагон. У должника образовалась задолженность перед аффилированным лицом – обществом «ТД «Красноуральский химический завод» по договору аренды за пользование отчужденными вагонами за период с 30.04.2013 по 30.09.2015 на сумму 14 066 190 руб. 

В ходе конкурсного производства задолженность перед обществом «ТД «Красноуральский химический завод» включена в реестр требований кредиторов должника по поводу аренды первой части из указанных вагонов (15 шт.) (определение суда от 24.11.2016).

2)                02.07.2014 между должником в лице директора Губайдуллиной Л.Н. и Дербеневым С.А. был заключен договор купли-продажи здания гаража площадью 208,4 кв.м; указанное имущество было продано за 600 000 руб. Оплата произведена денежными средствами, что подтверждается приходным кассовым ордером от 02.07.2014.

3)                После обращения 17.07.2014 общества «МРСК Урала» в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом, 22.07.2014 между обществом «Красноуральский химический завод» в лице директора Губайдуллиной Л.Н. и Фурмановым И.В. был заключен договор купли-продажи здания гаража площадью 1 435,8 кв.м (кадастровый № 66-66-37/006/2009-447); указанное имущество было продано за 500 000 руб. Оплата произведена денежными средствами, что подтверждается приходным кассовым ордером от 22.07.2014.

4)                17.10.2014 между должником в лице директора Губайдуллиной Л.Н. и Фурмановым И.В. был заключен договор купли-продажи здания гаража площадью 1 797,6 кв.м с оборудованием и здания диспетчерской; указанное имущество было продано Фурманову И.В. за 700 000 руб. Оплата произведена денежными средствами, что подтверждается приходным кассовым ордером от 22.10.2014.

5)                20.10.2015 между должником в лице директора Губайдуллиной Л.Н. и Михалевым Ю.О. был заключен договор купли-продажи здания столовой №17, назначение нежилое, кадастровый (условный) номер 66-66-37/006/2009-218; указанное имущество было продано Михалеву Ю.О. за 150 000 руб. Оплата произведена денежными средствами, что подтверждается приходными кассовыми ордерами от 20.10.2015, от 23.10.2015.

Согласно экспертному заключению Уральской торгово-промышленной палаты №12-03/15/7 о стоимости объектов капитального строительства на 16.03.2015 здание столовой №17, общей площадью 1 191,5 кв.м было оценено в 2 950 000 руб.

6)                20.10.2015 между должником в лице директора Губайдуллиной Л.Н. и Михалевым Ю.О. был заключен договор купли-продажи здания пожарного депо площадью 900,0 кв.м (кадастровый № 66-66-37/006/2009-447); указанное имущество было продано Михалеву Ю.О. за 800 000 руб. Оплата произведена денежными средствами, что подтверждается приходным кассовым ордером от 12.11.2015.

Согласно экспертному заключению Уральской торгово-промышленной палаты №12-03/15/7 о стоимости объектов капитального строительства на 16.03.2015 здание пожарного депо площадью 900,0 кв.м было оценено в 3 530 000 руб.

7)                19.02.2016 между должником в лице директора Губайдуллиной Л.Н. и обществом «СК Энки» в лице директора Блохина Н.В. был заключен договор купли-продажи сооружения – железнодорожного подъездного пути, назначение транспортное, протяженностью 13 909,0 м, инвентарный номер: 4230/01/0221/37-00, расположенного в г.Красноуральске, ул.Победы, 15; указанное имущество продано за 8 900 000 руб. Погашение обязательств происходило путем зачета взаимных требований от 31.03.2016 с погашением обязательств должника перед обществом «СК Энки» по договору от 02.11.2015 №44.

8)                24.02.2016 между должником в лице директора Губайдуллиной Л.Н. и ИП Блохиной В.А. заключен договор купли-продажи здания склада, назначение нежилое, площадь 354,5 кв.м, расположенного в г.Красноуральске, ул.Победы, 15; указанное имущество продано за 20 000 руб. Погашение обязательств ИП Блохиной В.А. происходило путем зачета взаимных требований от 29.02.2016 с погашением обязательств должника перед ИП Блохиной В.А. по договору аренды помещений от 01.01.2015.

Согласно экспертному заключению Уральской торгово-промышленной палаты №12-03/15/7 о стоимости объектов капитального строительства на 16.03.2015 здание склада, площадью 354,5 кв.м, было оценено в 620 000 руб.

9)                24.02.2016 между должником в лице директора Губайдуллиной Л.Н. и ИП Блохиной В.А. был заключен договор купли-продажи здания склада, назначение нежилое, площадь 859,3 кв.м, расположенного в г.Красноуральске, ул.Победы, 15; указанное имущество было продано за 30 000 руб., погашение обязательств происходило путем зачета взаимных требований от 29.02.2016 с погашением обязательств должника перед ИП Блохиной В.А. по договору аренды помещений от 01.01.2015.

Согласно экспертному заключению Уральской торгово-промышленной палаты №12-03/15/7 о стоимости объектов капитального строительства на 16.03.2015 здание склада, меньшей площадью, т.е. 839,7 кв.м, было оценено в 1 400 000 руб.

10)           25.02.2016 между должником в лице директора Губайдуллиной Л.Н. и ИП Блохиной В.А. был заключен договор купли-продажи здания пункта подготовки вагонов, назначение нежилое, площадь 622,9 кв.м, расположенного в г.Красноуральске, ул.Победы, 15; указанное имущество было продано за 40 000 руб. Погашение обязательств происходило путем зачета взаимных требований от 29.02.2016 с погашением обязательств должника перед ИП Блохиной В.А. по договору аренды помещений от 01.01.2015.

Данная сделка, по мнению кредитора, является также убыточной, т.к. здание гаража с подобной значительной площадью не может стоить 40 000 руб.

11)           26.02.2016 между должником в лице директора Губайдуллиной Л.Н. и ИП Блохиной В.А. был заключен договор купли-продажи здания депо техосмотра тепловозов, назначение нежилое, площадь 534,2 кв.м, расположенного в г.Красноуральске, ул.Победы, 15; указанное имущество было продано ИП Блохиной В.А. за 40 000 руб. Погашение обязательств происходило путем зачета взаимных требований от 29.02.2016 с погашением обязательств должника перед ИП Блохиной В.А. по договору аренды помещений от 01.01.2015.

Данная сделка, по мнению кредитора, является также убыточной, т.к. здание гаража с подобной значительной площадью не может стоить 40 000 руб.

Рассмотрев требование в данной части, суд первой инстанции руководствуясь статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.04.2009 №73-ФЗ), на основании анализа имеющихся в материалах дела документов и с учетом результатов рассмотрения иных обособленных споров, пришел к выводу о том, что материалами дела не подтверждается наличие причинно-следственной связи между заключением выше поименованных сделок и признанием должника несостоятельным (банкротом).

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционных жалоб и отзывов на нее, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, проанализировав нормы материального и процессуального права, арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для формирования иных выводов и отмены принятого судебного акта в данной части в связи со следующим.

Как следует из материалов дела, в обоснование заявленных требований конкурсным кредитором были приведены положения статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Как указано выше, ввиду периода времени совершения сделок (29.03.2013 – 26.02.2016), к которому относятся обстоятельства, с которыми конкурсный кредитор связывает ответственность контролирующих должника лиц, настоящий спор должен быть разрешен с применением статьи 10 Закона о банкротстве в редакциях Федерального закона от 28.04.2009 №73-ФЗ и Федерального закона от 28.06.2013 №134-ФЗ, соответственно.

Вместе с тем, следует принимать во внимание то, что запрет на применение новелл к ранее возникшим обстоятельствам (отношениям) не действует, если такие обстоятельства, хоть и были впервые поименованы в законе, но, по своей сути, не ухудшают положение лиц, а являются изложением ранее выработанных подходов, сложившихся в практике рассмотрения соответствующих споров.

Согласно пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве редакции Федерального закона от 28.04.2009 №73-ФЗ контролирующие должника лица солидарно несут субсидиарную ответственность по денежным обязательствам должника и (или) обязанностям по уплате обязательных платежей с момента приостановления расчетов с кредиторами по требованиям о возмещении вреда, причиненного имущественным правам кредиторов в результате исполнения указаний контролирующих должника лиц, или исполнения текущих обязательств при недостаточности его имущества, составляющего конкурсную массу. Арбитражный суд вправе уменьшить размер ответственности контролирующего должника лица, если будет установлено, что размер вреда, причиненного имущественным правам кредиторов по вине контролирующего должника лица, существенно меньше размера требований, подлежащих удовлетворению за счет контролирующего должника лица, привлеченного к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

В соответствии с пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве, в редакции Федерального закона от 28.06.2013 №134-ФЗ, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам. Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии в том числе следующего обстоятельства: причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 названного закона.

При решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 ГК РФ) либо специальные правила о субсидиарной ответственности, - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия.

Если допущенные контролирующим лицом (несколькими контролирующими лицами) нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности.

В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 ГК РФ, вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ.

Независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 АПК РФ самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 ГК РФ, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

Обращаясь в арбитражный суд с требованием о привлечении Губайдуллиной Л.Н., Блохиной В.А. (дочь) и Блохина Н.В. (зять) к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на основании подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве и взыскании с них солидарно денежных средств в размере 173 144 614 руб. 25 коп., конкурсный кредитор сослался на то, что с участием указанных лиц было совершено 11 убыточных для должника сделок, при этом Блохина В.А. и Блохин Н.В., являясь родственниками Губайдуллиной Л.Н., получили выгоду от совершения части сделок.

Суд апелляционной инстанции, изучив обстоятельства дела, исходит из того, что заявленные обществом «ЭнергосбыТ Плюс» требования фактически являются требованием о взыскании убытков, поскольку положения подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве в данном случае не применимы, а рассматриваемые сделки, исходя из периода их совершения и условий, не могли повлечь за собой наступление объективного банкротства должника.

В соответствии с пунктом 1 статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Согласно пункту 2 статьи 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В силу статьей 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Удовлетворяя требование о возмещении вреда, суд в соответствии с обстоятельствами дела обязывает лицо, ответственное за причинение вреда, возместить вред в натуре (предоставить вещь того же рода и качества, исправить поврежденную вещь и т.п.) или возместить причиненные убытки (пункт 2 статьи 15, статьи 1082 ГК РФ).

Для привлечения виновного лица к гражданско-правовой ответственности необходимо доказать наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда.

В соответствии с пунктом 3 статьи 53 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Такую же обязанность несут члены коллегиальных органов юридического лица (наблюдательного или иного совета, правления и т.п.).

Согласно пункту 2 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 №14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» единоличный исполнительный орган общества несет ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами.

В соответствии с пунктом 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 №62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее – постановление Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 №62) лицо, входящее в состав органов юридического лица (единоличный исполнительный орган – директор, генеральный директор и т.д., временный единоличный исполнительный орган, управляющая организация или управляющий хозяйственного общества, руководитель унитарного предприятия, председатель кооператива и т.п.; члены коллегиального органа юридического лица - члены совета директоров (наблюдательного совета) или коллегиального исполнительного органа (правления, дирекции) хозяйственного общества, члены правления кооператива и т.п.; далее – директор), обязано действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53 ГК РФ).

В случае нарушения этой обязанности директор по требованию юридического лица и (или) его учредителей (участников), которым законом предоставлено право на предъявление соответствующего требования, должен возместить убытки, причиненные юридическому лицу таким нарушением.

Согласно пункту 2 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 №62 недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.). При определении интересов юридического лица следует учитывать, что основной целью деятельности коммерческой организации является извлечение прибыли (пункт 1 статьи 50 ГК РФ). Директор не может быть признан действовавшим в интересах юридического лица, если он действовал в интересах одного или нескольких его участников, но в ущерб юридическому лицу.

Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков и представить соответствующие доказательства (пункт 1 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 №62).

Согласно разъяснениям пункта 53 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 №35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», с даты введения первой процедуры банкротства и далее в ходе любой процедуры банкротства требования должника, его участников и кредиторов о возмещении убытков, причиненных должнику - юридическому лицу его органами, могут быть предъявлены и рассмотрены только в рамках дела о банкротстве.

Статья 2 Закона о банкротстве определяет понятия вреда, причиненного имущественным правам кредиторов как уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий либо бездействия, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В данном случае суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для взыскания с указанных лиц убытков в заявленном размере в конкурсную массу должника.

Относительно совершенной за 1 год и 4 месяца до возбуждения настоящего дела о несостоятельности (и более чем за 5 месяцев до возбуждения первого дела о банкротстве №А60-34443/2013) сделки от 29.03.2013 между должником и заинтересованным лицом обществом «ТД «Красноуральский химический завод» по отчуждению 31 грузового вагона, общая стоимость которых составила 14 074 000 руб. (стоимость одного вагона – 450 000 руб.), суд апелляционной инстанции полагает, что материалами дела  не подтверждается причинение вреда интересам должника и его кредиторов фактом совершения указанной сделки (л.д.86-88 т.8).

Как пояснила ответчик Губайдуллина Л.Н., имевшийся в должника парк подвижного грузового состава в силу его технических характеристик и новых требований к техническому состоянию вагонов при допуске к передвижению по железнодорожным путям требовал значительных капитальных вложений. В целях возложения бремени по техническому обслуживанию и ремонту грузовых вагонов данные вагоны были отчуждены в пользу общества «ТД «Красноуральский химический завод» в счет погашения задолженности перед ним. Обратно в аренду принимались уже только технически исправные вагоны.

Из содержания договора купли-продажи грузовых вагонов от 29.03.2013 №2/2013 усматривается, что должником были отчуждены крытые цельнометаллические вагоны 1981 – 1990 годов постройки, следовательно, на момент отчуждения вагонов их возраст составлял от 32 до 23 лет. 

Доказательства того, что данные вагоны не требовали существенных вложений в их техническое обслуживание, сделка по их отчуждению совершена по заниженной цене, а договор аренды (л.д.92-95 т.8) по завышенной цене, в материалах дела отсутствуют и суду апелляционной инстанции не представлено (статья 65 АПК РФ).

Ссылки апеллянтов на то обстоятельство, что данные вагоны отсутствуют и в конкурсной массе общества «ТД «Красноуральский химический завод», которое также находится в процедурах банкротства, судом отклоняются, поскольку причины отсутствия данного имущества в конкурсной массе другого должника подлежат установлению в рамках иного дела о банкротстве.

По поводу сделки от 02.07.2014 между должником и Дербеневым С.А. по отчуждению здания гаража площадью 208,4 кв.м за 600 000 руб., оплата за который произведена денежными средствами по приходному кассовому ордеру, суд апелляционной инстанции отмечает следующее.

Данная сделка совершена менее чем за месяц до возбуждения настоящего дела о банкротстве, при этом в деле отсутствуют доказательства нерыночности условий ее совершения.

Согласно договору купли-продажи от 24.05.2011 №1 данный объект был приобретен должником за 2 501,16 руб. Исходя из информационного заключения общества «Уральский центр аудита и оценки» от 25.09.2017 №300-08/2017 (л.д.201-125 т.9) спорное 1-этажное здание гаража по состоянию на 02.07.2014 оценено в 592 000 руб., следовательно, данный объект продан по рыночной цене (600 000 руб.). Иное в нарушение статьи 65 АПК РФ суду апелляционной инстанции не доказано.

Относительно сделок от 22.07.2014 и 17.10.2014 по отчуждению должником в пользу Фурманова И.В. здания гаража площадью 1 435,8 кв.м (кадастровый № 66-66-37/006/2009-447) за 500 000 руб., а также здания гаража площадью 1 797,6 кв.м с оборудованием и здания диспетчерской за 700 000 руб., оплата за которые также произведена денежными средствами по приходным кассовым ордерам от 22.07.2014 и 22.10.2014.

Указанные сделки совершены соответственно за 1 день до возбуждения дела о банкротстве и в день вынесения определения суда о введении наблюдения в полном объеме, вместе с тем, доказательства совершения сделок на нерыночных условиях в деле отсутствуют.

Согласно договору купли-продажи от 24.05.2011 №1 данные объекты были приобретены должником за 1 020,36 руб. (здание гаража площадью 1 435,8 кв.м), 12 532,27 руб. (здание гаража площадью 1 797,6 кв.м) и  265,56 руб. (здание диспетчерской). Исходя из информационного заключения общества «Уральский центр аудита и оценки» от 25.09.2017 №300-08/2017 спорное здание гаража по состоянию на 22.07.2014 оценено в 481 000 руб., здания второго гаража (1 797,6 кв.м) и диспетчерской в 500 000 руб. Следовательно, указанные объекты проданы должником по рыночным ценам, иное в нарушение статьи 65 АПК РФ суду апелляционной инстанции не доказано.

Каких-либо доводов о непоступлении оплаты в кассу должника по выше указанным сделкам с Дербеневым С.А. и Фурмановым И.В. конкурсными кредиторами не приведено.

Относительно сделок по отчуждению должником объектов недвижимости в пользу Михалева Ю.О. апелляционный суд пришел к следующим выводам.

20.10.2015, т.е. через 1,5 месяца после заключения мирового соглашения (определение от 09.09.2015), между должником и Михалевым Ю.О. был заключен договор купли-продажи здания столовой №17, назначение нежилое, кадастровый (условный) номер 66-66-37/006/2009-218; указанное имущество было продано Михалеву Ю.О. за 150 000 руб.; оплата произведена денежными средствами, что подтверждается приходными кассовыми ордерами от 20.10.2015, от 23.10.2015.

В этот же день 20.10.2015 между должником и Михалевым Ю.О. был заключен еще один договор – договор купли-продажи здания пожарного депо площадью 900,0 кв.м (кадастровый № 66-66-37/006/2009-447); указанное имущество было продано Михалеву Ю.О. за 800 000 руб.; оплата произведена денежными средствами, что подтверждается приходным кассовым ордером от 12.11.2015.

Как указывает конкурсный кредитор, согласно экспертному заключению Уральской торгово-промышленной палаты №12-03/15/7 о стоимости объектов капитального строительства на 16.03.2015 здание столовой №17 общей площадью 1 191,5 кв.м было оценено в 2 950 000 руб., здание пожарного депо площадью 900,0 кв.м оценено в 3 530 000 руб. (л.д.84-85 т.8).

Вместе с тем, согласно представленному в дело информационному заключению общества «Уральский центр аудита и оценки» от 25.09.2017 №300-08/2017 здание столовой оценено в 136 000 руб., а здание пожарного депо – в 800 000 руб. При этом в данном информационном заключении приведен подробный расчет наиболее вероятной цены объектов исследования (табл.№№10, 11) с описанием и расчетом поправок в ценах объектов – аналогов (стр.20-27 заключения), который не оспорен.

Учитывая, что в деле имеются противоречивые сведения о стоимости объектов недвижимости по состоянию на март и октябрь 2015 года, при этом экспертное заключение Уральской торгово-промышленной палаты №12-03/15/7 в материалах обособленного спора отсутствует (представлено только в виде информационного письма), ходатайств о проведении экспертизы в рамках настоящего обособленного спора не заявлено, а состоявшиеся в ходе конкурсного производства торги в отношении иных объектов недвижимости (88 единиц) показали несоответствие реального покупательского спроса с произведенной в ходе внешнего управления оценкой имущества, суд апелляционной инстанции не усматривает объективных оснований для изменения выводов суда об отсутствии оснований для привлечения Губайдуллиной Л.Н. к ответственности в связи с совершением указанных двух сделок.

Что касается оставшихся 5 сделок, совершенных должником в феврале 2016 года с обществом «СК Энки» (директор Блохин Н.В.) и ИП Блохиной В.А., то суд апелляционной инстанции также не усматривает оснований для привлечения контролирующих должника лиц ответственности в виду следующего.

19.02.2016 между должником и обществом «СК Энки» в лице директора Блохина Н.В. был заключен договор купли-продажи сооружения – железнодорожного подъездного пути, назначение транспортное, протяженностью 13 909,0 м, инвентарный номер: 4230/01/0221/37-00, расположенного в г.Красноуральске, ул.Победы, 15; указанное имущество продано за 8 900 000 руб. Погашение обязательств происходило путем зачета взаимных требований от 31.03.2016 с погашением обязательств должника перед обществом «СК Энки» по договору от 02.11.2015 №44.

Согласно представленному в дело информационному заключению общества «Уральский центр аудита и оценки» от 25.09.2017 №300-08/2017 сооружение – железнодорожный подъездной путь –  оценено в 8 232 000 руб., при этом в данном информационном заключении приведен подробный расчет наиболее вероятной цены объектов исследования (табл.№9) с обоснованием примененных методик расчетов, описанием и расчетом поправок в ценах объектов – аналогов (стр.14-20 заключения).

Кроме того, судом первой инстанции верно указано на то, что в рамках рассмотрения судом заявления общества «МРСК Урала» о признании неправомерными действий (бездействия) конкурсного управляющего Андреева В.А. и о признании сделки недействительной с заинтересованным лицом обществом «СК Энки», судом исследовалась стоимость железнодорожных путей по договору купли-продажи 19.02.2016 протяженностью 13 909 м по цене 8 900 000 руб.

24.02.2016 между должником и ИП Блохиной В.А. заключен договор купли-продажи здания склада, назначение нежилое, площадь 354,5 кв.м, расположенного в г.Красноуральске, ул.Победы, 15; указанное имущество продано за 20 000 руб. Погашение обязательств ИП Блохиной В.А. происходило путем зачета взаимных требований от 29.02.2016 с погашением обязательств должника перед ИП Блохиной В.А. по договору аренды помещений от 01.01.2015. Как указывает кредитор, согласно экспертному заключению Уральской торгово-промышленной палаты №12-03/15/7 о стоимости объектов капитального строительства на 16.03.2015 здание склада, площадью 354,5 кв.м, было оценено в 620 000 руб.

В этот же день 24.02.2016 между должником и ИП Блохиной В.А. был заключен еще один договор – договор купли-продажи здания склада, назначение нежилое, площадь 859,3 кв.м, расположенного в г.Красноуральске, ул.Победы, 15; указанное имущество было продано за 30 000 руб., погашение обязательств происходило путем зачета взаимных требований от 29.02.2016 с погашением обязательств должника перед ИП Блохиной В.А. по договору аренды помещений от 01.01.2015. Согласно экспертному заключению Уральской торгово-промышленной палаты №12-03/15/7 о стоимости объектов капитального строительства на 16.03.2015 здание склада, меньшей площадью, т.е. 839,7 кв.м, было оценено в 1 400 000 руб.

Согласно договору купли-продажи от 24.05.2011 №1 данные объекты были приобретены должником за 100 руб. (здание склада площадью 354,5 кв.м) и 1 руб. (здание склада площадью 859,3 кв.м). Исходя из информационного заключения общества «Уральский центр аудита и оценки» от 25.09.2017 №300-08/2017 спорные здания складов по состоянию на 24.02.2016 оценены 18 000 руб. и 30 000 руб., соответственно. Следовательно, указанные объекты проданы должником по рыночным ценам, иное в нарушение статьи 65 АПК РФ суду апелляционной инстанции не доказано.

25.02.2016 между должником и ИП Блохиной В.А. был заключен договор купли-продажи здания пункта подготовки вагонов, назначение нежилое, площадь 622,9 кв.м, расположенного в г.Красноуральске, ул.Победы, 15; указанное имущество было продано за 40 000 руб. Погашение обязательств происходило путем зачета взаимных требований от 29.02.2016 с погашением обязательств должника перед ИП Блохиной В.А. по договору аренды помещений от 01.01.2015. Данная сделка, по мнению кредитора, является убыточной, т.к. здание гаража с подобной значительной площадью не может стоить 40 000 руб.

26.02.2016 между должником и ИП Блохиной В.А. был заключен договор купли-продажи здания депо техосмотра тепловозов, назначение нежилое, площадь 534,2 кв.м, расположенного в г.Красноуральске, ул.Победы, 15; указанное имущество было продано ИП Блохиной В.А. за 40 000 руб. Погашение обязательств происходило путем зачета взаимных требований от 29.02.2016 с погашением обязательств должника перед ИП Блохиной В.А. по договору аренды помещений от 01.01.2015. Данная сделка, по мнению кредитора, является также убыточной, т.к. здание гаража с подобной значительной площадью не может стоить 40 000 руб.

Согласно договору купли-продажи от 24.05.2011 №1 данные объекты были приобретены должником за 30,70 руб. (здание пункта подготовки вагонов) и 1 руб. (здания депо техосмотра тепловозов). Исходя из информационного заключения общества «Уральский центр аудита и оценки» от 25.09.2017 №300-08/2017 спорные здания по состоянию на 25.02.2016 и 26.02.2016 оценены 30 000 руб. и 37 000 руб., соответственно. Следовательно, указанные объекты проданы должником по рыночным ценам, иное в нарушение статьи 65 АПК РФ суду апелляционной инстанции не доказано.

Обстоятельства того, что указанные здания (сооружения) были отчуждены должником в пользу заинтересованных лиц, после инициирования одним из кредиторов вопроса о расторжении мирового соглашения в рамках настоящего дела о несостоятельности, в качестве расчетов по договорам между сторонами произведены зачеты взаимных встречных требований, в рассматриваемой ситуации не являются достаточными основаниями для взыскания с Губайдуллиной Л.Н. убытков.

Во-первых, рыночная стоимость реализованных объектов соответствовала рыночным. Во-вторых, в аренду должнику было предоставлено нежилое помещение, расположенное в г.Екатеринбурге, наличие арендных отношений не оспаривается, факт пользования должником предоставленным нежилым помещением подтверждается, доводов о предоставлении нежилого помещения по завышенной цене не заявлено. В-третьих, конкурсными кредиторами не оспаривается то обстоятельство, что должником производились мероприятия ликвидации опасных производственных объектов; в ходе ликвидационных мероприятий выявлялись моральный износ объектов, в том числе связанный с дефектами планировок и несоответствиями конструкций современным нормативным требованиям; разрушения, вызванные природными (грунтовые воды), сейсмологическими (подвижка грунта), атмосферными факторами или явившиеся результатом воздействия на них химически агрессивной среды ранее проводившихся технологических производственных процессов, получившими неустранимые повреждения фундаментов, несущих конструкций, плит покрытий и перекрытий, что в результате повлекло их необратимое физическое прекращение существования в первоначальном виде, которое делало невозможным удовлетворение исходных потребностей собственника.

Постановлением апелляционного суда от 19.04.2018 по настоящему делу также было установлено, что в целях соблюдения федерального законодательства в сфере промышленной безопасности опасных производственных объектов, для должника разработаны проекты организации работ по ликвидации опасных промышленных объектов (участок изготовления взрывчатых материалов, сеть газопотребления, площадка уничтожения отходов, проект консервации склада ВМ). По всем проектам получены положительные экспертизы промышленной безопасности с внесением их в реестр заключений Ростехнадзора. Обществу «Красноуральский химический завод» предписано проводить работы по ликвидации опасного производственного объекта «Участок изготовления взрывчатых материалов».

Постановлением Красноуральского городского суда Свердловской области от 08.07.2016 об отказе в привлечении общества «СК Энки» к административной ответственности по  части 1  статьи 9.1  Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях установлено выполнение обществом «СК Энки» мероприятий по ликвидации опасного производственного объекта «Участок изготовления взрывчатых материалов», принадлежавшего должнику.

Безопасная эксплуатация названных объектов в дальнейшем не могла быть обеспечена, так как проекты организации работ по ликвидации опасных производственных объектов не предусматривали их ремонта, что установлено постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.08.2017 по делу №А60-62487/2016, а аварийное состояние объектов могло повлечь их неконтролируемое обрушение.

В соответствии с документацией на ликвидацию опасных производственных объектов экологически безопасный строительный мусор не вывозился на утилизацию, а использовался для засыпки выемок, открытых траншей, котлованов, приямков, возникших при демонтаже строительных конструкций, сооружений и подземных технических устройств. Обломки железобетона, строительный мусор подчищались, загружались в автомобильный транспорт и транспортировались на временную площадку складирования для утилизации.

Определением Арбитражного суд Свердловской области от 28.02.2018 по настоящему делу, вступившим законную силу, отказано в удовлетворении заявления общества «МРСК Урала» об оспаривании сделки общества «Красноуральский химический завод» с обществом «СК Энки». При этом арбитражный суд установил , что во исполнение договора от 02.11.2015 №44 между должником и обществом «СК Энки» последним выполнены работы по демонтажу и разборке (резке) технологического оборудования, демонтажа/разборки элементов и конструкций технологических трубопроводов ГЖ, ЛВЖ и АХОВ, коммуникаций и сооружений на опасном производственном объекте «Участок изготовления взрывчатых материалов» общества «Красноуральский химический завод». Опасные производственные объекты должника исключены из реестра опасных производственных объектов (уведомление от 06.03.2017 №09-00-10/1897).

На основании изложенного суд первой инстанции пришел к верному выводу о том в данном случае заявителями не доказано наличие причинно-следственной связи между совершением должником вышеперечисленных сделок и признанием общества банкротом.

Доводы, изложенные в апелляционных жалобах, фактически направлены на переоценку выводов арбитражного суда первой инстанции, являющихся, по мнению суда апелляционной инстанции, законными и обоснованными.

При этом, заявители жалоб приводят доводы, не опровергающие выводы арбитражного суда первой инстанции, а выражающие несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены законного и обоснованного определения.

С учетом изложенного, основания для отмены либо изменения определения и удовлетворения апелляционных жалоб отсутствуют. Нарушений норм материального и процессуального права не установлено (ст.270 АПК РФ). 

При обжаловании определений, не предусмотренных в подпункта 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, уплата государственной пошлины не предусмотрена, государственная пошлина при подаче апелляционной жалобы заявителем не уплачивалась.

Руководствуясь статьями 176, 258, 266, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд  

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Свердловской области от 03 апреля 2018 года по делу № А60-30601/2014 оставить без изменения, а апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области. 

 

Председательствующий

 

Т.С. Нилогова

 

Судьи

 

Е.Е. Васева

 

 

И.П. Данилова