АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ВОЛГО-ВЯТСКОГО ОКРУГА

Кремль, корпус 4, Нижний Новгород, 603082

 http://fasvvo.arbitr.ru/ E-mail: info@fasvvo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции 

Нижний Новгород

Дело № А11-15977/2018

29 декабря 2022 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 22.12.2022.

Постановление в полном объеме изготовлено 29.12.2022.

Арбитражный суд Волго-Вятского округа в составе:

председательствующего Елисеевой Е.В.,

судей Ионычевой С.В., Кузнецовой Л.В.

в отсутствие участвующих в деле лиц

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу 

конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью 

«Технология комфорта» ФИО1

на определение Арбитражного суда Владимирской области от 21.03.2022  и

на постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 22.09.2022 

по делу А11-15977/2018

по заявлению конкурсного управляющего 

общества с ограниченной ответственностью «Технология комфорта» 

(ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>) 

ФИО1

о признании сделки должника недействительной

и о применении последствий ее недействительности,

третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, – 

ФИО2,

и   у с т а н о в и л : 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Технология комфорта» (далее – ООО «Технология комфорта», Общество; должник) конкурсный управляющий имуществом должника ФИО1 обратился в Арбитражный суд Владимирской области с заявлением о признании недействительным трудового договора от 01.11.2016 № 7/2016, заключенного ООО «Технология Комфорта» с ФИО3, и о применении последствий недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу Общества 3 556 762 рублей 01 копейки, полученных по трудовому договору.

Заявление конкурсного управляющего основано на статье 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), статьях 10, 168 и 170 (пункте 1) Гражданского кодекса Российской Федерации и мотивировано мнимостью трудовых отношений, совершением спорной сделки при отсутствии встречного предоставления со стороны ФИО3, со злоупотреблением сторонами правом, в ущерб имущественным интересам кредиторов должника.

В качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО2 (бывший генеральный директор ООО «Технология комфорта»).

Суд первой инстанции определением от 21.03.2022, оставленным без изменения постановлением Первого арбитражного апелляционного суда от 22.09.2022, отказал в удовлетворении заявленного требования.

Не согласившись с состоявшимися судебными актами, конкурсный управляющий ФИО1 обратился в Арбитражный суд Волго-Вятского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить определение от 21.03.2022 и постановление от 22.09.2022 и направить спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В обоснование кассационной жалобы заявитель ссылается на наличие совокупности условий для признания трудового договора недействительным (ничтожным) на основании пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, статей 10, 168 и пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Как полагает заявитель кассационной жалобы, на момент заключения трудового договора Общество обладало признаками неплатежеспособности, имело неисполненные денежные обязательства, в том числе установленные судебными актами; в таких условиях отсутствовала необходимость и экономическая целесообразность заключения трудового договора, в период действия которого неблагополучное финансовое состояние должника лишь усугубилось. В штатное расписание ООО «Технология комфорта» 01.09.2016 было введено множество руководящих должностей, с которыми подписывались трудовые договоры с ежемесячной заработной платой порядка 189 000 рублей при условии работы неполный день, осуществлении трудовых функций не по месту нахождения организации должника и отсутствии встречного исполнения со стороны работников. В материалы дела не представлено доказательств фактического исполнения ФИО3 трудовых обязанностей, местом работы которого значился город Москва, где не имелось филиалов, представительств либо обособленных подразделений Общества. При этом ФИО3 являлся фактически аффилированным (заинтересованным) по отношению к должнику лицом, поскольку ФИО4 – единственный участник и исполнительный директор ООО «Технология комфорта» – осуществлял с ФИО3 совместную деятельность в группе компаний «Генеральный энергетический альянс», оказывал влияние на деятельность должника, в том числе касающуюся введения в штатное расписание должности ФИО3 и последующего заключения с ним трудового договора.

Указанные обстоятельства, наряду с отсутствием доказательств выполнения ФИО3 трудовых обязанностей при установлении ему заработной платы и премий в завышенном размере, свидетельствуют, по мнению заявителя, о заключении спорного трудового договора со злоупотреблением сторонами правом в целях вывода денежных средств из оборота должника.

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, отзывов не представили, явку представителей в судебное заседание не обеспечили, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

Законность определения Арбитражного суда Владимирской области от 21.03.2022 и постановления Первого арбитражного апелляционного суда от 22.09.2022 проверена Арбитражным судом Волго-Вятского округа в порядке, установленном в статьях 274, 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

На основании статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд округа проверяет правильность применения судом первой и апелляционной инстанций норм права, исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы.

Изучив материалы дела, проверив обоснованность доводов, приведенных в кассационной жалобе, суд округа не нашел правовых оснований для отмены обжалованных судебных актов.

Как следует из материалов дела, ООО «Технология комфорта» в лице генерального директора ФИО2 (работодатель) заключило с ФИО3 (работник) трудовой договор от 01.11.2016 № 7/2016, в соответствии с которым ФИО3 принят на должность заместителя генерального директора по развитию на условиях работы по совместительству, на неполный рабочий день продолжительностью 4 часа, с установлением заработной платы в размере 0,5 должностного оклада с тарифной ставкой (окладом) 94 828 рублей. 

Приказом от 26.10.2016 № 266/1ОП по должности заместителя генерального директора по развитию с 01.11.2016 установлена выплата ежемесячной премии в размере 100 процентов от должностного оклада.

Арбитражный суд Владимирской области определением от 28.12.2018 возбудил производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ООО «Технология комфорта»; определением от 09.04.2019 ввел в отношении должника процедуру наблюдения; решением от 05.09.2019 признал Общество несостоятельным (банкротом) и открыл в отношении его имущества конкурсное производство; определением от 05.09.2019 утвердил конкурсным управляющим ФИО1

Посчитав, что со стороны ФИО3 отсутствовало встречное предоставление по трудовому договору от 01.11.2016 № 7/2016, договор носит мнимый характер и заключен со злоупотреблением сторонами правом, в ущерб имущественным интересам кредиторов должника, конкурсный управляющий ФИО1 оспорил законность данной сделки на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве, статей 10, 168 и 170 (пункта 1) Гражданского кодекса Российской Федерации.

В рассмотренном случае трудовой договор от 01.11.2016 № 7/2016 заключен с ФИО3 за два года и один месяц до принятия к производству заявления о признании должника банкротом (28.12.2018), то есть в период подозрительности, предусмотренный в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

На основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). 

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника. 

Презумпция осведомленности другой стороны сделки о совершении этой сделки с целью причинить вред имущественным интересам кредиторов применяется, если другая сторона признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника (пункт 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63)).

Поскольку трудовой договор от 01.11.2016 № 7/2016 заключен в период подозрительности, предусмотренный в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, для признания его недействительным на основании названной нормы в рассматриваемом случае подлежит доказыванию совокупность таких обстоятельств, как совершение сделки с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов (причинение в результате их совершения такого вреда) и осведомленность об этом другой стороны сделки (пункт 5 Постановления № 63).

Из системного толкования норм Трудового кодекса Российской Федерации следует, что заработная плата, в том числе стимулирующие выплаты работникам, является вознаграждением за трудовую деятельность, а встречным исполнением по такой сделке – непосредственно осуществление трудовой функции.

Заработная плата каждого работника, согласно статьям 132, 135 Трудового кодекса Российской Федерации, зависит от его квалификации, сложности выполняемой работы, количества и качества затраченного труда, максимальным размером не ограничивается и устанавливается трудовым договором в соответствии с системой оплаты труда, действующей у работодателя.

Суды первой и апелляционной инстанций установили, что осуществление ФИО3 трудовой деятельности и фактическое выполнение им в спорный период в полном объеме трудовых обязанностей и функций в качестве работника ООО «Технология комфорта» подтверждается имеющимися в материалах дела доказательствами, в частности, перепиской ФИО3 с генеральным директором Общества и генеральным директором муниципального унитарного предприятия коммунального хозяйства «Егорьевские инженерные сети»; письмами министерства жилищно-коммунального хозяйства Московской области и заместителя главы администрации городского округа Егорьевск Московской области; протоколом заседания рабочей группы по вопросам реализации концессионного соглашения по модернизации систем теплоснабжения, водоснабжения и водоотведения на территории городского округа Егорьевск Московской области от 21.03.2017; протоколом совещания по реализации на территории городского округа Егорьевск приоритетного проекта по обеспечению заключения концессионных соглашений с целью модернизации централизованных систем теплоснабжения, водоснабжения и водоотведения на территории Московской области от 14.05.2018; протоколом совещания по разработке и реализации мероприятий дорожной карты подготовки систем теплоснабжения Воскресенского муниципального района Московской области от 01.03.2017 и иными документами. Доказательств того, что установленная ФИО3 заработная плата и премия существенно превышали размер таких выплат за выполнение трудовых обязанностей по аналогичным должностям в организациях, схожих с Обществом по роду и масштабу деятельности, не представлено. 

Суды заключили, что установленный ФИО3 размер заработной платы и премии соответствовал выполняемым им трудовым функциям и объему работы, не носил чрезмерного характера.

Проанализировав и оценив представленные в дело доказательства, доводы и возражения участвующих в деле лиц по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суды пришли к выводу об обоснованной выплате ФИО3 заработной платы и премий в установленном размере и о получении Обществом от работника равноценного встречного предоставления в виде добросовестного осуществления соответствующих трудовых функций.

При таких условиях суды правомерно не усмотрели причинения заключением и исполнением трудового договора от 01.11.2016 № 7/2016 вреда имущественным интересам кредиторов должника.

Кроме того, судебные инстанции не нашли оснований для признания ФИО3 фактически аффилированным (заинтересованным) по отношению к должнику лицом. Бесспорные доказательства в подтверждение данного довода, носящего предположительный характер, конкурсным управляющим не представлены.

В любом случае в отсутствие такого условия, как причинение в результате совершения сделки вреда имущественным правам кредиторов, наличие у должника признаков неплатежеспособности (недостаточности имущества) и заинтересованность сторон сделки, даже будучи доказанными, сами по себе не имеют правового значения, так как не являются самостоятельными основаниями для признания сделки недействительной в силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

Таким образом, при недоказанности заключения трудового договора в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, суды правомерно не нашли оснований для признания данной сделки недействительной в соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Суды также не усмотрели признаков мнимости трудовых отношений, недобросовестного поведения сторон спорной сделки и злоупотребления ими правом.

По правилам пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

При установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно; никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (статья 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из приведенных норм следует, что под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченных лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам. Положения статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации применяются при недобросовестном поведении (злоупотреблении правом) прежде всего при заключении сделки, которая оспаривается в суде (в том числе в деле о банкротстве), а также при осуществлении права исключительно с намерением причинить вред другому лицу или с намерением реализовать иной противоправный интерес, не совпадающий с обычным хозяйственным (финансовым) интересом сделок такого рода.

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обеих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки. Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагается (пункт 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Аналогичные разъяснения содержатся в пункте 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации», в соответствии с которыми с целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу, суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки.

Согласно пункту 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка – это сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия. Мнимая сделка ничтожна.

Для признания сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо установить то, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. Обязательным условием для признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий, и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнить либо требовать ее исполнения.

Реально исполненная сделка не может быть признана мнимой или притворной (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.11.2005 № 2521/05).

Оценив трудовой договор от 01.11.2016 № 7/2016 на предмет его ничтожности в силу статей 10 и 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, с учетом выполнения ФИО3 трудовых функций, соответствующих размеру выплачиваемой ему заработной платы и премии, суды не усмотрели обстоятельств, указывающих на злоупотребление сторонами правом, направленности действий сторон на причинение вреда имущественным интересам кредиторов должника, их сговора для реализации противоправных целей и нарушения иных охраняемых законом прав лиц (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). Направленность волеизъявления работодателя и работника при заключении и исполнении трудового договора на достижение других правовых последствий не подтверждена соответствующими доказательствами.

При этом ухудшение финансового состояния Общества, как работодателя, на которое ссылается конкурсный управляющий, само по себе не ограничивает прав работника на получение всего комплекса предусмотренных трудовым законодательством гарантий, в том числе оплаты за труд.

Установив, что стороны совершили необходимые действия, направленные на возникновение соответствующих прав и обязанностей и, как следствие, реальность существования между Обществом и ФИО3 трудовых отношений, суды обоснованно не усмотрели у трудового договора от 01.11.2016 № 7/2016 признаков мнимости, а также совершения спорной сделки в целях вывода денежных средств из оборота должника, и пришли к правомерному выводу об отсутствии оснований для признания трудового договора недействительной (ничтожной) сделкой на основании статей 10, 168 и 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Выводы судов первой и апелляционной инстанций отвечают правилам доказывания и оценки доказательств (части 1 и 2 статьи 65, части 1 – 5 статьи 71, пункт 2 части 4 статьи 170, пункт 12 части 2 статьи 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), соответствуют нормам материального и процессуального права.

Доводы, изложенные в кассационной жалобе, фактически направлены на переоценку установленных судами предыдущих инстанций обстоятельств и имеющихся в деле доказательств и не влияют на законность принятых судебных актов. Несогласие заявителя с оценкой доказательств не принимается во внимание судом округа в силу законодательно ограниченных пределов рассмотрения дела, установленных в статьях 286 и 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Материалы дела исследованы судами обеих инстанций полно, всесторонне и объективно, представленным доказательствам дана надлежащая правовая оценка, изложенные в обжалованных судебных актах выводы соответствуют фактическим обстоятельствам спора и нормам права. Оснований для отмены принятых судебных актов по приведенным в кассационной жалобе доводам не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебных актов, суд округа не установил.

Кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Согласно статье 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статье 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации государственная пошлина за рассмотрение кассационной жалобы относится на заявителя.

Руководствуясь статьями 286, 287 (пункт 1 части 1) и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Волго-Вятского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Владимирской области от 21.03.2022 и постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 22.09.2022 по делу № А11-15977/2018 оставить без изменения, кассационную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Технология комфорта» ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий

 

Е.В. Елисеева

 

Судьи

С.В. Ионычева

Л.В. Кузнецова